Текст книги ""Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Данияр Сугралинов

Соавторы: Максим Злобин,Ярослав Горбачев,Вова Бо,Ирина Итиль,Диана Рахманова,Валерия Корносенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 317 (всего у книги 350 страниц)

– Вообще не сомневался, – отмахнулся я и внимательно уставился на мониторы.

Дольче перестала так отчаянно чадить, и теперь мне была видна вся картина происходящего. Рассредоточившиеся для охоты девки со всех ног бежали к центру. Туда, откуда и начинали. Противники тоже бежали туда же, но были ещё далеко, и у альтушек явно была фора.

Вот они встретились.

Вот что-то оживлённо обсудили.

А вот…

– Херасе! – Мороз аж выругался от неожиданности.

…умница-Шестакова направила маркер к небу, нажала на спусковой крючок, и в следующую же секунду «флаг» сиречь квидич сам, по доброй воле, выскочил откуда-то из кустов и буквально врезался в дуло.

– Это как? – почесал репу Герман. – Шарик же невосприимчив к магии.

– Наверное, тут дело не в магии, – ухмыльнулся я. – Готовь граппу, Сиятельство. Мои победят…

* * *

– Это что ты такое сейчас сделала? – прищурилась Фонвизина.

– Да фигня, – махнула рукой шаманка, – Элементарно. Наши ружья ведь не на простой пневматике работают, которая только метров на десять шарик кидает и точности никакой не даёт. Здесь всё совсем иначе. Здесь электромагнитная спираль стоит, как в пушке Гаусса. Она снаряд и разгоняет. А я просто запустила её в обратном направлении, так что теперь она не отталкивает предметы, а притягивает…

Никто в группе «Альта» не нашёлся, что сказать.

– Понятно? – уточнила Шестакова. – Ну вы чего? Ну просто же!

– Главное, что флаг у нас, – дипломатично заявила Стеклова, глядя на офигевшие лица остальных. – На базу! Бегом!

* * *

Красный луч квидича ударил в небо. Где бы теперь ни находились альтушки, ну или как минимум одна из них, команда противников точно знала где.

– Они взяли флаг! – на бегу крикнула Квин. – А-аай, чо-о-оорт!

– Отлично! – крикнул Несвицкий. – Оно даже к лучшему! Наташенька, засада отменяется! Ты рада⁈

Наташенька не ответила. Во-первых, до сих пор таила обиду, ну а, во-вторых, бежать наравне с тренированным отрядом ей было ой как нелегко.

– Стоять! – скомандовал Андрей. – Так, Давыдов, давай дуй вперёд нас. И сделай так, чтобы мы подоспели на всё готовенькое.

– Скольких перестрелять? – буднично спросил стелсер.

– М-м-м-м-м… давай четверых, ладно? А нам парочку оставь. Героически ворвёмся на базу всей толпой и закончим последних. Как раз динамика будет. Всё, как наша блогерша хотела.

Говорить о человеке в третьем лице в его же присутствии, да ещё и не называя при этом по имени? Если этот человек не из знатного рода и за этим не последует никаких проблем, то почему бы и нет?

Обидится? Да и хрен с ней.

– Четверых, значит? – уточнил Давыдов и шмыгнул носом.

– Четверых, – кивнул Андрей.

– Без проблем, – сказал теневик и бесшумной молнией рванул по лесу в сторону базы группы «Альта»…

Глава 6

Бой близился к развязке.

Я наблюдал.

Стеклова выжимала себя досуха, в спешном порядке выращивая укрытие из корней. Большое, полноценное, так что альтушки могли стоять в нём в полный рост. Внутри остались трое – сама друидка, Ромашкина и медитирующая Смерть в качестве камер слежения.

Остальные разбежались по кустам и взяли на прицел вход в «землянку». Тактика простая, но рабочая. Да и потом, защищаться – оно ведь всегда легче, чем штурмовать.

Кадет Дольче особо порадовала, залезла на дерево и сныкалась где-то в кроне, за листвой. Порадовала не тем, что умеет лазать по деревьям – хотя навык похвальный и заслуживает пирожка с полки – а тем, что в игре ей удалось отвлечься от своих упаднических настроений. Ну не полезет депрессирующий человек на дерево… без верёвки с мылом. Ай да Василий Иванович, ай да чёрный юморист!

Короче…

«Альта» ждала гостей.

И за гостями я тоже следил.

