Текст книги ""Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Данияр Сугралинов

– Это называется «северная природа», – вздохнул Хаген. – Я тут вырос.

– Ужас какой-то. Даже в пустыне лучше.

Хаген вышел из бара в сопровождении Фернанды, словно покинул клетку ринга. Не хватало еще, чтобы она дала ему бутылку воды и полотенце.

Начинался какой-то новый этап в жизни, и Хаген смутно представлял, что будет дальше. К примеру, недавно ему позвонил Люк Лукас. Как ни в чем не бывало промоутер начал с добродушного обвинения:

– Ты куда пропал, сынок? Совсем позабыл обо мне? Я слышал, ты снова успешно дерешься на подпольных площадках? Зачем тебе эти собачьи бои? У меня есть предложение посерьезней…

Но Майк уже не был уверен, интересно ли ему предложение Лукаса. Снова турниры и драки? Но ведь он уже бывал там дважды. В боях на ринге больше не было вызова.

А Хагену требовался вызов посерьезнее, чем очередной сильный соперник, которого можно избить или самому получить нокаутирующий удар.

И, кажется, жизнь вне ринга этот вызов ему бросила.

Эпилог

Высокая статная женщина немногим старше сорока внимательно изучила взглядом крепко сбитого невысокого мужчину, представившегося Майком, совладельцем гейм-девелоперской компании Realtuality. За короткий срок их игра – чуть ли не «гаражный» стартап – ворвалась на игровой рынок и возглавила чарты продаж. Однако амбиции молодой компании простирались намного шире, и это требовало огромных инвестиций.

Вместе с мужчиной пришли его партнеры: нескладный Роман, длинноволосый молодящийся Деннис и загадочного вида девушка по имени Фернанда. Команда Realtuality чувствовала себя немного скованно, это было видно, но пребывала в хорошем настроении. Их заметили, их рвут на части потенциальные инвесторы, и встреча с очередным – пусть даже таким влиятельным и быстро растущим фондом – просто еще один пункт в их повестке дня.

– Ну что, может быть, начнем? – тихо поинтересовался Гэри, ее правая рука.

– Да, начнем, – кивнула женщина. – Но прежде я хочу пообщаться с Майком наедине.

Гэри отлично изучил ее за эти пару лет, что они работали вместе. Он едва заметно прикрыл глаза, дав понять, что понял, и трижды хлопнул в ладоши:

– Деннис, Роман, Фернанда… Как насчет того, чтобы попробовать нашего черничного смузи с асаи? У нас отлично готовят…

Гости с готовностью встали из-за стола и вышли из комнаты с прозрачными, но звуконепроницаемыми стенами. Женщина осталась с Майком Хагеном.

Он заговорил первым:

– Вы же видели Романа? Он русский, был моим сокамерником. Это не секрет: по-моему, уже во всех интервью меня об этом спросили… Так вот, почти сразу после тюрьмы я встретил другого русского. Его звали Фил, и именно он… – Хаген запнулся.

– Я рада, что мы наконец-то познакомились, Майк, – мягко произнесла женщина. – Братишка много рассказывал о вас. В прощальном письме он оставил особые инструкции по тебе.

– Какие? – не сдержался Хаген.

– Очень простые. – Женщина улыбнулась, и эта улыбка была не только красивой и открытой, но и немного печальной. – Он написал: «Майк Бьорнстад Хаген, американец. Присмотри за ним. Помоги, если он будет нуждаться в помощи. А лучше привлеки в фонд – он один из самых добрых и честных людей, что я видел».

– Что это значит, Кира… Э… Мой друг Роман советовал называть вас так, как принято в России. Кира Олег-говна? Правильно?

– Нет, Майк, – засмеялась Кира. – Зови меня лучше просто по имени. Что касается поручения Фила, то нам с тобой очень многое надо обсудить. Мы готовы проинвестировать в Realtuality столько, сколько вам надо, но мне кажется, тебе будет интересно заняться другим. Я познакомлю тебя с остальными членами команды. «Познакомлю» – немного неправильное слово, потому что на самом деле, вы уже знакомились. Просто забыли друг друга. Так что, Майк, если согласишься, тебе придется заново знакомиться с Джоном, Йованой, Мануэлем, Олой и Эдвардом.

