Текст книги "Современная зарубежная фантастика-6. Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Джон Скальци

Соавторы: Билл Болдуин,Томаш Колодзейчак,Марта Уэллс,Марцин Гузек,Алекс Феби,Аркадий Саульский,Адам Пшехшта
сообщить о нарушении

Текущая страница: 236 (всего у книги 341 страниц)

Глава 7

Прошло уже несколько лет с тех пор, как Вильгельм в последний раз принимал участие в войне. Ребенком он был ею буквально зачарован. Вся его семья на протяжении целых поколений выбирала себе военную профессию, сражения были у них в крови. Те предки, что не дождались гибели на поле славы, не удостаивались даже упоминания во время собраний рода. Но это было давно и совсем в другой части Империи. Сейчас Вильгельм дор Гильберт выбирал себе более простые, менее требовательные задания. Охрана купцов, розыск и задержание преступников, защита одиноких деревушек от бандитов. Короткие поручения, что оставляли ему полный контроль над собственной судьбой. Несмотря на это, когда настало время, он записался в войска княгини Ольги из Остробора. Не оттого, что хотел помочь в битве с дикарями, просто этого требовала его миссия.

Наемник выбрался из лагеря в середине ночи и укрылся в ближайшем лесу. Это было нетрудно – при четырнадцати не слишком скоординированных армиях повсюду крутились люди, которых никто не знал. Дисциплина тут была исчезающе малой величиной.

– Долго же ты заставил себя ждать, – сказал рыцарь, когда на месте наконец появился его наниматель.

– Извини, нынче ночью у меня еще несколько встреч, – ответил Натаниэль Эверсон. – Ты готов к завтрашнему?

– Всегда. – Солдат нехорошо усмехнулся. – Хотя должен признать, что я еще никогда не пробовал идти на битву с целью убийства одного конкретного человека. Я даже не уверен, насколько это вообще выполнимо. Ну то есть, если бы я был с ним в одной армии…

– Такие люди у меня тоже есть, – заверил Стражник.

– Разумеется. Ты похож на человека, который все продумал. Так, если честно, сколько ты нас набрал?

– Тридцать человек по этой стороне и пятеро по другой.

– Ты же знаешь, что в такой крупной битве возможно, что никто из нас даже глазом не увидит цели? Или что все мы погибнем еще до того, как кто-то из нас получит шанс выполнить твое задание? Особенно если проиграем битву.

– Поражение или победа – это моя головная боль. А ты прими этот весьма необычный вызов.

– Та… вызов. Начинаю задумываться, действительно ли быть любимым орудием Серой Стражи такая уж хорошая карьерная линия.

– Если и нет, то, по крайней мере, долго об этом жалеть тебе не придется. А теперь прости, но мне надо посетить еще несколько человек. Удачи завтра, и береги себя.

– Это битва, от шальных стрел никакая осторожность не спасет.

– Это факт, – признал Натаниэль печально. – Тогда просто удачи. И спокойной ночи.

Мужчина исчез в темноте. Вильгельм немного выждал и вернулся к лагерю. Прошел мимо солдат и маркитантов. В молодости он всегда поражался, сколько людей следует за армией, позволяя этой боевой машине крутиться с неким подобием эффективности. Торговцы, шулера, проститутки, ремесленники и мошенники. Продавали все, от лучшего оружия, амулетов и благословений до минут забытья. Ни один солдат не мог бы требовать большего в преддверии дня кровавой жатвы.

Перед палаткой, которую ему выделили, увидел Бедвира. Ребенок сидел перед костром, глазея в небо.

– Ты должен выспаться, парень, – сказал рыцарь, подходя.

– Я не смогу спать. Слишком сильно волнуюсь перед завтрашним боем.

– Та… Я помню свою первую битву. Я был оруженосцем моего старшего брата, Годвина. Хотя это и был небольшой крестьянский бунт, несколько сотен мужиков с вилами с той стороны, почти столько же одетых в кольчуги профессиональных убийц с нашей. Это была резня, а не битва. Все веселье закончилось за пятнадцать минут, и с нашей стороны никто не погиб.

