Текст книги ""Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Данияр Сугралинов

Соавторы: Максим Злобин,Ярослав Горбачев,Вова Бо,Ирина Итиль,Диана Рахманова,Валерия Корносенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 119 (всего у книги 350 страниц)

Глава 28. Лас-Вегас-Стрип

Бангкок, как и Лас-Вегас, это те места, где вы принимаете плохие решения.

Тодд Филлипс

«Не зря мама говорила, что чтение делает меня умнее», – подумал Майк. Целый день беспрерывного получения информации из книг повысило его навык до четвертого уровня, а вслед за этим вырос и Гейм-дизайн.

Но третий уровень способности – это предел, большего из книг не выжать. Дальнейшее повышение навыка гейм-дизайна можно получить только на практике, на курсах или при помощи наставника, то есть человека, который согласился бы учить и сам обладал при этом высоким уровнем.

Хаген отыскал в интернете онлайн-курсы, но подавать заявку не решился – плата за обучение была еще слишком высока для его уровня доходов.

Отложив эти занятия, он основательно поел, кое-как принял душ и вернулся на диван. «Редкий случай в истории, – подумал Майк. – Человек самосовершенствуется, не слезая с дивана! Кажется, я начинаю понимать, как Первая Марсианская компания монетизирует Augmented Reality! Platform».

Он развернул интерфейс:

Майк «Бьорн» Хаген, 30 лет

Текущий статус: менеджер Gym Art Classes.

11 уровень социальной значимости.

Класс: мастер по ремонту сложной электроники 9 уровня.

Класс: уборщик помещений 6 уровня.

Сила (9).

Ловкость (8).

Интеллект (12).

Выносливость (9).

Восприятие (7).

Харизма (6).

Удача (6).

Поразмыслив, Майк вложил по одному очку в восприятие, харизму и удачу, оставив про запас три свободных очка характеристик, после чего привычно помедитировал и уснул. Благодаря ускоренному отдыху, перестройка организма шла не девять часов, как раньше, а всего семь с половиной.

Проснувшись, Хаген повторил распорядок: читал и учился, следя за показателями организма и набираясь сил перед очередной перестройкой тела. Затем вложил по одному очку в харизму и удачу, а последнее решил использовать для силы. Очко навыка пошло в Ускоренный сон – пятый уровень еще на тридцать минут урезал необходимое время для восстановления.

После этого раунда улучшений он убедился, что стала доступна героическая способность регенерации.

Периоды сна и бодрствования не совпадали с суточными, поэтому Хаген слегка потерял ориентацию во времени и не без удивления посмотрел в окно, где ярко светило солнце, а небо ослепляло синевой. Майк почувствовал себя в шкуре то ли игромана, то ли алкоголика, очнувшегося от многодневного загула и не понимающего, где находится. Чтобы немного соприкоснуться с реальностью, он распахнул дверь своих апартаментов, вышел и немного постоял у порога, разглядывая пустынную улицу.

Придя в чувство, вернулся на родной диван и стал разбираться с тем, как работает Регенерация. Оказалось, можно задавать скорость восстановления организма: чем она быстрее, тем дольше период отката способности.

Хаген не стал осторожничать, захотелось проверить способность к регенерации на максималках. Он активировал способность, потратив на нее все ресурсы духа…

И тут понял, почему Регенерация требовала навыка восприятия боли – скрутило адски! Даже с пятым уровнем навыка. Тело Хагена будто било и швыряло внутри центрифуги, стены которой усеяны шипами. Закатив глаза и стиснув до скрипа зубы, он изгибался, даже невзирая на вывихнутое плечо и сломанное ребро, корчился, будто вампир под солнцем. Если бы кто-то сейчас его увидел, решил бы, что у Майка ломка.

Впрочем, длилось это недолго. Конвульсии затухли, и Хаген весь в поту замер на диване и часто-часто задышал.

