Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Глава 3
Самая мерзкая тварь

Приемный зал князя Дмитрия Кривотолкова поражал роскошью. Дубовые панели на стенах, отполированные до благородного матового блеска. Тяжелые бархатные портьеры цвета бургундского вина. Паркет, инкрустированный замысловатым узором, сверкал как зеркало. Все дышало достатком и властью.

За массивным резным столом красного дерева восседал сам князь Дмитрий. Сегодня он облачился в безукоризненный темно-синий костюм-тройку в тонкую полоску. Шелковый платок на шее был приколот фамильной булавкой с крупным сапфиром. Взгляд стальных глаз был холоден и колюч.

Перед столом князя замерли двое посетителей – виконт Вадим Александрович и Маргарита Витальевна, она же просто Рита. Оба выглядели малость потрепанными после схватки на злополучном 13-м складе. Ссадины, наспех залепленные пластырями, синяки. Помятая, местами надорванная одежда. Особенно не повезло Вадиму – его голова напоминала спелую сливу, сплошь покрытую кровоподтеками и шишками. Создавалось впечатление, что беднягу долго и методично долбили башкой об стену.

При взгляде на многочисленные «украшения» Вадима, Рита опускала глаза и кусала губы. На её смазливом личике явственно читались вина и смущение.

Сама Рита смотрелась куда лучше напарника – возможно, замаскировала свои синяки под добрым сантиметром тонального крема. Возможно, использовала заклинание исцеления.

Вадим, хоть и едва стоял на ногах от боли, держался молодцом. Бравый вояка, что с него взять. Глядя прямо в глаза князю, отчитался по-военному чётко:

– Ваша Светлость! Докладываю: на складе 13 два часа назад произошло столкновение с неустановленным Одаренным, предположительно дворянином. Точно установить личность противника по стилю боя невозможно ввиду широкой распространенности применяемых им техник среди аристократии. Преследовать нарушителя я не смог по причине тяжести полученных в бою ранений. Готов продолжать расследование и найти виновных!

Князь слушал, откинувшись на спинку кресла и барабаня пальцами по подлокотнику. Прищурившись, бросил:

– Вольно, Вадим Александрович. Присядьте. В вашем состоянии только на плацу маршировать.

Вадим кивнул, осторожно опустился на краешек стула, придерживая раненый бок. Его лицо дернулось, но он старательно прятал гримасу боли.

Князь перевел взгляд на Риту, скучающе поигрывая массивной печаткой на пальце:

– Что скажете, Маргарита Витальевна? Вы тоже присутствовали при этом досадном инциденте, если мне не изменяет память.

Рита встрепенулась, захлопала длиннющими накладными ресницами. Затараторила сбивчиво, глотая окончания:

– Ой, Ваша Светлость, ну а что я могу сказать-то? Ну, короче, влетает этот хмырь на склад, начинает типа качать права. Мы такие: ты кто ваще, чувак? А он такой: не ваше, мол, собачье дело! И ка-а-ак жахнет! Без предупреждения, ваще! Ну, Вадик, понятно, в долгу не остался. Завязалась драчка. Я, типа, прикрывала. Но этот гад оказался тот еще хитрожо… То есть… гхм… в смысле, противник попался на редкость коварный и опасный. Сильный, зараза! Но мы с Вадиком его к чертям от… В смысле, черт с ним… Тьфу… короче, одолели мы его! Почти. Но он смылся. Оставил нам какую-то тварь на прощание. Мерзкую такую, вонючую. Вадик, если чё, больше пострадавший, подтвердит! Ой…

Бедная Рита осеклась, увидев вытянувшееся лицо князя. Дмитрий слушал ее сумбурный монолог, приподняв бровь и всем своим видом выражая недоумение.

На его лице так и читалось: «И это элитный наемник, прошедший суровую школу?»

Даже если ее сила велика, интеллект оставляет желать лучшего. Князь с трудом удержался от от того, чтобы не припечатать себя рукой по лицу.

– Благодарю за столь… хм… красочный и подробный доклад, Маргарита Витальевна, – ехидно процедил он, – Ваше умение выражать мысли поистине восхищает. Где вы нахватались столь изысканных речевых оборотов? В какой-нибудь сельской школе для умственно отсталых?

