Текст книги "Современная зарубежная фантастика-6. Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Джон Скальци

Соавторы: Билл Болдуин,Томаш Колодзейчак,Марта Уэллс,Марцин Гузек,Алекс Феби,Аркадий Саульский,Адам Пшехшта
сообщить о нарушении

Текущая страница: 328 (всего у книги 341 страниц)

Глава 20

Лоза, Нефрита и Малахита стояли в центре зала, где наклонный пол подходил к изваянию цветка. Лун приблизился к ним, медленно ступая по скату, однако он зря осторожничал – его когтистые ноги почти не скользили, да и сам пол, хотя и выглядел скошенным, ощущался ровным.

Цветок возвышался на несколько шагов и был сделан из такого же гладкого материала, как стены и пол. Лепестки складывались в скругленный конус, наверху которого зияло небольшой отверстие. Если где-то в цветке и была дверь, как на рисунке Лозы, то она скрывалась внутри него.

– Другой двери в зале нет, – сказала Нефрита Луну. – Если отсюда можно как-то попасть в город, то вход здесь.

Малахита обошла изваяние.

– Цветки обычно раскрываются.

– Ты пробовала к нему прикоснуться? – спросил Звон Лозу.

– Да, – с досадой ответила та. Она присела и провела рукой по лепесткам, пытаясь поддеть их когтями. – Наверное, для этого Сквернам и понадобился Сумрак. Возможно, он открывается только для консорта-полукровки. А быть просто полукровкой, как я, недостаточно.

– Но земные обитатели же как-то его открыли, – заметил Лун. – Они соорудили столько приспособлений, чтобы спуститься сюда. Вряд ли они потратили так много сил, увидели, что цветок закрыт, и в панике бежали отсюда. Причем спаслись не все – вон в той будке лежат мертвецы.

– Может, кто-то открыл им дверь изнутри, – предположила Нефрита.

Малахита вдруг наклонилась к цветку и почти вплотную приблизила лицо к белым каменным лепесткам. Затем она сделала шумный, глубокий вдох.

– Осторожно, – предупредил Лун, все еще памятуя о цветах, которые пожирают живых существ.

Королева выпрямилась.

– Скверны его касались. И Сумрак тоже.

Звон все еще оставался задумчив.

– Хорошо, допустим, проход открылся Сумраку, потому что он – правильный полукровка. Тогда мы внутрь не попадем. Однако давайте все-таки предположим, что земные обитатели тоже его открыли, и попробуем сделать то же, что делали они. – Он бросился прочь от цветка и прыжками двинулся в сторону старой будки.

Малахита хмуро посмотрела ему вслед, но не попыталась остановить. Лоза сказала:

– Кажется, я понимаю, о чем он. – Она склонилась над цветком, оперлась руками на наружные лепестки и заглянула в узкое отверстие наверху. Затем она приняла земной облик и сняла одну бусину с браслета. На миг сосредоточившись, она зачаровала бусину, и та засветилась. Затем наставница уронила украшение внутрь цветка.

Лун и Нефрита подались было вперед, чтобы посмотреть, но врезались друг в друга, из-за чего Малахита их опередила.

– Умно́, – похвалила она Лозу. – Внизу есть небольшая щель.

Звон приволок инструмент, который нашел в будке земных обитателей – длинный лом с плоским концом. Он сказал:

– Непохоже, чтобы этой штукой что-то делали в будке. – Он вскарабкался на цветок, и Лоза отошла, уступая ему место. Затем она приняла чешуйчатый облик, и Луну подумалось, что это разумная предосторожность.

Звон осторожно опустил лом в отверстие на верхушке цветка.

– Влезло. Уже хорошо, – пробормотал он. – Попробую ткнуть им в щель… Вот так.

Лепестки цветка начали вращаться и расходиться в стороны. Лун схватил Звона за шипы и оттащил в сторону за миг до того, как цветок раскрылся у воина под ногами.

Светящаяся бусина Лозы со стуком скатилась вниз по спуску, похожему на лиану с широкими листьями. Он вел в широкую шахту, освещенную все теми же голубыми сияющими камнями. Спуск закручивался по спирали и через два витка исчезал в недрах города. Лун сделал глубокий вдох, принюхался и снова уловил смрад Сквернов, а вместе с ним сладковатый запах, который, похоже, исходил от самого цветка.

