Текст книги "Современная зарубежная фантастика-6. Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Джон Скальци

Соавторы: Билл Болдуин,Томаш Колодзейчак,Марта Уэллс,Марцин Гузек,Алекс Феби,Аркадий Саульский,Адам Пшехшта
сообщить о нарушении

Текущая страница: 335 (всего у книги 341 страниц)

– Если это существо уронит Делина… – проговорил он.

– Я его подхвачу, – уверенно обнадежил его Вьюн. Он ощетинил шипы, что говорило о напряженном внимании, и наблюдал за земным обитателем и Делином, которого тот нес. – Уверен, что успею поймать его прежде, чем он канет в туман.

Ранцы с зачарованным объектом или устройством, позволявшим земным летать, были громоздкими, сделаны из грубого коричневого материала и крепились при помощи сбруи, что объясняло ремни у Каллумкала под одеждой. Должно быть, земные создания во многом полагались на эти ранцы, раз постоянно носили крепления. Лун сам не знал, почему его это тревожило. Возможно, они не совсем уверены в своей лодке?

Все земные благополучно подлетели к платформе, при этом никто не погиб, и все приземлились на край. Лун разглядел, что Делин тоже для безопасности обвязан ремнем, который крепился к боку земного обитателя с летательным ранцем. Это немного успокаивало, но все же метод казался рискованным. Одно земное создание осталось у края платформы, а Делин и остальные двинулись вперед.

Каллумкал шел первым, земной обитатель с ним рядом был ниже ростом и тоньше, но в остальном выглядел почти так же, с такими же густыми курчавыми волосами и бугристой, как галька, кожей. Расстегнутая куртка и штаны – из тех же дорогих тканей коричневого и золотого цвета. Но третий относился к иному виду – широкоплечий и мускулистый, с серебристо-серой кожей, усыпанной овальными лоскутами более грубой шкуры, похожей на морщинистый камень. По длинным ногам и рукам вверх, к лицу и шее, тянулись продолговатые пятна. А всю голову покрывало пятно, напоминающее шлем.

Лун не знал, то ли эти пятна – часть тела земного создания, то ли броня, которая каким-то образом крепится прямо на кожу. Хотя, если так, неразумно оставлять между ней голые участки. Глаза земного были круглыми и серебристо-серыми, нос – в виде небольшого уплощенного возвышения надо ртом, а одет он был в легкую рубашку и килт из мягкого материала, что выглядело странно на частично бронированной шкуре. На плече земного висел мешок.

Прежде чем кто-то успел заговорить, Делин шагнул вперед и произнес:

– Это Нефрита, королева-сестра двора Тумана Индиго. – Как подобает представив Луна, Утеса, Душу и всех воинов, он завершил речь: – А это Каллумкал, магистр наук конклава жандеран. – Он указал на уменьшенную копию Каллумкала: – Его отпрыск Калам. – Потом Делин кивнул в сторону серебристо-серой персоны: – И Вендоин, она ученая из Хиа-Исеры.

Нефрита кивнула на земную, державшуюся у края платформы. Делин говорил на альтанском, и потому Нефрита ответила на том же языке:

– Скажи своей спутнице, что ей не потребуется оружие.

– Ах да. – Делин обернулся к ней и улыбнулся. – Это капитан Рорра.

Капитан Рорра была худой, с бледно-зеленой кожей и густыми серыми волосами, заплетенными в тугую косу. Длинным телом, пропорциями рук и ног она немного напоминала земное племя авентерцев. Одежда практичная – штаны и рубаха из плотной темно-коричневой ткани, ремни и крепления на плече, чтобы удерживать какие-то грузы. В отличие от остальных, в сандалиях, она носила тяжелые башмаки. В руках она держала продолговатый цилиндр с трубкой наверху, ничем не отличавшийся от знакомого Луну метательного оружия авентерцев, а также похожий на устройство, которое Делин использовал для сигнальных огней. Лун знал, что такое оружие распространено в Кише. Оно выстреливало крошечным снарядом, покрытым субстанцией, извергающей поток огня на то, во что пришелся удар. Из-за этого оружия скверны старались избегать территории Киша.

– Капитану Рорре стоит подойти и сесть с нами, – добавил Делин, обращаясь к Каллумкалу. – У нее могут быть дельные мысли.