Наконец, сердце прекратило рваться из груди. Майк сел и ощупал себя. Голова кружилась, слегка подташнивало… но не было больше никакой боли! Вывихнутое плечо свободно вращалось. Хаген снял корсет, который фиксировал сломанное ребро – никаких следов!

Бросился в ванну. Изучение себя в зеркале вызвало острое чувство дежавю. Сразу два очка харизмы довольно заметно изменили его внешность.

На лице ни одной ссадины или царапины. Исчезли даже все мелкие шрамы или недостатки кожи. Заметно даже для самого Хагена, хотя люди редко способны адекватно оценивать себя в зеркале. Обострившиеся черты лица и светлая кожа подчеркивали голубизну глаз. Понятно, что не красавец, но из той породы людей, про которых говорят «Есть в нем что-то неуловимо привлекательное».

– У меня все меньше и меньше вопросов к тому, как Augmented Reality! Platform зарабатывает деньги, – усмехнулся Хаген. – Обладателю интерфейса не нужны не только врачи, но и косметологи.

Интерфейс был забит знакомыми иконками дебафов жажды, голода и недостатка двигательной активности, так что Майк принялся за их устранение. Для начала выгреб из холодильника остатки съестного и ел так, будто голодал неделю. Когда он запихивал в рот очередной кусок, настигло неожиданное сообщение:

Внимание, твой организм подвергается увеличенной нагрузке, связанной с потреблением еды. Эффективность работы органов пищеварения снижена на 25 %. Эффективность работы почек снижена на 25 %. Эффективность работы печени…

Хотя голод и не был утолен до конца, Хаген со вздохом прервался. Предупреждение системы напомнило, что он живой человек, а не игровой персонаж, который способен лечить пулевые ранения, поедая стейки.

После такой встряски надо было дать организму отдохнуть от кардинальных улучшений, а потому Майк принял душ, надел свою самую лучшую одежду, собираясь прогуляться, и вдруг увидел, что в характеристиках одной из рубашек появилось что-то новое:

Потенциальная возможность повысить харизму.

Расспросив помощника, он выяснил, что некоторые предметы одежды работают на улучшение харизмы только вместе с другими. Примеряя брюки и ремни, он, наконец, подобрал нужное сочетание. Харизма временно повысилась на единицу.

Душа, разум и тело требовали перезагрузки. Чего-нибудь, не напрягающего ни то, ни другое, ни третье. И тогда Майк решил не просто погулять по улицам, а развеяться, сходив в казино.

В Лас-Вегасе это не проблема.

* * *

Вторая половина дня не самое лучшее время, чтобы гулять по Стрипу. Но Хаген и не собирался уходить в отрыв, ему просто нужно было перестать беспокоиться, отслеживать статы и думать, как эффективнее потратить очки опыта. Он даже предпочел не видеть данные людей, на которых фокусировал внимание, и отключил мини-карту, чтобы быть совсем как все.

Но у него не получилось. При первой же встрече с игровым автоматом, ряд которых владельцы казино выставили прямо у входа, чтобы завлекать туристов, он не удержался, ознакомился с характеристиками аппаратов и с удивлением узнал, что процент выигрыша совсем не такой высокий, как он привык думать. Более того, отдельные автоматы показывали вероятность выигрыша выше, чем другие.

Хаген никогда не был поклонником азартных игр, не зная толком даже правила рулетки. Да, в тюрьме его научили играть в блэк-джек, но то от скуки, да и, играя, он не испытывал азарта. Видимо, весь кураж в его жизни пошел в видеоигры.

Тем не менее он вошел в казино, чтобы просто проверить свой показатель удачи в действии. Правда, не делая ставок, просто воображать, что ставишь, и смотреть, угадал ли. Кроме того, его привлекло объявление, что до четырех вечера действует акция – один бесплатный welcome drink.

Получив за баром бокал пива, Майк подошел к столу с рулеткой. Дилер метнул шарик как раз к его появлению.

Следя за размазавшейся траекторией, он мысленно поставил на черное. К моменту, когда шарик начал останавливаться, подпрыгивая по секторам, Майк нервно закусил губу, нервничая так, словно рискнул крупной суммой денег.