– На этот раз точно не выйдет так легко, – в голосе мальчика послышался страх.

– Ну, скорее нет. Ты вообще что тут делаешь, малый? Тебе сколько лет, десять?

– Двенадцать. И у меня выбора не было, мои родители погибли.

– Склавяне?

– Бандиты. Мы с младшей сестрой поселились у маминой родни, но когда пришли набирать рекрутов, то брали с каждой хаты по мужчине. И они сказали, что если я не запишусь, то выгонят меня с сестрой, а зима была, мы бы и так умерли.

Вильгельм хотел было недоверчиво хмыкнуть, но уж слишком давно жил на свете, чтобы эта история произвела на него впечатление.

– Ну что ж, и так бывает. Завтра, когда уже врежем дикарям, надо будет пару слов сказать твоей родне.

– Так ты думаешь, что мы победим?

– Да почему бы и нет. Семнадцать тысяч против каких-то двадцати. Бывало и хуже. И почти половина наших – это профессиональные военные да отряды наемников. Я тебе, парень, точно говорю – завтра в этот же час будем отмечать победу. Только держись за мной и головы не выставляй. С твоим ростом и так все стрелы будут над тобой лететь. Ты, наверное, на всем поле битвы будешь в самой большой безопасности, – заверил Вильгельм дор Гильберт неискренне, но довольно убедительно. – Еще будешь жаловаться, что не осталось шрамов, чтобы девочкам показывать.

Бедвир улыбнулся.

– Поверь, парень, я войной промышляю дольше, чем ты живешь. Эта завтрашняя битва – будет просто прогулка.

* * *

Вульф вглядывался в темноту, покрывающую лес. Где-то впереди раздался оборвавшийся крик, и очередное тело рухнуло с дерева.

– Это последний, – сказал мужчина с усмешкой.

– Ты уверен? – спросил стоящий рядом Адрик.

Убийца не удостоил наивный вопрос ответом, вместо этого развернулся и направился в глубь деревни. Они прибыли в Орловку несколько часов назад и сразу сориентировались, что что-то здесь не в порядке. Как оказалось, склавяне совершили набег на деревню за несколько дней до этого и увели с собой больше десятка жителей. Солдаты, присланные Натаниэлем для защиты, решили поиграть в героев и двинулись в чащу, чтобы преследовать налетчиков. Те немногие из них, кому удалось вернуться, немедленно собрали свои вещи и сбежали.

Жители подозрительно косились на Жнеца, когда он проходил между старыми покосившимися хатами. В этой глуши чужих видывали не часто, но об Одноглазом Вульфе слышали даже здесь. Строго говоря, слава ему была не нужна, но она явно делала его работу гораздо легче. Хотя из-за этого все реже получалось проверить свои возможности в настоящем бою. И это беспокоило Вульфа. В его мире слабость равнялась смерти.

– И как? – спросил Люциус, когда воин с рекрутом вошли в хату, в которой разместились Серые Стражники.

– Готово. Риа и Касс перебили всех разведчиков, пятеро их было.

– Отлично, тогда ставим дозоры и ждем до рассвета. – Монах взглянул на четверых рекрутов, что прибыли с ними. – Отдохните лучше, завтра у нас тяжелый переход.

– А разве мы не должны поискать похищенных? – неуверенно спросил Адрик. – Ну, то есть если мы их найдем перед ритуалом…

– Боится за свою девушку, – вставил Родерик с глумливой улыбкой.

– Среди похищенных действительно есть девушка, с которой я познакомился, когда мы тут были в последний раз, – признал рекрут, глядя на товарища с упреком.

– Ночью в этот лес соваться – безумие, – сказала Мойра. – Дикари наверняка уже неделями наблюдают за этим местом. Может быть, они даже были тут во время нашего последнего визита.

Люциус подтвердил кивком головы.

