Текст книги ""Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Данияр Сугралинов

Соавторы: Максим Злобин,Ярослав Горбачев,Вова Бо,Ирина Итиль,Диана Рахманова,Валерия Корносенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 350 страниц)

– Что, насыщенные три дня? – сочувственно спрашивает Марта.

– Еще какие насыщенные! Вот просто представь! Меня выгнали из секции бокса, я разошелся со своей девушкой, принял на работу крайне подозрительную особу, встретился с предыдущим начальником, запустил процесс по расширению бизнеса, пообщался с еще одним носителем интерфейса, узнал от него много интересного, самое важное из которого – наличие иной разумной жизни в Галактике… А еще некая высшая раса – ваалфоры – объявила на меня охоту, играя с цепочками вероятностей, я нашел сказочное кольцо, повышающее удачу, меня чуть не зарезал один гастарбайтер, а потом из ревности чуть не прибил другой… горец. А еще мой старый друг был в жуткой заднице, и мне пришлось его оттуда вытаскивать. И все это не считая моей смерти!

Под каждое мысленно озвученное воспоминание всплывают образы, эмоции, и мыслепередача отлично заменяет подробный устный рассказ. Как говорилось в одной рекламе, вместо тысячи слов!

Мой поток откровенности Марта выслушивает не перебивая и в нужных мечтах сочувственно охая. Дождавшись, когда я закончу, она уточняет какие-то детали, а потом на пару десятков секунд задумывается, закусив губу. Можно даже сказать, что она зависает, активно потребляя мои резервы духа.

– В целом все неплохо, Фил. Групповые занятия боксом в недружелюбном коллективе ты заменил индивидуальными. Высокий уровень навыка у твоего нового тренера Кости, в принципе, должен компенсировать его более низкий, чем у Матова, навык наставничества. Впрочем, может, он не такой уж и низкий, если парень сам воспитывает сестренку. Ты не посмотрел, какой у него уровень наставничества?

– Впервые слышу о таком навыке. Не обратил внимания.

– Обрати, от этого зависит скорость развития навыка.

– Хорошо. А если у него этот навык отсутствует или очень низкий?

– В любом случае тренировки с ним, как со спарринг-партнером, будут полезнее, чем самостоятельные. Далее. О Виницком, Хфоре и реакции ваалфоров на, как ты говоришь, странности с твоим то ли прохождением, то ли непрохождением Испытания. Прости, что не поставила тебя в известность раньше… – Марта делает паузу.

– Так это ты! – вырывается у меня крик.

– Да, это я. Воспользовалась отсутствием серверов в твоем сегменте и принудительно запустила «Обман времени», не дав им, – Марта кивком и взглядом показывает куда-то в небо, – деинсталлировать интерфейс.

– Потому что после этого ты бы исчезла?

– Именно.

– Значит, это моя третья жизнь? Как у Марио?

Марта косится в сторону и как-то совсем по-девчачьи сверлит носком правой туфли пол.

– Что? Марта! Отвечай! Сначала Кислотный студень меня завалил, потом Лучок ножом запырял до смерти? И почему тот случай я воспринял как сон, а то, что было сегодня ночью, четко помню?

– Помнишь, потому что времени с ключевой развилки прошло немного, всего шесть минут. А вот с остальным… Прости, Фил. Ты не готов. Обещаю, что расскажу тебе все, как только ты поднимешь «Познание сути» до третьего уровня. Главное, пожалуйста, будь осторожнее! Несанкционированные активации «Обмана времени» уже заметили и перекрыли мне доступ. Снова вытащить тебя я уже не смогу. Прости…

Марта целует меня в щеку, совсем по-человечески взъерошивает мне волосы и исчезает.

А вместо нее рядом появляется счастливый Генка с улыбкой до ушей.

– Я – свободен! Словно птица в небесах! – исполняет он известную песню, раскинув руки.

– Погнали, птица! – кладу я руку на его плечо. – Время – деньги, дел по горло!

И мы погнали. Я в офис, а Генка в салон сотовой связи за новым телефоном и сим-картой, а оттуда по кредиторам и домой.