Малахита сказала:

– Возьмите земное орудие с собой, – и спрыгнула вниз. Лоза, не колеблясь, двинулась следом за ней.

Нефрита раздраженно зарычала.

– Цветок же закроется за нами. И мы не знаем, откроет ли его орудие изнутри.

– Земные обитатели же как-то выбрались, – заметил Звон, хотя на его лице были написаны сомнения. Он принял земной облик, сунул лом за пояс и снова перевоплотился.

Лун не собирался останавливаться, зайдя так далеко.

– На обратном пути с нами будет Сумрак.

Нефрита пробормотала:

– Надеюсь, – и спрыгнула вниз. Лун и Звон последовали за ней.

Малахита и Лоза быстро, но осторожно шагали по наклонному спуску. Цветок над их головами провернулся и закрылся. Лун поморщился, хотя ожидал этого. Нефрита снова зарычала и поспешила за Малахитой.

Лун прыжками помчался вниз, догоняя их. Пол под его когтями казался на удивление мягким. Стены были увиты растениями с белыми лепестками, похожими на те, что росли наверху и закачивали в будки воздух. Наверное, эти делали то же самое – затягивали воздух по лианам, которые шли до надводной части острова. Лун прошептал Малахите:

– Ты что-нибудь слышишь? – Слух старой королевы наверняка был острее, чем у молодых раксура.

– Голоса, – ответила она. – Скверны разговаривают. Где-то впереди и, кажется, под нами.

Спуск заканчивался проходом к мосту, перекинутому через большой зал. Справа в кривой стене Лун увидел длинные, узкие кристаллические окна, которые смотрели на синие глубины моря. Напротив них начиналась череда залов с арочными сводами, которые опирались на изящные резные колонны, похожие на пучки колышущихся водорослей. В необычном освещении мягкие, почти коралловые стены поблескивали перламутровыми оттенками, голубыми и зелеными. При этом со всех сторон дул сквозняк и отовсюду разило Сквернами, так что понять, куда они пошли, было невозможно.

Малахита негромко рыкнула от досады и медленно повернулась, принюхиваясь. Далекие голоса оборвались. Лун вместе с остальными подошел к краю моста, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. Он не увидел никаких следов на полу, но залы были такими огромными, что Скверны могли свободно пролететь через них. В стенах виднелись круглые дверные проемы, под которыми торчали выступающие площадки, похожие на листки растений, но лестниц Лун не видел. «Земные обитатели не смогли бы передвигаться здесь без веревок и крюков», – подумал он. Зато Скверны и Сумрак могли направиться куда угодно.

– Мы так близко, – сказал он самому себе.

– Мы его найдем. – Нефрита прошлась по мосту, глядя на просторные залы. – Мы их услышим или… или пойдем по следу из мертвых земных обитателей.

– Что? – Малахита резко обернулась. Нефрита указала когтем на небольшую кучу костей и истлевшей ткани, которая лежала у входа в дальний зал.

Она сказала:

– Если земные обитатели бежали от того, что ищут Скверны…

Малахита взмыла с моста, с хлопком расправила крылья и через два взмаха оказалась на другом конце огромного пространства. Нефрита посмотрела на Луна, скорчила гримасу и полетела за ней.

Звон замешкался, чтобы подхватить Лозу, и взлетел вместе с Луном.

Они приземлились рядом с останками земного обитателя. Тело было распластано по полу, заостренная к макушке голова лежала на боку, кости рук вытянуты вперед. Лун посмотрел наверх, но над скелетом не было ни платформы, ни двери, из которой он мог бы упасть. Казалось, будто кто-то ударил его со спины и опрокинул на пол. От этого места зал еще сотню шагов вел прямо, а затем сворачивал в сторону.

Малахита мельком оглядела тело и собралась двигаться дальше. Но вдруг голос подал Звон:

– Подождите.

Лун посмотрел на него и увидел, что шипы воина дрожат. Тот сказал:

– Я снова слышал голос. На этот раз намного отчетливее. Он говорит: «Я дам вам… что-то. Помогу обрести силу». – Звон содрогнулся всем телом, словно пытаясь стряхнуть с себя сказанное. – Звучало это очень жутко.

