Текст книги "В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ)"

Автор книги: Виктор Бушмин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 178 (всего у книги 198 страниц)

ГЛАВА X   Амьен и Меркадье

Отряд выступил в поход вечером этого же дня и через неделю добрался до условленного места встречи с основными силами. Слуги быстро соорудили лагерь в лесочке, укрепив его по периметру частоколом и замаскировав так, что даже с расстояния в тридцать шагов его не было видно. Конюшие и остальная прислуга под присмотром Чезаре занималась заготовкой бревен для наращивания частокола, чтобы разместить под нормальной защитой воинов мессира Клемана. Ги де Леви, Лучано и Гюнтер-саксонец отправились на разведку, чтобы определить угрозу городу и отряду со стороны наемников Меркадье.

Амьен был блокирован грамотно. Видно, как спокойно и основательно наемники и рутьеры Меркадье готовились к его предстоящему штурму. Тонкий взгляд Ги определил, что воинов у Меркадье порядка пяти сотен, из которых только треть были похожими на рыцарей или оруженосцев, остальные же были обычными брабантскими и фламандскими рутьерами, которые были грозной и опасной силой. Этот сброд в бою, как правило, старался не брать в плен рыцарей, отдавая предпочтение убийству и грабежу тел воинов. Только присутствие короля и, иногда Меркадье, удерживало их от поголовного убийства благородных воинов. Рутьеры понимали, что им мало перепадет в случае выкупа живого рыцаря, так как львиную долю денег забирал себе Меркадье и сам король Ришар. Лучше грабить трупы и обозы разбитого врага, чем дожидаться крох от доли.

Вернувшись в лагерь, Ги собрал импровизированный совет:

– Ребята! Не знаю точно, сколько приведет с собой рыцарей мессир Клеман. Могу сказать только одно – будет жаркая битва.

Рыцари кивнули головами, соглашаясь с командиром. Только Лучано весело скривился и произнес:

– Ерунда. Они расположились грамотно, но… – он многозначительно закатил глаза, – только для штурма бедного города. Атаки с тыла они не выдержат. Если ударить …

И он подробно изложил своё видение предстоящего боя. Ги и остальные воины согласились.

На следующий день к кресту Святого Этьена подъехал большой отряд рыцарей и конных стрелков, человек триста, или около этого.

Клеман, его трудно было не узнать, вертел головой, высматривая отряд де Леви. Ги выехал из леса.

– Добрый день, мессир коннетабль. – Приветствовал он Жака де Клемана. – Лагерь развернут и готов к приему ваших воинов.

Коннетабль махнул рукой, и отряд двинулся за ним в лес. Лагерь приятно удивил коннетабля.

– Молодец, юный де Леви. Может, ты сможешь мне рассказать и о приготовлениях англичан?

– Да, мессир Жак… – и де Леви подробно рассказал Клеману и остальным командирам о приготовлениях англичан, их приблизительной численности и слабых местах их позиции.

Клеман повел бровями, жестом подозвал какого-то странного монашка в сером балахоне и что-то тихо шепнул ему. Монах поклонился и исчез. Вернулся он только под вечер, когда стали расставлять ночные караулы. Он незаметно прошмыгнул в палатку к Клеману…

– Ги де Леви! – Громко крикнул Жак де Клеман, приоткрыв полог своей палатки.

Ги, поправляя меч, вошел к коннетаблю. В палатке уже стояли все командиры.

– Проходи, Ги. Наш совет открыт. – Начал Клеман. – Сведения, предоставленные нашему вниманию, мессиром де Леви оказались точными, четкими и грамотными. Я решил атаковать англичан на рассвете, после утренней молитвы. Атаковать будем, мессиры рыцари, тремя колоннами, как и предложил ранее мессир де Леви.

Ги зарделся от смущения. Клеман подошел и похлопал его по плечу.

– Молодец! Посмотрим, чего ты стоишь в бою, делом покажешь, а не языком. Твоя задача простая: возьмешь еще два полных копья из знамен сеньоров Симона де Нофль и Жана де Бомон, – мессиры, чьи имена назвал Клеман, поклонились, – и атакуй центр рутьеров. Там, наверняка, будет этот мерзавец Меркадье! Не увлекайся! Постарайся сделать больше шума и огня. Пусть твои рыцари не увлекаются ловлей пленных. Если вдруг попадется рыцарь, пусть уж сервы его вяжут и быстренько увозят от греха подальше. Потом разберемся с ними. Особо не церемонься с ними, руби их, жги направо и налево! Самое главное – создай больше шума! После этого тебя могут окружить! Не увлекайся! Сразу же пробивайся к главным городским воротам. Там будет действовать мессир де Марли со своими кузенами де Монморанси.

