Текст книги ""Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Данияр Сугралинов

Соавторы: Максим Злобин,Ярослав Горбачев,Вова Бо,Ирина Итиль,Диана Рахманова,Валерия Корносенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 129 (всего у книги 350 страниц)

– Тогда…

– Конечно, если ты всех уже победил, то возвращайся к себе домой.

– А…

– А я тебя навещу чуть позже. До встречи.

Хаген уже знал, что когда Фернанда выполняет «задание», писать или перезванивать ей не стоит. Она либо не ответит, либо ответит проклятиями и просьбами не мешать.

Глава 48. Ад

Не волнуйтесь, дорогой клиент, – время от времени смерть случается со всеми нами.

Borderlands 2

Хаген подъехал к своим апартаментам в половине третьего ночи. Он позавидовал Фернанде, ведь на вертолете дорога от бункера до Вегаса занимала минут тридцать.

На улице еще дымилось барбекю. Несколько чуваков с района шушукались в темноте и гремели пивными бутылками. Кажется, недавно прошла стихийная квартальная вечеринка, которую разогнали копы, поэтому выжившие старались вести себя тихо. Пытаясь не привлекать внимания Стриппера и его дружков, Хаген пробрался к двери и проник в свои апартаменты как вор.

В дороге он еще и обдумал, какую новую героическую способность выбрать? Долго перебирал варианты и остановился на одном.

Тиер 2. Имперсонация

Способность выдавать себя за другого человека. Все окружающие будут не просто видеть в тебе ту персону, чей облик ты выберешь, но и верить, что ты тот, за кого себя выдаешь.

Внимание, для имперсонации требуется не менее 3 ЕКИИ выбранной персоны.

Требования к носителю для разблокировки способности:

– уровень социальной значимости: не менее 20;

– уровень «Восприятия» не менее 10;

– уровень «Интеллекта» не менее 15;

– уровень навыка «Реверсивная эмпатия» не менее 5;

Внимание, количество особей, на которых подействует имперсонация, ограничено твоим уровнем восприятия, а также уровнями восприятия особей, на которых направлена имперсонация. Чем выше уровень, тем быстрее они выходят из-под влияния иллюзии.

На данном уровне ты можешь обмануть 3 особи, чей уровень восприятия не выше 15, или одну особь, чей уровень не выше 20.

Мистическое убеждение: +100 % ко времени воздействия на суеверных людей, если ты выберешь для имперсонации религиозный образ.

Количество использований: один раз в сутки.

Необходимо не менее 50 % духа.

Майк уже собрался задать вопрос помощнику, но тот ответил на упреждение:

«Предвосхищая твой вопрос, объясняю, что ЕКИИ – единица ключевой идентифицирующей информации. Содержит одно ключевое свойство объекта, позволяющее его идентифицировать. То есть такие данные, как имя персоны, его фотография, дата рождения, место рождения и многое другое…»

Конечно, Хаген хотел бы какую-то реально героическую способность типа полета или невидимости. Но общение с доктором Хиллом не прошло даром. Он понял, что лучше не привлекать к себе внимания. Имперсонация – один из способов это сделать.

Хаген сделал выбор. После этого проверил телефон. Фернанда молчала. Тогда Майк лег спать, чтобы выбранные способности и улучшения вступили в силу.

* * *

Майк проснулся от звонка телефона, который положил рядом с собой на подушку.

Пять утра… и это была Фернанда. Хаген прокашлялся, поднес трубку к уху и… чуть не оглох!

– Ты у себя? – кричала Фернанда. – Срочно убирайся оттуда, они отправились за тобой!

– Кто они? Куда убираться?..

– Не задавай вопросов! Просто делай, что я сказала, кретин! Я уже еду к тебе. Ты должен…

Фернанда прервалась. Было слышно, как кто-то возмущенно сигналил, потом визг тормозов, а затем и вой полицейской сирены. Фернанда ответила руганью на португальском.

Судя по карте, девушка остановилась на Восток-Карен-авеню.

– Твою мать… мне теперь с копами разбираться за нарушение правил.

– Мэм, выйдите из машины, – услышал Хаген голос полицейского.

– Не вешай трубку, – продолжила Фернанда. – Оставайся все время на связи. Просто выходи из дома и вали куда подальше, только не ко мне, они знают, где я живу. И не иди в спортзал или к своим друзьям.

