Текст книги ""Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Михаил Ежов

Соавторы: Владимир Прягин,Женя Юркина,Виктор Глебов,Андрей Федин,Феликс Кресс,Лада Кутузова,Сергей Голдерин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 334 (всего у книги 350 страниц)

Глава двенадцатая
Дурной язык

Близился конец июня, а вот ремонту в квартире Николая конца-края не было. В один день особенно не повезло – возле дома он встретил старшую по подъезду.

– Николай, – обратилась она, – что у вас происходит?

Из ее речи Николай понял, что воду в доме перекрывали уже три раза и все по вине его рабочих – те не могли нормально поменять трубы.

– Лично меня это раздражает! – Старшая грозно надвинулась на Николая. С ее ростом и комплекцией выглядело это смешно: этакий воробей против великана. – И другие жильцы жалуются. Звуки эти странные… У вас ремонт или дурдом?

Она еще раз смерила Николая гневным взглядом и удалилась. Он поднялся к себе с душевным трепетом: что там?! Но квартира стояла целая, лишь на лестничной площадке присутствовали следы штукатурки. Евгений уже ждал.

– Что с водой случилось? – задал Николай волновавший его вопрос.

– Ерунда, – отмахнулся бригадир. – Слесарь в магазин отлучился, а его полиция тормознула. А документы в квартире. Вот и забрали в отделение – личность устанавливать.

– А в другой раз? – У Николая слегка отлегло от сердца: дело житейское, с ремонтом не связанное.

– Труба лопнула – заводской брак. Аварийку пришлось вызывать, – нахмурился Евгений. – Но уже все установили. Бог троицу любит! – оптимистично закончил он.

Николай прошел в квартиру. Тут было все не так уж и плохо: стены на месте, потолок тоже.

– Я бы звукоизоляцию посоветовал сделать. – Бригадир стоял так близко, что чуть ли не дышал в ухо.

– Да мы вроде не шумим, – удивился Николай.

– Да не вы, соседи ваши! – Евгений поднял руку. – Такое ощущение, что у них передвижной зоопарк и недавно слона купили.

– Вы им перфоратором отомстите, – посоветовал Николай, но на звукоизоляцию Евгений его уломал.

Теперь предстояло выравнивание стен и пола, потолки решили делать натяжные. Николай подписал акт приемки за проделанную работу и перевел деньги, Евгений сразу же переслал их слесарю и электрику.

– Мне попозже, – напомнил он, – целее будут.

В блоге Серого волка несколько дней не было новых публикаций, так что когда пришло уведомление, Николай перешел по ссылке:

«Появились проблемы с соседями. Приходил мужчина с квартиры ниже, никогда его раньше не видел. Говорит, что от меня идет шум: “Если ваша собака не заткнется, я ее отравлю!” Боюсь, ему не понравится встреча с моей собакой, совсем не понравится.

Почему я не сделал звукоизоляцию пола? И деньги были, а что-то не сообразил. А теперь сил нет вскрывать перекрытия и делать ремонт. Надо как-то решить эту проблему».

Николай хмыкнул: даже у оборотней имеются бытовые проблемы – ничто человеческое им не чуждо. Интересно, ходят ли оборотни к психотерапевту, чтобы проработать детские травмы? Как объясняются со стоматологом по поводу острых клыков? Делают ли маникюр на когтях?

Начало июля ознаменовалось странным визитом – в отделение пришла женщина и с порога заявила:

– Я с повинной.

Шеф склонил голову и с любопытством посмотрел на нее.

– Присаживайтесь, – пригласил он.

Николай отвлекся от составления отчета и тоже прислушался. Посетительницу звали Серафима Соколова, ей на днях исполнилось сорок лет, но день рождения она не отмечала, потому что это дурная примета. Все это Серафима вывалила на топтарей без малейшего запроса с их стороны.

– А к нам зачем пришли? – осторожно поинтересовался шеф.

Серафима подалась вперед и сообщила:

– Арестуйте меня – я ведьма.

– Ну вы подождите, – в разговор вклинилась Марианна. – Это еще установить надо.