– Капитан Рорра предпочитает держаться на расстоянии, – с иронией заявил Каллумкал.

Видимо, они заранее договорились, чтобы Рорра держалась позади них с оружием, а Делин, разумеется знавший об этом, решил сказать все в открытую.

– Она так нас боится? – спросила Нефрита.

Утес рядом с Луном вздохнул и чуть слышно зашипел от раздражения. Лун не понимал, зачем Нефрита их провоцирует, ведь ее напряжение способно взорвать все еще до начала встречи. Если Рорра выстрелит, то убьет лишь одного из них, и воины наверху сразят ее раньше, чем она выстрелит снова. Вот почему оружие лучше использовать залпами, стреляя одновременно. Наверняка это понимает и Рорра, и Каллумкала Лун тоже не считал дураком.

Каллумкал медлил. Калам взглянул на него, а Вендоин предупреждающе подняла руку, очевидно давая понять, что решение за Каллумкалом.

– Хорошо, – наконец сказал тот и обернулся: – Присоединяйся к нам, Рорра.

Теперь настала очередь Рорры поколебаться, но все же она пошла вперед по невысокой траве. В походке была заметна осторожность, как будто башмаки нетвердо стояли на неровной земле. Добравшись до Каллумкала, она ничего не сказала, лишь скривилась, взглянув на Делина. Вблизи Лун заметил, что бледно-зеленая кожа Рорры слегка чешуйчатая, на длинных пальцах рук когти, хотя кончики и подпилены, а по обеим сторонам горла виднелись участки гладкой кожи. Она явно из морских обитателей, понял Лун, или они были ее предками. Земные создания, произошедшие от морских существ, обычно не имели жабр. Но чистокровные морские существа не оставались долго на суше и не заходили вглубь материка. Взглянув на ее ноги, Лун заметил, что башмаки странно громоздкие и, вероятно, скрывают ласты. Она поймала его взгляд и нахмурилась.

– Теперь покажите им артефакт, – сказал Делин.

Каллумкал окинул Делина взглядом, давая понять, что ему не нравится получать указания, но махнул Вендоин. Она сняла с плеча сумку и осторожно извлекла завернутый в грубую ткань предмет. Потом опустилась на колени, развернула его и подняла вверх, показывая. Это оказалась каменная плитка с трещиной, вся в пятнах и побитая временем. На ней было вырезано изображение предтечи – явно оригинал рисунка Делина.

При виде рисунка шипы Нефриты качнулись, и она мрачно кивнула Делину:

– Ясно.

Вендоин окинула взглядом собравшихся и, убедившись, что все видели, начала снова заворачивать артефакт.

– Как вам наверняка сообщил Делин, – заговорил Каллумкал, – некоторые из нас считают, что город, откуда это взялось, принадлежал виду, который мы зовем строителями фундаментов, жившему в землях Киша в далеком прошлом. Но кое-кто полагает, что этот предмет говорит о том, что город принадлежал народу, который Делин называет предтечами. Он рассказал нам, что вы нашли древний город предтеч и получили некие предостережения.

– У вас есть какие-то доказательства? – вмешалась Рорра.

Делин насмешливо поднял брови, взглянул на Луна и сказал на языке раксура:

– Капитан Рорра весьма недоверчива. Видимо, существуют ученые, которые могли выдумать все эти события ради забавы или чтобы привлечь внимание, возможно, и с вашей помощью.

Лун зашипел себе под нос. Встреча явно не задалась, и он понятия не имел почему. Хорошо хоть пока все живы.

Звон усмехнулся.

– Тот инцидент я не назвал бы забавным, – сказал он на языке раксура.

– Они не хотят, чтобы что-то оказалось между ними и их целью. У них есть свои соображения, а о фактах они беспокоиться не желают, – раздраженно добавила Душа.

– Пожалуйста, говорите на альтанском, – попросила капитан Рорра.

Нефрита склонила голову набок и заявила на альтанском:

– Мы будем говорить как хотим.

Каллумкал нахмурился.

– Если дела пойдут плохо, тебе придется вернуться на корабль, капитан, – сказал он на кедайском.

