Текст книги ""Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Данияр Сугралинов

Соавторы: Максим Злобин,Ярослав Горбачев,Вова Бо,Ирина Итиль,Диана Рахманова,Валерия Корносенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 322 (всего у книги 350 страниц)

– Леонид? – задумчиво уставилась вдаль Стеклова.

Я тоже обернулся.

Над лесом, крепко сжимая в лапах какую-то средневековую клетку для площадных казней, летел… ну вот точь-в-точь грифон. И судя по мутной траектории полёта, зверюга явно устала тащить такой груз.

– ГРЛГРГЛГРГЛ!!! – вновь заорал летающий зверь.

– Кхм-кхм, – прокашлялся Лёха. – Дичь какая-то.

Остальные просто молчали и наблюдали за тем, как грифон с головой индюка всё приближается и приближается к нам. И тут:

– Василий Иванови-и-и-ич! – услышал я крик Чертановой из клетки. – Василий Иванович, это я-я-я-я!

Дольче.

В клетке.

На грифоне.

Говорите, пошла на рассвете йогой заниматься? Организм праной насыщать?

Пу-пу-пу… Блин… Вот… Как на духу говорю: никогда йогой не увлекался, но сейчас почему-то на все сто процентов уверен, что это не она…

Глава 15

– Привет, – сказал я Дольче.

– Здравствуйте, – ответила Дольче.

– Грлгрлрглргрл, – устало прогулюгал Лёня и растянулся на земле.

Никогда раньше не видел, чтобы индюки лежали вот так – на спине и устремив лапы в небо. И уж тем более я не видел, чтобы у них язык по-собачьи набок висел. Видать, реально замотался, бедолага. Ладно, Чертанова, – задохлик, не весит ничего, – а вот железяку тащить этому чудо-зверю было ой как нелегко.

Пауза затянулась.

– Не уверен, что реально хочу об этом знать, – наконец, решился я заговорить с явно что накосячившей альтушкой. – Но-о-о-о… Катя, а как у тебя вообще дела?

– Плохо, Василий Иванович, – тихонечко ответила Дольче.

– Ну да, – кивнул я. – То-то я смотрю, ты в клетке сидишь. А не подскажешь, чего так?

– Выпустите меня, пожалуйста…

– Чего? – я решил чуток покосплеить Лёху.

– Выпустите меня, – повторила Дольче. – Пожалуйста.

Тяжко вздохнув, я разогнул прутья клетки. Обычное железо, безо всяких артефакторных усилений, но всё равно должен сказать, что очень крепкое. Стальная, что ли? Или даже титановая…

Пока провинившаяся Дольче вылезала на свободу, я краем глаза спалил реакцию остальных альтушек. Что ж… кажется, они так же охренели, как и я сам. Одна только Шестакова стыдливо глазки прячет. Это ведь она про йогу ляпнула, если я ничего не путаю?

Ладно, с этим разберёмся потом. Сперва надо понять, что вообще происходит.

– Вещай уже, пожалуйста, – попросил я Чертанову.

– Это прозвучит очень странно, – попыталась улыбнуться Дольче. – Но рядом с Удалёнкой стоит армия демонов.

– Демонов?

– Ага, – кивнула она. – Настоящих. Из Ада.

Так… уже нехорошо. То, что они существуют, это я уже понял. Во-первых, из личного дела кадета Дольче, в котором они фигурируют в качестве ментальных подселенцев. А, во-вторых, из личной встречи с той рогато-сисястой прелестью, что мы встретили в «астральном бублике».

Так что удивление, конечно, присутствует. Но некая предыстория есть, и встречи с демонами я ожидал гораздо больше, чем, скажем, с зубной феей.

– Продолжай.

– Ну, – замялась Дольче.

– Давай потом отрефлексируем, ладно? Я так понимаю, что дело плохо, и давай уже рассказывай всё, как есть.

– Хорошо, – собралась с духом Чертанова. – Вы же знаете, кто я такая? По-настоящему, без придумок о героически погибших егерях.

– Знаю, – коротко ответил я.

– Ну тогда вы знаете, кто на самом деле мой отец. Вот он-то и руководит вторжением. А я… я вроде как его пригласила.

– Во как.

Всегда напрягался, когда приходится знакомиться с чьими-то родителями. Шутка. Юмор такой.

