Текст книги "Современная зарубежная фантастика-6. Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Джон Скальци

Соавторы: Билл Болдуин,Томаш Колодзейчак,Марта Уэллс,Марцин Гузек,Алекс Феби,Аркадий Саульский,Адам Пшехшта
сообщить о нарушении

Текущая страница: 124 (всего у книги 341 страниц)

Эзер наконец закончил свою речь, и маленькое войско двинулось через поле к дороге, соединявшей соседнюю ферму с Хорватградом. Один взвод разделился на передовое и фланговое охранение – солдаты шли, внимательно глядя по сторонам, – остальные маршировали колонной, но без особого порядка. Было видно, что они не рассчитывали столкнуться с сопротивлением.

Впрочем, на дороге к Хорватграду они и не могли никого встретить. В колонии никто не спал, зная о начавшемся вторжении, но мы заблаговременно приказали всем оставаться в домах или убежищах и не показывать носу на улицы, когда солдаты придут в Хорватград. Нам было необходимо, чтобы они изображали из себя донельзя перепуганных мирных безоружных людей, что, в общем-то, было недалеко от истины. Правда, последнее относилось лишь к части наших колонистов. Для нее мы позаботились о наилучших возможных в наших условиях мерах безопасности. Но кое-кто не устрашился врагов. Для этой группы мы подготовили задание на потом – если, конечно, это «потом» у нас будет.

Передовое охранение наверняка осматривало окрестности инфракрасными и тепловыми датчиками на случай засады. Но они не могли увидеть ничего, кроме отдельных колонистов, глядевших из окон на проходящих в темноте солдат. Я разглядел в бинокль даже несколько человек, вышедших на крыльцо, чтобы получше рассмотреть захватчиков. Меннониты. Да, конечно, они пацифисты, но даю голову на отсечение, что они не боятся ровным счетом ничего.

Хорватград практически не изменился со дня нашей высадки: современное подобие лагеря римских легионеров, окруженное двумя рядами грузовых контейнеров. Только палаток не осталось, вместо них были выстроены обычные дома. Большинство колонистов, живших поначалу в поселке, давно перебрались в дома за периметр, на собственные фермы. В Хорватграде осталось совсем немного народу, в том числе мы с Джейн и Зоей. Посреди лагеря сохранилась площадь, ограниченная с одной стороны улицей, а с другой – нашим административным корпусом. И посреди этой площади стояла Савитри. Совсем одна. Ей предстояло первой встретить Эзера и аррисианских солдат. Я очень надеялся, что остальных – тех, кто не укрывался в домах, – они не увидели.

Я очень хорошо видел Савитри из моего укрытия. И заметил, что, хотя ночь и выдалась теплой, ее била дрожь.

Подойдя к ограде Хорватграда, солдаты остановились и принялись осматриваться, чтобы удостовериться, что им не подготовлена западня. На это ушло несколько минут. Убедившись, что им ничего не грозит, они двинулись дальше и очень скоро оказались на площади. Там они снова остановились, настороженно разглядывая Савитри. Она, вероятно, сумела сдержать дрожь; во всяком случае, я уже не видел в бинокль, чтобы ее трясло. Через несколько секунд на площади собрался весь аррисианский десант.

После этого шеренга раздвинулась, Эзер со своей охраной вышел вперед, остановился перед Савитри и жестом приказал включить электронный переводчик.

– Я Нерброс Эзер, – представился он.

– Савитри Гунтупалли, – ответила Савитри.

– Вы возглавляете эту колонию? – полуутвердительно произнес Эзер.

– Нет.

Глазные стебельки Эзера заметно удлинились. Вероятно, это означало удивление.

– А где руководители?

– Они заняты, – ответила Савитри, – и поручили мне поговорить с вами.

– И кто же вы такая? – осведомился Эзер.

– Секретарь.

Эзер пришел в бешенство. Его глаза задергались на стебельках, да так, что чуть не стукнулись один с другим.

– Я могу за считаные минуты стереть всю эту колонию с лица земли, а ее руководитель даже не дал себе труда встретить меня как подобает и выслал мне навстречу секретаршу!

Было ясно, что, даже если у него и было намерение проявить великодушие, сейчас он напрочь забыл о нем.