К обеду я успеваю разгрести большую часть запланированных дел. Мы с Кешей доводим до ума коммерческое предложение, и документ остается ждать Генкиной дизайнерской доработки. Марк Яковлевич приносит финальную версию договора, в котором теперь учтено вообще всё, и я звоню Константину Панченко в надежде хотя бы попробовать продать «Ультрапаку» наши услуги, но сухой монотонный голос нового коммдира производителей упаковки сообщает, что не готов встретиться раньше следующей недели.

Сява, раздобывший и притаранивший из подвального склада Горемычного приличный стол из ламинированной ДСП, гордо заявляет:

– Цвет – ольха горная темная! Нулёвый почти! Горемычный за штуку отдал! Сейчас только подклею тут кое-что.

Настя все утро кидает в мою сторону озабоченные взгляды. В какой-то момент, поняв, что я освободился, подходит и шепчет:

– Фил, тебе надо выспаться! Выглядишь как зомби на долгой диете! Может, после обеда пойдешь домой, отдохнешь?

– Вечером лягу пораньше, Настя, не переживай.

Она недовольно поджимает губы и отходит встречать очередного клиента. Выглядит она все так же сногсшибательно, и тем сильнее трогает ее забота обо мне.

После обеда Вероника приносит первый корпоративный заказ. В крупную IT-компанию требуется толковый ведущий разработчик – тимлид – с опытом. Выполнение задачи отнимает у меня чуть больше времени, чем я планировал. Сначала мне приходится изучить саму компанию-работодателя, чтобы набрать побольше ЕКИИ, а потом приходится долго возиться с поиском подходящей кандидатуры. Все оказались либо не в городе, либо уже трудоустроены. Из тех, кто сидел без работы, по разным причинам не подошел никто. Выписываю пару кандидатов, нахожу их контакты в сети и передаю Веронике, переговоры – уже ее проблема.

А после трех часов дня в офисе появляется сияющий Генка. Он радостно всех приветствует, целует Настю в щечку, обнимает удивленного Сяву, а потом зовет меня «покурить». Мы спускаемся вниз, выходим на улицу, и под шорох капель начинающегося дождя Генка, закурив, докладывает:

– Так, по порядку. Вот телефон, – он показывает мне простенький смартфон из нижней линейки известного бренда, – контакты и данные восстановил с компа дома, все норм. Спасибо, Фил! Долги все раскидал, даже про пару сотен, что у соседа сто лет назад одалживал, вспомнил и вернул! Уже последними, когда домой приехал. Большую часть долгов на прежней работе отдал, хорошо, что так, а то без телефона хрен знает, как быстро я бы успел обернуться.

– Как народ отреагировал?

– Удивились, конечно, многие уже и не верили, что отдам. Слухи, понятно, пошли – мол, я что-то и где-то крупно выиграл. Но я сразу всем говорил, что работу хорошую нашел, оттуда, мол, доходы. Так что еще раз спасибо!

– Дома как?

– А вот это, как ни странно, для меня и было самым сложным! Я и так голову ломал, и эдак, все не мог придумать, как Ленке все объяснить, чтобы и не шокировать сильно, и чтобы простить смогла. Целую легенду придумал… – Генка замолкает, кусает губу и смотрит в сторону.

– Что за легенда?

– Да уже не важно, – дернув плечом, отвечает он. – Пришел, звоню. Дверь Санька открыл, и только увидел меня, как заорет «Папа пришел!» и давай на мне виснуть. Сережка услышал и тоже как давай кричать, как будто я с того света вернулся! И тут и Ленка кинулась, обняла, представляешь? Я, говорит, уже чего только не передумала…

– И?

– Посидели, поговорили. Плюнул я на свою легенду! Ничего скрывать не стал, все как было рассказал. И про долги, и про страсть свою. Что уволили, рассказал, и что квартиру отобрать грозились… Потом про тебя, как ты меня уговаривал ради них одуматься, как помог – чудом! – всю эту хренотень размотать и с крючка слезть. Еще сказал, что начинаю новую жизнь, и хочу ее провести с нею и детьми, и старость вместе встретить тоже хочу. А когда рассказал, сжался весь, но готов был принять любое ее решение. Морально был уже готов, понимаешь? И к разводу, и вообще к чему угодно…

– А Лена что?

