Текст книги ""Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Михаил Ежов

Соавторы: Владимир Прягин,Женя Юркина,Виктор Глебов,Андрей Федин,Феликс Кресс,Лада Кутузова,Сергей Голдерин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 314 (всего у книги 350 страниц)

Глава восьмая
Авария

Первым делом отправились в кафе на площади: зверски хотелось есть. Чай с конфетами не притупил, а, наоборот, раздразнил голод, так что желудок урчал, требуя нормальную порцию калорий. Сэм с Николаем заказали три пиццы: с белыми грибами, морепродуктами и сырную. Из напитков Николай взял две порции эспрессо, а Сэм – литр пива. Николай хмыкнул: горбатого могила исправит. И ошибся – к пиву Сэм не притронулся.

– Вот же паразит! – возмутился он, когда во второй раз попробовал отпить. – Глоток сделать не могу – мутит.

– О-о! – делано удивился Николай. – Кодирование прошло успешно?!

– Чего зубы скалишь? – обиделся Сэм. – Могу я хотя бы в командировке выпить? Дома попробуй – жена тут же скандал устроит.

– Ржачно. Люди деньги большие отдают, чтобы пить бросить, а ты бесплатно получил и недоволен.

– Черт! – Сэм посмотрел так, будто именно Николай был виноват во всем. – У меня же колено ноет. Надо было колдуна попросить полечить. И как я не догадался?!

– Ну мы же по делу ездили, – попытался утешить Николай, но Сэм отодвинул от себя кружку и махнул рукой:

– Вот я идиот! И ведь хотел!

– Ты зато о другом много спрашивал, – поддел Николай.

Сэм разделался с куском пиццы и проговорил:

– Так интересно же. Не, я примерно понимаю, как происходит передача по крови беса, но как они изначально его получают? Это ж не ерунда типа лярвы, которая сама прицепиться может.

Николай отхлебнул кофе.

– Ты разве на лекциях по шаманизму не был? Там примерный механизм раскрывали.

– Был, но все проспал, – признался Сэм. – У младшей дочери зубы тогда резались.

– Если коротко, то духи овладевают избранным человеком. Если избранный сопротивляется, то может умереть.

– А-а, – протянул Сэм. – А если сам решит?

– Слушай, давай без лекций обойдемся – я устал. – Настроения рассказывать прописные истины у Николая не было. – Приедешь в Москву, посмотри в распечатках, нам выдавали.

– Если найду. Я их куда-то засунул.

– Свои дам, – пообещал Николай.

– Но у нас шаманов же нет! – не унимался Сэм. – И не духи, а сущности.

– На кладбищах подбирали, думаю. Тут точных сведений нет. Сам видишь, никто информацией делиться не желает.

– Ну на кладбищах многое подцепить можно, – согласился Сэм, – да и отдать тоже. Мертвецы вечно голодные, которые неупокоенные. Да и прочих – каждой твари по паре. Кстати, готов спорить: родовой бес – покойник из семьи, который застрял на рубеже. Потом ему привязку сделали, чтобы служил родичам: помогал в делах и защищал. Так что логичнее бы рейды по кладбищам раз в месяц делать, переходники глушить.

Это Николай знал и без него, даже слишком хорошо. Его редкие посещения кладбища заканчивались позорным бегством: чересчур быстро замерзал там до костей даже в жару. Так что в то, что покойники воруют энергию у живых, Николай верил. Да и было кое-что раньше… Разговор с Петром Степановичем разбудил детские воспоминания, похороненные на самом дне памяти.

Николаю было девять лет. Крыса Лариса, которую ему подарили двумя годами ранее, болела в последнее время. Ее лечили, но лучше крысе не становилось, хотя Николай о ее смерти не задумывался – это было отвлеченное понятие из книг. Однажды ночью он проснулся от того, что над ним кто-то склонился. Открыл глаза и увидел размытую фигуру: казалось, она состоит из черного тумана или газовой ткани, у мамы была блузка из подобного материала.

На месте глаз – мерцание, словно от тлеющих угольков или звездного скопления: то разгорается, то тухнет. И холод, такой, как из склепа, Николая сразу же охватила дрожь. Страха он не испытал: было ощущение, что сущность пришла не за ним. Некоторое время они разглядывали друг друга, потом Николай моргнул, и сущность исчезла, оставив за собой шлейф холода в коридоре. Крыса слабо пискнула и затихла. Утром Николай обнаружил, что она умерла.