– У меня странное ощущение, что я уже слышал где-то эти имена?

– Ты слышал, – подтвердила Кира. – Но кроме них ты познакомишься и с другими друзьями моего брата – с Вячеславом, Вероникой, Иннокентием…

– И чем вы все занимаетесь? – спросил Майк, осознавая, что его индикатор заинтересованности скакнул до сотни процентов.

– Мы занимаемся добрыми делами, Майк Хаген. – Кира Панфилова улыбнулась. – Что скажешь? Ты с нами?

Майк задумался. Кира подцепила его на крючок, заинтриговав до смерти. Может быть, вовремя? Жизнь вкатилась в свою колею: пришла финансовая успешность, признание, семейное счастье – Фернанда была на четвертом месяце беременности. Беспрерывная прокачка и бои на ринге опостылели… Дошло до того, что ночами он стал пропадать на улицах, вообразив себя Бэтменом, – боролся с преступностью, пока интерфейс не забанил его на трое суток за чрезмерное наказание одного грабителя. Пришлось забросить и это.

Здесь же, встретив такого же, как он, носителя интерфейса, он вдруг снова ощутил запах приключений.

– Кстати, Фил просил передать еще кое-что, – нарушила молчание Кира. – Вне зависимости от того, захочешь ты принять участие или нет.

– Что?

– Больше огня под ногами твоих врагов, испытуемый…

Она говорила что-то еще, но на Хагена нахлынул вал воспоминаний. Он вспомнил все.

Он поднялся, приблизился к Кире и твердо заявил:

– Я с вами, госпожа Панфилова.

Валерия Корносенко
Level Up. Женский взгляд

Пролог

Место: полуразрушенное, заброшенное здание.

Время: месяц после основных событий.

Ноги сводит судорогой от долгого стояния в нелепой позе. На лбу испарина. Сердце того и гляди выпрыгнет. Стараюсь даже не дышать. Ситуация, в которой я оказалась, не оставляет мне выбора. Мужчина, с зажатым в руке горлышком разбитой бутылки, обходит меня по кругу. Нервно сглатываю, провожая его затравленным взглядом.

– Не дергайся! – рявкает он.

Скулю от страха, но безропотно ему подчиняюсь. Будто в замедленной съемке слежу, как он заносит свое оружие для первого удара. Зеленое лезвие, блеснув, наконец врезается в каменное крошево пола: удар, еще, и еще удар. Напряженную тишину рвет звон стекла, отражаясь эхом от полуразрушенных стен заброшенного здания. Сквозь стиснутые до скрежета зубы издаю протяжный всхлип. Крепко зажмуриваю глаза в попытке успокоиться.

Он торопится, но движения выверены и точны. Кому, как не ему знать: одно неверное движение – и будет труп. Два трупа.

– Противопехотная… немецкая… нажимная… угораздило же… – мужчина перемежает слова тяжелыми вдохами, каждый раз шумно втягивая воздух. Тихо матерится, роя осколком бутылки землю под миной, той самой, на которой я сейчас стою.

Через минуту, казавшуюся вечностью, он останавливается, утирая рукавом пыльной куртки холодный пот со лба. Смотрит снизу вверх, осуждающе качая головой. Вероятность моего спасения ничтожна мала. Семьдесят лет пролежала эта мина с войны, дожидаясь меня. Крыша здания, может, и сохранила корпус снаряда, но неизвестно в каком всё теперь состоянии, и малейшее движение может спровоцировать взрыв.

Мужчина, осматривает результат своих трудов, морщится, но берет стекло и возобновляет поиск взрывателя.