Рита пунцово покраснела и опустила глазки в пол. Вжала голову в плечи, словно ожидая подзатыльника.

– Простите, Ваша Светлость… – пролепетала она, – Я это… Немного волнуюсь… Первый раз удостоилась чести личной аудиенции у столь блистательной персоны… Вот и лезет всякая ерунда на язык…

Рита шмыгнула носом и еще больше сжалась. Того гляди, расплачется. Князь брезгливо поморщился.

– Довольно. Можете пока помолчать, Маргарита Витальевна. Сделайте милость.

Он перевел взгляд на Вадима, который сидел с непроницаемым лицом, невозмутимо взирая в пространство. Лишь желваки гуляли по скулам от сдерживаемой боли. Ну или неловкости за напарницу.

– Вадим Александрович, и все-таки, у вас есть версии, кто мог выступить против нас? – вкрадчиво спросил князь, наклоняясь вперед, – Может быть, Ларцовы снова качают права? Или кто-то из Мещерских подсуетился? У них ведь с нами давние терки, особенно после войны с Безумовыми.

Вадим, ненадолго задумавшись, покачал головой:

– Навряд ли, Ваша Светлость. У Ларцовых кишка тонка с нами тягаться после той истории с их младшеньким. А Мещерские сейчас увязли в своих внутриклановых дрязгах, им не до игр с Кривотолковыми.

– Хм-м… – протянул князь, – И все же, вы же лично с ним дрались. Неужели совсем никаких соображений?

Вадим слегка пожал плечами и поморщился от прострелившей бок боли:

– Увы, Ваша Светлость. Стиль боя у этого типа самый стандартный среди благородных. Поставленные удары, грамотная работа ног, классическая усиляющая телекинетика. Чуть ли не в каждом дворянском роду такому учат с детства. Без дополнительных улик вычислить конкретного бойца почти нереально. Единственное что…

Он умолк, словно раздумывая.

– Так-так? – поинтересовался князь.

– Мне показалось, что он не просто тренирован, но еще и молод, – сказал Вадим, – Лет двадцать или меньше. Легко двигается, нет зажатости, мышцы явно очень чистые. Ну и много сленга в речи, хотя это ни о чем не говорит… При этом он двигается, словно лет двадцать, а то и более изучал боевые искусства.

– Опытный боец в теле юнца? – князь приподнял бровь.

– Что-то вроде того, – кивнул Вадим.

После этого Вадим подробно рассказал о появлении ужасной твари. Упомянул о том, что таинственный налетчик его обездвижил, но не убил. И при этом спас кучу людей.

Князь откинулся на спинку кресла, барабаня пальцами по подлокотнику. На его точеном лице застыло задумчивое выражение.

– Что ж… полагаю, этот интригующий вопрос пока останется открытым, – изрек он, наконец, обведя тяжелым взглядом присутствующих. И вдруг резко обернулся к неподвижной фигуре, скрючившейся в дальнем углу приемной, – А ваше мнение, Валентин Савельевич?

Раздался зловещий скрип, и из глубокого кожаного кресла, кряхтя и постанывая, поднялось долговязое худое существо, чем-то напоминающее огромную летучую мышь. Или труп анорексички, только-только восставший из могилы.

То был сам доктор Валентин Савельевич Менгелев – гений и безумец в одном флаконе. Вечно всклокоченные седые пегие космы, мертвенно-бледное лицо с ввалившимися щеками и лихорадочно горящими глазами, крючковатый нос, напоминающий клюв стервятника. На переносице его криво болтались очки в толстой оправе – правое стекло украшала паутина трещин. Поверх замызганного медицинского халата был небрежно наброшен не менее замызганный лабораторный фартук, покрытый бурыми пятнами неизвестного происхождения. Тощие ноги обтягивали драные линялые джинсы, на босых ступнях красовались растоптанные шлепанцы.

Широко ухмыляясь, Менгелев поковылял к княжескому столу. Каждый его шаг сопровождался громким кряхтением и щелканьем суставов, как у древней развалюхи.

Стычка с Вадимом Безумовым явно сказалась на здоровье доктора.