– Долго молчала, переваривала. Потом подошла, обняла и заплакала. А когда успокоилась, вернулась моя прежняя Ленка. Живо снимай, говорит, с себя все и бегом в душ! Точно как ты мне командовал вчера! – Генка смеется. – Потом накормила обедом и отправила на работу!

Генка все еще посмеивается, счастливый и упоенный перспективами новой – нормальной – жизни, той, где он проводит дни на работе, вечера с семьей, а ночами делит супружеское ложе с женой. Той, где хотя бы раз в год есть море, пальмы и белоснежный песок. А я чуть не сползаю по стенке от нахлынувших системных уведомлений и удовольствия, нагнетаемого интерфейсом.

Ваша репутация у Елены Хороводовой повысилась.

Текущее отношение: Уважение 20/120.

Поздравляем! Вы улучшили системный навык «Познание сути»!

Ваш текущий уровень навыка – 3!

Получено очков опыта за улучшение системного навыка: 1000.

Внимание! Разблокированы следующие данные об объектах и субъектах вселенского локального сегмента инфополя: определение потенциала способностей людей/существ, оценка синергии командной работы, показатель совместимости пар…

Внимание, вы совершили важное социальное деяние! Вами восстановлена семья Хороводовых в ключевую развилку судьбы каждого ее члена и их близких: Геннадия, Елены, Александра, Сергея… Предотвращено падение их уровней социальной значимости. Созданы благоприятные условия для роста их уровней социальной значимости.

Получены очки опыта за важное социальное деяние: 3000.

Поздравляем! Вы подняли уровень!

Ваш текущий уровень социальной значимости – 16!

Доступны очки характеристик: 1.

Доступны очки навыков: 1.

Очков опыта до следующего уровня социальной значимости: 2610/17000.

– Фил? Ты в порядке? – Генка пытается помочь встать, но мне сложно опереться на непослушные ноги. – Фил!

– Все… в порядке, Ген, – тихо отвечаю я, когда пароксизмы удовольствия заканчиваются. – Поспать бы мне.

– Это точно! Может, тебе и правда домой поехать?

– Не… – мотаю я головой. – Ночью отосплюсь.

– Тогда что, возвращаемся в офис?

– Ген, ты иди… Там коммерческое предложение надо задизайнить. А я подышу еще воздухом и поднимусь.

Отметая возражения друга, не желающего оставлять меня одного, я наконец прогоняю его с крыльца. Мне надо побыть наедине с собой.

Изучить, что дает новый уровень «Познания сути», почитать о своем новом навыке «Полигон», который я теперь могу активировать, влив в него системное очко навыка. Мне надо поломать голову над тем, куда вкинуть очко характеристик – ясно, что в «Удачу», но имеет ли это смысл с таким кольцом?

А еще надо подумать о моем втором «достижении». Взорвавшееся яркими визуальными эффектами окно все еще не свернуто, и оно гласит:

Поздравляем! Получено достижение «Бессребреник»!

Вы совершили важное социальное деяние, пожертвовав тому, кому это нужно больше, чем вам, сумму, превышающую ваш валовый годовой доход.

Награда: +1 очко основных характеристик при каждом повышении уровня.

Я, Фил Панфилов, жуткий жмот, который в играх каждую никчемную тряпку тащил к вендору, чтобы не упустить пару медяков, бессребреник?

Это просто смешно.

Глава 16
Настоящая магия

Моя бизнес-модель – группа «Битлз». Четыре парня контролировали негативные проявления друг друга. Они уравновешивали друг друга, и общий итог оказался больше суммы отдельных частей. Вот как я смотрю на бизнес: крупные дела не делаются одним человеком, они совершаются командой.

Стивен Джобс

Давным-давно, когда я только начинал работать, заметил такую штуку. После долгой затяжной ссоры дома и последующего перемирия мужики из числа коллег какое-то время бывали на порядок приветливее, веселее и намного продуктивнее в работе. Понятно, что кому-то удавалось скрывать проблемы на домашнем фронте, а кто-то, напротив, сам заливал в уши о стерве-жене каждому, готовому слушать, но день примирения менял и тех и других.

