Текст книги ""Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Михаил Ежов

Соавторы: Владимир Прягин,Женя Юркина,Виктор Глебов,Андрей Федин,Феликс Кресс,Лада Кутузова,Сергей Голдерин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 341 (всего у книги 350 страниц)

– В «Цивилизацию»? – переспросил я. – В седьмую?

Мичурин пожал плечами.

– В обыкновенную, – сказал он. – Там на самом деле ничего сложного нет. Я тебе вкратце всё объясню. Быстро врубишься. Я так думаю. К утру за уши тебя от компа не оттащим. Точно тебе говорю. Сам такое испытал. Когда играл в первый раз.

Василий зевнул.

Он встал с лавки, посмотрел на меня сверху вниз и спросил:

– Как себя чувствуешь?

– Нормально, – ответил я.

– Ладно, – произнёс Мичурин. – Тогда я ложусь спать. Если понадоблюсь – разбуди.

Вася прошёл через комнату и завалился на ближайшую к выходу кровать поверх покрывала. Он снова громко зевнул и отвернулся лицом к стене. Я тоже улёгся на кровать, посмотрел на потолок. Решил, что самое время проверить функционал игры.

На фоне исчерченного тонкими трещинами потолка я не заметил ни одной иконки. Испробовал все известные мне команды вызова интерфейса. Уже почти задремал, когда игра всё же откликнулась. Сонливость тут же исчезла.

Я увидел перед глазами надписи:

Носитель: Максим Александрович Клыков, 20 лет, 1 уровень

Текущий статус: студент

Нераспределённые очки способностей: 1

Я пошарил глазами по потолку, но никаких других подсказок от игры там не нашёл. Снова прочёл застывшие в воздухе слова. Вновь подумал о том, что разработчики игры явно сэкономили на шрифтах.

Отметил в надписях три неточности. Фамилия «носителя» была не моя. Возраст тоже моему возрасту не соответствовал: мне уже исполнилось двадцать четыре года. Да и статус «студент»…

Я прекрасно помнил, что почти месяц назад получил диплом Санкт-Петербургского горного университета. Поэтому статут «студент» явно устарел. Я сейчас был «временно безработным».

Мелькнувшая в голове мысль заставила меня встать с кровати. Я прошёлся к замеченному на стене у выхода из комнаты овальному зеркалу. Посмотрел на своё отражение, невольно хмыкнул.

Произнёс:

– Ага…

В разукрашенном многочисленными отпечатками пальцев зеркале отражался не я. Из зеркала на меня смотрел незнакомый молодой мужчина, лет… двадцати. Худощавый, с овальным лицом и коротко остриженными русыми волосами.

«Аватар», – промелькнула у меня в голове догадка. В эту игру не оцифровали мою настоящую внешность, понял я. Меня заменили аватаром. Который на вид был действительно помладше меня. Но чуть выше и немного шире в плечах.

Я придирчиво рассмотрел в зеркале свою «игровую» внешность. Отметил, что игровой «я» не обладал моей мускулатурой (я полтора года в Питере посещал фитнес клуб). Но хлюпиком не выглядел: жилистый, с рельефной мускулатурой.

Я опустил край футболки, налюбовавшись на кубики своего нынешнего пресса (у настоящего меня они не выделались столь же отчётливо). Рассмотрел нос с горбинкой, карие глаза и изогнутые в ироничной ухмылке тонкие губы.

Пришёл к выводу, что игра наделила меня неплохой внешностью: не лучше и не хуже моей настоящей. Я вернулся к стоявшей у окна кровати, вспомнил о своём игровом статусе. Вытащил из-под кровати чёрную сумку из кожзама.

Сумка была моим игровым имуществом. Это я понял, когда отыскал в ней паспорт. В паспорте красовалась фотография моего аватара. Но не она привлекла моё внимание, а обложка самого документа.

На паспорте красовалась надпись: СССР и герб Советского Союза. Я озадаченно хмыкнул. Обнаружил, что мой аватар (по документам) был тысяча девятьсот семьдесят пятого года рождения.