– Нам их не найти. У нас не хватит людей, чтобы расставить их на стенах города, хотя, признаться, я сомневаюсь, что и сотни бы хватило для этого. И мы не можем расположиться внутри самого Орлова, потому что нас там достанет Бестия. Но мы знаем, что они попробуют совершить свой ритуал во время битвы для полного эффекта, так что, скорее всего, сделают это около полудня, для координации с действующей армией. – Он задумался на минуту. – Единственный выход – войти в полдень и рассчитывать, что мы сможем их остановить или вернуть Антум назад, пока ее сила не привела к победе склавян. И я даже говорить не хочу о том, что может случиться, если этот демон сумеет отсюда вырваться.

– Но нас лишь восемь человек. И к тому же мы не имеем понятия, сколько их, – заметил Септимус.

– Да, действительно, ситуация выглядит так себе, – признал Серый Стражник. – Я бы предпочел иметь под рукой те три десятка солдат, что прислал Натаниэль. Но тем не менее в этом и заключается наша работа. Рискуем жизнью и совершаем невозможное для блага человечества. И среди нас двое легендарных Жнецов. Случалось мне побеждать и при гораздо худших шансах.

Похоже было, что рекрутов удалось успокоить этой речью. Вульф подавил в себе вопрос о том, какой ценой были достигнуты эти невероятные победы. Он ничуть не сомневался, что присутствующие вскоре узнают это – на собственной шкуре.

* * *

Натаниэль вышел из штабной палатки и оглядел поле битвы. Склавяне понемногу выдвигались из леса, выстраиваясь в не слишком организованную массу. Дикари не были привычны к большим битвам и маневрам крупными отрядами. Если бы силы Границы состояли из западных легионов, это было бы гигантским преимуществом. К сожалению, такого счастья Эверсону не выпало. Вместо этого в его распоряжении были группы враждебных друг другу солдат, недисциплинированных наемников и лишенных каких бы то ни было боевых навыков крестьян.

– Я должен быть в первой линии, с моими людьми, – сказал Вериниус, встав рядом. – Даже этот красавчик Евгениус уже там. Я должен вести свои войска, чтобы подать им пример.

– И проиграть битву, погибнув от случайной стрелы, – напомнил Натаниэль. – Западный стиль командования намного более практичен.

– Может быть, и так, если речь идет о легионах, но местные должны видеть, что их вожди с ними и рискуют жизнью наравне…

– Брось эту дурь, – прервала Ольга.

Девочка подошла к столику, на котором была разложена карта местности. Она не отличалась ни точностью, ни актуальностью, но в этой части света не приходилось брезговать ничем в вопросах картографии.

– Что теперь будет? – несмотря на показную самоуверенность, в ее голосе чувствовалось напряжение.

– Они будут атаковать первыми, – начал объяснять Натаниэль. – Двинутся массой между вон теми деревьями и разобьются о наши ряды. Потом начнется свалка. Если нам удастся сдержать ряды, то через несколько часов и несколько сотен трупов, когда склавяне устанут, мы начнем наступать, сбрасывая их с поля битвы. Тогда они бросят все резервы, а мы вышлем конницу, чтобы ударила во фланг и окончательно разбила их силы.

– Это если все пойдет строго по плану, – подчеркнул Вериниус. – На войне никогда ни в чем нельзя быть уверенным.

– Поэтому нам лучше быть здесь, чтобы отсюда быстро реагировать на все изменения.

– Где стоят мои люди? – поинтересовалась маленькая княгиня.

– В центре, – указал Эверсон. – Рядом с людьми князя Вериниуса и тысячей так называемых легионеров из Легиона 41. Туда, скорее всего, придется самый сильный удар, поэтому…

Завывание рогов заглушило его слова. Над полем битвы взлетел страшный боевой клич, а через минуту воздух заполнили стрелы. Началось.

* * *

Риа перепрыгнула на очередную крышу. Старалась двигаться как можно тише, что было вовсе не легко в абсолютно мертвом городе. На другой стороне улицы Касс двигалась за ней, словно тень. С каждым следующим зданием шум, долетающий из центра города, все больше напоминал ритуальный напев. Времени у них оставалось уже совсем мало.