– Что ж, мы хотя бы на верном пути, – пробормотала Лоза, неуверенно глядя вперед.

Малахита двинулась дальше, но на этот раз гораздо медленнее.

Они несколько раз свернули в сторону и наверняка заблудились бы, если бы не наткнулись еще на троих мертвецов, которые указали им путь. В одном зале стену прочерчивало длинное окно, из которого открывался вид на подводные вершины и плывущих мимо них полупрозрачных созданий, похожих на цветы с плавниками. Подойдя к окну вплотную, Лун увидел в его кристаллической субстанции заметные искажения. Его пронизывали сотни едва видимых волокон, похожих на разветвленные корни. Лун остановился, положил ладонь на кристалл, а затем отдернул руку. Материал оказался теплым и как будто живым на ощупь и пошел рябью от его прикосновения. Звон, смотревший на это с выпученными глазами, пробормотал:

– Удивительное место.

Когда они добрались до очередной изогнутой стены, Лун услышал чей-то голос. Его шипы невольно приподнялись, когда он узнал прародительницу. Говорить Малахите, что Скверны близко, не пришлось – она уже замедлилась и быстро опустилась в присед.

Впереди виднелся круглый проем, который вел в следующий просторный зал. Там наружную стену прочерчивали узкие кристаллические окна. Все повороты, которые миновали раксура, вели их по кругу вниз, и Лун решил, что они оказались на стороне острова, противоположной от берега.

Когда все осторожно приблизились к проему, перед Луном как на ладони открылся следующий зал, пол которого находился примерно в пятидесяти шагах под ними. Он увидел прародительницу, Тедея, еще четверых владык и Сумрака; но все его внимание захватило то, на что они смотрели.

Посреди зала находилось нечто, похожее на бутон гигантского морского цветка высотой примерно в сорок шагов. Он рос из гнезда темных лиан – некоторые пульсировали, другие уже давно завяли и иссохли. Спереди огромные белые лепестки отогнулись, позволяя заглянуть внутрь бутона. Он был полон множества извивающихся отростков, которыми обычные морские растения ловили крошечных водных созданий. Этот цветок тоже кого-то поймал.

Существо, заточенное внутри, было большим, таким же, как Утес в крылатом облике. Но оно больше походило на Сумрака и на тот рисунок в кристалле, который им показали Скверны. Такая же темная чешуя, жесткий гребень и пышная грива шипов.

Малахита отшатнулась от проема и настолько забылась, что даже переглянулась с Нефритой.

Лоза и Звон во все глаза таращились на цветок. Нефрита озвучила то, что подумали все:

– Неужели это действительно наш предок? Наш и Сквернов?

Малахита покачала головой, но не из-за того, что хотела возразить, а потому что кое-что поняла.

– За что же его здесь заточили?

Лун не сдержался и спросил:

– Зачем нашим предкам было селиться под водой?

– Незачем. – Нефрита еще раз осторожно заглянула внутрь. – Может быть этого… предтечу поймали существа, которые здесь жили, а затем, когда они все умерли, о нем забыли.

Луну в это слабо верилось.

– Этот город построен для существ, которые умеют летать. Мы нигде не увидели ни одной лестницы.

Звон кивнул.

– А еще здесь светильники из зачарованных камней, и воздух подается через растения. Они напоминают мне светящиеся цветы в Изумрудных Сумерках.

Лун подумал, что Звон прав. Это место выглядело странно, но в нем было что-то знакомое.

– В Опаловой Ночи так зачаровывают целые деревья.

Лоза сказала:

– Да все наставники так умеют. По крайней мере здесь, в Пределах. Это знание передается из поколения в поколение.

Похоже, раксура неспроста считали, что наставники получали свои способности от отцов-консортов. Лун подумал: «А еще Утес рассказывал, что это арборы создали семена, которые превращали обычные исполинские древа в колонии». Может быть, их предки тоже преобразили подножие острова в этот город при помощи магии, вроде той, что была у наставников.

Звон спросил:

– Но если наши предки построили все это, то кто же поддерживает чары?

Лоза посмотрела на ближайшее воздуховодное растение, которое расползлось по всему потолку зала.