Тут же подсчитал: семьдесят пятый год… плюс двадцать лет. Поднял взгляд на календарь с изображением одетой лишь в купальник симпатичной блондинки, что висел в комнате на стене. Там красовалась надпись: «1995 год».

Я пролистнул страницы в паспорте до печатей с пропиской. Увидел, что Максим Александрович Клыков выписан из города Апатиты. Зарегистрирован в Москве по адресу «ул. Студенческая д.33 корп.1» сроком на четыре года.

Срок московской регистрации истекал в июле тысяча девятьсот девяносто девятого года. Я снова посмотрел на календарь. Растерянно. Потому что заподозрил ужасную вещь: я снова был первокурсником.

– Да ладно… – пробормотал я. – Какой первокурсник в двадцать лет?

Выудил из сумки ещё один документ: военный билет. Из которого узнал, что Максим Александрович Клыков прошёл срочную службу в рядах вооружённых сил РФ. В тысяча девятьсот девяносто пятом году он уволен в запас в звании «сержант».

Я невольно подумал о том, что Клыков «пошёл по моим стопам»: я тоже отслужил перед поступлением в универ. Решил, что «отдам долг родине» до того, как стану семейным человеком. Вот только женой и детьми за время учёбы так и не обзавёлся.

«Это что ж получается? – подумал я. – Стартовые условия: двадцать лет, студент, первокурсник, девяносто пятый год… Москва. С жанром игры пока не очень ясно. РПГ? Тут есть магия? Где мои очки характеристик?»

Я снова вызвал в пространство перед собой все предоставленные мне игрой сведения о моём персонаже. Отметил, что ни активных, ни пассивных способностей у меня пока нет. Зато было одно нераспределённое очко способности.

Эта единичка говорила о том, что развитие моего персонажа всё же будет. Я тут же прикинул, кем хочу играть. Рогой? Танком? Лучником? Решил, что в данных условиях мне интересно развить магию.

Я пристально посмотрел на выделенную мне игрой за повышение уровня «единичку». Прикинул, как именно и куда её пристрою. Испробовал с десяток команд: потребовал, чтобы игра предоставила мне список доступных умений.

Всё же добился результата: надписи перед моими глазами сменились вопросом:

Распределить очки способностей?

Да/Нет

Я улыбнулся, потёр ладонь о ладонь в предвкушении интересного поворота событий. Бросил паспорт и военник в карман сумки. Улёгся на кровать: помнил, как потемнело у меня в глазах при повышении уровня.

– Давай попробуем, – пробормотал я.

Выждал десяток секунд – список доступных мне способностей не увидел.

«Да! – мысленно произнёс я. – Хочу».

Свет перед моими глазами погас. Стихли доносившиеся из-за окна птичьи голоса. Но пульсация крови в висах не исчезла.

На фоне черноты появились слова:

Распределение очков способностей

Исследуется психотип носителя…

Глава 2

Я не понял, сколько пролежал в темноте. Хотя кровь в висках упрямо отсчитывала секунды. Я рассматривал висевшие перед глазами надписи, затаив дыхание.

Надписи исчезли. Внезапно. Словно их стёрли командой «удалить всё».

Темнота рассеялась. Я снова увидел перед собой покрытый трещинами потолок, услышал щебетание птиц за окном и похрапывание Василия Мичурина.

На фоне потолка появилась напечатанная уже привычным для меня золотистым шрифтом фраза:

Получена активная способность: Зубрила, 1 уровень

Надпись мигнула и растаяла.

«Зубрила?» – мысленно переспросил я.

Будто не поверил своим глазам.

Я тут же вызвал всю доступную информацию о своём персонаже. Увидел, что в графе активных способностей появилась первая запись. Убедился, что зрение меня не обмануло.

«Студент со способностью „Зубрила“, – подумал я. – Превосходно. Начинаю с самых низов».

Я снова поискал на потолке скрытые иконки игрового интерфейса – под какофонию из чириканья птиц и храпа соседа по комнате. Потратил на это примерно пять минут. Кроме уже известных мне сведений ничего нового не обнаружил… почти.