Один из противников отделился от своей группы и с какой-то нечеловеческой скоростью рванул к базе девок. Нёсся так быстро, что я только и успевал искать его на камерах. Бежал-бежал, а затем, совсем недалеко от землянки альтушек вдруг взял, да и пропал бесследно.

Теневик?

У-у-у-ух, ненавижу!

По сути, в качестве врага для меня они беспомощны. Макар Матвеевич может подтвердить, что мои щиты срабатывают вне зависимости от моего желания, так что пробить меня такая вот гадина всё равно не сможет. Но! Эти твари ведь подглядывают! И подслушивают! А ещё воруют или подкинуть чего-нибудь могут! Гранату там, например, или… трусы?

Ну…

Не грязные, а очень даже чистые, кружевные и компрометирующие кого-нибудь перед кем-нибудь.

Не суть.

Суть в том, что теневики – собаки дикие и крайне неприятные. Официальная версия заключается в том, что они могут становится прозрачными только в статичном положении, но я-то знаю! Нормально они в таком режиме перемещаются! Фонят, правда, как мыльный пузырь, но всё равно.

И чем сильнее маг, тем быстрее он может в своём стелсе передвигаться.

Короче! Будь моя воля, то я бы на государственном уровне издал закон, по которому этим гадам надлежит выходить из дома сугубо с колокольчиком на шее.

– Слышь, Герман? – уточнил я. – А это вообще по правилам?

Мороз тут же понял, о чём я. Всё-таки смотрел ту же самую трансляцию.

– По правилам, – кивнул он и отправил в рот сложенный пополам слайс хамона. – Абсолютно любая магия по правилам, лишь бы не калечила. Так-то твои, вон, тоже все свои таланты используют. Только не говори, пожалуйста, что «это другое»!

– Даже не собирался, – ухмыльнулся я. – Один хрен победят.

– Ну! – развёл руками Мороз. – Сейчас и увидим! За гранд-финал!

С тем Герман разлил ещё немножечко граппы, мы выпили и вернулись к шоу. Итак. Где-то там прямо сейчас невидимый враг пробирался к землянке альтушек, из крыши которой, несмотря на физическое препятствие в виде корней, всё так же в небо херачил луч.

Учитывая, что через мониторы эту паскудину совсем не видать, наблюдать за действом было напряжно. Саспенсно.

Вдруг и впрямь залезет внутрь и перестреляет моих?

– Что-то остальные совсем расслабились, – сказал Герман и указал на другой квадратик

А там команда противников почти полным составом – кроме теневика – неспеша шагала по лесу. Ребята о чём-то говорили, активно жестикулируя, а прямо перед ними скакала барышня с телефоном и всё это дело записывала.

– Блогеры, что ли?

– Походу, – кивнул Мороз. – Я эту девицу в команде Несвицкого впервые вижу.

– Так это же Натулёныш, – внезапно вмешался в разговор Лёха. – Я её сразу узнал. У неё же подписоты, если память не изменяет, миллионов пять.

А когда мы с Морозом резко обернулись на него, застыл с недонесённой до рта оливкой.

– Чего?

– Ты-то, Алексей Михайлович, откуда знаешь лидеров молодёжных мнений? – хохотнул Герман. – Неужто тебе в лес сеть провели?

– Так у меня вышка нормально достреливает, – пожал плечами Лёха и таки съел оливку. – Не жалуюсь.

– Ать! – вдруг резко вскрикнул Мороз и аж с кресла вскочил. – Прозевали!

И впрямь прозевали. В тот момент, когда Михеев отвлёк нас на своего Натулёныша, мои умницы выбили стелсера. И стоял он теперь с ног до головы жёлтый прямо в дверном проёме, ведущем в землянку. Ну… проём, конечно, не «дверой», но… понятно, короче.

– Как так-то⁈ – кажется, Герман уже понял, что проиграл спор.

– Должно быть, кадет Ромашкина учуяла, – предположил я первое, что пришло в голову.

– Это которая высокая, что ли?

– Она самая.

– Зверомаг?

– Да, – улыбнулся я. – Зверомаг.

По правилам, теневику из команды Несвицкого, знакомая фамилия какая-то, кстати, запрещалось оставаться на поле. Поникший, угрюмый и очень даже видимый для человеческого глаза, он кратчайшим путём пошагал за ограждение.

А потому, как нетрудно догадаться, не предупредил своих о том, что план их пошёл пёселю под хвост.