В руках доктор бережно сжимал пластиково-стеклянный контейнер со множеством мигающих лампочек, проводков и датчиков. На стенке контейнера мерцала светодиодная надпись «Образец 01Х».

– Взгляните-ка сюда, голубчики! – елейным голосом проворковал Менгелев, пристраивая загадочную фиговину на краешек стола.

С этими словами он дрожащими от нетерпения пальцами отодвинул пластину на боку контейнера, показывая его содержимое. Вадим с Ритой дружно сглотнули, когда увидели содержимое. Князь приподнял бровь.

За толстым стеклом, источая отвратную вонь, копошилась и пузырилась мерзостная слизистая субстанция чудовищного серо-буро-малинового цвета. Бесформенная туша непрерывно меняла очертания, выпуская жуткие псевдоподии, глазные яблоки, зубастые пасти. Колыхалась, будто желе, булькала, словно грязевой гейзер, брызгала на стекло протоплазмой.

Лицезреть такую мерзопакость – то еще удовольствие!

– Фу, гадость какая!!! – взвизгнула Рита, шарахнувшись от стола и прикрывая рот рукой. Ей явно стало дурно: бедняжка позеленела, глаза стали как плошки. Словно красавицу вот-вот стошнит. Или она хлопнется в обморок. Или все разом.

Даже непробиваемый Вадим скривился от омерзения и брезгливо отпрянул, прикрыв нос платком. Желваки яростно заходили на скулах, выдавая с трудом сдерживаемые эмоции. Впрочем, бравый вояка быстро взял себя в руки. Чай, не гимназистка какая, чтоб в лепешку от каждой бяки падать.

Один лишь князь Дмитрий сохранял завидное хладнокровие. Хотя и он явно слегка удивился при виде жуткого трофея.

А вот доктор Менгелев пребывал в состоянии экстаза. Восторженно сияя глазами, он буквально кудахтал над контейнером:

– Ути-пути, моя прелесть! Кто у нас тут самый хорошенький комочек протоплазмы, а? Белочка моя плотоядненькая! Прынцесса слизнявенькая! Сюси-пуси-муси-пусенька!

Прижимая стеклянный короб к тощей впалой груди, Менгелев гукал и сюсюкал с биомассой, как счастливый папаша с новорожденным дитятком. Или как долбанутая кошатница со своими драгоценными сфинксами.

А вот биомасса явно не разделяла его восторгов. Она свирепо шипела и бесновалась в своей стеклянной темнице, бросаясь на прозрачные стенки всеми своими бесчисленными глазками, зубками и присосочками. Билась в истерике так неистово, что контейнер заходил ходуном в трясущихся руках доктора.

– Ик! – булькнула Рита, прижимая ко рту кружевной платочек. Ее отчетливо затошнило от этой мерзкой сцены – щеки позеленели, глазки увлажнились, – Шеф, я щас!..

И бедняжка, зажав рот рукой, унеслась прочь из кабинета, цокая каблучками. Видать, не добежит до туалета, бедолага.

Князь проводил подчиненную снисходительной ухмылкой, но комментировать не стал. Лишь жестом поторопил Менгелева:

– Продолжайте, уважаемый, не томите. При чем здесь эта дрянь? Вы мне с самого утра ей все уши прожужжали по телефону…

– О-о-о, Ваша Светлость! – провыл доктор, едва не приплясывая от возбуждения, – Все дело в том, что перед вами – последний уцелевший фрагмент той самой твари, что принесла столько разрушений на склад номер 13!

– Вон оно что… – протянул князь, заинтересованно склоняя голову набок, – И как же удалось заполучить сей любопытный экземпляр?

– Мои верные ассистенты обнаружили этот бесценный образец среди руин, – с придыханием пояснил Менгелев, – И первым же делом доставили лично мне в лабораторию! Я сразу же принялся за исследования. Судя по всему, этот образец принадлежал существу, которое на много эволюционных порядков превосходит человека! И Одаренного! И даже Аномалии! Вы только вообразите – протоплазма с невероятными регенеративными и морфогенетическими способностями! Бесконечный потенциал для модификаций! Я бы даже сказал – если бы Бог существовал, это мог бы быть кусок его плоти! Ах, заполучить бы для опытов того человека, из которого эта прелесть вылупилась! Вот где сокрыта золотая жила для передовых генетических исследований! Ради такого можно и в могилку слазить, хе-хе!

