Текст книги ""Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Данияр Сугралинов

Соавторы: Максим Злобин,Ярослав Горбачев,Вова Бо,Ирина Итиль,Диана Рахманова,Валерия Корносенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 93 (всего у книги 350 страниц)

Вошла Эйприл, одетая в короткую теннисную юбку и майку. Блестящие волосы девушка собрала в два хвоста по бокам головы, из-за чего напоминала Харли Квинн, если бы у той существовала добрая версия.

Она была прекрасна. Не так, как Лекса, конечно, в Лексе было что-то помимо красоты. Но от Эйприл было сложно отвести взгляд. Хаген даже забыл закрыть рот, так и стоял со шнурком в зубах. Вообще всё это напомнило ему сцены из порно, которые происходили в раздевалках. А этих картин Хаген видел предостаточно.

– Так и знала, что тебе нужна помощь!

Она подошла к Хагену, взяла за руку, затем натянула перчатку и как следует зашнуровала. Майк почувствовал, какие сильные и уверенные у неё движения. Стараясь не выдать волнения, посмотрел статы и закрепил над Барби постоянный прогресс-бар:

Отношение: интерес (8/10).

Сопротивляемость вашей харизме: высокая (8/10).

Зашнуровывая вторую перчатку, Барби говорила:

– Владелец этого зала рассказал мне кое-что про тебя. Ты полон сюрпризов, а мне это нравится.

– Это заметно, – хмыкнул Хаген.

Барби сделала злое лицо, отчего стала ещё больше похожа на Харли Квин:

– Не остри! Я тебя в два счёта сломаю.

– Это тоже заметно, – не смог сдержать улыбку Майк.

– Короче, вот, что тебе надо знать про Сайласа. Он, быть может, и болван, и любит выпендриться, но уже изучил два твоих боя. Первый – запись в этом зале, второй – в клубе. Кстати, меня тот бой немного впечатлил.

– Тот бой и меня…

– Заткнись и слушай! – Барби дёрнула шнуровку. – Он знает, как ты дерёшься, а ты не знаешь, как дерётся он.

Хаген решил не напоминать, что и сам об этом подумал. Было интересно, к чему клонила девушка.

– Он будет ждать твоего удара. Он знает о нём и готов. Скорее всего, предпочтёт войти в клинч, сдерживая тебя. То есть готовься к тому, чтобы вовремя уйти. Если он тебя захватит… – Барби выразительно посмотрела на Хагена. Она была чуть выше него (почти все люди были чуть выше Хагена): – Если захватит и повалит, тебе конец. Дальше пойдут его любимые удушающие и болевые приёмы. Из-под его туши ты уже не поднимешься. Уяснил?

Майк кивнул. Дверь распахнулась, и заглянул Гонсало:

– Эй, бро, насчёт твоих двадцати… – уставился на Барби, подмигнул, – упс, бро, забей. Позже. Вы хотя бы носок на дверь повесили?

– Зачем ты мне всё это рассказываешь? – спросил Хаген, когда дверь закрылась.

– Хочу, чтобы ты победил.

– Почему? Разве вы не…

– Да, мы пара. Но это не отменяет того, что он самолюбивый мудак. Ему нужен урок. Так что я хочу, чтобы ты его наказал, поколебал тщеславную самоуверенность. Видеть не могу, как он напыщенно ходит и говорит. Да он даже дышит пафосно!

Хаген криво усмехнулся:

– Ага, и нет большего наказания для такого красавчика, чем быть побеждённым уродом вроде меня.

– Именно так.

Презрительный тон Барби никак не вязался с тем, что прогресс-бар интереса поднялся на один пункт. Если бы не эта информация, Хаген бы сильно расстроился. Но теперь всё стало иначе. Она скрывала свой интерес к нему.

– Ну, ты понял?

– А что мне будет за это? – Хаген произнёс фразу и удивился, оказывается и без дядиной куртки он способен быть уверенным.

– Что будет тебе? – Барби смерила его взглядом, провела пальцем по его подбородку и резко царапнула ногтем по верхней губе. – Я тебя не сильно покалечу за наглость.

Её прикосновение пробрало до дрожи. Как в старые времена Хаген засмущался и опустил голову. Забормотал:

– Хорошо. Да…

Так как слов не хватало, он ударил по воздуху в подтверждение своего согласия.