Все промолчали, и лицо Делина осталось умиротворительно мягким. Кишцы явно не подозревали, что раксура говорят на кедайском. Этот распространенный по всему Кишу торговый язык состоял из слов, надерганных из языков всех обитавших там видов, но Лун слышал его и на западе, и на востоке, далеко за Пределами.

Рорра стиснула челюсти.

– У нас нет никаких доказательств, поскольку город затоплен и был разрушен, когда мы его покинули, – ответила Нефрита. – Он был устроен так, чтобы утопить попавшее внутрь существо и уничтожить его, если оно вырвется из ловушки.

Вендоин спрятала плитку в сумку, встала и в первый раз за все время заговорила. Голос был высоким и легким, отчего альтанский язык казался почти мелодичным.

– Был ли какой-нибудь внешний признак, что город удерживал это существо? Какое-то предупреждение? – Она взмахнула рукой. – Например, флаг или еще что-нибудь, видимое издалека?

Хороший вопрос. Нефрита бросила взгляд на Луна, давая понять, чтобы ответил он. Очевидно, она решила просто стоять с агрессивным видом, предоставив вести диалог другим. Интересно, с чего она так внезапно взъярилась? По обеспокоенному лицу Елеи он понимал, что это интересно не ему одному.

– Если такой знак и был, – сказал он, – мы его не расшифровали. Там были только символы, которые мы сочли украшением, ничего примечательного.

Вендоин и Каллумкал, похоже, обдумывали полученную информацию, а Калама и Рорру ошеломило, что Лун разговаривает. «Почему земные создания так себя ведут?» – раздраженно подумал Лун.

– Можно было бы как-то отметить, что внутри содержится нечто опасное, – сказала Вендоин, – но кто знает, что на уме у тех странных созданий. – Она поморгала большими глазами, припомнив, что те странные создания – возможные предки раксура, и добавила: – Я никого не хотела обидеть.

Лун переглянулся со Звоном и решил, что на такое лучше просто не отвечать.

– Только скверны знали, что это создание находится внутри, поскольку оно им сообщило, – сказал Утес, явно сытый по горло напрасной болтовней остальных.

– А они передали вам, – предположила Рорра.

– Да сколько можно, – прошипел Звон на языке раксура. – Опять все сначала, как с авентерцами.

– Реакция не такая уж редкая, – заметил Лун.

Утес легонько подтолкнул его плечом. Вероятно, в знак утешения, но Лун был слишком раздражен, чтобы так это воспринять.

– Наверное, этот народ слеп к деталям, – растерянно добавил Делин, также на языке раксура. – Я очень похож на Вендоин в том смысле, что у нас обоих две руки, две ноги, одна голова и так далее. Во всем прочем мы разные. Игнорирование фактов не способствует выживанию.

– О чем это вы? – потребовала объяснений Рорра.

Делин позволил себе выказать недовольство и ответил на кедайском:

– Мы говорим о вашем упрямом невежестве – вы смешиваете раксура со сквернами.

– Все это забавно, но вы пришли сюда не за предостережениями, – сказала Нефрита, тоже почти исчерпавшая запас терпения. – Делин вам их передал, и вы это проигнорировали. Вы уже обо всем его спрашивали и знаете все ответы. Что вам от нас нужно на самом деле?

Глава 5

Каллумкал взглянул на Вендоин и прочел по ее похожему на маску лицу то, чего не видел Лун.

– Очень хорошо, – сказал Каллумкал. – Делин рассказал нам о ваших способностях. Думаю, он уже сообщил, что нам нужна ваша помощь.

Вендоин повернулась к Делину.

– Ты догадался, о чем мы хотим попросить?

– Такая возможность приходила мне в голову в качестве потенциального метода проникновения в город. Но, как я уже говорил, я вообще не уверен, стоит ли пытаться. – Делин посмотрел на Каллумкала. – Я гадал, не слишком ли испугаются раксура участники вашей экспедиции после встречи с ними, чтобы сделать такое предложение.

Каллумкал иронично наклонил голову.

– Рад, что превзошел твои невысокие ожидания.

Звон бросил взгляд на Душу и спросил:

– Где этот город? Можете показать на карте?

Вендоин повернулась к Каллумкалу.

– Думаю, мы должны показать, прежде чем продолжим обсуждение.

