Текст книги ""Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Михаил Ежов

Соавторы: Владимир Прягин,Женя Юркина,Виктор Глебов,Андрей Федин,Феликс Кресс,Лада Кутузова,Сергей Голдерин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 125 (всего у книги 350 страниц)

– Да, я обдумывал этот вариант, – сказал Финиан, – но счёл его неприемлемым. Нет законов касательно серебрянки, и лорд-арбитр будет решать на основе действующего законодательства. А формально права на краску принадлежат владельцам подвала. Кроме того, если откровенно, я не уверен на сто процентов, что лорд-арбитр действительно непредвзят. Так что обращаться к нему я пока не буду.

– Гм. Ладно, как знаете.

Я поужинал и завалился спать.

На следующий день с утра появилась Вита. Увидев меня, обрадовалась:

– Ой, Вячеслав, привет! А я удивляюсь – чья это машинка стоит, такая красивая?

– Прокачу, если расскажешь что-нибудь интересное насчёт вереска.

– Ух, – сказала она, – там странное что-то.

Глава 22

– Странности? – переспросил я. – Ладно, пойдём тогда в кабинет. Расскажешь сразу и мне, и Финиану, чтобы не повторяться.

Её рассказ, впрочем, оказался коротким.

– Да, зацвёл вереск, который с магией! Много! Ну, если по сравнению с прошлым годом. Но некоторые цветочки при этом… Не знаю даже, как объяснить… Вот смотрю на них – и чувствую ещё что-то, но понять не могу. И мамка смотрела тоже, не смогла разобраться. Вам бы самим проверить…

– Благодарю вас, Вита, – ответил Финиан. – Сам я, как вы догадываетесь, на склон не полезу, здоровье уже не то, так что отправляйтесь, пожалуйста, с Вячеславом. Буду ждать с нетерпеньем.

Мы с Витой вышли из дома, и она сразу затараторила, не дожидаясь моих вопросов:

– В деревне теперь дурдом, но весёлый! Народ из города едет, под склоном бродит, фотографируется. И чуть ли не все хотят, чтоб мы с мамкой им всё показывали. Ну, потому что плакаты эти… Когда автобус раскрашенный, который с нашими фотками, первый раз прикатил, вся деревня сразу сбежалась, а разговоров было – чуть ли не на неделю. Ну, как бы да, я такого раньше не видела даже в городе… И мы там получились красиво, мне прям понравилось. Теперь мы – экскурсоводши, нам бургомистр за это платит. Ну, не из своего кармана, конечно, а из деревенской казны. Не хотел сначала, но мамка ему заявила прямо – за так работать не будем…

– Правильно, одобряю.

Свернув с дорогу, мы поднялись на склон. Вереск был повсюду, ярко-лиловый, но кое-где его островки отмечались вешками. Возле одной из них Вита остановилась:

– Вот, посмотри.

– Да вроде ничего необычного, – сказал я.

– Ага, я тоже сразу не поняла. Но взгляд зацепился – что-то не так. Вот только понять не могу, что именно…

Мы присели с ней перед ветвистым стеблем с кожистыми чешуйками-листьями. Его густо облепляли меленькие цветы, которые смахивали по форме на колокольчики. Я перешёл на следопытское зрение.

Сначала не разглядел ничего конкретного, но Вита была права – некая неправильность ощущалась. Я сконцентрировался ещё сильнее, отгородившись мысленно от пейзажа вокруг.

И понял.

На лепестках блестели серебряные прожилки, невидимые для обычного взгляда.

Встав, я застыл на месте. Мысли в голове закрутились с бешеной скоростью.

Серебрянка теперь и здесь?

Не в виде минерала, а как растительный краситель?

Ох, ни фига себе…

Затем я сообразил, что Вита передо мной буквально подпрыгивает от нетерпения и теребит меня за плечо:

– Ну, что там такое? Ну, Вячеслав, чего ты молчишь? Нечестно же!

– Ну, красавица, – сказал я, – если бы мы с тобой сейчас не торчали на виду у всего посёлка, то расцеловал бы десятикратно. Ты просто молодец. Проси чего хочешь.

Она хихикнула:

– Хочу виллу в три этажа с бассейном. На Кипарисовых островах!

– За наглость хвалю, но даю второю попытку.

