Текст книги "В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ)"
Автор книги: Виктор Бушмин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 198 страниц)
XV Дрё де Муши.
Два года спустя.
Почти два года незаметно пролетели для Годфруа де Леви в походах и стычках с непокорными и своевольными вассалами короны. Были разгромлены и сожжены замки грозного Бушара де Монморанси, который, наконец-то, смирился и склонил свою голову перед молодым принцем Людовиком.
Потом были проводы крестоносцев, уходивших в страшный по своей драме крестовый поход 1101 года. Лишь единицам, в числе которых был герцог Гильом Аквитанский и ещё небольшая кучка, повезло вернуться из него живыми. Гуго де Вермандуа, брат короля Филиппа, погиб от ран в городе Тарс. Благочестивый граф Гильом Неверский, практически голый и с небольшим отрядом изможденных и обобранных до нитки рыцарей, смог добраться до Антиохии. Виконт Эд-Эрпен Буржский и герцог Оттон Бургундский, после бегства сопровождавшего их войска графа Раймона Тулузского, только чудом сумели добраться до Антиохии с небольшими и деморализованными группами рыцарей. Немцам повезло гораздо меньше. Лишь, считанным по пальцам, воинам удалось пробиться сквозь земли турок-сельджуков. Графиня Ида пропала бесследно.
Рождество и Пасху Людовик провел в Париже, постоянно находясь при своём отце, короле Филиппе. Опасения Сугерия, касающиеся интриг семейств де Рошфор и их настойчивых попыток связать узами брака свою молодую и красивую дочь и принца, начинали приобретать реальные очертания. Всё чаще король вместе с принцем приглашал на трапезу Ги де Рошфора, слащавые и вкрадчивые речи которого, всё чаще и чаще, вызывали приступы глухой раздражительности у Людовика.
Но с этой проблемой, всё же можно было как-то справиться. Сугерий и верные ему люди сумели, всё же, откопать некоторые древние бумаги, которые, пусть косвенно, но подтверждали кровное, пусть и отдаленное, родство. Брак всегда можно было опротестовать у папы Римского.
Вторая проблема больше беспокоила Людовика. После необъяснимой смерти графа Симона де Монфора, ставшего ему вернейшим и преданнейшим соратником, земли родового домена перешли к его сыну, Амори де Монфору, более подверженному влиянию своей сестры Бертрады, незаконной супруги его отца, короля Филиппа. После смерти Симона, владевшего частью земель графства Дрё, принц возвратил все переданные графу земли в Дрё под свою опеку. Рыцари, владевшие ленами от покойного графа, принесли присягу лично Людовику, как властителю графства и сюзерену. Эти законные действия принца возбудили такое озлобление в семействе Монфоров, что Людовик немного растерялся. Потом, принц сообразил, что это только на руку ему и его приверженцам. Людовик отправил комиссию, во главе с преподобным прелатом Гуго де Сен-Виктор, для рассмотрения «неких жалоб на притеснения» в землях самих Монфоров.
Опасное гнездо зашевелилось, и это позволило Сугерию и остальным сторонникам Людовика вычислить приблизительно всех его участников.
Амори де Монфор стал на публике открыто оказывать знаки королевского внимания младшему и незаконнорожденному сыну короля Филиппа, Филиппу младшему. Теперь, все расчеты противников принца строились через малыша-бастарда. Людовик частенько по ночам стал выезжать в замок Монкруа, где находился Сугерий и верные ему отряды рыцарей. Они советовались на счет планов по нейтрализации противников и, в конце концов, пришли к простейшему решению. Людовик стал просто делать вид, что не замечает всю эту подковерную возню Монфоров и их приверженцев. Он стал предельно любезен со всеми, источал улыбки, шутил сам и смеялся над шутками других, словом, изображал молодого повесу и прожигателя жизни.
Старый Антуан де Сент-Омер и его помощники старались, не покладая рук, подготовить к весне ещё часть молодых новобранцев, среди которых уже стали появляться младшие сыновья более родовитых, чем прежде, сеньоров. Помимо молодого Монморанси, отец которого с трудом набрал положенную сумму штрафов и уехал в Испанию, к принцу приехал на услужение младший сын графа Анжуйского, шестнадцатилетний Фульк, посланный «воспитанником» и рыцарем к Людовику. Это был уже признак растущего могущества и значимости принца.
