Текст книги ""Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Михаил Ежов

Соавторы: Владимир Прягин,Женя Юркина,Виктор Глебов,Андрей Федин,Феликс Кресс,Лада Кутузова,Сергей Голдерин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 321 (всего у книги 350 страниц)

Глава четвертая
Напарник

Николай весь оставшийся день прокручивал слова, сказанные Анастасией, и боялся надеяться. Он почти примирился, что дни сочтены, а тут придется снова действовать: искать целителей и гадалок, которые предскажут светлое будущее. Раньше Николай удивлялся поступкам людей, обращавшимся к шарлатанам и якобы народной медицине, а теперь понимал их: вера в чудо и нежелание свыкнуться с мыслью о смерти отшибают все здравые мысли.

Дома Николай вытащил новый прибор и включил. Тот засветился, а потом снова выдал сто одиннадцать на циферблате. Николай чертыхнулся и полез в инструкцию: может, стоило сначала настроить его? Но в документе черным по белому было обозначено, что заводские настройки уже стоят в нейтральном положении. Видимо, произошел сбой. Николай достал иголку и нажал ею на боковое отверстие: сброс до заводских настроек. Но и после этого прибор выдавал сигнал присутствия сущности класса «Б».

«Или он реагировал на порчу?» – Николая вновь посетила эта мысль. Он снова прочел инструкцию, но там об этом не было даже полслова. Судя по ней, сканированием ауры «таблетка», как окрестил ее Николай, не занималась. В конце концов он плюнул и вырубил прибор.

Во вторник спозаранку он отправился на Абрамцевскую улицу, чтобы опросить Зарину Альбертовну. Следовало, конечно, заранее позвонить и договориться о встрече, но Николай просто забыл об этом, а потому решил импровизировать. Он проскочил в подъезд, дождавшись выхода кого-то из жильцов, и поднялся на пятый этаж. Стены подъезда покрывал толстый слой штукатурки, она была нанесена волнами. Сверху все закрасили серой масляной краской.

Николай ожидал увидеть табличку на двери Руслановой, но ничто не указывало на то, что здесь живет таролог и астролог в одном лице. Он позвонил, и вскоре на пороге появилась моложавая женщина в спортивном костюме. Ее волосы были собраны в пучок, запястье украшал массивный браслет из белого металла.

– Привезли уже? – спросила она.

– Что именно? – удивился Николай.

Она всмотрелась в него:

– Вы не курьер?

– Я из ОБХСС. – Николай полез в карман за удостоверением.

– Из отдела по борьбе с хищением социалистической собственности?! – Брови Руслановой поползли вверх.

– По борьбе с хаосом, существами и сущностями, – поправил Николай.

– А я тут при чем? – Русланова с непониманием посмотрела на него. – Налоги плачу, все честно.

Уже сидя на кухне, Николай задал волновавший его вопрос: как тарологию и астрологию признали в качестве законной деятельности?

– Обычно, – ответила Русланова, размешивая сахар в чашке с кофе. – Я все вычисления на компьютере веду, перед составлением гороскопа провожу ректификацию – уточняю время рождения по значимым датам в жизни человека. Обучаюсь постоянно.

– Этому надо учиться? – поразился Николай.

– Конечно. – Он едва не поперхнулся, отпивая кофе. – Плюс, личная практика. Я все записываю, вношу корректировки при необходимости, – с гордостью сообщила Русланова. – У меня точные прогнозы. И знаете, чутье со временем появляется.

– Вы здесь принимаете? – уточнил Николай.

– Нет, конечно, снимаю офис. Зачем соседей смущать?

– А в деревне у вас какие отношения с соседями? – Николай наконец-то перешел к основной теме встречи.

Русланова пожала плечами:

– Почти никого не знаю. Если кого вижу – здороваюсь. На этом все. А что случилось?

Николай замялся: стоит ли говорить правду? Но все же решился:

– Заявления поступают: много странных случаев. У коров молоко киснет, курица по-петушиному кричала, собака на человека напала…

– Это какая-то ерунда, – отмахнулась Русланова.

– Мы обязаны проверить.

– А я при чем? – насторожилась она.

– Пока ни при чем. – Николай достал смартфон. – Вы знаете соседей из этого дома? – Он продемонстрировал фотографию дома с серым сайдингом.

– Пару раз пересекалась. Но там такие люди, что в упор тебя не замечают. – Русланова взяла телефон из рук Николая и увеличила снимок. – Они что, зеркало на забор повесили?

Николай мысленно вздохнул: похоже, попал пальцем в небо с этой Руслановой.

– Повесили, – подтвердил он.