Так что закончился бой крайне быстро. Не прекращая съёмку, противники показушно-спокойно приблизились к землянке и тут же попали в засаду. Группа «Альта» открыла огонь аж с трёх разных точек в лесу, а одна из точек внезапно находилась на дереве.

Пара секунд решила исход матча.

– Ах-ха-ха-ха!

– Победил, Василий Иванович, победил, – Герман протянул мне руку. – На самом деле даже рад. Знаю, что квадроциклы в надёжные руки отдаю…

* * *

Несвицкий злился. Несвицкий ярился. Несвицкий в своём возмущении буквально клокотал, аки проснувшийся вулкан.

Ситуация для него сложилась непростая. Можно даже сказать «говённая».

Ну проиграл и проиграл, казалось бы, чёрт с ним. И плевать на деньги, которые он заплатил блогерше. Легко пришли, легко ушли; чай не он их зарабатывал. Основная проблема заключалась в том, что Натулёныш вряд ли согласится на второй заход.

Возможно, из-за того, что Андрей был с нею груб? Да, точно. Кажется, что-то такое было. Самую чуточку, но ведь всем вокруг давно известно, что девушки склонны к обидам.

Но не суть!

Суть в том, что если она сейчас уйдёт, то уйдёт с концами. И хорошо, если просто кинет в игнор, а может ведь и опубликовать весь тот позор, что успела наснимать. Вывод: её нельзя отпускать. Ни за что и ни при каких обстоятельствах.

– Давыдов, – Андрей нашёл кому поручить это задание. – Следи за ней в оба. Смотри, чтобы не ускользнула.

«А там что-нибудь придумается», – решил Несвицкий.

Он уже успел отвести душу на соратниках, как только со всей его команды сняли проклятие молчания. Визжал, как пубертатная девка, топал ногами, раздавал всем подряд обидные прозвища.

Ну а теперь решил пересмотреть запись игры и поискать что-нибудь, к чему можно пристать. В конце концов, обжаловать результат потому, что он тебе не нравится, не может даже княжеский сынулька.

И, к слову, Несвицкий нашёл то, что искал.

– Вот! – орал он рядом со стойкой ресепшн в домике администрации. – Ну вот! Посмотрите! Это как вообще⁈ Это против правил!

А зацепился Андрей за кадры, на которых кадет Шестакова поймала квидич.

– Боюсь, в правилах не прописано ничего на этот счёт, – дежурно улыбаясь, отвечала администраторша.

– И очень хреново! Вы каким местом правила составляете⁈ Вы…

– Что тут за шум⁈ – внезапно из соседней двери высунулась красная бородатая рожа.

– Герман Григорьевич, – администратор аж выдохнула. – У Его Сиятельства есть претензии касательно игрового процесса.

«Герман Григорьевич», – начал судорожно вспоминать Несвицкий и таки вспомнил.

Морозов.

Владелец клуба и не последний человек в не последнем роду, так что тон пришлось немного убавить, и своё возмущение Андрей выказывал уже без прежней экспрессии.

– Герман Григорьевич, ну и вы меня поймите, – заканчивал он свою мысль. – Это прецедент, который заслуживает другой прецедент, а именно переписывание правил игры задним числом. Имело место быть магическое воздействие на игровой объект. Кто-нибудь узнает, додумается, как можно это использовать, и вам всё равно придётся вносить правки.

– Хм-м-м… Согласен, что прецедент, – кивнул Морозов, поглаживая бороду. – Я с таким действительно впервые сталкиваюсь. А вот насчёт всего остального не согласен. Магического воздействия не было, чисто техническое. И переписывать правила задним числом… Ваше Сиятельство, ну мы же с вами из аристократии. Услышьте сами себя.

Короче говоря, хрен там плавал. Григорьевич не собирался потакать Несвицкому. И даже более того:

– Ваше Сиятельство, будьте джентльменом. Барышни играли достойно и достойно победили…

Но тут в домик администрации вошла Стеклова, и джентльмен крикнул:

– Реванш!

Таня сперва обернулась. Посмотреть, не орёт ли этот лохматый юноша кому-то у неё за спиной. Оказалось, что нет.

– Реванш? – уточнила она.

– Реванш!

– Реванш, – расплылась в улыбке Стеклова, но тут же посерьёзнела. – Мне нужно уточнить у командира.