– Видите ли, мне поручено передать вам сообщение, – сказала Савитри.

– Сообщение? – в полном недоумении повторил Эзер.

– Да. Мне поручено сказать вам, что, если вы вместе с вашими солдатами немедленно вернетесь на свои корабли и уберетесь туда, откуда пришли, мы будем рады сохранить вам всем жизнь.

Эзер вновь замахал глазами, а потом издал громкий жужжащий звук, соответствующий у аррисов смеху. Большинство солдат поддержало своего предводителя, и некоторое время можно было подумать, что посреди Хорватграда жужжит огромный рой разъяренных пчел. А потом Эзер шагнул вперед – все тут же умолкли – и остановился лицом к лицу с Савитри, которая, словно кинозвезда перед объективом, даже не вздрогнула.

– Я собирался сохранить жизнь большинству ваших колонистов, – громко провозгласил Эзер. – Я хотел казнить лишь руководителей этой колонии за тяжкое преступление против конклава: за то, что они помогли Союзу колоний обманом уничтожить наш флот. Но простых колонистов я намеревался помиловать. Вы заставляете меня отказаться от моего милосердного плана.

– Если я вас правильно поняла, это значит «нет»? – спросила Савитри, глядя прямо в его стебельчатые глаза.

Эзер шагнул в сторону и повернулся к одному из охранников.

– Убей ее, – приказал он. – А потом возьмемся за дело.

Охранник поднял винтовку, прицелился Савитри в грудь и нажал пластину, выполнявшую у аррисов роль спускового крючка.

И вдруг винтовка взорвалась, лопнула возле самого спускового механизма, выбросив всю энергию вверх. Глазные стебельки стрелка, попавшие под энергетический удар, отлетели в стороны, а сам он рухнул наземь, зажимая конечностями обрубки стебельков и громко крича от боли.

Эзер в полнейшем недоумении уставился на Савитри.

– Вам нужно было уйти, пока оставалась такая возможность, – наставительно произнесла она.

И тут с грохотом распахнулась дверь административного корпуса, и оттуда выскочила Джейн, облаченная в наномеханическую «кожу», поглощающую тепловое излучение тела, поверх которой был надет стандартный защитный комплект полиции Департамента колонизации. Точно так же были одеты и остальные члены нашей немногочисленной команды. А огнемет, который Джейн держала в руках, напротив, не относился к стандартному снаряжению, поставляемому Департаментом колонизации.

Джейн сделала Савитри знак, и та опрометью кинулась в дом. В толпе солдат, в которую успел превратиться строй, послышались панические вопли: аррисы пытались стрелять в Джейн, но винтовки одна за другой взрывались у них в руках. Солдаты начали пятиться. А Джейн стремительно двинулась на них, направляя струю огня прямо в гущу толпы.

– Что это такое? – спросил я, когда Зои привела нас в шаттл, чтобы показать свой сюрприз, и мы остановились перед какой-то штукой размером со слоненка.

По сторонам штуки стояли на страже Хикори и Дикори. Джейн сразу же принялась рассматривать пульт управления, находившийся на одной из стенок загадочной вещи.

– Это мой подарок колонии, – пояснила Зои. – Саперное поле.

– Запорное поле? – переспросил я.

– Нет, саперное. С буквой «с».

– И что же оно делает? – спросил я.

– Оно разряжает… – Зои повернулась к Хикори: – В общем, объясните ему.

– Саперное поле блокирует кинетическую энергию, – сказал Хикори. – Перенаправляет ее вверх или в любом другом направлении, какое назначит пользователь, и к тому же использует перенаправленную энергию для собственного усиления. Это поле регулируется по ряду параметров.

– Вам придется растолковывать мне все это как идиоту, – попросил я. – Наверное, я и есть идиот.

– Это поле останавливает пули, – объяснила Джейн, не отрывая взгляда от приборной панели.

– Повтори-ка, – потребовал я.

– Эта штука создает поле, которое лишает энергии любой предмет, движущийся быстрее определенной скорости, – растолковала Джейн и добавила, взглянув на Хикори: – Ведь это так, да?