– Шесть, черное, – объявил дилер.

«Выиграл!» – подумал Майк и «сделал» еще одну ставку. Так он играл и играл, и угадал и на красном, и на черном, потом два раза подряд на красном, а потом «рискнул» и поставил на «27»… Шарик уже было улегшийся на «13» аномально скакнул и перевалился через бортик.

– Двадцать семь, красное… – констатировал дилер.

Допив пиво, Хаген поспешно выбежал из казино – не хватало еще начать ставить на самом деле и просадить последние деньги! А ведь он уже готов был купить фишки и сделать реальную ставку!

Мама всегда говорила, что азартные игры – это происки Сатаны и наихудшее зло, но при этом сама регулярно, сделав покупки в супермаркете, закидывала пару долларов в лотерейный автомат и тут же, на месте, азартно стирала ногтем игровые поля. Даже если выигрывала доллар-два, а как-то раз случилось даже пятьдесят, тут же покупала новые билеты, пока не просаживала все…

Обратив внимание на гормональный всплеск в организме, интерфейс доложил о легкой интоксикации алкоголем. Был и побочный эффект: ресурсы духа выросли на пару процентов, а настроение повысилось до пятидесяти восьми со стойкой тенденцией к увеличению при взгляде на красивых девушек. Большинство из них безучастно скользили по Майку взглядом и шли дальше. Шкала интереса показывала, что они не притворялись – Хаген и был им неинтересен.

Невольно припомнилось признание Фернанды в том, что она следила за его боями. Конечно, это могло быть очередной ложью и манипуляцией, но… Хагену хотелось верить, что это правда.

Он выпил еще два бокала пива в двух других казино, где алкоголь предлагали бесплатно, а потом немного перекусил, налегая в основном на салаты, чтобы снизить нагрузку на органы пищеварения.

«Отличный был день, – подумал Хаген, возвращаясь. – Лишь бы не произошла какая-нибудь гадость, которая его испортит».

Но ничего не случилось. Он спокойно добрался до дома и лег спать. Оставалось два неиспользованных очка навыка, и перед сном Майк вложил их в Смешанные боевые искусства. Помощник говорил, что повышение этого навыка ускорит улучшение всех параметров боевого режима.

На следующий день, отправляясь на работу в спортзал, он все-таки нацепил фиксирующую повязку на руку, чтобы хоть как-то напоминать человека, который был жестоко избит два дня назад.

Майк не жалел, что применил быструю Регенерацию, но слегка опасался предстоящего обследования у доктора Хилла. Как объяснить, куда делись переломы и страшные гематомы на пол-лица?

* * *

После отъезда Гонсало Хаген оказался единственным управляющим спортзалом. На него обрушилась вся масса мелких обязанностей, начиная с согласований и получения документов на право вести обучение детей и подростков, до контроля того, чтобы в туалетах всегда были мыло и салфетки, а вода не закончилась в тот момент, когда клиент принимал душ.

Управление обычным спортзалом оказалось сложнее, чем игра в навороченную экономическую стратегию. Постоянно возникали мелочи, которые нужно было решить прямо сейчас: тренажеры ломались, лампы перегорали, покрытие пола рвалось, блины от гантелей терялись, а потом терялись и сами гантели. Последнее особенно бесило Майка – их пропажа казалась совершенно необъяснимой и загадочной.

Постоянно нужно было отслеживать недовольство клиентов. Некоторые из них могли возмущаться самыми неожиданными вещами. К примеру, одна женщина гневно отказалась от годового абонемента и потребовала вернуть деньги из-за того, что цветы, которые вырастил старик Очоа на клумбе у входа, якобы вызвали у нее приступ аллергии. Она грозилась подать в суд. Хагену пришлось связываться с юридической фирмой, которая обслуживала Gym Art Classes, чтобы выяснить обоснованность претензии.