Каллумкал ответил не сразу, явно не желая делать этот шаг. Нефрита скрестила руки на груди, раздраженно встопорщив шипы.

– Вы же не можете просить нас отправиться куда-то с вами, даже не указав местоположение.

– Справедливо, – согласился Каллумкал. Рорра набрала в грудь воздуха, будто собираясь возразить, но промолчала. Каллумкал вынул из плоского кошеля на поясе квадратик вощеной ткани, шагнул вперед и опустился на колени на мшистую землю. Пока он разворачивал карту, Рорра обошла его и встала рядом. Калам сел рядом с отцом.

– Конечно, это копия, – сказал Каллумкал. – Оригинал высечен на камне опоры под Архивом Кедмара. В сущности, мы ничего не знаем о виде, который зовем строителями фундаментов – о тех, кто построил Архив и высек изображение. Они почти ничего не оставили после себя, кроме нескольких рукописей, в основном поэтических, о смысле которых до сих пор горячо спорят ученые, и камней под руинами своих городов.

– Наверняка есть что-то еще. Я убеждена – кто-то пытался уничтожить их наследие, – не особенно ободряюще добавила Вендоин.

Каллумкал сделал какой-то жест, который Лун интерпретировал как «я не стану спорить с тобой на глазах у незнакомцев», и добавил:

– Примечания написаны картографами, которые делали копию.

Карта была нарисована темными чернилами, с аккуратно подписанными на кедайском названиями и направлениями. Душа и Звон с двух сторон подались вперед, чтобы рассмотреть получше. Одним из навыков наставника, который Звон не утратил в ипостаси воина, было копирование текста и рисунков, и Душа тоже владела этим искусством. Арборы, переписывавшие книги в библиотеке двора, как правило, обладали великолепной памятью, благодаря чему копирование шло гораздо быстрее. Лун подозревал, что им хватило бы одного долгого взгляда, чтобы запомнить карту и воссоздать позже.

Лун поднялся на колени, чтобы придвинуться ближе. Он потянулся к краю карты, собираясь ее расправить, и Рорра схватила его за плечо.

Между ними мгновенно очутилась Нефрита и отбила руку Рорры быстрее, чем Лун успел набрать в грудь воздуха. Рорра отступила на шаг и инстинктивно подняла оружие. Делин встал у нее на пути.

– Всегда полезно спросить разрешения, прежде чем прикасаться к незнакомцу, но особенно не рекомендуется трогать консорта раксура.

Лун зашипел от досады. Он знал, что справился бы с агрессивной и заносчивой морской обитательницей, не прибегая к насилию, но не мог сказать Нефрите в присутствии земных созданий, что она слишком остро реагирует, хотя ему очень этого хотелось.

Взгляд Рорры обратился к Нефрите.

– Не люблю, когда мне угрожают…

– Я тебе не угрожаю, – оскалилась Нефрита. – Но если хочешь драки, только скажи.

– Никто не хочет драки, – поспешно вмешалась Вендоин.

Каллумкал вскочил на ноги.

– Это было недоразумение.

Утес скучающим голосом добавил на языке раксура:

– Я пришел ради предтеч, строителей фундаментов и монстров, пожирающих земных обитателей. Если вместо этого будет драка, я ухожу.

– Пустые обещания, – на том же языке прошипела ему Нефрита.

– Нефрита, она не королева, – сказал Лун. – Она даже не понимает, что ведет себя как королева.

Вопрос «что ты вытворяешь?» он решил оставить на потом.

– Лун прав, Нефрита, – добавила Елея, озабоченно наблюдавшая за ними.

Шипы Нефриты дрожали от раздражения.

– Я знаю.

Вендоин демонстративно плюхнулась на пол.

– Я сейчас покажу, где находится город. Прошу всех заинтересованных взглянуть. – Она повернулась к Звону и Душе. – Видите, эти цифры обозначают подводные возвышенности. Вам знакомы эти образования?

Звон и Душа наклонились поближе.

– Это горы? – спросила Душа.

– Возможно, естественные образования, а возможно, созданные прежними обитателями региона, – ответила Вендоин.