При пристальном внимании к надписи «Зубрила» поочерёдно появились два вопроса.

Первый:

Активировать способность?

Срок действия: 10 секунд

Да/Нет

Я мысленно произнёс: «Нет».

Игра тут же задала мне второй вопрос:

Добавить фразу для быстрой голосовой активации способности?

Да/Нет

На этот раз я с ответом не поспешил. Послушал, как заливался соловьём Василий Мичурин. Понаблюдал за тем, как гонялись друг за другом по оклеенной засаленными бежевыми обоями стене мелкие таракашки.

– Да, – тихо произнёс я.

Надпись поблекла и будто бы нехотя растворилась в воздухе.

На её месте засветилась другая:

Назовите фразу для быстрой голосовой активации

– Алирбуз, – сказал я.

Три секунды игра ожидала, что я одумаюсь.

Затем уточнила:

Фраза для быстрой голосовой активации способности «Зубрила, 1 уровень»:

Алирбуз

Да/Нет

– Да.

Игра меня тут же заверила:

Фраза для быстрой голосовой активации способности «Зубрила, 1 уровень» добавлена

Надпись провисела у меня перед глазами две секунды и исчезла.

Я вздохнул и пробормотал:

– Итак, что мы имеем…

Я пробежался взглядом по комнате. Отметил, что зрение у меня хорошее. Потому что я видел каждое жирное пятно на стенах, каждого спешившего по своим делам таракана. Графика в игре была превосходная. Никаких пикселей. Я бы не подумал, что находился в виртуальной реальности, если бы не всплывавшие перед глазами надписи.

Я в очередной раз задержал взгляд на чёрном бюстгальтере, который красовался над дверью, будто завидный трофей. Подумал о том, что его бывшая владелица обладала как минимум третьим размером груди. Отметил, что женский аксессуар прибит к стене (распят) не иначе как металлическими дюбелями – заметил блеск шляпок сантиметрового диаметра.

Решил, что бюстгальтер над дверью – главная достопримечательность этой комнаты. Вспомнил, как Василий упомянул: я нахожусь в общежитии Московского физико-механического университета. Длинный коридор с множеством дверей, тесная комнатушка. Я допустил, что моей стартовой локацией действительно стало студенческое общежитие.

«Не самая лучшая общага», – подумал я. Потому что теперь рассмотрел то, от чего меня поначалу отвлекли тараканы и бюстгальтер. Мебель в комнате, где я сейчас лежал, выглядела древней и потрепанной, словно служила уже не первому и даже не третьему поколению студентов. Да и сама комната, словно умоляла об уборке, а лучше: о ремонте.

Я снова огляделся и подытожил. Стартовая локация находилась в общаге. Это… почти наверняка. А вот о том, что это общежитие московское – я знал пока лишь со слов Василия. Прописка в паспорте моего персонажа тоже была московская. Гражданство российское. Ещё я предположил, что события игры происходили в прошлом: в тысяча девятьсот девяносто пятом году.

Тут же прикинул, что в том году мои родители ещё учились в школе. Причём, в разных городах. В Костомукшу они переехали, когда мама уже забеременела мной. Поэтому самого себя я в этой игре точно не встречу. Даже если… нахожусь не в виртуальной реальности, а очутился в реальном прошлом. Такой вариант я тоже допустил, когда вспомнил о головной боли.

Приподнялся, пошарил взглядом по столу. Дёрнулся было к замеченному на столешнице кухонному ножу. Заметил замершего на его рукояти таракана и передумал. Слез с кровати и прогулялся к настенному зеркалу: вспомнил, что видел там дешёвую китайскую зажигалку. Память меня не подвела. Хотя к зеркалу я в прошлый раз подходил ещё до того, как стал зубрилой.

Взял зажигалку в руки, почти минуту пристально её разглядывал – ждал игровые подсказки. Но игра меня не порадовала. Не подсветила название предмета, его характеристики и степень износа. Вполне реальная на вид и на ощупь зажигалка осталась без игровых пометок. Я подумал, что следивший за мной с края полки таракан покрутил бы пальцем у виска, если бы смог.

