Текст книги "В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ)"
Автор книги: Виктор Бушмин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 123 (всего у книги 198 страниц)
Раймон направился к дверям. Сеньоры расступались, пропуская графа с сыном, низко кланялись и произносили слова верности. Граф шел мимо них, направляясь к разведчикам, прибывшим из-под Авиньоне. Ему не терпелось самому расспросить их обо всех сведениях, относившихся к крестоносной армии. Они спустились по лестнице и вышли во внутренний двор крепости, прошли до конюшен, в которых кузнецы перековывали нескольких лошадей. Возле дверей конюшен сидели три воина, одетые в крепкие кожаные камзолы, надетые поверх коротких кольчуг. Двое из трех разведчиков были молодыми мужчинами средних лет с бронзовыми обветренными и загорелыми лицами, а старший разведчик – крепкий мужчина с седой лысеющей головой и крупными четами волевого лица, резко вскочил и поклонился, увидев графа и его сына.
– Встань, мой старый и верный Диего! – Раймон протянул руку воину. Диего прикоснулся губами к руке графа и встал. – Я пришел послушать твой рассказ…
Воин пожал плечами и произнес:
– Хозяин. Мы следили сутки за сенешалем и его воинами. – Разведчик замялся и почесал затылок, переглядываясь со своими спутниками. – У сенешаля полторы сотни рыцарей, идущих под вымпелами маршала де Ла Фо, мессира барона де Марли и английского сеньора, – он снова посмотрел на одного из разведчиков, который что-то шепнул ему, – да, английского сеньора де Клэра, вот!..
Раймон покачал головой и ответил:
– И, только?..
– Нет, сеньор граф. Их конюхи и оруженосцы отменно вооружены и посажены на коней. Сенешаль, будь он трижды проклят, сделал из них легкую конницу – шуструю и скорую на маневр. – Раймон помрачнел и взглядом попросил Диего продолжать. Тот потоптался на месте, почесал затылок. – Их около тех сотен. Но, самое главное, ваша светлость, что проклятый крестоносец умудрился усадить на коней всех арбалетчиков и пикинеров, сделав армию шустрее и проворнее на марше…
Раймон нахмурился – восемьсот всадников, это уже не шутки! А, если учесть два мощных и дальнобойных требюше, которые они тащили к Тулузе, – дело принимало совершенно иной оборот. Даже если сенешаль и не сможет взять столицу приступом, он разгромит ее камнями, которые два проклятых требюше могут накидать сколько угодно…
– Спасибо, Диего. – Сухо ответил граф Раймон, протягивая разведчику кошель, в котором позвякивали монеты. – Выпей-ка с друзьями за мое здоровье…
– Благодарствую, сеньор граф… – Диего низко поклонился и принял кошель.
Раймон де Сен-Жиль коротко кивнул ему и вместе с сыном направился к дворцу. Мысли кружились в голове графа, переворачивая его буквально с ног на голову.
«Катары, катары… – размышлял, на ходу, старый Раймон, – какую же глупость я, все-таки, совершил, поставив все на них, словно на игральную кость! И чего добился? Ничего… – граф вошел в дом и стал подниматься по ступеням. – Ничего, кроме бед, унижений и потерь я не получил. Ничего! – Слуги открыли перед ним и сыном двери комнаты, куда они вошли и жестами приказали оставить их одних. – Я уже потерял половину земель…»
– Отец. – Виконт Раймон прервал размышления своего отца. Граф посмотрел на сына. – Отец, мне не понятно, зачем сенешаль де Леви пересадил всю армию на коней? Это же такие издержки!..
– Скорее всего, мой родной, он добивается увеличение скорости движения, – машинально ответил отец в раздумье, почесывая подбородок, – или, так ему будет удобнее перемещаться при отходе или… – в этот момент Раймон вскочил со стула и вскрикнул. – Точно! Так оно и есть! Сенешаль де Леви задумал что-то иное! Он хочет не Тулузу… – Виконт с удивлением и сомнением посмотрел на отца. Граф ходил по комнате, словно дикий зверь по клетке. Его губы беззвучно шевелились и шептали что-то, понятное только одному графу. Наконец, Раймон посмотрел на сына и тихо сказал. – Он будет жечь окрестности Тулузы, и вытаптывать урожай, обрекая нас на голод и ропот черни…
Крепость Базьеж. Три лье юго-восточнее Тулузы. 30 сентября 1221 года.