– Вот это мой мальчик! Ещё совет: береги свой главный удар до лучшего момента. Проводи больше обманных движений, жертвуй динамикой, старайся запутать внимание Сайласа. Твой удар должен быть нанесён тогда, когда он не будет ожидать. Но так как ждать он будет всё время, ты должен хорошо его замаскировать.

Хаген был поражён: откуда инструкторша по йоге столько знала?

– Ещё Сайлас страшно переживает за свой нос, знал бы ты, сколько денег он вложил в пластику! Направляй все обманные атаки на лицо. Не сбоку, не снизу, а прямой удар в лицо. Этого он будет бояться.

Дверь снова распахнулась, заглянул Очоа:

– Время.

Хаген двинулся на выход, но Барби удержала его за руку. Наклонилась к лицу и, обжигая дыханием, прошептала:

– Сделай это.

Кивнув, Хаген вставил капу, поправил шлем и пошёл в зал, весь преисполненный решимости. Барби будто зарядила его на победу, что тут же подтвердила система новым бафом:

Воодушевление (до конца боя)

+1 ко всем характеристикам.

+3 очка к уровню любого приёма.

+50 % к скорости освоения навыков.

Внимание! Откат эффекта: -1 ко всем характеристикам (12 часов).

Принять?

– О, да! – крикнул Хаген, поднимая руки и ударяя перчатками.

* * *

Конечно, выход на ринг зала Очоа вовсе не напоминал то же самое в Dark Devil. Не было ни враждебной толпы, ни темноты. Хаген и чувствовал себя намного увереннее, чем тогда. Воодушевление помогало проще относиться и к страху боли, и к страху поражения.

Хаген влез на ринг одновременно с Сайласом, который был одет в борцовский костюм с логотипами AthleticSmart, где только можно. Система тут же отреагировала на его появление знакомым – вторым за день – мигающим сообщением:

«Хвост виляет собакой».

Одержите победу в бою над Сайласом по просьбе Эйприл, чтобы получить новые достижения.

Очоа тоже удивил своим преображением: вышел на ринг в выцветшей голубой рубашке с галстуком-бабочкой. Настоящий олдскульный рефери.

– Бойцы, на середину, – позвал Очоа.

Хаген подошёл как обычно, а Сайлас «Кен» пересёк ринг, постоянно прикладывая перчатки к груди и делая поклоны в сторону зала. Типа, весь такой философский буддист.

Очоа предупредил, что будет судить строго, кратко обрисовал правила, проверяя перчатки бойцов. Потом развёл противников по углам ринга. Выждал паузу, во время которой зал наполнили редкие крики поддержки. Килла и его друзья, поставившие на Хагена, свистели, а друзья Сайласа подбадривали его аплодисментами.

Оставшись один в углу, Хаген шёпотом спросил:

– Помощник, куда лучше вложить временное очко умения? Разлочить новое или усилить имеющееся?

– И то, и то имеет свои преимущества и недостатки, – откликнулся помощник. – Исходя их текущей ситуации, целесообразнее усилить «Удар ногой».

Точно! Если верить Барби, Сайлас не будет ждать именно этого удара. Если, конечно, верить ей…

Хаген нашёл взглядом Эйприл. Она стояла у самого ринга, ближе к его углу. Поймав его взгляд, подмигнула и даже сложила губки, будто целует.

Даже Хагену было ясно, что Барби просто использовала его, чтобы позлить своего дружка. Но прогресс-бар над ней выдавал истинные чувства девушки. Не могла же она обмануть Augmented Reality! Platform?

Её жест перехватил Сайлас и мгновенно вспылил. От его благодушия и медитативного состояния не осталось и следа.

– Я уничтожу тебя, гномик, – заявил Сайлас, размахивая кулаками. Очоа даже пришлось прикрикнуть на него, отгоняя обратно в угол.

– Не ты первый мне это обещаешь, – ответил Хаген.

Воодушевление – это, конечно, хорошо, но очень уж страшен был качок: гора рельефных мускулов. Успокаивая себя, Хаген вызвал свои статы:

Сила (8).

Ловкость (6).

Выносливость (11).

Интеллект (7).

Восприятие (6).

Удача (4).

Харизма (2).

Удар рукой 17 уровень.

Урон: 13600.

Удар ногой 6 уровень.

Урон: 3600.