Жизнь ведь сама по себе стресс, а уж публичная – работа, улица, общественный транспорт, сеть – это точно не своя крепость, и, возвращаясь домой, после охоты за дензнаками и материальными благами, мужику хочется расслабиться и перевести дух, а не возобновлять военные действия в собственном жилище. Поэтому, когда дома наступал мир, а вместе с ним возвращались радости счастливой семейной жизни, работали мужики охотнее и даже с определенным куражом.

Что уж говорить о Генке? Шанс не просто все вернуть, а в корне изменить жизнь, практически без ущерба списав долги, окрылил его.

Поднявшись в офис, я вижу, как оживленно он обсуждает с Сявой, Настей, Кешей и Вероникой наш будущий веб-сайт. Ребята кучкуются возле окна, сидя кто на подоконнике, кто на краю стола. Настя разливает чай. Я, сдерживая улыбку, возвращаюсь на свое рабочее место – пока послушаю их краем уха и прикину план действий на ближайшее время. Награды интерфейса надо еще обдумать.

– И вот оно – счастье! – радостно восклицает Генка. – Понимаете?

– Гена, нам ведь можно обойтись страничкой «Вконтакте», – говорит Вероника. – Стоить ничего не будет.

– Если бы мы оставались обычным агентством по трудоустройству – да, – вмешивается Кеша. – Но для серьезной компании отсутствие веб-сайта есть серьезный минус. Доверия меньше!

– О чем спорите, молодые люди? – с живым интересом на лице спрашивает возникший на пороге юрист Кац.

– Да насчет сайта, Марк Яковлевич, – вздыхает Сява. – Вот он, – Славка кивает в сторону Генки, – говорит, что нам надо все бросить и срочно создавать компании интернет-лицо.

– Позвольте поинтересоваться, с чем связана такая срочность…

– Геннадий! – представляется мой старый друг и протягивает руку.

Марк Яковлевич с некоторым недоверием отвечает на рукопожатие, бросая на меня взгляд.

– Это наш новый дизайнер, Марк Яковлевич, – киваю я. – Гена, Марк Яковлевич – наш юрист.

– Очень приятно, молодой человек! – говорит старик.

– Дядя Марк, может, чаю? – предлагает ему Настя.

– Не откажусь, Настенька! – соглашается Кац. – Возвращаясь к вопросу о нашем представительстве во всемирной глобальной паутине…

Коллеги продолжают обсуждение, а я несколько минут безуспешно пытаюсь ухватить мелькнувшую мысль.

Так-так… То есть, пока я стоял внизу, пытаясь прийти в себя после повышения уровня «Познания сути» и получения нового достижения, народ перезнакомился и от обсуждения логотипа и дизайна коммерческого предложения, то есть текущих вопросов, перешел к будущим. Подобное неравнодушие и инициатива, конечно, здорово радуют, но ускользнувшая мысль была не об этом. В нашем… Стоп!

«Нам можно обойтись страничкой…», – говорила Вероника.

«Если бы мы оставались обычным агентством…», – это слова Кеши.

«Нам надо все бросить…», – повторял Генкины слова Славка.

«…о нашем представительстве», – сказал Марк Яковлевич.

«Нам», «мы», «нашем»! Вот!

Я откидываюсь в кресле, закрываю глаза, и под эмоциональный, но дружеский разговор коллег мысленно представляю себе нашу – общую! – компанию «Доброе дело». Не абстрактно, а словно в виртуальном конструкторе. Пока в том виде, в котором она есть, используя все ЕКИИ, и чем больше данных я умозрительно подключаю, тем четче картинка.

Вот наш небольшой офис в бизнес-центре «Чеховский». Заведующий центром – Степан Лаврентьевич Горемычный, и это тоже единица ключевой идентификационной информации. Во главе агентства – я, единственный учредитель, потому что формально Сява пока лишь наемный сотрудник.

