Текст книги ""Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Данияр Сугралинов

Вездесущий Амирчик тут же пристроился рядом с Коллином, ведь никак нельзя допустить, чтобы старому знакомцу Фырку, который вдруг стал новичком, все неправильно показали. А показать было что. Первым делом ошеломленного Марка повели в швейную мастерскую, где Аришки уже суетились подбирая положенную одежду. За дальнейшим процессом знакомства я не следила, хотелось посмотреть, цела ли учетная карточка Марка. Оказалось, цела. Лежала в стопочке с резервниками. Мальчику почти тринадцать лет. Что ж, буду присматриваться, не проявит ли он склонность к чему-либо из того, что может предложить поместье и наш коллектив.

Перед ужином ни Марка, ни Коллина, ни Корки я не обнаружила в столовой, что мне показалось странным. Мы все любим эти минуты перед ужином, когда уходит напряжение хлопотного дня. А сегодня день особенный – день триумфа наших девочек. На задний двор меня поманил дедушка Ульх. Быстро нацепив аналог местных галош, я последовала за ним. Дед не зря вытащил меня на холод, по теплице бродил Марк. Коллин и Риш дожидались его снаружи, теряя терпение.

– Он уже, наверно, час там бродит, – сбивчиво жалуется Корка. – Огурцы трогает и млеет, петрушку погладит и вздыхает. Вот, клянусь, он помидор поцеловал!

Остальные дружно расхохотались на такое заявление. Скорее всего, Марк был просто увлечен происходящим в теплице: из-за ускоренного роста овощных культур казалось, что растения словно живые. И это завораживало даже взрослых, не говоря уже о детях.

Прозвучал первый гонг.

– Отправляйтесь ужинать, я сама его приведу.

Моего появления в теплице парень даже не заметил: он с интересом следил за тем, как меняется растение, как шевелятся лепестки, появляются цветы или увеличиваются в размерах плоды. Похоже, у нас появился свой ботан.

– Марк, ты можешь прийти сюда после ужина и помочь дежурным с поливом. Пойдем на столы уже накрывают, – парень нехотя повиновался, а ведь наверняка проголодался.

Столько впечатлений свалилось на него за день. Помимо теплицы, самым удивительным была кровать, новая, чистая, мягкая. Да и на ферме он еще не был. Хотелось бы мне на это посмотреть!

Глава 8

В очередной непогожий день, вернее будет сказать ночь, когда на улице бушевала осенняя непогода, мне не спалось. Флин уведомил, что заночует в столице, а Ричард не давал о себе знать последние два дня, что меня беспокоило.

Бурные эмоции после кулинарного конкурса поутихли как у меня, так и у домочадцев. Я попыталась передать впечатления о прошлых днях в новом письме бабушке Эмилии, от которой стали приходить короткие, но очень теплые, заинтересованные послания. Даже рассказала о наших стариках-разбойниках – о том, как мужчины категорически отказывались возвращаться в дом. Пришлось пойти на уступки и снабдить их отопительными артефактами. Но в доме ведь все равно комфортней! Построить им что ли флигелек с удобствами? Опыт, материалы и рабочая сила уже есть.

Послышалась смутно знакомая мелодия дверного звонка – кто-то пытается пересечь охранный контур. За окном ночь и жуткий ливень, поливающий землю как из ведра, так кто там мог прийти? У всех «своих» есть доступ, поэтому выходить во двор одной было страшновато, несмотря на то, что за кромкой контура я в безопасности.

Накинув поверх халата плащ и сунув ноги в уличную обувь, стоящую по отдельным ячейкам на огромной – размером во всю стену – полке в так называемой прихожей, я поспешила выйти наружу, чтобы не разбудить весь дом. Луна в этом мире была особенно яркой, поэтому рассмотреть очертания крупного мужчины, находящегося за чертой защиты не составило труда. Но на этом всё. Где мои кованые фонари? Где уличное освещение? Не откладывай на завтра то, что может понадобиться в любой момент! Под плащом с огромным капюшоном угадывался большой сверток, что незваный гость держал перед собой. Мужчина свободной рукой поднял капюшон повыше и подсветил собственное лицо магическим огоньком с ладони. Мартин? Что он тут делает?