Родители ему не поверили: списали все на богатое воображение. Но Николай вскоре еще раз огорошил их: он ощутил знакомый холод в углу с аквариумом. На его глазах о стекло начал биться огромный акулий сомик. И Николай, и родители как завороженные смотрели на его агонию. Как только сомик умер, холод пропал.

После этого бабушка по отцу водила Николая в церковь к батюшке. Тот что-то говорил про третий глаз, который надо закрыть, про отчитки. Видимо, закрыть удалось, потому что подобные видения больше не беспокоили, и после Николай забыл об этих случаях.

В Питере задерживаться не стали: потерявший интерес к алкоголю Сэм не видел в этом смысла. Зашли в фирменный магазин шоколада, где он купил конфет для своих девчонок. Николай подумал и тоже купил угощение для Ольги. Затем забурились в столовую рядом с вокзалом и просидели там до отправления «Сапсана».

Поезд приезжал в Москву в девять вечера. За полчаса до прибытия позвонила Женечка:

– Вы где?

– Завтра в офисе будем, – ответил Николай.

– Тут такое! – В ее голосе послышалось отчаяние. – Шефа и нас на уши поставили, усиленные наряды по городу назначают.

– А что случилось? – не понял Николай.

– Вы что, новостей не читаете? – обиделась Женечка. – Чем вы в командировке занимались?

И она отключилась.

Сэм и Николай недоуменно переглянулись и залезли в интернет. На первых страницах сообщалось о крупной аварии в Подмосковье, больше ничего стоящего не было. Николай прошел по ссылке, и через мгновение его лицо вытянулось: все было слишком серьезно. На фотографиях он разглядел груды искореженных машин: фур, самосвалов и легковушек. Заголовок вопрошал: «Водители сошли с ума?» Далее сообщалось, что водители фур, точно сговорившись, одновременно выехали по направлению к Москве, хотя МКАД для их передвижения еще был закрыт. Но фуры не просто двигались в город, они гнали на огромной скорости и наезжали на другие автомобили, ударяя их, точно кий – бильярдные шары. Остановила сумасшествие пробка скопившихся из-за ремонта дороги машин, часть которых большегрузы раздавили вместе с водителями. Кто-то успел спастись, выбежав из машины, но таких людей было мало.

– Думаешь?.. – начал Сэм, и Николай кивнул: одержимость, больше свалить не на что. Завтра их ждут «горячий» прием в офисе и головная боль на оставшуюся неделю. – Вот же чертово дело! На что угодно готов поспорить, что это наш знакомец.

– Переходник так и не обнаружен, – заметил Николай, – а значит…

– А значит, оттуда могут вылезти подобные твари, – продолжил Сэм. – А этот продолжает кормиться у нас.

– Интересно, сменил ли он проводника? – задумался Николай.

Сэм пожал плечами. Считалось, что мелкие сущности жили за счет человеческих доноров. Когда энергии хозяев не хватало, они не чурались поджирать окружающих. Тот же энергетический вампиризм, например. Петр Степанович был редким примером, когда человек мог управлять бесом, но часто происходило обратное: человек становился одержимым, быстро деградировал и погибал.

– Вот же!.. – ругнулся Сэм. – Приехали, называется!

В четверг Николай был на работе вовремя. Женечка за ночь, видимо, успокоилась, поэтому приветствовала его с энтузиазмом.

– Что там у вас? Рассказывайте, – попросила она.

Николай и Сэм начали в красках живописать, как колдун водил их по лесу, долго не подпуская к дому. Женечка ахала и верила, пока Сэм не увлекся и не приплел волков, оказавшихся на поверку оборотнями.

– Да ну вас! – отмахнулась она. – А что у нас вчера было, это ужас какой-то.

– А что известно? – уточнил Николай.

– Мужик тот самый, – сказала Женечка, – видеорегистратор его заснял. И снова заражение: водители бесноватыми сделались. Из центра директива пришла: присвоили демону тип «А». Его жруном прозвали.

Николай уже прочел на местном форуме версии об облучении водителей инопланетянами и о различных сектах. Страсти кипели нешуточные.

– Что будет… – Женечка покачала головой. – Хоть бы нашли его поскорее.