– Скорость лишь один из параметров, который может указать пользователь, – заметил Хикори. – Можно также ориентироваться на высвобождение энергии в какую-нибудь единицу времени или на температуру.

– Значит, если мы запрограммируем эту штуку, чтобы она останавливала пули или гранаты, она это сделает? – восхитился я.

– Да, – ответил Хикори. – Правда, с физическими объектами аппарат работает лучше, чем с энергетическими.

– То есть пули оно будет улавливать лучше, чем лучи, – сказал я сам себе.

– Да, – подтвердил Хикори.

– Если указать порог энергии, все, что будет находиться под ним, сохранит способность двигаться, – продолжала Джейн. – Мы можем настроить поле так, чтобы оно останавливало пули, но пропускало стрелы.

– Если энергия стрелы будет ниже установленного порога, то да, – подтвердил Хикори.

– Это дает нам шанс, – обрадовался я.

– Я же сказала, что вам понравится! – воскликнула Зои.

– Солнышко, это самый лучший подарок из всех, какие ты когда-либо мне делала, – ответил я.

Зои расплылась в улыбке.

– Вы должны учитывать, что саперное поле может существовать лишь ограниченное время, – сказал Хикори. – Источник питания здесь маломощный, его хватает лишь на несколько минут. Естественно, чем больше радиус поля, тем короче действие установки.

– И сколько времени она продержится, если мы попробуем накрыть Хорватград? – поинтересовался я.

– Около семи минут, – сказала Джейн.

Она продолжала изучать пульт управления.

– Не просто шанс, а очень даже большой, – заметил я и вновь повернулся к Зои. – И как же тебе удалось уговорить обинян дать ее нам?

– Сначала я объясняла, потом просила, потом умоляла, а под конец закатила им истерику.

– Истерику, говоришь?

– Не гляди на меня так. Ведь сам знаешь, что обиняне невероятно чувствительны к моим эмоциям. Ну а от мысли о том, что все, кто мне дорог, могут в любой момент погибнуть, я завелась без всякого труда. Отлично сработало – вдобавок ко всем остальным аргументам. Так что, девяностолетний папочка, не стоит из-за этого расстраиваться. И пока мы с Хикори и Дикори навещали генерала Гау, другие обиняне добывали для тебя эту штуку.

Я посмотрел на Хикори:

– Насколько я помню, вы сказали, что не имеете права помогать нам из-за вашего соглашения с Союзом колоний.

– Должен с сожалением заметить, что Зои в своем объяснении допустила небольшую ошибку, – сказал тот. – Саперное поле – не наша технология. Мы до таких высот еще не добрались. Это консу.

Мы с Джейн переглянулись. По технологической части консу далеко оторвались от всех прочих разумных рас, в том числе и от нас. Секретами своими они делились крайне неохотно.

– Консу дали вам эту штуку? – спросил я.

– Нет, на самом деле они прислали ее вам, – ответил Хикори.

– Но как они узнали о нас?

– Во время встречи одного из обинян с ними в разговоре упомянули вас, и консу решили сделать вам этот подарок.

Я хорошо помнил, как однажды, вскоре после нашего с Джейн знакомства, ей и мне понадобилось задать консу несколько вопросов. Они обошлись нам в одного убитого и троих тяжелораненых солдат Специальных сил. Поэтому мне было очень трудно представить себе «разговор», закончившийся возникновением у консу желания облагодетельствовать меня.

– Получается, что обиняне не имеют никакого отношения к этому подарку, – констатировал я.

– Никакого, если не считать перевозки сюда по требованию вашей дочери, – согласился Хикори.

– Мы должны когда-нибудь поблагодарить консу, – сказал я.

– Не думаю, что они рассчитывают на благодарность, – заметил Хикори.

– Хикори, вы когда-нибудь обманывали меня? – спросил я.

– Не думаю, что вы знаете хотя бы об одном случае обмана с моей стороны или со стороны какого-либо другого обинянина, – высокопарно заявил Хикори.

– Да, пожалуй, что не знаю, – согласился я.