– Мэм! – голос копа стал угрожающим. – Выйдите из машины. Держите руки, чтобы я видел…

– Заодно вызови копов, это их задержит! – успела бросить Фернанда.

– Мэм! – взревел коп. – Я требую…

– Все-все, офицер, я выхожу. Вот мои руки, убери тэйзер[128]128
  Taser – электрошоковое оружие нелетального действия, способное поражать цели на расстоянии. Имеется на вооружении многих полицейских в США.


[Закрыть]. Я сейчас все объясню…

Слушая разговор Фернанды и полицейского, Хаген поспешно натягивал джинсы. Судя по грохоту в трубке, коп развернул Фернанду спиной и принялся ее обыскивать.

– Козел! – не вытерпел Хаген. – Убери от нее свои вонючие лапы!

Хаген замешкался, отыскивая куртку с документами. Накинул ее, а телефон сунул в нагрудный карман. Фернанда продолжала препираться с полицейским. После обыска тот начал проверять все ее документы.

– Мэм? – снова ожил свирепый голос копа. – Кто у вас на телефоне? Немедленно отключите!

Сопровождаемый голосами копа и Фернанды, Хаген открыл дверь и услышал:

– Вон он!

Потом увидел, как от двух машин, припаркованных неподалеку от барбекю, отделились несколько фигур и побежали по лестнице к двери апартаментов Хагена. Было уже достаточно светло, чтобы узнать среди них бандитов, которые руководили боями Ваана дер Бааса.

Хаген не рискнул сбегать – у всех в руках были пистолеты. Он метнулся в свою комнату и захлопнул дверь. Даже спасительный голос Фернанды его покинул – полицейский заставил ее выключить телефон.

Тогда он последовал ее совету и набрал 911. Только начал говорить, как хрупкая фанерная дверь слетела с петель. В комнату ввалились двое. Оба навели на Хагена стволы.

– Брось телефон, брось! – заорал тот, кого система определила как Теренса Гонсалеса, грабителя седьмого уровня. У него на голове была яркая зеленая бандана с узорами из листьев марихуаны.

Имя второго бандита – Дамиан Мартин – тоже ничего не говорило Хагену, но зато строка «член банды Суреньос Фамилиа» будила воспоминания. Наверняка это недруги Эстебана, знакомые по тюрьме. Да и сам Хаген немало от них натерпелся в свое время.

– Мы просто пришли поговорить, – сказал Дамиан. – Брось телефон.

Хагену пришлось повиноваться – Дамиан приставил дуло пистолета прямо к его лбу.

– Вы не могли поговорить, как все люди? – сказал Хаген. – За чашкой кофе или бокалом пива…

В комнату вошли еще двое, тоже члены банды. Их Хаген и видел в бункере, они все время ходили с Вааном дер Баасом. И ошивались возле комнаты, когда Хаген медитировал.

Один из бандитов поднял выломанную дверь и поставил ее, прикрывая образовавшийся проем.

На короткое время стало так тихо, что Хаген услышал пение птиц за окном.

* * *

– Ты ведь уже обо всем догадался? – сказал Дамиан.

– Вы хотите обсудить условия моего боя с Вааном дер Баасом? – ответил Хаген. – А что с Акихиро? С ним уже договорились?

– Да, согласно условиям договора, Аки уже кормит червей в земле, – отозвался Теренс. – Теперь твоя очередь заключить сделку.

«Вряд ли мой навык ведения деловых переговоров тут поможет», – подумал Хаген.

Он проследил за меткой Фернанды на карте. Девушка уже как-то разобралась с полицейским («Надеюсь, не убила!» – ужаснулся Хаген) и снова быстро двигалась к его апартаментам.

– Я слушаю ваше предложение, – сказал Хаген.

– Так оно простое. Завтра в тяжелом и непредсказуемом поединке против славного европейского боксера ты проиграешь, получив нокаут. Будет больно, но не смертельно. Ты же вообще Живчик, быстро оклемаешься.

– Варианты?

– Как вариант, ты отправляешься вслед за Акихиро. Там ты уже не оклемаешься.

Хаген усмехнулся:

– Вряд ли Бутси признает победу славного европейца после таинственного исчезновения обоих противников. Он скорее вас всех отправит кормить червей.