– Ладно, не надо виллу, – великодушно согласилась она. – Просто покатай на машине, как обещал. И расскажи, что увидел, а то я от любопытства с ума сойду!

– Сейчас расскажу, – кивнул я, – только сначала ответь мне прямо. Ты вот об этом уже кому-нибудь говорила?

– Нет, только мамке. Она сама тоже не поняла, что это такое, но запретила мне в деревне болтать.

– И правильно сделала. Никому не рассказывай, поняла? Вообще никому, даже жениху. Получится у тебя?

Она посмотрела слегка испуганно:

– Да, если нельзя, то не расскажу. Я не дура, честное слово. Но…

– Это очень важный секрет для клана. Из вот таких цветов может получиться особо мощная краска. Её надо ещё выделить, правда, но этим займётся Финиан. Твоя же задача – как можно внимательнее собрать такие цветы. И маму твою подключим, я ей всё объясню. Цветы уже пригодны для сборки?

– Ещё бы пару денёчков. Но если эти цветы – особые, то я не уверена…

– Будем исходить из того, что биология у них – та же самая. Никаких дополнительных ухищрений, главное – тщательность, чтобы не пропустить ни один росток. Естественно, собираем и остальные, где магия стандартная. Всё, пойдём. Твоя мама дома или уже с туристами?

– Сейчас ещё рано, – сказала Вита, – они попозже подтягиваются.

– Тем лучше.

Мы спустились со склона и вошли в дом, где была квартира обеих травниц. Бинна встретила нас с улыбкой:

– Догадывалась, что придёте вместе. Разобрались с загадочными цветами?

– Разобрались, – кивнул я. – Новость хорошая, крайне важная, я выдам вам премию от имени клана.

Кратко объяснив Бинне суть, я подытожил:

– Прошу соблюдать полную конфиденциальность. Внешне это нетрудно – просто собираете вереск, как и в предыдущие годы, сдаёте Финиану. Туристы пусть смотрят, только на склон не лезут. Можно ещё одну табличку добавить, чтобы вам не мешали. А экскурсоводшами пусть пока поработают другие барышни. Найдутся желающие?

– Найдутся, а как же, – сказала Вита. – Моя одноклассница обзавидовалась уже, и младшая сестра её тоже. Прискочат сразу, если позвать.

– Вот и замечательно. И ещё…

Сделав паузу, я спросил:

– Раз такое дело, дамы, как вы насчёт того, чтобы вступить в клан? Сейчас он расширяется после долгого перерыва, а вы приносите реальную пользу. Обязанности – те же самые, что и раньше, с поправкой на новую разновидность цветов.

– А браслетик можно будет носить? – мгновенно спросила Вита. – Или он тоже будет секретный?

– Браслетик – можно, – заржал я. – Хвастайся, сколько хочешь.

– Тогда согласна!

Она опять подскочила от избытка эмоций, а её мать сказала с усмешкой:

– Не буду врать, Вячеслав, браслет меня меньше интересует. Но если уж вступать, то лучше вдвоём. Иначе наш деревенский бомонд решит, что Виту вы приняли за другие заслуги. Хотя в любом случае пойдут сплетни…

– Они с прошлого раза ещё пошли, – пробурчала Вита. – И что теперь – под стол от них прятаться? Я браслетик хочу!

– Сегодня же сгоняем к нотариусу, – сказал я. – А пока – беги к своей однокласснице и тащи её к бургомистру. Оформим, что она тебя замещает. Я к нему тоже сейчас наведаюсь.

Бургомистр пребывал в административном раже. Оторвавшись от телефона, он сообщил мне, что туристический поток нарастает и это в целом нашло поддержку у местного населения, за исключением отдельных несознательных элементов.

Вита привела фигуристую блондиночку с томным взглядом. Та заверила, что готова доить туристов. Ну, в смысле, оказывать им квалифицированные услуги в экскурсионной сфере, вот прям хоть сразу.

Когда я вышел от бургомистра, на площадь как раз выруливал знаменитый автобус с аэрографией на борту. Он не был набит битком, но и порожняком не гонял – привёз полтора десятка экскурсантов из города.

Из-за руля вылез Джилмер. Мы поздоровались, и он рассказал, что водит автобус попеременно со старшим сыном. Раньше они вдвоём чинили машины, но автовладельцев в деревне мало, поэтому и возник автобусно-туристский прожект. Я пообещал подогнать им назавтра тачку на техобслуживание.