Находившиеся в арьергарде колонны аррисианские солдаты попятились к воротам, где их поджидал Манфред Трухильо, сидевший за рулем большого грузовика, который мы немного усовершенствовали, чтобы он мог набирать скорость побольше. Грузовик стоял на боковой дороге, уходившей в поля. Когда вражеский отряд вошел в поселок, Трухильо забрался в кабину, медленно подвел машину к воротам и остановился там, дожидаясь криков, которые должны были послужить ему сигналом для рывка вперед.

Как только Трухильо услышал шум и увидел отблески пламени огнемета, он на большой скорости въехал в открытые ворота Хорватграда. На ходу он включил фары, заставив трех убегавших аррисианских солдат замереть на месте от неожиданности. Эти трое оказались первыми жертвами, раздавленными мчащейся тяжелой машиной. А Трухильо проскочил через толпу, сразу подмяв дюжину аррисов, резко развернулся, сбив задним бортом еще пару, и изготовился для второго захода.

Как только грузовик Трухильо въехал в город, Хикори, нажав кнопку, включил механизм, закрывавший тяжелые ворота, а потом они с Дикори выхватили из ножен длинные ножи и приготовились встретить тех аррисианских солдат, которые будут иметь несчастье столкнуться с ними. А нападавшие совершенно утратили рассудок – конечно, легко ли пережить, когда военная операция, которую вы воспринимаете как легкую приятную прогулку, превращается в избиение, причем избиваете не вы, а вас. И, опять же, к величайшему сожалению для них, Хикори и Дикори соображали очень хорошо, прекрасно владели ножами и вдобавок отключили свои эмоциональные блоки, чтобы переживания не мешали им убивать.

К тому времени и Джейн, успевшая обработать пламенем огнемета почти целый взвод, тоже взялась за нож. Разделавшись с сильно обгоревшими, она взялась за тех, которые стояли на ногах, вернее, драпали. Они бежали быстро, но Джейн, прошедшая боевую модификацию, двигалась намного быстрее. Она заблаговременно изучила вооружение и защитную экипировку аррисов и хорошо знала ее сильные и слабые стороны. Так уж получилось, что у аррисианских бронежилетов оставались уязвимыми полосы вдоль боковых швов. Умелый боец мог вогнать туда лезвие подходящего по размеру ножа и перерезать одну из главных артерий, симметрично проходящих по бокам. В бинокль я хорошо видел, насколько успешной оказалась подготовка Джейн: догоняя убегающего арриса, она дергала его за плечо, не замедляя шага вонзала нож в место, примерно соответствующее нашей подмышке, и, не дожидаясь, пока он упадет наземь, кидалась к следующему.

Я следил за своей женой и испытывал благоговейный трепет. Лишь теперь мне стало до конца ясно, почему генерал Сциллард не стал просить прощения за то, что сделал с ней. Ее сила, скорость и безжалостность, очевидно, служили главным средством спасения всей нашей колонии.

Четверка аррисианских солдат, счастливо оказавшихся в стороне от пути Джейн, смогла успокоиться и подумать о тактике. Побросав бесполезные винтовки, они тоже вынули ножи и бросились за Джейн. Именно ради такого случая я и залез на крышу контейнера, стоявшего во внутреннем ряду неподалеку от ворот. Я взял мой многослойный упругий лук, натянул тетиву и всадил стрелу в шею тому солдату, который дальше всех вырвался вперед. Не слишком удачный выстрел, поскольку целился я в того, который бежал вторым. Но и неудачным его назвать тоже нельзя было, поскольку аррис схватился обеими передними конечностями за стрелу и во весь рост рухнул лицом вниз. Оставшиеся трое пустились наутек, но я все же успел ранить в ногу еще одного. Тоже не слишком удачно, так как я хотел попасть в голову. Раненый упал с громким визгливым жужжанием. Джейн обернулась на звук и тут же вернулась к упавшему, чтобы закончить начатое мною дело.

Я поискал взглядом оставшихся двоих, но они успели скрыться за углом ближайшего дома. А в следующую секунду я услышал металлический лязг, взглянул вниз и увидел, что аррис подставил некстати валявшееся поблизости ведро и лезет на контейнер. Я поспешно пустил стрелу, но промахнулся. Что поделать, лук не самое любимое мое оружие. Выстрелить еще раз я не успевал – солдат уже поднялся на крышу и, размахивая ножом, с криком бежал ко мне. У меня мелькнула мысль, что я, вероятно, убил кого-то, кто был ему дорог. Бросив лук, я схватил свой собственный нож, но, прежде чем успел замахнуться, аррис с неожиданной быстротой подлетел ко мне. Я упал, нож отлетел в сторону.