Армия крестоносцев еще издали увидела белые башни форпоста Базьеж. Ги де Леви пришпорил своего коня и въехал на вершину небольшого холма, откуда крепость была виднее.
– Базьеж! Узнаешь его, Бушар?.. – Рыцарь повернул голову к де Марлю, сидевшему на коне рядом с сенешалем. Тот усмехнулся в ответ и развел руками. Ги де Леви произнес. – Всегда любовался его белыми башнями.
Каструм Базьеж представлял собой почти ровный пятиугольник со сдвоенной вершиной, составленной из двух башен, между которыми находились главные ворота крепости. Четыре оставшиеся башни располагались в вершинах этого пятиугольника практически на одинаковых расстояниях одна от другой. Каструм был основан еще древними римлянами, высоко оценившими стратегическое значение холма, прикрывавшего древнюю Тулузу с юго-востока. Потом, Базьеж неоднократно перестраивали готы и предки графов де Сен-Жиль, пока, наконец, отец графа Раймона, пятый в своем роде, не решился на основательную реконструкцию и перестройку крепости. Он снес большую часть древних стен и превратил классический римский прямоугольник в пятиугольник, добавив высоту стен и соорудив мощные башни, прикрывающие главные ворота. Раймон Пятый расширил рвы, надстроил деревянные стрелковые галереи на куртинах и башнях, построил деревянные казармы, арсенал и продовольственные склады, превратив крепость в своего рода перевалочный пункт и склад, позволявший контролировать все передвижения по окситанской дороге.
– Мессир де Марли, – Ги всегда переходил на официальный тон, когда отдавал приказы, касающиеся армии или взаимодействия отдельных отрядов. – Извольте забрать из колонны всех стрелков и пикинеров, после чего блокируйте, пожалуйста, Базьеж, пока мы будем обходить крепость и продвигаться к Тулузе. – Барон учтиво поклонился сенешалю и жестом приказал оруженосцу подать ему большой шлем. Сенешаль поклонился в ответ и продолжил. – Придвиньте павезы и, по возможности, не тратя лишние болты, запалите что-нибудь в крепости, после чего отходите за нами и прикрывайте тылы армии, где будут медленно тащиться повозки с требюше.
– Будет исполнено, сеньор сенешаль! – По-военному бодро ответил Бушар, который поправил войлочный валик, сидевший у него на голове для равномерного распределения нагрузки, ведь шлем был довольно тяжел и громоздок, и надел шлем, прорычав напоследок. – С превеликим удовольствием я запалю это чертово логово!
Он поскакал к колонне и вывел из ее середины триста всадников и восемь повозок, которые стали поворачивать к крепости, пока остальная часть колонны отклонялась к холмам, располагавшимся справа от Базьежа по ходу движения…
Рыцарь Рауль де Верфей – комендант крепости Базьеж, знал о приближении крестоносцев, нервно прохаживаясь по открытой стрелковой галерее восточной башни, обращенной в сторону Авиньоне, когда караульный воин не сообщил ему о появлении неприятеля. Рауль влез на каменный зубец бойницы и стал всматриваться в густую полоску пыли, появившейся на горизонте. Туча росла, увеличиваясь в размерах, и вскоре он смог различить блеск копий и шлемов крестоносцев, разноцветье их флагов, стал различать гербы.
– Ух, ты! Старые знакомые! – Рауль даже присвистнул от неожиданности. – Мессир де Марли! Бог ты мой! – Он перевел взгляд на знамя сенешаля и воскликнул. – Мессир маршал де Ла Фо! Уже теплее… – флаг третьего сеньора, участвующего в походе, был ему не знаком, хотя и походил на герб де Леви, отличаясь лишь красным цветом стропил. Рыцарь задумался и вслух произнес. – Ага! Это, скорее всего, герб англичанина де Клэра! Черт бы его подери… – Комендант спрыгнул с каменного зубца и жестом приказал слуге подать вина.