Сугерий за зиму и весну 1102 года наметил несколько новых экспедиций для Людовика. Все они должны были пройти в пределах его родового домена, чтобы навести порядок в ближних округах Парижа, обезопасив себя на будущее и обеспечить нормальное и беспрепятственное сообщение между Парижем и северными сеньориями, верными короне. Первым, по плану Сугерия, должен был стать наш старый знакомый де Муши, распоясавшийся, было, в округе Бовэ, но, после того, как Людовик сурово обошелся с его союзником Монморанси, в этом году присмирел и вел себя в целом пристойно. Тем не менее, именно по нему планировался первый удар. Благо, что жалоб ни неправедные действия де Муши и его людей накопилось уже предостаточно. Это давало Людовику возможность атаковать своего врага…
2 апреля 1102 года.
Принц решил действовать незначительными силами. Он взял с собой две сотни рыцарей и две сотни арбалетчиков. Коннетабля де Нанси Людовик решил пока оставить в Париже со всеми остальными частями и быть готовым выступить по его приказу. Многие из его рыцарей, получив земли, были оставлены Людовиком на местах. Так, Матье де Три и его сотня оставались на землях Монморанси, контролируя процесс умиротворения. Пьер де Монтонкур и его вассалы оставались в своих ленах аббатства Сен-Дени. Вместо Ангеррана де Шомон, назначенного принцем сенешалем графства Вексен, командиром сотни был назначен Годфруа де Леви, самый верный и преданный принцу рыцарь. Второй сотней рыцарей командовал виконт Бернар де Понтье, считающийся теперь самым опытным из всех командиров рыцарей. Арбалетчиками командовали Жиль де Кран и Готье де Перш…
Чтобы угодить своему новому союзнику, графу анжуйскому, Людовик взял с собой в поход Фулька, присланного к нему в обучение. Несколько моложе принца, Фульк был более щуплым и не таким высоким, как Людовик. Но, его отличала отличная выносливость и сообразительность. Объявив публично о направлении его похода, Людовик предполагал, что де Муши не станет сопротивляться и покорится воле своего сюзерена.
Но, он просчитался. Дрё де Муши был не из разряда пугливых людей. Сейчас, когда Людовик, словно хищный волк со своей стаей, кружил вокруг его земель, карая то одного, то другого непокорного вассала, де Муши решился не класть свою голову безропотно под секиру принца. Он спешно собрал всех своих рыцарей, воинов, среди которых оказалось много бывших наемников Монморанси и Фонтенэ, нанял около сотни брабантцев и принялся поджидать Людовика.
Войско де Муши оказалось довольно-таки приличным. Около трех сотен рыцарей и конных воинов и порядка двух с половиной сотен пеших стрелков и копейщиков, преимущественно брабантцев.
Замок Дрё де Муши был довольно крепким, но всё ещё комбинированным. Башня донжона была уже каменная, в три этажа, плюс высокая деревянная дозорная и стрелковая площадки. А вот внешние куртины и башни были все деревянные, хотя при этом окружены широким и глубоким рвом. Самое широкое и глубокое место рва располагалось как раз напротив ворот. К ним вел мост, довольно-таки широкий, который позволял спокойно разъехаться повозке и всаднику.
Пример Монморанси не испугал де Муши, скорее наоборот, придал ему сил и какой-то внутренней одержимости и веры в то, что судьба будет к нему более благосклонна, чем к его бывшему союзнику. Единственное, чего не хватало мессиру де Муши, так это политической чуткости. В этом случае, он смог бы увидеть четкое стремление принца Людовика «проложить» направление к северу и северо-востоку королевства, к землям Понтьё и Фландрии, своих верных и надежных вассалов. Людовику мешали это сделать многие, но, прежде всего, Дрё де Муши и граф Эбл де Руси, чьи лены располагались, как раз в этом, злополучном для них, направлении экспансии Людовика…
Земли сеньора Дрё де Муши. 6 апреля 1102 года.