– Так заходи, моя хорошая, заходи, – тут же поманил её Герман. – Тут твой командир…

* * *

– Ага, – кивнул я. – А это он там истерил за стенкой?

– Он-он, – подтвердил Герман. – Молодой, горячий, шумный. Княжеский сын всё-таки, к отказам не привык.

– Ага, – повторил я.

Признаться честно, идея мне не очень нравилась. Будто слепая провидица с клубком пряжи, я уже видел, куда может привести эта ниточка – кровная месть, война, покушения. Мы это уже проходили неоднократно.

А потому:

– Не тронь говно, – в лучших традициях мудрецов востока я назидательно поднял палец вверх. – И тогда смрад его не оскорбит твоё обоняние.

Как дисциплинированный солдат Стеклова и бровью не повела.

– Выиграли и выиграли, – сказал я. – На этом всё…

* * *

А тем временем Давыдов прислал на телефон сообщение, в котором доложил о том, что Наталья Лёвина засобиралась домой и при нём вызвала такси. И без того бешеный Андрей от таких вестей окончательно осатанел и пулей выскочил из администрации.

– Где⁈ – крикнул он своей команде, ошивающейся возле лимузина.

– Там, – Квин махнула рукой в сторону домика с надписью «Сувениры».

Топоча как можно громче – так он казался самому себе внушительней – Несвицкий ворвался внутрь. Натулёныш как раз снимала себя на фоне стенда с безделушками вроде кружек, футболок и брелков с символикой клуба.

Не говоря ни слова, Андрей вырвал телефон у неё из рук и швырнул об пол.

– Ты совсем больной⁈

– Заткнись! – рявкнул он, а затем перевёл взгляд на продавца, нескладного прыщавого парнишку с огроменным кадыком. – А ты вышел отсюда вон!

– Д-д-д-да, – парнишка решил не впутываться и юркнул в подсобное помещение.

– Андрей, ты – дурак⁈ – блогерша присела и подняла разбитый в чепуху мобильный.

– Куда ты с-с-собралась, с-с-с-сука? – даром что Несвицкий перестал орать, теперь в его речи появилось эдакое змеиное шипение.

– Андрей, не разговаривай так со мной! Я боюсь!

– И очень правильно делаешь, – Андрюша сжал кулаки. – Так куда ты собралась, я тебя спрашиваю?

– Я устала! Я хочу домой!

– Ты никуда не поедешь. Будет реванш.

– Реванш⁈ Ты шутишь⁈

– А похоже? – ухмыльнулся Несвицкий. – Ты пойдёшь с нами и всё заснимешь.

– Опять⁈ – ужаснулась Натулёныш. – Нет, Андрей! Я никуда не пойду! Посмотри на мою одежду! Посмотри на мой макияж! И вообще мне шариком больно в голову прилетело! Я не собираюсь больше бегать по этому лесу!

– Ты взяла на себя обязательства, Наталья. Будь добра исполнять.

– А ты… А ты… А ты обещал победить с первого раза! Такой был уговор!

Уговор? Эта сучка смеет что-то вякать про уговор?

– Да если бы у меня была полная команда, то мы бы и в первый раз победили. Это всё ты. Ты только шумела и мешала нам.

– А как ты думал, Андрей⁈ Я же снимала! Комментарии записывала…

– Когда я переводил деньги на твой счёт, – подчеркнул Несвицкий, – я думал, что получу услугу.

– Ты… Ты…

Бей или беги или бей и беги. В мире человеков этот рефлекс чуть видоизменился, и к нему добавилось ещё одно «или».

Борзей. Именно так и решила повести себя блогерша. Ну хотя бы потому, что сил терпеть больше не осталось.

– Чемпион сраный! – крикнула она. – Посмотри на себя! Тебя же девчонки уделали всухую!

– Что⁈

А вот у Андрея выбор между «бей» и «беги» был куда проще. Только что его оскорбили и буквально смешали с грязью. Ярость тут же застила глаза. Молодой человек уже отвёл руку на удар и тут…

– Кхм-кхм. У вас тут всё нормально?

* * *

Отказ от реванша я решил доставить княжескому сыну лично. Во-первых, как руководитель подразделения. Во-вторых, чтобы обошлось без внезапностей. А то ведь пошлю Стеклову, той чего-нибудь не понравится, зацепятся языками, потом не только языками, и будет потом юный господин Несвицкий из жопы репей выковыривать. А мне разруливать.