– Эту тварь нейтрализовать замучаешься, – к ним подтянулся Михаил. – Наши Бези не потянут.

Николай и Сэм переглянулись: надо как-то сообщить шефу, что Николай без оружия, но шеф пока не являлся.

– Да и прививки слабые, – поддакнул Денис. – Нужно ставить те, которые в центре делают.

– Иначе и мы схлопочем одержимость при задержании, – подтвердил Михаил.

– Это пусть Виктор Иванович решает, – заявил Сэм.

– Но сказать надо, – добавил Михаил. – Я зря рисковать не хочу.

Николай решил уточнить:

– А почему жруном-то прозвали?

– Так кушать любит, – развел руками Михаил. – А классическая классификация не годится: ее сочиняли люди с больным воображением, с демонами никогда не сталкивавшиеся.

Шеф явился в пол-одиннадцатого. Взъерошенный, с покрасневшими глазами – вид шефа оптимизма не внушал.

– Это задница! – произнес он и забарабанил пальцами. – Женечка, надо договориться с лабораторией о времени – сегодня привезут экспериментальную партию прививок, усиленную. Всем оперативникам в первую очередь.

– А что с оружием, Виктор Иванович? – осторожно поинтересовался Сэм.

– Подвезут к выходным.

– А то Николай без оружия остался, заморочил его колдун, – продолжил Сэм.

Николай напрягся: зачем Сэм в это лезет? Без него бы разобрался.

– Кстати, что там у вас? – Шеф переключился на Николая с Сэмом. – И что за история с оружием?

Пришлось рассказывать.

Как ни странно, шеф известие о том, что Николай добровольно расстался с обезвреживателем, принял спокойно.

– Ладно, – решил он. – Рано или поздно колдун преставится, и тогда попросим коллег забрать Безю. А пока ждем новую партию.

– БЗВ-13? – с придыханием спросил Денис.

– Они самые.

– Обалдеть! – Денис обрадовался известию об оружии, как ребенок, которому пообещали новую игрушку, и закатил глаза. – О-о-о! Они же действуют на сущностей категории «А». В теории, правда. Причем до трех часов вырубают. Опять же, на практике не проверено.

– Блокираторы тоже выдадут, – добавил шеф, – усиленные.

– Это праздник какой-то! – Денис, похоже, воспринимал происходящее как компьютерную игру, но в его возрасте это неудивительно.

Зазвонил телефон, трубку подняла Женечка.

– Всем в лабораторию, – скомандовала она, – прививки подвезли.

«Топтарей» опередили чистильщики: все пятеро уже подпирали плечами дверь кабинета. Николай обменялся кратким приветствием с Геннадием, тот отозвал его в сторону.

– Нашли мы того мужика с фотографии, – начал Геннадий.

– О-о, – оживился Николай, – и как он?

– Да никак, – развел руками Геннадий, – со дна реки его вытащили: машина вылетела с моста в Новой Москве.

Николай вспомнил: а ведь читал об этом происшествии.

– Самое странное, – продолжил Геннадий, – что сразу после его смерти нам посыпались сообщения: люди узнали мужика. Только поздно, а до этого он точно под колпаком находился. Впервые с таким сталкиваемся.

Глава девятая
Пряничный домик

Ольга сперва отказалась делать прививку: мол, неясно, как поведет себя ослабленный организм на фоне экспериментального препарата.

– Признайся Виктору Ивановичу, пусть тебя в отделе оставят, – потребовала она. – Тебе нельзя на розыскную работу.

Он достал коробку конфет, купленных в Питере.

– Это не взятка, – предупредил Николай, – а толика благодарности.

Ольга смутилась и обрадовалась одновременно:

– Коля, да зачем…

Ему было приятно, что она так реагирует, хотелось просто болтать и смотреть на нее, но нужно было решить одно дело.

– Сделай мне прививку, пожалуйста, – перебил он. – Я уже встречался с этой сущностью и не уверен, что встреча была случайной. Не хочется оказаться беззащитным: тварь убивает людей.

– Ты же раньше не хотел! – возмутилась Ольга.

– Передумал, – коротко ответил Николай.

Последние новости внесли свои коррективы: сам он не справится с тварью.

– Это нарушение всех инструкций. – Ольга продолжала сопротивляться, но достала из холодильника ампулу. – В субботу снова на очистку, заеду за тобой в девять утра.