– Есть такой вариант, – сокрушенно согласился Теренс. – Но в таком случае мы грохнем тебя сейчас. Никто не будет в выигрыше. Но ты проиграешь особенно сильно.

Ему вторил Дамиан:

– Мы люди разумные, предлагаем тебе семьдесят… нет, сто тысяч от главного приза! Хорошие деньги, соглашайся.

Квест «Дорога в ад» обновлен

1. Ты можешь согласиться и проиграть финальный бой.

34 % вероятности того, что твоя репутация с организаторами подпольных боев в бункере понизится до неприязни.

68 % вероятности того, что твоя репутация с организаторами подпольных боев в бункере понизится до враждебности.

Количество твоих поклонников будет уменьшено соразмерно потерям репутации.

2. Ты можешь согласиться на проигрыш, но обмануть и победить.

99 % вероятности того, что твоя репутация с членами банд, поддерживающих Ваана дер Бааса, понизится до ненависти.

94 % вероятности быть застреленным на ринге.

82 % вероятности быть убитым позже.

3. Ты можешь отказаться и умереть.

Вероятность: 99,99 %.

Остальной пересчет вероятных потерь и приобретений будет проведен после выбора решения.

Хаген не удержался от смешка: «Особенно интересно, как будет сделан перерасчет, если я выберу третий вариант!»

– Сто тысяч? – спросил он. – Это не покроет даже затраты на художников по текстурам!

– Чего? – изумился Теренс. – Каких там еще художников?

– Меньше, чем на миллион, я не согласен, – заявил Хаген, опуская руки.

Дамьен и Теренс переглянулись. Пока они совещались, Хаген решился на четвертый вариант решения квеста «Дорога в ад». Вероятно, на это повлиял повысившийся уровень интеллекта. Хотя, на первый взгляд, сложно назвать его поступок умным. А может быть, он просто испугался за Фернанду, которая была в десятке кварталов от его апартаментов. При всей своей крутизне девушка вряд ли справится с четырьмя вооруженными бандитами. Тем более некрасиво ждать, когда она приедет и перестреляет всех негодяев. Кем она себя вообще возомнила? Терминатором?

Нет уж, если в этой комнате и есть человек, который должен совершать героические поступки, то это тот, кто претендует на обладание героическими способностями.

Вслед за молниеносной вереницей этих мыслей появился новый положительный эффект.

Битва за жизнь

Угроза жизни носителю!

+5 ко всем характеристикам.

Несокрушимый дух: +150 % к восстановлению духа.

Ярость берсерка: боевой режим работает до тех пор, пока не закончится битва за жизнь. Эффект замедления времени боевого режима усилен на 20 %.

Старый талисман: активирована татуировка «Бьорн». Восстановлены ее прежние свойства.

Татуировка «Бьорн»

Класс предмета: талисман.

+5 к удаче.

+4 к харизме.

Срок действия: 25 лет.

«Не зря я выбрал именно эту тату!» – подумал Хаген.

Дамиан стоял слева, держа ствол у его лба, а Теренс – напротив, но пистолет опустил дулом вниз. Третий бандит – большой черный парень со странной кличкой «Вайт Кейк»[129]129
  White cake – белый торт


[Закрыть] – подпирал все время падающую дверь, для этого свой ствол ему пришлось убрать.

Четвертый бандит прошел внутрь квартиры, встав за спиной Хагена. Майк его не видел, но на карте он значился как «Джозеф „KGB“ Кизи». Именно он представлял наибольшую опасность, так как был вне досягаемости, к тому же, скорее всего, наполовину сокрыт перегородкой кухни.

Зато все трое видимых подсвечивались боевым режимом как доступные цели – бей куда угодно, Счастливый удар достанет каждого.

– Миллион – слишком высокая стопка баксов для такого коротышки, как ты, – сказал Теренс. – Мы дадим тебе пятьсот тысяч. И переговоры закончены. Понял?

Хагену хватило ума не начать драку сразу, он сначала совершил отвлекающий маневр – использовал новую героическую способность. Для имперсонации выбрал образ человека, хорошо знакомого всем присутствующим, владельца развлекательного комплекса «Бункер», Стивена «Бутси» Купера.