Я крутанул колёсико зажигалки – вверх к моему лицу взметнулся длинный язык огня и едва не опалил мне брови. Я отклонился, уменьшил высоту пламени. Поднёс пламя к своей ладони. Тут же одёрнул руку и выругался. Затем уже сознательно обозвал создателей игры придурками. Потому что боль в этой игре была самой настоящей, как и след от ожога на моей ладони.

Я слюной смочил покраснение на руке. Подумал о том, что лучше бы получил от игры способность заживлять раны: в этой игре она будет явно не лишней. Бросил взгляд на храпевшего лицом к стене Мичурина, снова повернулся к зеркалу. Взглянул на своё отражение – мой аватар выглядел слегка растерянным и недовольным. Я вернулся к стоявшей у окна кровати.

Снова присел около сумки, внимательно исследовал её содержимое. Признал, что очутился в игре не «с голым задом» – одежда в сумке была. Вот только выглядели эти вещи, как купленные в магазине «Шок-цена». Причём, купленные лет пять назад и все эти годы активно бывшие в употреблении. Я только теперь заметил, что расхаживал по комнате в тапках с надписью «Abibas».

– Шмот, конечно… первоуровневый, – пробормотал я. – Рваные портки и драные сапоги. Как обычно. Что там с деньгами?

Деньги я в сумке не нашёл. Пошарил в кармане висевших на спинке кровати джинсов (увидел на них… следы штопки). Обнаружил бумажник. Извлёк из него новенький пропуск в общежитие с чёрно-белым фото моего аватара. В пропуске прочёл о том, что я числился студентом Московского физико-механического университета, группа ГТ-1-95.

Пробормотал:

– Точно. Первокурсник. Опять. Это просто… пипец.

Я вытряхнул из бумажника на покрывало всю наличность. Игровые деньги походили на настоящие. Подсчитал: восемьдесят пять тысяч рублей. Прикинул, много ли это в реалиях тысяча девятьсот девяносто пятого года. К конкретному выводу не пришёл. Хотя банкнота номиналом пятьдесят тысяч рублей выглядела, как хорошо знакомый мне полтинник. Подумал о том, что у владельца заштопанных штанов много денег не могло быть по определению. Тем более на первом уровне игры.

Пластиковые карты в бумажнике я не увидел – только жетон московского метро и два презерватива в мятых упаковках.

Игра отреагировала на мои находки:

Доступно задание «Заработать первые 100000 рублей»

Срок выполнения: 30 суток

Награда: 5 очков опыта

Принять задание?

Да/Нет

Сто тысяч рублей в первый месяц игры… поначалу показались мне немалой суммой. Но потом я опустил взгляд на купюру в пятьдесят тысяч. Сообразил, что игра имела в виду привычную для меня сотню: сто рублей. Я хмыкнул и покачал головой. Сам себе напомнил, что деньги мне в этой игре понадобятся в любом случае. И уж тем более, если я сейчас находился не в виртуальной реальности, а очутился в реальном прошлом. Боль здесь была. А значит, будет и голод.

Желудок подтвердил мою догадку тоскливым урчанием.

Я поднял взгляд на зависшие в воздухе золотистые надписи.

Произнёс:

– Да.

Увидел надпись:

Задание принято

У меня перед глазами начался отсчёт времени. Пять секунд я следил за ним, пока у меня не задёргалось правое нижнее веко – на нервной почве. Я удивлённо моргнул. Подумал о том, что это не лучшая идея разработчиков: целый месяц показывать участнику игры, как тает выделенное на выполнение задания время. Таймер тут же растаял в воздухе. Я снова вызвал доступный мне игровой интерфейс. Обнаружил, что в графе «активные задания» появилась запись «Заработать первые 100000 рублей» и шёл отсчёт времени.

– Прекрасно, – пробормотал я. – Так-то лучше. Осталось заработать сто косарей за месяц.

Я покачал головой и тут же добавил:

– Месяц – это немало. А сто тысяч нынешних рублей – немного. За месяц что-нибудь обязательно придумаю.