– А что устанавливать. – Серафима глубоко вздохнула. – Человек из-за меня умер.

Это произошло семь лет назад.

– После смерти отца мать во второй раз замуж вышла, – делилась Серафима. – И отчим как-то быстро взял в оборот меня с мужем. Мы оглянуться не успели, как оказались припаханы на даче – помогали строить. Не, отчим деньги на материалы давал. А вот руки рабочие – бесплатные. Сам-то он рук не пачкал.

Николай мысленно позавидовал: ему бы кто даром ремонт сделал! В квартире еще огромный участок работ, а деньги тают на глазах.

– В общем, домик мы построили. Отчим с матерью на даче живут, мы в гости приезжаем. Я кустов разных насадила. Один год малина уродилась. – Серафима улыбнулась своим мыслям. – Я сына в малинник запустила, а сама в дом ушла – матери помогать. – Николай отметил: зря она на отчима бочку катила! В итоге всем дача пригодилась. – Возвращаюсь, – продолжала Серафима, – и слышу, как отчим тихо, чтобы я не услышала, матерится на моего сына, что тот ягоды ест. Которые я насадила! – Ее глаза гневно заблестели: – Ну я не выдержала, подошла к нему и говорю: «Чтоб у тебя паршивый твой язык отсох!» – Она замолчала.

– И-и?.. – не выдержал шеф.

– Забрала я сына, и больше мы на даче не появлялись, – закончила Серафима. – А отчим умер через год от рака языка. Мучительной голодной смертью.

Теперь замолчала не только посетительница. В отделе установилась тишина, прерываемая лишь щелканьем секундной стрелки на офисных часах.

– Может, совпадение? – неуверенно предположила Марианна.

Серафима пожала плечами:

– Но я больше не рискую гадости говорить. Слежу за своим языком.

Шеф постучал по столу:

– Николай, проверь.

Тот вытащил микро-Уленьку и обследовал Серафиму, но прибор аномалий не выявил.

– Совпадение. – Шеф расслабился. – Так что не наговаривайте на себя.

– Может, у меня это, только когда злюсь, проявляется? – Серафима явно надеялась, что ее сочтут ведьмой.

– Отчим внушаемый был, наверное, – выдвинула гипотезу Марианна, – вот и притянул.

– Но все равно я виновата. – Посетительница с вызовом выпрямила спину.

– А это не вам решать, – сварливо изрек шеф. – Так что меньше думайте об этом.

Николай не был уверен, что посетительница прислушается к словам шефа, уж больно недовольной она казалась, когда покидала кабинет.

– И что вас, женщин, все в ведьмы тянет? – ни к кому конкретно не обращаясь, проговорил шеф.

Николай часто размышлял над вопросом: почему в ОБХСС чаще обращаются женщины? Мужчины – почти никогда, словно это одна из слабостей, которые не пристало проявлять мужчине, если он хочет гордо именоваться настоящим. Или потому что мужчины более консервативны и не желают признавать, что мир не так-то прост, как хотелось бы. В любом случае большинство посетителей ОБХСС состояло из прекрасной половины человечества, поэтому ничего удивительного, что в среду в отдел топтарей пришла очередная женщина.

Ее возраст не угадывался, Николай решил, что ей немногим больше сорока. По факту выяснилось, что пятьдесят шесть: ухоженная, уверенная в себе – из тех дам, что следят за собой и отслеживают новинки моды.

– Я по поводу внучки, – заявила она без обиняков. – Странное видит. Она…

– А почему внучку с собой не взяли? – перебил ее Денис.

Николай мысленно одернул коллегу: нельзя так с клиентами! Человек должен сперва рассказать о проблеме, а потом уже его спрашивать.

– Ей десять, – отрезала посетительница, – она об этом с посторонними говорить не будет.

Елизавета Георгиевна на лето отвозила внучку на дачу. Сама там бывала наездами – работа, а с внучкой, Соней, сидела мать Елизаветы Георгиевны.

– Болеет мать моя, – рассказывала Елизавета Георгиевна, – давление у нее, диабет, но диету держит, таблетки пьет – все под контролем.