К нам приходят уставшие и павшие духом клиенты, без особых иллюзий, но все же надеющиеся, что в этот раз их не обманут и помогут найти работу. Пазл-конструктор в голове складывается в цветную объемную картинку: агентство работает, расширяется, растут обороты и цифры доходов, количество сотрудников и клиентов увеличивается в реальном времени. Итоги 2018 года, 2019, 2020… Агентство успешно работает и после окончания лицензии на интерфейс, но практически не растет. Годовой доход держится в районе двух с небольшим миллионов рублей, а чистая прибыль начинает постепенно снижаться.

Интересно, это так работает третий уровень системного навыка «Познание сути»? Ощущение картинки настолько реально, что все воспринимается как информация об уже случившемся. Решаю, что надо срочно выяснять детали у Марты.

Появившись, помощница осматривает помещение и мысленно меня приветствует, чуть улыбнувшись.

– Твои коллеги? – спрашивает она.

– Привет! – Я тоже расплываюсь в улыбке и также отвечаю мысленно. – Почти. Формально пока нет, но я подумываю об этом. Я ненадолго тебя пригласил, здесь не очень удобно общаться. Посмотри, кажется, у меня появилась новая способность. – И передаю Марте образы того, что только что увидел. – Что скажешь?

– Да, это проявление третьего уровня «Познания сути», – подтверждает Марта. – Теперь ты можешь увидеть потенциал любого человека.

– И компании? Разве компания – это человек? Это ведь, как говорят, юридическое лицо.

– За любой организацией стоят люди. Вот вы с Вячеславом Заяцевым договорились и действуете, оказывая людям услуги. То, что вы считаете «работой агентства по трудоустройству», есть не что иное, как ваше личное дело – твое и твоего друга.

– И Насти, – машинально замечаю я вслух.

– Да, Фил? – отзывается она.

Наши с Мартой взгляды синхронно обращаются в ее сторону. Девушка вопросительно смотрит на меня, а потом переводит взгляд на Марту, во фривольной позе стоящую у окна. Та мгновенно исчезает. Как?

– Фил? – Настя оказывается рядом. – Звал?

– Хм… Да, Насть, будь добра, чашку кофе, – отвечаю, демонстративно зевая. – Спасибо.

– Конечно. Минутку.

Она на мгновение бросает взгляд на окно, где только что стояла Марта, и идет делать кофе, оставляя меня в недоумении. Совпадение? Но почему исчезла Марта?

– Фил, все нормально? – отрывает меня от размышлений вернувшаяся Настя и ставит рядом чашку кофе.

– А ты как считаешь? – отвечаю вопросом на вопрос, памятуя о той необычной красной ниточке, подаренной вчера ею. – У меня все в порядке?

– Уверена, что да. Думаю, есть кое-что, к чему надо будет отнестись серьезно, но не в ближайшее время. Да, у тебя, Фил, все хорошо, – серьезно отвечает она тихим голосом.

– «Кое-что» – это что?

– Потом поговорим, – Настя стреляет глазами в направлении ребят.

Девушка отходит и с ходу вклинивается в обсуждение. От вопроса о веб-сайте, который решено продумать, обмозговав цели и задачи вместе со мной, они перешли к примерному списку компаний города, с которыми можно начать работать. Это обсуждение уже не так интересно Гене со Славой, и те засели за дизайн коммерческого предложения для Кеши Димидко – все по тому же внешнему отделу продаж. Понимаю, что надо все-таки дозвониться до Панченко – нерешенная задача свербит, не давая даже шанса на ее малодушное удаление – дался мне этот «Ультрапак»?

Я отпиваю кофе, ставлю чашку и снова откидываюсь в кресле. Стоит мне только пожелать, как возвращается модель моего агентства. Как она выглядит? Примерно как трехмерная картинка из экономического симулятора – изометрический вид на офис, хаотично ускоренно передвигающиеся фигуры сотрудников и клиентов, графики, цифры… Поверх всего этого моя трехмерная фигура.

Мыслекомандой добавляю Сяву, включая его в состав учредителей. Рядом вспыхивает блок «Синергия» и в нем жирным зеленым шрифтом проценты: сто шесть в этом году, сто одиннадцать – в следующем, а потом резкий скачок до ста пятидесяти восьми в 2020 году!

Вот это да! То есть система оценивает участие Славы, и, судя по ее прогнозу, пользы от него год от года будет больше? Может, потому что он станет учиться? Отправить его в вуз, что ли? Вроде бы вступительный период еще идет.

