Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 310 (всего у книги 332 страниц)

Глава 6

После ухода дочери барон вновь вспомнил весь день. Утром заходили сыновья и подтрунивали над младшим, который косулю на охоте упустил. А через некоторое время начался УЖАС. Томас с Ральфом укрыли его и Агату в подвале, а сами бросились на врага, попутно смеясь, что, может, сегодня Варину повезёт, и он не промахнётся.

А потом Варин распахнул дверь и сквозь хрипы произнёс:

– Отбились, отец! – И замолчал навсегда. Никогда, даже в самых страшных своих снах Алан не мог предположить такого исхода.

Но определённо, что-то случилось с Агатой. Иначе как объяснить потерю памяти и такие разительные перемены в её поведении? Именно за этим он попросил привести к нему Старую Марту, чтобы посмотрела на Агату и нашла всему объяснение. Не зря же много лет назад он укрыл её от преследования храмовников на своей земле. У неё особый дар, за него и преследовали. Осталось только дождаться, когда её найдут. Если, конечно, найдут.

Агата ни о чем таком не подозревала и стягивала с себя платье, смутно надеясь поскорее уснуть и вернуться в свою прежнюю жизнь. Дочь выросла и живёт своей жизнью, замужем, но с детьми не спешат. А вот ретривера завели по взаимному согласию. Если она расскажет Полине про свои приключения в средневековье, дочь будет смеяться до конца дней и, конечно, ни за что не поверит матери.

В надежде на лучшее Агата провалилась в сон, но не случилось, и утром она проснулась той же молодой барышней в средневековом поместье.

Ну раз так, то надо подниматься и начинать спасать этот мир. Иначе зачем её сюда переместили? Агата сладко потянулась, разгоняя остатки сна, и пошлëпала на горшок. Потом она натянула вчерашнее платье, вот только завязать его не смогла. Ну кто придумал завязки на спине делать? Пришлось звать служанку на помощь.

Колетт пришла с небольшим тазиком и кувшином теплой воды. Затем помогла Агате умыться и завязала платье. Потом Агата пошла навестить отца.

– Как ты спала, девочка моя? – ласково приветствовал её барон.

– Спасибо, отец, вчера провалилась в сон, еле добравшись до кровати.

– А память? К тебе вернулась память?

– К сожалению, нет.

– Отдадим все на волю Пресвятой Девы, – совершенно спокойно произнёс барон. – Ты уже ела?

– Нет, отец, зашла вначале к вам.

– Давай позавтракаем вместе? Я попрошу сюда всё принести. А то я один, и ты сейчас одна…

– Конечно! Давайте вместе поедим! – воскликнула Агата.

Барон позвонил в колокольчик, что стоял на столе, возле его кровати и вскоре вошла служанка.

– Принеси нам сюда завтрак, – велел барон. – И узнай, покормили ли крестьян, что нашли приют у нас.

Служанка поклонилась и не проронив ни слова вышла.

– Отец! – заторопилась Агата. – Я вчера рассматривала наш дом, он очень красивый. А ещё я увидела, что вокруг него домики попроще. В них живут наши крестьяне?

– Да, девочка моя. Вокруг поместья до набега было восемь деревень. Эта – самая ближайшая. Крестьяне в ней выращивают овощи для нашего стола, ещё держат куриц на яйцо и коз с коровами. Они полностью нас кормят. А почему ты спрашиваешь?

Барон даже немного напрягся. Или Агате показалось?

– Позвольте, я сегодня пройдусь и познакомлюсь с жизнью этой деревни? – Агата понимала, что после нападения отец будет её особенно опекать и беречь. Но ей просто необходимо было познакомиться с укладом и бытом людей. Поэтому она постаралась быть ласковой и придать голосу просительные нотки.

– Не знаю, вообще то одной госпоже покидать дом не следует, да и мало ли… После набегов недобитые враги сбиваются в банды и нападают на путников.

Агата призадумалась. Опасения отца были весьма резонными.

– А если я возьму с собой служанку Колетт и несколько детей из подвала? К тому же мы не пойдём далеко. По улице туда и обратно.

– Ну какой прок от детей? Ты меня не слышала, что ли?

Барон как будто начал злиться, и Агата решила оставить эту тему. Она обязательно к ней вернётся, но после завтрака. К тому же служанка заносила тарелки с едой.

– Господин барон! Людей кормят, я спросила, – с порога отчиталась она.