Я замолчал и задумался. А Шестакова тем временем чуток реабилитировалась в моих глазах, потому что спросила:

– А кто твой отец-то? – искренне спросила, так сыграть нельзя.

Но всё равно:

– Тише! – рявкнул я. – Дайте подумать!

Как говорила одна мудрая женщина: «Если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое». Тут не Российская Империя, тут вся планета сейчас в опасности. Потому что от магических способностей той рогатой я остался, мягко говоря, под впечатлением. А стало быть, демоны довольно сильные ребята. И в отличие от Несвицких, с ними невозможно договориться.

А может быть, и нет, по каждому пункту. Поскольку с демонами я никогда ранее не сталкивался. За исключением одного случая, по которому трудно делать выводы.

К слову, о Несвицких.

С этими товарищами мы временно разобрались, и дальше они пока никуда не денутся. Щедрые звиздюли доставлены до адресата, роботы превращены в груду железа, и ударный отряд, по сути, уничтожен. Подтянуть новые силы они пока что не скоро успеют… да и будут ли?

Думаю, что удивлять больше нечем. Парни пошли с козырей, и те были биты в прямом смысле слова.

Дёргаться, имея на руках значительно худший расклад, они уже не будут.

А учитывая те движения с активами, которые зафиксировала Ира, ребята в панике и уже готовы подписать соглашение о капитуляции. Не сразу, конечно, но после лёгкого толчка в нужную сторону – вполне.

Короче говоря, о них временно можно забыть. Разберёмся завтра.

Сейчас нужно о демонах думать. Неведомая грёбаная херня в самом полном и правильном смысле этих слов. Чего ожидать непонятно, как бороться непонятно; понятно лишь то, что бороться надо.

Рука уже сама потянулась за телефоном, набирать номера прямые, личные и важные, но тут я осёкся…

Думаем дальше, глубже, обстоятельней. А действительно ли нужно господам министрам знать о том, что произошло?

Ведь за Чертановой явный косяк. Всю её жизнь за ней присматривали именно по причине того, что боялись демонов. Боялись-боялись, и вот, не доглядели. Если попробуют меня обвинить, то пускай в жопу идут – эти жуки мне даже дела личные поначалу давать не хотели.

А вот за Дольче я волнуюсь. Сбылось то, чего так старались избежать, и теперь она потенциально опасна. И жить ей до скончания века под надзором, вот только под куда более тщательным, в такой же вот клетке. И как бы вообще не под медикаментами…

Н-да…

Ситуация.

– Так! – решил я. – Группа «Альта»! И вы, Алексей Михайлович… мы с кадетом Дольче временно отлучимся. А вас пока что попрошу выковырять из этих консервных банок выживших и надёжно зафиксировать их в пространстве. В случае сопротивления ломайте лица, но не более.

– А что с роботами?

– Хороший вопрос, – кивнул я. – У кого-нибудь есть телефон моей сестры?

– Есть, – кивнула Фонвизина и уже взялась за мобильник.

– Пригласите её сюда, и она сама решит, что делать с роботами. Наверняка, с них можно наковырять всякого полезного и интересного.

– Хорошо, Василий Иванович.

– Ну всё тогда. Кадет Дольче? Ты умеешь управлять вот этой штукой? – я кивнул на Леонида.

– Грлгрглгргл…

– Я умею! – встряла Стеклова, злобно так нахмурившись на индюка.

Видать, у них теперь какие-то свои личные счёты. Друидские. Друидовые. Друидические. Друидистические? Короче, Танюха решила довести дрессуру до конца и во что бы то ни стало подчинить строптивого индюка своей воле.

Умничка-девочка. А то у Лёхи, вон, Мишаня есть, а у неё никого. Только кактус этот странный, который непонятно как работает, да и всё.

– Отлично, – кивнул я. – Дольче, ты знаешь, где именно произошёл прорыв? Сможешь показать или хотя бы объяснить?

– Так ведь… в лагере геологов.

– А, – сказал я. – О.

И это тоже не сказать, чтобы очень неожиданно, потому что… ну твою же ж мать! Намёки на то, что не всё там ровно и правильно.

Вот почему Нинель Аскольдовна, да пусть стоят её перси во веки веков, интересовалась Чертановой! Демонопоклонница, что ли⁈

– Ач-чорт, – выругался я и перевёл взгляд обратно на Дольче. – По дороге подробней объяснишь, что к чему.

– Хорошо, Василий Иванович.