Цифры дохода пропорционально растут – на шесть, на одиннадцать и на пятьдесят восемь процентов от года к году. То есть со Славой Заяцевым в партнерах я – мы – заработаем больше, чем без него. А учитывая, что я обещал ему всего пять процентов от прибыли, это в любом случае взаимовыгодно.

Очень интересный эффект способности! Захваченный новыми идеями, я возбужденно стираю со лба пот. Так-так. А что, если…

Возвращаюсь к конструктору расчета потенциала синергии и добавляю Настю. Но система то ли сбоит, то ли не воспринимает ту как объект. Убираю Славку, блок синергии пропадает, и снова пытаюсь добавить девушку – тщетно, система не хочет ее включать, и возможно, дело в том, что я ее совсем не знаю, а значит, единиц ключевой информации не хватает. Так, попробуем другого человека.

Возвращаю Сяву. Бум! Снова вспышка, цифры синергии, прокручиваемое системой потенциальное будущее компании – и чем дальше прогноз, тем медленнее откручиваются даты и скачут цифры. В голове возникает мысль о множественных ключевых развилках, число которых увеличивается и постепенно превращается в многомиллионную вариативность событий. Причем чем дальше от настоящего, тем менее точен прогноз.

Представляю рядом с нами Марка Яковлевича, картинка обновляется – теперь нас трое, а в блоке синергии сразу удвоение – двести двадцать семь процентов уже в этом году, триста шестьдесят два – в следующем! Нехилый такой скачок.

Со стороны я, наверное, выгляжу немного нелепо – чему-то улыбающийся с закрытыми глазами Фил. Но гомон коллег не прекращается, только голоса становятся чуть тише – похоже, ребята решили, что я уснул. Так, не отвлекаться!

Оставляю нас как есть и добавляю… Ягозу! Не знаю, с чего мне пришло в голову включить в список именно этого синекожего от наколок дворового алко-авторитета, но система тут же реагирует. Конструктор вспыхивает красным, цифры катастрофически снижаются, показывая отрицательную синергию и убивая компанию уже к концу следующего года – по прогнозу мы показываем дичайший убыток, а в двадцатом году агентство прекращает свою деятельность. Понял, убираю нафиг Ягозу, и все снова зеленеет.

В следующие два часа я перетасовываю партнерский состав будущей компании, добавляя всех людей из ближнего круга, варьируя виды деятельности и доли участия, нахожу оптимальный состав дольщиков и направления развития. И получается такая картина.

Во главе компании с пятьюдесятью одним процентом владения – некий Филипп Панфилов. Фил «Познающий», как обозвала меня система за самый прокачанный скилл «Овладения навыками». Еще девять процентов – у Славы, а оставшиеся сорок распределены между Кешей Димидко, Вероникой Павловой, Геннадием Хороводовым, Марком Яковлевичем Кацем и его супругой Розой Львовной Резниковой. Причем у Генки только пять процентов, а у пожилой четы по семь с половиной. Почему именно так?

Потому, что стоило мне повысить, допустим, Сявину долю до десяти процентов, как показатели резко падали. Не знаю, в чем тут дело, то ли в психологии, то ли в том, что это может вызвать недовольство Кеши и Вероники, если они посчитают, что их вклад в общее дело больше Славиного. Не знаю.

С Генкой другая ситуация. Даже шесть процентов его кардинально меняли, также ухудшая прогноз. Возможно, дело в том, что при повышенной доле росли его доходы, и он зарабатывал намного больше, чем ему было нужно, а излишки, скажем так, он снова начал проигрывать в азартные игры? Проигрыши могут повлечь за собой депрессию, желание отыграться и, как следствие, также на пользу компании не пойдут.

В общем, именно при таком составе и распределении долей система предсказывает компании девять тысяч процентов синергетического эффекта и сотни миллионов рублей оборота уже в следующем году! В прогнозе картинка компании сменилась на огромный офис в тысячу квадратных метров, а позже, еще через два года, разбросала филиалы по всей стране…

– Фил? – чувствую чью-то руку на своем плече.

