Текст книги "В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ)"

Автор книги: Виктор Бушмин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 198 страниц)

V    Жизорский бой.

Королевский лагерь. Возле реки Эпта. Утро перед битвой.

Людовик немного поспал, он вообще обладал отменной выдержкой и крепкой психикой, не мешавшей ему, даже в минуты крайнего напряжения или опасности, спокойно отдохнуть. Король проснулся в четыре утра, помолился в палатке молча у походной часовенки, прося у Господа прощения за сегодняшнее неподобающее мероприятие. Слуги уже поджидали его. Наскоро перекусив, Людовик начал вооружаться. Приблизительно то же самое действие, в этот час проделывали и остальные французские рыцари. Лошади были накормлены заранее и теперь молча стояли в стойлах, ожидая своего часа. К пяти утра армия была готова начать атаку.

Людовик подъехал к авангарду, которым командовал граф Робер Фландрский и произнес:

– С богом! Начинайте, и да поможет вам всем Господь наш Вседержитель!

Граф Робер улыбнулся и, надев на голову шлем, молча махнул рукой своему отряду. Голова колонны тронулась. Король молча посмотрел им вслед, перекрестил и стал наблюдать.

Небольшой пригорок отделял лагерь французов от моста через Эпту. Голова атакующей колонны рыцарей успела набрать средний ход как раз на пригорке. К полной неожиданности английской заставы, охранявшей мост и подступы к нему, фламандцы вломились на мост и, кроша растерявшихся защитников, без единого крика прорвались на противоположный берег. Триста конных рыцарей на полном скаку вломилась в лагерь англичан и, разделившись на три отряда, стали крушить тех, кто спал в палатках. Центральный отряд, которым лично командовал граф, немного покружившись по лагерю, направился прямиком к воротам замка. Робер всерьез рассчитывал или захватить короля Англии, или блокировать его в замке, лишив, тем самым, армию противника командования. Но он немного не рассчитал…

Отряды де Бомона и Эбла де Руси, все-таки, немного замешкались на переправе.

Замок Жизор. Резиденция короля Генриха Английского. Начало битвы.

Дозорный рыцарь, дежуривший на смотровой площадке донжона замка Жизор, заметил приближение армии врага и успел подать сигнал тревоги. Мост начал подниматься, отрезая врагов от ворот замка. Шанс на неожиданность был упущен.

Генриха разбудил громкий и, невыносимо пронзительный, звук трубы, известившей о тревоге. Король вскочил и, протирая сонные глаза, кинулся к бойнице окна башни. Зрелище горящего лагеря, мечущихся среди пламени людей, ошеломило короля. То, о чем он даже и в мыслях не мог подумать, произошло! Людовик атаковал сонных англичан. Генрих видел, как французы переправляются через шаткий мост и начинают развертывание своих отрядов по его стороны, лишая возможности контратаки на мост, чтобы попробовать отрезать атаковавших от подкрепления.

– Спешно вооружаться! Все на стены! Гонцов к мессирам Лестеру, Мортимеру и графу Йорку! Приказываю им срочно возвращаться и атаковать французов, чтобы отрезать их от моста и окружить!..

Оруженосец кинулся исполнять приказ короля. Несколько минут спустя, через задние ворота замка выскочил гонец, который ускакал вдогонку ушедшим накануне отрядам. Гарнизон замка, наспех вооружившись, стал расставляться на стенах и башнях.

Робер, почуяв, что взять замок сходу не удается, приказал своим рыцарям отойти от замка на безопасное расстояние и блокировать его, отрезав от лагеря. Граф посла Бодуэна к Людовику с просьбой о выделении арбалетчиков:

– Сын! Скачи к королю Людовику и проси его срочно выделить всех стрелков для осады замка! Скачи быстрее! У нас еще остается неплохой шанс захватить короля!

– Все исполню, отец! – Ответил Бодуэн и ускакал к королю.

Граф Робер, еще раз окинув местность и убедившись, что пока все идет по плану короля, приказал своим рыцарям:

– Сеньоры! Крайне важно сейчас умудриться и сделать таран! Рядом есть небольшая рощица! Поищите там большое дерево, срубите его и тащите скорее к воротам!..