Названные сеньоры поклонились. Клеман продолжал:

– Сеньоры Монфор и Мовуазен! За вами общий резерв в пять полных копий! Сами разберетесь, в случае чего. – Мессир Жак нарочито просто обращался к столь знатным рыцарям. Он и имел на то право, ведь с они бок о бок прошли не одну стычку с врагами Франции.

Рыцари молча поклонились.

– Главную колонну поведу я! Это шесть полных копий мессиров де Гарланда-младшего, де Мелло, де Нантейль, де Ришбур, де Пуасси, де Иль, и моё личное знамя, чуть не забыл, господа! – рассмеялся Жак де Клеман.

Совет завершился, все разошлись по отрядам…

На следующее утро, после походной утренней молитвы, к Ги де Леви прибыли два копья, каждое по десять рыцарей, не считая оруженосцев и прислуги, присланные мессирами де Нофль и де Бомон. Ги придирчиво осмотрел воинов и остался, в целом, доволен экипировкой, внешним видом их и их коней. Отряды выстроились и тремя колоннами выдвинулись по направлению к Амьену.

Около девяти часов утра три колонны незаметно приблизились к лагерю рутьеров Меркадье. Клеман поднес к губам рог и протрубил, крикнув клич:

– За короля Филиппа и Божью Матерь Клеманскую!!!

Три колонны, словно три серебристые гусеницы, быстро сожрали расстояние в пятьсот ярдов и устремились на врага…

Ги врубился в ряды палаток и понесся, рубя мечом налево и направо, по направлению к большому, богато украшенному шатру. Своё копье он оставил в теле первого подвернувшегося ему конного воина. Оруженосцы быстро вручили ему второй боевой ланс, который с треском разломился о щит какого-то пехотинца. Рыцари построились неким подобием журавлиного клина, его острием был де Леви, сея ужас, панику и опрокинутых врагов на своем пути.

Арбалетчики Меркадье попытались построиться, чтобы успеть произвести залп, но… Лошадь де Леви подмяла нескольких фламандцев.

Ги мельком увидел перекошенный рот и широко раскрытые глаза арбалетчика, пришпорил коня и понесся дальше, прямо на Меркадье и его рыцарей, уже успевших сесть на коней.

Всадники сшиблись. Конь под Меркадье присел на задние копыта от мощного удара копья де Леви, предусмотрительно поданного ему оруженосцем, еле успевавшим за своим хозяином.

Ланс застрял в крупе животного. Меркадье, надо отдать ему должное, успел отвести страшный удар ланса от себя, направив его в коня. Конь пронес Ги дальше по инерции, прежде чем де Леви развернул его для повторной атаки. Меркадье успел выскочить из седла и, схватив большую брабантскую пику, заканчивающуюся неким подобием косы, ожидал его.

Ги поддал шенкелей коню, выхватил меч и понесся на врага. Меркадье умело отскочил в сторону и, взмахнув пикой, подсек передние ноги коня Ги де Леви. Ги, быстро высвободив ноги из стремян, успел плюхнуться на землю сбоку от коня так, что раненое животное не придавило его.

Он прикрылся щитом и побежал на Меркадье. Они схлестнулись в яростной рукопашной схватке.

Ги почувствовал, что столкнулся с сильным и опытным противником. Меркадье был старше Ги, выше его ростом и крупнее в плечах. Он орудовал мечом с рукоятью в полторы руки так ловко, что даже новые итальянские приемы де Леви были бессильны. Ги, краем глаза стал замечать, что большая часть его воинов оттесняется несколько в сторону от него.

Рутьеры быстро перестроились и взяли себя в руки. Это были опытные бойцы. Круг вокруг де Леви постепенно сужался. Ги видел, как выбили из седел нескольких рыцарей из приданных ему копий, вздумавших биться поодиночке, а не сплоченной группой.

Щит трещал под яростью ударов меча Меркадье. Ги и не помышлял об атакующих действиях, он занял позицию защиты, выбирая оптимальный момент для контрвыпада. К Меркадье присоединились еще два рыцаря.

«Дело плохо! Ладно, еще посмотрим, кто кого!» – подумал Ги, сплюнув на землю.