В этот момент прибежал сам Очоа и потребовал выдать новые карточки клуба, которые были еще в типографии, Хаген сэкономил на доставке, и потому тираж требовалось забирать самостоятельно.

Майку казалось, что решение одних проблем вело к появлению новых, причем в двойном размере. У него едва хватало времени на то, чтобы продолжать тренировки. Впрочем, даже в таких условиях он добился роста ловкости до девятого уровня.

Интерфейс, конечно, здорово помогал. Благодаря ему, Майк не забывал ни одной мелочи и не упускал ни одной задачи, связанной со спортзалом, ведь все они висели в списке в порядке приоритета.

За первую же неделю он поднял навык социального взаимодействия и Коммуникабельность со второго до четвертого уровня, а кроме того, освоил Управление инфраструктурой организации[121]121
  Facility management.


[Закрыть] и улучшил навык маркетолога.

Чтобы избежать вопросов доктора Хилла, Майк поступил как в детстве, когда боялся идти в школу, где его избивали одноклассники: попросту прогулял пятничное обследование. Конечно, это вызвало вопросы, которые сопровождались возмущением и прессингом. Малек Хилл намекнул, что по договору с клиникой Хаген обязан присутствовать на всех запланированных встречах. Пришлось придумать стыдливую отговорку, сославшись на «проблемы личного характера», после чего голос доктора в телефонной трубке приобрел стальную твердость:

– Извините, Майк, но следующий подобный поступок приведет к последствиям.

Хаген умудрялся улучшать и боевые навыки, спаррингуя с Маратом и другими взрослыми парнями, пока не видел Очоа. Старик опасался, что Майк нанесет им травмы, но переживал он напрасно. Хаген не использовал активную фазу боевого режима, чтобы не допустить беды. Кроме улучшения почти всех боевых навыков на один уровень, он повысил и Наставничество. А за счет того, что не был настолько далеким от молодых, как Очоа, стал для них кем-то вроде старшего друга.

Все это и улучшение боевых приемов в итоге привели к повышению навыка смешанных боевых искусств до пятого уровня и достижению двенадцатого уровня социальной значимости. Вечером того же дня он улучшил ловкость, а с распределением очка навыка решил повременить.

Как оказалось, не зря.

Глава 29. Дар

Инвестиционный бизнес больше похож на наблюдение за высыханием краски или ростом травы. Если вы хотите азарта, возьмите 800 долларов и отправляйтесь в Лас-Вегас.

Пол Самуэльсон

Утром следующего дня, выйдя из дома, Майк увидел старый пикап с зелеными полосами на дверях – машину его старого знакомого Кевина. Самого наркомана в округе не наблюдалось, равно как и его дружков, если они, конечно, не попрятались за пальмами.

Хаген зашел обратно в апартаменты и прикрыл дверь. Оглядевшись, порылся в шкафу и достал свое, за неимением огнестрельного, оружие последнего шанса:

Тяжелая рукоятка от гантели.

Максимальный урон: 11000.

Твой урон: 1200–7800.

Прочность 99/100.

Не бог весть что, но хоть какая-то угроза для нападающих. После этого он смело вышел за дверь. Но теперь возле пикапа стояла Фернанда. Она зевала, прикрывая рот рукой.

– А говорили, что тебя чуть не убили, – заявила она. – Да, выглядишь ты ужасно, но это вполне нормально.

– Что тебе нужно?

Майк был рад ее видеть, но очередная подколка удержала его от приветствий, а интуиция подсказала, что с этой дамочкой лучше быть серьезным и где-то даже нахальным. Фернанда достала из куртки ключи и бросила их ему:

– Вот тебе очередная глупая идея Эстебана. Он отобрал эту тачку у Кевина и передал тебе. Ну, типа в счет компенсации за идиотский поступок этого придурка. Хотя я считаю, что эта машина даже на свалке будет выглядеть оскорбительно.

– У твоего Эстебана непонятная страсть раздавать чужие машины. Он в тюрьме не за угон сидел?