– Обязательно, – он взял ее за руку, – я не самоубийца и буду бороться до конца. Но не желаю прямо сейчас быть в положении инвалида.

Ольга освободила руку:

– Хорошо. Но если почувствуешь себя необычно или что еще, сразу же позвони мне. – Она написала номер телефона. – Обещаешь?

Николай криво улыбнулся: как романтично. Только не рыцарь заботится о прекрасной деве, а наоборот. Жаль, что все так поздно.

Ольга сделала укол в плечо:

– Два дня место укола будет болеть, это нормально.

Она хотела сказать что-то еще, но промолчала.

Вечером Николай все думал: правильно ли поступил? На ослабленный организм прививка могла подействовать странным образом: ходили слухи о людях, у которых открылся третий глаз и появились экстрасенсорные способности. Не самый лучший вариант для обычного человека. Но выбор у Николая сейчас стоял между плохим и потенциально плохим, и прививка казалась наименьшим злом.

Дежурство Николая начиналось с понедельника. Ему выделили полицейскую машину с водителем-сержантом, ПУленьку и БЗВ-13, как обещали, с комплектом блокираторов.

– Вместо наручников, – пояснил шеф. – Надеваете их на запястья проводника, после этого сущность будет отрезана от человека.

– Прикольно. – Сэм повертел блокираторы, похожие на гладкие обручи графитового цвета.

– Не перепутайте только. – Шеф приподнял правую бровь. – Сперва обезвреживаем, затем блокируем.

Сэм щелкнул блокираторами:

– Не перепутаем.

Теперь Николай ездил по маршруту, начинавшемуся от метро «Братиславская», захватывающему часть Верхних полей до пересечения с улицей Марьинский парк и Белореченскую. Один и тот же маршрут навевал скуку. ПУленька исправно снимала показания – все в пределах нормы, – а Николая клонило в сон. Вторая очистка далась хуже первой: его ломало и корежило, точно проходил не обычную процедуру, а пыточную камеру. И лишь осознание, что Ольга рядом, что она пошла из-за него на нарушение, удержало Николая от прерывания детоксикации.

Самостоятельно вылезти из капсулы получилось не сразу. При попытке подняться перед глазами начинали плыть круги, а в ушах появлялся неприятный звон. Давление грохнулось до критического, и Ольгина приятельница сделала укол. Лишь через несколько минут Николай смог встать.

Ольга, ожидавшая в коридоре, критически оглядела его с головы до ног и поинтересовалась:

– Ты как?

– Жить буду, – пообещал Николай, – но прямо сейчас надо выпить кофе. Желательно с чем-нибудь сладким.

Они заехали в закусочную. Николай взял эспрессо, Ольга – капучино. На десерт выбрали миндальное печенье.

– Сильно плохо было? – спросила Ольга.

Николай кивнул:

– Выдержал ради тебя.

– Спасибо. – Она улыбнулась.

– Стараюсь. – Он дернул уголком рта в ответ, хотя улыбка вышла вымученной.

Затем Ольга отвезла его домой и уехала к себе. Приглашать ее на свидание желания не возникло. Николаю нравилась Ольга, и он понимал, что она тоже неравнодушна к нему. Просто смысла не было, простого человеческого смысла. Зачем завязывать отношения, когда будущее предопределено? Но в нем прозвучит не марш Мендельсона, а похоронный. Видимо, когда у любви нет шансов на воплощение, зарождается дружба. Вот и у Николая с Ольгой именно так.

Николай рухнул в кровать, но уснуть не смог: тело болело, точно его пропустили через мясорубку. Он лежал, уставившись в потолок, не думая ни о чем. Когда пришел в себя, был уже час дня. Николай встал и пошел на кухню готовить обед из пельменей, а то от слабости пошатывало. Разогрел духовку, вывалил в сковороду пельмени из упаковки, залил смесью из яйца, сметаны и тертого сыра. Через полчаса еда была готова.

…Они кружили по району уже третий час. ПУленька слабо потрескивала, сканируя пространство на эманации.

– Спокойный у нас район? – поинтересовался сержант.

– Не хуже остальных, – заверил Николай.

Они заехали во дворы, расположенные вдоль Поречной улицы. Многоэтажные дома, похожие друг на друга как братья-близнецы; возле подъездов разбиты клумбы; растут деревья, посаженные жителями на месте вырубленных при застройке. Обычные тихие дворы.