Вообще-то неплохо, но сильно пугала разница в очках здоровья. У Хагена их было всего чуть больше десяти тысяч: ещё не восстановился полностью после драки с Голиафом. А вот у Сайласа: двадцать тысяч очков хэпэ. Больше, чем ранее. Неужели, так помогла медитация?

Очоа вытянул руки:

– Бой!

Хаген ждал этой команды, но прозвучала она всё равно внезапно. Противники сошлись, ударились перчатками.

Сайлас сразу прикрылся и начал обходить Хагена.

Майк же, не поднимая высоко руки, примеривался к обманным манёврам. Барби была права: особые – победные – удары надо прятать. И уж точно противник не ожидал, что этим сюрпризом будет удар ногой!

Но и Сайлас имел кое-что в запасе. Он быстро вышел вперёд, замахнулся рукой – Хаген отклонился и тут же получил правой ногой в бедро.

Получен урон: 3000.

Чёртов лоу-кик! Кен решил действовать, как Гонсало? Прихрамывая, Хаген отступил. Противник не развил атаку, уйдя в оборону. Его идеально красивое лицо не портила даже рамка шлема и выступающие формы капы. Хаген начал догадываться, что Сайлас боялся его больше, чем он того заслуживал!

И сделал то, что Сайлас ожидал: провёл несколько мощных ударов руками. Нырок, удар в бок, апперкот, отход и удар через верх. Всё, как учил Очоа. Удар в бок Сайлас блокировал, от апперкота уклонился так стандартно, словно они спарринговались под присмотром тренера, но последний – прямой, на самом излёте сил – удар пробил блок. Правда, попал Хаген не в нос, как планировал, а в подбородок:

Вы нанесли урон: 10000 (удар рукой).

Поздравляем! Вы повысили уровень приёма «Удар рукой» до 18 уровня!

Жаль, но шлем смягчил удар. Голова Сайласа откинулась, словно он увидел что-то интересное на потолке. Вероятно, он сейчас сильно расстраивался, что пропустил именно тот удар, к которому готовился!

Сайлас не дал себя добить, проворно уклонился от повторного нападения и ринулся вперёд. Избегая столкновения, Хаген отбежал, но упёрся спиной в канаты, Сайлас навалился на него, вжимая ещё больше. Его туша заслонила свет ламп, Хаген будто оказался в спальном мешке, который кто-то застегнул снаружи и держал. Именно так над ним издевались мальчишки в тот единственный раз, когда он поехал в летний лагерь.

Мелькнуло лицо Очоа, внимательно следящего за боем, ещё чьи-то незнакомые лица. Потом знакомые – это Гонсало беззвучно раскрывал рот и сжимал кулак, призывая Хагена бороться.

Сайлас не только зажал Хагена, но и сыпал ударами. Из-за неудобного положения они получались не сильные, но многочисленные. Не все проходили, но и этого было достаточно. Особенно болезненными были удары коленом:

Получен урон: 910.

Получен урон: 680.

Получен урон: 355.

Получен урон: 320.

Перед лицом Хагена очутилась рука в синей рубашке. Судья Очоа развёл бойцов. Но Хаген не понимал по какой причине. И ему было не до этого. Он смотрел на полоску очков здоровья, сравнивая со своей:

Сайлас «Кен» Копф: 10000.

Майк «Плакса» Хаген: 4835.

Да уж, как обычно бывает в жизни, всё прошло не так, как планировалось. Причём, для обоих бойцов.

– Готов? – спросил Очоа у Сайласа. Повернулся к Хагену: – А ты?

Оба кивнули и снова сошлись. На этот раз ещё медленнее, чем в начале боя. Оба тяжело дышали. У Сайласа на подбородке остался красный след. У Хагена болела не только ранее разбитая губа, но и другие части тела, повреждённые противником.

Судя по движениям, Кен намеревался снова перейти к захвату. Теперь он был ещё осторожнее и уклонялся от каждого обманного движения Хагена, выгадывая момент, когда тот устанет бить по воздуху, чтобы пройти короткую дистанцию между ними. Хаген отчётливо понял, что сейчас именно Сайлас готовился применить коронное движение, а не он. Почувствовал себя загнанной жертвой.

Нырок, удар, нырок, удар… Всё без толку. Сайлас двигался быстро, а после того, как Хаген терял позицию, начинал контратаку. В один из таких подходов Хаген не успел сориентироваться, и его снова окутала тьма спального мешка. На этот раз он оказался даже не на канатах, а на полу ринга.