– Пропустить! – нетерпеливо командую и бросаюсь навстречу бывшему куратору, растягивая свой щит, который использовала вместо зонта, и на него. Сверток внезапно зашевелился и из-под тяжелой от воды ткани плаща появилось испуганное личико маленькой девочки. Хорошо, хоть на шею ему не кинулась, иначе напугала бы ребенка до смерти, да и сама равнодушной точно от такой встречи не осталась.

– Мы к тебе, Лиза. Примешь?

После легкого ступора я фыркаю, дескать, не задавай глупых вопросов и, едва удерживаюсь, чтоб не отвесить ему шуточную затрещину. Пафосу-то, пафосу!

В ярком свете кухни я, наконец, смогла рассмотреть худое измученное лицо Мартина. Было странное ощущение, что если он не перенес тяжелую болезнь, то был явно вымотан. Девочка на его руках выглядела не столь плачевно, но тоже была уставшей.

– Это моя дочь Габриэла. Габи. Ей почти пять, – представил девочку Мартин. Стоило мне наклониться поближе к крохе, чтобы поздороваться, как мужчина выдал новую порцию информации: – Она не разговаривает, Лиза. Всё слышит, всё понимает, но молчит. Я тебе потом расскажу, хорошо?

– Меня зовут Лиза, – всё-таки обращаюсь к девочке, – другие ребята зовут меня леди Ли. У нас тут много детей, тебе будет с кем поиграть. Молока хочешь? А печенье?

Девочка не отвечала, не кивала и никак иначе не выражала своего отношения к происходящему. Габриэла была похожа на маленькую фарфоровую куколку – такая же красивая и такая же бледная. От блондинистого папы ей достался только высокий лоб и породистый носик.

Сброшенный плащ открыл добротное, но унылое платьишко и курточку, не совсем соответствующую погоде. Все, слава богам, было сухим, ведь у плаща была непромокаемая подкладка, что уберегла парочку от непогоды.

Не теряя времени, Мартин принялся сушить верхнюю одежду уже знакомым мне заклинанием. Я в свое время четко уяснила, что с вполне себе безобидным заклинанием шутки плохи и сушить одежду не снимая – процедура не самая приятная, и таит в себе опасность. Либо перегреешь и схлопочешь ожог, либо наоборот и тогда получишь ощущения, как от холодного тумана, рискуя заболеть. Именно поэтому я осмеливалась подсушивать непосредственно на себе разве что подол длинного платья.

– Мартин, вы будете сначала кушать, а потом мыться-греться, или наоборот?

– Мы бы поели, – отозвался мужчина, заплетая волосы дочери, что ерзала и не могла спокойно усидеть на коленях отца. – А мерзнуть мы не мерзли, я все-таки маг огня.

Запеканку, оставшуюся от ужина, предлагать голодному мужчине после длительного путешествия было как-то несерьезно, именно поэтому я залезла в экстренный запас полуфабрикатов. Чтобы не греметь сковородками и не потревожить домашних, разогрела поздний ужин с помощью магии. Габи безразлично позволила мне забрать ее с рук у отца, но от кормления отказалась, охотно съев котлету самостоятельно.

– Она хочет еще, – пробормотал Мартин, активно опустошая тарелку, сидя напротив.

Хм, значит, девочка все-таки умеет выражать свои желания вербально? А мне, было, показалось, что у крохи аутизм. Но раз умеет общаться, то в нашей болтливой среде может и заговорить, хотя стоило бы разобраться в причинах такого отклонения.

Отец и дочь разомлели от еды и тепла.

– Сейчас принесу вам пижамы. Душевые у нас теперь там, – я указала на дверь в банную пристройку. – Габи могу искупать наверху, в ванной.

– Давай мы оба – наверху. Она может расплакаться без меня.

Спустя полчаса отец и дочь с комфортом устроились в бывшей комнате Лиены и Диего, ныне пустующей. Малышка Габи, устав после купания, быстро заснула, едва коснувшись головой мягкой подушки. Я поспешила закрыть за собой дверь, чтобы дать отдохнуть и ее папе, но была остановлена.