– Ну, это главное, – одобрил шеф.

Посетительница бросила в его сторону короткий острый взгляд.

– Когда матери диагноз поставили, я ее сразу на диету посадила, – сухо пояснила она. – Мать сперва не хотела, но я объяснила: если сляжет, ворочать не буду – пусть гниет от пролежней. Разъелась до ста килограммов, а мне своя спина дороже.

Николай мысленно хмыкнул: вот это характер! Большинство людей дали бы слабину, а потом пожинали бы горькие плоды.

– Вы не подумайте, – голос Елизаветы Георгиевны потеплел, – я мать люблю. Но старый – что малый – контроль нужен.

– А как же она за правнучкой приглядывает? – Денис снова высунулся из-за монитора.

– Большой вопрос, кто за кем приглядывает. – Елизавета Георгиевна слегка расслабилась. – Соня у нас – деловая девочка. – Она сделала паузу, собираясь с мыслями, и наконец-то поделилась своими страхами: – Мать, как я говорила, болеет, но вроде все обычно. Давление иногда сбоит, но отлежится, и нормально. А вот Соня напугала…

По ее словам, внучка рано утром зашла в комнату к прабабушке и увидела доктора, тот стоял возле кровати.

– Плохо стало? – догадался Денис.

– Нет, – отрезала Елизавета Георгиевна, – не было доктора. Померещилось ей.

Мать Елизаветы Георгиевны сильно испугалась, когда правнучка начала расспрашивать, что делает у них врач. Немедленно позвонила дочери и сообщила, что Соня, кажется, сходит с ума или у нее зрительные галлюцинации. Елизавета Георгиевна велела матери не пороть горячку, а сама поговорила с внучкой по телефону.

Соня рассказала, что врач был, но как выглядит, описать не могла – лицо спрятано за медицинской маской, шапочка низко надвинута на лоб. А потом он как-то незаметно выскользнул из комнаты – Соня отвлеклась на прабабушку и этот момент пропустила.

– Врача мать не вызывала, – Елизавета Георгиевна обвела топтарей суровым взглядом, – это точно.

– Так, может, показать девочку настоящему врачу? – предложил Денис. – Галлюцинации не по нашей части.

Николаю снова захотелось одернуть молодого коллегу за ненужную инициативу, но он сдержался: это прерогатива шефа – раздавать ценные указания.

– Я бы так и сделала, молодой человек, – сухо ответила Елизавета Георгиевна. – Если бы не еще кое-что. – Она снова замолчала. – К нашей даче кошки приходят умирать. Черные, – продолжила она.

– И они настоящие? – уточнил Денис.

– Да, – кивнула посетительница. – Я одну пыталась прогнать, но она ночью вернулась и умерла. У порога. Наткнулась на нее утром. – Женщина дернула плечом.

– Что скажешь, Николай? – Шеф развернулся к нему корпусом.

Тот пожал плечами:

– Похоже на ангела смерти. Только впервые слышу, чтобы он в виде врача являлся.

Теперь блог Серого волка обновлялся чаще:

«Конечно, я влюблялся. Девочки, которые мне нравились, в чем-то были схожи между собой. Выше среднего роста, пухленькие, но в меру, темноволосые и с очень бледной кожей. Нет, не в готичном стиле, как девочка из “Семейки Адамсов”, а по типажу ближе к героине “Сказки о мертвой царевне и семи богатырях”. Белоснежка еще из этой серии.

Я это, конечно, позже проанализировал, раньше просто влюблялся. А еще в запах, от них пахло чем-то съедобным. Не в смысле булочки с яблоками и корицей или пирожка с маком и ванилином, а просто съедобным, что вызывает аппетит и сексуальный голод. Ну голод у меня начался ближе к двадцати годам, до этого я просто облизывался на них.

Ходил по пятам за объектом симпатий, подсматривал украдкой, как всякий неуверенный в себе щенок, но подходить и знакомиться боялся. Боялся быть отвергнутым.