Людовик уже успел переехать мост и с отрядом де Леви атаковал окраину лагеря, где нормандцы под командованием графа де Мандевиля успешно организовали оборону и немного потеснили атакующих.

– Годфруа! Смотри! Граф Оноре, вот хитрый лис! И когда он успел вооружить своих рыцарей! – Людовик мечом указал в направлении боя. – Атакуем всеми силами нормандцев! Это, похоже, один боеспособный отряд пока!..

Годфруа де Леви кивнул и, подняв меч над головой, крикнул своим рыцарям:

– Дре! Франция и Дре! Людовик и Дре! Вперед, за мной!..

Отряд атаковал нормандцев, оттесняя их от замка в сторону, надеясь прижать к небольшому болоту на опушке рощицы.

Жизорский бой.

Англичане стали понемногу приходить в себя после внезапной атаки противника. То тут, то там, стали образовываться очаги организованной обороны. Враг, зная, что на его стороне численное превосходство, шаг за шагом стал оттеснять французов на небольших участках обороны.

Людовик, рискуя быть раненым из арбалета или лука, появлялся на разных участках битвы, подбадривая своим участием рыцарей. Резервы, чутко прислушиваясь к его командам, пока еще успевали латать дыры в растянувшемся фронте боя. Но так долго продолжаться не могло. Королю доложили о гонце, ускакавшем через задние ворота замка. Следовательно, если его не успели перехватить, в ближайшее время могли подойти части англичан, отправленные в Мэн. А это, немногим меньше двух тысяч рыцарей! Ситуация могла в корне перемениться. Людовик приказал коннетаблю организовать блокаду замка силами арбалетчиков и стрелков провинций королевства. Своих же арбалетчиков король решил отвести немного назад, чтобы обезопасить мост и направление к западу. Именно оттуда могли атаковать рыцари Лестера, Йорка и Мортимера.

Не выдержав внезапной атаки, поняв, что все их усилия по организации нормальной и четкой обороны провалились, в лагере англичан и нормандцев началась откровенная паника. Рыцари, бросая свои позиции, бросились бежать. Сначала побежал один, потом, видя бегство одного, стали покидать поле сражения целые отряды, оставляя на произвол судьбы своих товарищей. Только немного отрядов продолжали, с остервенением обреченных, стойко сражаться.

Гонец догнал ушедшие отряды в трех с небольшим лье от замка Жизор. Запыхавшись, он передал приказ и рассказал о произошедшем нападении на лагерь и короля. Это было, словно гром с ясного неба!

– Разворачиваемся! На выручку своим рыцарям и королю Генриху! – Командовали командиры. Колонны рыцарей, еще толком не поняв, что произошло, стали разворачиваться.

– Всем перейти на галоп! Лагерь атакован! Король в опасности! – Кричал граф Йорк.

Это был рискованный приказ, боевые кони могли не выдержать долгого галопа. Надежду вселяло только то, что лишь треть рыцарей была полностью вооружена. Через пару лье им навстречу стали попадать люди, в панике бегущие из лагеря в разные стороны. Командиры подбадривали своих рыцарей, заставляя их убыстрять ход своих коней. Они не знали, захвачен король или нет, держатся ли еще отряды, или уже сметены полностью. Кони уже начинали выбиваться из сил.

Начало перелома в битве.

Части графа Гильома де Невера, вместо того чтобы удерживать западные позиции возле моста, стали хаотично преследовать бегущих нормандцев и сильно растянулись, нарушив строй и боевые порядки. Граф Гильом слишком поздно понял, что упустил нити командования. Его рыцари стали вдруг предоставлены каждый сам себе и действовали только на свой страх и риск, пытаясь захватить, как можно больше, пленных сеньоров. Поняв, что хотя бы как-то управлять ими и, тем более, возвратить их назад, граф и его личный отряд стал отходить ближе к мосту, в более безопасное место, оголяя весь фланг для внезапной контратаки.

Отряды графа де Блуа, словно назло, создали жуткую толчею и неразбериху возле хиленького моста через Эпту. Они не могли переправиться сами, и не давали пехоте и арбалетчикам короля под командованием коннетабля де Нанси и мессира де Монтонкура выйти на другой берег. Части Генриха де Вермандуа вообще из-за всего этого безобразия не могли придвинуться.