– И за это тоже, – не стала отрицать девушка. – На самом деле он больше о себе беспокоится – сегодня тебя ждут в бункере. Нужно будет провести показательный бой. Что-то типа отборочного выступления.

– Я занят. Я не готов. Мне лень. Выбери сама, – ухмыльнулся Хаген.

– Майки, не наглей! – воскликнула Фернанда. – Мы пошли навстречу – перестали появляться в твоем задрипанном спортзале и даже подарили машину, как ты и просил. Ну, по крайней мере, эта хрень способна ездить. Но это не оттого, что мы друзья. Не забывай, если не захочешь самостоятельно прибыть в бункер, у меня с собой электрошокер. Так будет даже быстрее – потеряешь сознание и очнешься уже на месте. Какой вариант выбираешь?

– Я не отказываюсь, – хмуро ответил Майк. – Просто надо было заранее предупредить – я не могу все бросить …

– Хватит препираться! – перебила она. – Отвези меня к спортзалу, там меня заберут. А по дороге купишь мне кофе.

Управление раздолбанным пикапом больше напоминало экстремальное вождение. Машина не слушалась поворотов руля. В ней все дребезжало и громыхало. Даже на ровной дороге машину трясло так, будто Хаген правил дилижансом переселенцев, который пытался уехать от индейцев. Его навык вождения был невысоким, но попытка рулить таким транспортом почти сразу подняла уровень до третьего.

Фернанда подпрыгивала на соседнем сидении и улыбалась:

– Нельзя не признать, что у Эстебана есть своеобразное чувство юмора.

– Очень черного юмора, – кивнул Хаген.

– Кстати, о черном! – Она пихнула его в бок. – Пора пить кофе!

Майк привык, что дела, которые можно назвать срочными и важными, имели особенность – всегда появлялись скопом. Если у тебя есть одно срочное и неотложное дело, будь уверен, его выполнению помешает появление еще парочки. А сверху присыплет чем-то еще более важным.

Поэтому, покупая кофе Фернанде и одновременно получив сообщение от Сазера, он не удивился. Бизнесмен просил прощения за долгое молчание и предлагал встретиться, чтобы обсудить дальнейшие шаги.

На парковке перед Gym Art Classes Фернанда пересела в свой черный джип, напомнив Хагену, что вечером он должен быть в бункере, и уехала.

Из спортзала вышел Очоа в сопровождении своей группы пожилых граждан.

– Хорошая тачка, – сказал Хагену тощий лысый старик в красных шортах. – У меня была такая двадцать лет назад. Сейчас так делать не умеют…

По утрам Майк обновлял таблицу лидеров, которая располагалась на стене зала, поправлял покосившиеся магнитные значки и награды, а потом составлял план, кто должен сегодня «повысить уровень».

На текущий день самым результативным оказался Хаким, друг Марата. Парень выполнял все задачи и прошел боксерские квесты. Именно с ним спарринг всегда заканчивался на грани поражения Хагена. У Хакима был явный потенциал, и Майк даже решил рекомендовать его Гонсало, если тот не бросит свое стремление стать спортивным продюсером.

Еще нельзя было сделать окончательный вывод, насколько идея Хагена улучшит дела спортзала, но уже очевидно, что многие эпизодические посетители, получив достижение или класс, вроде «начинающий атлет», начинали ходить на тренировки гораздо чаще, выполняя все наборы упражнений не только для того, чтобы стать лучше, но и чтобы получить значок. И не факт, что первое им было важнее второго.

По утрам, когда Очоа уводил пожилых клиентов бегать в парке, вспоминая, что раньше было лучше, Хаген спарринговал с Маратом.

Однако сегодня на это не было времени. Покончив с мелкими делами по управлению спортзалом, Майк погрузился в ржавую машину наркомана и отправился в Даунтаун, в офис Денниса. Присмотреть за залом он попросил Марата.

* * *

Пока Сазер готовил кофе, Хаген оглядел его офис, и первое, что бросилось в глаза, – отсутствие плакатов с играми «Адская бездна» и «Планета зомби».