Чтобы совладать с грифондюком Леонидом, Стекловой потребовалось не больше минуты. Зверюга признал в ней хозяйку, поднялся на ноги и услужливо припал к земле, приглашая сесть к нему на спину…

* * *

– … там портал! – прокричала Дольче. – Точь-в-точь как трещина, только в рамке!

А кричала она понятно почему. Ветер свистел в ушах, да и крылья Лёни вздымались с приятным таким, оглушающим вжуханьем. В остальном поездку я могу назвать комфортной. Седло бы ещё какое-нибудь придумать, у будет у нас ездовой грифондюк.

На технологии, как говорится, полагайся, но летающего маунта готовь. Уверен, что когда-нибудь ещё пригодится, да не раз.

Ну а теперь, собственно, к разговору.

Дольче поведала мне всё то, что знала и видела сама. Итого: у нас есть большой и страшный Папа, который силён настолько, что смог заточить в клетку уже знакомую нам демоницу, которую я вообще-то тоже считал сильной и… отсюда делаем вывод.

Уродец реально мощный. На отшибись сразиться с ним явно не получится.

Далее – демоница. И она вроде как за нас. Во-первых, потому что сидит в клетке, враг моего врага – мой друг, истина проста и понятна.

А, во-вторых, потому что помогла Дольче сбежать и предупредить меня.

Да-да-да, она хотела меня предупредить.

И это звоночек приятный. Значит, думает, что Папа мне по зубам, а ей виднее.

Что ещё? Куча маленьких тупорылых уродцев. Дольче описала их как ничем не примечательных монстров из трещины, но вроде как с перспективой на развитие. Что за развитие и насколько оно стремительно непонятно.

Чертанова лишь рассказала о подслушанных разговорах про души и их поглощение. Дескать, чем больше демоны убивают, тем сильнее становятся. На сам механизм мне наплевать, и, как он работает, непонятно. Главное, что работает.

И, наконец, толпа студентов геологов, которыми собираются кормить рогатую поросль. Их надо спасать.

Вот как-то так.

– А это что за хрень⁈ – крикнул я.

– Не знаю! – ответила Дольче. – Первый раз вижу!

А речь зашла о тварях, которые начали встречаться нам по ходу полёта. Как здоровенные летучие мыши, только ещё более уродливые. И впрямь, как монстры из трещин. Тупые и безразличные, они даже не попытались на нас напасть. Сейчас они просто тусовались на одном месте, махая перепончатыми крыльями.

Но чем ближе, тем их становилось больше. В конце концов, Лёня начал маневрировать, чтобы случайно кого-нибудь не задеть – не буди лихо, ага – и тут-то я оценил все недостатки полёта на грифондюке.

Седло нужно просто обязательно.

– Снижайся! – заорал я на ухо Лёне, пытаясь достучаться таким образом до Стекловой. – Туда!

Туда – это к лагерю геологов. Впереди уже были видны огни костров. Так… пора бы навалить немного тактики.

– А где сидит твоя рогатая подружайка⁈ – крикнул я, обернувшись к Дольче.

– В самом большом шатре!

– Понял!

И Танюха за пультом управления тоже поняла, потому как Лёня взял курс на тот самый шатёр. Как-то так получилось, что я придумал очень нехитрую придумку. Логика простая и стройная: первым делом нужно высвободить союзника.

Но!

Не за красивые сиськи! Опыта общения с демонами у меня нет – как-то вот не довелось – но предполагаю, что стереотипы строятся не на пустом месте. Так что сперва я попробую с этой дряни кой-чего стребовать. И да, буду максимально осторожен.

Всё же демоница.

– ГРГЛГРГЛГРГЛ! – воинственно загулюгал Лёня и спикировал прямо на шатёр. Разорвал его когтями, спустился внутрь и завис в воздухе, обмахивая крыльями копошащуюся внизу рогатую биомассу.

Да…

А ведь их реально много.

– Туда! Туда! – закричала Чертанова. – Вот она!

А Чамара, так назвала её Дольче, уже смотрела из своей клетки прямо на нас и улыбалась. Радовалась, видимо, что задумка её сработала. А, может, просто весёлая такая. По природе.

Лёня спустился ещё ниже и подлетел чуть ли не вплотную к клетке.

– Три желания! – крикнул я.

– Согласна! – ни раздумывая ни секунды ответила демоница.