Как юноша я особой привлекательностью не отличался. Невысокий рост, тщедушное телосложение, я часто становился объектом насмешек. Но я умел становиться невидимым и не попадаться на глаза обидчикам. Когда-нибудь я с ними встречусь…

Волк во мне намного красивее, он прирожденный лидер и альфа-самец; наступит время, он обзаведется стаей и станет вожаком. Надо только найти своих, но мой вой пока остается без ответа. На днях было жарко, я открыл окна, и внезапно меня накрыло. Через полчаса я очнулся от того, что соседи сильно стучат по батареям – оказывается, я выл. Хорошо, что вычислить меня невозможно, все думают – это чья-то собака.

Нужно усилить за собой контроль, иначе это грозит неприятностями.

Кстати про девушек, которые мне нравились, и их запах. Они пахли мясом: свежим, сочным, сочащимся кровью. От него так кружит голову. Мясо…»

Николай подходил к дому, когда позвонил Евгений.

– Тут это, – бригадир замялся, – ребята нашли кое-что.

На мгновение сердце камнем рухнуло в низ живота. Еще один подклад? Но откуда?! Ведь Николай уже проверял квартиру, когда в голову пришла мысль, что плохое самочувствие его не случайно. Тогда и обнаружился подклад в подушке – постаралась бывшая супруга. Но она могла сделать еще один, а Николаю это не пришло в голову!

Рубашка сразу намокла под мышками, на лбу выступил пот. В квартиру Николай буквально влетел – даже не стал дожидаться лифта, бежал по лестнице.

– Что? – Он отодвинул Евгения и вошел внутрь.

Тут было сыро и грязно – рабочие приступили к выравниванию стен. Осторожно, чтобы не вляпаться во что-либо, Николай направился в большую комнату. Посреди нее ровно в центре лежал небольшой пакет.

– Тут мы это, – вперед выступил один из работников, мужчина лет за пятьдесят, – щель заделывали, а оно выпало.

– Руками не трогали? – спросил Николай.

– В перчатках работаем, – обиделся мужчина.

Николай тоже надел перчатки и сел на корточки. В пакете виднелся то ли ком шерсти, то ли пакли и что-то еще.

– Нам бы это, прибавить не мешало бы, – мужчина маячил за спиной, – а то как-то страшно. Не дай бог какую гадость домой притащишь.

Николай достал микро-Уленьку и включил прибор.

– А что это у вас? – полюбопытствовал мужчина.

Николай промолчал. Молчала и микро-Уленька, не подавая сигналов беспокойства. Николай поднялся.

– Где вы это нашли? – нарочито спокойно уточнил он.

– Во-о-он в том углу. – Мужчина указал на стену, покрытую смесью. – Так что насчет денег? Прибавите?

– Или не нашли? – произнес Николай с ударением на «не». – А подбросили?

Он в упор посмотрел на мужчину, тот занервничал:

– А что вам не нравится?

– Не было никакого подклада. – Николай, не мигая, продолжал глядеть на мужчину. – Просто денег захотелось срубить по-легкому. Так? – с нажимом поинтересовался он.

Мужчина зыркнул волком, но ничего не ответил.

– Я ни при чем! – быстро заверил Евгений. – Я на другом объекте был.

– Так вот, – Николай ткнул пальцем в солгавшего работника, – чтобы этот человек здесь больше не появлялся. А не то я ему устрою…

Мужчина презрительно хмыкнул, развернул плечи и не спеша направился из комнаты, ногой поддев ложный подклад. Николай разозлился: вот урод! Как будто это Николай его обмануть пытался! От переполнивших эмоций он явственно представил, как отвешивает гаду увесистый пинок под зад. И тут случилось странное: мужчина пошатнулся и схватился за задницу.

– Вы чего? – Он перешел на шепот, в его взгляде читался страх. Казалось, человек уменьшился в размерах.

– Уходи, – бесстрастно посоветовал Николай, – и побыстрее.

Внутри все клокотало от злости. Интересно, скольких людей этот гад обманул? «Хороший» бизнес и без трудозатрат. Главное – врать убедительно. Евгения, кажется, проняло, он не попытался заступиться за проштрафившегося работника. Лишь сказал, что найдет другую бригаду ремонтников.