– Рыцарь! Сдавайся! Мне уже неинтересно с тобой биться! – Крикнул ему Меркадье. – Я отошлю тебя в подарок своему господину, королю Ришару Кёрдельон, пусть он позабавится, глядя на то, какие сопляки остались у короля Филиппа после бойни, устроенной ему год назад на Эпте, при Фретевале!

– Да пошел ты! Пёс! – огрызнулся де Леви. Не тебе, грязный провансальский наемник, насквозь протухший своим не менее мерзким сыром, брать меня в плен!

Ги решил погибнуть, но попытать забрать с собой Меркадье на тот свет, чтобы предоставить этого урода судье, более великому, чем любой земной владыка. Он быстро снял с руки щит и врезал им, словно боевым цепом, одному из рыцарей Меркадье по шлему. Тот неуклюже пошатнулся и упал. Эта заминка позволила Ги отступить к телу его коня, бьющегося в агонии, выхватить моргенштерн.

Теперь, вооруженный мечом и моргенштерном, Ги де Леви стал более опасен для противника.

– Как твоя родовая фамилия, щенок? – Крикнул Меркадье, кивнув второму рыцарю головой. Рыцарь окружать де Леви, чтобы нанести внезапный смертельный удар со спины. – Я хочу знать, кто это такой смелый, что позволяет тявкать на правую руку Львиного Сердца!

– Ги де Леви! – выдохнул де Леви и резким ударом меча заставил раскрыться второго рыцаря. Следующий удар моргенштерна по шлему рыцаря был страшен и быстр.

Но Меркадье не ждал своей очереди. Он бросился на Ги, чем застал его не совсем подготовленным к отражению атаки. Меч Меркадье выбил моргенштерн де Леви из руки. Ги чудом увернулся, правда, сильно поранил левую руку.

Вдруг, откуда ни возьмись, из пыли боя, поднятого конями, появился тот самый, невзрачного вида, монах, которого он видел у Клемана. Монах схватил немного ослабевшего де Леви за кольчужный капюшон и крикнул:

– Запрыгивайте за мою спину! Приказ Клемана! Пробиваемся к воротам!

Ги, словно в тумане, запрыгнул за спину монаха и понесся к воротам. Он обернулся еще раз и увидел, как Меркадье упал на колени и орал от злости…

Вторая и третья колонны Клемана умело расшвыривали наемников, заставляя их в панике бежать из лагеря по направлению к ближайшему леску. Меркадье, поняв, что бой проигран, осада прорвана, решил отступать…

Подходы к главным городским воротам были отбиты отрядами де Марли и его кузенов Монморанси. Повсюду валялись тела убитых наемников. Гарнизон города открыл ворота и вышел в контратаку, возглавляемый местным епископом…

Вечером к легкораненому де Леви, грустно сидящему возле своей палатки, подошел коннетабль Жак де Клеман и тихо сказал:

– Каковы потери?

Ги поднял голову, ему было немного стыдно смотреть в глаза коннетаблю, ведь он позорно был спасен каким-то монахом:

– Три рыцаря из копья, присланного мессиром де Нофль, один оруженосец из состава копья, присланного де Бомоном. Из моего копья только пятеро раненых, слава Богу, все легко. Убито пять декстриэ и шесть ронкинов.

– Пришлешь счет моим писцам, оплатим все твои убытки. Да, забыл сказать. Ты – молодец! Такой храбрости я не видал давно!

Ги вскочил на ноги:

– Мессир коннетабль! – Слова путались у Ги де Леви. – Какая, к дьяволу, храбрость! Меня, словно нашкодившего мальчишку, подхватывает и спасает, бросая в позор бегства, какой-то монашек! Такого позора я, боюсь, не переживу!

Клеман, прищурившись, посмотрел на де Леви:

– Ой! Молодой ты/. Сразу видать. И глупый ты еще в придачу! Если все начнут так, как ты, биться в стыде – кто тогда останется защищать своего короля! Этот монашек, между прочим, младший правнук того самого де Шомона, знаешь такого? Слыхивал?

Ги кивнул в ответ.

– То-то! Твой славный, царствие ему небесное, прадед постригся в монахи только из-за того, что не смог вытащить Шомона живым из пекла Бремульской битвы! Этот же – стал монахом, причем… – Клеман замялся, – но это потом, в том числе и для того, чтобы спустя почти много лет вернуть долг тебе.