Открыв глаза, понимаю, что уснул. За окном темно, интерфейс показывает, что уже почти десять часов вечера, а в офисе – никого, кроме Насти, озабоченно вглядывающейся в мое лицо.

– А где все?

– Разошлись давно. Тебя будить не стали, Гена сказал, ты всю ночь не спал. Он, кстати, только что ушел, последним.

– Он-то чего задержался? – хрипуче спрашиваю, продирая глаза.

Первая мысль – что вся эта тема с синергией мне приснилась. На пару секунд закрываю глаза, отвернувшись от Насти, и в голове восстанавливается прежняя картинка – с полным составом учредителей и девятью тысячами процентов синергии. С этим все нормально, но почему я так неожиданно вырубился?

– До последнего работал по фирменному стилю агентства. Потом делал дизайн коммерческого предложения для Кеши и Вероники, потом ждал, когда ты проснешься, не хотел тебя оставлять. Да и показать хотел, что получилось. Но недавно позвонила его супруга, и он убежал. Сказал, что ужин стынет! – Настя смеется.

– А ты чего не ушла?

– Очень захотелось побыть с тобой наедине, – томно тянет она, и я замечаю, что разрез на ее блузке чуть шире, чем требуют правила этикета.

Да что там! Намного шире и глубже! Бороться с соблазнительной притягательностью впадины меж ее грудей так же тяжело, как удержать сильный магнит в сантиметре от другого, но я почти справляюсь, задержав взгляд лишь на долю секунды.

Смотрю ей в сводящие с ума глаза, замечаю приоткрытый рот, обнажающий красивые ровные белоснежные зубы, ее учащенное дыхание, и мой взгляд снова тянет вниз. Смотреть и не видеть этого невозможно.

Настя подходит ближе и садится на край стола. Теперь я не только вижу больше, но и ощущаю ее влекущий запах. Не знаю, какой у нее парфюм, но женские феромоны работают однозначно. Чувствую нечаянное движение у себя где-то внизу, злюсь и резко встаю. Одновременно со мной встает и Настя, и мы оказываемся лицом к лицу. Ростом она и без каблуков не ниже меня, и висевший все эти дни дебаф получает новый уровень:

Очарованный II (24 часа)

Вы были очарованы объектом противоположного пола «Анастасия Семенова».

Ее репутация в ваших глазах: +75.

Ваше текущее отношение к ней: Дружелюбие 45/60.

– 5 к интеллекту.

+2 к силе.

– 10 % удовлетворенности каждые 6 часов.

+15 % метаболизма.

Внимание: гарантирована спонтанная эрекция!

Внимание: для снятия дебафа ограничьте контакты с объектом вожделения или вступите с ним в половую связь.

Медленно, как по минному полю, я делаю шаг в сторону, преодолевая желание немедленно обнять девушку и впиться ей в губы. Сердце колотится, вырываясь из груди, дыхание настолько учащенное, что, боюсь, по мне уже все видно. Настины губы растягиваются в широкой улыбке, она делает шаг в ту же сторону, снова оказываясь передо мной, обнимает и, подтянув мою голову за подбородок, шепчет:

– Ну что, Филипп Панфилов, познающий шестнадцатого уровня социальной значимости, поговорим?

Меня будто окатывает ведром ледяной воды. Отпрянув, я некоторое время смотрю на девушку, ничего не отвечая. Еще одна с интерфейсом? В этом все ее странности? Но зачем она здесь?

– Фил, успокойся, – мягко, но одновременно твердо просит Настя. – Все хорошо, все нормально, я не причиню тебе вреда.

– У тебя тоже?

– Интерфейс? Так ты это называешь?

– Ну да. Интерфейс, система, дополненная реальность…

– Я тебе все расскажу. Правда. Просто давай сменим обстановку?

– Можно в ресторан какой-нибудь…

– Нет, там люди. Поговорить надо наедине, только не здесь. Вахтерша уже приходила, категорически интересовалась, когда мы закроем офис, – ей здание надо закрыть. Может, к тебе? – При ее последних словах снова чувствую движение у себя внизу.

– Хорошо, давай ко мне.