– Может быть, их и не нужно поддерживать. Может, чары просто настолько мощные.

Нефрита задумчиво нахмурила чешуйчатый лоб.

– Наверное, у них была веская причина, чтобы строить город под водой. Возможно, они хотели что-то спрятать. Или спрятаться от чего-то.

Лоза заметила:

– Похоже, цветок при помощи магии не дает тому… предтече умереть. Неужели он столько времени томился внутри?

Звон, похоже, был восхищен и напуган тем, что видел внизу.

– Наверное, он как-то призвал к себе тех земных обитателей. Может быть, их корабль подошел близко к острову.

Лоза подпрыгнула на месте, в восторге от того, что они так близко подобрались к разгадке тайн этого места.

– Но земные обитатели не смогли его выпустить, потому что открыть ловушку может только представитель его собственного вида или кто-нибудь очень близкий к нему, вроде консорта-полукровки. А потом что-то случилось, и они сбежали.

Звон тоже стал подпрыгивать на месте.

– Если его тело спит, а сознание нет, и он столько циклов пробыл здесь…

– То он, наверное, свихнулся от одиночества, если уже не был безумен, когда его сюда посадили!

– Да, – прервала Малахита их домыслы. – Но зачем его вообще заточили в подводную темницу, куда могли попасть лишь члены его собственного вида?

Все замерли, обдумывая сказанное. Лун выдал очевидный ответ:

– Потому что кто-то могущественный хотел его наказать, а оставлять его в другом месте было небезопасно. – Предтеча обратил земных обитателей в бегство, а еще заставил Сквернов напасть на раксура и породить полукровок. Хорошими его намерения точно не были.

Малахита одобрительно кивнула.

Нефрита сказала:

– Как же нам узнать наверняка?

– Я спрошу его после того, как убью Сквернов. – Малахита встала, расправила крылья и, выпрыгнув из укрытия, опустилась на пол зала.

Звон и Лоза потрясенно отшатнулись. Нефрита издала сдавленный стон, полный ярости и недоумения. Лун лишь уставился Малахите вслед.

– Неожиданно, – признал он. Хотя, если задуматься, все к этому и шло.

Нефрита зарычала и бросилась следом за Малахитой. Лун не отставал.

Он приземлился на пол, готовый ко всему. Прародительница и владыки резко обернулись, когда у них за спиной возникла Малахита. Все Скверны были в крылатых обличьях, но Сумрак оставался в земном. Тедей схватил его за шею и приставил к горлу когтистую лапу – лишь из-за этого Малахита пока не начала рвать Сквернов на куски.

Сумрак не перевоплотился. Он вообще выглядел так, словно вот-вот свалится с ног от истощения. Его бледная кожа приобрела сероватый оттенок, под глазами появились синяки, одежда испачкалась и порвалась. Он смотрел на Малахиту так, будто решил, что она ему мерещится. «Ну конечно, – подумал Лун. – Они его не кормили». Оказавшись перед выбором, есть мясо земных обитателей или голодать, Сумрак наверняка выбрал голод. Скверны могли заставить его есть, пригрозив убить Луна и остальных, но им было на руку, что он ослаб.

Малахита медленно зашагала к прародительнице. Лун никогда прежде не видел, чтобы кто-нибудь так смотрел на Сквернов. Будто те были любопытной добычей, которую непросто поймать, но которая все же попалась ей в когти.

Прародительница не шелохнулась, однако Лун заметил, как она напряглась всем телом. Она сказала:

– Ты так сильно нас ненавидишь. Что же такого ужасного мы тебе сделали?

– Вы отняли у меня консорта и уничтожили мой двор. – Малахита склонила голову набок и улыбнулась. – Не пытайся влезть мне в голову. Я ведь могу тебя впустить.

Лун не увидел, но ощутил, как занервничали владыки. Малахита вела себя совсем не так, как они ожидали, и это их пугало. «Она не притворяется. Она и правда их не боится, и Скверны это понимают». Лун подумал, не этим ли занималась Малахита в тот цикл, когда охотилась на стаю, которая уничтожила восточную колонию. Узнавала о них все, что можно; училась противостоять их чарам, пока те вовсе не перестали на нее действовать; училась презирать их, а не бояться. Может быть, в этом и заключался ключ к победе над Сквернами – все зависело от решимости и силы воли.