– Может, ты зря так? – Настя приехала поздно, поэтому готовка ужина легла на плечи Николая.

– Не зря, – отрезал он, – этот урод отомстил бы. Испортил бы что-нибудь специально. С такими нельзя иметь дело.

– Как считаешь нужным. – Настя щедрой рукой положила себе пюре и котлеты – их Николай купил в магазине.

– А у тебя что нового? – Николай заварил крепкий кофе.

– О-о, – оживилась девушка, – мы с режиссером вносим правки в сценарий. А послезавтра у нас просмотр актеров. Будем пробовать!

– Возьми меня! – вызвался Николай. – Я могу героем-любовником.

Настя рассмеялась:

– Сперва надо проверить! А то вдруг ты не очень как любовник?

– Да вот еще, – нарочито обиделся он, – это я как герой не очень. А как любовник очень!

– Сейчас доем, и будешь меня убеждать. – Настя облизнулась. – У нас в кино все через постель.

Глава тринадцатая
«Пока, мальчики!»

В субботу Николай встал пораньше: они с Марианной ехали на дачу к Елизавете Георгиевне. Настя тоже.

– Ты чего? – удивился он.

– Не спится, – широко зевнула девушка. Она сварила кофе и теперь неторопливо пила его.

– Я вижу, – скептически ответил Николай, – полежи еще.

Он чмокнул ее в макушку и побежал – они с Марианной договорились встретиться в метро.

…Вроде субботнее утро, а народа в метро уже полно – все куда-то спешат. Кто-то на работу, кто-то на дачу, а кто-то на экскурсию. Не город, а муравейник: все при делах, носятся, что-то таскают, обследуют Москву и контактируют между собой. А кто-то занят сразу несколькими делами, как Николай с коллегой, – едут на работу и вместе с тем на дачу.

Добираться пришлось долго: сперва на электричке, затем на такси. Ходили и автобусы, но редко, да к тому же от остановки полчаса потом пешком. Погода на выходных установилась знойная, поэтому пришлось брать машину – иначе сдохнешь от жары, а тут доставка до ворот.

Помимо Елизаветы Георгиевны, ее мамы и Сони на даче находились еще родители девочки. Елизавета Георгиевна и ее мама повели топтарей по дому и участку, Николай заодно с помощью рамки проверял территорию на предмет переходников. Марианне досталась микро-Уленька.

– Кошки еще приходили? – спросил Николай.

– Нет, – у матери Елизаветы Георгиевны было одинаковое с дочерью отчество, ее звали Вера Георгиевна, – тьфу-тьфу-тьфу, – она трижды сплюнула за левое плечо.

Несмотря на возраст, Вера Георгиевна сохранила подвижность: она с энтузиазмом показывала, где растет смородина, с гордостью демонстрировала клубничные грядки и клумбы с розами. Николай старался не прислушиваться – взаимодействие с рамкой подразумевало отрешенность от происходящего.

– Что-то ничего, – сообщила Марианна.

– У меня тоже. – Следов эманаций топтари не обнаружили.

Скорее всего, Соня действительно видела ангела смерти. Николай был ребенком, когда сам видел ангела смерти, пришедшего за домашним питомцем. Видимо, у детей более тесная связь с тонким миром, а после она прерывается.

– А что ты почувствовала? – уточнил он у девочки, когда закончил осмотр дома.

Соня склонила голову, скривилась и нехотя ответила:

– Я замерзла.

Ну да, по всем признакам это был ангел смерти. Что это за существо и какое отношение он имеет к смерти, Николай не знал. Да и никто не знал. Возможно, умирающие люди и животные испускали какие-то сигналы, а часть людей их улавливала. Затем мозг причудливо обрабатывал полученные импульсы и выдавал их в виде вот таких образов – ангелов смерти.

– Вы думаете, это за моей матерью? – Елизавета Георгиевна вызвалась проводить топтарей, а теперь вместе с ними ожидала такси.