Что ж…

Кажется, стереотипы и впрямь очень полезны. Во всяком случае, мы с рогатой друг друга поняли. Не слезая с Леонида, щедрыми импульсами сырой магии я сперва расчистил место рядом с клеткой, демоны убивались легко и просто, а затем шарахнул и по самой клетке.

– Свободна! – крикнул я.

– Ах-ха-ха-ха! – засмеялась Чамара.

С тем демоница вышла из заточения и подняла парочку тупых ржавых мечей, хозяев которых уже расплющило по землю.

– Как бы ни так! – крикнула она, указывая одним из клинков на толпу ломанувшихся к ней демонов. – У меня к этим уродам теперь свои счёты. Оставь мне девочку! Не переживай, я позабочусь!

– Кадет Дольче? – уточнил я, что на этот счёт думает сама «девочка».

– Да! – ответила та и спрыгнула с Леонида.

– Лети! – крикнула мне Чамара. – Главный ублюдок где-то на краю лагеря! Ищи самый большой костёр! А тут мы сами справимся!

– Хорошо!

– И ещё! – улыбнулась демоница. – Удачи тебе, Василь-ли-вань-нищ!

Вот как же всё-таки приятно познакомиться с деловыми людьми… ну или демонами. Ценят своё и чужое время, на всякие объяснения не расшаркиваются, намёки и полутона считывают на раз-два. Ну, правда, как будто мы с этой Чамарой уже тысячу лет знакомы.

Ладно.

Грифондюк поднял меня обратно в небеса, и я принялся высматривать самый большой костёр…

* * *

– А-аАА-аа-аА! – взревела Дольче, и вместе с ней взревело пламя.

Альтушка была способна на гораздо большее, но пока что решила экономить силы. И потому у неё сейчас получилось что-то среднее между файерболом и потоком пламени, которым она недавно пыталась убить Папу.

– Девочка⁈ – изумлённо вытаращилась на неё Чамара. – Ты совсем дурная⁈

– А что не так⁈

– Это демоны! Демоны любят огонь! Мы в нём живём, если ты до сих пор не знала!

– Но… Я… Мой дар…

– Дар⁈ – и опять удивление пополам с возмущением. – Какой ещё к чёрту дар⁈ Девочка, ты наполовину демоница! Это не дар, а чистая физиология!

С тем Чамара продемонстрировала, о чём говорит, и окутала себя язычками пламени с ног до головы.

– Видишь⁈ Все так умеют! А дар у тебя другой!

– Подчинение? – робко попыталась угадать Дольче.

– Ну конечно! Так что давай! Прикажи им остановиться! Возьми под контроль! Пускай рвут друг друга, а не нас!

– Кхм-кхм, – прокашлялась Дольче и крикнула: – Стоять!

Крикнула совершенно обычно, без инфернальной хрипотцы. Пускай ситуация была стрессовая, а момент решающим, дар не отозвался. Как будто бы помешала… неуверенность в себе? Чувство вины? Страхи? Груз ответственности, который лёг на Чертанову из-за её косяка?

– А-а-а-ай, – протянула Чамара и копытом подкинула с земли ручку длиннющего хлыста, который некогда принадлежал одному из младших демонов. Погонщику. Ну или младшему специалисту HR-отдела, если таковые вообще у демонов имеются. – Хватай!

И Катя схватила.

– Голову выше! Ещё выше! Плечики расправила! Вот так! Выдохнула! Максимально выдохнула, я сказала! А теперь хлыстом!

– Щёлк! – очень неумело, но всё-таки у неё получилось. Кончик хлыста располовинил глаз приближающемуся демону, отчего тот схватился за лицо упал.

– Вот так! А теперь громко и чётко прикажи им слушаться!

– Стоять!

– Херово! – волна низших уже налетела на суккубу, и та начала свой смертоносный танец с саблями. – Очень херово! Ты кто, девочка⁈ Ты о чём волнуешься⁈

– Я… Я не…

– Р-РАрарР! – первая из тварей кинулась на Дольче, а та не нашла ничего умнее, чем отскочить из-под удара.

– Папа тебя не любит⁈ Врали тебе⁈ Подставила ты кого-то⁈ Забей! Ты – дитя Ада, девочка! Ты – демон! А демоны не грустят и не жалеют себя!

– Я… Я…

– Разозлись уже наконец-то! Давай, девочка! Давай же!