Людовик оглянулся назад, приподнял личину своего шлема, плюнул от злости:

– Все-таки ужалил, скотина! Выбрал же, подлец, время! Теперь мы отрезаны, практически, от тыла и остальных частей…

Король послал гонца с приказом арбалетчикам, чтобы они начали расстреливать в упор рыцарей де Блуа, если те не очистят переправу.

Внезапно на колонну англичан, где ехали графы Лестер, Мортимер и Йорк, налетели небольшие группы французских рыцарей, слишком далеко углубившихся в погоню и преследование англичан. Французы, увидев прямо перед собою три большие колонны тяжеловооруженных английских рыцарей, резко развернули своих взмыленных коней и в панике бросились отступать по направлению к месту сражения, сея панику и увлекая за собой остальных воинов, попадавшихся им на пути.

– Мессиры рыцари! Сейчас, или никогда! Вперед! За Англию, Нормандию и короля Генриха! Святой Георгий! – Послышались возгласы командиров, и колонны англичан врезались во фланг французов. Колонны вливались в образованную брешь, словно река сквозь ветхую плотину, занимая поляну и начиная серьезно угрожать флангу и всей армии Людовика окружением.

То тут, то там, отряды французов вступали в рукопашные схватки с этим бронированным кулаком, рвущимся прямо к замку, сметая на своем пути эти небольшие группы отважных смельчаков, решившихся ценой своей свободы или жизни, предотвратить катастрофу.

Людовик увидел внезапную, но ожидаемую им, атаку англичан на части де Невера и Бургундии (или, лучше сказать, на то, что от них осталось из-за их недисциплинированности) и, указывая мечом в их направлении, крикнул де Леви и де Шомону:

– Мессиры! Берите всех, и остановите англичан! Сражение нами почти проиграно! Сделайте так, чтобы нас не окружили и не отрезали от спасительного моста! Прикажите арбалетчикам открыть огонь по атакующим англичанам!

Годфруа де Леви и Ангерран де Шомон спешно бросились собирать своих рыцарей. Король посмотрел вслед удалявшимся командирам и прошептал:

– Задержите их! Ради Бога!..

Мортимер подскакал с радостным видом к графу Йорку:

– Просто чудо! Видишь! Французы бегут! Победа наша!..

Граф Андре де Йорк указал ему в ответ хмуро:

– Готье! Посмотри туда!..

Мортимер повернул голову в направлении, которое ему указал Йорк, и обомлел! Откуда не только успели появиться арбалетчики!!!

Попытка перехватить инициативу боя.

За это время, расторопный де Нанси сумел, таки, переправить всех стрелков на другой берег и прикрыл мост и тыл. За ним, практически с ходу, без развертывания, на подошедшие части англичан начали атаку рыцари Генриха де Вермандуа. Но, едва только треть войска де Вермандуа переправилась и вступила в бой, как старый и ветхий мост не выдержал и частично обвалился. Переправы больше не было! Арьергард французской армии уже ничем не мог помочь своим товарищам, лишь наблюдал за происходящим.

Выстрелы стрелков немного притормозил ход атаки. Передние ряды попадали, создав небольшую неразбериху. Рыцари, стараясь объехать своих упавших товарищей, сбивались в кучи и, еще сильнее мешали дальнейшему развитию атаки на французов.

И, в это самое время, когда голова колонны англичан, казалось, уже оправилась от внезапной грамотной защиты и, вот-вот, должна была раздавить арбалетчиков, через их ряды выскочили французские кавалеристы под флагами графств Вексен и Дрё.

Оглашая округу криками: «Вексен! Дрё! Франция!», тяжеловооруженные рыцари врубились в замешкавшихся англичан. Впереди, как и положено командирам, скакали де Шомон и де Леви, показывая пример отваги своим рыцарям.

Вот тут, как раз, следует напомнить, что только около трети английских рыцарей Мортимера, Лестера и Йорка были в полном вооружении и в кольчугах. Остальные же бросились в бой в походном снаряжении, некоторые толком даже не защищенные кольчугами, в лучшем случае, в кожаных нагрудниках или в гамбезонах.