– Хм. – Увиденное Руслановой не понравилось. – Они что, отражают таким образом негативные помыслы?

– Видимо. – Николай решил перейти к делу. – Зарина Альбертовна, вы можете отказаться, но я хотел бы снять показания с вашего энергетического поля.

– Конечно. – Русланова его предложение восприняла с энтузиазмом. – Мне кажется, у меня должна быть сильная аура.

Николай хотел объяснить, что аппарат только определяет подселение сущности, но не стал: зачем? Он вытащил новый прибор и включил. Устройство загорелось мягким серебристым светом, мигнуло, и на экране высветилось сто тринадцать.

– Это много? – Русланова с интересом склонилась над «таблеткой».

– Нет, у него погрешность в настройках, – объяснил Николай. – Надо из этой цифры сто одиннадцать вычесть. Так что всего два.

– Всего?! И что это означает? – спросила Русланова с обидой.

– Что у вас нет подселенца. – Николай выключил устройство и сымпровизировал: – Все ваши способности – природные. – Он направился к двери: – Зарина Альбертовна, у меня к вам просьба: если что странное заметите в деревне – позвоните. Вы человек творческий, с развитой интуицией и хорошими аналитическими способностями.

Русланова взяла протянутую визитку и кивнула:

– Буду на связи.

Женечка никаких сбоев в микро-Уленьке не обнаружила. Перед выездом она забрала прибор у мастеров и все дежурство сравнивала его показания с данными ПУленьки – портативного устройства, установленного в машине.

– А у тебя, Дергунов, как? – поинтересовался шеф.

– Барахлит, Виктор Иванович. – Николай выложил «таблетку» на стол.

– Я отнесу. – Денис подхватил прибор и удалился. Вскоре он вернулся: – Да не, нормально работает, мы там проверили.

Денис включил «таблетку», на ней загорелось сто одиннадцать.

– Чертовщина какая-то. – Шеф задумчиво постучал пальцами по столу, а затем велел: – Ну-ка, Дергунов, выйди из кабинета и прогуляйся до конца коридора, а потом обратно.

Когда Николай возвратился, на него внимательно смотрели три пары глаз.

– Проблема в тебе, Николай, – шеф щелкнул по прибору, – так что дуй в лабораторию и обследуйся.

– Не пойду. – Николай решился: была не была! – Виктор Иванович, на мне порча. Снять невозможно.

В кабинете повисло молчание.

– Та-а-ак, Николай, что мы о тебе еще не знаем? Можно поподробнее? – В голосе шефа проскользнула обеспокоенность.

Николай сел за стол, спрятавшись за монитором, как за щитом:

– Бывшая жена, Нина, сделала. Когда обнаружил, было поздно. Я обращался в нашу клинику, помочь не смогли. И Нина снять не может – умерла. Вы знаете.

– И ты молчал?! – взорвалась Женечка.

– А смысл говорить?! – на Николая снова нахлынули эмоции. – Виктор Иванович меня бы от дела отстранил, а у нас и так жопа творилась. – Он высунулся из-за экрана и твердо произнес: – Мне жалость не нужна, а помочь вы не в силах – месяца четыре осталось.

– Ясно. – Шеф хлопнул по столу. – Этот вопрос не закрываем, Николай. Я лично займусь.

Николай хотел съязвить: «Чем? Место на кладбище подберете?» – но промолчал, лучше не драконить шефа. Он сделал вид, что изучает присланные документы. Из полиции пришел ответ, что они сделали запрос на эксгумацию трупа Сергея Кушакова, о котором говорила Анастасия из истории с умершим соседом. Николай отметил, что полиция сработала оперативно: видимо, градус недоверчивости к работе ОБХСС снижается.

Он вновь открыл документы по делу в поселке и перечитал их. Каждое по отдельности выглядело безобидным: мало ли чего люди выдумывают? Но вместе они казались каким-то сюрреализмом: слишком много, слишком бредово звучат. Ну не могут же люди в двадцать первом веке верить в ведьм и порчу? Но могут. Да и ведьмы и порча на самом деле существуют, Николай знает об этом по работе, да и на собственном опыте убедился.

Он мысленно ругнулся: ворона! Отнесся поверхностно, поверил показаниям приборов, опросил только одну свидетельницу. А хорошо бы и остальных, да и на карте отметить, из каких домов подали заявления.

– Виктор Иванович, – оторвался он от изучения документов, – надо бы снова в деревню съездить.

– Хорошо, – согласился шеф. – В субботу давай. Только не один, а с напарником.

– Так его еще нет, – насторожился Николай.

– Будет, – твердо пообещал шеф.