Вернувшись в имение, я нашёл Финиана в библиотеке и поделился новостью насчёт вереска с серебряными цветами.

– Гм, – сказал Финиан, – вот это сюрприз. Хотя, при желании, в этом можно усмотреть некоторую логику… Серебрянка – минеральный пигмент, мощнейший, и его вызревание могло всколыхнуть весь фон на материке. А магические растения чувствительны, как антенны, реагируют быстро… Это лишь версия, разумеется. Хотелось бы знать, наблюдается ли нечто подобное в остальных растительных кланах. Вряд ли у нас тут есть какое-то преимущество…

– А вот не скажите, – возразил я. – Наш клан сейчас – самый быстрорастущий. Вырос за год в два раза. По абсолютным цифрам – всё те же крохи, но динамика мощная. В информационном поле мы – самая заметная клякса. Ну, или самый сильный магический магнит, образно выражаясь. И если уж серебрянка притягивается к чему-нибудь, как железо, то она притянется к нам.

Финиан усмехнулся:

– Ловкое объяснение.

– Тоже в качестве версии, – сказал я. – Утверждать не берусь, естественно. А в практическом плане – теперь ваш ход. Серебрянку надо извлечь из вереска, когда травницы его соберут.

– Это будет интересный эксперимент. Подготовлю лабораторию.

Химический инвентарь для работы с краской хранился у Финиана в пристройке, позади дома. Я туда не совался.

Усадив Бинну с Витой в кабриолет, я повёз их в город. Мы прокатились с ветерком, а затем, заглянув к нотариусу, оформили их вступление в клан. Наведались в ювелирную мастерскую, я заказал браслеты, а ближе к вечеру мы втроём посидели в ресторанчике, отметили достижение. Парочка посетителей узнала обеих дам. Бинна лишь вздохнула, а Вита наслаждалась моментом.

На следующий день я забрал браслеты, вручил их травницам. Машину же отогнал в мастерскую к Джилмеру, чтобы тот её осмотрел. Она вроде выдержала мой автопробег с севера на юг, но я слабо представлял, каковы ресурсы у здешней техники, и решил – лучше перебдеть, чем сломаться где-нибудь на обратном пути.

Начался сбор вереска.

Собственно, процедура не отличалась особыми спецэффектами. Вита с Бинной переходили от вешки к вешке, аккуратно срезали стебли с соцветьями, а мешки за ними таскали двое местных парней. Я тоже поднялся к ним, постоял рядом с умным видом. За нами снизу наблюдали туристы – их в эти дни набралось особенно много. Пик сезона, понятно. В деревне ради такого дела соорудили дополнительный павильончик – столы и лавки под тентом, плюс бочка с пивом.

Когда мешки доставлялись в лабораторию, мы с Финианом ещё раз осматривали магический урожай и сортировали. На серебрянку приходилась примерно пятая часть от всех собранных соцветий. Визуальных отличий при этом не было, если смотреть без следопытского зрения.

Финиан принялся экспериментировать. Впрочем, как оказалось, новую технологию изобретать не надо. Серебрянка из цветков добывалась по тем же принципам, что и обычный эффектор, через биохимическую переработку. Финиан попытался объяснить мне детали, но я технично сбежал.

Пролетали дни.

Пару раз я связывался по телефону с Нэссой, но важных новостей у неё за это время не появилось. Мне отзвонился Даррен – тоже ничего нового. И с Рунвейгой мы пообщались, она уже вернулась в столицу.

Финиан наконец-то продемонстрировал результаты.

Те выглядели скромно, на первый взгляд. Но если сравнить с предыдущим годом, когда сбор вереска был почти нулевым, прирост наблюдался явный.

Серебристых кристалликов набралось на четыре столовых ложки, а лиловых – на все шестнадцать. Финиан разложил всё это по маленьких пузырькам. Часть спрятал у себя в сейфе, однако львиная доля досталась мне. Мы оба понимали – если и предстоит активное применение, то, скорее всего, в столице.

Лето заканчивалось.