На завтрак подавали сыр, нескольких сортов, листья зелени, отварные яйца, окорок и горячий пшеничный хлеб. Из кувшина служанка разлила по кружкам травяной взвар, и комната наполнилась новыми ароматами.

Агата разломила кусок хлеба вдоль, поместила в него сыр, прикрыла второй половинкой. Затем откусила и зажмурилась от захлестнувших её вкусов. Какое мясо?! Только горячий бутерброд с сыром! Взвар, правда, был без сахара и мёда, но к этому можно привыкнуть со временем.

После завтрака Агата попросила разрешения и забралась к барону на кровать с ногами. Гулять её не отпускают, одной в доме скучно – будет, значит, здесь сидеть, изучать местную жизнь.

– Отец, а когда овец стригут?

– Поздней весной, или в начале лета, а почему ты спрашиваешь? – Барон с удивлением посмотрел на дочь.

– А сейчас середина лета?

Барон кивнул в ответ.

– Значит, где-то хранится вся состриженная шерсть?

– Ох, Агата! Она хранилась в тех двух деревнях, что сожжены дотла. Думаю, что на ярмарку в этом году нам нечего будет нести.

– А овец стригут один раз в год?

– Наших – один. У нас особая порода была. Я склоняюсь к мысли, что набег был с целью заполучить наших особенных овец. Но ничего не доказать.

– Старосты сказали, что много скотины разбежалось по лесам. Может быть, отыщут и овечек?

– Я даже не сомневаюсь, что вернут пару десятков, – заверил барон.

Агата оживилась при этой новости.

– А сколько же тогда у нас овец было до набега?

– Полторы тысячи, не считая молодняка.

– Это же огромное стадо!

– Конечно. За нашей шерстью даже торговцы из других стран приезжали, да что сейчас об этом?…

– А сколько времени потребуется, чтобы возродить стадо?

– Наши овцы дают два приплода за полтора года. В каждом обычно три ягнёнка. Чтобы возродить стадо, надо лет десять, а то и больше. Да и к чему это сейчас? – Барон отвернулся и потёр глаза руками.

– Отец, а мы продавали стриженую шерсть, или же изделия из неё? – не отступала Агата.

– Просто шерсть, стригли, связывали в тюки и продавали… А ты к чему все расспросы ведёшь?

– А если нам обучить женщин прясть, и продавать уже нитки для вязания, или вовсе вязаные вещи? За них ведь должны больше платить? И тогда не нужно такое огромное стадо?

Отец даже приподнялся на руках, услышав эти слова от Агаты. Он надеялся, что всё ей объяснил, а нет, она продолжает обдумывать дела хозяйства.

– Девочка моя, да зачем нам это сейчас? Приданое у тебя есть, и на мой век хватит денег, а потом… – он только махнул рукой, – будь что будет.

Глава 7

Вскоре дверь распахнулась, и вошла служанка.

– Господин барон, к вам пришла Старая Марта, говорит, что её звали.

Барон оживился от слов служанки и велел немедленно проводить к нему женщину. Служанка, поклонившись, ушла, а спустя короткое время дверь открылась, и в проёме показалась сгорбленная маленькая фигура – вся в чёрном и с клюкой.

Старуха подошла ближе, и Агата смогла её получше разглядеть. Она была закутана в чёрный платок, глаза внимательно смотрели то на Агату, то на барона. Лицо изъедено глубокими морщинами. На незнакомке было чёрное платье, а сверху накинут чёрный плащ, стянутый шнурком у горла. На ногах – массивные ботинки, и тоже чёрные.

Барон позвонил в колокольчик, и, когда пришла служанка, сказал:

– Принесите еду для Старой Марты, а нам – взвар.

– Агата, – обратился он к дочери. – Это травница, Старая Марта, она живёт на наших землях, я разрешил.

Старуха присела на стул рядом с кроватью барона и внимательно уставилась на Агату.

– Здравствуйте, Старая Марта! – поприветствовала её девушка. Она так и сидела на кровати рядом с бароном.

– Алан! – заговорила Старая Марта. – Твои сыновья радуются и пируют за столом у Пресвятой Девы! Они исполнили свой долг, защитили семью и не посрамили свой род. За это их ожидает большая награда – они пойдут на перерождение без осуждения своих поступков. Они счастливы, и ты не горюй!

Агата потеряла дар речи и широко открытыми глазами смотрела на старуху.

Принесли еду, взвар и стаканы. Пока старуха ела, никто не разговаривал.