В субботу Николай ждал напарника на перроне Царицыно, до электрички оставалось десять минут.

– Привет, – послышалось за спиной.

Николай обернулся и замер от удивления: Роза!

– Ты?! – ничего более умного в тот момент не родилось.

– А что? – Она приподняла бровь.

– Неожиданно, – признался он. – Из привлеченного консультанта в «топтари».

– Ну а что? – Роза пожала плечами. – Работа нормальная, ты тоже, сработаемся. Она жевала резинку с невозмутимым видом: – Съездил? – Идея с целительницей принадлежала ей.

– Угу.

– Ну и?

– Сказала, что помочь не сможет. – Николай внутренне съежился, ожидая порцию сочувствия.

– Рассосалось, что ли? – В восточных глазах напарницы промелькнуло удивление.

Послышался гудок: приближалась электричка. Это дало Николаю время привести чувства в порядок.

– Понятия не имею, – ответил он, когда они заняли места. – Она подробностей не сообщила.

– И ты просто уехал?! – Роза даже вынула изо рта жевательную резинку.

– А что я должен был сделать? – Николай ощутил приступ раздражения. – Она передо мной дверь захлопнула.

– Стучаться, дежурить под дверями, ночевать там. – Роза сделалась серьезной. – Пойми, это же твоя жизнь.

– Я был не в ресурсе, – Николай ввернул модное выражение.

– А в командировки ездить ты в ресурсе. – Напарница отвернулась к окну. – Ты должен принять, что нуждаешься в помощи, и не стесняться этого.

Некоторое время они ехали молча. Николай размышлял над ее словами: да, Роза права. Он дал слабину, впрочем, как и в прошлой поездке в деревню: пробежался по верхам, без особого углубления в дело. Хорошо, что признал ошибку. Может, стоит вернуться в Кингисепп и последовать совету Розы? Он прислушался к себе: интуиция молчала, словно ее прибили мешком с камнями. Никаких подсказок. Ладно, сначала Николай сходит на диагностику.

Глава пятая
Новые обстоятельства

Дима ждал на платформе.

– Что-то прояснилось? – с энтузиазмом поинтересовался он после того, как Николай познакомил его с Розой.

– Не особо, хотим еще с жителями пообщаться.

– А что с Руслановой?

Николай пожал плечами:

– Похоже, не в теме. Пока зацепок никаких.

– Ясно. – По лицу спеца Николай видел, что тому ничего не ясно.

Машина остановилась возле дома, обшитого серым сайдингом. Дима нажал кнопку звонка, и за забором тут же отозвалась брехливая собака.

– Шарик, заткнись! – послышался грубый окрик, и калитка открылась.

Перед Николаем и остальными предстал слегка поддатый мужичок лет за сорок. Он упер руки в бока, показывая всем видом, кто тут хозяин.

– И чего?.. – Он не договорил.

Спортивные штаны на коленях пузырились, на несвежей рубашке проступило жирное пятно, но мужичок старательно изображал из себя неприступную крепость. Николай выступил вперед:

– Хотим с вами про странные случаи поговорить.

– Я ничего не заявлял, – с вызовом ответил мужичок.

– Но поговорить можем? – с нажимом переспросил Николай.

Тот окинул его мутным взором и неохотно посторонился:

– Лучше в доме.

В доме было на удивление чисто и современно. Николай озирался с удивлением, пытаясь сопоставить обстановку с ее хозяином.

– Жена к сыну в Москву уехала, – объявил мужичок, и Николая осенило: ну да, жена!

Женский вкус чувствовался повсюду: в скатерти, подобранной в тон кухонным панелям, в стульях кремового цвета с изогнутыми ножками, в горшках с яркой геранью.

– Она у вас дизайнер?! – восторженно поинтересовалась Роза, с любопытством разглядывающая герань.

Мужичок приосанился:

– Да читает какие-то журналы. Ну а что? Зарабатываем, можем себе позволить.

После Розиного вопроса беседа пошла гладко. Мужичок отмяк и даже предложил чай, от которого отказываться не стали. Роза разливала заварку по пузатым чашкам, а сама расспрашивала:

– А что в деревне странного происходит? Мы смотрим – у вас зеркало висит.

Мужичок, которого, как выяснилось, звали Сергей Иванович, охотно пояснил:

– Жена повесила. После того, как разное твориться начало. Говорит, зеркало негатив отражает.

– А на вид у вас все так хорошо. – Роза не говорила, а журчала.

– Да как же! – Сергей Иванович резко отодвинул кружку. – Тут такое!..

И он поведал, что в деревне творится черт-те-что. Что через двор живут сплошные колдуны и ведьмы, что выйти без креста нельзя – сглазят.