Рорра отступила назад, опасливо косясь на Нефриту. Каллумкал посмотрел на них, а затем снова сел рядом с Вендоин. Лун встретился взглядом с Каламом. Глаза мальчишки были широко распахнуты. Лун хотел ободряюще улыбнуться, но решил, что это скорее покажется угрозой, и просто сел рядом с Утесом. Тот разглядывал крону дерева и неодобрительно качал головой.

– Ты не помогаешь, – прошептал ему Лун.

– Как мы собираемся вести с ними дела, если даже карту не можем посмотреть без драки? – тихо ответил Утес.

Лун поморщился. Утес был прав. Их никто не слышал, кроме Делина, устало потиравшего глаза.

– Как и подозревал Делин, мы надеялись попросить кого-то из вас отправиться с нами в город и помочь войти в него, – сказал Каллумкал Нефрите, пытаясь возобновить прерванный разговор. Он раздраженно оглядел остальных. – Я надеялся подойти к этой просьбе более изящно, но как уж вышло.

Нефрита усилием воли опустила шипы.

– Ты не упомянул следы присутствия сквернов, – уже более рассудительно отозвалась она.

На этот раз хотя бы никто из земных обитателей не стал смотреть на Делина.

– Нет никаких доказательств, что скверны оказались в тех краях из-за древнего города или что еще там находились к нашему прибытию. Разрушенные поселения были аванпостами путешественников, насколько мы можем судить.

– Аванпостами путешественников? – переспросил Лун.

Ему ответила Вендоин:

– Мы не смогли определить их по… останкам. Возможно, это был морской народ, основавший поселения в качестве складов, по мере продвижения. Некоторые делают так, чтобы увеличить пределы досягаемости в океанах и пустынных морях, где нет других портов или мест обитания, что-то вроде опорных точек, понимаете?

Лун понял. А значит, в какой-то момент эти существа вернулись и обнаружили, что их друзья мертвы, а припасы пропали. Мрачная картина.

Нефрита задумалась, и чешуя у нее на лбу собралась в складки. К расспросам подключилась Душа:

– Вы обнаружили разрушенные поселения по пути туда или обратно?

– И можете сказать, как давно они были уничтожены? – добавил Звон.

– По пути обратно, – сказал Каллумкал.

– Мы не знаем, – ответила Звону Вендоин. – Останки подверглись воздействию непогоды и падальщиков. – Предвосхищая следующий вопрос, она добавила: – Мы поняли, что это скверны, потому что нашли там мертвых дакти, тоже частично съеденных.

Лун с Утесом переглянулись. Значит, скверны могли следовать за кораблями кишцев и питаться в поселениях, поджидая, когда земные обитатели найдут путь в город.

– Но если скверны находятся там и им нужен город, почему они еще не вошли в него? – с досадой спросила Рорра. – Они умеют летать, как и вы, и могли бы пробиться сквозь ветра на вершине скалы.

Нефрита немного смягчила раздражение:

– Может быть, они уже в городе. Мы знаем об этом не больше вас.

– Или они не могут пробраться внутрь, потому что у них нет ключа, – пробормотал Утес на языке раксура.

Ключ. Предтеча или кто-то достаточно похожий.

– Может, они не знают, что им нужно, – ответил Лун, тоже на языке раксура.

Звон повернулся к ним:

– В таком случае если мы отправимся туда и не сумеем войти, то будем знать, что внутри скрыто нечто ужасное и не стоит туда лезть.

Внимательно прислушивавшийся к разговору Делин всплеснул руками:

– В этом и весь вопрос. Но я не уверен в логичности ваших рассуждений.

Нефрита предупреждающе тряхнула шипами. На лице Каллумкала отразилось нетерпение.

– Они говорят, что скверны могут не знать, как проникнуть в город, и просто ждут, когда вы его откроете для них, – пояснила она ему на альтанском.

Каллумкал определенно не считал эту мысль достойной обсуждения.

– Это если предположить, что город каким-либо образом запечатан. А вход может быть просто скрыт.

Нефрита наклонила голову.

– Мы все строим слишком много предположений.

Каллумкал бросил взгляд на Вендоин. Луну показалось, что они не ожидали от королевы раксура такой заинтересованности в обсуждении своих выводов и теорий, по крайней мере не в этот раз.

– Я… полагаю, вам потребуется время, чтобы принять решение. Надеюсь, вы не откажете нам сразу, а…

– Я вернусь с решением завтра утром.