Прародительница не попятилась, но Лун почувствовал, что она пытается взять себя в руки. Она сказала:

– Зачем ты пришла? Проводнику не нужны раксура.

– Ты знаешь зачем. Ты похитила то, что принадлежит мне. – Малахита не посмотрела на Сумрака; она не отводила глаз от прародительницы, словно приковывая ее к месту, но было совершенно ясно, о ком говорит королева. – Почему ты еще не выпустила своего проводника?

– Быть может, мы и не собирались его выпускать.

Ответ позабавил Малахиту, и ее шипы всколыхнулись.

– Как далеко ты зашла ради того, чтобы остаться ни с чем.

– Другие стаи проложили нам путь сюда. Закончить начатое было нетрудно.

Лун мельком глянул на Нефриту и увидел, что та, не отрываясь, смотрит на Тедея и Сумрака. «Она ждет возможности напасть». Но Тедей был стар и умен. Он наверняка понимал, что Скверны еще живы лишь благодаря тому, что держат в своих руках жизнь молодого консорта.

Малахита сказала:

– Ты воспользовалась их неудачами.

Прародительница кивнула.

– Верно.

– Тогда почему же ты передумала?

Прародительница ответила:

– Проводник обещал, что научит нас новой магии, даст могущественное оружие, чтобы одолеть добычу, которая стреляет огнем. Он говорил, что очень долго спал и лишь недавно пробудился, что он жаждет помочь нам поглотить мир. – В этом не было ничего удивительного. Сквернов интересовало лишь то, что помогало им захватывать и поедать жителей земных городов, не рискуя при этом прародительницами и владыками.

– И уничтожить раксура, – прибавила Малахита.

Прародительница, похоже, считала это лишь приятной мелочью.

– Да, и это тоже. Но мы пришли, а он ничему нас не учит.

Лун больше не мог держать язык за зубами. Он сказал:

– Спроси его, что он пообещал земным обитателям, которых привел сюда. Они его не выпустили, и он их убил.

Прародительница не посмотрела на Луна, но ответила:

– Добыча не сумела его выпустить. Проводник не знал, что клетку могут отпереть лишь ему подобные.

Какая странная тюрьма, в которой освободить узника может лишь существо из его же вида. «И за ним никто не пришел», – подумал Лун. Если те, кто запер здесь проводника, пытались преподать ему урок, то они явно перестарались.

Малахита не отводила глаз от прародительницы, но Лун почувствовал, что ее внимание переключилось на существо, томящееся в цветке. Она спросила:

– И все же, что он предложил земным обитателям? То же, что и вам?

Прародительница ответила:

– Мы – охотники. Они – добыча.

«Видимо, это значит «нет», – подумал Лун и сказал:

– Что же ты тогда его не выпустишь? Ты ведь понимаешь, что он вас обманул. Он ничему вас не научит. Здесь нет никакого оружия. Этот город пуст. Если когда-то здесь что-то и было, земные обитатели все забрали, когда бежали отсюда.

Малахита, похоже, решила, что узнала достаточно. Таким же спокойным тоном она произнесла:

– Отдайте нам Сумрака и будете жить.

Прародительница столь же невозмутимо ответила:

– Ты ни за что не оставишь нас в живых.

Малахита одобрительно оскалила клыки.

– А ты не настолько глупа, как кажется.

Лоза дрожащим голосом настойчиво спросила:

– Малахита, почему предтеча не вмешивается в наш разговор?

На миг все замерли. Скверны молчали.

Малахита прищурилась.

– Сумрак, когда ты вошел сюда, что-нибудь произошло?

– Цветок открылся, – слабым голосом выдавил Сумрак. – Кажется, ничего хорошего это не значит.

«Ой-ой», – подумал Лун. Звон встревоженно прошептал:

– Может быть, ему нужно лишь присутствие Сумрака. Может быть, он ждет, когда закончится действие заклинания или чего-то еще.

Малахита, похоже, думала так же. Она прорычала:

– Отдайте нам Сумрака, и мы все уйдем отсюда живыми.