Хаген пытался встать, но Кен наваливался, придавливая к полу. Перехватив руки, он пытался провести болевой приём. Напрягая все мышцы, Хаген выскальзывал, но Сайлас неумолимо повторял захват. Дурацкая майка «Лос-Анджелес Доджерс» собралась складками, мешая движениям.

Получен урон: 1000 (болевой приём).

Внимание! У вас осталось менее 40 % очков здоровья!

Рекомендуется немедленно прекратить бой и получить медицинскую помощь!

Со стороны их положение выглядело так, будто Сайлас в одиночку копошился в углу ринга, настолько его тело закрывало Хагена. Лишь изредка мелькала то перчатка, то нога, то часть раскрасневшегося лица Майка в немного перекосившемся шлеме.

Получен урон: 1000 (болевой приём).

– Эй, вставай, не разочаровывай меня! – раздалось где-то возле Хагена.

Майк успел краем глаза заметить Эйприл, после чего её снова перекрыл Сайлас.

Как ни странно, но поддержка девушки косвенно помогла. Сайлас отвлёкся на неё, чем дал Майку возможность напрячься и выскользнуть. Оба бойца снова оказались на ногах.

У Хагена всё плыло перед глазами, люди слились в одно пятно, Очоа тоже мельтешил, как голубая тучка.

– Ты в порядке? – спросила тучка.

Хаген мотнул головой, фокусируясь:

– Да, тренер.

– Уверен?

– Да… Уверен…

Очоа покачал головой, но дал сигнал продолжить бой, показывая, что Сайлас ведёт по очкам. Но противник не спешил праздновать победу. Он был так же осторожен, как и в начале, хотя менее подвижен: сказывалось постоянное напряжение.

Сайлас снова попробовал пнуть. Хаген даже не ухом повёл. Не от того, что был спокоен, скорее у него наступило какое-то безразличие. Бой почти проигран. Не проще ли сдаться сейчас, чем дарить Сайласу возможность нанести последний удар?

Ещё обманное движение ногой от противника, Хаген снова не шелохнулся. Красивое лицо Сайласа растянулось в усмешке: он догадался о состоянии Майка. Третий удар кулаком пришёл в бок. Хаген вскрикнул от боли и согнулся.

Так вот как чувствовал себя Голиаф, получив в печень?

Получен урон: 2000.

Система заверещала алертами, сигнализируя всеми способами: от мигающего красным поля зрения – мало Майку своей крови на глазах – до тревожного Голоса в голове:

Последний шанс!

Крайне вероятен летальный исход! Немедленно выходите из боя!

+10 к ловкости на 10 секунд… 9…

Горькая ирония: появилась нереально усиленная ловкость, чтобы было легче сбежать…

Хаген каким-то чудом, не разгибаясь, смог уклониться от удара снизу. Перчатка Сайласа со свистом разрезала воздух. Так как Хаген, едва разогнувшись, отошёл назад, противник провёл удар ногой.

Хаген увернулся, поймал его ногу, совсем, как сделал это Веймин, обучая удару. Но подсечку сделать не удалось: Сайлас выдернулся из захвата.

Нырок, обманный удар, ещё одно обманное движение… Сайлас полностью закрывал лицо от сильного удара рукой. Хаген резко отошёл назад и со всей силы пнул в открывшийся корпус: в мощную грудь, обтянутую костюмом для борьбы.

Вы нанесли урон: 9600 (удар ногой).

От удара Сайлас почему-то упал вперёд: сначала на колени, потом на руки. Тут же оттолкнулся от ринга, пытаясь подняться, но его мотало в стороны. На четвереньках он подобрался к канатам и попытался взобраться, опираясь на них, но руки соскользнули. Сайлас упал лицом в пол и перевернулся на спину.

Широко расставив ноги, старик Очоа склонился над Сайласом и повёл неумолимый отсчёт, хотя и так всё было ясно:

– …шесть, семь, восемь…

Хаген почувствовал, что ринг уходил у него из-под ног, словно кто-то медленно вытягивал его. Пришлось тоже взяться за канаты.

– Десять! Бой окончен!

Поздравляем! Вами повержен противник в честном поединке!

Заработано очков опыта: 2 (удвоенный опыт за победу над противником выше уровнем).