В сознании Хагена мелькнули сохранившиеся данные о Бутси: выражение его лица, возраст, тембр голоса, жесты…

Хаген думал, что сейчас превратится в восьмидесятилетнего старика, но этого не произошло. Он остался собой. Однако вся комната вдруг накрылась мутным зеленоватым туманом, как ранним утром на болоте. Клочья его выходила за пределы апартаментов и таяли где-то в районе парковки. Хаген догадался, что туман показывает зону распространения имперсонации. Наибольшая концентрация тумана была вокруг людей в его комнате, но сгущался он по-разному. Вокруг Дамиана больше, чем вокруг Теренса. Это сказывалась разница в их восприятии. А вот вокруг Вайт Кейка тумана вообще не было. Видимо, он попросту не знал, кто такой Бутси. То есть он видел все того же Хагена, а не всесильного гангстера.

Дамиан испуганно отдернул пистолет:

– Мистер Купер, сэр! Мы не знали… Я сейчас объясню! Все не так, как вы думаете! Дело в том, что мы хотели сохранить ваши четыре миллиона… Мы не собирались брать их себе…

– Самая тупая отмазка, что я слышал! – усмехнулся Хаген.

Теренс тоже спрятал пистолет за спину. Показал пальцем на Дамиана и истерично завопил:

– Это была его идея обмануть вас! Это он убил Акихиро! Я ему говорил не трогать япошку!

– Братаны, вы че? – удивился Вайт Кейк. Он хотел отойти от двери, но та угрожающе накренилась, и ему пришлось вернуться.

По идее Хаген мог бы попросту выйти из апартаментов. Хотя, судя по той скорости, с которой таял туман, далеко бы не ушел. К тому же дверь загораживал недоумевающий Вайт Кейк.

Тогда Хаген ударил Теренса – тот почти избавился от иллюзии и уже вытащил руку с пистолетом из-за спины.

Счастливый удар: 70 %.

Ты нанес урон 8400 (прямой удар правой).

Раскинув руки, Теренс слегка подлетел, болтая выбитой челюстью. Его пистолет с гулким стуком ударился в стену.

Замедление времени активной фазы, в самом деле, было гораздо заметнее, чем обычно. Конечно, не так, как мечталось бы Хагену. Противники двигались не как в замедленной съемке, а скорее, как астронавты на Луне. Но этого было достаточно, чтобы сориентироваться в происходящем.

Шкала духа быстро заполнялась, скоро будет доступен еще один Счастливый удар. Но это все равно слишком долго! Хаген прыгнул вперед, сбивая Дамиана с ног. Вместе они упали на журнальный столик, где громоздились распечатки диалогов игры «Нокаут», которые Хаген правил вручную, как советовал учитель на курсах сценарного мастерства.

Во время падения над затылком Хагена что-то пролетело, словно птица задела крылом. В голове зазвенело, а в глазах потемнело. Совершенно не понимая, что это было, почти на ощупь Хаген нанес поверженному Дамиану несколько ударов в лицо.

Вместе с описанием нанесенного урона появилось тревожное сообщение:

Получен урон: 7831 (описание).

Касательное ранение головы.

Сильное сотрясение!

Так вот что это за птица задела крылом! Значит, тот гад, который был за спиной, выстрелил! Вайт Кейк наконец-то оставил дверь и полез за пистолетом. Еще секунда – и Хаген будет между двух огней!

Он рассчитывал снова запустить имперсонацию, на этот раз решил выбрать образ, знакомый абсолютно всем, президента США! Но после ранения все ресурсы ушли на Регенерацию. Имперсонация была недоступна.

Хаген развернулся в сторону кухни. Четвертый бандит, Джозеф «KGB» Кизи, – немолодой, худощавый мужчина, жутко напомнивший Хагену учителя по истории в школе, – уже прицелился и готовился выстрелить снова.

Раздался грохот, но почему-то вместо Хагена упал Вайт Кейк, а злосчастная дверь накрыла его, как крышка гроба. Рука Вайт Кейка так и осталась под курткой вместе с пистолетом. Не выясняя, что с ним произошло, Хаген ринулся на Джозефа.

Каким бы сильным ни было замедление времени, каким бы ни был быстрым Хаген – пуля оказалась быстрее.