В апреле, когда дороги погрязли в распутице, но местами уже просыхали, Людовик выдвинулся в направлении земель сеньора де Муши. Первую сотню рыцарей, которой командовал Годфруа де Леви, принц оставил с собой, как и всех конных арбалетчиков. Виконту Бернару де Понтьё и его сотне, Людовик приказал скрытно продвинуться к замку де Муши и, стараясь не привлекать лишнего внимания, затаиться в лесу рядом с замком. Виконт убыл вперед основной части войска на два дня раньше основного выхода.
Людовик построил свои части, идущие на марше так. В авангарде ехала сотня арбалетчиков Готье де Перша, в середине шла сотня де Леви и свита принца. А арьергард составляла сотня стрелков Жиля де Кран и обоз. Людовик ехал степенно, его трубачи, словно нарочно стремясь предупредить противника о своем скором подходе, постоянно трубили в рога. Местечки, деревни, замки и все их обитатели высыпали навстречу Людовику и его отряду, сеньоры оказывали уважение и почести наследнику.
Суровые испытания, которые претерпел рыцарь Годфруа де Леви, сильно изменили молодого воина. Людовик успел порядком соскучиться по своему бывшему слуге, балагуру и шутнику. Годфруа старался казаться прежним, только страшный шрам на лице как-то не увязывался с его шутками и веселыми историями. Единственным, что сильно изменилось в поведении де Леви, были его глаза, грустные и холодные. Людовик догадывался о возможной причине этой перемены и, периодически охватывающей Годфруа, тоски. Сеть кровавых преступлений, которым не находилось оправдания в сердце и душе де Леви, тяготили его. Сватовство, обещанное королем, несколько откладывалось, причем каждый раз, по различным причинам. Сначала королю было некогда, приехал герцог Робер Нормандский, надо было подготовить его к возможному перевороту в Англии. Затем, другое, потом следующее… Руки Филиппа, как-то не доходили до дел своего незначительного слуги. Вот и сейчас, Филипп сослался на какие-то очередные и неотложные проблемы в королевстве…
Подъехав к де Леви, возглавлявшему колонну своих рыцарей, Людовик хлопнул его по плечу и сказал:
– Что нос повесил? Вспоминаешь глазки мадемуазель Луизы де Лузиньян?…
Годфруа вздрогнул, повернул голову и, посмотрев на принца глазами, пустыми от безысходности, ответил:
– Да, сир… Только, все бесполезно… Безземельный, к тому же урод! Вы только взгляните, какой у меня шрамище – в пол-лица!
– Э, брат мой, да ты порядком скис! Тебя нельзя будет допускать к винным подвалам в королевстве! – Попытался он пошутить.
– Почему?.. – не понял подвоха Годфруа.
– Почему, почему… Потому, что от одного твоего кислого вида все вино в королевстве превратится мгновенно в уксус! – Захохотал Людовик.
– Спасибо, сир… – ответил де Леви и понуро опустил голову.
– Слушай, Годфруа! Ты ведь мой человек, или нет? – Опять не унимался Людовик, покачиваясь рядом в седле.
– Ваш, сир…
– Клянусь тебе… когда вернется из похода герцог Гильом Аквитанский, я лично поеду тебя сватать… – ответил принц.
Глаза Годфруа на мгновение вспыхнули лучиком надежды, но тут же угасли:
– А, если герцог, не дай Бог, не вернется?.. Я так понимаю, что этот поход специально задумали на массовую погибель многих наших сеньоров…
Людовик посмотрел по сторонам, словно опасаясь, что эти слова услышат посторонние, и сказал:
– Если думаешь, тогда молчи в тряпочку! И меня не заводи своим неверием! Я, не мой отец! Я свои слова на ветер не бросаю!..
– Спасибо, сир… – грустно ответил де Леви. Он всё ещё сомневался.
– Значит так, Фома неверующий! Она, эта твоя Луиза, сейчас еще соплячка… я имел в виду, что молодая! Отвечаю тебе, что не позднее двух лет со дня нашей сегодняшней беседы, ты будешь у меня женат! Не на ней, так, на другой девушке! Более знатной и богатой! Понял меня, козлиная твоя рожа?! – Людовик хлопнул по спине Годфруа и весело засмеялся. – Будешь ещё вот так, как сейчас, косорылиться, велю изменить твой герб со стропил на козла!!!..