– Вряд ли, – утешил ее Николай. – Это из-за кошек. Может, тут какое-то место особенное. Существуют же слоновьи кладбища.

В электричке Николай вновь изучал блог Серого волка, в нем появилась лишь одна запись, и состояла она из одной же буквы, многократно повторяемой: «Ууууууу», словно кто-то нажал на нее и держал, пока хватило сил. «Наверное, ребенок или кошка постарались, – подумал Николай. – А может, автор блога, чтобы придать больше загадочности».

К удивлению Николая, подписчиков у Серого волка было мало, и их число почти не росло. Обычно в современном мире люди фанатеют по паранормальному, а тут блог «настоящего» оборотня почти зря простаивает. Наверное, нужно было заказать продвижение, но Серый волк не захотел тратить деньги. А может, ему было плевать на количество, и он выкладывал посты больше для себя. Хотя зачем писать чисто для себя и выкладывать в интернет, Николай не понимал – все равно что в стол.

А возможно, это был блог для поиска своих, своей стаи. Как и вой при закрытых окнах. «Ууууууу».

В Москву Николай вернулся только в четыре часа – весь день насмарку. Нужно выбрать отгулы, а то их уже накопилось изрядно, да и в отпуск бы не мешало отправиться. Хотя с отпуском все просто – продолжается ремонт, придется ждать, когда работники доделают стены и потолок. Они с Настей решили, что обои сами поклеят, да и ламинат уложить тоже нетрудно – Николай справится. Получится по канону: лучший отдых – смена деятельности.

Евгений не объявлялся. Наверное, не нашел новую бригаду: ведь лето – горячая пора для ремонтов. Но Николай не жалел, что погорячился: были задеты его профессиональные чувства, да и нужно давать отпор мошенникам, иначе берега потеряют. Хотя теперь в собственную квартиру он, похоже, возвратится не скоро – со сроками Николай сильно промахнулся.

Он позвонил в дверь, но Настя не открыла. Наверное, отправилась по магазинам или на курсы – по субботам шли занятия. Он отпер дверь своим ключом и прошел на кухню. Сварганил на быструю руку бутерброды и сразу же съел, запивая холодной водой. Затем направился в спальню – переодеться.

Настя лежала на кровати и спала. Николай хотел выйти тихо, чтобы не мешать, но ее лицо показалось неестественно бледным.

– Насть, ты как? – тихо спросил он. Она слегка кивнула и что-то пробормотала. – Чай сделать?

– Крепкий и сладкий. – Настя по-прежнему не открывала глаза.

Через десять минут Николай принес кружку с чаем и пару бутербродов:

– Перекуси.

Девушка с трудом приподнялась, облокотившись на Николая.

– Давление упало, – пожаловалась она.

Николай поддерживал ее, пока она пила чай, а затем уложил на кровать:

– Отдыхай.

Настя оклемалась лишь к воскресному утру. Жара не спадала, днем обещали до тридцати градусов, а потому Николай с Настей отправились в Царицыно. Похоже, пол-Москвы тоже решило спрятаться от зноя в парках, из-за чего там было многолюдно. Люди с колясками, велосипедами и самокатами заполонили дорожки и скверы. Николай несколько раз увернулся от чересчур прытких самокатчиков, отправляя во Вселенную совсем не добрые пожелания в их адрес.

– Нужно штрафовать их, – раздраженно заметил он. – Тут и дети, и пожилые, собьют кого-нибудь.

– Это да. – Настя была задумчива. – Коллега с прежней работы черепно-мозговую травму получила. Один такой урод сбил ее и уехал.

– Та-а-ак. – Николай потащил ее к ларькам. – Тебе заряд бодрости не помешает.

Он усадил ее на лавку, а сам встал в очередь. Совсем скоро Николай вернулся, держа пару стаканов с кофе и венские вафли со сливками:

– Подкрепись.

– Да недавно завтракали. – Настя все же съела половину вафли, поделившись с Николаем.

– Надо мне тоже давление уронить. – Николай попытался ее рассмешить. – Буду пить чаек и кофеек, есть пирожные – мечта, а не болезнь!