Старая Марта внимательно разглядывала Агату внутренним зрением. Этот дар перешёл к ней от матери, а той от своей матери. Напротив себя Старая Марта видела нечто необычное. Как будто тело Агаты, а душа другого человека. Такие случаи не редкость, но об этом никто не говорит, а Старая Марта с такими уже встречалась. Видела она и силу, поселившуюся внутри Агаты, и знания. Просмотрев девушку внимательно, она убедилась, что та никогда не причинит вред Алану, будет до последнего вздоха рядом с ним и подарит ему много счастливых моментов.

– Сходи-ка, девонька, погуляй, нам с Аланом вдвоём поговорить надо, – велела старуха.

Агата заволновалась при этих словах. Что скажет колдунья отцу? Может, она почувствовала чужого человека в теле Агаты? Но послушно слезла с кровати отца, обулась и вышла, плотно прикрыв за собой дверь.

– Алан! Память к твоей дочери никогда не вернётся, – начала свой рассказ старуха. – Она станет светом и радостью этих земель. Сколь бы ты её ни оберегал – против воли Пресвятой Девы ты бессилен. И да, она заговорённая, с ней ничего страшного не случится. Ты ещё её детей застанешь, старый пень. – Старуха замолчала и только вытерла капельки пота со лба.

Алан молчал и пытался прочитать что-то недосказанное в глазах старухи, но в них не было ни лукавства, ни обмана. Да и не могла она отплатить ему злом за добро.

– Что смотришь? Больше я ничего не вижу, – как будто прочитала его мысли старуха.

– Спасибо тебе. Может, останешься жить у меня? Как ты одна-то, в лесу?

– Негоже у гроба менять свою жизнь, но я буду приходить к тебе. На вот травки. – Она вытащила откуда-то из-за пазухи мешочек и положила возле руки Алана. – На ноги ты никогда не встанешь, но травки мои пей. Пусть заваривают по щепотке на кружку воды, и утром, до завтрака, пей. Один раз. А сейчас мне пора, не у тебя одного горе.

Старуха поднялась и оперлась на клюку.

– Что тебе дать с собой? – спросил барон. – Золото, хлеб?

– Ты людей приютил и кормишь – считай, расплатился со мной.

Травница повернулась и вышла.

После её ухода Алан ещё раз обдумал слова Старой Марты и наконец-то успокоился. Сыновья… Их уже не вернуть. А вот его крошка Агата… Да, он получил даже больше ответов, чем ожидал.

В холле стояла Агата, и увидев старуху, выходящую от барона, невольно вздрогнула.

– Пойдём–ка, Агата, или кто ты там есть, – заговорила старуха. – Поговорить нам надо.

Сердце Агаты пропустило удар и ухнуло куда-то вниз. Ничего иного не придумав, девушка пригласила старуху в свои покои.

– Меня не бойся, – начала разговор Старая Марта. – Я вижу, что внутри Агаты поселилась другая жизнь. Но также я вижу, что ты добрая и не причинишь зла Алану, а это главное. Я ничего не сказала ему, не надо его тревожить. И твою тайну сохраню, а взамен… – Старуха цепким взглядом впилась в Агату, и отступившая было тревога вернулась с утроенной силой. – Ты дашь мне умереть!

– Как это? – Всего ожидала Агата, но не такого.

– Я колдунья, и не могу покинуть этот мир, не передав свой дар. Детей у меня нет, поэтому я выбрала тебя – а ты свой дар передашь дочери, которую назовёшь Бланш. Я сказала Алану, чтобы не останавливал тебя ни в чем. Ты возродишь эти земли и принесёшь им радость и свет. Делай, что задумала.

Старуха замолчала, а Агата не могла справиться с нахлынувшей на неё волной эмоций.

– А что это за дар? – спросила она.

– Видеть людей! Их жизнь и поступки, как в прошлом, так и грядущие. Это нелегко, но ты справишься.

– А если… если я откажусь от вашего дара?

– Ха-ха-ха, – сухо рассмеялась старуха, потом закашлялась и, отдышавшись, продолжила:

– Кто мы против воли неведомых сил? Думаешь, я выбрала тебя? Нет, мне на тебя указали. Ты, наверное, думаешь, что сможешь перехитрить судьбу и назвать дочь как-то иначе? Не выйдет! Только Бланш, что бы ты ни делала!

– Хорошо, я согласна.