Получен урон: 13427 (проникающее пулевое ранение легкого).

И тут Хаген увидел свою смерть, выраженную в числовом виде, – его здоровье на секунду показало минус тысячу двести! Но мощный всплеск Регенерации буквально вырвал его с того света, вернув в плюсовую область:

Очков здоровья: 299/20000.

Не добежав до Джозефа, Хаген упал и прокатился по полу до самой перегородки на кухне.

Он не мог подняться, не мог даже пошевелиться, только водил головой, ожидая, что Джозеф выйдет из-за перегородки и прикончит его. Второе попадание Регенерация не выправит.

Раздался еще один выстрел. Затем шум битой посуды и грохот – подстреленный бандит, видимо, обрушился на шкаф с посудой.

Хаген едва смог повернуть голову в сторону двери.

Он увидел, как Фернанда бежит к нему. А в дверном проеме стоял какой-то парень. В его трясущихся руках прыгал револьвер. Из дула еще шел дымок.

Это был поэт Фрэнки Дриббс. Наконец-то он принял участие в перестрелке. То есть в событии, о котором все время сочинял стихи.

Хаген почувствовал на своих щеках пальцы Фернанды. Потом закрыл глаза. И услышал, как Фрэнки сказал:

– Никто не смеет шуметь на моем районе так рано утром…

После этого Хаген провалился в черную пустоту, где мерцали звезды.

Глава 49. Вызов

Весь смысл жизни в том, чтобы использовать все цвета в коробке с карандашами.

Ру Пол

После похорон мамы Хаген не бывал на кладбище. Он постоянно испытывал чувство вины, что не посещал ее могилу, предоставив уход за ней дяде Питеру.

Словно извиняясь за прошлое, сегодня Майк принес на ее могилу самый большой венок, какой нашелся в магазине ритуальных услуг. Левая рука висела на перевязи, поэтому ему было не совсем удобно доставать венок с заднего сиденья такси. А когда Хаген прислонил венок к надгробию – снова устыдился. Тот был больше мраморной плиты и полностью закрыл могилу.

Стоял солнечный, но ветреный день, листья на венке трепетали, словно хотели оторваться и улететь.

А Майк не знал, что говорить.

О своей жизни после смерти мамы? Но ведь она всегда незримо присутствовала, наблюдая за поступками сына. И по привычке предостерегала Хагена от азартных игр, огнестрельного оружия, наркотиков и знакомства с бандитами.

Хаген прожил с мамой большую часть жизни, между ними не было невысказанных мыслей или тем. Под конец своей жизни она даже признала свою ошибку в его воспитании.

«Майки, – говорила она, сдерживая слезы. – Сможешь ли ты меня простить? Кажется, я сильно ошиблась. Я хотела, чтобы ты стал хорошим человеком… Но ты стал несчастным человеком».

Тогда Хаген не обратил внимания на эти слова. Но сейчас, стоя над ее могилой, наконец-то сказал:

– Да, я был несчастным человеком. Но я справился. Не без помощи странного случая, но справился.

Только сейчас Хаген заметил, что на мраморной плите, почти спрятавшись под венком, лежали несколько свежих цветков. А чуть поодаль в траве белели три окурка. То есть цветы не могла принести единственная мамина подруга, миссис Поллак. Она не курила. А дядя Питер был в Сиэтле.

Но Хаген догадался, кто это мог быть.

Майк несколько раз пытался найти своего отца на карте. Но система показывала его местонахождение как огромное пятно, закрывающее половину северных штатов. Для более точного местоположения требовалось ввести больше ЕКИИ.

Но он не помнил даже настоящего имени отца. Мама называла его «этот негодяй», а дядя Питер «мудак, которому я сверну шею, когда поймаю». Для Augmented Reality! Platform этих единиц информации было недостаточно.

Узнать имя – это не проблема, но Хагену не хотелось отыскивать отца. Что он мог ему сказать? Что нельзя разбрасывать окурки возле могил?

На пути с кладбища Хаген попросил таксиста свернуть к «Сияющим авто Грегора Горецки». Решил взглянуть на того человека, из-за которого многое пошло не так, как хотелось бы. Самого Горецки он не увидел, зато перед магазином стоял новый сверкающий пикап, разукрашенный голыми женщинами. В мире много неизменных вещей. Одна из них – Лось Горецки.