Ги смотрел на коннетабля широко раскрытыми, еще по-детски наивными, глазами.

– Успокойся, малыш! Я старше тебя, знал твоего отца… Он смог бы гордиться тобой, если бы был жив! Да и сейчас, я уверен, он смотрит с неба и говорит всему небесному воинству: «Глядите! Это мой сын!».

– Спасибо на добром слове, мессир Жак. Могу ли чем-нибудь вознаградить этого монаха? Даже не знаю его имени.

– И, слава Богу, что не знаешь… всё, но со временем. Пока самым лучшим для него подарком будет то, что ты забудешь его лицо и то, что он – потомок дворянского рода де Шомон.

– Не понял?

– Со временем, надеюсь, поймешь. Как и многое другое, что может поначалу показаться плохим и не соответствующим идеалам рыцаря, но, крайне нужного короне.

– Благодарю Вас, мессир Жак, за добрые слова.

Жак де Клеман улыбнулся и, потрепав светлые волосы Ги, добавил:

– Как себя чувствуешь? Рана не серьёзна?

– Мелочь. Только мякоть мне слегка зацепил, паскудник!

ГЛАВА XI   Письмо к королю

– Вот и хорошо. Тут, такое дело… возьмешь письмо с докладом королю, своих людей, и в путь сегодня же! Коней выбери самых лучших среди трофейных, некоторые есть очень знатные, даже в стальной броне! Просто мечта! – Клеман причмокнул языком от удовольствия, сказав о трофейных конях. – И, про счет об убытках не забудь. Король щедро награждает свои верные мечи!..

В ночь отряд, ведомый Ги де Леви, выступил в Париж. Дорогу проделали быстрым маршем, делая короткие привалы, питаясь солониной и рискуя загнать коней.

В Париже он оказался к утру пятого дня перехода, но практически сразу, лишь немного приведя в порядок пыльную одежду, влетел во дворец короля, громко крикнув часовым:

– Срочное письмо королю от мессира Жака де Клеман!

Рыцари, осмотрев внимательно оттиск печати с гербом Клемана, пропустили Ги к королю…

Несмотря на раннее утро, Филипп был уже на ногах. Всё в той же комнате, где и увидел его Ги де Леви, он вместе со своими советниками снова рассматривал какие-то документы, делал заметки на листах пергамента, выслушивая доклады бальи и Прево о поступлении налогов. Доложили о прибытии гонца. Филипп поднял голову и сказал:

– Впустить немедленно! Олухи! Я жду известий от Клемана!

Ги вошел, поклонился, подошел к королю и, встав на одно колено, протянул письмо.

Филипп мельком взглянул на него и, нервно сорвав печать, стал вчитываться в депешу Клемана. Чем больше он читал, тем веселее становилось его лицо.

Один раз, правда, мелькнула легкая тень, толи испуга, толи чего другого, но в целом король остался доволен содержимым донесения. Он несколько раз бросал быстрые взгляды на Ги, чем вгонял де Леви в краску смущения.

– Ты, шевалье де Леви, не обманул наших ожиданий! Мало сказать! Ты приятно удивил нас!

Король жестом приказал де Леви встать рядом и пригласил советников подойти к нему ближе.

– Сеньоры! Представляю Вам молодого рыцаря Ги де Леви! Этот рыцарь, словно бешеный лев, наскочил на самого Меркадье и чуть, жаль, не укокошил правую руку моего врага – короля Ришара Кёрдельон! Клеман пишет, что сей молодой рыцарь весьма грамотно организовал лагерь для армии мессира Клемана, провел умело разведку и определил слабые места врага. Именно атака, предпринятая сеньором Клеманом по плану мессира де Леви, завершилась полнейшим разгромом англичан и освобождением Амьена.

Советники обступили Ги, наперебой поздравляя его.

Филипп кашлянул, давая понять, что еще не закончил:

– Мы приятно поражены Вами, мессир де Леви. Мы счастливы, видеть Вас в рядах королевского войска. Моим ордонансом Вы будете назначены командиром большой роты, с правом самостоятельного ведения боевых действий на границах Пуату, Марша и Ангумуа.

Ги еще раз поклонился королю. Филипп махнул рукой, давая понять, отпускает пока Ги де Леви.

Ошарашенный он уехал из дворца и разместился в том же постоялом дворе, что и первый раз. Не успели обалдеть рыцари его отряда от рассказа Ги, как к нему подошел невзрачного вида монах и на ухо произнес:

– Король требует вас немедленно. Идете только вы один. Никто. Повторяю, никто не должен знать, куда и зачем вы идете. Равно, как и то, о чем вы будете говорить с Его величеством.