Заработано очков опыта: 2 (удвоенный опыт за победу на грани поражения).

Вы подняли уровень: +1!

Ваш текущий уровень – 6!

Хагена окутал знакомый столб света, и накатило чувство необычайного удовольствия, которое на время перекрыло все болезненные ощущения. Майку даже почудилось, что он не упал только благодаря этому световому столбу.

Выполнен квест «Хвост виляет собакой».

Заработано очков опыта: 2.

Набрано очков опыта на текущем (6) уровне: 5/6.

Даже последнее сообщение о том, что в силу вступил откат: минусовой дебаф к каждой характеристике на 12 часов, – не омрачил радости победы.

Хотя зрение у Хагена продолжало расплываться, что сопровождалось головокружением, но элементы интерфейса читались чётко, особенно прогресс-бар Эйприл:

Отношение: сильный интерес (5/10).

Сопротивляемость вашей харизме: средняя (5/10).

Глава 16. Первая база

Господь прощает всё, но я всего лишь пророк, так что я прощать не обязан.

BioShock

Хаген лежал на диване и смотрел телевизор. Не зная подоплеки, можно было подумать, что вернулись прошлые дни, когда именно так он проводил всё свободное время. Но виртуальный помощник предупредил, что регенерация будет идти быстрее, если сохранять максимальную неподвижность.

Конечно, восстановление займёт меньше времени, если обратиться к врачу, а потом уже обеспечить себе полную неподвижность. Но денег не было. Гонсало выдал ему выигрыш с его ставки, но там было что-то около ста баксов. Сумма комичная: чего ещё ожидать от шутливого тотализатора?

Виртуальный помощник уже намекнул один раз:

– Позвольте напомнить, сэр…

– Что ещё? – Майк уже начал жалеть, что разрешил помощнику инициировать разговоры и давать советы.

– Согласно проведённому анализу населения локального сегмента Галактики, процесс чтения является наиболее распространённым способом повышения показателя «Интеллект». Чтение повышает возможности человека обмениваться информацией с другими людьми. Кроме того, когнитивные процессы…

Хаген схватился за голову:

– Нельзя ли попроще объяснить?

– Если вместо того, чтобы пялиться в телек, начать читать книги по боевым искусствам, а также военному делу, то можно стать умнее, сэр.

Читать Хаген решительно не хотел:

– А можно как-то без книг обойтись?

– Да, сэр, документальные фильмы по этим же темам повышают интеллект вполовину медленнее.

– А комиксы?

– Данные по комиксам и графическим романам отсутствуют.

Хаген зевнул:

– Ну, я ещё подумаю. Может, почитаю. Или гляну чего-нибудь на YouTube.

– Позвольте вывести список рекомендуемого для начального уровня? Он базируется на читательском гиде для офицеров United States Military Academy…

– Нет, нет, – спохватился Хаген. – Я слишком пострадал от боя. Башка хуже работает…

– Позвольте заметить, сэр, согласно данным последнего сканирования, ваши интеллектуальные способности находятся на прежнем уровне, на каком были до боя с Сайласом. Весьма невысоком, сэр. Рекомендую обратить на это внимание.

– Может, данные устарели? Как часто ты сканируешь?

– Каждые пять миллисекунд, сэр.

– Круто. Как время отклика LCD-монитора. Ладно. У меня есть целых шесть очков опыта, могу вложиться парочкой в Интеллект.

– Это повысит скорость обучения новым приёмам. Но знаний не прибавит.

– Ясно. Спасибо. А теперь помолчи.

Для надёжности, Хаген вызвал слайдер настройки уведомлений и переместил с середины поближе к «Никогда не уведомлять». Удовлетворённо откинулся на диван и снова обратился к телеку.

Найдя спортивный канал, он начал смотреть какой-то боксёрский поединок. Удивительно, но теперь Хаген воспринимал драки по телеку иначе. Он уже на автомате отмечал ошибки или удачные проходы. Ставил себя на место то одного, то другого бойца, анализировал и представлял: а как бы поступил он? При этом чувствовал, что просмотр драк – это всё-таки не учёба. Взглянул на грушу, слегка склонившуюся в углу комнаты… У него зачесались кулаки, так тянуло тренироваться и повышать навыки.