Моё внимание снова привлёк храп Василия Мичурина. Я взглянул на спящего Василия. Отметил, что игровые пояснения над ним по-прежнему располагались параллельно полу: зависли над правым плечом спящего Мичурина. Мелькнула догадка. Я улёгся на кровать и тут же получил ей подтверждение. Висевшие над Василием пояснение игры сменило положение. Теперь золотистая надпись расположилась так, чтобы я легко прочёл её, не поворачивая головы.

Я усмехнулся… и вдруг зевнул. Снова отметил, что за окном щебетали птицы и ярко светило солнце. Ощутил, как налились тяжестью веки – закрыл глаза.

Подумал, что не усну…

* * *

– … Макс, хорош дрыхнуть, – услышал я голос Василия Мичурина. – Нам скоро к Коляну ехать. Есть будешь?

Фраза «Есть будешь?» словно активировала функции игры. Я сквозь сон почувствовал аромат жареного картофеля. Ещё не открыл глаза, но уже вспомнил, что нахожусь в игре. Потому что только там существовал зеленоглазый «Василий Мичурин, 18 лет». В реальной жизни я этого парня не знал. Как не любил я в реальности и жареную картошку: переел её, ещё будучи первокурсником Санкт-Петербургского горного университета. Вот только теперь игра подкорректировала мои кулинарные предпочтения. Мой желудок сжался от голода и заверещал подобно будильнику. Рот наполнился слюной.

Я открыл глаза и тут же зажмурился от желтоватого света висевшей под потолком электрической лампочки. Скосил взгляд на окно – на улице стемнело. Услышал приглушённую стенами музыку (она звучала на одном из нижних этажей – я не слышал слов песни, но чётко уловил ритм). Увидел Василия Мичурина (игровое пояснение по-прежнему висело у него над головой). Взглянул поверх Васиного плеча на бюстгальтер – тот находился на прежнем месте над дверью, подобно рыцарскому щиту с гербом. Не исчезли и бегавшие по стенам тараканы: игра не избавилась от этих «глюков».

Василий Мичурин уселся за стол.

– Просыпайся, Макс, – сказал он. – Картоха остынет.

Я скрипнул пружинами кровати и резво переместился на лавку. Обнаружил, что грязная посуда со стола не исчезла. Она лишь сместилась в сторону, освободив место для большой почерневшей от частого использования сковородки. В сковороде я увидел золотистые кусочки картофеля, над которыми поднимался пар.

– Налетай, Макс, – произнёс Мичурин. – Чистых тарелок нет. Да и начерта они нужны? Поедим со сковороды. Или мы не студенты?

Я сглотнул слюну, поднял со столешницы сомнительной чистоты вилку, к которой уже спешил любопытный маленький таракашка. Замер, сообразив, что не почистил зубы. Вспомнил, что ещё не заглянул в стоявшую около моей кровати тумбочку (где, вероятно, и хранились зубная щётка и тюбик с пастой). Увидел рядом со сковородой (на посыпанной подсохшими хлебными крошками столешнице) порезанную на четыре части большую луковицу, пять очищенных зубчиков чеснока и толстые ломти сероватого хлеба. Мичурин привстал и щелчком пальца сбросил на пол бежавшего в сторону хлеба усатого таракана.

– Задолбали эти звери, – сказал Василий.

Он поднял на меня взгляд, усмехнулся и пожал плечами.

– Общага, – сказал Мичурин. – Здесь эти твари повсюду.

Он цапнул со стола кусок хлеба и сунул вилку в сковороду.

Я последовал его примеру (вид суетившихся на столе насекомых не испортил мне аппетит).

Вкус картофеля игра явно приукрасила. Потому что я давно уже не ел жареный картофель с таким удовольствием. Я вгрызался в мякоть луковицы, жевал хлеб. Желудок стонал от удовольствия, словно он не получал пищу как минимум пару суток. Сообщения о полученных бафах и дебафах не появлялись. В напоминание об игре светилась лишь золотистая надпись над головой Мичурина. Я слушал вполуха Васины рассказы о незнакомых мне людях и думал о странностях игры. В этой виртуальной реальности присутствовали боль, запахи и вкус пищи – вполне реалистичные. Вид засаленных обоев и тараканов вызывал вполне натуральное омерзение.