– Ты хоть… понимаешь… во что ввязалась?! Жить… тебе… надоело? – копать ему тяжело. Шутка ли? Без четверти век прошел. Земля, в которой находится мина, за это время практически превратилась в камень, – Да не трясись ты! – мужчина зло сплевывает в сторону, – Так ничего не получится.

Тяжело дыша, встает с колен, отбрасывает в угол жалкие останки от горлышка, осматривает комнату, прикидывая что-то в уме.

– Ты слышишь? – его голос вырывает меня из объятий вязкого страха.

Резко распахиваю глаза, и часто киваю в ответ, клацая зубами.

– Сейчас я аккуратно прижму рукой мину, и на счет три ты бежишь за угол, – повышает тон, – быстро бежишь, поняла?.

– Я боюсь, что упаду. Ног не чувствую, – мой голос из сипа переходит в фальцет.

– Не упадешь, – рявкает он командным голосом.

Тяжело вздыхаю, фокусирую взгляд на спасительной арке входа.

– Готова? – мужчина не дает мне времени собраться, кладет руку на мину возле моей ноги, – Раз, два, три, давай пошла! Пошла! – кричит, подгоняя.

Не ожидала от себя такой прыти. Рывком припускаю на выход: прыгаю в проем двери, цепляюсь рукой за косяк, заворачиваю за угол и, прислонившись спиной к стене в коридоре, начинаю медленно по ней сползать. Хрипло и рвано, закрыв ладонями рот и прислушиваясь к происходящему в соседней комнате. Тишина продолжает давить. Пытаюсь сглотнуть ком в пересохшем горле, чтобы спросить, как успехи, но не успеваю произнести и звука.

Волна взрыва оглушает меня, подавляя все звуки и заваливая на земляной пол разрушенного здания.

Глава 1. Самая жизненная

Дело происходило в одном из тысяч городков нашей бескрайней Родины. Городок небольшой, со средним населением, со средним достатком и, в большинстве своём, со средним образованием.

Эта усреднённая статистика часто мешает скромным людям добиться в жизни чего-то действительно выдающегося. Ведь часто, при устройстве на работу начальство не даёт новичку проявить себя. Оно не направляет, не обучает должным образом, не хочет инвестировать в людей. Жаждет только брать, требовать и карать. А зачастую и вовсе увольняет сотрудника по истечении испытательного срока, списывая свои убытки на его некомпетентность. Как в таких условиях человеку подняться по социальной лестнице? Лишь волей случая.

Ты не видишь шоле, шо я Анджелина Джоли? Мне не надо напряхаться, чтобы в жизни состояться… (), – напевала по утрам секретарша на моём предыдущем месте работы. Её звали Анна… Все звали её Анечка, и любимым ее занятием было усердно малевать помадой пухлые губки бантиком. Делать она это могла часы напролёт, причём с очень вдохновлённым видом. Эту энергию бы, да в нужное русло – цены б ей было! Но ход мыслей Анны мне нравится. Ведь как тонко подмечено! Анечка, скорее всего, и сама не осознавала, какую точную характеристику даёт себе и тысячам средних сотрудников нашей бескрайней Родины. Ведь они, смирившись с повседневной рутиной, низкооплачиваемой работой, несправедливостью, сами ставили крест, заботливо прикапывая холмик на могилке своего карьерного роста. И, ненапряхаясь, кляли судьбу: Ну когда же уже посыпятся пряники с небес?

Что уж греха таить, я и сама была такой же – средним ничто. Средняя длина волос, здорового мышиного цвета. Серые глаза, надеюсь, не самого блёклого оттенка. В одном даже есть каряя точка, мама всегда ею восхищалась, говоря, что этим я и уникальна. Говорят, нужно довольствоваться малым? Ну что ж, тогда я обладательница шикарных уникальных глаз. Ха-ха.