Менгелев плотоядно захихикал, подергивая кустистыми бровями. В этот момент в комнату вернулась немного позеленевшая Рита. Прижимая к губам платок, она с подозрением уставилась на доктора.

– Благодаря образцу 01Х мои исследования рванут далеко вперед! – продолжал он, брызжа слюной от возбуждения, – Для начала я смогу, наконец, вывести для вас, Ваша Светлость, идеальных неуязвимых бойцов с силой Монстров из Разломов! Это как минимум! А уж как максимум… их-хи-хи… охо-хо-хо… аха-хаха… о-о-о… м-м-м…

Менгелев сладострастно застонал, закатив глаза. Похоже, прямо сейчас его накрыл мощнейший научный оргазм от собственных грандиозных замыслов. Рита на всякий случай отступила на пару шагов – а ну как брызнет ненароком своей протоплазмой, маньяк фигов?

А вот князь слушал пламенную тираду с непроницаемым лицом. Лишь подрагивающая жилка на виске выдавала его крайнюю заинтересованность. Наконец, он веско произнес:

– Что ж… Валентин Савельевич, признаться, звучит весьма многообещающе. И я, безусловно, надеюсь, что все вложенные в ваши исследования инвестиции сторицей окупятся. Все-таки вытащить вас из тюрьмы, куда вы попали после стычки с Безумовым, стоило немалых трудов даже мне. Не разочаруйте меня.

Менгелев поежился, сжавшись под тяжелым взглядом князя. Залебезил заискивающе, нервно поправляя очочки:

– Да что вы, Ваша Светлость, как можно! Ваше высочайшее доверие для меня – наивысшая честь и главный стимул! Торжественно клянусь: все оправдаю и даже перевыполню, будьте покойны! Мои гениальные мозги не подведут! Скоро ваши глаза узрят первые ошеломительные результаты нашего сотрудничества!

И будто в подтверждение своих слов Менгелев сграбастал несчастный контейнер в костлявые объятия. Прижал к груди с неистовым жаром – так, что оболочка жалобно хрустнула. Зажмурился в экстазе, разве что не постанывая от переизбытка чувств:

– О-о-о, моя драгоценная! Ты еще покажешь на что способна! Зайка моя безмозглая!

И Менгелев, прижавшись лицом к контейнеру, смачно чмокнул стекло, оставив влажный след губами. Биомасса шарахнулась назад, словно ее сейчас стошнит, забилась в припадке, сотрясая проклятущий контейнер. Шарахнулась от ненормального в самый темный угол, стремясь увеличить дистанцию. Выпучила все свои многочисленные зенки в безмолвном вопле: «Спасите-помогите, люди добрые! Заберите меня от этого двинутого!»

Князь, наконец, сподобился скривиться от омерзения. Похоже, даже его поистине безграничное хладнокровие не выдержало экзальтированных выходок Менгелева. Эк его разобрало-то, словно старого извращенца на нудистском пляже!

– Довольно пошлостей, – осек князь исступленного гения, раздраженно барабаня пальцами по столешнице, – Имейте совесть, Валентин Савельевич. Здесь вам не дешевый бордель с шлюхами по вызову.

Менгелев стушевался, со стыдливым смешком отлепил от себя многострадальный контейнер. Спрятал под халат и зажал коленями, будто припертый к стенке эксгибиционист – свои причиндалы. Прокашлялся нервно:

– Ах, простите великодушно, Ваша Светлость! Увлекся малость, с кем не бывает.

– То-то же, – процедил князь, смерив прибабахнутого доктора тяжелым взглядом, – Увлекайтесь по делу. И не забывайте, кто вас из петли вынул, на которой вы бы уже заслуженно болтались.

Менгелев часто-часто закивал, вжимая голову в костлявые плечи. Испарина выступила на бледном высоком лбу.

Слушая это всё, Вадим мрачно усмехнулся. Рита всё еще глядела с отвращением.

Князь, похоже, тоже не особо впечатлился экзальтированными выкрутасами своего протеже. И, видимо, не особо верил его обещаниям. Плотно сжав тонкие бескровные губы, он некоторое время буравил профессора испепеляющим взглядом – таким, от которого у нормального человека мигом сфинктер судорогой сводит.