Я собрал вещи, а напоследок Финиан мне сказал:

– Обдумываю снова и снова вашу гипотезу о том, что серебрянка притягивается к самому быстрорастущему клану. Если из этого исходить, то вроде бы напрашивается вывод – надо активнее зазывать к нам новых людей. Но этот подход, по-моему, слишком механистичен. И его эффективность представляется мне сомнительной.

– Да, наверное, – согласился я. – К нам, грубо говоря, шли не карьеристы, а те, кого маленький клан устраивал. Получился кружок по интересам, в каком-то смысле. Рост был не чисто экстенсивный, а как бы концентрированный. Может, поэтому суперкраска к нам примагнитилась. Так что не собираюсь никого искать специально, буду как и раньше – по ситуации.

– Думаю, это будет разумно.

Мы попрощались, я сел в машину и не спеша пересёк деревню. Туристы ещё не подтянулись из города – я выехал пораньше. На площади грузился пёстрый автобус, чтобы отвезти местных на работу в долину. Я махнул Джилмеру, сидящему за рулём, и он тоже поприветствовал меня взмахом.

Вскоре я уже вырулил на шоссе и прибавил газу.

Чем дальше я гнал на север, тем сильнее желтела вокруг листва. Постепенно становилось прохладнее, и я поднял крышу автомобиля. Асфальт был всё ещё сух, но ближе к столице уже громоздились тучи, и осеннее солнце выглядывало в просвет.

Наконец я припарковался во дворике доходного дома, где теперь жил. Занёс в квартиру багаж и спрятал краску в сейф, установленный ещё летом. Устал с дороги, поэтому спать лёг рано. Остался день до начала нового учебного года.

Наутро я не спеша позавтракал в ближайшем бистро, а затем отправился в кампус. Первым делом поднялся в свою бывшую комнату.

– А я уж подумал, что тебя выперли, – сказал Бруммер. – Вещей-то нет.

– Да, теперь ты тут один на хозяйстве. Гуляй, рванина.

– Давно бы так. Мог бы и раньше квартиру снять или сразу дом. А то деньжищ у тебя – полные карманы, а ты тут торчишь, глаза мне мозолишь.

– Знал, что ты меня ценишь, друг.

Я зашёл к Рунвейге и Уне, которые теперь стали соседками. Барышни уже познакомились и о чём-то оживлённо трещали. Расцеловавшись с ними, я констатировал:

– Итак, дамы, студенческая часть клана – в полном составе. Начинаем конспиративное совещание. Тема – как мы провели лето. Докладывайте по очереди.

– Ой, а мне-то и рассказывать нечего, – с сожалением призналась Уна. – Я у родителей просидела. Так-то нормально, но ближе к осени стало скучно. Вернулась сюда, а тут соседка новая, с таким же браслетом. Представь, как я удивилась? Ну, и обрадовалась, конечно. Тем более что теперь среди девчонок в кампусе я – не самая длинная.

– Глубокомысленный аргумент, – согласился я. – Слушаем соседку.

– Отдых понравился, – доложила Рунвейга, хмыкнув. – Жаль, что ты не приехал к Илсе, у неё там раздолье. Солнечно, красивая роща. И родители, кстати, очень доброжелательные.

– Вот прямо сейчас схожу к ней и извинюсь. А вы развлекайтесь, серьёзных дел на сегодня нет. Увидимся завтра, на занятиях.

Илса, когда я заглянул к ней, улыбнулась:

– Нет, Вячеслав, не бойся, не буду тебя ругать. Разве что немножко – за то, что письмо прислал такое короткое, без подробностей. Очень жаль, что вы расстались с Шианой. Она теперь в твоём мире, да? Но я не поняла, как вы там оказались вдвоём.

– Не спрашивай, история мутная. Главное, что ей там понравилось. Нашлось дело, которым она хочет заниматься.

– Хорошо, если так, – со вздохом сказала Илса. – Шиана всегда казалась мне грустной девочкой. Такой, знаешь, психологически неустроенной. Буду рада, если это теперь изменится. А что у тебя с другими делами? С поиском серебряной краски? Я понимаю – тема не для обычных писем, поэтому ты молчал, но мне интересно.

На несколько секунд я задумался.

Илса ведь и вправду ещё не знала о моих опытах с серебрянкой – летом уехала до того, как я нашёл подвал. И как теперь быть? Что ей рассказать, а что оставить за скобками?