Перспектива иметь в качестве геральдической фигуры козла произвела на де Леви жуткое впечатление. Он представил себя скачущим на коне, в полном вооружении, с развевающимся на флаге козлом… Он сам не удержался и засмеялся. Людовик посмотрел на него, вытер слезы, выступившие от смеха на его глазах, и спросил:
– Ну, а сейчас, что с тобой?..
– Да представил себя с козлом на щите и флаге!..
– Вот. Сейчас ты смеёшься, а может заржать до упада вся Европа!!!
– Не приведи господь! – Смеялся Годфруа.
– Скорее и вернее сказать так, Годфруа, «не приведи принца»… как?..
– Сильно! – Смеясь, ответил де Леви.
Людовик хлопнул его по плечу, и они поехали дальше. Рыцари в колонне затянули какую-то веселую песню, которую вскоре подхватили все. Отряд ехал и, с каждой минутой, приближался к кровавой развязке похода. Рыцарям было наплевать, можно сказать, их мало заботила вероятность смерти. Больше всего, их заботила мысль о будущей славе, феодах, замках, башнях и, естественно, девицах с богатым приданым или, на худой конец, о вдовушках…
Вечером первого дня пути, принц отправил гонца – герольда к Дрё де Муши с приказом ждать его безоружным у большого креста, что в двух лье от его замка. В случае неявки сеньора, принц будет вынужден его атаковать без дополнительных переговоров…
К утру третьего дня пути, отряд приблизился к границе феода, которым владел Дрё де Муши. Посыльный от Бернара де Понтьё доложил о готовности его отряда к атаке по сигналу принца.
– Передайте мессиру Бернару, чтобы был готов атаковать из леса только по моему личному сигналу. Этим сигналом будут три пронзительных звука рога мессира де Леви, он их хорошо знает и не перепутает ни с какими другими. Вам, надеюсь, всё понятно?.. – сказал Людовик рыцарю.
– Да, сир… – ответил гонец, поклонился, запрыгнул в седло и ускакал в расположение отряда виконта Бернара.
Следом за ним подъехал герольд, посланный ранее. Вид у него был несколько озабоченный и расстроенный. Он спрыгнул с коня и, встав на одно колено перед принцем, произнес:
– Ваше королевское высочество! Не велите казнить вашего верного герольда, но мессир де Муши не внял словам разума и отказом своим вынуждает Ваше высочество к военным акциям! Я лично видел приготовления сеньора де Муши и его рыцарей к сражению…
Людовик поднял брови от удивления:
– Ты хочешь сказать, что этот пёс решил на меня залаять? Так ли это?..
– Истинно так, Ваше высочество. Сеньор де Муши задержал меня с возвращением к вам, чтобы я лично убедился в серьёзности его намерений… – ответил герольд.
– Надеюсь, он отнесся к тебе подобающе?
– Да, Ваше высочество. Сеньор был предельно сдержан и корректен в выражениях своего неповиновения Вашему высочеству и Вашим приказам.
Людовик повернулся к рыцарям и произнес:
– Сеньоры! Мои верные и благородные рыцари! Только что, герольд доложил мне об отказе сеньора де Муши явиться безоружным на суд и вызов своего сюзерена! Он решил дать нам бой!
Рыцари заволновались в предчувствии схватки и послышались их голоса:
– Раздавим гада! Веди нас! Франция!.. – и другие воинственные выкрики, перемежающиеся грубыми ругательствами в адрес непокорного вассала принца.
Людовик взглянул на герольда и спросил:
– Уточнял ли, может быть случайно, сеньор де Муши о численности моего отряда?
– Да, ваше высочество, уточнял лично у меня.
– И что же ты ему ответил?
– Правду. Что у Вас сто рыцарей и чуть больше арбалетчиков…
Ответ герольда успокоил принца:
– Все правильно. Врать нехорошо… особенно врагам. Спасибо, мой верный герольд. А сколько человек у сеньора де Муши?