Нефрита дернула шипами, подав сигнал воинам, которые тут же переместились к краю платформы и спикировали вниз. Звон и Душа сменили обличье, Звон встал и подхватил Душу.

Нефрита кивнула Делину:

– Ты с нами или останешься?

– Сегодня я останусь с ними. – Делин поднялся на ноги. – Увидимся утром.

Вендоин поспешно свернула карту. Утес встал и шагнул с края платформы. Каллумкал смотрел ему вслед, но Утес больше не появился. Лун решил, что он пока не хочет, чтобы земные обитатели видели другую его форму, и сменил обличье далеко внизу.

Нефрита развернулась и зашагала к краю. Лун с Душой и Звоном последовали за ней, не желая портить впечатление от резкого ухода Нефриты.

– Так, значит, мы летим, – тихо произнес Звон. – В смысле, в город.

– Это было ясно с самого начала, – сказала Душа, цеплявшаяся когтями за воротниковый гребень Звона. – Иного варианта просто не было.

– Надеюсь, Жемчужина это понимает, – сказал Лун.

Он сменил обличье, услышал позади чей-то удивленный вздох и прыгнул вслед за Нефритой.

Они вернулись к древу-колонии и прошли через приветственный зал, где ждали сгорающие от любопытства воины и арборы. Лун вернулся к земному облику и потянулся, пытаясь сбросить напряжение, пока Нефрита и Елея отвечали на обеспокоенные расспросы.

– Что ж, это было интересно. Почему Нефрита так разозлилась? – прошептал ему Звон.

– Понятия не имею. – Лун говорил тихо, не сводя глаз с Нефриты, желая убедиться, что ни один из шипов не направлен в его сторону. – Она не была такой, когда мы только прибыли туда.

Оглядываясь назад, он понял, что Нефрита внесла в общение не меньше враждебности, чем Рорра. Да и Делин не отличался обычным спокойствием.

Нефрита оставила воинов и повернулась к Звону, жестом подозвав Душу.

– Вы можете сделать копию карты? – спросила она.

Душа кивнула и посмотрела на Звона.

– Пусть каждый сделает это по отдельности, а затем сравним, чтобы все было точно.

– Все будет точно, – уверенно заявил Звон.

– Когда будете уверены, сделайте три копии, – велела Нефрита и повернулась к Луну: – Сейчас я пойду к Жемчужине. А потом напиши письмо своей матери.

Не дожидаясь ответа, она резко прыгнула вверх и ухватилась за край балкона. Лун раздраженно выдохнул, глядя, как она начинает подниматься по колодцу на уровень королев.

– Не знаю, что из этого страшнее, – пробормотал Звон. Душа, видимо, в знак того, что шутка показалась ей несмешной, слегка ткнула его под ребра. Звон отпрянул. – Ай, больно же. Не бей меня, когда я в земном обличье.

Лун поставил бы на Жемчужину.

– Я потом тебе скажу, – мрачно буркнул он.

Звон и Душа спустились в мастерские нижнего уровня, чтобы сделать карты. Зная, что разговор с Жемчужиной займет немало времени, Лун последовал за ними, но свернул в покои учителей, навестить ясли.

Там он немного поиграл со своими птенцами и со всеми, кто не спал. В конце концов он просто растянулся на полу и смотрел, как Сапфира, Вайя, Утешение, Туман и Дождь катаются кубарем, пытаясь убить друг друга и остальных.

У ближайшего бассейна учителя Кора и Бусинка обсуждали, с кем бы хотели завести выводок, детально изучая хорошие и дурные черты различных родов и близкие родственные связи. При дворе к размножению относились чрезвычайно серьезно, но секс был легким, дружеским и непринужденным – приятное отличие от тех мест, где Лун жил раньше. Все воины были бесплодны, а королевы и арборы могли контролировать свою фертильность, поэтому нежеланные дети не появлялись. Окрыленные из королевских выводков брали в любовники воинов, а от консортов ожидали соитий с арборами, чтобы рождались наставники. Лун пока что этого не делал, поскольку его так потрясли роды Нефриты, что он не был готов к еще одним.