– Давай поговорим, Лиза, завтра будет труднее.

Я лишь надеялась, что весь спектр предвкушающих эмоций не отразился на моём лице – вопросы к нежданному гостю росли в геометрической прогрессии. А разумной идее отложить разговор на следующий день воспротивилось пресловутое женское любопытство, которое стучало в висках словно дятел по темечку.

На первый взгляд, всё оказалось до банальности просто: мужчина пришел с просьбой присматривать за девочкой в то время, пока он на службе, так как по сей день числился он в местном Теневом ведомстве.

– А как же твоя служба в столице?

– Ты же в курсе, что меня намеренно отправили подальше отсюда, чтобы под ногами не мешался? – я согласно кивнула, вспоминая неприятные события с Матильдой и Дереком. – Ну а сейчас, после расследования, меня вновь вернули. В столице в ближайшее время служить не получится: конкуренция огромная, а у меня за плечами немало промахов, которых вполне хватает для увольнения с волчьим билетом.

– Логично. Как говорится, в большой семье клювом не щелкай.

– Ну, я прощелкал всё, что можно было.

– Тем не менее, благодаря промахам ты оказался в нужном месте и в нужное время. Мой сын жив и здоров только благодаря тебе. А что с твоей девочкой, Мартин? И где ее мама? – уже задавая вопрос и наблюдая за молниеносной сменой настроения мужчины стало понятно, что ступила я на тонкий и весьма хрупкий лед.

– Погибла почти три года назад. Мы познакомились на службе, она была проклятийником со слабым даром, но вот как ищейке – равных ей не было. Легко, даже по остаточным следам, находила авторов насланных проклятий. А как забеременела – уволилась и занималась исключительно дочерью. Я был на задании, когда получил сигнал помощи, но ворвавшись в дом, обнаружил лишь два трупа – Меланьи и молодой няни. Дочь нашел в чулане – Меланья пыталась её спрятать и, видимо, приказала, молчать. Никто не понял, как так вышло, но целители единодушно сообщили, что каким-то образом в запрет вплелось проклятье – возможно, жена была слишком напугана и не контролировала свой дар, а в итоге прокляла нашу дочь. Габи не приходила в себя неделю, а когда очнулась – это был уже совсем другой ребенок. В то время она уже сносно лопотала и вдруг замолчала. Знаешь, Лиза, она даже плачет беззвучно.

Я была так сильно потрясена откровением, что потребовалось некоторое время на усвоение новой шокирующей информации. Какой ужас! Такое пережить – руки бы на себя не наложить, а приложиться к рюмке – меньшая из проблем. Вспомнилась мне наша первая встреча… и так стыдно стало, словами не передать.

– Мне очень жаль, Мартин, что горе постучалось в твой дом. Вы нашли напавших? – интересуюсь шепотом, не желая испортить или как-то нарушить атмосферу доверия.

– К сожалению, мне так и не удалось выяснить, кто напал на мою семью и с какой целью, – ладони мужчины, осторожно перебирающие край одеяла, вмиг сжались в кулаки. Послышался треск ткани, на котором я не стала акцентировать внимание. – Эксперты выявили, что в доме была остаточные следы запрещенной магии, а куда она ведет… расследование заглохло через несколько месяцев.

И вновь, очередное подтверждение, что репутация у Теневых служб несколько завышена, а возложенные на них ожидания не оправдываются. Магия не только улучшила методы сыска, но и позволила преступникам подняться на новый уровень.

Мне так хотелось помочь, утешить мужчину, но что я могла? Подойти и обнять покрепче? В моем мире это восприняли бы нормально, как нечто обыденное, а тут? Примет ли такую вольность маг и воин? Чужая душа потемки, так что свои порывы пришлось усмирить.

– Разве нельзя снять проклятие с ребенка?