– Три полных сотни конных воинов, из них тяжеловооруженных и в бронях – человек двести…
Людовик развернулся и скомандовал:
– Первой сотне арбалетчиков перестроиться в пять рядов по двадцать человек! Мессир де Перш!– Он обратился к их командиру, долговязому рыцарю. – Будьте готовы по моему сигналу расступиться и пропустить клин мессира де Леви.
– Будет исполнено, сир… – поклонился де Перш и начал перестраивать на ходу своих арбалетчиков.
– Мессир де Кран! После залпа арбалетчиков мессира де Перш, будьте так добры, досчитайте до тридцати и выстрелите поверх наших голов навесным залпом… – приказал Людовик командиру второй сотни стрелков.
– До тридцати?.. – переспросил принца де Кран, скрывая свою практически полную, неграмотность.
– Да, милейший де Кран. Пожалуйста, пересчитайте пальцы одной руки шесть раз подряд, после чего пальните! Ясно?..
Де Кран расплылся в широченной улыбке, поклонился и ответил:
– Теперь ясно! Шесть раз!!!
Людовик засмеялся:
– Спасибо! Я не сомневаюсь в Вашей четкости, де Кран!..
Де Кран ускакал перестраивать своих арбалетчиков.
Людовик повернулся к Годфруа:
– Теперь, о нас с тобой, малыш де Леви. Перестраивай клином сотню. Стоим за арбалетчиками и ждем их залпа, после второго, вернее сказать, одновременно с ним, атакуем рыцарей де Муши, они будут стоять у моста. Это удобная позиция, всегда можно отойти в замок под прикрытием своих стрелков. В толчее, арбалетчики из замка не решатся стрелять, боясь задеть своих рыцарей… У нас есть реальный шанс ворваться в замок и начать бой внутри…
Годфруа почесал затылок и сказал:
– Рисковое дельце… А ну, как они спохватятся и прижмут нас с двух сторон?
Людовик кивнул и ответил:
– Это может быть. Но, ты забыл об отряде виконта Бернара… Как только мы поймем, что прорываемся в замок, ты трубишь три раза в «подарок» мессира Антуана, эту твою зычную «иерихонскую трубу». Бернар и его рыцари бьют во фланг конников де Муши, отсекая их от моста и замка, арбалетчики, я надеюсь, еще смогут, раз другой, по ним выстрелить…
Триста человек принца начали перестроение прямо на ходу. Через пару лье они увидели замок де Муши и его рыцарей, выходивших по мосту на поле для перестроения. Их разделяли где-то около пятисот туазов практически ровной поверхности. Лесок, в котором спрятался отряд Бернара де Понтьё, располагался слева от принца, в ста с небольшим туазах от моста.
Людовик быстро оценил расстановку своих сил, и противника. Он понял, что отряду Бернара хватит места для разгона, и он сможет ударить по флангу рыцарей де Муши.
– К бою, сеньоры! И да поможет нам Бог!.. – крикнул Людовик, и его отряды быстро двинулись на противника, выходящего из замка…
Дрё де Муши доложили о приближении войска Людовика заранее. Его лазутчики и разведчики отслеживали передвижения отряда Людовика прямо от ворот Парижа. Численность войска принца была такая же, какую назвал герольд. Триста воинов, из которых только сотня были тяжеловооруженными рыцарями. Арбалетчиков де Муши не принимал в расчет.
Он быстро скомандовал своим рыцарям о выходе из замка в поле для конного боя. Де Муши рассчитывал, что его рыцари успеют выйти и перестроиться для атаки ещё до подхода Людовика. Накануне, отпустив герольда принца, он продемонстрировал ему свое превосходство в коннице, о чем, скорее всего, герольд успел доложить Людовику. Это, по мысли Дрё де Муши, должно было немного задержать движение Людовика или, о чем Дрё тайно молился, вообще заставить его развернуться и отступить. На худой конец, сеньор де Муши рассчитывал, что Людовик расположится лагерем, пошлет за подкреплением, что даст ещё дополнительное время де Муши. Выходило же всё по-другому. Принц шел напролом. Его отряды неслись сейчас из-за поворота на рыцарей де Муши, которые ещё толком не вышли из замка и не перестроились…
– Живее! Живее! Поторапливайтесь!.. – подгонял де Муши своих конников. – Надо успеть перестроиться и подтянуть стрелков к мосту для прикрытия!