Настя фыркнула. У Николая слегка отлегло от сердца: при его мнительности мерещились разные кошмары. Вчера вечером, когда Настя спала, он даже проверил: вдруг кто-то навел на нее порчу?

– К врачу сходи, – посоветовал он, – пусть на анализы направит.

– Да все нормально. – Девушка улыбнулась. – Не паникуй.

Они посидели на скамейке, а затем отправились бродить вдоль пруда. Туда тоже добрались отдыхающие, которые кормили уток – возле берега столпились кряквы и мандаринки.

– Смотри, белка! – Настя ткнула Николая в бок.

Он обернулся: по траве бежала белка, не обращая внимание на людей. Настя и Николай некоторое время дурачились, обсуждая белку, затем вновь отправились гулять. Николай расслабился: как замечательно идти рядом с любимой женщиной, никуда не торопиться, наслаждаться теплым московским днем. Словно сорванный кленовый лист – летишь, поддаваясь капризам ветра, ни о чем не беспокоясь и не задумываясь о будущем.

– А это уже не белка… – протянула Настя.

…Схоронку нашли подростки. Они обступили дерево и о чем-то совещались. Николай испытал знакомое чувство – между лопатками зачесалось. Можно было бы пошутить о крыльях, которые прорезываются, но это было не к месту и не ко времени.

– Что тут у вас? – Николай подошел поближе.

– Да вот… – Подростки расступились.

Их было трое: два парня и девушка, каждому лет по пятнадцать. Их внимание привлек красный тряпичный мешок, рядом лежали две восковые свечи и мелочь.

– Не трогали? – уточнил Николай.

Подростки замотали головами. Николай отпустил их, а сам вызвал дежурных чистильщиков. Пока ждал, они с Настей сели прямо на траву, девушка положила голову на плечо Николая.

– Ты как? – забеспокоился он.

– Все нормально. – Настя провела рукой по его волосам, от прикосновения мурашки побежали по спине Николая. – Спасибо!

– За что? – глупо спросил он.

– За все.

Чистильщики примчались оперативно. Два молодых парня, ровесники Дениса, они выбивались из привычной картинки – оба мелкие и сухощавые. Николай с трудом удержался, чтобы не полюбопытствовать, благодаря какому блату их зачислили в отдел. Ведь всем известно: в чистильщики отбирались исключительно высокие и мускулистые мужчины.

Чистильщики надели перчатки и упаковали найденное. В мешочке, как выяснилось, лежала земля.

– Кладбищенская? – поинтересовался Николай.

– А какая разница? – Парни не были склонны к обсуждению. – Главное, что никто ее не подобрал.

Николай не был с ними согласен. Да, не пострадал случайный прохожий, но подобный набор делали обычно на чью-то смерть и разорение. Так что кому-то точно не повезет, если он в ближайшее время не обратится в поликлинику ОБХСС или к потомственному колдуну, каким был родственник Николая.

Ну или если камеры в парке засекли человека, это сделавшего. Тогда его разыщут и допросят.

– С тобой сложно отдохнуть, – хмыкнула Настя.

– Извини.

– За что? – искренне удивилась она. – Ты верно поступил.

– Верно, но… сложно? – Николай научился улавливать нюансы.

Настя промолчала.

К вечеру воскресенья последний пост Серого волка пропал. Наверное, автор обнаружил его и стер, как случайную ошибку. Почему-то Николаю стало жалко незнакомца: если предположить, что Серый волк всерьез все это переживает, становится страшно. Слишком много личного в блоге, слишком сильное отождествление себя со зверем. Николай надеялся, что человек все же одержит верх в этой борьбе.

В понедельник из отпуска вернулась Женечка – ей удалось урвать неделю, а если считать вместе с выходными, то целых девять дней.

– Слетали в Турцию на недельку. – Женечка похвасталась загаром. – Народа… не протолкнуться! И цены выросли, – пожаловалась она.

– А кто-то без отпуска вкалывает, – не остался в долгу Николай: теперь в отпуск отправился Денис, а Николаю велели подождать.