– Целители пытались помочь. Даже начальник воспользовался связями, чтобы вылечить мою дочь, пригласив сильного специалиста. Но проклятие так и не сняли, якобы предсмертные проклятия самые сильные. Я в этом плохо разбираюсь, но Габи так и не стала прежней. Вроде бы все понимает, но молчит. Пока шло расследование, пока лечили дочь, я держался. Неудача следовала за неудачей, провал за провалом и в итоге я сорвался. Ты видела, до чего докатился в своей жалости к себе. Из Королевских Теней меня разжаловали до Теневика и сослали в этот медвежий угол, чтоб не мозолил глаза. Дочь на тот момент осталась при целительском монастыре – моя последняя неоправдавшаяся надежда. Хоть говорить она так и не начала, но в остальном проблем нет. А когда появилась ты, в меня как молния ударила…

Каюсь, но тут я не смогла сдержать широкую улыбку. Уж слишким ярким было воспоминание.

– Это была не молния, а всего лишь колодезная вода.

– Клянусь, твои глаза метали самые настоящие молнии в тот момент, а в сочетании с холодной водой… в общем, шандарахнуло меня тогда хорошо. А потом Шон и твоё беспокойство за отказника. Одно за другим и жизнь закрутилась, словно вихри торнадо. Вместе с трезвостью пришли воспоминания, а с ними и осознание, что я своими руками вычеркнул из жизни два года. Всё это время Габи провела с чужими людьми и, пожалуй, только благодаря няням не забыла, что где-то у неё есть безалаберный и безответственный отец.

Мужчина взъерошил волосы, пересел на кровать со спящей девочкой, накрыв своей огромной ладонью её маленький кулачок. Была в этом незатейливом жесте какая-то щемящая сердце нежность.

– Я, наконец, смирился, что целители бессильны и чуда не случится, а значит, и в нашей разлуке больше нет смысла. Жена бы меня прокляла тысячу раз, узнай, как я обошелся с нашей принцессой. Всё это время я пытался наладить жизнь в столице – сперва жил при монастыре, давая дочери время привыкнуть ко мне, а затем нанимал няню за няней, чтобы присматривали за ней в моё отсутствие. А няни через непродолжительное время буквально сбегали – дочурка переняла дар от матери и, судя по всему, каким-то образом воздействует на неугодных окружающих. Поймать на горячем мне её не удалось, но вывод напрашивается сам собой. А с моей работой никогда не знаешь, когда вернешься домой и в каком состоянии – иной раз сил хватает только на то, чтобы добраться до кровати и уснуть не раздеваясь. Хочу быть уверенным, что она в безопасности и в надежных руках, пока я на работе. И вот я тут.

– Ты спас моего ребенка, а я присмотрю за твоим. Можешь быть уверен, тут она в безопасности, да и скучать ей не придётся. Только как быть с её способностями?

– На что-то серьёзное она не способна, разве что по мелочи. Я поговорю с ней, – как-то маловато уверенности было в мужских заверениях. – Попытаюсь точно. Ты уверена, что Габи не помешает? Жить-то мы будем в деревне – это сейчас я в неподготовленный дом не сунулся, но всё же…

– Мартин, у меня в доме два старика с военным прошлым, шесть женщин, трем из которых нет двадцати и сорок пять детей со своими тараканами. Одним больше, одним меньше – никакой роли не сыграет. Мы за это время преступников поймали, на деревенских управу нашли, ядовитых змей ловили, с дриадами встречались, даже торговлю запустили, а ты думаешь, вот эта спящая куколка мне доставит какие-то особенные хлопоты? К тому же ты помогал мне делать первые шаги в этом мире, и сейчас моя очередь отплатить тебе добром.

На этом интересном моменте мой организм взбунтовался, я раззевалась и мы дружно спохватились, что пора спать. Ночь перевалила за середину, а мы всё лясы точим. Пожелав Мартину спокойной ночи и наказав выспаться, я покинула комнату, тихо притворив за спиной дверь. Перед сном в голове промелькнула лишь одна мысль – на фоне чужого горя, собственные проблемы как-то сжались до размера мелких неурядиц. И раз Ричард не выходит на связь – возьму и позвоню сама. В конце-то концов, я женщина двадцать первого века, а не изнеженная барышня средневековья!