Но было уже поздно…
Людовик, видя, что рыцари де Муши стали разворачиваться для встречной атаки, приказал всем отрядам перейти на галоп. Это было крайне рискованно, так как арбалетчикам на ходу было трудно четко прицелиться по противнику. Риск промахнуться был велик.
Когда до врага оставалось меньше двухсот туазов, Людовик крикнул:
– Залп первой сотне!..
Маленькая темная тучка стрел вылетела от отряда принца и понеслась в направлении рыцарей противника, издавая неприятный вой. Через какое-то мгновение, часть тяжелых арбалетных стрел-болтов накрыла рыцарей и коней, раня, убивая и калеча всадников и лошадей.
Людовик начал считать, думая про себя:
«Лишь бы наш де Кран не ошибся… иначе накроет и нас и противника…»
Он досчитал до двадцати четырех и приказал:
– Стрелкам! Расступиться! Де Леви! Вперед! В атаку!!!
Арбалетчики быстро расступились, пропуская конников сотни, которую вел принц и Годфруа де Леви.
Противник, понемногу приходя в себя после залпа, стал выравнивать свои ряды. Было видно, как де Муши на крепком белом коне что-то кричит своим рыцарям.
Атака конницы началась. В это самое время раздался второй протяжный вой болтов, и этот навесной залп накрыл, правда, на этот раз частично, почти перестроивших свои ряды рыцарей противника. Часть стел пробила некое подобие бреши в их рядах, как раз напротив моста, откуда начали, было, выходить стрелки де Муши.
Рыцари, выстроившиеся клином, во главе которого неслись Людовик и Годфруа де Леви, на полном скаку врезались в ряды врага… Множество конников было выбито из седел… Рыцари принца, помня о приказе пробиваться в замок, начали рубить врага мечами, расчищая дорогу на мост. Противник, под напором рыцарей Людовика, стал немного пятиться и расступаться. Передовые воины во главе с принцем и Годфруа уже скакали по мосту, рубя и сталкивая в ров арбалетчиков де Муши.
– Сигнал!!! Давай сигнал! – Услышал в шуме боя Годфруа.
Он поднес к губам рог и трижды протрубил в него…
Дрё де Муши, видя, что противник начал переходить на галоп, стал подталкивать своих рыцарей быстрее перестраиваться. Надо было дать своим арбалетчикам выйти на мост, чтобы успеть выстрелить по врагу. В это время, первый залп арбалетчиков принца, скачущих практически во весь опор, пришелся по его рыцарям. И хотя, залп был не прицельным и несколько поспешным, около сорока или пятидесяти рыцарей было убито или ранено. Возникла небольшая паника и толчея…
– Ерунда! Перестраиваемся! Продолжаем! У них мало сил! Мы их сможем разбить в ближнем бою! – Командовал и кричал де Муши своим рыцарям.
Дрё увидел, как расступились первые ряды врага, выпуская на них тяжелую конницу принца.
– Ага! Стрелки все разрядились! Принц выпустил свою личную сотню! – Крикнул он рыцарям, указывая мечом на скачущего врага.
Его рыцари снова выровняли строй и, в это самое время, по ним был произведен второй залп.
– Откуда?! – удивился де Муши и понял, что принц разделил залпы на две части. – Поумнел, змеёныш… – процедил он сквозь зубы.
Второй залп был ещё опаснее, хотя и был произведен навесным методом. Основная часть стрел прошла мимо или не попала, но другая, меньшая часть, сумела пробить брешь в рядах рыцарей, как раз, напротив моста и ворот в замок. Конница Людовика, на полном скаку, въехала в ряды рыцарей противника и начала пробиваться в замок.