Прохладная и терпкая жидкость приятно щекотала рот, освежая и утоляя жажду. Солнце, словно забыв об осени, нещадно пекло, нагревая камни башни, и вскоре от них стал отражаться поток теплого воздуха, делавший невыносимой пыткой нахождение в кольчуге, гамбезоне и шлеме. Рауль вынул небольшую костяную пуговицу и бросил ее в кубок с вином, взболтал тот и стал пить мелкими глотками. Он поймал зубами пуговицу и языком сунул ее за щеку. Этому старинному способу борьбы с жаждой он научился еще много лет назад, когда участвовал в борьбе против мусульман в жарких испанских краях. Рыцарь спустился вниз и приказал гарнизону строиться. Вышколенные воины быстро построились перед командиром, который, как всегда, что-то пробурчал себе под нос, сетуя на медлительность и расхлябанность стражников.
– Гарнизону к защите приготовиться! Повозки к воротам! Стрелкам на стены! Разжигать костры и придвигать котлы со смолой! – Рауль с еле заметно улыбкой стал следить за четкими действиями своих воинов, кинувшихся исполнять его приказания. Он прикрикнул, правда, больше для вида, на нескольких стражников, слишком близко поставивших к костру котел со смолой. – Эй! Остолопы! Пока не было команды греть смолу! Ух, я вас, разэтаких!.. – с улыбкой выругался рыцарь, в душе радуясь четким и быстрым действиям его воинов.
Рауль снова поднялся на башню, придвинул к зубцам павез и стал внимательно разглядывать войско крестоносцев, которое почти вплотную подошло к крепости. То, что он увидел, одновременно, напугало и обрадовало его. Крестоносцы тащили на повозках части требюше. Он присмотрелся и покачал головой. Большие и дальнобойные машины были разобраны.
– Значит, – прошептал рыцарь, – они тащат требюше на Тулузу. – Он шумно выдохнул и вытер пот, стекавший из-под шлема. – Да, если они, все-таки, их наладят – Базьеж не продержится и пары дней…
В этот момент от колонны крестоносцев отделилась большая группа всадников, из задних рядов выехали повозки, которые направились к крепости.
Рауль плюнул на каменные плиты башни и прошептал:
– Накаркал. Будут осаждать… – рыцарь резко повернул голову и крикнул воинам. – Приготовиться к осаде. Арбалетчикам на стены! Залп только по моей команде!.. – Рауль кинул взор на ворота, которые уже заканчивали забаррикадировать повозками его воины, после чего стал с интересом рассматривать армию противника, приближающуюся к крепости…
– Спешиться! – Прорычал из-под шлема Бушар де Марли. – Павезы из повозок! Придвинуть павезы к стенам! Факелы зажечь!..
Стрелки и пикинеры вынули из повозок большие дощатые щиты-павезы и стали медленно придвигать их к стенам крепости, укрываясь за ними от возможного обстрела. Павез медленно двигал пикинер, пока два арбалетчика прятались за ним.
Бушар прикинул на глаз расстояние, удобное для стрельбы из арбалетов, после чего крикнул:
– Павезы вперед на сто шагов! Живее, бездельники!..
Рыцарь повернулся и посмотрел на колонну, которая уходила на холмы, огибая крепость на расстоянии, недоступном для вражеских стрелков. Павезы придвинули к стенам, когда хвост крестоносной армии уже скрылся за холмами. Бушар удовлетворенно кивнул, приподнял шлем и плюнул в воздух, определяя направление и скорость ветра, слез с коня, взял в руки большой щит и, прикрываясь им от случайной стрелы противника, пошел к первым рядам арбалетчиков, укрывшихся за павезами…
Крестоносцы спешивались и вытаскивали большие павезы из повозок. Высокий и крепкий рыцарь под флагом барона де Марли, что-то кричал им, но с такого расстояния Рауль не мог расслышать его команд. Враги стали медленно подступать к стенам Базьежа, неуклюже передвигая павезы и прячась за ними от стрелков, размещавшихся между зубцами куртин и стрелковых башен.
– Будет штурм! – Снова крикнул своим воинам комендант Базьежа. – Заваливайте ворота! Всем на стены! Стрелять только по моей команде!..
Персонал крепости быстро занимал свои места, определенные рыцарем в результате долгих и нудных тренировок, которыми он буквально доконал воинов в мирное время. Только теперь, перед лицом грозной опасности, надвигавшейся на небольшой гарнизон крепости, каждый из стражников и арбалетчиков осознал истинный смысл и пользу тех изнурительных многочасовых занятий. Стрелки деловито размещались там, где их строгий комендант расставлял во время занятий, разбирали колчаны с болтами и налаживали арбалеты, готовясь к стрельбе по крестоносцам, которые словно диковинные жуки, прикрывались павезами с изображением креста и медленно приближались к сенам и воротам крепости.