– Прежде, чем мы уйдем отсюда… – Настя задумывается, формулируя мысль. – Просто хочу, чтобы ты знал – мы гордимся тобой.

– Вы?

– Да, мы. Расскажу, только не здесь. Идем.

Мы выходим из офиса, и она запирает дверь. Спустившись, будим старуху Ираиду Павловну на вахте, и та, ворча, выпускает нас из здания.

– Пройдем пару кварталов, – говорит Настя. – У меня там машина.

По пути я задаю вопросы, но она только улыбается, обещая ответить у меня дома. Через пару улиц сворачиваем в неприметный дворик, где припаркован ее автомобиль. Мы доходим до серебристого двухдверного «Каймана», и пока я, разинув рот, стою, пытаясь сопоставить хищные обводы спорткара с его владелицей, девушка изящно опускается на водительское сиденье.

– Садись, Фил!

День полон сюрпризов, а вопросы, одолевающие мой разум, множатся быстрее колонии бактерий. Я сажусь в салон, утопая в широком кожаном кресле, и называю адрес.

– Ща домчим! – зловеще обещает девушка, выезжая из дворика, а потом вдавливает педаль в пол.

Преодолевая силу ускорения, вдавившего меня в кресло, я пристегиваюсь и следующие минут пять не думаю ни о чем, кроме как о том, чтобы остаться в живых. Девушка искусно лавирует в потоке машин, обгоняя, подрезая и вклиниваясь в любой зазор.

Мы подъезжаем к контрольному пункту жилого комплекса, Настя опускает стекло с моей стороны, я киваю охраннику, и тот поднимает шлагбаум.

Впервые после ухода Вики ко мне домой заходит девушка. Да какая! Я буду последним лгуном, если скажу, что это меня не будоражит. Может, виной тому дебаф очарования, а может, я получил бы такой дебаф и без всякого интерфейса. Но развитые в последнее время навыки самоконтроля позволяют мне спокойно устроить девушку на диване в гостиной и заняться приготовлением ужина. Настя порывается помочь, но я отказываюсь:

– Я «Кулинарию» прокачиваю, справлюсь сам.

В который уже раз за вечер она улыбается, кивает и оставляет меня хозяйничать. Ничего серьезного я готовить не собираюсь – выгружаю из холодильника вареную индейку, разогреваю и быстренько сооружаю салат, порезав мясо и добавив консервированной кукурузы, фасоли и зелени. Уходит у меня на это минут десять.

За ужином вижу, что Настя тоже проголодалась. Мы молча едим, активно работая вилками, причем девушка доедает первая и встает:

– Сиди, ешь. Чай, кофе? – она снова улыбается. – Я налью, можно?

– Конечно. Давай кофе, а то меня, чувствую, сейчас снова в сон будет клонить. Посмотри в том ящике.

Пить кофе мы идем в гостиную. Я придвигаю журнальный столик поближе к дивану, на котором уже расположилась Настя. Ее поза максимально деловита, и фривольностью здесь уже и не пахнет. Она сосредоточена и готова к диалогу. Как и я.

– Так кто же ты, Настя Семенова?

– Я лучше покажу, – отвечает она.

Она встает, произносит что-то непонятное, и ее облик меняется. Со своих неполных ста восьмидесяти сантиметров она вырастает до ста девяноста с небольшим, волосы меняют цвет на платиновый – от них начинает исходить легкое сияние, кожа покрывается россыпью рисунков-татуировок, глаза становятся радужными, а уши слегка удлиняются, заостренными кончиками пробиваясь сквозь волосы. Я припоминаю, что где-то видел это… существо.

– Я – Илинди, – говорит она изменившимся струящимся голосом. – И я не с этой планеты. Я – роа.

– Роа? – я пробую слово на вкус.

– Мягче. Роа, – произносит она, выговаривая «р» ближе к его английскому звучанию. – Да, так мы себя называем. В недалеком прошлом наша цивилизация открыла себя для Сообщества разумных видов Галактики. Нас поставили перед выбором, так же, как поставят вас – пройти Диагностику и определить свое место в Сообществе или стать обнуленными. И ваша раса не первая на этой планете, кто вышел во вселенское инфополе. До вас были… другие. Они не смогли пройти Диагностику.