Глава 9

Утро наступило мучительно быстро и до обидного рано. Внутренний биологический будильник провозгласил, что нечего было среди ночи молоко хлебать в сомнительной компании.

Тихо забрать Габи из их с Мартином спальни мне не удалось. Отец и дочь уже проснулись, хотя судя по зевающему мужчине было понятно, что проснулась только девочка, а заодно и отца подняла ни свет ни заря. Ещё было так рано, что из всех домочадцев на ногах были только кухонные работники – Васила и ее подопечные. Чуть позже к ним подтянутся дежурные, что ещё наслаждались крепким сном.

Прежде чем внедрять Габи в детский коллектив, а Мартина завалить вопросами, было бы неплохо раздобыть для девочки молока со свежей сдобой и кофе для нас.

– Всем доброе утро! – десять девчонок слаженно произносят «Здравствуйте, леди управляющая!» и принимаются с интересом изучать вытянувшуюся физиономию гостя. – Васила, ты помнишь Мартина? А это его доченька, Габриэла, – представила я гостей, – Мартин, Васила теперь королева кухонного царства. А это её юные принцессы, – указала я на смущенных помощниц.

Габи удивленно смотрела на окружающих, в то время как Мартин сканировал пристальным взглядом преобразившуюся кухню.

– Обалдеть, – выдал он наконец, подцепленное у меня словечко, – расширенное пространство! Как я мог вчера не заметить?

Девочки захихикали. Они обожали свою новую вотчину и гордились, что находятся «при кухне».

– Здравствуйте, Мартин. Давно вы к нам не заглядывали, – подошедшая Васила, уверенно взяла Габи из рук отца и кивнула мне в сторону кофейной плиты, мол чего тянешь, иди, вари кофе на всех. По факту, кроме меня и Коркариша кофейное мастерство никто так и не освоил и стыдно признаться, но ребенок уже обогнал меня по всем фронтам. Надо решить вопрос с продвижением напитка. Возможно, вместе с обедами?

Пока я возилась с кофейными зернами, Габи и Васила выбирали выпечку к раннему завтраку. Провозилась я недолго, так как большинство предпочитали привычные травяные сборы Рады.

А после легкого перекуса и короткой беседы была экскурсия по дому и его окрестностям. Только в теплицу заходить не стала, оставив этот райский уголок для детских похвастушек. А вот на чердак заглянули, который вот-вот превратиться в место для проведения досуга, постепенно приближаясь к намеченной цели – детской комнате. Крадучись, стараясь не потревожить сладкий сон детишек, мы с Габи устроились в мягком уголке среди игрушек. Похоже, я зря напридумывала себе всяких ужасов про девочку. Игрушками интересуется, играет аккуратно, тряпичного зайца погладила по надорванному уху – пожалела. Яркие картинки на стенах разглядывает с интересом. Нормальный ребенок с нормальными реакциями, а значит, все поправимо. Ребятня начала просыпаться, когда в комнате появилась Мей. Увлеченная куклой Габи нового человека внимания не обратила, зато проснувшийся Алик новенькую заметил сразу. Сполз с кроватки, дотопал без тапок до Габи, присел на корточки, заглянул ей в глазки, потрогал темненькие вьющиеся прядки и выдал:

– Плинцесса. Класивая. А как тебя зовут? Меня зовут Алик, а это Тута, – мотнул он головой в сторону усевшейся в кроватке девчушки. – А остальные еще спят. Сейчас Мей всех лазбудит.

Габи беспомощно заозиралась, ища папу.

– Доброе утро, Алик. Тута, привет, – поздоровалась я шепотом. – Это Габриэла, – я уселась на мягкий коврик по-турецки и притянула к себе подошедшую Туту. Эта девочка была самой проказливой. – И Габриэла и в самом деле принцесса. Она не разговаривает, потому что ее заколдовали.

– Как в сказке? – малыш сочувствующе вздохнул, пожалев новую знакомую. – А Габли… эла… Эла тепель будет наша?

– Конечно, наша. А ещё папина, – я осторожно указала на Мартина рукой, привлекая детское внимание.