Безо всякого предупреждения цветок раскрылся. Раздался грохот, словно рядом ударила молния. Казалось, будто снова взорвалась сумка с зарядами Делина, которую дакти швырнули в огонь, только на этот раз не было ни вспышки, ни жара. Волна незримой силы прокатилась по залу, сшибая все на своем пути. Она опрокинула Луна на спину, и он ударился об пол. В его сознании вспыхнули образы земных мертвецов из соседних залов – тех, что лежали на полу, и тех, что забились в будку, но не смогли спастись.

Волна силы ушла дальше, и Лун остался лежать, хватая ртом воздух и дрожа всем телом. Затем он перекатился и приподнялся на локте, пытаясь заставить свое тело встать. Его помутневшее зрение прояснилось, и он увидел, что все остальные тоже растянулись на полу, в том числе и прародительница с владыками. Скверны, которые стояли к цветку ближе всего, лежали неподвижно, но раксура шевелились, хотя и вяло. Лун почувствовал облегчение, когда увидел, что все живы. А затем его взгляд упал на предтечу.

Тот стоял перед цветком и смотрел на них. Лун не мог прочесть в его лице и шипах никаких эмоций; он походил на изваяние.

Внезапно Малахита рывком поднялась на ноги и ощетинилась. Тяжело дыша, она спросила:

– Кто ты?

Один владыка перевернулся и встал. Его движения были резкими и дергаными. Распахнув рот, он прохрипел:

– Я – ваш предок.

По шипам Малахиты прошла волна, в которой Лун прочел настороженность и недоверие. Сам Лун похолодел. Предтеча говорил с ними через владыку, точно так же как владыки умели говорить через дакти и кетелей.

Звон и Лоза смогли сесть и привалились друг к другу, чтобы не упасть вновь. Сумрак все еще лежал рядом с Тедеем, который потерял сознание, и Лун краем глаза заметил, как Нефрита поднялась на четвереньки и, протянув руку, взяла молодого консорта за лодыжку. Поглядывая на предтечу, она стала подтягивать Сумрака к себе. Предтеча не попытался ее остановить.

Оглушенный, Сумрак начал было сопротивляться, затем открыл глаза и увидел Нефриту. Он потянулся к ней, Нефрита толкнула его Луну за спину, а затем, шатаясь, поднялась на ноги. Лун наконец смог сесть, но встать пока даже не пытался.

– Ты в порядке? – прошептал он Сумраку. Тот, дрожа, кивнул и уткнулся ему в плечо.

Владыка изрек:

– Я так долго ждал. Они хотели, чтобы я спал вечно, но я пробудился. – Его глаза были закрыты, лицо и тело совершенно расслаблены; казалось, что он мертв. Другие Скверны вяло зашевелились. Прародительница подняла голову, хлестнула хвостом и со злобой уставилась на предтечу.

Нефрита глянула на Луна, и тот быстро кивнул. Его тело уже слушалось, и, если придется, он мог помочь остальным.

Малахита пристально смотрела на предтечу.

– Да, Сквернам ты сказал то же самое, – сказала она. – Почему земные обитатели не выпустили тебя? Ты призвал их сюда, показал, как найти этот город, научил пользоваться воздушными лианами, чтобы они смогли до тебя добраться.

Лун тоже не мог этого понять. Ему казалось, что встреча с прародителем их вида должна проходить как-то иначе. Возможно, Лоза и Звон оказались правы, и предтеча выжил из ума. Или все было гораздо хуже.

Мертвый владыка произнес:

– Они не смогли решить загадку. Вы намного умнее.

– То есть земные обитатели сбежали и погибли, – рыкнула Нефрита.

Лоза покачала головой.

– И мы ничего не сделали, не решили никакой загадки, – едва слышно пробормотала она.

Сумрак зашептал из-за спины Луна:

– И Скверны тоже. Они просто стояли рядом и говорили с ним, но я не слышал его ответов.

Нефрита сказала:

– Он лжет. Ему было нужно лишь одно – чтобы Сумрак подошел достаточно близко.

Владыка продолжал:

– Я помогу вам победить этих ужасных существ во всех Мирах.

Малахита не отводила взгляда от предтечи, но Лун чувствовал, что она прекрасно знает, где находится каждый из них, и лихорадочно думает, что делать. Она спросила:

– Тогда почему ты столько циклов был с ними заодно?