Численное превосходство английских и нормандских рыцарей, сыгравшее им на руку в начале контратаки, теперь оборачивалось против них. Защищенные кольчугами, в шлемах, прикрытые щитами, французы буквально смяли первые ряды рыцарей. Началась рукопашная конная схватка. Слабо защищенные англичане мало, что могли сделать французам, но, тем не менее, их было все еще больше противника. Через некоторое время французские рыцари замедлили темп атаки. Еще, через некоторое время, они практически остановились, завязнув в плотных рядах англичан.

Людовик, прекрасно понимая, что быстро собрать, увлекшихся атакой и грабежом, рыцарей его армии уже практически невозможно, послал гонцов к графу Роберу Фландрскому и остальным командирам с приказом об отступлении. Гонцы ускакали разносить неприятную для всех французских сеньоров весть об отходе.

Французы отступают.

Годфруа и Ангерран уже рубились в передних рядах своих рыцарей. Их боевые кони уже начали пятиться назад под ударами мечей, секир и палиц наседавших со всех сторон англичан и нормандцев.

Ангерран повернул голову назад и увидел быстрое отступление всей французской армии на другой берег реки. Некоторые отряды решили пробираться через земли Нормандии и устремились в разные стороны, рискуя быть пойманными в плен или перебитыми врагом.

– Годфруа! Наши отряды бегут! – Крикнул он де Леви.

– Что?!

– Король отводит все части на другой берег! Граф Робер и часть его армии рванули через Нормандию! Решили пробиваться с боем через земли врага!..

Годфруа вытер с лица струившийся пот и ответил:

– Будем стоять насмерть! Если мы отступим, все потеряно!..

Ангерран кивнул в ответ и поскакал подбадривать своих рыцарей, еле сдерживающих натиск противника.

Англичане, увидев отступление французской армии, скорее походившее на беспорядочное бегство, усилили натиск, стараясь смять рыцарей Вексена и Дрё, а также около четырехсот рыцарей графства Вермандуа.

– Мортимер! Попытайтесь отсечь французов от моста! – Кричал Лестер.

Но, пока, эта затея англичан не получалась…

– Арбалетчики! Отходите к королю Людовику! – Приказал Годфруа стрелкам. – Бегом! Нам вы уже ничем не поможете, а мост и отступление прикроете!!! Мессир де Вермандуа! Отводите, умоляю Вас, своих рыцарей вместе со стрелками!..

Стрелки стали спешно отходить. Генрих де Вермандуа неохотно, но стал отводить своих воинов из боя.

Прошло уже немногим более часа с начала контратаки англичан. Практически все французские части успели перебраться на другой берег Эпты. Оставались небольшие отряды фламандцев, блокировавших ворота замка Жизор и два отряда де Леви и де Шомона, сдерживающие врагов.

Годфруа видел перекошенные от злобы и ненависти лица врагов. Его голова, хотя и была надежно защищена шлемом, но от сильных ударов мечей и палиц уже начала шуметь. Рука, держащая меч, начинала ослабевать. Понимая, что окружение и плен уже неизбежно, Годфруа решил спасти еще немного своих друзей. Он крикнул де Шомону:

– Ангерран! Уводи своих рыцарей на другой берег! Ты уже и так слишком насолил англичанам и нормандцам!..

– Нет! Шомоны не бегут! – Проревел в ответ Ангерран.

– Отводи своих людей! Это воинство Вексена! Иначе графство будет без защиты!

Ангерран де Шомон кивнул и, высоко подняв меч, крикнул, увлекая за собой рыцарей:

– Шомон! Вексен! За мной, за Шомоном!..

Отряд графства Вексен, ведомый сенешалем Ангерраном де Шомон, резко вышел из боя, навалившись на фланг, где бились рыцари графа Лестера. Смяв их неожиданным маневром, рыцари стали быстро отходить к мосту через Эпту, возле которого было некоторое подобие брода на излучине реки.

– Растянуть строй! Прикроем отход рыцарей Вексена! – Крикнул де Леви своим воинам. Но, сделать этот маневр им не удалось. Сразу же отходом рыцарей де Шомона в пустоту строя устремились английские рыцари, отрезая и окружая отряд де Леви, лишая его маневра и надежд на спасение.