Волшебные крылышки в баре «У Чака» тоже не поменялись. Правда, вместо самого Чака за барной стойкой красовалась пышногрудая золотоволосая дама. Но она так же зорко, как и Чак, следила за всеми посетителями, отдавая четкие приказания официантам.

Получив ведро крылышек и кружку пива, Хаген принялся ждать.

* * *

Регенерация могла вылечить даже огнестрельное поражение легкого, при условии, что носитель будет жив достаточно долго, для того чтобы она работала.

К счастью, Фернанда не впервые в жизни сталкивалась со смертельными пулевыми ранениями. Хагена быстро доставили в больницу и подготовили к операции. Он пришел в сознание ровно в тот момент, когда лежал на операционном столе и ему вводили наркоз. Успел увидеть яркий свет и лицо хирурга, закрытое маской. Еще успел увидеть его имя – Малек Хилл.

«Наконец-то он исполнил свою мечту, – подумал Хаген. – Готовится вскрыть загадочного пациента».

Очнулся Хаген в больничной палате, испытывая паническое чувство дежавю. Но вместо Гонсало в кресле спала Фернанда. Ее голова чуть запрокинулась, открывая полностью ту татуировку под горлом, которая немного раздражала Хагена. Она совершенно не шла Фернанде.

Было одиннадцать утра. По сути, с того момента как его подстрелили, прошло всего часов шесть.

Хаген проверил свои жизненные показатели. Не сказать, что он в норме. Большая потеря крови и повреждения внутренних органов. Вдобавок снижены восприятие, настроение и удовлетворенность – все из-за действия наркоза. Регенерация работала, можно не сомневаться, что Хаген выйдет из больницы уже к вечеру. Но он снизил ее скорость до минимальной. Хватит уже распалять любопытство людей.

Фернанда проснулась.

– Спасибо, что спасла меня, – сказал Хаген.

Девушка подошла к кровати:

– Думаешь, я тебя спасала? Нужен ты мне! Я защищала наши с Эстебаном инвестиции.

Хаген улыбнулся:

– Рад, что ты такая же честная.

– Если быть честной до конца, то тебя спас утырок с твоего района, – ответила она. – Если бы не он, я бы не успела справиться с двумя бандитами.

Хаген сел на кровати и взял Фернанду за руку:

– Так мило, когда ты называешь других «бандитами».

– Дамиан и Теренс еще и придурки. Они убили Акихиро! Тот отказался от их условий и пригрозил все рассказать Стивену Бутси. На что они вообще рассчитывали, когда решили устранить всех противников Ваана дер Бааса?

– Видимо, четыре миллиона призовых затмили их разум. Если он у них вообще был.

– Из-за этих придурков мы все пропадем. Стивен Бутси не простит никого.

Хаген встревожился:

– Что ты имеешь в виду? Я готов драться с Вааном дер Баасом, когда поправлюсь. А я быстро поправлюсь. Ты же меня знаешь… Я ведь Живчик.

– Ладно, посмотрим, что будет дальше.

Фернанда убедилась, что Хаген не умирает, и собралась домой. Но на пороге остановилась:

– Сегодня тебя навестят копы, будут допрашивать о трупах в твоих апартаментах. Но ты держись версии, что ничего не знаешь, пришел домой, а там какие-то грабители. Они на тебя напали, ты покалечил парочку, а потом тебе помог молодой и талантливый поэт Фрэнки, который случайно проходил мимо со своим оружием. Но не упоминай меня. Меня там не было.

– Э-э-э, за такую версию событий я бы сразу арестовал.

– Попробуй быть убедительным. Я знаю, что твоя дьявольская сила… Короче, ты умеешь убеждать.

* * *

Чтобы скоротать время, Хаген проверил сообщения интерфейса.

Победы над Теренсом и Дамианом принесли 2100 очков опыта. Одно очко навыка боевых умений он добавил в Уклонение от удара. Хаген втайне надеялся, что когда-нибудь сможет уклоняться и от пуль!

Внимание, навык уклонения от удара достиг предельного значения (10) на данном уровне! Дальнейшее повышение навыка требует:

Ловкость не ниже 20.

Выносливость не ниже 20.

Восприятие не ниже 20.