– Не рассказывай всё, – спокойно сказала Илса. – Но покажи хотя бы точку на карте, где эта краска спрятана. Ты нашёл её, правильно? Обещаю, что туда не полезу, если это опасно, но мы ведь вместе ломали голову над этой загадкой. Сам понимаешь степень моего любопытства.

– Слушай, периодически я втихомолку радуюсь, что не стал за тобой ухаживать. Нафига мне такая проницательная жена?

Илса засмеялась:

– Действительно. Но некоторых это не испугало, заметь!

– Да, некоторые – орлы, я не спорю. Ладно, доставай карту.

Я объяснил ей фокус с отзеркаленной буквой «w», попросил не приближаться к подвалу. Рассказал, что каждые пятьсот семьдесят пять лет серебрянка выходит из информационной тени.

– Сейчас уже появились упоминания о ней в книжках, – добавил я. – И скоро их станет больше. Но окончательно всё это дозреет к следующему году, если судить по косвенным признакам.

– Ничего себе, – поражённо сказала Илса. – Надо обязательно проверить в библиотеке…

– Догадывался, что ты это скажешь. Но говорю же – пока там только упоминания, без подробностей. Можешь не торопиться. А вот прямо сейчас у меня для тебя маленький презент. Не откуда-нибудь, а из моего мира.

Глава 23

Я вручил Илсе книжку с картинками.

Это был толстый комикс – из тех, что в Америке называют графическими романами. Он попался мне на глаза в Лос-Анджелесе и показался прикольным. Понравился стиль рисовки, слегка нуарный, и отсутствие супергероев в трусах. Главным персонажем был агент засекреченной правительственной организации, который пытался разоблачить преступную сеть с крутыми техническими примочками. Фигурировали сексапильные барышни – то злодейки, то агентессы, то просто дамы в беде. Их прелести и наряды художник прорисовал особенно тщательно, я аж засмотрелся. Пейзажи и транспорт тоже хорошо получились.

– Какая интересная книжечка! – заметила Илса, перелистывая страницы. – И многое понятно даже без перевода. Женская анатомия, правда, несколько приукрашена, а эмоции у всех персонажей изображены гротескно, но это смотрится занимательно, даже стильно, пожалуй…

– Да, автор знает меру. Я вспомнил твои собственные наброски – там схожий принцип, но ты как будто стесняешься развернуть отдельные зарисовки во что-то большее. Вот и захотел тебе показать, как всё это может выглядеть, если довести до ума. Заметь – некая реалистичность присутствует, но кое-где художник сознательно от неё отходит, не сдерживает фантазию. И люди покупают, это большая ниша на издательском рынке.

– Думаешь, и у нас покупали бы? – улыбнулась Илса. – Я, честно говоря, не уверена. Да и прорисовать такой длинный, связный сюжет – это ведь непросто…

– Ага, – согласился я, – для картинок нужна ещё увлекательная история. Ну, книжку я притащил тебе просто для развлечения, как пример. И чтобы ты смелее экспериментировала со стилем, если рисуешь не для учёбы, а для себя.

Уже выходя от Илсы, я приостановился:

– Слушай, и насчёт краски ещё вопрос. Ярь-медянка в твоих владениях добывается как обычно? Нет аномалий? Каких-нибудь новых свойств?

– Ничего такого, насколько мне известно, – сказала Илса. – Родители, во всяком случае, ни о чём мне не говорили. Это как-то связано с серебряной краской?

– Да. Мой вереск уловил небольшое эхо, и я подумал – может, и минеральные пигменты тоже изменились? Ну, нет – так нет. Но это – чисто между нами.

– Конечно, Вячеслав.

К подвалу я наведался тоже. Как и предполагал, рост «инея» практически прекратился. Всё указывало на то, что ситуация на ближайшее время законсервируется.

Через газету я сообщил, что снова принимаю заказы на фотографии. Сезон был подходящий – погода не успела ещё испортиться, а народ вернулся с курортов.

И наступило осеннее равноденствие, а с ним – и новый учебный год.

Нас опять собрали в актовом зале, но я уже не ощущал себя как залётный гость и зритель с попкорном, в отличие от прошлого раза. Кивал знакомым студентам, здоровался с преподавателями, а рядом со мной держались две барышни, чьи браслеты подтверждали их принадлежность к моему клану. С особенным интересом народ присматривался к Рунвейге.