Ладным телосложением родители меня не наградили – обездолили, я бы даже сказала. По фигуре моей давно рыдал спортзал, а в грёзах и мечтах ещё и пластический хирург. Тип фигуры – «гитара», никогда не позволил бы мне иметь модельную внешность; да и лень пока побеждала, поэтому я не делала и малейших усилий, чтобы как-то себя изменить. Даже грудь и та, предательница, – ничего выдающегося! Поставь меня боком – никаких объёмов вперёд, увы, не выдаётся. Рост мой ниже среднего, так ещё и сутулюсь от сидячей работы. Кожа после зимы бледная, серо-голубая. Одним словом, я – безликая серая масса.

Конечно же, я утрирую и на себя наговариваю, я – самая обычная неприметная девушка, каких тысячи и имя мне – Легион! И ничего с этим не поделаешь. По крайней мере, я жила с этой уверенностью двадцать семь долгих лет. В толпе живущих бурной жизнью, всё время спешащих, зашоренных людей я видела себя лишь вялой тенью.

Сама я родом из деревни, которая в получасе езды от города. Уже с детства моя жизнь не была лёгкой и беззаботной. Родители держали большое хозяйство: пришлось рано повзрослеть и много работать. Росла я девочкой послушной, ответственной. И когда я поступила в единственный в городе институт на бюджет, сама и без взяток, родители со спокойным сердцем отпустили меня.

Деревня у нас хоть и была добротной, богатой по современным меркам, но кроме сельскохозяйственной, тяжёлой, изнуряющей, – другой работы не было. Вот молодёжь и бежала в город, где брезжила пусть и слабая, но многообещающая перспектива более лёгкого заработка.

Я переехала в город легко, без сомнений и опасений. В убитую однушку, которая досталась в наследство от бабули. Та померла, когда мне ещё и пяти лет не было. Поэтому совесть меня и не мучила, что я бабушку выжила. В то время, когда квартира только освободилась, родители от дома в деревне и своего хозяйства, отказаться в пользу города не смогли. Так и стояла однушка десятилетия, меня ждала.

Квартира находилась в уютном спальном районе. Ремонта она не видывала с восьмидесятых годов прошлого века. Но и вы меня поймите, деревенщину, дорвавшуюся до городской суеты. Квартирку я свою нежно любила. Да, бедненько, да, убогонько, зато всё моё. Клятвенно обещала квартире апгрейд с первой зарплаты! Но зарплата всё не спешила приходить в таком размере, чтобы её хватило хотя бы на мои запросы, не то, что на современный ремонт. Единственное, на что я накопила, а отчасти родители помогли – это приличный компьютер. Он мне здорово помог в учёбе! И скрашивал мои холодные одинокие вечера играми в виртуальной реальности*.

В игре у меня было всё: и дом – полная чаша, и крутой персонаж – Колдунья, семьдесят восьмого уровня. По классу «хиллер*». С чарующими серебряными глазами на милом личике, с эротичным ртом, грудью, выходящей из-за угла раньше её обладательницы, модельной фигурой и роскошной копной медных волос. Что уж говорить про скиллы* и абилки*, их было не счесть! Также у моей Колдуньи были статус, поклонники, поддержка клана, деньги и цель в жизни. Как же приятно было становиться ею, прятаться от сурового мира в мире сказочном, ярком, волшебном!

Какая цель была у меня в реальной жизни? Не сдохнуть с голоду – это раз, не вернуться от безысходности в деревню к родителям, когда в очередной раз уволят – это два. Ещё, пожалуй, встретить мужчину – это три. Конечно же, не принца на белом коне, но и хотя бы не безработного на одиннадцатом номере*. Вместе всё полегче барахтаться. Запросы у меня всегда были скромные. Но, возвращаясь каждый раз из данжа* не раньше часа ночи в холодную, пустую квартиру, проклинала своё одиночество, свою унылую работу и несправедливый реальный мир заодно.

Впрочем, жизнь в маленьком городке была не так и скучна, какой могла показаться на первый взгляд. И звался он солнечно и радужно – Средиземноморск, он был зелёный, на берегу моря. Не курортный, но всё же скорее южный, чем северный.