Горький и Шип плюхнулись рядом с ним, оба в земном обличье. Два консорта стали слишком взрослыми, чтобы играть так же безрассудно, как дети помладше. В последнее время Лун начал учить их и Стужу сражаться и управляться с когтями, что теперь, когда Горький признал, что умеет летать, стало намного проще.

– Где Стужа? – спросил Лун.

Горький демонстративно пожал плечами, как будто местонахождение Стужи его нисколько не интересовало.

– Охотники сегодня работают со шкурами, и она захотела посмотреть, – ответил Шип.

Лун нахмурился.

– Она хочет научиться дубить шкуры?

Он одобрял эту затею, но счел немного странным, что Стужа заинтересовалась подобным занятием.

Горький искоса поглядел на Луна, явно поражаясь его наивности.

– Нет, она хочет выяснить все про земных обитателей и летающую лодку, и знает, что охотники обязательно будут говорить об этом, – терпеливо ответил Шип.

Это походило на правду гораздо больше.

– Ах вот как. Вы знаете об этом?

Горький вздохнул и закатил глаза, а Шип сказал:

– Все знают. По крайней мере, хоть что-нибудь слышали. Стужа расскажет нам остальное. – Серьезно глядя на Луна, он продолжил: – Ты отправишься сражаться со сквернами, пока они не проникли в древний город земных обитателей и не явились сюда напасть на нас, как в том сне, который все видели.

Лун покачал головой.

– Я пока не знаю, отправлюсь или нет.

Шип и Горький удивленно уставились на него, затем Горький слегка шлепнул Луна по голове.

– Ты должен, – сказал Шип. – Вдруг что-то случится с Нефритой? Звон летит? – Горький что-то зашептал на ухо Шипу, и тот сказал вслух: – Горький говорит, в последний раз, когда ты отпустил их без присмотра, случилось нечто ужасное.

Лун поморщился.

– Шип…

Шип был мягким, проницательным и упорным – прекрасные качества для консорта, но не в том случае, когда не хочется отвечать на его вопросы.

– Ты боишься оставить нас и другой свой выводок? – продолжил Шип. – Они еще слишком малы, чтобы что-то понять. Они будут скучать, но не станут злиться, когда ты вернешься, и даже не запомнят, как долго ты отсутствовал. Так было с нами в этом возрасте.

– Приятно это слышать, – сказал Лун.

Значит, если его убьют, они не слишком огорчатся. Не очень утешительная мысль.

Горький снова что-то шепнул, и Шип произнес:

– Горький думает, ты боишься оставить нас. Нам не нравится, когда тебя нет рядом. Но прошло уже много времени с тех пор, как ты уходил в последний раз. Поэтому… думаю, с нами все будет в порядке.

К ним подскочила Сапфира, бросила в грудь Горькому потрепанную куклу и снова убежала. Туман примчался вернуть игрушку, и вот уже Горький и Шип утонули в куче птенцов и малышей-арборов.

Спустя некоторое время Лун неохотно напомнил себе, что Нефрита, должно быть, уже закончила разговор с Жемчужиной, и отправился на королевский уровень.

Он нашел Нефриту в ее опочивальне. Она уже разложила письменные принадлежности и с нетерпением ждала его.

– Как Жемчужина? – спросил он, садясь у очага.

– Злится. – Судя по выражению лица Нефриты, она не видела в этом ничего нового. – Она еще не дала мне ответа. С ней был Уголек, кивал и говорил разумные слова, так что это лучшее, на что мы можем надеяться.

Уголек умел кивать и говорить королевам разумные слова. В этом заключалась значительная часть обязанностей консорта, с которой Лун справлялся не особенно хорошо. Но раз уж речь зашла об этом, он спросил:

– Почему ты так разозлилась на капитана Рорру? Ты за что-то ненавидишь морских обитателей?

– Конечно же нет. Я их даже ни разу не видела. – Нефрита раздраженно обнажила клыки. – Честно говоря, не знаю. Просто в ней есть что-то… странное. Мне хотелось сбросить ее с платформы еще до того, как она раскрыла рот.

Лун понимал, что она права. Он тоже почувствовал в Рорре агрессию и угрозу раньше, чем та заговорила. Если отбросить эмоции, то она всего лишь была осторожна и бдительна, что, скорее всего, входит в ее обязанности.

– Хм.

Нефрита отмахнулась.