Ректор задвинул речь – примерно в том же ключе, что и год назад. Я слушал внимательно, но никаких зловещих намёков не прозвучало. На общегосударственном уровне, видимо, тоже не ждали серьёзных сдвигов в ближайшие недели и месяцы.

Пожелав Рунвейге удачи, мы отправились с Уной к второкурсникам. Дверь аудитории была приглашающе распахнута настежь, все уже заходили. Задержался лишь Грегори, глядя на меня так, будто предлагал переброситься парой слов.

Я остановился возле него. Дождавшись, пока Уна войдёт в аудиторию, он спросил ненавязчиво-светским тоном:

– Как отдохнул, Вячеслав? Проблем не возникло?

– Спасибо, отдохнул хорошо. А у меня должны были возникнуть проблемы?

– Просто предположение, – пожал он плечами. – В прошлом году ты действовал активно и не всегда разумно. Подозреваю, что из-за этого ты приобрёл врагов в различных кругах. Иногда это чревато последствиями.

– Ты осведомлён, похоже, лучше меня, – сказал я. – Может, подскажешь, каких последствий мне ожидать в следующий раз?

– Могу изложить лишь общие соображения. Если, например, ты что-то не поделил с представителями криминальных кругов, то они реагируют в своём стиле. Если же у тебя возникнет конфликт с более серьёзными оппонентами, то и реакция будет не столь прямолинейной и предсказуемой. Просто логика.

Он вежливо улыбнулся. Я полюбопытствовал:

– А эти оппоненты уже имеют ко мне претензии? Не подскажешь?

– Полагаю, – ответил Грегори, – всё зависит от твоей линии поведения. За неуместное любопытство просто щёлкают по носу, без острастки. А, скажем, за попытку присвоить что-то чужое в крупном размере могут наказать и всерьёз. Но это всё чисто гипотетические построения, ты же понимаешь?

– Ну, разумеется, – сказал я, – обычный трёп, чтобы скоротать время. Но долгие абстрактные разговоры – не мой конёк. Может, добавишь и что-нибудь конкретное? Прямым текстом?

– Изволь. Год назад ты отказался от сотрудничества с Вирчедвиком. Что ж, это был твой выбор. Донелл с первого курса, с которым ты разговаривал летом, решил иначе. Думаю, ты и сам уже догадался, но я говорю тебе это прямо, чтобы ты не пытался выведать и не отвлекал нас. Экономлю время тебе и нам.

Задребезжал звонок.

Мы шагнули в аудиторию, а следом за нами вошёл преподаватель-географ. Он поприветствовал всех собравшихся и сразу перешёл к делу:

– На первом курсе мы изучали миры, с которыми имеется связь через стационарные переходы. Теперь же займёмся более отдалёнными мирами, без такой связи. Их коэффициент сходства с базовым – ниже. Они заметнее отличаются от нас в социально-экономическом смысле…

Слушая его краем уха, я обдумывал состоявшийся разговор.

То есть Вирчедвик знает, что я подходил к подвалу? И вот за это «неуместное любопытство» меня «щёлкнули по носу», подослав бандюков? Нехилый щелчок…

Конечно, намёки Грегори можно истолковать по-разному, но я понял именно так…

А если я, значит, не просто буду вынюхивать в переулке, а влезу прямо в подвал, то мне вообще кирдык…

Впрочем, лезть туда я и не собирался, риски были понятны сразу. И в любом случае я подозревал (был почти уверен), что гангстерами управляет Вирчедвик.

Ничего нового для меня, короче.

А Донелл, значит, уже принёс вассальную клятву. Тоже неудивительно – его-то заранее вербовали и проверяли, насколько он им подходит…

Ну, буду знать.

Действительно, Грегори сэкономил мне время.

Лекция между тем продолжалась. Внимательнее всех слушала Уна, сидящая прямо передо мной на втором ряду от окна, и я её мысленно похвалил.

А на перемене я пообщался с Нэссой.

Мы уже виделись с ней в актовом зале, но тогда лишь кивнули друг другу издалека, а теперь столкнулись лицом к лицу в коридоре.

– Привет, – сказала она спокойно, поцеловав меня в щёку.