– Я… не… девочка-а-а-АА-ААА!!! – и голосок-таки прорезался. – СТОЯТЬ, ТВАРИ!

Будто оковы разбились. Кате Чертановой вдруг стало легко и вольно, и перегруженные струны души, недаром что перегруженные, забренчали дисторшн. С чувством, с толком, грациозно, будто дрессировщица тигров, Дольче щёлкнула хлыстом у себя над головой.

Десяток демонов, которые вот-вот собирались атаковать её, замерли будто кролики перед удавом.

А чтобы приказать им рвать глотки своим же собратьям, хватило лишь указки пальцем и короткой команды:

– ФАС!!!

* * *

– Я ещё слишком молод! – весь в слезах, лысый студент бился в клетке. – Меня нельзя на костёр! Человечество потеряет в моём лице! Да и вообще, мне ещё нужно дописать ту книжку про близнецов и пьющего отца! – верно, бредил.

И явно, что в отличие от Ангела не прошёл все стадии принятия неизбежного. Пусть нескладный и во многом невротичный, тот вёл себя крайне достойно и не даже не дрогнул перед лицом приближающейся гибели.

А гибель и впрямь приближалась.

Огромный костёр из поваленных деревьев, которые стащили к лагерю низшие демоны, полыхал аж до небес.

Папа, в отличие от Скуфидонского, разбирался в предмете и знал про насыщение своё армии от и до. Важно не только количество душ и сам факт их жатвы, но и то, как эти души были извлечены. Чем жёстче, чем больнее и мучительней, тем оно и питательней.

Потому-то костёр.

Студентикам было суждено погибать долго и мучительно. Кричать, обжигаться о раскалённые прутья клетки, звать на помощь и ясным, незамутнённым рассудком осознавать свой скорый конец.

– Достаточно, – сказал Папа демонятам, которые свалили в костёр очередную порцию брёвен. – Тащите первых.

Рогатые ублюдки схватили клетку с лысым…

– Пожалуйста, не надо! Не-е-е-е-ет!

…и поволокли в огонь.

– Да начнётся жатва, – Папа воздел руки к небу.

Воздел и тут вдруг почувствовал, что магический фон вокруг него резко меняется. Сырая энергия, рассеянная в пространстве, куда-то отливает, будто вода с пляжа перед надвигающимся цунами.

– Что за дерьмо? – Папа начал вертеть башкой в поисках причины, и тут…

– ДЫ-ДЫ-ДЫ-ДЫХ! – в спину ему прилетел разряд такой силы, что Папа полетел в огонь вперёд лысого студента, попутно разламывая своей тушей горящие деревья. Сноп искр взметнулся в небо, а младшие демоны замерли, раскрыв рты.

– Что⁈ – крикнул демон, вскочил на ноги и оглянулся. – Кто ты такой⁈

– Судебный пристав, – заявил мужчина, спрыгивая с уродливого даже по меркам ада существа. – Пришёл с тебя алименты стребовать за прошедшие двадцать лет.

Глава 16

– А-ааАА-аха-ха-ха-ха! – соглашусь, странная реакция.

Демонюка уселся на меня сверху, прожал барьер и впивается когтищами в грудь – сердце вырвать хочет, что ли? – а я ржу. Жаль только, что у него лица нет. Не могу оценить реакцию на такое, но надеюсь, что он хоть немного в шоке.

Не могу сказать, что я чем-то в жизни не доволен или заскучал от своих, далеко не рядовых способностей. Очень даже бурлю жизнью. Весёлый, бодрый и розовощёкий.

Но!

Почувствовать боль впервые за… сколько? Десять лет? Или уже больше? Короче, почувствовать боль оказалось неожиданно и где-то даже немного приятно. Забытое и странное чувство. Немного ностальгическое, всё равно что заглянуть в школу к старому учителю…

Во!

Боль, как старый учитель. Прекрасную метафору придумал, Василий Иванович! Молодец! Даром, что глупую и бессмысленную, но если произнести её с умным видом, а потом загадочно замолчать, то есть все шансы снискать себе славу глубокого такого, матёрого мудреца. Библиотекарши, так те вообще потекут, как сугроб по весне.

И в мемуары эта метафора точно войдёт; может быть, даже эпиграфом.

Если я их, конечно, вообще напишу.

Ладно…

Полежали и хватит, пора на очередной заход.

Напитав кулачище энергией, я двинул ублюдку туда, где под капюшоном по идее должно было обретаться ухо. И снова как будто в стену ударил, концентрированный доспех демона был тут как тут.