Людовик видел отход де Шомона и для его прикрытия направил стрелков:

– Навесным залпом! Прикрыть де Шомона!..

Арбалетчики, дождавшись, начала переправы де Шомона и его рыцарей, открыли огонь по преследовавшим его английским рыцарям, вынудив их спешно отступить. Некоторые еще целые части моста, до этого момента державшиеся буквально на честном слове, обвалились в реку. Многие рыцари и их кони попадали в реку, но смогли выбраться на другой берег, только четверо из них утонуло.

Де Шомон, весь в грязи с ног до головы, подъехал к королю Людовику. Он спешился и встал на колени, сняв шлем и понуро опустив голову:

– Сир! Мы сделали все, что могли!..

Людовик гневно спросил его:

– Кто дал вам право отвести рыцарей из боя? С каких это пор, мессир де Шомон, доблестные французские рыцари отступают перед врагом?!..

– Сир! Повелитель мой! Мессир де Леви прогнал меня, чтобы я и мои воины не попали в плен к врагу и могли защитить Вексен и север Франции от нормандцев!..

Лицо Людовика, до этого момента гневно пылавшее, смягчилось:

– Годфруа?! Он рискнул собой, чтобы спасти всех! Я выкуплю его за любую сумму!..

Людовик закрыл лицо латными рукавицами. Потом, собрав свою волю в кулак, крикнул:

– Де Нанси! Арбалетчиков на берег! Постоянный огонь по врагу! Не давайте ему подойти к реке! Шомон! Защищайте переправу! – Король обернулся к командирам. – Остальным частям направляться в лагерь! Благо, что он еще цел и ждет нас! Сражение окончилось!..

Командиры поскакали к своим отрядам, войско огромной толпой направилось в лагерь для отдыха.

Людовик еще раз обернулся и с тоской в глазах посмотрел на другой берег Эпты, где все еще продолжали биться окруженные рыцари де Леви. Король до крови прикусил губу, кровь потекла маленькой теплой струйкой по его подбородку, капала на сюркот, нанося кровавые звездочки на золотые лилии. Погибал, окруженный со всех сторон, отряд графства Дрё.

Король видел знамя сенешаля, его самого в ярко-желтом сюркоте, залитом кровью. Его рыцари и его самый верный, нет, наивернейший, слуга сейчас сражался за него, для его спасения, для спасения всей армии, для спасения чести Франции. И все это произошло из-за горстки неорганизованных, тщеславных рыцарей графа де Невера и сеньоров Бургундии, раньше времени решивших, что битва выиграна, что можно спокойно грабить и брать в плен! Теперь убивали и брали в плен его рыцарей, его самых надежных и верных друзей! Из-за кучки уродов король лишился победы.

Оставалась еще надежда на помощь отрядов графов де Руси и де Бомона, удерживающих ворота замка и не выпускавших отряды короля Генриха из него. Но теперь и они, теснимые с двух сторон, в спешке откатывались в глубь леса, идя на соединение с основными силами графа Роберта Фландрского.

Людовик пришпорил коня и поскакал в лагерь. Его свита чуть отстала и не могла видеть, как плакал от досады их король, как большие слезы пробивали борозды на его посеревшем от пыли лице. Слава Богу, что они не видели всего этого! Людовик собрал все свои силы в кулак. Когда лошадь вынесла его к палатке, он успел уже вытереть слезы. Король спрыгнул с коня и быстро вошел в палатку.

Удивительный исход боя.

Король сел, не раздеваясь, на постель. Подперев голову руками, Людовик сидел и повторял только одно и тоже:

– Я выкуплю его за любую сумму. Я выкуплю его за любую сумму…

Вошедших оруженосцев король гневно прогнал, накричав на них:

– Пошли вон! Оставьте меня!..

Людовик боялся только одного – смерти Годфруа!

– Этот рыжий может предпочесть смерть плену… – со стоном выдавил Людовик из себя.