Деннис протянул Хагену чашку, взял небольшую паузу и сказал:

– Я ознакомился с твоей идеей. Три раза ознакомился. Потом в четвертый.

– Тебе понравилось? – оживился Майк.

– Скажем так, идея не стоит ничего. Идея игры есть у каждого школьника. Просто дай этому школьнику ресурсы, и он сделает тебе Fortnite или еще один клон Minecraft.

– Но я тогда не понимаю…

– Почему я в тебя верю? – сказал Деннис. – Буду честен, я в тебя не верю. Но я верю в такое явление, как ты. Я верю в людей, одержимых идеей. Именно у них может получиться гораздо лучше, чем у профессионалов. Конечно, чаще вы ломаетесь на половине пути, столкнувшись с такими трудностями, о которых и не догадывались. Но если кто-то из вас, маньяков, доходит до конца, он становится легендой. И пусть титул «легенда игровой индустрии» – это всего лишь маркетинговый ход, придуманный самой индустрией, чтобы впаривать покупателям любую чепуху, но иногда легенда оказывается правдой. Вдруг ты станешь таким? Если выиграешь, я буду дураком, что не использовал шанс быть с тобой в одной команде. Если проиграешь – мне это ничего не будет стоить. Я и так собирался потерять деньги, воплощая свою тупую игрушку про обезьян-каратистов.

– Спасибо за откровенность, – хмыкнул Майк.

– Еще мне нравится то, что в твоей затее есть то, что называется «старыми добрыми временами», которых ни ты, ни я не застали.

– То есть?

– Ты загорелся идеей, хочешь собрать команду и лепить что-то на коленке в гараже. Это я условно, не обижайся. На заре развития индустрии так все и делалось. Но сейчас времена другие. Гейм-дев – это именно индустрия. Тут крутятся огромные бабки, даже Голливуд уже давно пыль глотает. Даже новые блокбастеры, если ты не заметил, все больше напоминают кат-сцены в какой-то игре.

– Есть такое, – согласился Хаген.

– В гейм-дев больше не приходят команды энтузиастов, слепивших игру на коленке в гараже. Сейчас время маркетологов, огромных толп аналитиков, просчитывающих успех за год до старта продаж. Вся эта орава бездельников частенько ошибается, но все же. Ну, мы не будем брать в пример инди-игры, ведь твоя задумка – это не инди-дерьмо. Ты хочешь соревноваться с титанами индустрии. Идешь на бой с Большим Боссом, вооружившись деревянным мечом, найденным в гараже где-то в начальной локации.

– Да что у тебя все гараж да гараж? – возмутился Майк. – Да и вообще, звучит это не очень-то ободряюще. Может, у меня есть Меч Тысячи Истин!

– И Молот Утера Светоносного, ага, – пожал плечами Сазер. – В том-то и дело, что я скептичен и должен быть таким по отношению к любому проекту, в который собираюсь вкладывать деньги. Я почти уверен, что ты ничего не добьешься.

– Но тем не менее будешь играть в моей команде? Пойдешь с деревянным мечом против Большого Босса?

– Ну, во-первых, я экипирован получше тебя. Во-вторых, если мы завалим Большого Босса, то выигрыш будет стоить риска.

Деннис рассказал, что готов оказать первоначальное финансирование для игровой студии, которая станет подразделением его основной компании.

– Я и так собирался это сделать для разработки своей игры. Так что все документы давно подготовлены. Правда, теперь нужно будет добавить тебя в список соучредителей. Но так как ты не вносишь никаких активов, кроме своей идеи, то готовься к тому, что на первых порах у нас не будет равного партнерства. Если, конечно, ты не найдешь равное количество денег для работы над демоверсией игры. Для начала можешь вложить миллион. У тебя есть столько?

– Нет.