– Они упрутся в ров, а фашин у них нет… – злорадно заметил Рауль, скользнув наметанным взглядом по рядам повозок крестоносцев. Он заметил, что разобранные требюше вместе с колонной и оставшимися повозками проследовали дальше от крепости, стиснул зубы и крикнул, обращаясь к воинам. – Они отводят требюше в сторону от крепости! Если, не приведи Бог, они их начнут собирать – наше дело будет проигрышным!..
Стрелки, сидевшие возле бойниц башни, молча пожали плечами и переглянулись между собой, осознавая, что именно сейчас решается судьба крепости и их жизни.
Но крестоносцы, словно одна чудовищная гусеница, медленно удалялись от Базьежа, двигаясь к Тулузе. Рауль увидел, как голова колонны съехала с холмов и вышла на широкую дорогу в полу-лье севернее крепости и стала медленно удаляться. До Тулузы оставались какие-то жалкие три лье. Высокие шпили ратуши и старого собора уже маячили на горизонте смутными очертаниями, растворяясь в дымке облаков, застилавших край небосвода.
Рыцарь Рауль де Верфей, происходивший из старинного и знатного рода вассалов графа де Сен-Жиль, много повидал на своем веку. Еще юношей, он видел мусульманские крепости Испании, с ее роскошными тенистыми садами и безводными пустынными равнинами. Бывал в Италии, участвуя в кампаниях императора в числе войск Прованского маркизата, которым владел граф, атаковал порты островов Ибица и Мальорка вместе с армией короля Арагона, даже однажды видел на горизонте большой порт Алжира, куда их корабль отнесло штормом. И вот, сегодня, он командует гарнизоном форпоста Базьеж, на который крестоносцы вот-вот начнут атаку.
Рауль осторожно отодвинул павез и высунул голову, выгладывая из бойницы. Крестоносцы медленно приблизились ко рву и остановились в нескольких метрах от его края. Над павезами потянулись дымки зажженных факелов…
Рыцарь, это был Бушар де Марли медленно объехал вокруг крепости, держась на почтительном расстоянии от арбалетчиков гарнизона, осмотрел размеры и прикинул в уме угол обстрела, после чего слез с коня и, прикрываясь большим павезом, который перед ним несли два пикинера, подошел к группе стрелков, разместившихся напротив главных ворот.
– Ну, орлы, сможем мы их зажечь с первого залпа? – громким и нарочито веселым голосом произнес рыцарь, обращаясь к арбалетчикам. – Или, для порядка, надо помучиться?..
– Ворота-то, сеньор, сырые! – ответил ему один из стрелков – коренастый седой итальянец, одетый в короткую кожаную котту и алеманнскую кольчугу, едва доходившую воину до середины бедер. Он повернул голову и снял шлем-шапель, поклонился и добавил, для важности. – Эх, кабы нам, сеньор барон, пособили немного, да бросили в воротину бутыль с маслом – дело бы заладилось!..
– С маслом, говоришь? – переспросил его Бушар, прикидывая в уме расстояние от линии стрелков до ворот. – Сейчас, я что-нибудь придумаю!..
Он быстро отошел от арбалетчиков и вернулся к рядам повозок, возле которых суетилась прислуга.
– Эй, бездельники! – Трубным голосом проревел рыцарь, вспугнув воинов своим неожиданным появлением. – Есть ли у нас масло в повозках?..
Солдаты засуетились и, вскоре, один из них подбежал к рыцарю, неся в руках увесистую бутыль с маслом. Бушар критически оглядел худого и сутулого воина, крякнул и сказал, обращаясь в прислуге:
– Кто изловчится и разобьет бутыль о воротину – тому я дам на пропой десять ливров серебром и обещаю кормить весь поход из своего котла!..
Прислуга – а это, в основном, были горожане Каркассона, мало привыкшие к войне и риску, замялись и отпрянули назад, испугавшись грозного вида и предложения, с которым к ним обратился Бушар де Марли.
– Ну! Чего мы жмемся, как скромницы перед первой ночью! – Заревел барон, оглядывая воинов. – Или, черт вас всех раздери, вам мало десяти ливров серебром?!..