Поцелуй получился информативный, если можно так выразиться. Этакий публичный сигнал – нет, мы не любовники, но близкие знакомые. Все, кому надо, поняли, а я в очередной раз позавидовал умению аристократов устраивать мини-шоу.

– Давай встретимся на днях, – сказала она негромко, уже не для посторонних. – Обсудим летние впечатления.

Я, конечно, не возражал.

На большой перемене я сел в столовой с Илсой и Бойдом. Рунвейга сидела с Уной и Бруммером – хотела избежать лишнего внимания, которое неизбежно возникло бы, если бы она присоединилась к нам, то бишь к лордам. Осторожность была ей свойственна (частный детектив всё-таки), а местные расклады она уже понимала.

Я первым делом присмотрелся к стене, где ровно год назад увидел серебряное «панно». Но нет, сейчас там ничего не было. Экспериментаторы, значит, решили не повторяться.

Первый день учёбы закончился спокойно, без происшествий.

А уже поздно вечером вдруг раздался телефонный звонок – да, в новой квартире был телефон, я это учитывал, когда её выбирал.

Звонил, к моему удивлению, Финиан с Вересковой Гряды, с которым мы виделись буквально три дня назад.

– Не беспокойтесь, Вячеслав, – сказал он, – ничего серьёзного не стряслось. Но хочу с вами поделиться результатами наблюдений. Я в эти дни по-прежнему занимался вереском – новым сортом, вы понимаете. И обнаружил следующее. Серебрянка, полученная из этих цветов, пока ещё слишком напоминает обычный вересковый эффектор. В ней сохраняется лиловый оттенок, который можно заметить взглядом технолога. И её мощность этому соответствует.

– Гм. Но она станет мощнее? Догонит минеральный пигмент?

– Да, по моим ощущениям, так и будет, но она должна вылежаться, дойти до кондиции. Так что не спешите её использовать. Сколько придётся ждать, точно не скажу. Возможно, недели, месяцы. Но я продолжу наблюдать и исследовать. Очевидно, этот эффект отражает в миниатюре общую тенденцию. Цветочный сбор проходит те же стадии созревания, что и минеральные залежи, но разница в масштабах.

– Угу, спасибо за информацию. Подожду.

Я повесил трубку и задумался.

У меня вообще-то имелись планы на цветочную серебрянку. Некоторую часть я собирался использовать в ближайшие выходные, чтобы усилить следопытскую фотографию и протиснуться-таки в Калифорнию сквозь загустевший барьер. А теперь, значит, фигушки…

Для проверки я прилепил к стене нужный снимок, вытряхнул на ладонь порцию кристалликов. Не стал растирать их сразу, просто прислушался к своим ощущениям, вглядываясь в пейзаж. Минут через пять я почувствовал холодок на коже и сравнил его с прошлым разом.

Да, ощущения были немного другие.

Я сейчас держал на ладони вполне рабочий эффектор – но не суперкраску, увы. Его мощности не хватило бы, чтобы открыть дорогу в Лос-Анджелес, я чувствовал это интуитивно.

Визит к Шиане снова откладывался на неопределённый срок.

Я цыкнул с досадой, вернул кристаллики в пузырёк и завалился спать.

Первая неделя учёбы тянулась медленно. Меня тяготила необходимость сидеть на лекциях – слишком уж много их накопилось уже в моей биографии. Но прогуливать просто так, без повода, было бы по-ребячески.

Декан, впрочем, нас обрадовал. Рутинные тренировки, которых было в избытке на первом курсе, теперь значительно сокращались – базовый навык мы уже наработали. Зато у нас начиналось изучение техники, применявшейся в соседних мирах.

Обещали нам как теорию, так и практику. Мы должны были понимать общие технические тенденции за бугром и сравнивать их с базовым миром – чтобы, например, по ошибке не притащить сюда чертежи, способные засорить магический фон. Ну, и вообще, чтобы ориентироваться и не шарахаться в экспедициях от каких-нибудь навороченных пылесосов.

Предстояло нам и вождение забугорного транспорта. С этой целью планировались визиты в соседние миры – пока, правда, лишь в ближайшие, хорошо изученные. Там были оборудованы тренировочные площадки.