В приемной повисла гнетущая тишина. Наконец, князь веско произнес:

– Что ж… раз обсудили главное – пора закругляться. Отныне вы трое – особое научно-исследовательское подразделение «Неясыть», напрямую подчиненное мне. Валентин Савельевич возглавит исследования. Используйте весь свой научный гений, доктор. На кону стоит слишком многое.

Менгелев поправил очки и кивнул, его лицо оставалось непроницаемым. Но пальцы, сжимавшие подлокотники кресла, побелели от напряжения.

– Вадим Александрович, – князь перевел тяжелый взгляд на виконта, – вы займетесь охраной и оргвопросами. Обеспечьте безопасность лаборатории, контролируйте периметр. И проследите, чтобы у доктора было все необходимое для работы.

– Будет исполнено, – отчеканил Вадим, вытянувшись по стойке смирно. Но в его серых глазах промелькнуло раздражение.

Рита сидела чуть в стороне, комкая в руках краешек платья. Ее волосы растрепались, на щеках играл лихорадочный румянец.

– А какова моя роль? – спросила она, поднимая на князя взгляд огромных зеленых глаз.

– Вы, Маргарита Витальевна, будете ассистировать доктору Менгелеву, – бросил князь, махнув рукой.

Вадим с облегчением выдохнул.

– Или помогать Вадиму Александровичу, в зависимости от того, кому будет нужнее ваша помощь, – добавил князь.

Теперь с облегчением вздохнул уже Менгелев.

– Как только освоитесь на новом месте, получите от меня особое задание, – сказал князь, – А пока – на сегодня всё.

Менгелев и Вадим покосились друг на друга кисло. Доктор прекрасно понял, что виконта приставили над ним надзирателем, чтобы пресекать любые попытки отлынивать или саботировать. Вадиму же явно не улыбалось возиться со спятившим ученым и его зверинцем – тем более в компании бестолковой, но могучей девицы, совершенно не приспособленной к серьезной работе.

«Ну почему на меня всегда вешают самые неблагодарные задания?» – тоскливо размышлял виконт, представляя объем предстоящих проблем. Увы, вернуться управляющим на разрушенный склад не было возможности. Не скоро там закончат ремонт после загадочного инцидента.

«Только солдафона-надзирателя мне не хватало для полного счастья!» – раздраженно думал Менгелев, нервно похрустывая пальцами, – «Теперь он будет вечно маячить за спиной!»

Князь небрежно махнул рукой, отпуская подчиненных с аудиенции. На его лице застыла непроницаемая маска, словно вырезанная из слоновой кости. Но в стальных глазах плясали опасные искры – искры человека, привыкшего любыми средствами добиваться цели.

А за окном в небе уже загорались первые звезды – холодные и равнодушные к людским страстям и волнениям.

Глава 4
Иди один

Тренировочный зал особняка Безумовых наполнился звоном скрещивающихся клинков и всполохами магических атак. Айсштиль, Настя и Эмми самозабвенно отрабатывали приемы фехтования, то скользя в стремительных выпадах, то переходя в глухую защиту. Капельки пота блестели на их сосредоточенных лицах и упругих булк… кхм… телах.

Богиня льда двигалась с кошачьей грацией, ее морозный клинок распространял вокруг волны леденящего холода. Она на ходу давала советы смертным подругам:

– Представьте, что ваша энергия струится по клинку словно вода, от эфеса к острию. Не пережимайте поток, пусть течет естественно. Помните, холод – ваш союзник и проводник!

Айсштиль обучала их нескольким боевым техникам, основанным на энергии Льда. Она временно поделилась своей энергией с девушками, чтобы те могли опробовать ее и освоить. Настя и Эмми старательно кивали, пытаясь воспроизвести сложные пассы. У рыжеволосой Одаренной выходило чуть лучше – все-таки ледяная техника была ей чуть ближе по духу. Как-никак тоже стихийная сила.

Я одобрительно наблюдал за тренировкой, прислонившись плечом к стене.