Дрё де Муши был оттеснен атакой на фланг. Он удивился странной тактике принца, желающего попасть в капкан:
– Он и его рыцари определенно сошли с ума! Зачем они лезут в замок?! Их же зажмут с двух сторон…
Сеньор де Муши увидел, как первые ряды, во главе с Людовиком, давя, рубя и сталкивая в ров его стрелков, ворвались в замок и исчезли за воротами. Сейчас было самое время развернуть своих рыцарей и пробиться в замок в надежде окружить и пленить принца, так опрометчиво попавшего в западню!
Но, в это самое время он услышал три громких и звонких сигнала, видимо, поданных кем-то из рыцарей принца.
– Сеньор! Сеньор! Нас атакуют с фланга какие-то рыцари!!! – Крикнул ему оруженосец, указывая рукой в сторону лесочка, расположенного рядом с замком.
Дрё де Муши онемел… На его разворачивающихся рыцарей неслась большая группа конников, выстроенных клином!
– Откуда!!! Откуда они могли здесь появиться?! Отобьёмся, перевешаю всех лазутчиков, что прошляпили такую ораву конных воинов!.. – раздраженно закричал де Муши…
Отряд во главе с Людовиком и Годфруа, круша всё на своем пути, ворвались в замок. Их преимущество, основанное на внезапности, давало малочисленному отряду возможность, используя замешательство противника, практически целиком ворваться в замок. Пехотинцы врага, а это были преимущественно арбалетчики, охваченные паникой, стали в беспорядке отступать. В это время принц услышал ответный звук трубы. Это был сигнал Бернара де Понтьё о начале атаки на противника. Спустя небольшое время, раздался грохот и треск ломающихся копий, который вскоре утонул в общем грохоте боя. Уточнять, как развивается бой у моста, у принца не было времени. Он указал де Леви направление к главной башне замка, куда пыталась отступить большая группа стрелков и копейщиков врага. Годфруа кивнул головой и, увлекая за собой человек тридцать конных рыцарей, бросился в атаку на башню, стараясь не допустить врага в нее. Людовик повел оставшихся в атаку на разрозненные силы пехотинцев, мечущихся между стен замка.
– Отсекайте их от башен! Рубите! Давите их конями! Не давайте им опомниться!!! – Кричал Людовик рыцарям. Вскоре, к нему пробилась группа конных арбалетчиков, человек около сорока или чуть больше. Забросив арбалеты за спины, и взяв мечи, воины прорубились к принцу, среди них Людовик увидел де Перша:
– Как там дела? – Сквозь шум боя прокричал принц, обращаясь к де Першу.
– Хвала Небесам! Мессир де Понтьё и его молодцы крепко врезали рыцарям у моста! Многие бросились бежать, бросая оружие! Оставшихся рыцарей немного оттеснили от моста мои ребята! Вот мы и прорвались к Вам на помощь! – Отбиваясь мечом от противника, кричал в ответ де Перш.
Людовик, понимал прекрасно, что враг скоро опомнится и, сообразит, что всадников мало, после чего, он начнет вести огонь из арбалетов. Вскоре это началось…
Принц и его рыцари, прикрываясь щитами, продолжали рубиться внутри замка. Рыцари и арбалетчики снаружи постепенно оттеснили конников де Муши от моста и стали загонять их в трясину, лишая их маневренности.
Но, внутри замка противник начинал уже приходить в себя после внезапного прорыва. Опасаясь быть полностью уничтоженными, Людовик приказал рыцарям отступать из замка.
– Рыцарям! Отходим из замка! Годфруа! Прорубайся обратно!!!
Людовик крикнул командиру арбалетчиков:
– Де Перш! Прикажи своим воинам поджечь замок и верхушку донжона!!! После этого, отступайте из замка! На выходе из замка запалите, если получится, ворота и бретеш над ними.
Годфруа де Леви и рыцари, находившиеся рядом с ним, стали прикрывать отход принца и рыцарей из замка, отбиваясь от наседавших со всех сторон копейщиков. Одна из стрел попала в ногу де Леви, несколько застряли и пробили его щит, сделав из него решето.
Арбалетчики провели залп по верхушке башни и, вскоре она задымилась. Сначала скромные и, словно стыдливые, дымки стали появляться то тут, то там, в разных местах, постепенно расширяясь и смелея, они охватывали своим завораживающим дьявольским танцем пламени всю верхушку донжона. Отряд, тем временем, уже выскочил из замка и присоединился к рыцарям и конным стрелкам, бившимся с рыцарями де Муши.