ПУленька протяжно пискнула. Николай посмотрел показания: ноль. Сбой, что ли? Эманации всегда присутствуют возле людей, нравится тем или нет. Ноль может быть только там, где нет жизни. Машина объехала дом и вывернула на дорогу. ПУленька снова пискнула: прибор заработал.

Весь день Николай колесил по маршруту, прервавшись только на обед. Под вечер снова заехали во двор на Поречной улице, и опять случился сбой.

– Остановись, – попросил сержанта Николай, а сам достал микро-Уленьку.

Второй прибор тоже молчал: странное совпадение. Николай обошел дом: ничего! Отошел на сто метров, и микро-Уленька включилась. Николай вспомнил слова Геннадия о колпаке: дом словно находился под шапкой-невидимкой. Аномалия какая-то.

Сержант отвез Николая в отделение, где тот сдал дежурство Сэму.

– Слушай, посмотри дом один на Поречной улице, – Николай ткнул в карту, – что-то он у меня не прослушивается. Проверь сам еще.

Утром он обнаружил сообщение от Сэма: «Глухо».

Вторник Николай провел в отделе: сегодня дежурили Денис и Михаил, Сэм отсыпался. Николай поделился наблюдениями с шефом. Тот застучал пальцами:

– Может, и в самом деле аномалия, как с телефонными вышками, но проверить не мешает. Сейчас особенно.

– Виктор Иванович, давайте запрос сделаем насчет смертей и болезней в этом доме, – предложил Николай. – И как это выглядит на фоне общей статистики.

– Запрос сделаем, и подкину я тебе, Николай, девушку одну. Поработаешь с ней завтра в паре.

В среду дождь лил так, точно в небе проделали прореху. Николай даже обрадовался: несколько дней до этого стояла страшная жара, так что охладиться не мешало. В десять утра он подошел к метро: именно там договорился встретиться с обещанной напарницей. Николай прошел к турникетам, где ожидала невысокая девушка азиатской внешности: коротконогая, с круглым плоским лицом, раскосыми глазами, жирно подведенными черным карандашом, коротко стриженными волосами. На правой руке была сделана татуировка в виде змеи, в ноздрю вдета серьга.

– Роза? – уточнил Николай.

– Она самая, – девушка кивнула и двинулась по переходу.

– Нам на маршрутку, – опередил ее Николай.

– Под таким дождем?! – Роза посмотрела на него как на умалишенного. – Вызывай такси, я мокнуть на остановке не собираюсь.

Пришлось подчиниться. Роза не состояла на службе ведомства, она была привлеченным консультантом: когда-то ее поймали на любовной привязке, с помощью которой Роза получала деньги от состоятельных мужчин. Ей могли впаять срок за мошенничество, раз закон о незаконном воздействии с помощью сущностей принят не был, но она предпочла сотрудничество.

Такси приехало быстро. Николай открыл дверь, пропуская Розу, затем залез в салон сам. Со скрипом работали дворники, дождь струями стекал по стеклам, Роза безучастно смотрела в окно и жевала жвачку. Машина свернула во дворы и остановилась.

– Подождите, – попросил Николай, но таксист замотал головой: уговора не было.

Николай расплатился и отпустил машину. Затем он раскрыл зонт – одна спица погнулась, следовало купить новый, но руки все не доходили. Роза встала к нему под зонт.

– Какой дом? – спросила она.

– Вы не чувствуете? – уточнил Николай.

– Я не собака, – огрызнулась она, – дома как дома… – и резко замолчала.

Роза посерьезнела, выплюнула жвачку и стала на цыпочках подбираться к зданию, которое не прослушивалось приборами.

– Вот же… – В голосе прорезался акцент, которого раньше не было слышно. – Пряничный домик, в котором живет-поживает да добра наживает… – Она остановилась: – Дальше я не пойду.

– Что там? – Николай заглянул ей в глаза.

– Плохо там, – ответила Роза. – Все точно паутиной покрыто.

– А под паутиной?

– А кто под паутиной может быть? – усмехнулась Роза. – Паук. Ты опер, ты и выясняй. Я свое дело сделала, так что тебе мое «пока!» и вызывай такси.

Все попытки разговорить ее провалились, пришлось заказывать машину. Таксист отвез Розу к метро, а Николая в офис, где он обо всем доложил шефу.