Я перекатился, оттолкнул ногами пытавшегося ударить меня арриса и вскочил. Враг тут же нанес мне удар в плечо, к счастью, угодив острием в пластину полицейского бронежилета. Он замахнулся снова, но я, изловчившись, дотянулся до его заглазного стебля и с силой дернул. Он отшатнулся, оглушительно завизжал, схватился за лицо обеими лапами и попятился к краю крыши. Мое оружие – и нож, и лук – валялось слишком далеко, и бежать за ним было бы большой глупостью.

«Провались оно все!» – подумал я и с голыми руками набросился на врага.

Мы оба свалились с крыши, на лету мне удалось упереться рукой в его горло. Упали мы удачно для меня – я оказался сверху и при падении раздавил аррису трахею, или что там у них соответствует ей. Вот только руку я при этом ушиб так, что боль пронзила ее всю, от кисти до плеча; было маловероятно, что в ближайшее время мне удастся эффективно воспользоваться ею.

Я скатился с мертвого арриса и посмотрел вверх – на крыше контейнера появилась черная тень. Это был Кранджич – они с Беатой снимали сражение на свои камеры.

– Вы живы? – спросил он.

– Кажется, да, – ответил я.

– Послушайте, не могли бы вы сделать еще парочку дублей, – попросил Кранджич. – Понимаете ли, не все получилось достаточно четко.

Я показал ему средний палец; его лица я не мог разглядеть, но был уверен, что он довольно ухмылялся.

– Бросьте мне мой нож и лук, – крикнул я.

Посмотрев на часы, я увидел, что до выключения щита осталось полторы минуты. Кранджич подал мне оружие, и я помчался по улицам, стреляя в солдат, пока у меня не кончились стрелы. После этого мне пришлось внимательно смотреть по сторонам, чтобы не оказаться у врагов в поле зрения.

За тридцать секунд до отключения щита Хикори открыл ворота поселка. Они с Дикори отступили в сторону, чтобы позволить уцелевшим аррисам вырваться наружу. Солдаты – их осталось в живых десятка два – не стали ломать себе головы над вопросом, почему и зачем открылись ворота. Недолго думая, они кинулись к своим кораблям, стоявшим в километре от поселка. Последний вояка выбежал за ворота в тот самый момент, когда мы отключили поле. Эзер с единственным оставшимся охранником находились в середине кучи бегущих; охранник грубо тянул своего командира вперед. Он, один из немногих, нес винтовку; большинство побросали свое оружие в деревне, решив, что оно теперь совершенно бесполезно. Мы пустились вдогонку. Я подобрал винтовку, а Джейн – переносную ракетную установку. Кранджич и Беата спрыгнули с контейнера и тоже побежали следом за пришельцами. Кранджич вскоре обогнал нас и исчез в темноте. Беата держалась рядом с Джейн и мной.

Отступающие аррисианские солдаты руководствовались при своем бегстве двумя предположениями. Первое состояло в том, что пулевое оружие на Роаноке не действовало. Второе – что драпают они по той же местности, по которой торжественно вступали в поселок. Оба эти предположения были ошибочными, что аррисы обнаружили, когда лучевые установки, откуда-то взявшиеся неподалеку от пути их отступления, открыли огонь точными короткими импульсами, выбивая одного за другим. Этим огнем управляла при помощи МозгоДруга Джейн, поскольку нельзя было допустить, чтобы автоматика случайно прикончила Эзера. Портативные установки появились неподалеку от дороги уже после того, как аррисов заперли в Хорватграде – колонисты вытащили их из ям, вырытых и замаскированных специально для этого. Джейн нещадно муштровала колонистов, которым предстояло заниматься установками, и они научились справляться со своим делом за считаные минуты. Со своим заданием колонисты более или менее справились, лишь одну установку нельзя было использовать, потому что ее в спешке и темноте развернули не в ту сторону.