– Отгулы возьми, – посоветовала Женечка.

– Я бы взял, – отмахнулся он, – но кто мне даст?

– Я, кстати, Настю твою видела, – сообщила Женечка. – Мы, как приехали, рванули на кладбище – у бабушки день рождения был бы. Я ей розы отвезла, она любила.

– Кого видела? – не понял Николай.

– Настю, в субботу, на кладбище, – по слогам ответила Женечка. – Вроде она была, если не путаю.

Информация до Николая дошла не сразу, зато после все встало на свои места. Значит, давление упало… Ну а что же ему не упасть, если Настя наверняка использовала способности медиума – общение с покойниками высасывает много сил.

– Она одна была? – Николай постарался не выдать нервное возбуждение.

– С женщиной какой-то. Я не подходила.

Выходит, кто-то обратился к Насте за помощью. Или, возможно, это тетка, которая уговаривала Настю съездить на могилы родственников. Но почему любимая ничего не сказала?

Домой Николай вернулся в скверном настроении. Все валилось из рук: он умудрился пролить чай и рассыпать сахар. Зато Настя весело щебетала, рассказывая о правках, которые прислал режиссер.

– Тебя Женечка видела, – прервал ее Николай.

– В смысле? – не поняла Настя.

– На кладбище. – Николай испытующе уставился на нее.

– А-а. – Настя отвернулась к плите, всем видом показывая, что не желает разговаривать.

– Понятно. – Николай отставил чай, который так и не выпил, и ушел в спальню.

Ему не нравилось, что Настя использует способности медиума – опасно для жизни. Но запрещать ей общаться с умершими он был не вправе: она взрослый человек и сама вольна распоряжаться собой. В случившейся ситуации его задело, что любимая скрыла правду. Неужели считает, что Николай начал бы давить на нее? А может, он давит и просто не замечает этого?

Он возвратился на кухню:

– Извини.

– За что? – Она так удивилась, что с недоумением воззрилась на Николая.

– За то, что тебе пришлось выкручиваться. Наверное, я загнал тебя в угол.

Ее плечи подозрительно затряслись. Николай прижал Настю к себе и погладил по спине.

– Я не смогла отказаться. Они уже тридцать лет как застряли.

…Ксения Борисовна с дочкой и зятем на Красную горку всегда ездили на кладбище – проведать ее родителей. В этот раз с ними была Вероничка – внучка. Убрали траву с могилки, покрасили оградку, оставили, как водится, по яйцу и печенью на каждом погосте. Снег сошел не так давно, сыро, да глина везде, поэтому зять взял Вероничку на руки и отправился гулять с ней, пока женщины наводили порядок.

Когда все дела переделали, пошли к выходу. И вот тут Вероничка громко рассмеялась и помахала кому-то: «Пока, мальчики!» Ксению Борисовну озноб пробил: с кем это внучка общается? Ведь никого! А Вероничка и говорит: «Да вон – мальчики стоят. Илюша и Петя». И вот тут Ксении Борисовне совсем поплохело.

В девяносто третьем году на пожаре погибла семья ее брата – все четверо. То ли поджог, то ли проводка плохая – так и не выяснили причину. Племянникам Илюше и Пете было на тот момент четыре и пять годиков. Петю единственного вынесли еще живым, с ним успели попрощаться. И его единственного хоронили в открытом гробу. А вот тела Илюши не нашли. Его вещи положили в гроб к отцу и так похоронили.

После пожара возникло много вопросов, на которые не нашлось ответов. Да и захоронены племянники были на другом кладбище. Как же Вероничка их увидела?

– Она ко мне через десятые руки обратилась, – продолжала Настя, – долго искала. Тяжело это все.

Николай молчал. Он понимал Настю: тоже не смог бы отказать. Страшная ситуация и безнадежная.

– Я помогла им уйти. – Настя отстранилась и посмотрела ему в лицо.

– Они ничего не сказали? – Профессионализм взял вверх: может, какая-то зацепка для следствия?

Настя покачала головой:

– Коля, они остались детьми. Им не хотелось об этом говорить. Я не стала настаивать.