Кроме того, данный навык не может быть выше навыка «Смешанные боевые искусства (ММА)».

Ага, вот он и предел возможностей. Даже если каким-то чудом Хаген поднимет все до двадцатки, нужно качать и остальные боевые навыки. Видимо, это же произойдет и с навыком гейм-дизайна, который потребует двадцати интеллекта, и с любым другим.

Второе очко он вложил в скорость удара, подняв ее до пятого уровня.

Кроме того, выросла и выносливость, поднявшись до четырнадцати.

«Ну, это неудивительно, – горько подумал Хаген. – Учитывая все, что я перенес в последние дни».

Рубилово в апартаментах принесло и новое достижение:

Достижение «На волосок от смерти!»

Твое здоровье ушло в минус, но ты выкарабкался с того света.

Получены очки опыта: 5000.

До следующего уровня: 12608/21000.

* * *

Опасения Фернанды подтвердились. Взбешенный тем, что из-за каких-то интриг был испорчен финальный бой, Бутси внес в черный список не только Хагена и Ваана дер Бааса, но и Эстебана, и Фернанду. Дамиан, Теренс и остальные участники глупой аферы не были внесены в какой-либо список, а просто вычеркнуты из списка живых. Выжил только Ваан дер Баас – голландец на самом деле не знал ничего о том, что происходило за его спиной. Он искренне верил, что был таким непобедимым боксером исключительно благодаря своему таланту.

Финальный бой состоялся в субботу, как и было запланировано. Только произошел он между Молимо и Макгинти.

Хагену было плевать и на черный список, и на титул чемпиона каких-то подпольных драк. Но ему было не плевать на четыре миллиона. Их получил Макгинти, одержав тяжелую победу над Молимо.

Можно представить, как ликовал ирландец. Накупил себе, небось, золотых спортивных костюмов…

Хаген впервые получил такое сообщение системы:

Квест «Дорога в ад» провален.

– Я дошел до финала, победил всех, но ничего не получил. Это… это неприятная неожиданность.

Надежда найти деньги на игру угасла вместе с квестом.

Но Деннис Сазер и остальные все еще верили, что Хаген вот-вот где-то получит четыре миллиона, как и обещал. Деннис даже распланировал эти вложения:

– Когда завершим демку, у нас останется еще два миллиона! – радовался он. – Мы будем продолжать работу над полной версией, не дожидаясь решения издателей. А потом запустим рекламную кампанию. Выпустим улучшенную демку в публичный доступ. Потом… потом что-то еще сделаем, с такими деньгами мы можем все!

Деннис Сазер мечтал, Роман мечтал, все в Realtuality мечтали. Даже невозмутимая Виктория «Трейсер» Крузе заметила, что «игра получилась симпатичной, хотя и не лишена некоторых недостатков».

Все надеялись, кроме Хагена. Он смотрел на строку «Найди инвесторов: $75 400 / 5 000 000» и отчаянно думал, что делать дальше.

Демоверсия игры «Нокаут» была готова, как утверждал Роман, на восемьдесят семь процентов.

Алан Маруни продолжал работать над детализацией уровней, а Виктория все пыталась исправить ошибку поведения персонажа Хэллецки, который иногда тупил, не мог найти выход из локации digi_mart_shop и начать финальный бой с игроком.

Роман активно помогал Виктории, чем наконец-то смог ее разозлить. Ведь это он обнаружил, что причиной поведения Хэллецки были именно баги AI, а не игрового окружения, как сначала думали все.

Пока программисты боролись с восставшим игровым AI, Хагену нужно было решить проблему музыкального оформления. Он давно решил, что кроме фоновой музыки игре нужны полноценные хиты. Несколько оригинальных композиций, которые будут ассоциироваться именно с ней. Само собой, выбор пал на рэпера Изи Сэмми. Ведь в свое время его услышали только благодаря тому, что Хаген сделал его трек своей входной музыкой.

Он уже пробовал связаться с менеджерами исполнителя, но получил вежливый ответ, что в данный момент Изи Сэмми не заинтересован в подобном проекте. Но готов заинтересоваться, если ему заплатят миллион долларов.

Хаген не сомневался, что Изи Сэмми согласится и на меньшее, если вообще не за бесплатно, просто нужно поговорить с ним напрямую. А для этого необходимо прорваться через заслон менеджеров, окруживших звезду.