Ги быстро встал и пошел за монахом. Оруженосцы и несколько рыцарей решились сопроводить своего господина, но резкий взгляд Ги заставил их сидеть на местах…

ГЛАВА XII   Шаг в ближний круг

Король сидел в кресле, придвинутом к камину. Он протянул свои длинные ноги к огню и щурился от удовольствия, когда неприметный монах привел к нему Ги де Леви.

– Присаживайся к камину, шевалье. – Просто, словно своему близкому знакомому, сказал король.

Монах придвинул стул. Ги присел на край стула, устремив взгляд на Филиппа. Мало, кому выпадает честь сидеть в присутствии короля!

– Мой верный рыцарь. Ты, шевалье Ги, теперь мой верный паладин. Надеюсь, я могу так тебя называть, но, более того, считать тебя таковым? – Спросил король.

– Сир!– вскочил де Леви.

– Спасибо, мессир Ги. Теперь сядь и, пожалуйста, больше не вскакивай, я решил с тобой поговорить о многих вещах.

Ги сидел и слушал, не перебивая.

– Мне известна история твоего рода…

ГЛАВА XIII   В которой король Филипп приоткрывает свои мысли Ги де Леви

– Твой род относительно молод. Первый твой предок, монсеньор Годфруа «Рыжий» де Леви был конюшим и щитоносцем моего деда, короля Людовика Воителя. Народ и враги звали его позднее Толстым, хотя дед был могучим воином, это уже мелочи для истории.

Мой прадед, король Филипп Грешник, лично произвел твоего предка в рыцари. Дай мне свой меч, я взгляну на него.

Ги вынул меч и протянул королю. Филипп взял в руку меч и посмотрел на его лезвие и рукоять.

– Да, именно этим мечом король Филипп произвел первого рыцаря де Леви. Велика была помощь твоего предка моим предкам. Даже работа Годфруа, будучи уже епископом шартра, по женитьбе моего отца на Элеоноре «Блуднице» Аквитанской, которую ставил в вину твоим родителям мой покойный отец, король Людовик, была величайшим благодеянием.

Ну, не смог мой отец удержать Аквитанию и Пуату в руках! Теперь я, его сын, верну многое из того, что нахапали анжуйские графы у короны! Сиди и слушай!

Король стал рассказывать о тайной службе, созданной Сугерием для воплощения одной великой цели – созданию могучего французского королевства, самого сильного в Европе. Филипп рассказывал о работе, продолжаемой Тьерри Галераном и братом Раулем и направленной достижению только одной цели – объединению земель Франции под скипетром Капетингов. Ги ужасался некоторым моментам рассказа короля, особенно тем, где рассказывались о подкупах, отравлениях, убийствах врагов не совсем рыцарскими способами, о кознях и предательствах, подчиненных только одному! Могуществу короля Франции…

Могущественная тайная служба короля охватила практически всю Францию, в особенности стараясь в континентальных владениях английских королей, тянувшихся от Нормандии, далее через Анжу, Мэн, Бретань, к Пуату, Маршу, Ангумуа, Лимузену и Аквитании…

– Пойми, это просто несправедливо, что у полусумасшедших потомков Фулька Мрачного столько богатых земель! Мои слабые предки, чтобы утвердиться на шатающемся троне, доставшимся им от Каролингов, сами ослабили бразды правления во всех этих землях! – Филипп негодовал. – Местные графы, кто раньше, кто позднее, сбросили с себя королей и стали сами себе хозяйничать на моих, да, моих землях!!! Вроде бы, загнал в могилу самого страшного из них – покойного Генриха Плантажене! Нет! Появляется Ришар! Ещё страшнее, чем его папаша! Вроде, мрут, как мухи! Но проклятая Элеонора нарожала их, словно блох! Ришар, живуч, словно заговоренный. Из битвы при Арсуре выполз, весь в стрелах, словно подушка в булавках! И не сдох… стрелой ранили из арбалета – выжил, словно – с гуся вода! Набрал ублюдков, вроде «твоего» Меркадье. Жаль, что ты не прикончил его возле Амьена. А то, как везет в сражениях Ришару – просто нет слов!