– Габриэлу можно называть Габи, – поведал любопытной малышне Мартин, осторожно устраиваясь на полу рядом с нами.

– Она твоя? – требовательно спросила Тута.

– Да, Габи моя.

– А когда ты ее расколдуесь? – Алик действительно взволнован происходящим, с легкостью поверив в злых колдунов, которые так часто описывали в детских книжках.

– Колдовство очень сильное, так что нам нужно время, чтобы найти нужное заклинание. Вы присмотрите за Габи, пока мы с её папой будем искать лекарство?

Дети одновременно кивнули, вызвав у Мартина вздох облегчения. Да и я тоже переживала, что девочку могут не принять в сложившемся коллективе малышей. Мейала новость о пополнении в ее детском саду приняла на удивление спокойно, обещая присмотреть за малышкой, позволяя нам с Мартином покинуть детское царство и заняться своими делами.

В целом появлению в доме Мартина обрадовались, так как знали его практически все присутствующие, если не считать мастера Гевина. Да и уважали мага, чего уж там, по большей части за неравнодушие к случившемуся с Шоном. Но не все было так радужно… Стоило ему озвучить, что жить он собирается в своем домике на окраине Яблоневки, как в Лиену и Василу словно бес вселился. Васила, может, и не местная, поэтому не всё знает, а вот Лиене хорошо известно, где жил Мартин последние годы и в каких условиях. Ладно бы сам, и черт с ним, со здоровым мужиком, но притащить туда ребенка?! Они зашипели на бедолагу как кошки защищающие котят. Дескать, сам живи, как хочешь, а ребенка в ту хибару они не отдадут! Ишь что удумал, ребенок даже пожаловаться не может! Сегодня же, вот прямо сейчас надо идти и смотреть в каком состоянии дом! От такого напора обалдел не только Мартин, но и остальные мужики, да и я тоже прифигела и осмотрительно решила придержать свой язык, боясь ненароком попасть под раздачу. Про разваливающийся домишко даже не вспомнила, а ведь была у Мартина и видела печальную картину. Вот стыдоба. Угомонил всех мудрый дедусь:

– Домик там крепкий, только заброшенный. Крышу где поправить и просушить, забор упавший восстановить, да мебель подлатать. Тряпок опять же надо, простыни там, одеяла. Мы сейчас пойдем и посмотрим с Диего. Обогревательных камней с собой возьмем, ты уж, леди управляющая, расщедрись, для дела всё ж. Магией так не просушишь, – отмахивается от самоуверенного предложения Мартина, прогреть дом самому, – надо потихоньку, ласково, чтоб древесину не повело, а то полы-двери-рамы покоробит, или не дай боги, растрескаются.

Мудрые и строгие женщины успокоились лишь после того, как было решено собрать команду с целью восстановления хибары до уровня жилого помещения. Фыркнув напоследок и гордо задрав носы, женщины покинули поле битвы победительницами – одна отправилась в королевство кастрюль и поварешек, вторая в царство зверей, где она была главным укротителем.