К этому времени те немногие из уцелевших аррисианских солдат, кто не побросал винтовки, вновь начали – исключительно от отчаяния – пробовать стрелять и, похоже, донельзя удивились, обнаружив, что оружие опять стало действовать. Двое залегли и открыли огонь в нашу сторону, чтобы дать своим соотечественникам время добраться до десантных кораблей. Я почувствовал пролетавшие мимо пули раньше, чем услышал их свист, и тоже поспешил упасть на землю. Джейн развернула лучевые установки, и лазеры быстро прикончили эту пару смельчаков.

Очень скоро из пришельцев остались лишь Эзер, его охранник да пилоты двух кораблей, которым больше всего на свете хотелось удрать из засады. Джейн поставила ракетную установку на штатив, велела всем нам залечь (лично я еще не успел подняться) и выпустила ракету в ближайший корабль. Ракета пронеслась прямо над головами беглецов и угодила точнехонько во входной люк, откуда вырвался язык пламени. Второй пилот решил, что с него достаточно, и пошел на старт, но успел подняться лишь метров на пятьдесят, как в него угодили сразу две ракеты, выпущенные Хикори и Дикори. Взрывы поразили двигатели шаттла, он накренился, понесся параллельно земле, срубая на лету верхушки деревьев, и со страшным грохотом взорвался уже около горизонта.

Охранник Эзера швырнул своего командира наземь, сам растянулся рядом и принялся палить в нашу сторону, по всей видимости, рассчитывая забрать с собой на тот свет хоть кого-нибудь из врагов.

Джейн взглянула на меня сверху вниз.

– Эта винтовка заряжена?

– Надеюсь.

Джейн бросила бесполезную пусковую установку.

– Постарайся устроить побольше шума, чтобы подавить его, – сказала она. – Можешь даже не стараться попасть.

– Что ты затеяла?

Она быстро сбросила полицейский защитный комплект, оставшись в матово-черной наномеханической «коже», облегавшей ее тело.

– Подберусь поближе.

С этими словами она исчезла в предрассветной темноте. Я принялся постреливать наугад, не поднимая головы. Охранник, судя по всему, был опытным солдатом, и хотя не мог попасть в меня, но пули свистели совсем рядом.

Вдруг вдали послышался вскрик, явно выдававший изумление, а затем тот же самый характерный звук, не то визг, не то жужжание, впрочем, быстро умолкший.

– Все в порядке, – раздался голос Джейн.

Я вскочил и побежал к ней. Она стояла над трупом, направив ту самую винтовку, из которой он несколько секунд назад стрелял в меня, на скорчившегося на земле Эзера.

– Он безоружен, – сказала Джейн и протянула электронный переводчик, который, по всей видимости, сорвала с пленного. – Вот, можешь поговорить с ним.

Я взял устройство и наклонился к лежащему.

– Ну привет.

– Можете считать себя мертвецами, – заявил Эзер. – Прямо над вами сейчас висит мой крейсер. В нем множество солдат. Очень скоро они высадятся и перебьют вас всех до одного. А потом сожгут все ваши постройки, чтобы не осталось никакого следа вашего пребывания на этой планете.

– Вы уверены? – осведомился я.

– Да.

– В таком случае мне, похоже, придется вас разочаровать. Вашего крейсера там больше нет.

– Лжете! – воскликнул Эзер.

– Вовсе нет. Видите ли, когда ваш крейсер сбил наш спутник, с него перестал поступать сигнал на беспилотный курьер, запрограммированный совершить скачок, как только сигнал прервется. Что он и сделал. Там, куда он попал, находились в ожидании его появления несколько ракет. Они, в свою очередь, совершили скачок в пространство Роанока, нашли ваш крейсер и уничтожили его.

– Откуда взялись эти ракеты? – спросил Эзер таким тоном, будто я был младшим офицером его штаба.

– Трудно сказать, – ответил я. – Изготовлены они были на Ноури. Вы ведь прекрасно знаете, что ноури продают свое оружие кому угодно.

Эзер сел и попытался прожечь меня яростным взглядом.

– Я вам не верю, – сказал он после долгого молчания.

Я повернулся к Джейн:

– Он мне не верит.

Джейн бросила мне небольшую коробочку:

– Это его коммуникатор.