Несколько крыш спустя она заметила часового. Тот не казался особенно поглощенным выполнением своих обязанностей. Оглядывался, впрочем, вокруг, но больше с интересом, чем высматривая угрозы. Лазутчица предположила, что он просто никогда не был в имперском городе, не был окружен таким количеством каменных зданий. И уж точно он никогда не бывал в месте с такой неприятной и давящей атмосферой. Риа использовала неосторожность склавянина, чтобы подобраться к нему, оставаясь при этом все время вне его поля зрения. Когда приблизилась достаточно, прыгнула и умелым ударом ножа перемахнула ему горло. Плавным движением ушла дальше, так, что ни одна капля крови не успела попасть на ее одежду. Все более громкий напев заглушил отчаянные хрипы умирающего.

Дальше дорога к центру была легче; Касс убрала следующего часового еще через полтора десятка крыш, где какофония, исходящая с центрального рынка, уже поглощала все остальные звуки. Отсюда девушки уже могли непосредственно наблюдать за местом действия.

Десять жрецов в длинных черных одеждах с капюшонами образовывали круг в центре площади. Перед каждым из них находился связанный пленник. Еще несколько несчастных сидели связанными на земле в нескольких метрах дальше. Весь ритуал охраняли около шестнадцати воинов – среди них некоторые носили на одежде символ колеса о шести спицах. Люциус предупреждал, что это Сыновья Перуна, элитная храмовая стража. Можно было не сомневаться, что, когда начнется бой, сюда стянутся также и все часовые, дежурящие на крышах по всему городу. И еще оставалась Бестия.

Риа нервно выдохнула. Она не любила открытых боев, а эта ситуация двигалась явно в направлении регулярной битвы. Она начала взвешивать варианты подкрадывания, возможности незаметного устранения как можно большего количества врагов, использования фактора внезапности. Но тут девушка услышала крик – это один из жрецов убил своего пленника. Через несколько тактов напева так же поступил и его сосед справа. Время планирования закончилось.

* * *

Вильгельм присматривался к отрядам склавян. По его оценке, резня должна была начаться через считаные минуты. Почти тысячный отряд из Остробора, в котором он оказался, стоял справа от легиона. Хоть это и был откровенно дерьмовый легион из Приграничья, но все же он выгодно отличался от окружающей его банды крестьян с вилами и старыми трухлявыми щитами. Откуда-то издалека доносилась вдохновляющая речь командира отряда, Бориса.

– Чего он там говорит? – спросил один из стоящих рядом солдат.

– Говорит, что если помрем, то изнасилует нам матерей и дочерей, – ответил кто-то из толпы.

– А чего он, курва, от моей матери хочет? Она старая уже.

– Да нет, склавяне изнасилуют, – поправил рыцарь, – ваших матерей, жен, сестер, дочерей… Вообще всех женщин перетрахают. И, наверное, скотину тоже.

– Ты его слышишь?

– Нет, но я уже эту речь наизусть знаю. Популярная тема.

Оглянулся назад.

– Ты как там, малец?

– Так. – Голос Бедвира звучал довольно слабо. Ребенок явно пробовал выглянуть из-за заслоняющих ему вид мужчин. – Ничего не вижу.

– Спокойно, еще насмотришься. Только помни, держись за мной и не…

Над полем битвы раздался протяжный вой.

– Щиты вверх!! – заорал кто-то, и с обеих сторон посыпались стрелы.

Вильгельм спокойно выполнил приказ. Дождь снарядов, который на них обрушился, не был слишком интенсивным, большинство стрел даже не долетело до их линии. Лишь несколько неудачников свалились наземь с криком. Гораздо больше наемника заботила нарастающая дрожь земли. Выглянул из-за заслона и увидел, что дикари быстро сокращают дистанцию.

– Щиты вниз! – прозвучала команда, и буквально через минуту волна атакующих ударила в строй защитников. Рыцарь принял первого противника на щит и покачнулся от силы удара. К счастью, люди, стоящие за Вильгельмом, помогли ему удержаться на ногах. Он оттолкнул склавянина и ударил его мечом. На освободившееся место тут же прыгнул новый боец. В этот момент бой превратился в переталкивание друг друга. В месте столкновения двух армий возникли ощетинившиеся остриями мечей стены щитов. Обе стороны напирали друг на друга, пытаясь столкнуть противника, одновременно нанося колющие и рубящие удары в отчаянных попытках пробить брешь в рядах врага. На места раненых и убитых становились новые бойцы, но иногда это происходило с запозданием, и образовывался небольшой пролом. Вильгельм старался не тратить энергии на бесполезное размахивание мечом. Его атаки были более точными, нацеленными в основном в ноги противников. Он концентрировался в первую очередь на собственной безопасности и удержании строя. День обещал быть еще долгим.