– Молодцы, девчонки. Продолжайте оттачивать навыки. Скоро вам предстоит применить их в настоящем деле, – подбодрил их я, – А мне пора заняться финансовыми делами рода. Ситуация определенно налаживается, но нужно закрепить успех.

– Конечно, Костя, – на ходу отозвалась Настя, ловко уворачиваясь от очередного ледяного выпада Айсштиль, – Удачи тебе с бумажками!

Одарив напоследок тренирующихся дам лучезарной улыбкой, я решительно направился в рабочий кабинет князя Ивана.

Устроившись в кожаном кресле за массивным столом красного дерева, я включил компьютер с головой погрузился в изучение многочисленных документов и графиков. Так-так, судя по всему, наши доходы и правда существенно выросли за последнее время.

Во многом это произошло благодаря магическим кристаллам, добытым в недавних стычках с монстрами. Эти невероятно ценные артефакты расходились, что твои горячие пирожки, в том числе и на черном рынке. Опасные ребята из криминальных кругов, понятное дело, жаждали заполучить столь редкие ингредиенты для своих темных делишек. У меня уже получилось наладить некоторые связи с этими опасными личностями, отчасти благодаря советам Горына.

Неплохие барыши капали и от продажи меда мирмеций. Пусть первые партии, отправленные графине Менгелевой, были не так велики, но эта была только разминка. Учитывая фантастическую скорость размножения моих подвальных полумуравьев-полулюдей, очень скоро производство волшебного меда выйдет на совершенно новый уровень. Десятки, а там и сотни умелых рук Сахаринки, Вафельки, Перчинки и их сестер днем и ночью будут трудиться, дабы род Безумовых процветал.

Конечно, на содержание мирмеций тоже уходило немало средств. Одних только мучных червей, сверчков и тараканов приходилось заказывать самосвалами – личинки муравьев жрали будь здоров! Чую, Синегорские фермы по производству этих кормовых насекомых озолотятся… Надо бы намекнуть им, чтобы расширяли производство, ведь скоро мне понадобится намного больше… Светлана Соколова уже полностью зачистила Полости Скитти, а значит гигантских насекомых больше брать неоткуда.

Но игра определенно стоит свеч. Совсем скоро у меня под рукой будет настоящая армия разумных муравьедевочек, покорно внимающих любому приказу. Преданные, не знающие усталости, готовые ради Повелителя на всё… О да, это окупит любые вложения сторицей!

Были, правда, еще заморочки с налогами и пошлинами на торговлю магическими ингредиентами, а ещё налоги на землю и недвижимость, заполнение отчетности… Вечно эти бюрократы лезут со своими идиотскими правилами, будь они неладны! Двадцать первый век на дворе, почему это все давно не автоматизировали? Почему вместо работы я должен заниматься тупым крючкотворством? Даже у меня, древнего ископаемого, состояние налоговой системы вызывало вопросы.

Ну да ладно, с этим можно разобраться позднее. А сейчас стоит проведать мою дорогую Мелинту и ее трудолюбивое семейство, узнать как продвигаются дела.

Миновав анфиладу залов, я спустился по грязноватой мраморной лестнице в просторный подвал особняка. Шагнув за массивную дверь, я сразу окунулся в атмосферу непрестанного труда и роевой деятельности. Огромный муравей Федор и юные принцессы Вафелька с Перчинкой, вооружившись мощными клешнями (муравей) и лопатками (девицы), самозабвенно рыли новые тоннели в толще земли. Комья чернозема так и летели во все стороны!

Не прекращая работы, мои верные помощники на ходу укрепляли своды тоннелей специальной смесью, приготовленной из мёда и воска. Получалось нечто среднее между сотами и бетонными балками – прочность потрясающая! Умение мирмеций смешивать органику и магию для усиления конструкций не переставало меня восхищать. Не иначе как Лилия поработала…

В дальнем конце подвала, в огромной общей спальне, утопая в мягком тепле заклинаний Айсштиль и Эмми, дремали бесчисленные гигантские личинки. Здесь поддерживался идеальный микроклимат – температура и влажность были отрегулированы с ювелирной точностью, чтобы юные мирмеции росли большими и сильными. Судя по тому, как лихо они наращивали жирок, мои личинусы явно не питали никаких поводов для беспокойства.