– … Талоны на жрачку возьмёшь в профсоюзе, – говорил Мичурин. – Дадут только на месяц. Зато на халяву…

Я снова взглянул на золотистую надпись и спросил:

– Вася, какой у тебя лвл?

– Что?

– Лвл у тебя какой? – повторил я.

Не увидел понимания в глазах Василия и изменил вопрос:

– Какой у тебя уровень в игре?

– В какой игре?

– В этой… как она называется…

Я развёл руками.

– А!

Мичурин улыбнулся.

– Ты про «Цивилизацию»? – уточнил он. – Я сейчас обычно рублюсь за принца. Но ты начинай с самого лёгкого: с вождя…

Василий переключился на описание компьютерной игры. Я слушал его и ел прямо из сковороды жареный картофель. Премудрости развития собственной цивилизации в игре я пропустил мимо ушей. Зато уяснил другое. Грядущую ночь Мичурин запланировал провести вне общежития: в некой редакции музыкального журнала «Нота», где подрабатывал сторожем наш сосед по комнате «Колян». Фамилию Коляна я не выяснил. Понял только, что целью ночного похода в редакцию были находившиеся там компьютеры. На них студенты Московского физико-механического университета по ночам «рубились в игрушки».

Возможность играть в игре в компьютерные игры мне показалась странной и непривлекательной. Эту идею разработчиков я не одобрил. Тем более что игры тут предлагались из разряда доисторических: Василий обронил, что почти все компьютеры в редакции музыкального журнала были оснащены монохромными мониторами. После этих слов я невольно покосился на стоявший в комнате телевизор – того же поля ягоду, что и монохромные мониторы. В моём представлении, на подобных махинах интересно было бы сыграть разве что в классический тетрис или разложить пасьянс (была такая игра у меня на смартфоне).

При мысли о смартфоне я невольно хлопнул себя рукой по карману. Тут же сообразил, что Василий Мичурин ещё ни разу при мне не воспользовался современными гаджетами. Современными. Я взглянул на стену, где рядом с полуголой девицей красовалась цифра «1995». Вновь сместил взгляд на телевизор. Вспомнил, как получил от родителей в первом классе первый мобильник – кнопочный «Nokia 3110» с цветным экраном, радио и встроенной фотокамерой. Прикинул, какие гаджеты были у людей в тысяча девятьсот девяносто пятом году. Здоровенные телефоны с монохромными дисплеями?

– … Есть два варианта победы, – вещал Мичурин. – Можно уничтожить всех врагов, или первым достичь Альфы Центавра. Я обычно…

– Вася, у тебя есть телефон? – спросил я.

Мичурин замолчал, на пару секунд «завис».

Затем он указал вилкой в пол и сообщил:

– На вахте есть. Только там сегодня опять эта грымза сидит. Лучше из таксофона позвони. Здесь, около общаги они все раздолбанные. Но я знаю один рабочий. Рядом с Арбатом. Из него обычно Коляну звоню.

Мичурин взглянул на часы и заявил:

– Через полчаса двинемся. Надеюсь: сегодня журналисты свалят домой пораньше.

* * *

После еды я узнал, что создатели совсем уж ответственно отнеслись к реализму игрового процесса. Сковорода ещё не полностью опустела, когда мой насытившийся желудок скомандовал кишечнику избавиться от шлаков. Посыл я распознал. Удивился.

Мичурин сообщил, что туалет на нашем этаже не работал. Посоветовал спуститься на пятый, если там сегодня «толчки не забились». С рулоном туалетной бумаги в руке я едва ли не выбежал из комнаты – в коридоре встретил парочку «непесей».

В туалете я увидел три разделённые толстыми перегородками кабинки, распахнутое настежь окно и… другие детали, которые обычно в играх не встречал. Вдохнул витавшие в туалете запахи и в очередной раз подивился излишнему реализму игры.