Так что лучше уж сам.

Дело это важное. Дело это ответственное.

Выйдя из дома Мороза, я первым же делом подошёл к команде противников, пожал ребятам руки и поблагодарил за игру. Затем спросил, где обретается их бесстрашный лидер, и двинул по указанному направлению, в сувенирную лавку.

А там…

Чёрт…

Я не застал ни реплики из этого разговора, однако напряжение чувствовалось с порога. Нехорошее напряжение. Что-то вся эта картина мало похожа на итальянские страсти между влюблёнными. Скорее, уж это старая-добрая бычка молодого заносчивого щегла на девушку. Ту самую, в которой Лёха опознал блогершу.

– Кхм-кхм. У вас тут всё нормально?

– Нормально, – рявкнул звиздюк, даже не обернувшись и не посмотрев, кто с ним разговаривает.

– Девушка? – уточнил я.

– Э-э-э… Да, да… Да, всё нормально.

Но, судя по тому, как блогерша прятала взгляд, нихрена у неё не нормально.

– Вы там на улице такси случайно не видели? – спросила она, но совсем не для того, чтобы услышать ответ. – А и ладно, мне тут всё равно ничего не нравится. Я выйду, там подожду.

Понятненько.

Что ж, формально при мне её никто не обижал. Как бы ни хотелось взять щенка за шкирку и натыкать в собственную ссанину, это будет не совсем правильно, да и вообще я сам недавно мечтал избежать кровопролития.

Но!

Всё вышесказанное никак не помешает мне взять блогершу под свою личную протекцию. От греха.

– Подождите, – улыбнулся я как можно доброжелательней и остановил девушку, когда та уже собиралась пронестись мимо меня в дверь. – Вы же Наталья Лёвина, да?

– Э-э-э. Да.

– У владельца базы, Его Сиятельства Германа Морозова, есть к вам деловое предложение.

– Э-э-э…

– Если коротко, то клубу требуется реклама в социальных сетях, и кому как не к вам стоит обратиться? Поверьте, вам тоже будет это интересно.

Пу-пу-пу… Ну скажи уже: «Да», и пойдём отсюда, что ли?

– В конце концов, здесь периодически бывают все аристократы Москвы и даже Его Величество нет-нет, да посещает, – продолжил я. – Так не составите ли вы нам компанию, Наталья? Это совсем недолго.

– Э-э-э…

Ох и недогадливый же народ – эти инфлюенсеры. Пришлось ей подмигнуть. Дважды. И ещё мотнуть головой в сторону Несвицкого, чтобы до Натулёныша, наконец, дошло, что я её вообще-то прямо сейчас спасаю от неприятного общества, а то и от чего похуже.

– А знаете, да, – гордо вздёрнув курносый носик, сказала девушка и одарила княжеского сына Взглядом, который приберегала для говна. – Мне очень интересно выслушать предложение Его Сиятельства. Вы меня проводите?

– А как же. Кстати, меня зовут Василий Иванович, – я поцеловал блогерше руку. – И кстати, – тут я обратился к говнюку. – Андрей Витальевич, от лица группы «Альта» я вынужден отказать вам в реванше. Не сочтите за дерзость, просто у девушек плотное расписание…

…в которое не входят рамсы с золотой, мать её так, молодёжью…

– … так что с удовольствием, но как-нибудь в другой раз, – сказал я, и мы с Натулёнышем вышли из сувенирной лавки…

* * *

Мужик сказал много всяких разных слов, и все они были прекрасно известны Андрею Несвицкому. Однако в голове засело одно-единственное. Самое информативное. Главное. Основное, если так можно выразиться.

«Отказать».

Отказать кому? Отказать ему⁈ Отпрыску могучего рода⁈ Человеку княжеских кровей⁈ А достоин ли он именоваться таким, если станет терпеть отказы какого-то отребья⁈ Сперва ему отказала эта дрянь и, по сути, кинула его на деньги, а теперь ещё и какой-то… какой-то… да кто он вообще⁈

Да плевать!

Кто-то должен за всё это ответить! Прямо сейчас! А вот кто именно, да прямо сейчас и решим.

У Несвицкого с собой был не только маркер для стрельбы шариками, но и оружие посерьёзней. Пару месяцев назад он стащил из отцовского арсенала один очень любопытный артефакт. Очень дорогой. Очень мощный. Созданный якобы для защиты, но на самом-то деле при правильном применении способный… на многое.