Беатрис и Девис припозднились, Мартина и Ульха уже не застают. Кулинарный конкурс позади, а воз с проектом обедов навынос и ныне там, где и был неделю назад. Девис ушел в столярку к Гевину, а я с Беатрис и Василой все-таки приступаем к планированию акции. Прежде чем влезать в кабалу с приобретением недвижимости, хотелось бы проверить идею в деле. Будет ли она иметь успех? Начать продавать обеды для Теней можно пока и отсюда, пусть этот процесс и сопряжен с некоторыми ограничениями. Но всяко лучше, чем купить дом, настроить портал, потратить кучу денег и выяснить, что идея провальная. Для себя я могу домик купить и в небольшом городке – так даже лучше, а если уж в столице, то только с целью развития бизнеса. Мои соратницы установили мне дедлайн на решение проблемы с упаковкой, ибо в нее упирается вся стратегия. Беатрис планировала закупку мяса по деревням, а Васила сетовала, что нет возможности кормить мужиков супами и похлебками. Сытно, вкусно, дешево, но как доставить? Не с кастрюлями же через портал скакать. Пока план был примитивно прост: все вторые блюда, запеканки и десерты, которые идут на наш стол, готовятся с избытком. Избыток убирается в стазис и ждет своего часа. Если с одноразовой упаковкой вопрос не решится, то отправим как и раньше, в коробах и ребята сами позаботятся о сохранности, маги чай и не слабые. Я прикинула нагрузку на девчонок и Василу, которая и так, на мой взгляд, была запредельной. Накорми пятьдесят ртов да по три раза в день! На наш совет был призван мастер Гевин. Вот уж кто виртуозно умеет организовать созидательную деятельность. Мастер подумал-подумал, начертил какие-то схемы на листе, вырванном из моего блокнота, и объявил, что введет еще одно кухонное дежурство. Парням тоже надо уметь приготовить себе еду. Пусть и примитивно простую. Так сказать, подготовка к холостяцкой жизни. Будут на подхвате у девчат, заодно и научатся чему. Места предостаточно, а если дежурства чередовать, то даже дополнительное оборудование не понадобится. И пусть практикуются на пользу себе и общему делу. Уж кусок мяса пожарить, сварить и потолочь картошку, сделать что-то еще, простое и сытное они уметь должны. Таким образом, сократится время на однотипную малоквалифицированную работу у девочек. Закончилось наше совещание на том, что Васила и Гевин принялись планировать расположение дополнительных рабочих мест и график дежурств.

Вечер прошел в штатном режиме. В почтовой шкатулке нашлось очередное милое послание от бабушки, первые весточки от претендентов на роль учителей и официальный конверт с эмблемой гильдии поваров и кулинаров. Наконец-то! Королевский приют получил что-то вроде сертификата, свидетельствующего о нашем призовом месте в городском конкурсе. А помимо ничего незначащей памятной бумажки дали и право участвовать в любых аналогичных конкурсах без рекомендаций, отныне достаточно подать заявку в установленные сроки. Ближайший такой конкурс будет приурочен к Новому году, а уведомления о сроках проведения мероприятия гильдия будет рассылать самостоятельно. Что ж, неплохо. Нужно будет заказать у наших мастеров рамочку для сертификата, чтобы в дальнейшем повесить документ на кухне, на радость и гордость участников.

А ночью я чуть было не схлопотала инфаркт – в спальню кто-то пробрался, напугав меня до заикания.

– Какого черта! – взвилась, подскакивая с кровати, как только ощутила чужое прикосновение сквозь сон. В следующую секунду я уже пускаю воздушный поток туда, где был посторонний, надеясь уйти от опасности. Слышится характерный «бряк» ударившегося тела о стену и протяжный стон боли, в котором я узнаю мужчину, динамившего меня последнюю неделю.

– Ричард? Ричард! – включив прикроватный светильник с неким удовлетворением разглядываю сидящего у стены без вести пропавшего. Живой! А я себе уже напридумывала бог знает что за то время, что он не давал знать о себе. – Ты с ума сошел так меня пугать?!

– Извини, родная! Не думал, что ты проснёшься.

– Я слишком давно сплю одна, чтобы не заметить присутствие постороннего, – добавила в голос ехидные и язвительные нотки, желая донести до этого чурбана свою обиду, не прибегая к откровенным обвинениям. – И неплохо было бы предупреждать о своих визитах.

– Составим расписание? – съязвил полушутя Ричард, поднимаясь на ноги и пытаясь разрядить обстановку. Но вместо этого лишь подпитал моё раздражение. – Тебе письма на почту отправлять?

– Да хватило бы и одного звонка! Я звонила несколько раз, у тебя рука отсохла бы ответить мне и сообщить, что жив-здоров? Где ты пропадал?

– Хорошо-хорошо, я понял. Давай не будем ругаться, – Ричард стремительно оказался близко и, воспользовавшись моментом, заключил в объятия. – Лиза, я просто не привык кого-то держать в курсе своих передвижений… но твои переживания мне очень приятны. А связаться с тобой возможности не было, проводили операцию в соседнем городке в режиме «полной тишины». Как закончили, сразу отправился сюда.