* * *

Грязную сковороду мы оставили на столе. Она органично вписалась в состоявший из немытых чашек и тарелок натюрморт. Василий предложил мне выпить по чашке чаю. Но визит в туалет окончательно лишил меня аппетита. Поэтому от чая я оказался.

Я перебрался через кровать на широкий подоконник, посмотрел за окно. Увидел освещённые светом из окна ветви деревьев, разглядел за ними тёмное небо. Я всё ещё слышал доносившиеся с нижних этажей звуки музыки.

Но птичьи голоса смолкли – в этом игра не отошла от реальности. В отражении на стекле я заметил лицо своего аватара, суетившегося в комнате Василия, громадину доисторического телевизора и растянутый над дверью бюстгальтер.

– Макс! – окликнул меня Мичурин. – Собирайся, пора.

Я обернулся и увидел, как Василий перекладывал из холодильника в невзрачный брезентовый рюкзак банки с пивом – непривычно маленькие, объёмом триста тридцать миллилитров (в реальной жизни я чаще встречал пол-литровые).

– Обычно журналисты после девяти уже сваливают из редакции, – сообщил Мичурин. – Не всегда, конечно. Надеюсь, нам сегодня повезёт. В крайнем случае, погуляем до закрытия метро.

Я невольно представил, как буду гонять одноцветные фигурки по выпуклому монитору.

Сообщил Василию:

– Никуда сегодня не поеду. Останусь в комнате.

Мичурин удивлённо вскинул брови, привычным движением убрал с лица пряди волос.

– Макс, ты чего? – спросил он. – Игрушка тебе понравится. Разберёшься, не переживай. Скоро народ в общагу подтянется. От желающих поиграть отбоя не будет. Да и учёба начнётся – по будням в «Ноту» не выберемся.

Я усмехнулся и махнул рукой.

– Сегодня нет настроения. Поезжай без меня.

Василий пожал плечами.

– Ладно, – ответил он. – Как хочешь.

Я перебрался с подоконника на кровать. Понаблюдал за тем, как Мичурин натянул на себя с виду дешманские потёртые джинсы, обулся в кроссовки от неизвестного мне производителя. Василий надел рюкзак, повернулся ко мне.

– Точно не поедешь? – спросил он.

Я покачал головой и ответил:

– Нет. Останусь. Хорошенько осмотрюсь в новой локации.

Мичурин дёрнул плечом.

– Ладно, – сказал он. – Как хочешь. Тогда до завтра, Макс.

Василий шагнул за порог, прикрыл за собой дверь. Я услышал, как щёлкнул дверной замок. Поднял взгляд на бюстгальтер: тот всё ещё виделся мне абсолютно инородным предметом в этой стартовой локации.

Перед глазами зажглась надпись:

Провалено скрытое задание «Выполнить обещание»

Вы потеряли 5 очков опыта

– Что за…

Раскалённые иглы боли вонзились в мои виски и в затылок. Я содрогнулся. Выругался – от боли и от неожиданности. Схватился за голову и повалился на кровать. Надпись по-прежнему светилась передо мной на фоне потолка.

Вот только теперь она была не золотистой, а кроваво-красной. Я заскрипел пружинами кровати, заскрежетал зубами. Раз за разом перечитывал сообщение от игры. Будто бы издалека услышал собственный рык.

Разглядывал красные буквы – чувствовал, как мозг поджаривался на углях из боли. Попытался встать. Но даже не разжал челюсти. Понял, что мышцы свело судорогой. Я не закрыл и глаза – смотрел на сообщение от игры.

«Провалено скрытое задание, – раз за разом перечитывал я. – Провалено скрытое задание. Провалено скрытое задание…» Надпись у меня перед глазами моргнула. Случилось это спустя заполненную болью вечность.

Боль в голове усилилась. Это стало моим спасением. Потому что в комнате сгустились тени. Кроваво-красные надписи медленно и словно неохотно поблекли и растворились в воздухе. Вместе с остальным миром.

Комната тоже исчезла…

…Но боль в голове осталась: острая, нестерпимая, настоящая.