– У меня не было выбора. – Эти слова предтеча произнес с чувством, и владыка задрожал, когда их выдавили из его горла. – Раксура не могли меня услышать, а я должен был освободиться.

Малахиту это ничуть не тронуло.

– Мы слишком дорого заплатили за твою свободу.

– Я верну долг сполна. Я помогу вам уничтожить Сквернов.

Малахита склонила голову набок, но ее лицо осталось бесстрастным. Нефрита сказала:

– Сквернам ты говорил, что поможешь им уничтожить нас.

– Мне пришлось лгать. Неужели вы никогда не обманывали этих созданий, чтобы выжить?

Последние слова задели Луна за живое. Но, глядя на предтечу, который все так же стоял за плененными Сквернами, Лун подумал: «Он ведь ни разу не шелохнулся. Почему?».

Предтеча продолжал:

– Вернитесь со мной наверх, на остров. Там я докажу, что не солгал. Там спрятано оружие и ресурсы. Я отдам их вам.

Лоза легонько толкнула Звона.

– Звон? Ты что-то видишь?

Воин все это время пристально смотрел на предтечу и щурился, словно не мог его разглядеть, хотя тот стоял всего в двадцати шагах от них.

– Он не… Это… Он выглядит совсем не так. – Голос воина дрожал. – Его как будто двое.

Малахита зашипела:

– Так ты обманываешь нас? Яви свой истинный облик!

Прародительница вдруг вскочила на ноги. Лун отшатнулся и закрыл собой Сумрака, но она бросилась на предтечу и ударила его в грудь с такой силой, что тот отшатнулся на шаг. Владыки прыгнули на него следом за прародительницей… и предтеча переменился.

Очертания его тела стали размытыми и перетекли в иной облик – большой, темный и зыбкий. Его конечностей стало больше. Он поднял четыре крыла и обнажил широченный ряд клыков; впрочем, тело его было настолько бесформенным, что Лун не мог понять, где у него рот. Предтеча отшвырнул одного из владык, превратив того в кровавые ошметки.

Малахита развернулась и рявкнула:

– Бежим!

Лун схватил Сумрака и прыгнул к входу в зал. Земное тело молодого консорта оказалось тяжелее, чем он ожидал, и Лун врезался в нижний край дверного проема, едва ухватившись за него когтями. Сумрак прижался к нему, держась изо всех оставшихся сил, и задержал дыхание, словно это могло ему чем-то помочь. Лун подтянулся, втащил их обоих в коридор, и Сумрак облегченно вздохнул.

Лоза врезалась в стену прямо под ним и без труда вскарабкалась следом. Затем кто-то из королев, не то Нефрита, не то Малахита, решили, что Звон недостаточно быстро шевелит крыльями, и закинули его наверх. Он пролетел над головами остальных, ударился об пол и отскочил от него. Королевы приземлились через миг после воина, и все широкими прыжками помчались прочь.

Тогда у Луна впервые появилась возможность осмыслить, что происходит. Он сразу же понял, что Малахита поступила правильно – теперь, когда Сумрак был у них, они могли выбраться отсюда. Оставалось лишь надеяться, что тварь задержится, перебьет сначала Сквернов, и лишь затем погонится за ними.

Звон выдохнул:

– Кажется, это не наш предок.

Даже если чудовище и было им, Луну такого родства не хотелось. Вдруг он услышал позади треск и грохот, после чего раздался шум прибывающей воды, словно в зал только что ворвался водопад. «О нет, – подумал Лун. – Он же не настолько глуп…»

Малахита прорычала:

– Не останавливайтесь.

Лун спросил Сумрака:

– Ты что-нибудь видишь?

Сумрак выглянул у Луна из-за плеча и бездыханным голосом ответил:

– Похоже, он разбил окна в зале. Может, нас не… Нет, вода несется прямо к нам!

Проход в первый зал был уже совсем рядом, но пол рядом с ним уходил вниз, не позволяя спастись от ворвавшегося в город моря. Лун спиной чувствовал брызги.