В это время, в палатку вошел грустный де Нанси в сопровождении многих командиров:

– Сир! Рыцари сенешаля де Леви сдались… – промолвил он, опустив голову. – Они были окружены, их загнали в болото. Сенешаль де Леви…

Король поднял голову и перебил его, не дав договорить:

– Что с Годфруа?

– Сир. Сенешаль…

– Не тяни, Мишель, говори.

– Годфруа жив! Судя по всему, это он приказал своим рыцарям прекратить сопротивление. Видимо, он сильно опасался за их жизнь, сир…

Король поднял голову к небу:

– Спасибо тебе, Господи! Спасибо тебе!

В это же время к де Нанси подбежал его оруженосец, довольный и сияющий вид которого говорил о чем-то хорошем, и прошептал что-то на ухо коннетаблю. Глаза де Нанси округлились от изумления, он засмеялся и сказал королю:

– Сир! Обстановка сильно изменилась за последнее время…

Король удивился:

– Что?! Англичане перешли на наш берег?

– Нет, сир! Какой-то отряд французских рыцарей, судя по всему, из отряда графа Робера, атаковал англичан, окруживших сенешаля де Леви и его горстку рыцарей.

Людовик поднял глаза к небу и перекрестился:

– Спасибо тебе, господи, что не оставил меня в трудную минуту! Чей флаг, случаем не рассмотрели?

Коннетабль взглянул на оруженосца – тот пожал плечами, показывая, что не знает, после чего ответил:

– Пока не установлено, сир! Дымы от горящего лагеря англичан застилают поле.

– Ну, и ладно. Потом разберемся! – Ответил король и попросил войти к себе всех командиров отрядов. Когда все приглашенные сеньоры собрались, Людовик встал, расправил плечи и, грозно взглянув на командиров, сказал:

– Мессиры! Сегодня, из-за халатности и непослушания рыцарей Его светлости графа Гильома де Невера мы умудрились проиграть уже выигранную битву! Вместо того чтобы пленить обложенного со всех сторон, словно волка, нашего милого кузена Генриха, мы сами чуть было не попали в плен! Мало того, один из моих храбрейших рыцарей, сенешаль Годфруа де Леви, спасая армию и всех нас от позора, попал в плен к Генриху!..

Сеньоры стояли перед королем, понуро опустив головы. Только один из них, молодой граф Тибо де Блуа стоял, словно все происходившее никак не касалось его. Король Людовик, покраснев от раздражения, сказал в его адрес:

– Тибо! Прошу тебя объяснить всем присутствующим здесь сеньорам, почему твои рыцари вели себя так пассивно? Они что, разучились воевать?! Почему, сначала ты создал неразбериху на мосту и притормозил всех, а потом, при первой же угрозе, ты вывел все свои отряды на другой берег?! Или тебе стало жаль своего дядю, короля Англии?! Почему твои рыцари не бросились на отряды Мортимера, Йорка и Лестера?! Почему не оказали помощь де Шомону, де Леви, рыцарям графа де Вермандуа? Почему, Тибо?!!!

Все присутствовавшие в палатке сеньоры посмотрели на графа де Блуа. Тибо, сразу же растерявшись, покраснел и толком ничего не смог произнести в свое оправдание:

– Сир! Я было…

Но больше он ничего не сказал. Людовик произнес:

– Тибо! Покинь мою палатку и лагерь королевских войск. Я отнимаю свою руку от тебя!..

Тибо де Блуа, услышав такие слова, гордо поднял голову и произнес:

– Сир! Видит Бог, я не виноват! Но, я заявляю, что не я первый отнял руку, а вы!..

Он вышел из палатки короля. В ночь отряды графа покинули расположение французских войск. Вернемся и мы немного назад во времени, чтобы рассказать о чудесном спасении Годфруа и его рыцарей.

Спасение де Леви и победа.

Отряд Годфруа вместе с несколькими сотнями рыцарей графа де Вермандуа, зажатый со всех сторон английскими и нормандскими рыцарями, оборонялся с остервенением обреченного. В конце концов, понимая, что скоро все его рыцари выбьются из сил и будут убиты разозлившимися от отчаянного сопротивления врагами, Годфруа крикнул:

– Сеньоры! Прошу остаться со мной около пятидесяти воинов, остальных прошу, нет, приказываю: прорывайтесь на восток, к частям графа Робера Фландрского!