Клянусь, этот гад чувствует токи сырой магии! И заранее знает, когда я для вида кулаками машу, а когда готов зарядить со всей дури!

Доспех доспехом, но с физикой не поспоришь, и Папа Чертановой от удара всё равно отправился в полёт. Собирая на своём пути всё подряд, в основном палатки и других демонов, эта гадина усвистала метров на двадцать.

Демон поднялся, отряхнулся и снова бросился на меня в атаку.

Стоит отдать гаду должное, до сих пор у нас обходилось без обмена уничижительными репликами. Наверное, сейчас мы оба были слишком сосредоточены на физическом бое, чтобы ещё и остротами друг в друга кидаться.

Итак:

Опять демон начинает махать своей палкой с тряпкой на конце, опять я уклоняюсь и чуть отступаю, опять он немного устаёт, опять я перехватываю инициативу, опять захожу сзади и охаживаю тварь по рёбрам с силой, достаточной, чтобы сдвинуть с места гружёный железнодорожный состав…

Фух…

Опять демонический ублюдок черпает силы из каких-то своих бездонных резервов. Опять начинает ультовать и двигаться с какой-то нереальной скоростью, и опять я оказываюсь на земле с прожатыми барьерами.

И снова больно!

На сей раз даже больнее прежнего. Это Папа взял меня на удушающий, так что эти его сраные колодки со всей силы давят мне в затылок. Не давят даже, а вот прямо вминаются. Как бы залысина потом не осталась, блин…

Что ж. Вот и настала моя очередь набирать силы для суперудара, чтобы скинуть тварь и… и чтобы всё повторилось опять.

Сколько мы так уже машемся? Полчаса? Час? Хрен его знает, действо столь увлекательно, что я совершенно потерялся во времени.

Столько всяких интересных дум успел передумать.

Вот, например: если выживу и загоню адских тварей туда, откуда они вылезли, один хрен, надо будет сообщить министрам. Ранее демонов на Земле зафиксировано не было, но протоколы под это дело нужно подготовить. И у нас, и везде. А то ведь вылезет такая паскуда где-нибудь… а и пусть, например, в Перу, чтобы для политкорректности.

Вылезет, а там не то что своего Василь Иваныча Скуфидонского нет, а даже толковой службы егерей. И дальше что? Раскачается и мир пожрёт.

Беда.

– Ы-ыы-ыы-ыкх! – будто резко распрямившейся пружиной, я оттолкнул нас с Папой от земли своим барьером.

Высоко оттолкнул, так что аж в ушах засвистело. Перекувырнулся в этом свободном… э-э-э… полёте? Не суть! Взлетая, короче говоря, перекувырнулся и насовал твари в морду кулаков, пока та временно дезориентирована.

На том мы и расстались, он полетел в одну сторону, а я – в другую. Тем временем гравитация, сука бессердечная, остановила мой стремительный подъём.

Мне даже показалось, что я, как в мультиках, завис в воздухе чуть дольше положенного и полетел вниз. А пока летел, глазел.

Рассвет уже забрезжил, и небо чуть просветлело. Так что теперь я мог рассмотреть, что в воздухе тоже вовсю кипит борьба. Бесстрашный Леонид, пилотируемый Стекловой Татьяной Витальевной – а, может быть, и сам? – сцепился с целым полчищем крылатых демонов.

По размерам они ему явно проигрывали, так что со стороны это смотрелось так, будто стая наглых воробьёв огрызается на орла. Лёня показывал себя во всей красе. Один удар клювом – минус демон. А как он их когтями рвал! Ну просто загляденье!

Внизу, на земле, тоже было на что посмотреть.

Во-первых, изменился ландшафт. Никакого лагеря там уже давным-давно нет. Пока мы с Папой швырялись друг друга, за костром особо никто не следил и вот… Огонь перекинулся на палатки, полез по бельевым верёвкам и дальше-дальше-дальше. К этому моменту пожар уже успел прогореть и обугленные вещи студентиков тихо тлели среди трупов нечаянно зашибленных демонов.

Главного шатра тоже не было.

Тоже сгорел.

А на его месте, рядом со сверкающим красным порталом, шёл хоровод. Почти в прямом смысле этого слова. Ровный такой кружок из оцепления демонов, а в центре этого круга Дольче с Чамарой.