Но нет, надо находиться в покое. Иначе до завтрашнего дня не восстановишься. Будет открытие «Снова у Чака» – развлекательного комплекса с уклоном в стриптиз. Мало ли что произойдёт? Надо быть, если не в форме, то не такой развалиной, как сейчас.

Чужой бой дразнил, поэтому Хаген переключился обратно на сериалы. Но сюжет не отвлекал от мыслей о собственной прокачке. Шесть очков! Целых шесть очков. Огромный прогресс. Если бы не опасность умереть во время перестройки организма, давно бы раскидал…

Хаген проверил шкалу здоровья, хотя и делал это недавно:

4562/10000.

Выросла на десяток пунктов. Такими темпами до завтрашнего утра у него будет тысяч шесть-семь. Вполне терпимо…

Хаген заснул и проспал до тех пор, пока в дверь не позвонили. Это был Веймин, одетый в синие джинсы, клетчатую рубашку и жилетку.

Сегодня был первый день работы в баре, и в первый же день Хаген не явился, отчего сильно переживая:

– Как там мистер Моррисон? Сильно ругался, что меня нет?

Веймин внёс в комнату пакет из аптеки:

– Расстроился немного, но отнёсся с пониманием, узнав, что у тебя был бой. Очень надеялся, что завтра на открытии ты будешь. Ты ведь глава службы безопасности стрип-бара всё-таки!

Хаген и Веймин одновременно засмеялись. Веймин выложил на стол медикаменты:

– А если серьёзно, то никаких происшествий не было. Разве что один дальнобойщик по имени Даг возмущался, что крылышки приготовлены хуже, чем в прошлый раз. Требовал, чтобы вызвали повара, мол, сейчас он ему объяснит на кулаках, как правильно готовить. Но я его быстро успокоил.

– Старина Даг. Безобидный тип.

– Ага. Но мистер Моррисон сказал, что самая веселуха начинается вечером. Люди выпивают, теряют контроль. Случаются драки. И зачастую, сказал он, драку можно остановить, всыпав всем сторонам конфликта. – Веймин помог Хагену сменить пластыри и бинты, рассказывая: – Всё бы хорошо, но моя девушка, узнав, где я теперь работаю, устроила скандал. Она же из строгой семьи. Услышала «стрип-клуб» и сразу представила, что я там в оргиях участвую.

– А ты что? – понимающе ухмыльнулся Майк.

– Я тоже вспылил. Обвинил её в том, что она не поддерживает мой выбор. Предложил прийти да посмотреть, что нет там никаких оргий. Э-э. Ну, я надеюсь, что нет… Короче, разругались, спали в разных комнатах… Вот что мне делать? Она же не права!

Хаген отдал Веймину деньги за медикаменты и ответил:

– Посмотри вокруг. Я вообще один живу, и довольно давно. У меня нет девушки… И не предвидится. У тебя же счастье под боком. Цени то, что имеешь, а не мечтай о том, чего не может быть.

– Хм… – задумался Веймин. – Наверное, ты прав. Но мы никогда так сильно не ругались.

– Радуйся, что есть с кем ругаться! Поверь мне, это лучше, чем сидеть одному напротив телевизора.

– Ты снова прав, дружище. Ладно, я пошёл в бар.

Веймин ушёл, а Хаген упал обратно на диван, возвращаясь в неподвижность. Чёрт возьми, он только что снова столкнулся с тем фактом, что он бесконечно одинок.

* * *

Мистер Чак Моррисон считал, что всё пропало, что жизнь его испорчена, что он зря взял кредит и открыл второй бар. Теперь он обанкротится и потеряет всё…

Родственники и друзья убеждали, что дела идут отлично, и именно такого заведения, как «Снова у Чака», не хватало в этой части города. Они признавались, что завидовали его предпринимательскому таланту. Но Чак всё равно переживал и постоянно хватался за сердце, чувствуя предательское покалывание.

Наплыв посетителей в день открытия нового бара начался прямо с утра. Привлечённые скидками, которые Чак опрометчиво пообещал сегодня дать, они толпами валили в оба бара: занимали столики, заказывали и заказывали, будто других дел в жизни не было, кроме как сидеть здесь!

Повара не справлялись с потоком заказов. Официанты сбились с ног, бегая от столика к столику. И это всего лишь в полдень, до наступления обеденного часа пик!

– Вот тебе и деловой урок, – сказал он Веймину, поглаживая усы. – Никогда не предлагай скидку тем, кто и так готов покупать.