Заглянув в глаза Ричарда, я утонула в невероятной нежности и звериной тоске, и всю обиду смыло словно рисунок на песке морской волной.

– Не пропадай так больше, – тихо шепчу, несколько смущенная своим поведением и взбудораженная его словами. – Раздевайся, тебе нужно отдохнуть. Утром опять на службу?

– Мне тоже не хочется так быстро тебя покидать, но выбора нет. Поэтому я намерен насладиться каждой минутой в твоём обществе. Я так скучал…

Ричард осторожно отодвинул прядь моих волос, заставив сердце забиться в бешеном ритме. Во взгляде мелькнула нежность, и не удержавшись, я первая потянулась к желанным губам.

Когда страсть схлынула, мы лежали лицом друг к другу, наслаждаясь тишиной. Пользуясь удобным случаем, я внимательно изучала каждую черточку мужского лица. Отчего-то это казалось важным. Настолько мне было комфортно и хорошо, что хотелось растянуть этот момент покоя на бесконечно длительное время. Чуть нахмурившийся, словно что-то обдумывая, Ричард казался особенно красивым.

– Через пару недель у меня появятся несколько свободных дней, которые я бы хотел провести вместе с тобой на берегу моря Ашалуса. Что скажешь?

– Это свидание?

– Только мы вдвоём, теплый прибрежный городок, лазурный Ашалус, морская кухня и танцы. Да, это будет свидание. Заберу тебя на два дня, приют не развалится за это время, а тебе следует отдохнуть.

– Звучит восхитительно… – протянула я, а потом кокетливо закончила: – я подумаю.

И громко расхохоталась, когда мужчина, недовольный ответом, резко притянул меня к себе с целью переубедить всеми доступными способами. Впрочем, вскоре стало не до смеха.

Рассвет мы встречали сидя в обнимку на кровати, не желая тратить драгоценное время на сон. В один момент мне в голову ударила странная идея поближе познакомиться с Мишкой. Наверное, на меня этот импринтинг тоже действует, потому что никакого когнитивного диссонанса я не ощущала, более того, наличие Мишки радовало.

– А покажите-ка мне лапку, мальчики, пожалуйста, – попросила я, добавив в голос обольстительных ноток.

Рич на мгновение застыл от такой просьбы.

– Уверена?

– Ага, рассмотрю как следует и не буду больше пугаться, – зря я это сказала, не надо было напоминать, как я свалилась в портал бандитов, шарахнувшись от лапы Ричарда.

Я всей кожей ощутила, как напрягся мужчина и сколь неприятно Ричарду это упоминание. Надо исправлять. Я взяла его ладонь в свои, раскрыла, сделала легкий массаж и потерлась об нее щекой.

– Мишка?

И Ричард выполнил глупую женскую прихоть. Прямо под моими цепкими пальчиками рука мужчины стала покрываться черно-бурой шерстью, увеличиваться в размерах и менять форму. На мгновение меня сковал страх, но уже через секунду я взяла себя в руки и даже восхитилась.

– Вот это маникюр! – Ричард тихо засмеялся.

– Ты сумасшедшая, Лизка. Не представляю, кого ещё медвежьи когти могут привести в такой восторг.

Острым, как лезвия, когтям позавидовал бы сам Росомаха! Сравнила ладони, впечатлилась разницей в размерах, прикинула каких бы габаритов был зверь, умей мужчина полностью оборачиваться и подзависла. Думать, что там внутри сидит зверушка – это одно, а когда перед тобой наглядные факты… Но пока у меня не было ни единой причины бояться, поэтому пришла к выводу, что повезло не только мультяшной Маше.

Лапа вновь стала обычной рукой, что в мгновение ока сграбастала меня в сладкие объятия, не встретив никакого сопротивления.

В какой-то момент я всё же задремала, а утром о визите Ричарда напоминал лишь посвежевший букетик земляники, начавший хиреть без магической подпитки. Этот трогательный знак внимания лишний раз показал мне, как хорошо Медведь меня понимает. Ювелирное совершенство порадовало бы меня куда меньше.