Рыцари быстро начали перегруппировываться. Скоро вокруг де Леви остались только его рыцари, числом около пятидесяти. Остальные начали маневр, чтобы выйти из окружения.

Англичане, часть из которых была отведена для деблокирования замка Жизор, в котором находился их король Генрих, не сразу разгадала хитрый маневр французов. А, когда они поняли, в чем дело, рыцари уже были практически в безопасности. Увидев, что основным частям уже ничего не угрожает, де Леви крикнул:

– Я, Годфруа де Леви! Сенешаль графства Дре! Желаю сдаться!..

Вперед выехал высокий рыцарь в полном вооружении. Его вороной конь был весь в крови и мыле, щит его был пробит в нескольких местах, шлем помят. Он поднял руку вверх, приказывая остановиться своим рыцарям, и произнес:

– Я, Андре, граф де Йорк! Желаете ли вы, мессир, сдаться мне?

Годфруа желая спасти жизни своих воинов, многие из которых были уже серьезно ранены и еле держались в седлах, крикнул:

– Меня устраивает это, граф Андре! Примите мой меч!..

Он протянул графу меч.

Андре де Йорк подъехал к де Леви. Годфруа даже в седле был ниже его почти на целую голову. Йорк сказал:

– Мессир сенешаль! Учитывая вашу храбрость лично, а также ваших воинов, я не могу принять от вас оружие. Мне будет достаточно честного слова от вас, что вы им не воспользуетесь, пока будете в плену у меня до получения выкупа, равно как и все ваши люди!..

Годфруа был потрясен рыцарским поступком графа. Он поклонился ему и сказал:

– Граф! Ваш поступок делает честь всем нам сегодня! Нам. – Он обвел рукой своих рыцарей. – Было огромной честью скрестить с вами и вашими благородными, я не сомневаюсь нисколько, рыцарями, оружие! Это большая честь для нас!

Андре де Йорк немного смутился:

– Спасибо за добрые слова, сенешаль де Леви. Позвольте мне считать вас своим пленником?

Годфруа учтиво поклонился:

– Это большая честь для меня, граф Андре, считаться пленником у столь благородного рыцаря, как вы.

Граф де Йорк повернулся к своим воинам:

– Сеньоры! Пусть каждый французский сеньор, который бился, словно лев, против каждого из вас, считается вашим пленником.– Он повернулся к де Леви.– Вы, я надеюсь, не возражаете, мессир?

– Нисколько, граф. Должны же ваши люди, в конце концов, вознаградить себя за риск и храбрость!

Французы перестроились и поехали к замку, окруженные английскими рыцарями, разговаривающими с ними, словно со старыми друзьями. Оруженосцы принялись подбирать вооружение и раненых воинов, чтобы оказать им помощь.

Граф Андре, покачиваясь в седле рядом с Годфруа, спросил его:

– Мессир Годфруа! Позвольте один нескромный вопрос. Для чего вы так рисковали?

– Спасти честь своего короля. – Грустно улыбнулся в ответ де Леви. – А вы, граф?

– И я тоже… – ответил Андре. Он протянул руку де Леви и произнес. – Вы истинный рыцарь, сеньор Годфруа. Думаю, что сам Карл Великий не отказался бы от такого паладина, как вы.

– Спасибо граф. Для меня это слишком большая честь.

– Нисколько! Позвольте потом, когда закончится эта война, считать вас своим приятелем? Дружбу еще надо заслужить.

Годфруа был потрясен открытым, благородным и чистым сердцем этого рыцаря. Он ответил:

– Сеньор! Я и все мои потомки будут рассказывать своим детям о вашем благородстве! Для меня это честь, считаться другом и приятелем, столь благородного сеньора!

Вот так, в самом начале средних веков, поступали истинные рыцари по отношению к своим недавним противникам. Профессионалы своего дела, рыцари относились к войне, как к работе, не смешивая личные чувства с вассальной клятвой. Граф Йорк приобрел себе товарища, еще совсем недавно бывшего ему смертельным врагом.