– А одна собаку мертвую подняла! – Сергей Иванович для достоверности обвел присутствующих горящим взглядом.

– Лидия Петровна?! – догадался Николай.

– Она самая, – закивал Сергей Иванович. – Давно темной волшбой занимается.

Николай закашлялся: подавился воздухом.

– А разве так бывает? – Роза попыталась округлить раскосые глаза, но лишь вздернула брови.

Сергей Иванович подался вперед и прошептал:

– У нас, девушка, чего только не бывает. Гляди в оба, чтобы порчу не навели.

– А что насчет Руслановой? – бросил пробный камень Николай.

– Не знаю такую, – поджал губы Сергей Иванович.

– Москвичка, – пояснил Дима. – Дом недавно купила.

– А-а. Прибабахнутая которая? Не смешите меня.

Николай с коллегами заглянули еще в несколько домов. Некоторые хозяева отказывались говорить наотрез, другие ничего нового не сообщили: каждый считал, что кто-то из соседей колдует. Под конец заехали к Лидие Петровне. Самой ее не оказалось – уехала на рынок, но зато дома был супруг – здоровый мужчина с лицом красного цвета, наводившим на мысли о повышенном давлении.

Леонид тоже рассказал о случае с собакой:

– Да ужас! Все думаю: а если бы жена пошла? Ведь растерзала бы ее эта псина.

Роза вызвалась посмотреть на останки. Она с любопытством разглядывала двор, изучила обгоревшие кости, которые раскопали для нее в поле, даже повертела рог козла.

– Как думаете, собака бешеная?

Леонид пожал плечами:

– Да кто знает? Но я сроду с таким не сталкивался.

Под конец Леонид посоветовал заехать к некой Клавдии Захаровой:

– У нее мать точно ведьмой была. Умела разное. Говорят, перед смертью дочери это передала. Зинка долго умирала, крышу разобрали – и то не помогло, пока дочь не согласилась принять.

– Что именно? – напрягся Николай.

– А то вы не знаете, – усмехнулся Леонид.

Все это настораживало. Микро-Уленька никак на фон в деревне не реагировала, Роза тоже ничего не ощущала. И главное, не было подозреваемого: все думали на соседей. Но не могут же все быть заражены сущностями!

Николай и Роза со спецом отправились к Клавдии Захаровой, та жила в деревянном доме, обложенном кирпичом. Крепкий, деревенский, на кухне старый резной буфет, доставшийся по наследству. Рядом современный стеллаж из известного гипермаркета, полки уставлены сортовыми фиалками.

Хозяйка оказалась лет за пятьдесят, коротко стриженная, мужского телосложения.

– Чего вам? – нелюбезно спросила она.

– ОБХСС. – Николай предъявил корочки.

– И что? – По всей видимости, Клавдия была в курсе назначения отдела.

– Надо проверить сущность, которая в вас живет.

– А если не хочу? – Она с вызовом уставилась на него.

Роза в этот момент подавала сигналы: сущность она учуяла.

– Ваше право. – Николай сохранял спокойствие. – Только нужна она вам?

– Не мешает. – Клавдия достала из кармана спортивных штанов пачку сигарет и закурила, выпуская дым в лицо Николаю.

Пришлось уйти не солоно хлебавши. Роза подтвердила, что в Клавдии живет сущность.

– Ну такая себе, – пояснила напарница, из чего Николай сделал вывод: подселенец маломощный.

Но в последнее время нельзя было быть ни в чем уверенным. Сущность могла притвориться слабой.

– Пришлите мне материал по этой Клавдии, – попросил он Диму, – и ее матери.

Весь обратный путь на электричке они с Розой обсуждали увиденное. Роза считала, что странности – случайные совпадения. Николай думал, что лучше перестраховаться и держать их под контролем. В понедельник в офисе объявилась Елена, она принесла новости о своей матери, Людмиле Владимировне. Та, по ее словам, после чистки стала спокойнее.

– Что беспокоит? – спросил Николай, заметив, как Елена судорожно то сжимает, то разжимает пальцы.

– Да все не так. – Елена повысила голос. – Мать какая-то потерянная, аппетита нет, многое не помнит.

– А что вы хотели? – поучительно заметила Роза. – Ей восстановиться надо. Витамины пропить, в санатории подлечиться.

– Мы не волшебники, – добавил Николай. – Да и запустили вы это дело. Раньше надо было обращаться.

Елена ушла, недовольная услышанным. Впрочем, Николай иного не ожидал: многие люди почему-то считают, что их проблемы обязаны разрешаться по мановению волшебного посоха. Раз! – и вылечился. Раз! – и разбогател. Раз! – сделался популярным. А то, что это труд, причем непрестанный, никто во внимание не берет. Елене теперь постоянно придется следить за матерью, чтобы в травмированной ауре не завелись новые подселенцы.