Людовик послал молодого Фулька Анжуйского с приказом для арбалетчиков:
– Прикажи им, только как можно быстрее, выйти из боя и открыть отход зажигательными стрелами по стенам замка! Мы сами разберемся здесь с де Муши и его людьми, они же пусть сожгут это гнездо змия!!!..
Сеньор де Муши был раздражен внезапным появлением отряда рыцарей, которые на полном скаку врезались в ряды его воинов и еще больше разбили и расчленили его отряд. Нить боя постепенно ускользала из рук опытного воина. Опытные действия воинов принца не позволяли ему ни на одно мгновение перехватить инициативу, его рыцари только пятились в сторону трясины и отбивались от наседающего противника. К удивлению де Муши, конные арбалетчики принца отказались грамотными бойцами, конечно, они уступали рыцарям, но, тем не менее, они умело бились на мечах.
Надежда оставалась. Она заключалась, прежде всего, в том, что воины внутри замка должны, рано или поздно, лучше раньше, прийти в себя и выбить рыцарей Людовика из замка, перестреляв как можно больше из них. Вскоре он увидел спешно отходящих из замка через мост рыцарей принца и обрадовался этому событию. Но рыцари, едва отступив из замка, сразу же бросились на его конницу, прижимая её все плотнее и загоняя в трясину. Арбалетчики же, напротив, сразу вышли из боя и, расположившись рядами напротив моста, стали спешно заряжать арбалеты.
– Думают спастись от моих стрелков… – отбиваясь мечом от наседавших рыцарей принца, подумал де Муши.
Вскоре, из ворот замка выехали последние конные рыцари принца, человек двадцать, не больше, и немного арбалетчиков. Увидев, что все выбрались успешно, стрелки на мосту произвели залп в арку ворот, отсекая защитников. Вторая же группа арбалетчиков стала стрелять зажженными стрелами по деревянным стенам и башням, стараясь их поджечь.
– Сволочи!.. – выругался де Муши. – Почему же медлят мои слуги?! Где помощь и контратака?!
Его взгляд скользнул чуть выше стен замка, и он ужаснулся… Верхушка донжона покрылась клубами черного и серого дыма, из которого, то тут, то там, выскакивали острые язычки красного пламени. Башня горела…
– Вот почему они так быстро выскочили… – мелькнула догадка в его голове. – Они и не хотели брать мой замок! Просто желали сжечь его!!!
Стены и башни возле ворот уже начинами покрываться дымами от очагов возгораний. Ветер, как назло, старался, словно в сговоре с принцем и его воинами, раздуть пламя сильнее, не давая возможности выйти из замка защитникам для контратаки. Внезапно, от резкого порыва ветра, кровлю одной из башен охватил огонь, верхушка её мгновенно стала похожа на огромный пылающий факел!
Конные воины де Муши, попытавшись в последний раз прорваться, поняли всю безнадежность этой затеи и стали сдаваться. Напрасно кричал Дрё де Муши, стараясь воззвать к их клятвам и присягам. Лишь горстка его верных рыцарей и слуг, сгрудившись вокруг своего господина, продолжала с упорством обреченных отбиваться от наседавших со всех сторон рыцарей Людовика.
Внешние стены замка возле моста, обе его башни, стоявшие возле ворот и бретеш под порывами ветра охватывались пламенем. О возможности пробиться внутрь или наоборот, выбраться из замка, не было даже и речи. Несчастные воины гарнизона, осознав всю бесполезность выбраться через ворота замка, охваченные огнем, стали в панике бежать в сторону противоположных стен, прыгать с них в ров и пытаться вплавь спастись от огня. Менее трети защитников, из тех, кто был одет в лёгкие брони и кольчуги или смог быстро сбросить тяжелую амуницию, смогли спастись. Большинство просто утонуло…
Воины Людовика, поначалу стрелявшие в бегущих, ужаснулись их массовой гибелью и бросились вылавливать из грязных вод рва несчастных.