Я протянул прибор Эзеру:

– Попробуйте вызвать ваш корабль.

Через несколько минут, после бесчисленного количества чрезвычайно сердитых взвизгиваний, Эзер бросил коммуникатор наземь.

– Почему вы не убили меня? Вы убили всех моих людей.

– Вам ведь было предложено убраться отсюда. Если бы вы послушались совета, все ваши солдаты были бы целы и невредимы, – сказал я.

– Предложено… Вашей секретаршей! – презрительно бросил Эзер.

– Строго говоря, она уже не моя секретарша.

– Отвечайте на мой вопрос! – потребовал Эзер.

– Живой вы нам гораздо нужнее, чем мертвый, – честно признался я. – И один из наших знакомых тоже очень хотел бы, чтобы вы остались в живых. Мы с ним договорились, что передадим вас ему, а он нам тоже кое-чем поможет.

– Генерал Гау… – проговорил Эзер.

– Вот тут вы не ошиблись, – сказал я. – Не знаю, какие у Гау планы относительно вас, но сомневаюсь, чтобы после покушения и тех интриг, при помощи которых вы рассчитывали подчинить себе конклав, ваша встреча окажется очень теплой.

– Может быть, нам удастся… – начал было Эзер.

– Давайте не будем даже пытаться завести этот разговор, – перебил его я. – Слишком уж резким получается переход – от угроз перебить всех нас до последнего к переговорам.

– Но ведь с генералом Гау вы договорились, – возразил Эзер.

– Ну вот… – вздохнул я. – Между вами есть достаточно серьезная разница. Я нисколько не верю, что вы действительно собирались сохранить жизнь кому-нибудь из моих колонистов, тогда как Гау удалось убедить меня в том, что такое возможно. В этом-то все и дело. Теперь слушайте. Я сейчас передам переводчик моей жене – вот она, рядом с нами, – и она будет говорить вам, что делать. Вам будет лучше слушаться ее, потому что, если вы не станете слушаться, она не убьет вас, но вы, вероятно, очень пожалеете, что остались живы. Вы меня понимаете?

– Понимаю.

– Вот и прекрасно.

Я выпрямился и протянул коробочку электронного переводчика Джейн.

– Запри его в тот контейнер, который мы отвели под тюрьму.

– Считай, что уже заперла.

– Курьер, который мы настроили для связи с генералом Гау, на месте?

– На месте, – подтвердила Джейн. – Я отправлю его, как только устрою Эзера на ночлег. А что мы скажем Союзу колоний?

– Понятия не имею. Думаю, не получая несколько дней от нас сообщений, они сообразят, что здесь что-то случилось. И если они, когда припрутся, застанут нас здесь, то будут очень недовольны. Но до тех пор мы можем смело забыть о них.

– Это совсем не похоже на настоящий план, – сказала Джейн.

– Я знаю, но ничего лучшего у меня на сегодня нет. Да и мелочи все это по сравнению с последними событиями. Черт возьми! Мы все-таки провернули это дельце!

– Нам это удалось, потому что враги были наглыми и безграмотными в военном отношении, – сказала Джейн.

– Прежде всего потому, что у нас есть ты, – поправил я. – Ты все это спланировала. Ты все организовала. Без тебя у нас ничего не получилось бы. И, хотя мне очень не хочется этого говорить, нас спасло то, что ты оказалась полноценным солдатом Специальных сил.

– Я и сама это знаю, – проворчала Джейн. – Но совершенно не хочу сейчас говорить об этом.

Издалека донесся странный звук. Мы не сразу сообразили, что это женский плач.

– Похоже на голос Беаты, – встревожилась Джейн.

Я оставил ее возиться с Эзером, а сам побежал на звук. В паре сотен метров на коленях стояла Беата, низко склонившись над кем-то.

Это оказался Кранджич. Две аррисианские пули все же нашли его. Одна раздробила ключицу, а вторая разворотила грудь. Земля под ним успела пропитаться кровью.

– Безмозглый сукин сын, – сказала Беата, держа Кранджича за руку. – Вечно ты вляпаешься в какую-нибудь историю.

И, наклонившись еще ниже, поцеловала в лоб и закрыла ему глаза.