Из толпы вышел один, хитрого вида, горожанин, одетый в короткую кожаную куртку, проклепанную бронзовыми бляхами, и, поправив для солидности пояс, на котором болтался широкий тесак и длинный рутьерский нож, снял шлем-шапель и, кланяясь, произнес:
– Добрый сеньор! Деньги, конечно, немалые, но, простите и вы нас, горемычных! Вот, ежели, кто нам пособил, да дотащил павез до ворот, мы, тогда, завсегда…
– Ах, вот, вы куда клоните, шельмецы! – Засмеялся рыцарь и вынул кошель, туго набитый серебряными монетами. Он высыпал в свою огромную ладонь пятнадцать больших монет и ответил. – Добавлю еще пять тем, кто потащит павез к воротам! Согласны, крохоборы?! А?!..
– Согласны, добрый сеньор! – Уже веселее ответили воины.
– Тогда, олухи царя Небесного, как только мои ребята начнут палить из арбалетов по крепости – я буду ждать вас возле вон тех павезов! – Бушар указал рукой на группу павезов, располагавшихся напротив ворот крепости.
– Не извольте беспокоиться, сеньор рыцарь! – Поклонились воины, принимая в своих заскорузлых ладонях серебряные монеты…
Рауль де Верфей насторожился, заметив дымки факелов и метания прислуги возле повозок. Он приказал оруженосцу подать щит, который приладил к руке, чтобы прикрыться от арбалетных болтов. В этом рыцарь не сомневался. Крестоносцы скоро начнут обстрел. Только вот для чего знатный рыцарь объезжал крепость и о чем он разговаривал со своими воинами?
– Щиты над головами! Приготовиться! – Рауль крикнул своим воинам, когда увидел головы вражеских стрелков, показавшихся из-за павезов крестоносцев.
Воины гарнизона быстро подняли щиты над головами, готовясь защититься от града смертоносных стрел противника…
-Эй! Лодыри! – Бушар крикнул стрелкам и пикинерам, укрывшимся за павезами. – На первый-третий рассчитайся!..
Стрелки быстро рассчитались, последний стрелок, стоявший за дальним павезом, крикнул в ответ: – Готово, сеньор!..
– Ладно! – Крякнул Бушар де Марли с довольным видом. – Первые стрелки бьют по крепости прицельно, стараясь поразить солдат и заставить их спрятаться за стенами! Вторые и третьи номера стреляют зажигательными болтами! Задача – поджечь что-нибудь внутри Базьежа! Галереи и верхушки башен тоже сойдут!!..
Стрелки противника огрызнулись выстрелами из арбалетов, застучавших по павезам крестоносцев. Один из нерасторопных воинов вскрикнул и упал, сраженный метким выстрелом. Появились первые раненые, которых ранили в ноги во время перетаскивания павезов ближе к стенам крепости.
Бушар вынул из ножен меч и, подойдя к группе арбалетчиков, стоявших за павезами напротив ворот, отдал приказ о начале обстрела. Полторы сотни тяжелых болтов, издав мерзкий воющий звук, понеслись к крепости, словно стая озлобленных фантастических ос.
– Эй, бездельники! Зажигательными болтами прицел взять повыше!.. – Крикнул Бушар стрелкам, которые в этот момент перезаряжали свои арбалеты. – Стрельба по готовности!.. – Он повернулся к троице воинов, стоявших возле повозки и махнул им рукой, приказывая бежать к воротам с бутылью, наполненной маслом. Когда они побежали, неумело прикрываясь павезом, рыцарь сказал стрелкам. – Так, орлы мои! Стрельба по бойницам! Ребята должны добежать!..
– Будет исполнено, ваша милость… – хором ответили стрелки и начали выцеливать противника, показавшегося между зубцами бойниц…
– Бог ты мой! Они же бьют зажигательными! – Вслух прокричал Рауль де Верфей, увидев множество дымов среди тучи летящих болтов. – Я позабыл о воде…
Арбалетные болты с противным низким воем проносились над головами воинов крепости и втыкались в землю и строения, которыми был утыкан внутренний двор крепости.
Рауль отбросил павез и перекинул щит за спину, стал спускаться вниз по лестнице, крича на бегу:
– Пожар! Пожар! Треть воинов на тушение!!..