Слухи о некой прикольной игре от новой игровой студии уже циркулировали на геймерских сайтах. Специалист по маркетингу, которого привел Деннис Сазер, готовил сообщество. Публиковал скриншоты игры, забрасывал намеки на необычную продуманную механику и потрясающий сюжет. Деннис Сазер не смог обойти себя, поэтому маркетолог бесстыдно упоминал, что игра создана при участии бывшего сотрудника RockStar.

Многие игровые блогеры и обозреватели были обыкновенными продажными сволочами. За упоминание игры в обзорах «Самых ожидаемых игр года» требовали денег. Когда на счету компании осталось менее пятидесяти тысяч, Деннис Сазер поинтересовался у Хагена, где же обещанные инвестиции?

– Только не отвечай, что ты «работаешь над этим», – попросил Деннис. – Лучше честно скажи, что денег нет и нам жопа. Я тогда начну процедуру продажи своего дома в Спринг-Вэлли. Слишком многое вложено в проект, чтобы отступить. Но взамен попрошу передать мне все права.

Тогда Хаген понял, что пора брать билет на самолет и лететь в родной город для встречи с Алексой Хэпворт.

* * *

Хагену казалось, что родной город будет давить воспоминаниями. Но знакомые места не вызвали никаких сильных чувств. А когда он увидел на месте магазина DigiMart большой торговый комплекс, то даже стало веселее на душе. Слишком много неприятных ассоциаций с этим зданием. Забавно было и то, что на месте закусочной с хот-догами из тараканьих лапок открылся зоомагазин.

Сидя в баре у Чака, Хаген попивал пиво и наблюдал за входом. Когда там появилась Алекса, Хаген ожидал, что его сердце учащенно забьется… Оно и забилось бы, если бы в гостинице, где остановился Хаген, его не ждала истинная владелица его сердца – Фернанда Тодд.

Когда она узнала, что Хаген собирается на деловые переговоры с «бывшей» (Фернанда сама ее так назвала), то заявила, что отправится с ним.

– Там не будет ничего опасного, – ответил Хаген. – Я просто попробую убедить ее дать нам денег.

– Я помогу.

– К сожалению, на таких переговорах не применяют ни электрошокер, ни мешок на голове.

– Я о другом… Я просто не хочу, чтобы ты и она… – и Фернанда недовольно надула губы, явив типично женское проявление эмоций – невероятно редкое для нее! – Ладно. Но если к вечеру не вернешься – найду вас обоих и пристрелю.

– Договорились.

Увидев Хагена, Алекса подошла к его столу.

– Забавно, как все вернулось в этот город. Даже ты.

Хаген попробовал ответить что-то остроумное, но Алекса села за стол и сразу перешла к делу:

– Я попробовала поиграть в демоверсию, которую ты мне прислал, – начала она. – Спасибо, что сделал меня самым красивым персонажем в игре. Далее. Игрок из меня никудышный, но я проконсультировалась со своими советниками, поэтому есть несколько замечаний. Во-первых, необходимо сменить имя Хэллецки, оно слишком глупо выглядит. К тому же он постоянно называет нашего героя «карлик жопоголовый». Это не пойдет. Вы вообще, чем думали, когда писали такое? Это же оскорбление людей с нестандартным ростом. Во-вторых…

Через пять часов часа Алекса попрощалась и покинула бар «У Чака». А Хагена мутило, словно в него всадили еще несколько пуль. Он только что убедился, что его скилл деловых переговоров – жалкое подобие тех умений, которыми обладала Алекса Хэпворт. Она буквально измочалила его своими требованиями, замечаниями и условиями, после выполнения которых ее компания проинвестирует дальнейшую работу над игрой.

Конечно, еще предстояли переговоры с участием Денниса. Пока что у Realtuality не было ничего, кроме обещаний. Но Хаген был уверен, что доведет дело до конца.

Он совершенно не удивился, когда в бар вошла Фернанда.

– Ты чего такой бледный? – спросила она, обнаружив Хагена.

– У меня был тяжелый бой. Еле выжил.

Фернанда подала ему куртку:

– Мне не нравится этот город. Здесь все какое-то серое, холодное и много грязи.