– Не ошиблась я в тебе – толковая ты девка! Сейчас слушай. Мне надо закончить свои дела и подготовиться к уходу. Когда буду готова – приду за тобой и всё передам, а ты не горюй и не радуйся. Дар, конечно, тяжело в себе нести, но ты привыкнешь. У тебя как будто вторая голова появится. Ладно, засиделась я с тобой, пора мне… – Старуха поднялась, Агата последовала её примеру, а потом старуха неожиданно подошла и крепко обняла девушку.

– Никогда ничего не бойся! – Затем резко обернулась и вышла. От неожиданности Агата села обратно на стул.

Итак! Старуха пообещала, что у Агаты всё получится с хозяйством, и барон её не будет сдерживать – это самая лучшая новость. Но старуха увидела, что внутри Агата другой человек, правда, обещала молчать. Можно ли ей верить? Да какая разница, выбора у Агаты всё равно нет.

Теперь дар. Что Агата про это знает? Ни-че-го, кроме того, что рассказала старуха. Отказаться она не может, поэтому не надо сотрясать воздух, а только выдохнуть и принять всё как данность. А ещё она решила никому никогда не рассказывать про свой дар. Знают двое – знают все. Если отец дал защиту колдунье, значит, в этом мире существует преследование за такой дар. Поэтому не надо создавать себе дополнительных проблем.

Глава 8

Обдумав своё положение, Агата поправила платье и чепец, а затем направилась к барону.

– Где была? Что видела? – с порога начал расспрашивать старик.

– Отец! Что я увижу-то кроме стен дома? И то изнутри!

– Ладно, ладно. Я подумал тут… Ты вроде давеча погулять по деревне хотела? – спросил он с хитрым прищуром.

– Да, а можно?

– Возьми с собой Колетт, и кого ты там хотела? Но дальше деревни не ходи, в лес не суйся, а увидишь чужаков – беги домой!

Агата радостно кивала на каждое его слово. Она на все была согласна, лишь бы не сидеть в четырёх стенах.

– И распорядись, чтобы завтра собрали старост уцелевших деревень, – добавил барон.

– Хорошо отец. Вам что-то нужно? Может, принести чего?

– У меня все есть, иди уже, но к обеду возвращайся.

Агата на радостях обняла отца и умчалась. А он только глубоко вздохнул. Что поделать, против воли Пресвятой Девы он бессилен.

Первым делом Агата забежала на кухню и спросила, все ли устроены и накормлены. Кухарка обернулась на её голос и низко поклонилась.

– Спасибо госпожа, все накормлены и пристроены.

– Хорошо. Мне нужна Колетт, как её найти?

– Она, это… – Кухарка прятала глаза и судорожно терзала подол платья.

– Заболела? Сбежала? Спит? Давайте так, мне она нужна, чтобы погулять по деревне, и ещё несколько детей, из тех, что мы приютили. Так пожелал барон. Я погуляю вокруг дома, а вы всё устройте. А ещё вот что, барон распорядился завтра собрать всех старост уцелевших деревень. Как это сделать? Кому сказать? Память ко мне так и не вернулась, поэтому спрашиваю.

– Госпожа, не волнуйтесь, ступайте гулять. Колетт сама вас найдёт. И про старост я передам, не беспокойтесь.

Кухарка как-то торопливо выпроваживала Агату, ну и пусть. Главное, чтобы все выполнила, а она пока погуляет вокруг дома.

Агата вышла на крыльцо и первое, что бросилось в глаза – огромный стол и лавки около него, расставленные прямо во дворе. Кто-то позаботился о людях и сколотил все это. Странно, она не слышала стука инструментов.

Везде суетились люди, но при её появлении замерли и стали кланяться.

– Добра вам, госпожа! – Свои поклоны они сопровождали нехитрым приветствием.

– Здравствуйте! – отвечала им Агата.

Она неспешно обошла двор и завернула за угол, или скорее за окружность стены дома. Немного прошла и услышала за спиной детские смешки. Резко обернулась, и стайка малышей пустилась наутёк. Совсем маленькая девочка не успела за всеми, резко развернулась и села на попу. Она испуганно смотрела на Агату и не знала, что делать.

Агата подошла к ней, подняла, стряхнула пыль и одёрнула ветхое платьице – или, скорее, мешок до пят с рукавами. Кроха тут же припустила куда-то. А Агата продолжила прогулку, правда до следующих смешков за спиной. Она снова обернулась и под дружный смех спугнула детей.

Ах, вы играть задумали? Ну ладно, поиграем!