Несвицкий таскал его с собой, вроде бы «на всякий случай», но по факту его грело присутствие артефакта в кармане, как обычную неодарённую шпану радует финка, которую боязно пустить в ход.

– Ах вы так, – задыхаясь от злости прошептал Андрей. – Ну я вам сейчас покажу.

Затем вытащил ничем неприметную магическую безделушку из нагрудного кармана, активировал её и вышел на улицу.

Эники-беники…

Логичней было бы сорваться на старике с блогершей, но они уже куда-то запропастились. Зато все эти соплячки из «Альты» тусовались вокруг своей стрёмной машины.

А значит, им и отвечать. Сойдёт для начала.

– Если я сказал «реванш», – процедил Несвицкий. – Значит, б***ь, реванш, – и зашагал в сторону альтушек…

Глава 7

Артефакторика хороша именно тем, что накачать любыми магическими свойствами можно любой объект. Впрочем, тем же самым она и плоха. Потому что опасна. Ведь «любым объектом» может вполне оказаться самая обычная виноградина, а «любыми магическими свойствами» – резкое увеличение объёма в несколько тысяч раз при раскусывании.

И именно по этой причине правила артефакторики закреплены не в каком-то там «негласном соглашении», а непосредственно в Уголовном Кодексе Российской Империи.

Исключения составляют заказы Министерства Обороны, Тайной Канцелярии и так называемая неучтёнка, которую аристократы изготавливают и хранят без особых последствий, а вот используют сугубо на свой страх и риск.

Артефакт Несвицкого был как раз из такой вот запрещённой опасной неучтёнки.

По сути – кусочек плотного картона. Написать, нарисовать или нанести на него можно было всё, что угодно, но Андрей подсмотрел за отцом и напечатал на этом кусочке картона визитку. Что до действия, то…

Ничего неожиданного.

Артефакт был очень мощной и взрывоопасной чёрной меткой.

А активировался довольно просто. Стоило лишь нарушить целостность визитки, например, как будто бы случайно подогнуть её уголок, и запускался таймер. Не очень долгий, чуть больше двух минут. Так, чтобы владелец артефакта сумел спокойным прогулочным шагом добраться до безопасного места.

– Барышни, здравствуйте!

– День добрый.

– Боюсь, нас друг другу не представили, – улыбнулся Андрей и протянул Стекловой заряженную визитку. – Князь Несвицкий.

– Спасибо большое.

Внезапно у Тани сработала чуйка. Объяснить себе этот поступок она не могла, но своё «спасибо» произнесла, выставив руку вперёд, будто героиня плаката о вреде пьянства.

– Ваше Сиятельство, – сказала она. – Свои контакты вам лучше оставить нашему командиру Василию Ивановичу Скуфидонскому. Кажется, вы с ним уже виделись…

– Да брось! – хохотнул Несвицкий, всё так же продолжая протягивать ей бумажную бомбу. – Бери, пригодится. Сможете связаться со мной по поводу реванша.

– Наш командир запретил реванш.

– Пф-ф-ф!

Времени прошло уже не мало, и Андрей начал паниковать.

– А мы ему не расскажем, – подмигнул он девушкам. – Хочу ещё раз сыграть с вами, но на сей раз в полную силу и на хорошие деньги. Скажем, двенадцать миллионов? По два на человека, если выиграете…

Шестакова резко выдохнула, сжала кулаки, развернулась на сто восемьдесят градусов и уверенным шагом потопала прочь, лишь бы не слышать сладкие речи искусителя. Остальные девушки отреагировали спокойней. Да, мысленно они уже потратили эти деньги, но только-только заработанное доверие Скуфа оценивалось куда дороже.

– А если проиграем? – включилась в разговор Её Сиятельство Фонвизина.

И ответ на этот вопрос Андрей продумал как нельзя лучше. Он прекрасно знал, как можно запутать девушек.

– А если проиграете, – Несвицкий снова взглянул на Таню Стеклову. – Если проиграете, то вы, милое создание, будете должны мне свидание.

Где-то невдалеке раздался протяжный вой. Волков близ Мытищ не видели уже лет так-эдак тридцать, а потому становилось ясно – воет Шестакова.

– Спасибо, но нам не подходят такие условия.