Атмосфера на занятиях у нас была сдержанно-нейтральная. Ребята с браслетами из трёх главных кланов иногда балагурили, но нас не задевали. Грегори с Кэмденом теперь предпочитали молчать, наблюдая за остальными. Вид у них был скорее скучающий, чем озабоченный.

Как-то после занятий мы с Бойдом зашли в пивную. Он рассказал, что скоро намерен сделать предложение Илсе и приглашает её на бал. Пока, правда, готовилась лишь помолвка – свадьбы здесь было принято играть уже после окончания Академии.

Я поздравил его, мы сдвинули кружки. А когда разговор уже шёл к концу, я выспросил осторожно, как у него дела с урожаем краски. Он ответил спокойно – магическая смородина, мол, плодоносит нормально, урожай был летом обильный, но не выдающийся.

Это подтверждало гипотезу, что среди растительных кланов Вереск оказался единственным, у кого урожай имел примесь серебрянки. Мы, похоже, и впрямь её «примагнитили», хоть и не подозревали заранее о такой возможности.

Потихоньку возобновился мой бизнес с фотографиями, но заказы не сыпались на меня непрерывно – всё же цена кусалась, а самые богатые уже получил снимки. Но демпинговать я не собирался, иначе быт превратился бы в непрерывную беготню.

Мы встретились с Нэссой, чтобы поужинать.

Выглядела она по-прежнему сногсшибательно – почти как в том комиксе, что я купил в Лос-Анджелесе. Если бы кого-нибудь из дам-персонажей рисовали с неё, то даже анатомию приукрашивать не пришлось бы. Обтягивающее платье до колен подстёгивало фантазию.

Но взгляд её был задумчив, даже рассеян. Когда она села ко мне в машину, я поинтересовался:

– Проблемы?

– Нет, Вячеслав. Во всяком случае, ничего экстраординарного. Есть время подумать. Знаешь, давай проедемся просто так, в качестве прогулки. Люблю столицу вечером.

Я завёл мотор, и мы неторопливо покатили по улицам. Фонари тянулись цепочкой, и на дорогу ложился свет оттенка топлёного молока. Деревья вдоль тротуаров роняли жёлтые листья. Когда машины впереди притормаживали на перекрёстках, их стоп-сигналы вспыхивали красным, как киноварь в перстне Нэссы.

Мы долго сидели молча, затем она спросила:

– Значит, ты полагаешь, что в наших конспиративных делах наступает долгая пауза?

– Да, все признаки на это указывают. Так что можешь сосредоточиться на аристократических развлечениях, которые ты так любишь. На подготовке к балу, к примеру. Это ведь у вас главное событие осени?

– Да, – ответила она ровно. – Но я боюсь, что в этом году развлечься мне не удастся. Бал обещает быть утомительным. Я больше не первокурсница, мне пора обозначить, чьи знаки внимания для меня предпочтительны. Как ты понимаешь, это вопрос политики, а не романтических воздыханий. Мой потенциальный жених должен быть из сильного клана, и выбор не так велик.

– Ты, по-моему, преуменьшаешь, – заметил я. – В одной твоей Киновари – десять ветвей. Это ведь разные семьи, вы можете друг с другом жениться. Плюс семь ветвей у Охры, шесть у Лазурита. Обширное поголовье.

Нэсса чуть хмыкнула:

– Арифметику ты освоил, прими мои поздравления. Но всё несколько сложнее. Моя ветвь Киновари – самая сильная. Брак с представителем любой другой ветви будет шагом назад для моей семьи. Вариант возможный, но нежелательный. То есть Киноварь отпадает. Остались Охра и Лазурит, причём опять-таки не все ветви. Слабые не годятся. Оптимальный вариант с политической точки зрения – сильнейшая семья Охры. Догадываешься, кто у них там единственный неженатый наследник, или нужна подсказка?

– Гм. Грегори?

– Верно. Мой отец знает, что у нас с Грегори – никакой взаимной симпатии. Но это – не определяющий фактор для брака по расчёту… Нет, мой отец – не упёртый деспот, и если я категорически откажусь, то он не станет принуждать меня силой. Но в этом случае я должна буду объяснить причину отказа, причём сугубо рациональную, а не из дамского романчика. И я вновь оказываюсь перед дилеммой – рассказывать ли о своих подозрениях и о нашем с тобой расследовании…