И Агата быстрым шагом припустила за угол дома, туда, где почти сходилась «подкова». Здесь она вжалась в стену и приготовилась ждать. Дети не подкачали, наверное, они ничего подобного не ожидали, поэтому дружной толпой вылетели из-за угла.

– Ага, попались! – Агата схватила за ручки двух чумазых мальчуганов, которые бежали впереди. Те от неожиданности встали как вкопанные, а затем начали вырваться.

– Мне помощь ваша нужна. – С этими словами Агата отпустила детей, и те пустились наутёк. Правда, сразу же вернулись, и рассматривали её из-за угла дома.

– Выходите уже, – скомандовала Агата. – Разговор есть!

Дети ещё немного помедлили, но всё же подошли и встали напротив Агаты.

Компания из девяти человек, от мала до велика. Здесь же была та самая кроха, которую недавно поднимала Агата. Одеты почти все одинаково – подпоясанный мешок с рукавами. Правда, на головах девочек были грязные чепцы.

– Меня знаете? – начала с главного Агата. Дети в ответ закивали.

– Мне нужно походить по деревне и посмотреть, как живут люди после нападения. Но одной мне ходить нельзя. Отец разрешил мне выйти только при условии, что со мной пойдут служанка и дети, то есть вы, – закончила короткий инструктаж Агата. И обвела всех взглядом.

Малышня переминались с ног на ногу и переглядывались. Наконец один из них, тот, кого раньше поймала за руку Агата, спросил:

– А зачем вам в деревню?

– Я же сказала, посмотреть, как люди пережили набег.

– А вам что до них?

– Мало ли чем помочь надо.

– Спрашивайте у нас, мы всех уже оббежали.

– Нет, как будущая хозяйка, я должна все увидеть своими глазами и обдумать.

– Вы же девушка, а девушки хозяйками не бывают!

Нет, ну ты посмотри какой упрямый собеседник Агате достался!

– Тебя как зовут? – спросила она.

– Рогир я.

– Рогир, ты ведь знаешь, что мои братья убиты? – В ответ все дети закивали головами.

– И что отец у меня старый и не может ходить? – В ответ такое же подтверждение.

– В таком случае кто будет за хозяйством смотреть? Не я ли распорядилась поселить в доме тех, у кого дома сгорели? Это ведь поведение хозяина? Или нет?

– Ну так-то да, только все равно девушка не может управлять целым хозяйством.

– Почему это?

– Ну… девушки, они для другого же, – после паузы объяснил Рогир. И Агата даже заулыбалась на его слова.

– И для чего же, по-твоему, девушки годятся?

– Ну там, дом убирать, кашу варить, детей рожать.

– У нас есть служанки, а детей рожать мне ещё рано, – нетерпеливо пояснила Агата. – Сидеть дома мне скучно, да и помощь отцу нужна. Я буду все смотреть и ему рассказывать, а он будет раздавать приказы.

– Так бы сразу и сказали.

– А я разве не так сказала?

– Нет! Вы сказали, что сами будете выдавать приказы, а девушки так не могут, а вот если ваш отец, это другое дело.

Агата удивилась его способностям. Очень, очень умненький мальчик.

– Рогир, а сколько тебе лет?

– А зачем вам?

Нет, ну вы посмотрите на него! Вначале ему надо все выяснить, а потом он будет решать, что же ответить.

– Просто интересно, ты очень умный, а на вид совсем не взрослый.

– Чего это я не взрослый? Мне одиннадцать лет уже! – с жаром выпалил маленький собеседник, а потом понял, что Агата его провела. – Лихо у вас получилось…

– А родители, семья у тебя где? – спросила Агата.

Мальчик отвёл глаза и не сразу ответил:

– Там же, где ваши братья.

Агата сочувственно промолчала и вымолвила:

– Так что? Пойдёте со мной в деревню? До обеда мы вернёмся.

Дети молчали и смотрели на Рогира. Видимо, он был у них за вожака.

– Пойдём, нам все равно заняться нечем, – ответил за всех Рогир. А вот сразу так не мог ответить?

Пока Агата разговаривала с Рогиром, к ней подошла служанка Колетт и стояла рядом, не перебивая и не вмешиваясь в разговор.

– Колетт! Пойдёмте, пройдёмся по деревне, мне нужно посмотреть кое-что.

– Да, госпожа, – коротко ответила служанка, и Агата с сопровождением отправилась на выход со двора.

Глава 9

На улице Агата огляделась. По ту и по другую сторону от дороги стояли деревянные крепкие дома. Основание их, примерно до колена – построено из серых булыжников. Ограды нет, только возле нескольких домов одинокие кривые ели, как у дома Агаты.