Стеклова опять врубила режим терпеливого робота. Всё так же, как и там, в операционной Института во время допроса Дудкой. Односложные фразы, взгляд мимо и мимика на ноль.

– Ну не будьте вы такой снежной королевой, – улыбнулся Андрей, а про себя подумал: «Сука!»

Времени почти не осталось, секунд тридцать, и рванёт; если разделается с бомбой прямо сейчас, то только и успеет отойти быстрым шагом. А потому Несвицкий решил перейти к действиям и запихнуть визитку Стекловой в карман самостоятельно. Дескать, ты не сама взяла, потом найдёшь случайно.

Собственно говоря, он уже протянул руку, что сделать это, но вдруг упёрся в какой-то невидимый барьер.

Да и звуки вокруг резко утихли и стали глуше, будто ему на голову нахлобучили ведро.

– Эй! – заорал он и ударил по барьеру. – Эй, какого хера⁈

Девушки тем временем попятились от него.

– Какого хера⁈ ЭЙ! ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ, ВЫПУСТИТЕ!!!

* * *

Ну что могу сказать?

Кабы артефакторы Несвицких зарядили свою бомбу чем-нибудь другим, то быть беде. Но они, по всей видимости, задумывались об инсценировке несчастного случая и выплеск сырой магии – самое то. Поди потом докажи, что это у жертвы какой-нибудь артефакт не коротнул.

Так что вот…

А сырая магия – это моя стихия. Смерть чувствует мертвечину, Стеклова по-свойски базарит с кактусами, Фонвизина раз взглянув на человека диагностирует ему дюжину болячек, а вот я – это я.

Как только молодой князёк запустил свой таймер, я почувствовал это сразу же.

Как?

Легко и просто. У меня на такой случай что-то типа ментальных усов есть, мяу-мяу. Вот я и ощутил, как сырец, который в своём обычном состоянии равномерно размазан по пространству, как масло по хлебушку, и который я собираю для своих атак, вдруг взял и потёк в одном направлении. Начал собираться и копиться в одной точке, а именно в руках у этого ублюдка.

И явно с тем, чтобы впоследствии рвануть.

Выскочив на улицу из домика администрации, я тут же понял всю ситуацию. Гад пытался буквально впихнуть Стекловой какой-то кусочек бумаги.

Решение пришло моментально.

Я просто взял и нахлобучил на этого урода купол. Не купол даже, а шар. В таком же мы с альтушками пролетели сквозь портал трещины. Всё-таки асфальт у Мороза тут не казённый и зачем ему, спрашивается, после взрыва асфальт перезаливать?

– Выпустите меня! – Несвицкий бился о барьер с отчаяньем загнанной крысы.

Кулаками дубасил, ногами и даже головой. Материться начал далеко не по-аристократически, но при этом и без пролетарской выдумки. Так, чисто срамные органы перечислял.

– Откройте! Выпустите!

А потом вдруг: Хлоп!

Контуры барьера резко обозначились красным. Как будто лягушка в микроволновке взорвалась… никогда не взрывал лягушек в микроволновке, если что, но именно так себе всегда это и представлял.

Земля, как говорится, пухом.

– Ой, – пискнула за спиной Натулёныш, зачем-то вылезшая обратно наружу.

– Ой-ой-ой, – пробасил следом Герман…

* * *

Княжеский сын – это, конечно, масштабно и значимо. Но сам случай чуть ли не бытовой, и потому вместо тайников Морозов вызвал самую обычную полицию. Звонить и поднимать министров тоже было совершенно незачем.

Потому что…

Ну вот если разобраться? Что случилось-то вообще, говоря казённым языком?

А случилось следующее:

Добропорядочный гражданин Российский Империи Скуфидонский В. И. мимоходом предотвратил использование опасного артефакта Несвицким А. В.

Увидел, понял, среагировал, всё равно что бабушку из-под колёс автобуса вытянул. А на мотивы и причины поступка Несвицкого гражданину Скуфидонскому насрать три кучи, потому что он не при делах вообще.

– Может, бомбист, – пожал я плечами, объясняясь с полицией. – Мало ли какие сейчас у молодёжи увлечения?

Камеры видеозаписи с парковки на моей стороне. Камеры из лавки «сувениров», которые до кучи ещё и звук писали, тоже на моей стороне. Все мои реплики в сторону юного князя были учтивы и доброжелательны.

Свидетели, опять-таки, на моей стороне. Аж десять с хреном человек, среди которых такие особы, как княжна Фонвизина и граф Морозов.