– Я тебя как раз жду, – обрадовал тот. – Получили статистику по болезням и смертям. Наши «головастики» из аналитического отдела ее обработали.

Николай открыл файл на компьютере и присвистнул: двое похорон только за месяц, за год в доме умерло семь человек. Да и онкологических больных много.

– А люди думают – поди, экология плоха или дома из неправильных материалов построены, – произнес он вслух.

– Ну, такое тоже бывает, – заметил шеф. – Надо теперь выяснить, что там за паук завелся. Вечером с Сэмом отправляйтесь, переговорите с людьми, особенно из пострадавших квартир.

Сэм, вернувшийся с дежурства, был не рад:

– Меня жена убьет! Пообещал ей, что сегодня вовремя буду.

– А я что сделаю? – Николай пожал плечами. – Днем дома никого не застанешь, многие работают.

Ему самому не улыбалась перспектива переться куда-то вместо того, чтобы отдохнуть. Они вызвали такси – дождь не прекращался – и отправились на Поречную улицу. Дверь в подъезд открыла консьержка.

– Мы из Мосэнерго. – Николай показал корочку удостоверения. – К нам жалобы на перебои электричества поступили. Вы ничего не замечали?

– Да нет, – протянула та, – ну, бывает, что лампочка иногда мигает. Но я думала, из-за скачков напряжения.

– Понятно. – Николай записал ее слова на листе бумаги. – Будем выяснять.

Они поднялись на второй этаж.

– Здорово ты про электричество сочинил, – отметил Сэм.

– Ну светиться не хочется: консьержка может проболтаться. А проблемы с электричеством из-за сущностей часто бывают, так что все логично. – Николай проверил показания микро-Уленьки: прибор молчал.

Нужная квартира находилась на пятом этаже, Николай позвонил в дверь. Открыли им не сразу. На пороге вырисовался высокий плотный мужчина лет пятидесяти с хвостиком.

– Вы к кому? – поинтересовался он.

– К вам, Игорь Александрович, – сообщил Николай. – Разрешите войти?

– А кто вы?

Хозяин квартиры не сдвинулся с места. Николай и Сэм достали удостоверения:

– ОБХСС: отдел по борьбе с хаосом, существами и сущностями.

– Ого! – нарочито громко удивился Игорь Александрович. – Новая инквизиция?

Он посторонился, и оперативники вошли внутрь. Игорь Александрович пригласил их на кухню. На столе стоял пакет с яблоками, от которых пахло так, что у Николая чуть слюна не потекла.

– Не рано ли? – спросил Сэм. – Яблочного Спаса еще ждать и ждать.

– Соседка передала. У нее ранетки, скороспелые.

Разговор не клеился. К хозяину подтянулась его жена, такая же крупная и громкоголосая. У умершей месяц назад матери хозяина, по их словам, врагов не было. Ничего странного не обнаруживали, в почтовый ящик им ничего не подбрасывали. Сэм и Николай обошли квартиру с микро-Уленькой: та по-прежнему хранила молчание. Рамка также не реагировала: переходника не было.

Игорь Александрович наблюдал за ними со скепсисом:

– Что-то плоховато у вас с фокусами, ребята.

– А со здоровьем все в порядке? – кинул пробный шар Сэм.

– Да как у всех, – ответила жена Игоря Александровича. – Давление повышенное – так у кого в нашем возрасте оно нормальное?

Николай и Сэм переглянулись: тут ловить нечего, надо идти дальше.

– А не обсуждали с соседями, почему так много умерших в доме? – спросил Николай.

– Так стариков у нас много, – ответил Игорь Александрович. – Они и умирают.

Николай и Сэм распрощались с хозяевами и отправились на два этажа выше. Сэм нажал на звонок, но никто не отозвался. Подъехал лифт, из него вышла рыжеволосая молодая женщина с пакетом в руках.

– Нет Сидорчуков? – осведомилась она.

– Не открывают, – ответил Николай. – Хотели узнать, как у них с энергоснабжением, а то много жалоб из вашего дома.

Женщина пожала плечами:

– Не замечала проблем.

Она вызвала лифт и уехала. Сэм втянул воздух:

– Ну до чего же яблоки душистые.

– Яблоки? – не понял Николай.

– В пакете у нее яблоки были, – пояснил Сэм. – Не заметил, что ли?