В это время, крестоносцы провели еще один залп из арбалетов, выплюнув по крепости полторы сотни стрел. Кровля амбаров, главная конюшня и казармы стали дымиться в разных местах. Язычки пламени, то тут, то там, робко воздевали к небу свои хищные и голодные пасти, медленно пожирая сухое дерево.
Стражники бежали с ведрами к колодцу и большим канавам, наполненным водой, когда залп стал косить их ряды, наугад попадая в тела, ноги или головы воинов, забывших об осторожности перед лицом возникающего пожара внутри крепости…
– Давайте, соколики! – Приободрил трех добровольцев Бушар, когда те, прикрывшись павезом, пробежали мимо него к воротам, до которых оставалось около ста шагов. – Давайте. Родимые!..
Троица медленно бежала к воротам. Два солдата неуклюже держали павез, тогда как третий воин бережно, словно младенца, нес на руках большую бутыль с маслом.
Защитники гарнизона, оборонявшие главные ворота, заметили троицу и открыли шквальный огонь из своих арбалетов, пытаясь остановить бегущих.
– Держитесь, родимые… – прошептал Бушар де Марли и перекрестился.
Павез трещал, покрываясь мелкими ходами трещин, вызванных точным попаданием арбалетных болтов противника. Каждое попадание отдавалось сильным толчком в руки солдат и толкало назад смельчаков, но они бежали и бежали. Их головы гудели, а в ушах стоял гулкий шум, сквозь который прорывался голос Бушара де Марли, кричавшего из-за укрытия:
– Еще чуть-чуть, соколики! Двадцать шагов, родимые!!..
Павез, не выдержав нескольких точных попаданий, с треском разлетелся на части, обнажая храбрецов. Следующие три стрелы буквально разорвали на части двух воинов, но тот, кто бежал с бутылью масла, сумел подбежать к воротам. Он высоко поднял руки и, вкладывая в бросок все свои силы, метнул тяжелый бутыль в ворота крепости. Тот раскололся с глухим треском и бульканьем, обдав дубовые створки маслом. Несчастный герой развернулся и побежал к своим воинам, укрывшимся за павезами, когда две стрелы пронзили его спину навылет, обдав воздух кровавым облачком разорванной плоти.
Он неуклюже взмахнул руками, словно большая и причудливая птица, пытающаяся резко взлететь в воздух, и стал заваливаться лицом вперед.
– Стреляйте, скоты тупоголовые! Чего же вы ждете!!.. – Бушар громко и с отчаянием в голосе закричал на арбалетчиков, завозившихся под павезами. – Сожгите эти проклятые ворота!!..
Стрелки подожгли наконечники болтов и выстрелили по воротам и кровле стрелковых башен, стоявших по обеим сторонам. Резкое пламя охватило ворота, взметая густые черные клубы дыма и пожирая створки хищными языками. Левая от ворот башня медленно разгоралась, становясь похожей на причудливый факел…
– Дон Рауль! Пожар! Ворота и башня!!.. – Рауля дернул за рукав кольчуги перемазанный грязью воин. Рыцарь обернулся и увидел черные клубы дымов, поднимающихся над воротами и одной из башен крепости. – На стены! Всем стрелкам на стены! Сейчас начнется атака!!! На стены… – Тяжелый болт пронзил ему грудь, оборвав его крик посередине. Рауль сел на землю, сбитый резким толчком, и опустил голову, увидев прямо перед собой толстый наконечник оперения болта, глубоко засевший в его теле. Он хотел что-то крикнуть своим воинам, но вместо крика изо рта рыцаря вылетело неприятное бульканье, и по подбородку потекла густая струйка крови. На мгновение все вокруг раненого рыцаря расцвело буйством красок, резавших глаз своим великолепием и ослепительной прелестью. Мир закрутился перед его глазами, застилась туманом и приглушая крики воинов. Он закрыл глаза и стал медленно падать в какую-то бездну, дна которой не было видно. Тело падало, поддерживаемое насыщенным и густым воздухом, словно мягкой периной. Рауль видел перед глазами яркий луч света, влекущий его невесомое, словно пушинка, тело куда-то ввысь, наполняя расслабленным блаженством и истомой руки и ноги воина…
– Отходим! Хватит, я думаю, с них и этого!.. – Бушар приподнял шлем и плюнул на землю. – Отходим! Пора догонять колонну мессира де Леви!..