Царица всей этой роющей и жующей братвы, Мелинта, как раз заканчивала утреннюю чистку хитинового панциря Сахаринки. Завидев меня, королева мирмеций приветственно взмахнула всеми четырьмя руками разом:

– Ой, привет, хозяин! Вижу, Вы решили почтить своим присутствием наши скромные владения?

– И тебе не хворать, Мелинта, – улыбнулся я, – Гляжу, вкалываете без устали?

– Так точно, о Величайший! – гордо подтвердила мирмеция, шевеля в воздухе антеннами, – Мы с Федором и девочками трудимся денно и нощно, не покладая рук и клешней.

Я с одобрением кивнул и перевел взгляд на зардевшуюся от смущения Сахаринку:

– Растешь не по дням, а по часам, красавица.

– Мирмеции после рождения не растут, хозяин… но хитин уже потемнел, да, – с материнской нежностью подтвердила Мелинта и погладила Сахаринку по голове, – Наша девочка уже совсем взрослая стала. Боевая и находчивая – хоть сейчас в огонь, в воду и медные трубы!

Звучит многообещающе. Пора вводить юных мирмеций в курс дела?

– Слушай, Мелинта, тут такое дело… – я чуть понизил голос, – Не желаешь отпустить дочурок со мной сегодня на алхимическую фабрику? Пора уже им большой мир повидать, к семейному бизнесу приобщиться.

По тому, как загорелись глаза царицы муравьев, я понял – она в восторге от идеи.

– О, хозяин, Вы так мудры! – восхищенно произнесла она, – Конечно же, девочкам нужно развиваться, расти над собой! И увидеть внешний мир! Уверена, они будут на седьмом небе от счастья!

И ведь не обманула, чертовка – стоило только обмолвиться Сахаринке, Вафельке и Перчинке о грядущей поездке, как юные мирмечихи просто пришли в неистовство.

– Папа! Ура! Гулять! – наперебой застрекотали девочки, смешно подпрыгивая на месте. Вафелька от избытка чувств аж влетела в потолок, оставив там головой глубокую вмятину…

Речевые навыки у них пока были не ахти – мозг-то совсем свежий, неразработанный. Сложным нейронным связям еще предстоит сформироваться. Зато энтузиазма и любопытства природа явно не пожалела. И, конечно же, богатырской силушки…

Кто рождается после союза богов и смертных? Правильно, герои. А это те еще балбесы бестолковые, скажу я вам по своему опыту.

– Вот и славно, ближе к вечеру выдвигаемся! – скомандовал я.

До самого вечера я упорно тренировался, доводя тело и разум до совершенства. Новые техники давались на удивление легко – видать, духовные потоки разошлись после голубой крови ящеров. Жаль, все никак не получается доломать тот крупный тромб в районе таза… Мы с Настей регулярно делаем попытки каждую ночь, но пока увы…

Когда за окном сгустились сумерки, настал час икс. Настя, Эмми и Айсштиль уже заждались у парадного, возбужденно переговариваясь о предстоящей вылазке. При виде семенящих за мной мирмечих они расплылись в улыбках.

– Ну надо же, малышня, вы тоже увязались? – обрадовалась Эмми, глядя на сестричек очень тепло, – Круто!

Муравьишки восторженно закивали, во все свои огромные глаза разглядывая непривычную обстановку. Еще бы, ведь на белый свет они появились совсем недавно!

Мы вышли к парковке, где нас дожидалось несколько машин. Одна из них была Монстром-Слугой, тем самым, который так лихо помог нам в стычке с Гигантским Монстром.

– Ого, железюка! Дерево! Трава! – взахлеб галдели сестрички вперемешку, иногда издавая забавное стрекотание. Антенны на головках смешно подрагивали, не в силах справиться с потоком новых ощущений.

Ранее я купил Мелинте букварь и несколько книг с детскими раскрасками. Так что кое-какое начальное образование и представление о мире у сестричек было…

Перчинка, заприметив на дорожке жука, и вовсе задумчиво застыла, позабыв обо всем на свете. Она глядела на жука, распахнув глаза и приоткрыв рот, словно на величайшее чудо. Энтомологические замашки фиг скроешь!