Начинался новый солнечный денёк. Птички назойливо выводили свои брачные трели. Машины-поливалки пачкали брызгами неудачно припаркованные автомобили и разводили сырость. Всё предвещало прекрасное начало дня. На дворе стоял конец апреля. Дни становились всё длиннее, солнышко – всё любопытнее, и с каждым новым восходом заглядывало в окна всё раньше. Лучи уже час как били в глаза и не давали мне досмотреть интересный сон. Если бы с вечера одна лентяйка зашторила окно, то удалось бы нормально поспать, а не бредить утренние часы в забытье, в промежутках между сном и явью мелькали мысли в моей взъерошенной со сна голове.

Зашёлся трелями будильник. На разложенном угловом диване зашевелился ворох из одеял и подушек. Я высунула из-под одеяла руку и, от души, приложила пару раз кулаком по нарушителю спокойствия – трель будильника в телефоне смолкла. Прошло ещё десять минут, сработал запасной будильник. И я, теплая со сна, в милой пижаме с Минни Маусами*, резко сажусь на кровати. От внезапного подъёма в голове загудели мысли: «Мама, роди меня обратно. Ну как же лень вставать!» – я свесила ноги с кровати, тяжко вздохнула: «Нужно пошевеливаться, иначе опять пропущу автобус и опоздаю. Очередного косяка мне могут и не спустить с рук».

Тащусь в ванную и с опаской заглядываю в зеркало: Мдаа… ваше личико просит кирпичика. Ну что за Вселенская несправедливость? – сокрушаюсь я: Мне нет ещё и тридцати, но вид от регулярных недосыпов такой усталый, помятый, будто я не менеджер среднего звена, а как минимум та лошадь, на которой крестьянин пахал бескрайнее поле.

Оно и понятно, что спать нужно «чаще, дольше, регулярнее». А ещё, желательно, и не одной. А где взять такую роскошь, как восьмичасовой сон? Каждое утро клятвенно даю себе зарок ложиться раньше. Но каждый вечер пропадаю в виртуальной реальности или зачитываюсь взахлёб любовными романами. Своей личной жизни нет – хоть чужими эмоциями и приключениями пожить.

В школе русский/литературу, как и нудную училку по этому предмету, я побаивалась, что влекло за собой нелюбовь к предмету. Да и чтение бумажной книги меня утомляло: то мне держать её тяжело, рука затекает; то переплёт съезжается и надо всё время чем-то придавливать; то капнешь на страницу, читая во время еды, и бумагу уже не очистить. А бывает, купишь книгу, заплатишь за неё прилично – а описание, оказывается, было самым интересным местом во всём произведении.

Но всё изменилось с приходом технологий в мою жизнь. Сейчас читать я люблю, причём даже не важно, что именно. Моя любовь к чтению открылась спонтанно, с появлением первых электронных библиотек. Зашла на сайт, сформировала статистику, прочитала отзывы, накачала кучу топовых произведений, – и сиди, смакуй. Ну как не полюбить такое? Да и открытый доступ с огромным разнообразием книг этому хорошо способствует.

Привела себя в относительно божеский вид, рысцой побежала на кухню, благо бежать недалеко, в однокомнатной-то квартире. Открыла холодильник, закрыла холодильник. Раз-два, на этом физические упражнения закончили. Как закончили и завтрак, который не успел начаться – подошло время выходить из дома. Планом питания нужно было с вечера озадачиваться, а теперь опять придётся до обеда перебиваться шоколадками. Не беда – мне не привыкать. Вот только, помнится, ещё в пятницу все запасы сладкого я скрупулёзно подъела.

Нет, так дело не пойдёт, надо подзаправиться и взбодриться, иначе до обеда не дотяну. Пожертвую три минутки и возлюблю себя несчастную – приму дозу кофеина и заряд бодрости. Всё равно наше начальство всегда задерживается, опоздаю немного – никто, авось, и не заметит. Вооружившись чашкой кофе покрепче и плиткой шоколада, вышла на балкон. Зажмурившись от удовольствия, от души насладилась сочетанием яркого солнечного утра, бодрящего кофе и тающего на языке шоколада.