* * *

Адрик финтом ушел от очередного противника. Справа Родерик размахивал своими двумя мечами, слева Вульф методично уничтожал все новые препятствия перед собой. Они пробивались к центру рынка, откуда доносилось ритуальное пение. Между сражающимися было хорошо видно, как все новые трупы ложатся к ногам фанатиков.

– Время на исходе! – крикнула Мойра откуда-то сзади, посылая очередную стрелу над полем битвы. Попала в одного из жрецов в капюшонах, но ритуалу это ничуть не повредило.

Очередное рухнувшее тело открыло вид на происходящее. И на то, что в самом его центре стояла Весна, связанная и взывающая о помощи. Увидев это, Адрик моментально рванулся вперед. Неосмотрительно оставил товарищей позади, о чем тут же пожалел, но было уже поздно. Он должен был спасти ее, любой ценой, и считалось только это. В бешенстве наносил удар за ударом, без оглядки на собственную безопасность. Удары были далеко не мастерскими, но всплеск силы делал их весьма кровавыми и зрелищными. Склавяне один за другим пытались обойти его сзади, но тут же гибли, сраженные болтами или ножами. К счастью, кто-то все еще заботился о рекруте.

Когда он добежал до цели, один из жрецов обернулся, чтобы задержать его. Удачный удар меча обезглавил фанатика. Серый Стражник уже протянул руку к девушке, когда стилет перерезал горло последней жертвы. Пение внезапно оборвалось, уступив место гробовой тишине. Адрик застыл на половине движения. Он в самом деле хотел помочь, был уже близко. Но просто не мог пошевелиться.

Весна взглянула на него, но в глазах ее он уже не увидел своей любимой. Вместо этого там были темнота, боль и война. Они опоздали. Антум прибыла.

* * *

– Они слабеют, – с удовольствием подтвердил Натаниэль, дружески хлопая Вериниуса по плечу. Битва кипела уже почти час, но все новые волны склавян так нигде и не смогли пробиться через оборону людей Границы. – Велите послать двести человек из резерва на левое крыло, – поручил он Зютеку.

– Ну так все идет согласно плану? – спросила Ольга с явным облегчением.

– Пока да, – признал Серый Стражник. – Но цыплят считают по… – Он внезапно прервался, когда над шумом боя взлетел новый боевой клич. Громче и страшнее прежнего. Напоминающий скорей рёв животного.

– Что это за безбожный шум? – вскричал Вериниус.

Натаниэль выругался про себя. Он знал, что это значит. Даже на таком расстоянии один лишь звук вызывал у него первобытный страх. А там, на поле битвы, стоя лицом к лицу с воинами в магическом безумии… Лишь вопросом времени оставалось появление проломов в рядах защитников.

– «Безбожно» – это слишком слабо сказано. Надо выслать больше людей из резерва. Пока не…

– Наши люди отступают, – заметила Ольга ломающимся голосом. Обхватила себя руками. – Почти по всей линии. Смотри, вон те просто бросились бежать, а это сотни две воинов.

– Ничего, большинство пока держит строй, – заверил Натаниэль. – Это магия. Надо продержаться совсем немного, а потом мои люди это остановят, – добавил он с надеждой.

* * *

Мойра влетела в дом и захлопнула за собой дверь. То, что творилось на рынке, превосходило границы ее смелости. Одержимые безумством убийства воины, демон смерти – этого оказалось слишком много для нее. Пытаясь успокоиться, перезарядила арбалет. Только через мгновение поняла, что дрожь ее вызвана не только нервами, но и холодом.