Но, поражению французов, о котором подумал Людовик, сидя в задумчивости в своей палатке, не суждено было свершиться! Отряд Матье де Бомона, отходивший последним от замка, увидел небольшой отряд французских рыцарей, который бился, подобно львам, в полном окружении. Матье приказал поворачивать назад:

– Ребята! Ну, неужели мы позволим, чтобы нормандцы безнаказанно порубили наших братьев! Поможем!

Отряд де Бомона развернулся и, проскакав через разрушенный и горевший лагерь англичан, атаковал части графа де Йорка, которые частично спешились, занимаясь разграблением убитых и оказанием помощи раненым, тем самым, оказавшись неспособными на отражение внезапной контратаки французских кавалеристов.

Годфруа уже пожалел о том, что сам объявил о своей сдаче в плен! Теперь уже англичане оказали в тисках французской конницы. Части графа Андре де Йорка, не выдержав бурного натиска рыцарей де Бомона, бросились в беспорядочное бегство. Граф Андре, пытаясь собственным примером воодушевить своих воинов, кинулся в атаку, но его конь неуклюже споткнулся, и граф упал на землю. Годфруа соскочил с седла и побежал к нему. Граф Андре де Йорк лежал лицом вниз в большой грязной луже. Годфруа вытащил его и, обтерев его лицо, спросил:

– Как вы себя чувствуете, граф?..

Йорк открыл глаза и тихо произнес:

– Паршиво! Мои части бегут. Мне незачем жить с таким позором…

– Хватит молоть ерунду, граф! Вы живы, а это самое главное!

Годфруа помог графу подняться и подсадил его в седло.

В это время к нему на полном скаку подлетел граф де Бомон:

– Де Леви! Дружище! Я, почему-то, так и подумал, увидев отряд французских шевалье, бьющихся с нормандцами! Только ты, наш маленький лев, мог решиться на такое безумие! А это кто?

Годфруа ответил:

– Позволь представить тебе, Его светлость, графа Андре де Йорка! Граф соизволил взять меня и моих рыцарей в плен.

Бомон рассмеялся:

– Что-то я никак не пойму, кто у кого сейчас в плену?! Вроде бы, граф у тебя, де Леви, а не ты у него.

Годфруа посмотрел на него, потом, на Андре де Йорка, потом вдруг громко рассмеялся:

– Я и сам, что-то запутался!

Три сеньора засмеялись. После чего граф де Йорк, вздохнув, произнес:

– Мессир де Леви! Теперь, я ваш пленник…

Матье де Бомон махнул рукой:

– Вы запутаетесь в выкупах, кто кому сколько должен! Лучше пожмите руки, и разъезжайтесь в разные стороны! Наша война, на сегодня, закончилась!..

Граф де Йорк протянул руку Годфруа. Они обменялись крепким рукопожатием, расставаясь Андре де Йорк, сказал:

– Мне было приятно скрестить копья с такими храбрыми и благородными шевалье, как вы, сеньоры! Клянусь честью!

Матье хлопнул его по плечу:

– Спасибо, граф, за теплые слова! Но, извините, нам пора!

Он повернулся к своим рыцарям и скомандовал:

– На соединение с графом Робером! Уходим рысью!

Отряд развернулся и поскакал, обходя замок и горящий лагерь стороной.

Король сидел в палатке, переживая потерю одного из своих верных слуг, когда к нему вбежал слуга и произнес:

– Ваше величество! Чудо! Мы победили! Мессир де Леви не в плену! Он на свободе! Его спас граф де Бомон! Сейчас они, вместе с частями графов Робера Фландрского и де Руси, переправились восточнее Жизора! Брод им указали рыцари герцога Гуго, которые, нашли-таки, вспомогательную переправу через Эпту!

Король даже привстал от неожиданности. Это было, просто чудо! Коннетабль не ошибся!

– Спасибо. Я знал об этом еще раньше тебя. Тем не менее, спасибо! Хорошие новости приятнее слышать, чем плохие! Вот, что. Прикажи направить герольда к герцогу Гуго Бургундскому! Пусть, как можно помпезнее, поблагодарит его за выполнение сложной и ответственной миссии! Пусть скажет ему, что именно благодаря маневру герцога и его рыцарей, мы смогли победить под Жизором короля Генриха Английского! Именно, победить!