Чертанова порывисто металась из стороны в сторону, махала хлыстом и что-то орала, а Чамара на скорость рубила тех тварей, что таки сумели прорваться через оцепление.

Короче, девки вроде бы всё контролируют…

* * *

– … я нихрена не контролирую! – обычным человеческим голосом прокричала Катя Чертанова.

– Терпи! Соберись!

– Не могу! Я совсем уже выдохлась! – Дольче со злостью сжала зубы. – Если что, это не нытьё, а констатация факта! Я теряю над ними контроль!

– Щёлк! – хлыстом.

– Надо что-то делать!

– Делать нечего! – ответила Чамара, всё так же вращаясь эдакой юлой с лезвиями. – Отступать некуда! Терпи!

– Но они никак не кончаются!

– Скоро кончатся!

– Ты это десять минут назад говорила!

– Терпи, говорю!

– СТОЯ-Я-ЯЯ-ЯТЬ! – Чертанова вложила в голос максимум новообретённого дара.

И да, это помогло. Ближние ряды демонов действительно на несколько секунд застыли, послушно разрешив разодрать себе глотки тем, кто был под контролем Дольче.

Но!

За ближними рядами были ряды неближние, а за неближними – дальние, очень дальние, очень-очень-очень дальние и так, казалось, до бесконечности. Какими бы сильными – и очень независимыми! – ни были суккуба и полудемоница, их тупо давили числом.

И насчёт того, что выдохлась, Дольче не врала. То там, то тут она упускала контроль над демонами, а завербовать во служение новых у неё уже не получалось.

И момент невозврата-таки настал…

В одном месте оцепление стало настолько жидким, что толпа демонов под напором хлынула в центр круга.

– Ач-ч-чорт! – выругалась суккуба.

Надо сказать, весьма странное ругательство для демонической сущности.

Выругалась и уже собиралась героически броситься в толпу с тем, чтобы красиво погибнуть, но в этот самый момент…

– ДЫ-ДЫ-ДЫХ! – земля содрогнулась.

На том месте, где только что образовался прорыв демонов, теперь дымилась воронка. С неба посыпался дождь из крови и ошмётков дымящейся плоти, а над горой трупов, будто два глаза, появились прожектора.

– Это кто? – выдохнула Чамара, глядя на огромную механическую хренатовину.

По причине утренней йоги и ритуала по открытию адских врат, Катя Чертанова пропустила историю с Несвицкими и роботов видела лишь в разобранном состоянии, да и то мельком. Но всё равно почему-то была уверена, что:

– Это наши…

Скорее всего, потому, что из центральной кабины ей приветливо махала Шестакова и не узнать её розовую прическу было просто невозможно.

Ирина Скуфидонская, кадет Шама и Тамерлан потрудились на славу. Артефактор, техномаг и хакер взялись за дело и сотворили из металлолома рабочую конструкцию. Они взяли разбитые гандамы и соштопали из них что-то новое. Что-то… ультимативное.

Да, будь у них побольше времени, это «что-то» могло бы быть куда более вменяемым и красивым, но уж извиняйте…

Мега-гандам выглядел как робот-щенок, тот самый, который сперва бесяче гавкает, а потом крутит сальто, вот только по размерам превосходил игрушку в несколько тысяч раз и был обвешан всевозможными смертоносными пушками. А ещё у «щенка» был десяток рук, выросших в совершенно рандомных местах. Куда прикрутили, там и выросли.

– У-у-у-ух, – выдохнула Чамара, когда робот чуть присел и начал месить демоническую толпу хватайками.

А тут ещё и:

– Уэ-эээ-эээ! – с другой стороны оцепление демонов прорвал медведь.

Верхом на диком звере сидел мужчина. «Почти такой же сильный, как и загадочный Василь-ивань-нищ, – подумала Чамара, бегло осмотрев его своими ментальными зенками. – Хотя Василь-ивань-нищ внушительнее будет».

– Залезай! – одним рывком Лёха буквально затащил Чертанову на спину медведю и усадил за собой, а затем встретился взглядом с Чамарой и застыл.

– Она со мной! – крикнула Дольче. – Она – друг!

– Кхм-кхм…

Алексей Михайлович прокашлялся, а затем вдруг резко выпятил грудь и попытался облизнуть бровь.

– Мадам, – галантно сказал он и протянул демонице руку…

* * *

Бились они три дня и три ночи.