– Нет, только не это, – сказала она вслух и тут же пожалела об этом, когда из ее губ вместе со словами вылетело облачко пара. Двери, о которые она опиралась, покрыл иней. Девушка подумала, что готова была быть где угодно, только не в этом проклятом месте. Даже виселица в Тонущем Порту казалась теперь идеей получше.

Борясь с паникой, Мойра преодолела несколько шагов, отделяющих ее от окна. Выглянула наружу через покрытое седой сажей стекло. На улице бушевал буран. Сражающиеся разбежались, укрываясь от этого магического хаоса. Весна парила в центре всего этого, выкрикивая богохульства гулким голосом. Казалось, что она борется с невидимым противником.

Внезапно все здание затряслось до фундамента, а стена рядом с Мойрой взорвалась. Огромная невидимая масса прокатилась через помещение, сметая все на своем пути, и вылетела с другой стороны, выломав еще один фрагмент здания. Те несколько ударов сердца, которые потребовались ей, чтобы пролететь через помещение, казалось, заморозили сам воздух во рту девушки. Она почти потеряла сознание.

– Да мать его! – крикнула она, отбросила арбалет и выбежала наружу. Хотела сбежать как можно дальше от всей этой битвы, сесть на коня и ускакать. Пусть ее преследуют, пусть ведут на плаху. Она приняла решение, приключение со Стражей для нее закончилось.

Сила бурана свалила ее с ног буквально через несколько шагов. Она поползла, увидела Кассандру. Серая Стражница стояла, выпрямившись во весь рост, окруженная аурой святости, как ангел из старинных легенд. Из ее широко раскрытых глаз били светящиеся лучи. Что-то величественно прекрасное было в этом зрелище. Несколько минут Мойра чувствовала, что все будет хорошо. А потом белый вихрь поглотил весь мир.

* * *

Вильгельм отпил глоток воды из фляги, а остальное вылил себе на лицо. С трудом успокоил дрожь своих рук. Это было неестественно.

– Держать линию! – крикнул Борис с высоты своего скакуна. В его голосе звенела паника. Видно было, что он вот-вот бросится наутек. И не он один. Прошло всего несколько минут, а ряды защитников уже начали разваливаться. Рыцарь никогда не видел, чтобы ситуация на поле битвы так быстро менялась.

– Смотрите, это он! – заорал кто-то.

Вильгельм взглянул в указанном направлении и увидел огромный штандарт с рисунком воина, попирающего окровавленный герб рода Драконисов. Рацибор Драконобой лично включился в битву и был всего в нескольких десятках метров от наемника. Дор Гильберт сомневался, что на этом этапе смерть вождя сможет изменить результат битвы. Тем не менее она точно принесла бы ему самому удовлетворение.

– Надо бежать! – крикнул Борис, полностью отдавшись панике. – Быстро, все, спасайтесь…

Рыцарь умелым движением стащил своего командира с коня и приколол мечом к земле.

– Держать долбаную линию! – крикнул он, сам вскакивая в седло. – Побежите, и вы трупы! Я вас лично грохну и трахну! – Он с трудом перекрикивал безумие битвы. Знал, что даже с угрозами и криками через несколько минут ближайшие отряды проиграют битву с ужасом, и тогда весь фронт рассыплется. Но у него было задание, которое нужно исполнить, а он еще не был достаточно близко к цели.

* * *

Септимус изо всех сил вжимался спиной в стену. Если бы только мог, стал бы частью этой стены, лишь бы только сбежать от этого безумия. Сперва из-за снега мало что видел, но по мере того, как напряженность схватки росла, его чувства, казалось, начали приспосабливаться. Сейчас он видел и слышал сражающихся совершенно четко. Сине-белая Бестия, состоящая из тысячи визжащих призраков, растекалась по всей площади, втискивалась в каждое свободное место, создавая торнадо вокруг Антум. Демон, в свою очередь, приобрел вид огромной бесформенной массы крови. Гудящее криками битвы и растущее с каждым мигом огромное тело уже вымахало поверх бури, заполняя весь небосвод. Этого зрелища вполне хватило бы, чтобы свести с ума любого человека, если бы не одна деталь. Третий участник схватки. Кассандра была столпом ясного и теплого света, от которого несся волчий вой. Только это останавливало Видящего от того, чтоб выцарапать себе глаза.