Де Марли приподнялся на носках и посмотрел в сторону ушедшей колонны крестоносцев – даже пыль осела, оставив только следы копыт и повозок. Надо было нагонять, иначе отряд Бушара мог оказаться в ловушке. Стрелки и пикинеры медленно попятились назад, удерживая тяжелые павезы перед собой. Крепость Базьеж горела: Ворота и правая надвратная стрелковая башня были объяты пламенем, из-за стены в разных местах в небо поднимались густые клубы серого и черного дыма, что на фоне белых камней, из которых была сложена крепость, выглядело удручающе и, одновременно, завораживающе, притягивая взгляды к красивому сочетанию белого с красным, серым и черным.
– Потери? – Бушар, который уже сел в седло, склонился к одному из воинов. – Быстро узнай наши потери!..
Воин спешно пересчитал воинов и, не скрывая удовольствия, громко отрапортовал:
– Восемь ранено и шесть убито, ваша милость!
Рыцарь кивнул головой и отдал шлем оруженосцу, спросив того:
– Ступай к повозкам и узнай имена тех троих смельчаков. Надо наградить их семьи, они ведь из Каркассона… – барон повернул коня и, увидев, что крестоносцы закончили погрузку павезов и раненых солдат, громко крикнул. – По коням! Идем на Тулузу!..
Он выехал в голову колонны, составленной из пикинеров и стрелков, расположил повозки в середине строя и тронул поводья коня. Жеребец весело заржал и резво стал набирать скорость. В это время оруженосец подъехал к нему и сказал:
– Их имена Жиль, Пьер и Андрэ, ваша милость…
Бушар склонил голову и ответил:
– Запомни их имена, оливье! Когда мы вернемся в Каркассон, напомни мне, чтобы я не забыл выдать их семьям по двадцать ливров…
– Но, сеньор де Марли, – оруженосец не понял слов рыцаря, – вы, если память не подводит, отдали им деньги!..
Рыцарь резко наклонил корпус к оруженосцу и так сильно наотмашь ударил его по шее, что с его головы слетел шлем:
– Не смей учить меня, болван! Они – герои… – Бушар свирепо сверкнул глазами, заставив оруженосца съежиться. – Научись, сначала, шлем привязывать, а потом…
Он развернулся и поскакал к голове колонны, двигавшейся прочь от горящей крепости.
– Набираем ход, ребята! Живее!..
Тулуза. Шато-Нарбоннез. То же время.
Громкие шаги и настойчивый стук в двери встревожили графа Раймона. Он поднял голову, отрывая свой взгляд от пергаментов, и крикнул:
– Входите!..
Широкоплечий рыцарь склонил голову в учтивом поклоне. Его черные и смолистые волосы колыхнулись и упали на плечи воина, растекшись крупными волнами по сюркоту, надетому поверх кольчуги. Загорелое, бронзового цвета, лицо рыцаря прорезали глубокие морщины, хотя он был еще не стар. Раймон нетерпеливо посмотрел на него.
– Что-то срочное, мессир Пьер-Бертран?..
– Сир! Судя по всему – горит Базьеж!.. – Срывающимся от волнения голосом ответил рыцарь. – Большие клубы черных дымов тянутся с юго-востока, а там, как раз, и расположен Базьеж…
Граф резко встал и последовал за рыцарем, который вышел из комнаты и повел графа на противоположную сторону дворца, к балкону, откуда были видны дымы. Раймон присмотрел, потер глаза и тихо выругался:
– Черт. Неужели, они так легко взяли Базьеж? Что же они за люди такие, если сходу могут… – он посмотрел на рыцаря. Тот почтительно склонил голову, ожидая приказаний. – Пьер-Бертран, я приказываю вам взять с собой десять всадников и спешно направиться к крепости Базьеж. Любые известия, даже самые плохие, я должен знать первым…
Пьер-Бертран де Лескюр молча развернулся и покинул графа, оставив того наедине с дымами, тянувшимися к Тулузе со стороны горевшей крепости.
– Проклятье! – Раздраженно прошептал граф Раймон. Он сильно стукнул кулаком по перилам балкона. Резкая боль немного отвлекла и отрезвила голову графа. – Проклятье… – уже спокойным голосом добавил он, потирая распухающую ладонь. – Еще, и руку разбил, что за напасть…