Рассадив всю честную компанию по тачкам, я лихо крутанул ключ зажигания. Поехали, ребятки! Мирмеций я взял с собой. Настя, Эмми и Айсштиль поехали на другой машине.

Ночная столица края встретила нас океаном неоновых огней и рекламных вывесок. Сахаринка, Перчинка и Вафелька, едва дыша от волнения, жадно прилипли к окнам, стараясь не упустить ни единой мелочи – витрины, прохожие, шум проспектов, все было им в новинку и дико интересно.

Я предвкушающе ухмыльнулся. Никодим точно обалдеет от такого десанта юных дарований! Мало того, что генетически одаренные, так еще и не по годам развитые. Таланты прям хлещут через край.

Вон, та же Мелинта уже извелась, так жаждет обустроить для дочек навороченную лабораторию-училище на нижних ярусах особняка. Типа, пусть девочки с младых когтей познают силу разума, упиваются дивной алхимической премудростью. И я ее полностью поддерживаю!

Очертания предприятия уже виднелись на горизонте. Ну, держись, Никодим! Сегодня твое предприятие ждет серьезная встряска. Пришла пора вплотную заняться массовым производством легендарного Красного Сгустителя. И девочки-мирмеции станут моим главным козырем на пути покорения алхимического Олимпа.

* * *

Стоило приблизиться к алхимическому предприятию Безумовых, как я сразу почувствовал неладное. Над корпусами лабораторий и производственных цехов клубился подозрительный сизый дым, и это совсем не походило на безобидные испарения от очередного научного эксперимента. Нет, тут явно что-то пошло не по плану.

Лишь бы никто не пострадал.

– Папа, там что-то нехорошее творится! – встревоженно застрекотала Сахаринка, высовывая свои тонкие антенны в приоткрытое окно машины и принюхиваясь. Ее милое личико сморщилось от неприятных ощущений, – Фу… какая мерзкая едкая вонь! Прямо усики режет!

Я чертыхнулся и попытался в очередной раз набрать номер Никодима, но старый алхимик упорно не отвечал. Мы с Настей обменялись тревожными взглядами через стекла наших автомобилей – похоже, неприятности поджидали нас прямо на пороге.

По телефону я быстро связался с соседней машиной с девушками.

– Не нравится мне все это, – пробормотала Настя, сдувая со лба непослушную прядь волос, – Уж больно подозрительно смотрится. Надеюсь, наши работяги целы.

– Будем надеяться на лучшее, – процедила сквозь зубы Айсштиль, явно готовясь к неожиданностям, – Но чует мое сердце, легкой прогулки не выйдет.

Монстр-Слуга, за чьим рулем я сидел, согласно бибикнул.

Стоило нашим машинам въехать на территорию завода, как глазам предстало весьма удручающее зрелище. Повсюду валялись обломки, куски арматуры, осколки стекла и прочий мусор. Складское помещение, где хранились ценные ингредиенты и готовая продукция, полыхало как факел, и едкий черный дым застилал некогда безоблачное небо.

– Твою ж дивизию, приплыли, чтоб их растак! – не сдержался я. Разгром производства в мои планы точно не входил, – Эмми, возьми под контроль огонь! Пока он на другие корпуса не перекинулся!

Эмми споро выбралась из машины и с решительным видом направилась к бушующему пламени, на ходу призывая свой огненный Дар.

– Сейчас всё будет! – крикнула она, сосредотачиваясь и складывая печати одну за другой.

Айсштиль, недолго думая, ринулась ей на подмогу. Ее ледяные потоки умело остужали уже прогоревшие места, не давая пламени распространяться дальше.

Мы с Настей и мирмециями поспешили в главный производственный цех, чтобы оценить масштаб трагедии. И тут нас поджидал очередной неприятный сюрприз – стоило переступить порог, как в нос ударил резкий запах крови вперемешку с лекарствами.

На заляпанном кровью полу вповалку лежали стонущие мастера-алхимики – видать, знатно огребли от непрошеных гостей, судя по разбитым лицам и многочисленным кровоподтекам. Никодим, шатаясь и охая, пытался оказывать несчастным посильную медицинскую помощь. А в стороне мрачной грудой восседал Гарын, сосредоточенно зализывая впечатляющие раны и трещины на своем хитиновом панцире.