– Жаль. – Деннис натянуто улыбнулся. – У меня тоже больше нет свободных денег. Таким образом, мы подходим ко второй части проблемы. Мои деньги мы быстро сожжем на работу художников и программистов. Потом работа встанет. Мы даже не дойдем до озвучки. И это будет концом нашей задумки. Если мы не успеем сделать демку для предстоящей выставки, то можно больше не трепыхаться. Мы проиграли.

– Почему?

– Потому что у меня на этой выставке есть договоренность. Я обещал показать новую игру важным людям из Activision и Electronic Arts. Благодаря тебе я понимаю, что зомби-каратисты-мстители были бы полным провалом. На мне окончательно поставили бы крест. Но твоя игра о парне, который чем-то похож на тебя, обещает стать, если не хитом, то хотя бы нормальной игрой. Но опять же при условии, что мы сделаем завлекательную демоверсию. А для этого нужно побольше, чем один жалкий миллион. Нужно минимум пять.

– То есть надо искать еще инвесторов?

– И как можно скорее. Но заниматься этим должен только ты.

– Почему?

– Тебе не кажется, что я уже достаточно вложился в проект?

Майк почувствовал, что Сазер чего-то не договаривает.

– А если честно?

– Я… – Деннис задумался. Потом будто набрался решимости и добавил: – Как бы мне ни было сложно в этом признаться, я должен отойти на второй план. Эти обезьяны-каратисты окончательно дали мне понять, что я несостоятелен как гейм-дизайнер. Но бизнесмен-то я хороший! Так что помогу тебе все организовать, но общаться с инвесторами лучше тебе. Ты автор, тебе и продавать идею.

Они еще несколько часов обсуждали, что делать дальше. Проблема с офисом решалась легко – в здании компании было пустое помещение.

– Больше трех человек оно не вместит, – сказал Сазер. – Но пока что нам больше и не надо.

Далее было решено переписать дизайн-документ и сделать на его основе презентацию. Для этого, по словам Денниса, обязательно нужны крутые концепт-художники, и один таковой был у него на примете. Кроме того, требовался ведущий программист.

– Человека с большим опытом мы не потянем, – признался Деннис. – Да и не пойдет никто в неизвестную студию.

– У меня есть знакомый, – сказал Хаген.

– Опытный?

– Хакер – да. А вот насчет игры надо договориться.

– Договаривайся скорее и помни, у нас каждый день на счету.

Закончилось тем, что Деннис передал Хагену стопку документов по созданию будущей компании, заметив, что послезавтра уже нужно сидеть в новом офисе и смотреть первые наброски художника.

Обнимая тяжеленную папку с бумагами, Хаген вышел из офиса слегка оглушенный, словно его отколотили этой самой папкой по голове. Он едва не забыл, что сегодня вечером его ждали на подпольных боях, где будут бить уже в прямом смысле.

А квест «Давай поиграем» обзавелся новыми пунктами:

«Давай поиграем»

Обсуди свою идею с людьми, знакомыми с этой темой, – выполнено.

Сделай первый рабочий набросок сюжета – выполнено.

Повысь навык гейм-дизайнера до уровня 5 – не выполнено.

Найди главного программиста для проекта – не выполнено.

Создай демоверсию игры – не выполнено.

Выполни эти задачи, чтобы получить новые.

Теперь у него появился прогресс-бар, обозначающий количество денег в проекте:

Найди инвесторов: $1 230 000 / 5 000 000.

Хагена покоробило от суммы. Он никогда не видел таких денег и даже не думал, что разработка демоверсии может стоить так дорого. Это вообще плохо вязалось с историей Эрика Барона, которую он вычитал в книге. Тот в одиночку разработал игру Stardew Valley и мгновенно стал знаменитым и богатым. Правда, Эрик потратил на это пять лет жизни, и все это время сидел на шее родителей, а потом и своей девушки. История тем не менее вдохновляла, но у Майка не было такой поддержки. Ему требовалось все делать самому.

Кроме того, Сазер был прав: их совместная игра не «инди-дерьмо», это должен быть большой и дорогой проект. Иначе вся задумка теряет смысл.