– Но разве это не повышает лояльность клиентов?

– Ровно до тех пор, пока ты способен выполнять свои обязательства. А мы, как видишь, слегка перестарались. Мои крылышки хорошо разбирали и без скидок.

Вдобавок ко всему, Чак переживал, что главное развлечение вечера – грандиозное стрип-шоу – грозило превратиться в стандартные танцульки вокруг шеста. Танцовщиц не хватало. Хотя набор начался задолго до окончания постройки второго здания.

Даже сегодня, в день открытия, приходилось отсматривать претенденток, которые могли хотя бы временно создать иллюзию массового шоу. Чак Моррисон разрывался между своим офисом – крохотной комнаткой за баром, – у двери которого уже выстроилась очередь из девушек, кухней, где страдали повара, требуя увеличить число помощников, и залом «Снова у Чака», где сидели друзья и важные люди, в том числе из мэрии, с которыми надо было обязательно выпить, поболтать, уделить внимание.

Друзей у Чака внезапно оказалось так много, что если выпить с каждым, то можно было не дожить до начала церемонии открытия.

Ещё напрягала ситуация с поварами: они реально грозили взбунтоваться, если Чак немедленно не отыщет хотя бы ещё одного помощника.

– Доброе утро, мистер Моррисон, – сказал Хаген, подходя к нему.

– Ты опаздываешь, – сухо ответил Чак, но тут же поправился, – прости, я понимаю: у тебя были причины, но ты сам видишь, что происходит.

Хаген был одет в свою военную куртку со стоячим воротником, а лицо закрывали солнцезащитные очки. Подняв их, он оглядел зал. Чак увидел, что под глазами Хагена синели фингалы.

– А что происходит? Отлично же! Куча посетителей, большая прибыль. Гости ведут себя прилично, никто не буянит… Вы просто слишком сильно переживаете, мистер Моррисон.

Чак усмехнулся и хотел что-то ответить, но к нему подбежал официант:

– Мистер Моррисон, главный повар бросил фартук и сказал, что не продавался в рабство!

Тут, внося запах кухни, появился сам повар – тучный чёрный мужчина, почти ровесник Чака:

– Дружище, если ты рассчитываешь, что я буду надрывать свою чёрную задницу в таких условиях, то уверяю, сэр, те времена давно прошли!

– Понимаю, но потерпи немного. Это только сегодня!

– Я бы потерпел, но мы подводим клиентов, люди недовольны, они долго ждут. В итоге все думают, что это я не справляюсь.

Неожиданно на выручку пришёл Хаген. Он подозвал Веймина:

– Извини, бро, что поднимаю ещё один расовый стереотип, но ты наверняка умеешь хорошо готовить?

– Ха-ха, раз я китаец, то сразу и повар-кунфуист? – Веймин резко оборвал смех. – Но вообще-то да, умею.

– Сможешь помочь на кухне?

Лицо Веймина вытянулось:

– Но я же в охране…

– Умоляю, Веймин, помоги! – вмешался Чак, протягивая фартук. – Буду очень благодарен.

Китаец посмотрел на Хагена, тот слегка кивнул. Веймин вздохнул и начал повязывать фартук. Ему явно не хотелось на кухню, и Майк решил приободрить друга:

– Зато, когда твоя девушка узнает, что ты работаешь на кухне, поверит, что не участвуешь в оргиях.

– Верно, – оживился Веймин. – Сделаю селфи на фоне кастрюль и вышлю ей.

Повар и Веймин ушли. Чак отправился в свой «офис», перед баром уже скопилась кучка девушек, ожидавших собеседования.

Предстояло потрудиться. По опыту Чак знал, что многие претендентки или не умели танцевать, или не умели нормально говорить по-английски. А ведь многим клиентам – грустным одиноким мужчинам – было достаточно поговорить с красивой девушкой в стрип-клубе, чтобы раскошелиться на выпивку или приватный танец. Одни танцовщицы отказывались исполнять лэп-дэнс[93]93
  Лэп-дэнс – в буквальном смысле, танец на коленях сидящего перед танцовщицей мужчины. Основная «изюминка» этого приватного танца – это постоянные прикосновения, в том числе, почти незаметные со стороны, и непрерывный физический контакт.


[Закрыть], другие наоборот решали, что здесь открывается бордель, и были готовы на всё. Наконец, некоторые из претенденток были так уродливы, что даже полумрак и косметика не могли им помочь.