Внезапно весь город вздрогнул. Вверх взлетели фрагменты почвы, выбитые гейзерами крови. Многие из духов, запутавшихся в урагане, начали менять цвет на кроваво-красный. Их писки, казалось, вонзались в разум Септимуса, как раскаленные шампуры. Юноша пробовал заглушить их собственным криком, но это не помогало. Прошла целая вечность, пока новый элемент ворвался в эту симфонию безумия. Луч света, бьющий от Серой Стражницы, расширился, покрывая все большее пространство. Разгоняя привидения и выжигая кровь. Это было прекрасно, невыразимо прекрасно. Все призраки разлетелись по городу, спасаясь в панике, и целую минуту можно было дышать спокойно. И тогда Видящий осознал, что на него обращено чье-то внимание. Огромный кровавый глаз парил в небесах, высматривая его. Желая его.

* * *

Натаниэль бессильно смотрел на поле битвы. Ряды защитников Границы рушились один за другим. За каких-то десять-пятнадцать минут ситуация стала драматической.

– Что-то твоя минута затянулась, – заметил Вериниус.

– Не пора ли нам готовиться к эвакуации? – спросила Ольга.

– Еще нет. – Серый Стражник нервно поглядывал в направлении ближайших холмов. – У меня есть еще один туз в рукаве… если он успеет появиться.

Одновременно с тем, как он произнес это, правый фланг рухнул. Тысячи солдат бросились в паническое бегство. Слева тоже были видны быстро растущие проломы в шеренгах защитников. Только центр все еще держался, но это уже точно было ненадолго.

– Нам пора, – сказала юная княгиня, направляясь в сторону своего коня.

– Жаль, это был совсем неплохой союз, – сказал без видимой жалости властитель Агнцева Поля, следуя за ней. – Может быть, благодаря новому собору удастся разбудить в людях религиозные чувства, устроить крестовый поход, как на заре Империи…

В воздухе прозвенели трубы. На холмах слева появился одинокий всадник в сером плаще. Через минуту к нему присоединился другой, одетый в пурпур. Оба вскинули мечи, музыка еще усилилась. А потом через холмы, как вода через лопнувшую дамбу, полились отряды кавалерии. Сотни, а потом тысячи всадников. Их панцири горели в предвечернем свете, а штандарты с имперским драконом торжественно вились на ветру.

– Как ангельские отряды, – ахнул Вериниус, не в силах удержать восторга. – Кто это?

– Империя, – ответил Натаниэль, всматриваясь в острие удара, Имперскую Гвардию, сплотившуюся вокруг двух воинов, возглавляющих это подкрепление. – Прибыла Империя.

Буран окончился так же внезапно, как и начался. Адрик с трудом выбрался из небольшого сугроба и оглядел площадь. Тут и там булыжники мостовой дрейфовали в воздухе над покрытыми снегом телами. Многие окрестные дома сильно пострадали. В некоторых не хватало целых стен. Один рухнул, а остальные выглядели так, как будто рухнут вот-вот.

– Носительница! – крикнул кто-то. Рекрут не сразу осознал, что эти слова были адресованы ему. – Убей носительницу! – кричал Люциус, указывая на что-то.

Адрик обернулся и заметил Весну, стоящую ровно на том же самом месте, в кругу, сложенном из тел жрецов и их жертв. Ее глаза горели красным, а волосы окрасились в ярко-алый цвет.

– Сейчас, пока она сражается с Касс! – подгонял Серый Стражник.

Остальные члены их экспедиции только поднимались с земли. Вульф дрался с выжившими склавянами. Никто не сумел в этом шальном безумии удержаться в центре рынка. Никто, кроме него.

Тяжело дыша, он поднял меч и двинулся в ее сторону. Каждый шаг давался все труднее. «Это ничего, – подумал он. – Ее там уже нет. И я знал ее лишь мимолетно. Только одну ночь. Она ничего не значила для меня. Была нужна для сброса напряжения. Была элементом миссии».