Слуги незаметно пододвинули столик, на который поставили фрукты и вино. Филипп сам налил вина в кубки и, протянув один Ги, продолжил:

– Выпей вина, помогает думать. Вино хорошее, с медом и ароматными специями. Кстати, ты что-нибудь слышал о своем пропавшем дяде Филиппе?

– Нет, сир. Обрывочные сведения… говорили, что он, якобы, впал в ересь катаров и умер где-то в землях графа Тулузского. – Пожал плечами Ги.

– Нет. Твой дядя Филипп, старший сын покойного Годфруа де Леви, был одним из самых смелых и отважных паладинов моего деда. Мало того! – Король уважительно кивнул головой, – носил прозвище «Королевский Шершень»! Увы, позднее он совершил ряд непозволительных верному рыцарю проступков, бежал от заслуженной кары. Хотя, в принципе, мог просто ведь пасть на колени пред дедом и покаяться в грехах молодости.

Ги сидел, пораженный и оцепеневший.

– Так ведь нет! – король немного разволновался, затем, взял паузу, выпил немного вина и продолжил, – на таких вот, как ты, как твой отец и дед, даже Филиппе-окаянном, на таких верных и преданных рыцарях, отчаянных рубаках, держится корона Франции. Держится на тех, которые верно служат из поколения в поколение короне и, ни словом, ни вздохом не напоминают о себе, когда им плохо или трудно! Но, приходят на помощь по первому зову, позабыв обо всех обидах и несправедливостях, причиненных им своими неразумными сюзеренами.

– Сир, могу я задать лишь один вопрос Вашему величеству? – робко спросил короля Ги.

– Нет. Ответ нет. Я знаю твой вопрос. – Филипп нахмурился. – Тебе лучше не знать ответ на него. Просто ничего плохого твой дядя не совершил. Этого для тебя будет предостаточно.

Они выпили вина. Наступала глубокая ночь, пожирая Париж, бросая его во тьму, нарушаемую криками патрулей, обходивших улицы и курсировавших на лодках по Сене.

– Вся моя надежда состоит в том, что Господь, всё же, справедлив и заберет окаянного Ришара к себе на Суд! Ты не знаешь с какими лозунгом и знаменем Ришар отбыл в крестовый поход?

– Под знаменем Святого Георгия и Английским, красным крестом по белому полю, флагом? – произнес Ги.

– Нет. Он, словно в насмешку над Господом, взял лозунг: «Кто выпьет много – тот узрит Бога!» и флагом с Чашей, полной вина, доказывая со смехом, что это чаша – Святой Грааль!

– Какое неслыханное богохульство! – Возмутился, перекрестившись, Ги.

– Вот. И я также сказал. Он мне в ответ: «Филипп! Подумаешь безделица!..» После этих слов я понял, что Иерусалим мы не отобьем. Никогда и ни за что, пока на Святой земле Ришар…

Ги был удивлен. Филипп спросил:

– Ты не устал слушать исповедь своего бедного короля?

– Нет, что Вы, сир…

– Ну вот и прекрасно.

Король встал и прошелся по комнате, разминая затекшие ноги, Ги следовал за ним.

– Могу я на тебя рассчитывать? Не отвратили ли мои слова честного рыцаря от короля?

– Нет, сир, не отвратили. Я – ваш верный слуга.

– Спасибо, Ги. Иного ответа я, признаться, и не ожидал услышать от тебя. – Филипп посмотрел в глаза собеседнику. – Кровь… кровь – сильная штука… – задумчиво произнес король, отвел взгляд и уставился на звездное небо, раскинувшееся над Парижем.

– Служи верно, воюй, убивай моих врагов. Береги себя, я всегда и за любые деньги тебя выкуплю. Присматривайся к местным рыцарям, среди них много твоих сверстников, могут попасться и приличные ребята. Будь осторожен и осмотрителен в выборе друзей… они могут разочаровать, предав тебя в неподходящий момент. Ступай, отдохни. Через пару дней приходи за приказом о выделении тебе денег на формирование большой роты. Готовь, набирай, учи – срок тебе год. После чего в центр Франции, к Пуату, Маршу, Лимузену и Ангумуа. Жги, круши англичан, попутно подкупай местных владетелей, я научу тебя, что и как говорить… спокойной ночи.

Ги поклонился и вышел. Уже светало. Слуга в мантии короля, несший факел, затушил его на половине пути, прямо на мосту Пти Шатле. Ярким утром Ги вошел в зал постоялого двора командиром большой ордонансной роты. Таких людей во Франции было всего несколько человек…