Прикончив утреннюю дозу сладкого наркотика, порысила на работу. Виновата – каюсь. Конфеты – моя слабость, мой злой рок, моя погибель. С понедельника сесть на диету и завязать со сладким– пожалуй, самое популярное из многочисленных, данных себе и невыполненных, обещаний. Запала моего хватает ровно до обеда, пока коллеги не достают к чаю очередной тортик. И моё голодное, урчащее нутро, питавшееся всё утро одними мечтами о стройной фигуре, рушит все барьеры, и я пускаюсь во все тяжкие, начиная тупо и алчно поедать с чайного стола всё, что плохо «приколочено».

Моя любовь к сладкому была, увы, горька и безответна. Шоколад и выпечка с превеликим удовольствием откладывались у меня на боках, животе и бёдрах. Хоть бы разок пару булочек в груди отложилось, ага как же, держи бюстгальтер шире. Такая большая девочка, а всё продолжаю верить в волшебство!

С такими блуждающими мыслями то за здравие, то за упокой и начинались мои очередные трудо выебудни. Честно признаюсь, как на духу, работать я не люблю. Я люблю пропадать часами в игре и там колдовать. Это непередаваемое чувство, когда все тело наливается теплом, сознание – светом, с кончиков пальцев срываются искры заклинаний, и происходит чудо. Я всегда верила в сказки. И с появлением виртуальной реальности, где чудеса творились на каждом углу, я могла с уверенностью утверждать – счастье возможно. Я люблю виртуальный мир, но за это, увы, деньги не платят.

Кем я только не работала в своей жизни. Мой трудовой стаж начался раньше, чем первый учебный год в институте. У родителей не было лишних денег на мое образование и содержание в городе, а выживать приходилось. Я мыла полы, раздавала листовки и клеила объявления. Распространяла некачественную косметику и французские духи на розлив по сходной цене.

После института начала искать место посерьёзнее, но без записей в трудовой книжке об опыте работы, без связей, без смазливой мордашки с ногами «от ушей», на хорошо оплачиваемую работу никто меня брать не торопился. Да, энтузиазма во мне было через край, но однобокое, невостребованное образование мне совершенно не помогало.

Череда неудач преследовала меня пугающе долго: поиск работы, конфликты, ссора с начальством, увольнение, – замкнутый круг и злой рок. Ведь зачастую, причина увольнения даже от меня не зависела! Не хотелось, конечно, думать, что я настолько тупа и ограничена, но эта закономерность уверенности в себе точно не добавляла.

Через четыре года трудовая книжка пестрела записями на любой лад. Время шло, а карьеры я так и не начала строить. А самое печальное, я до сих пор не знала, чем бы мне по жизни хотелось заниматься. Ну не мое это – быть офисным планктоном. Текущая моя работа – не бей лежачего: знай себе сиди, папочки из кучки в кучку перекладывай, да делай многозначительный вид. Числилась я в одной частной фирме, которая занималась производством и проведением взрывных работ на карьерах. Должность моя звалась скупо и скромно – менеджер. Как я туда попала? Волей случая, что тут скажешь, хоть раз в жизни, но мне повезло.

Дело было так. Полгода назад с трудоустройством все обстояло печально, а покушать-то никто не отменял. Устроилась я временно в доставку пиццы. Работа была изматывающая и малобюджетная. А в этом моем теперешнем офисе, страсть как эту самую пиццу любили. Вот и попала в нужное время, в нужное место. Старого менеджера выставили со скандалом прямо у меня на глазах. А я возьми да и ляпни во всеуслышание, что я «супер-пупер» какой продажник. Ну меня и взяли. Милые, доверчивые люди. Я так радовалась, ведь с пиццей моя карьера на тот момент явно катилась к закату, так и не успев, как следует начаться.