* * *

Хаген стал прогуливаться по залам.

Обходил столики, осматривал всех посетителей. Увидел знакомую компанию дальнобойщиков: неразлучные Даг «Дональд» и Стив «Джобс» сидели рядышком. Интересно, они вообще из города выезжают или вечно сидят в барах? Оба сделали вид, что не узнали Хагена, у обоих сопротивляемость харизме была «средняя».

Вообще в «Баре у Чака» было спокойнее, чем в «Снова у Чака». В первом было много семейных, люди не пили с утра, а просто наслаждались дешёвыми и вкусными крылышками. Во втором люди пришли именно праздновать открытие, пока все трезвые, но было заметно, что некоторые весьма не прочь стать пьяными, и как можно скорее.

Шло время. Нахлынула ожидаемая волна обедающих. В большом баре мгновенно стало так же тесно, как в маленьком. Хаген наведался на кухню, убедиться, что Веймин ловко орудует ножами, а главный повар доволен поддержкой сноровистого помощника.

Работа вышибалы оказалась спокойнее, чем представлялось Майку. Ничего не происходило, но Хаген не жаловался: нарваться на драку с чуть менее, чем семью тысячами очков здоровья стало бы бесславным концом карьеры в профессии вышибалы.

Толпа схлынула. Близилось время вечернего отдыха. В баре «Снова у Чака» появились рабочие и начали подвешивать пиньяту в виде гигантской голой женщины. Её должны были разбить мистер Моррисон и его партнёры на церемонии открытия.

Хаген напрягся: в зал вошла знакомая фигура в сиреневой накидке. Сам святой Айэн в окружении трёх последователей. Чёрт возьми, разве он не согласился взять деньги и не устраивать скандалов?

Святой Айэн дошёл до пустого столика, дождался, когда один из приспешников выдвинет ему стул, и мягко сел, подняв своей накидкой волну воздуха, как дама пышным платьем. Посмотрел в меню, подставленное другим сопровождающим, и небрежно выбрал ведро фирменных крылышек. Официант кивнул и убежал выполнять заказ.

Хаген проследовал за ними и встал поодаль, сложив руки на груди. В кино так делали все вышибалы, а другого источника информации о профессии у Майка не было. Присмотревшись, он убедился, что ни один из последователей святого Айэна не являлся угрозой в плане драки. Голиафа не было, так что, если начнут дебоширить – справится сам. Один их последователей тронул Айэна за плечо и показал на Хагена.

– А, мой маленький грешник, – сказал Айэн. – Готов к тому, что будешь наказан за все свои прегрешения?

– А вы готовы объяснить, зачем святой явился в этот… э-э-э… вертеп разврата?

Вернувшийся официант поставил перед фанатиками вёдра с крылышками. Айэн взял одно и откусил:

– Всего лишь хочу отведать жареных крылышек, которые все так расхваливают.

– Наслаждайтесь, сэр, – кивнул Хаген, убедившись, что фанатики не собираются что-либо устраивать, а спокойно едят, запивая, как и все остальные, пивом.

– И ты наслаждайся. Господь наказывает некоторых при жизни. А тебя, видать, наказал ещё до рождения, ха-ха, маленький нечестивец.

Приспешники поддержали своего кумира подобострастным смехом. Хаген смутился и пошёл прочь, думая: «Дался им мой рост? Вот удивятся, когда закончу выздоровление и вложу все шесть очков в силу. Стану ростом как все…» А что? Вот и решение вопроса: куда потратить накопленные очки.

От размышлений его оторвал официант:

– Майк, в «Баре у Чака» проблемы, скорее!

Хаген уже не хромал при ходьбе, но во время бега нога начинала болеть. Как можно более быстрым шагом он поспешил за официантом. Ещё в коридоре, который соединял оба бара, Майк услышал громкую ругань, мужской и женский голос:

– Я сказал…

– Пусти…

Перед дверью офиса Чака образовалось пустое пространство. Небритый парень в кожаной куртке тащил за руку упиравшуюся девушку. Она была красива, на высоких каблуках, которые царапали пол. Явно одна из соискательниц на место танцовщицы. Сумочка соскользнула с её плеча, оттуда вывалилась косметика, телефон и прочие мелочи.

– Я сказала, отпусти меня, сволочь!