Да и, мать его так, здравый смысл тоже за меня впрягался изо всех сил!

Короче говоря, в клубе Германа мы провели на полтора часа дольше, чем планировалось изначально. Дождались полицию, дали показания, поговорили со следователем, а после поехали восвояси. Даже подписку о невыезде никакую не подписывали, потому что по факту – откровенно ни в чём не виноваты.

Честно говоря, настроение после самоподрыва Несвицкого не изменилось никак.

И более того, заиграло пуще прежнего. На обратном пути мы с альтушками по наводке Морозова даже остановились возле одной мытищинской шаурмянной, ведь если сам граф рекомендует шаурму, то это что-то, да значит.

Увы и ах, сам не приобщился. Мы с Лёхой наелись за столом и были сытыми, да и с собой брать никак не вариант, поскольку самая вкусная шаурма в разогретом виде превращается в непонятное хрючево с горячими огурцами.

Но девки вроде как остались в восторге. Набегались по лесам, воздухом надышались и теперь уплетали за обе щеки.

– Недурственно, – даже Её Сиятельство заценила.

Поели. Затем Фонвизина быстренько «полечила» меня и устранила из организма весь алкоголь, после чего мы поехали дальше до дома.

И уже где-то на МКАДе мне внезапно позвонил Морозов. Хотя, как сказать, «внезапно»?

– Василий Иванович, – спокойным деловым тоном сказал Герман. – У меня тут Несвицкие были…

Ожидаемо. Как бы я ни надеялся спустить ситуацию на тормозах, это было маловероятно. Стало быть, вот и новая вражина стучится в двери.

– Очень злые, – продолжил Мороз. – Искали тебя.

– Меня? – уточнил я. – Прямо вот меня, по фамилии?

– Да, – ответил Герман. – Тут либо блогерша подгадила, либо следователя прожали; князья всё-таки. Либо и то, и другое.

– Так, – кивнул я. – Ну, допустим.

– Допустим, ага, – хохотнул Мороз. – Что ещё сказать? Заявились господа Несвицкие сразу же с тяжёлой артиллерией, на танках. Раскурочили мне, паскуды, всю парковку…

Ну вот. А я ведь так отчаянно старался её спасти.

– … изволили быковать, – продолжил Герман. – Ту уж не обессудь, но камеры я им сам дал посмотреть. Чтобы поняли всю ситуацию.

– Это правильно.

– Ага. Правильно, но не помогло. Менее злыми они от этого не стали. А даже наоборот.

– Тебя-то не тронули?

– Ах-ха-ха! – заржал Мороз. – Меня попробуй тронь. Я быстренько все свои связи поднял, чтобы их выпроводить. А то не хватало, чтобы они мне площадку разнесли. Мало ли, что у них в башке творится?

– Да чёрт его знает, – согласился я.

– Короче говоря, Скуф, вот так. Я тебя предупредил, – сказал Герман. – Жди, что вот-вот к тебе заявятся.

– Заявятся, значит, поговорим.

– Не будут они с тобой разговаривать, Скуф. Ты лучше…

– Это ты лучше мне скажи, – перебил я Мороза, – когда квадроциклы доставишь? Девки честно выиграли! Хотят кататься! Да я и сам не прочь.

– Ах-ха-хах! Духом не падаешь, да? Завтра по утру жди.

На том наш разговор подошёл к логическому концу.

Что ж…

– Будем воевать, Алексей Михайлович.

– Чего?

– Воевать, говорю, будем!

– А-а-а-а, – протянул друид и мечтательно уставился в окошко. – Дело хорошее. С родителями убитого мальчика?

– «Родителями убитого мальчика»⁈ – я аж чуть фуре в бочину не въехал. – Лёх⁈

– Чего?

– Что за формулировки такие? Ты вообще за кого?

– Так за тебя, Скуф, – Лёха задумался. – Ну да, точно. За тебя.

А вот, кстати, Михеев ведь тоже во всей этой истории фигурировал. Так что не отмажется, повоюем как в старые добрые, плечом к плечу.

Но сперва:

– Алло, Ирин? – отзвонился я сеструхе. – Мне снова помощь Тамерлана требуется. Сможешь? Отлично! Добудьте мне всю информацию по князьям Несвицким. Кто такие, чем занимаются, что в собственности и так далее… Ага… Ага… Ага, до связи.