Позже естественно выяснилось, что продажник я, мягко говоря, не очень хороший, прямо скажем – совсем никакой. Нет, ну а что они хотели? Я не знала специфики работы. Кинули в море – плыви, как хочешь. Я честно барахталась неделю, помощи ждать было неоткуда. Коллектив был чисто мужской, на контакт со мной никто не шел. В офисе на меня позыркивали и посмеивались: как же, нашлась тут горе-конкурентка. Как не печально, с этой должности меня вскоре сместили, обещанный оклад урезали, но каким-то чудом до сих пор не прогнали. В чем была причина содержать дополнительное рабочее место для меня, я так и не догадалась. То ли у начальства со мной ассоциировалась доставка пиццы, а, следовательно, сытость и достаток, то ли так всех кризис утомил, что плюс-минус двенадцать тысяч в бесконечных статьях расхода, погоды не делали. Работала я здесь уже пятый месяц. И сравнивая нынешнюю работу со своей предыдущей, боялась нарушить это шаткое равновесие и стабильность.

Вот и сегодняшний день не предвещал ничего необычного. Ввалилась в душный офис, мальчишки уже были в сборе, и все заняты делом. Встретили меня дружными подколами и улюлюканием. Не обратила внимания – привыкла. Начальство оправдало ожидания и на рабочем месте отсутствовало. Я быстренько повесила плащ в шкаф, и, включив свой старенький компьютер, начала перекладывать папочки с одного конца стола на другой, имитируя бурную деятельность. Ну, а что? Не доверяли мне общение с клиентами, переживали, наверное, что последних распугаю. В бухгалтерию, ясное дело, меня тоже не допускали. А закупкой товара у нас занимался сам финансовый директор. Да я и не претендовала, где я и где взрывные работы, в конце концов?! Со временем, мое желание работать само «засохло и отвалилось», не хотите – не надо. Да и зачем мне эта лишняя информация?

Только и оставалось, что ребятам иногда помогать бумажки печатать, да цветочки поливать. У всех зарплата была не в пример больше моей, в основном, сидели на процентах с выполненных работ. Поэтому никто особо не возмущался моим бездействием. Скорее даже считали меня неким привычным дополнением к офису, как аквариум с рыбками или кадку с фикусом, куда все остатки кофе выливают. Я им нынче не конкурентка, а кофе-брейк в моей компании и милая болтовня на отвлеченные темы – всегда пожалуйста. Получалось, что кофе я пила минимум раз семь в день, и каждый раз с конфетами, за что фигура моя спасибо мне явно никогда не скажет.

Я знала все секреты нашего офиса и прилегающих. Тайнами «двора» со мной делились охотно – знали, что хранить я их умею. Слушая в пол уха весь этот бред, кивала и угукала в стратегически важных местах. Сама же, отгородившись кипой папок, читала очередную книгу про любовь или лазила по игровым форумам. Еще и считалась при этом отличным собеседником и коллегой. Все меня защищали от гнева начальства и всячески способствовали моему безделью.

Сегодня же с самого утра было какое-то странное предвкушение, а чего конкретно: чуда или люлей, сказать было сложно. Никак не сиделось на месте – душа требовала романтики, а попа приключений.

Сноски:

Виртуальная реальность – созданный техническими средствами мир, передаваемый человеку через его ощущения: зрение, слух, обоняние, осязание и другие. Виртуальная реальность имитирует реакции на воздействие человеческим мозгом.

Хиллер – (от англ. «healer» – целитель) – роль персонажа в некоторых компьютерных играх, который может лечить (хиллить), усиливать игрока специальным заклинанием (бафать).

Скилл – от английского «skill» – навык, умение, мастерство, искусство.

Абилка – умение или какая-либо способность игрока в игре, от английского ability– способность.

На одиннадцатом номере – значит пешком, без какого-либо транспорта.

Данж – игровое подземелье, для игры группой. Обычно в подземельях есть ограничение по времени нахождения, один или несколько боссов и существенные награды.

Минни Маус – подруга Микки Мауса, в мультфильме – она с бантиком.