Он честно старался, но убедить самого себя не получалось.

Он поднял меч, но не мог нанести удар. Это было неправильно. Она об этом не просила, не хотела стать одержимой и погибнуть. Независимо от его чувств к ней не сделала ничего, чтобы заслужить такую участь.

– Сейчас! Это приказ!

Адрик не заметил момента, когда клинок вонзился в девушку. Слезы милосердно размыли образ мира. Но все же он видел, как ее глаза меняют цвет с красного вновь на голубой. Заметил в них растерянность, потом страх.

– Адр… – успела еще выдохнуть она, а потом упала на его руки.

* * *

Вильгельм поднял руку и присмотрелся к ней. Дрожь прошла, чары удалось рассеять. Сидя на коне, он видел, как имперская конница наводит порядок на левом фланге. Отряды всадников врезались в растерявшихся склавян. Те немногие, кто пытался оказывать сопротивление, делали это неумело. Непривычные к бою против конницы, они не знали, как к этому подойти. В результате вместо ощетинившейся копьями плотины образовывали лишь маленькие островки сопротивления, которые смывало набегающей волной. И то это были лишь исключения, а большинство дикарей гибли от ударов в спину, пробуя бежать. Гибли под мечами, под копытами коней. Битва казалась выигранной. Проблема состояла лишь в том, что он и его люди могли не дожить до этой победы. Рухнувший правый фланг защитников привел к тому, что враги охватили их отряд, и до полного окружения оставалось совсем немного. Все больше людей покидали строй и бежали, не желая погибать в ловушке. Из тысячи воинов, которые начинали битву в их отряде, оставалось от силы четыреста, остальные пали или дезертировали. Богато украшенный штандарт Остробора все еще вздымался над этим сборищем грешников, но силы врага все более к нему близились. Вопли раненых пробивались сквозь лязг мечей и щитов. Слитная шеренга все чаще распадалась на хаотичные бои между отдельными солдатами. Измотанные защитники Границы с трудом поднимали оружие, отступая шаг за шагом, тогда как склавяне напирали на них, спотыкаясь о разбросанные повсюду тела.

– Держать строй! – крикнул снова Вильгельм, хотя горло уже переставало ему подчиняться. – Держать этот долбаный строй!

Нужно было только простоять до подхода помощи. Уже скоро. Уже вот-вот. Но тут рыцарь кое-что заметил. Штандарт Драконобоя удалялся. Вождь захватчиков отступал. А кавалерия была слишком далеко, чтобы отрезать ему отход.

«Курва, курва, курва», – повторил он несколько раз про себя. А потом нагнулся к одному из стоящих рядом солдат.

– Держите строй, подмога уже совсем близко, – сказал он. – Нужно только продержаться.

– А ты? – спросил Бедвир.

– Мне нужно на минутку выскочить по делам. Держи голову пониже, как я тебе говорил.

Вильгельм знал, что без командира эта тающая на глазах кучка солдат вряд ли дотянет до конца битвы. Но выбора у него не было, он был нанят не для того, чтобы выигрывать сражения. Серые Плащи платили за убийство, и именно это он сейчас собирался осуществить.

Он велел людям освободить дорогу и рванул коня вперед. Пробился через строй отходящих склавян и выбрался в чистое поле.

– Куда он едет? Бросает нас! Спасает свою задницу, знает, что мы погибнем, – успел еще услышать за собой наемник.

Он проскакивал одну за другой группки бегущих в нарастающей панике склавян, взглядом разыскивая свою цель. Наконец заметил могучего воина, едущего перед штандартом. Противник был в кольчуге и шлеме, из-под которого торчали рыжие волосы.

– Рацибор! – крикнул рыцарь, чтобы удостовериться, и воин отреагировал на собственное имя. Вгляделся в налетающего рыцаря и ответил собственной атакой. Среди всего этого безумия они схватились в собственном поединке. По крайней мере, так думал Вильгельм, но дикарь выхватил топорик и метнул его в коня, на котором скакал рыцарь. Оружие угодило коню прямо в голову, тот страшно заржал, но с разгону несся дальше, пока не врезался в коня Драконобоя.