– Странные такие, – резюмировала Роза, – лишь бы самим ничего не делать.

Дима прислал материалы по Клавдии Захаровой. У нее имелся мелкий родовой бес, передаваемый по женской линии. Ее бабка занималась лечением и была известной на всю округу травницей. После смерти матери у Клавдии открылись способности: могла тарелки взглядом двигать, свет без выключателя включать. А на свадьбе сына начала хлопать, и при каждом хлопке открывалось шампанское. Телекинез какой-то.

Наконец-то появился шеф: каждое утро в ведомстве проходили совещания, где он просиживал до одиннадцати утра.

– Ну как? – спросил он в лоб. – Сработались?

Николай пожал плечами: вроде да. С Розой было легко, она не тянула одеяло на себя, дополняла Николая при опросе свидетелей, да и ее способность ощущать сущности оказалась совсем не лишней.

– Все нормально, Виктор Иванович, – проворковала Роза.

– Дергунов, ты когда в клинику?

– Завтра, – Николай клятвенно прижал руки к груди.

– Рассказывайте, – велел шеф, и Николай с Розой поведали о новых обстоятельствах.

– Держи на карандаше эту Клавдию, – приказал шеф. – Что-то с ней нечисто.

Во вторник Николай отправился в ведомственную поликлинику. Он опасался встречи с Ольгиной подругой, но попал в другую смену.

– Что у вас? – недовольно поинтересовалась пожилая дама.

При взгляде на нее у Николая всплыли все анекдоты о тещах и третируемых зятьях.

– Порча на смерть, – ответил он, стараясь унять дрожь в голосе, – наславший умер.

Дама и бровью не повела и кивнула на каплеобразный аппарат:

– Ложитесь.

После двадцатиминутного сканирования она молча выдала цветную схему.

– Что там? – Николая прошиб пот.

Дама посмотрела на него поверх очков:

– Кто вам диагноз поставил?

– В смысле? – удивился Николай. – Ваши коллеги.

– Хреноллеги. Нет на вас порчи.

– А что есть? – Николай развернул схему, пытаясь осознать новость.

Дама закатила глаза, всем видом указывая на непроходимую тупость пациента:

– Аура в норме. Можете прийти на диагностику в рамках профилактики через полгода.

– Но ведь раньше была…

– Молодой человек, – в голосе слышалась усталость от идиотов, которые отнимают драгоценное время ценного специалиста, – когда человеку аппендицит удаляют, что у него остается?

– Шрам? – догадался Николай.

– Да! С порчей так же. Даже после чистки на ауре остались бы отметки. А у вас нет ничего.

Николай вышел из клиники, все еще не понимая: что произошло?! Рассосалось? Вот так, без следа? Он вновь изучил цветную картинку. Насколько хватало знаний, действительно, аура ничем особенным не выделялась: идеальной формой духовного гуру не отличалась, но и пробоин, оставленных сущностями, тоже не было. Николая охватила слабость, на лбу выступил пот. Следовало привести себя в чувство, поэтому он завернул в ближайшую кофейню, чтобы поднять уровень глюкозы.

Он взял раф на кокосовом молоке, добавил в него мятный ликер и два куска тростникового сахара, затем пил кофе, закусывая куском торта «Три шоколада», украшенным шоколадным же медальоном. Слабость отступила, перед глазами прекратили мелькать черные мушки, пропал звон в ушах. В отдел Николай заявился с огромным тортом.

– Что за повод? – Шеф не ожидал подобной щедрости.

– Все нормально у меня. – Лицо Николая растянулось в улыбке.

– В смысле? – Глаз шефа предательски задергался.

– Рассосалось. – Николай водрузил торт на стол.

– Это прививка, что ли, так подействовала? – удивился шеф. – Дергунов, ты бы сообщил Марату. Интересный эффект.

– Зайду позже. – Николай взял тарелку, Женечка уже разрезала десерт на крупные куски.

– «Красный бархат», – с удовлетворением заметил Денис, беря сразу два куска. – Ну, с выздоровлением!

Все последовали его примеру. Николай тоже не остался в стороне: от сладкого он не толстеет.

Роза никак не прокомментировала заявление Николая, пока они не остались одни.

– Ты уверен? – уточнила она.

Николай пожал плечами:

– Считаешь, надо перепроверить?

– Хуже от этого точно не будет.

Николай мысленно не согласился: иногда надежда – лучшее, что может случиться с человеком.