– Нужно написать письма. Я напишу Изумрудным Сумеркам и Закатным Водам, а ты должен написать Малахите.

После долгих часов практики Лун научился сносно читать на языке раксура, но его почерк оставался ужасным, так что на самом деле Нефрита имела в виду, что он будет диктовать, а она записывать.

Так Лун отвечал на письма Сумрака и своей сестры Селадонны, обычно поручая писанину Звону. Письма передавались от двора к двору по торговой сети, поэтому на доставку порой уходили месяцы. Это письмо воины Тумана Индиго отнесут прямо в Опаловую Ночь. И вряд ли Луну стоит вмешиваться в настолько важное дело. Скорее, это задача королевы.

– Она узнает, что это пишешь ты, – сказал он. – Тебе нужно просто написать и сказать, что письмо от тебя.

Нефрита раздраженно отложила перо. На полу уже лежала бумага и стояли чернила в маленькой мисочке.

– Как Малахита может это узнать?

Лун выгнул бровь. Всегда лучше предполагать, что Малахита знает все. Это единственный способ с ней справиться.

Нефрита тихонько зарычала и взялась за перо.

– Ладно, ты прав, прав.

Лун некоторое время смотрел, как она пишет.

– Рассказываешь ей, что летишь туда?

Она остановилась и набрала еще чернил.

– Да.

– Без разрешения Жемчужины?

– У меня не будет случая отправить письмо до завтра, – сухо ответила Нефрита. – К тому времени я получу разрешение. Или нет.

Именно столько времени потребуется воинам-посланникам на сборы в долгую дорогу.

– Ты пошлешь копию карты?

– Да. Кто-то еще должен знать, куда мы направляемся и что можем найти. Тот, к кому прислушаются все остальные дворы. Тот, кто способен что-то предпринять, если окажется, что мы правы. – Лун вздохнул, и Нефрита продолжила: – Не спрашивай меня, сколько потребуется времени Жемчужине, чтобы принять решение.

Лун выдохнул. В опочивальню вошел Утес и уселся возле очага.

– Что слышно?

– Ничего. – Нефрита продолжила писать. – Ты не слишком-то помогал.

– Это ваше с ней дело, и ты это знаешь. – Утес взял чайник и критически изучил содержимое. – Моя попытка вмешаться только настроила бы ее против тебя. Она это переживет, но у нас нет времени. – Он отставил чайник и провел обеими руками по седым волосам. – Я слишком стар для этого.

Луну удалось не зашипеть от раздражения. Если Утес не слишком стар для того, чтобы странствовать в одиночестве, то и для этого не слишком стар. Еще больше Луна бесило, что он не мог понять, настоящие это жалобы или Утесу просто скучно, а может, дело в чем-то еще. Лун разрывался: он хотел, чтобы Утес полетел с ними и защищал остальных в пути, но не хотел, чтобы он пострадал. Когда он попытался выразить это словами, у него вырвалось:

– Ты-то сам хочешь лететь?

По лицу Утеса было ясно, что вопрос ему не понравился.

– Что это значит?

– Тебе не обязательно лететь. А вдруг при дворе что-то случится в твое отсутствие? Жемчужине может понадобиться твоя помощь.

Продолжая писать, Нефрита заметила:

– Сейчас тебе будет больно.

И она обращалась не к Утесу. Лун сделал еще одну попытку.

– Я просто хочу сказать, ты не обязан. Я не могу понять, ты хочешь лететь или нет, – добавил он в отчаянии.

Судьба двора часто зависела от скорости и выносливости Утеса. Иные прародители при других дворах совсем не походили на него. Многие из них часто путешествовали, а некоторые просто уходили и больше не возвращались. Другие оставались при дворе, но не принимали активного участия в его жизни. Но Утес был достаточно стар, чтобы помнить, как двор покинул это древо-колонию, долгий путь из Пределов и все тяготы, которые пришлось пережить, прежде чем обосноваться в восточной колонии. Это давало ему возможность иначе взглянуть на жизнь раксура и обязанности консортов, чем принято в большинстве дворов, включая Туман Индиго. Хотя, когда в крылатом обличье Утес стал достаточно крупным, чтобы делать все что пожелает, он с удовольствием начал этим пользоваться.