Не…

Так дело не пойдёт. «Надоело» – не то слово, не совсем подходящее. Устаю. Я же всё-таки человек. Бессонная ночь, потом битва с Несвицкими, и как крещендо этого длинного-длинного дня – вот это. Махач с могущественным демоном, в котором я всё чаще и чаще начинаю проседать.

Всё чаще и чаще вместо того, чтобы пойти в атаку, я просто отшвыриваю от себя эту тварь, чтобы хоть чуточку передохнуть.

Превозмогание – как много в этом слове…

Но не для меня.

Выхода я вижу два. Первый – умудриться сделать так, чтобы демон не трогал меня хотя бы пару минут. За эти пару минут я смогу стянуть на себя всю сырцу в окрестностях нескольких километров, а затем шарахнуть одним прямым ударом, который эта паскуда вряд ли сможет пережить, кем бы она ни была.

Звучит стройно, но минусов у этой затеи куча.

Самый главный заключается в том, что я никогда так не делал и даже примерно не подозреваю, что может произойти. Скорее всего, я и сам такой выплеск не переживу. И скорее всего, в тротиловом эквиваленте подобная оплеуха будет весить мегатонн так-эдак сто. Удалёнку точно похороню, а может, и до Сакраменто волна докатится.

Что ж…

Надеюсь, что пробовать не придётся, но… Если на кону стоит жизнь всей планеты, то такая жертва, как ни крути, разумна.

Но!

Выхода, как я и говорил, два. И второй, более предпочтительный – попробовать нащупать у этой гадины уязвимость. Если жизнь и в особенности компьютерные игры меня чему-то и научили, то именно тому, что у босса всегда есть слабое место.

Причём как правило такое… приметное…

В зелёное свечение, которое у демона вместо морды, я бить уже пытался – это всё без толку, только силы тратить. По спине охаживал, по ногам лупил, по рукам… по рукам…

Так.

Думаем.

Колодки. Какое разумное существо, да тем более такой силы, станет добровольно таскать на себе эту неудобную и постыдную хренотень? Не знаю зачем, почему и что за история за этим стоит, но может ведь статься так, что его оковы и есть источник его силы? Какая-то странная, не до конца понятная мне метафора, но так ведь я и сам недавно придумал, что боль – это старый учитель. И не мне теперь об изяществе зашитых смыслов рассуждать…

Ладно.

Пробуем.

– А-ааа-ааа-ааА-АА! – влив в удар чуть больше, чем обычно, я послал в колодки точечный удар сырой магии.

Демон как раз нёсся на меня, размахивая своим адским штандартом, и находился на расстоянии метров пяти. И вот удивительное дело! Вместо того, чтобы принять удар на себя, как этот позёр делал раньше, Папа Чертановой решил отскочить в сторону.

Уклонился, стало быть.

А я, стало быть, что-то нащупал.

– Да сдохни ты уже, наконец! – взревел Папа и в два прыжка оказался рядом со мной.

Ему, кажется, тоже успел надоесть наш бой, потому что он тоже решил подтянуть все свои резервы. Силища, с которой он схватил меня, в несколько раз превосходила давление трещины в тот момент, когда мы с альтушкам пролетали сквозь портал.

Я тогда-то охренел, а сейчас и вовсе…

Руки Папы прошли сквозь барьер, как нож сквозь масло, и сомкнулись у меня на шее. Беру назад все свои слова насчёт того, что почувствовать боль было приятно. Сейчас боль почувствовать было тупо больно. Прямо-таки очень больно, и больше ничего.

Несмотря на сопротивление, демоническая гнида умудрилась пережать мне глотку. Дышать нечем, в глазах темнеет, а сила, с которой давит демон, всё нарастает и нарастает… интересно, это мои позвонки так хрустят?

– Сдохни, – зелень под капюшоном вспыхнула ярче прежнего. – Сдохни же, сдохни, сдохни…

Ну…

На самом деле именно этим я и занимался. Но попутно, одной свободной рукой я уже ощупывал таинственные колодки Папы. И-и-и-и… нащупал! Вот она, замочная скважина. Отмычек у меня с собой нет – как-то вот не озаботился – зато в своём деле я даже в полуобморочном состоянии профи.

Я же когда из сырой магии барьеры делаю, я же им форму сам задаю, верно? И что может помешать мне сделать ма-а-а-а-аленький такой барьерчик по форме ключа?