Нефрита вырвалась вперед; прыгнув вверх, она ухватилась одной рукой за верх арки и протянула им вторую. Лун тоже взмыл к арке, зацепился за нее когтями, но Сумрак, висевший на нем мертвым грузом, не позволил ему качнуться и по инерции забраться наверх. Свободной рукой Лун ухватился за Нефриту, она подтянула их кверху, и они вместе вскарабкались на узкий карниз, едва поместившись на нем. Через секунду к ним подлетел Звон и, отчаянно вскрикнув, вскарабкался наверх.

Тогда в арку врезалась Малахита, за которую цеплялась и Лоза. А еще через миг вода настигла их.

Белый пенящийся поток пронесся под ними, скатился вниз и залил зал. Нефрита присела и схватила Малахиту за запястье, Звон ухватился за второе. Лун, все еще державший Сумрака, мог лишь беспомощно смотреть. Нефрита и Звон сами едва сохраняли равновесие на узком карнизе и не могли долго удерживать Малахиту.

Тогда Лоза вскарабкалась по спине королевы, зацепилась когтями за уступ и, подтянувшись, встала рядом со Звоном. Освободившись от лишней тяжести, Малахита вонзила когти в карниз, подобралась и выскользнула из воды, как рыба.

Когда она вцепилась когтями в стену, Нефрита спросила:

– Куда теперь?

– Проберемся к выходу. – Малахита окинула взглядом зал. – На той стороне есть другой карниз. Мы можем туда перелететь.

Нефрита согласно повела шипами и повернулась к Сумраку.

– Когда ты спустился сюда в железной будке, как Скверны открыли дверь? Ты к ней прикасался?

Дрожа, Сумрак кивнул.

– Да. Думаешь, тот монстр не сможет ее открыть?

– Надеюсь, что нет. – Нефрита посмотрела на Малахиту. – Но если вода уже залила рампу у двери…

– Знаю, – сказала Малахита, забыв о том, как ее бесит само существование Нефриты. – Когда этот зал заполнится и течение ослабнет, мы сможем проплыть туда под водой.

«Только доплывут не все», – подумал Лун. Он по собственному опыту знал, что окрыленные могут задерживать дыхание гораздо дольше, чем многие земные обитатели; да и Нефрита с Малахитой будут под водой столь же сильны, как и в воздухе. Но арборы были устроены иначе. Да и Сумрак все еще не мог принять крылатый облик и, похоже, с каждой минутой слабел все больше. Лун даже через одежду чувствовал, как сильно он заледенел.

Звон сказал:

– Подождите.

Все посмотрели на него. Он сидел на корточках в конце карниза, рядом с Лозой. Воин сделал глубокий вдох, словно готовясь к спору, и сказал:

– Мне кажется, она не настоящая.

Нефрита и Малахита нахмурились. Лун вставил вопрос прежде, чем остальные успели открыть рот:

– Что не настоящее?

– Вода. – Голос Звона звучал подавленно. Он сложил ладони лодочкой и зачерпнул ее. – Когда она в моих руках, я ее не вижу.

Лоза наклонилась, дотронулась до воды в ладонях Звона и потерла пальцы.

– Я ее чувствую. Кажется.

Приободрившись, что от него не отмахнулись, Звон продолжил:

– Я думаю… То существо знает, что Сумрак у нас и что он может открыть дверь. Поэтому оно гонит нас в ту сторону. Хочет выйди следом за нами наружу.

Сумрак вдруг сказал:

– Моя одежда сухая. Лун, твоя чешуя вся мокрая, но моя одежда сухая.

Лун пощупал рукав его рубахи. Тонкая материя не липла к коже, на ней не было даже мокрых пятен. Если вода была иллюзией, то ее создатель мог и упустить несколько деталей.

– Звон, думаю, ты прав.

Нефрита все еще хмурилась, однако сказала:

– Ты и перед этим был прав, Звон. Когда сказал, что видишь два существа на месте одного. Может, это даже не оборотень вовсе; может, он просто притворился нашим предком с помощью чар.

Лоза подхватила:

– Это объясняет, почему только предтечи – или кто-то похожий на них – могли его выпустить. Если наши предки заточили его здесь…

Малахита напомнила им о главном:

– Настоящая это вода или нет, она смогла убить земных обитателей. То существо все еще сидело в цветке, но что-то заставило их обратиться в бегство, настигло и погубило. Если мы не сможем поверить, что никакой воды нет, то она убьет и нас.