Рядом с домами или за ними расположены хозяйственные пристройки. Следы набега виднелись в сожжённых домах, у одного выгорел угол, и его начали ремонтировать. Но больше всего смутило Агату отсутствие людей – им никто не встретился по дороге.

– А где все люди? – обратилась она к Рогиру.

– Дак на погосте же. Сегодня прощаются с убитыми.

Ах, вот оно что…

– А много ли убитых?

– В этой деревне около двадцати, но ещё столько же угнали в плен.

– А кто нападал? Ты случайно не знаешь? – Агата так и продолжила общаться с Рогиром. Он, по-видимому, обладал обширными знаниями, несмотря на мáлый возраст. Хотя дети в таких суровых условиях жизни взрослеют рано.

– Поморцы это были, у них и рога на головах, и лошадей почти нет, потому что живут они на кораблях, а лошадей там не устроить.

– Они прямо живут на кораблях, или только приплыли на них?

– Поговаривают, что у них есть дома где-то, но на то они и поморцы, что всегда морем живут, ну и набегами, конечно…

За разговорами они дошли до края деревни. Дорога вела дальше, через засаженное чем-то поле, в лес. Но Агате туда было не надо, поэтому она развернулась и пошла в обратную сторону. Приглядывалась сейчас она к посадкам, что виднелись за домами. Всё-таки местные жители своеобразно это делали. Целиком распаханный кусок земли, а на нём отдельными островками посажены разные культуры. Никаких тебе ровных грядок, просто сплошная целина. А интересно, они высаживают растения из семечка? Или рассаду выращивают? Агате хотелось рассмотреть все и потрогать, но момент был неподходящий. Она это успеет сделать позже.

Дошли до другого конца деревни. Здесь дорога огибала небольшое озеро и снова уходила в лес. Постояли, посмотрели и пошли в усадьбу.

– Спасибо за прогулку, – попрощалась с детьми Агата и пошла к отцу. Скоро уже обед, да и рассказать надо, что видела.

– Отец! – заявила она с порога, – я вернулась. В деревне почти никого нет – все прощаются с убитыми. Мы ходили с Колетт и с компанией детей. Знаешь, я познакомилась с Рогиром, он сирота, очень умненький мальчишка. А рассказать, как мы познакомились? – Агата трещала без остановки, стянула с ног ботинки и забралась с ногами на постель к отцу. Потом рассказала, как ловила мальчишек, и какой разговор у неё вышел с Рогиром.

– Выпороть бы его надо, ну да ладно, горе у всех сейчас, – бросил отец.

Агата не поверила своим ушам.

– За что выпороть?!

– Если родители не научили, как нужно разговаривать с хозяевами – значит, порка научит.

– Мы же шутили! Они не сильно меня младше!

– Да как ты не поймёшь?! Вы совсем разные, дело не в возрасте. Ты – это небо, а они – грязь под ногами. Ты их хозяйка, твои слова – закон. Ты имеешь право судить и миловать. Только от тебя зависит их жизнь. Можешь приказать, и их запорют до смерти – и ты будешь права, потому что ты распоряжаешься ими.

Барон весьма красноречиво объяснил местное социальное общество. Вот оно как. К людям здесь отношение примерно такое же как к скотине.

Агата тяжело вздохнула. Не устраивать же революцию в отдельно взятом поместье! Пороть она, конечно, никого не будет, разве только за серьёзные проступки, а в целом очень полезный был разговор. Надо ей, в самом деле, учиться управлять крестьянами.

Вернее, не учиться, а применять полученные в другой жизни навыки. Не зря же она всю жизнь управляла подразделениями в крупных банках. Меньше сотни людей и не бывало у неё в подчинении. А ещё у неё сохранился выработанный раз и навсегда навык – она «рисковик». В её функции входил просчет рисков для банка. Про риски она знает всё, и так уж получилось, что обдумывание любого решения она начинала с рисков.

Чем ведение хозяйства отличается от банковской системы? Всем! Но риски присущи любому бизнесу, и в этом ей будет здесь легче, наверное. Но сейчас для анализа совсем нет информации. Поэтому нужно составить вопросы и завтра расспросить старост. А потом прикинуть, чем лучше заняться.

Это решение принесло Агате облегчение. Она наконец-то сообразила, с какой стороны подойти к вопросу возрождения хозяйства. И, повернувшись к барону, радостно спросила:

– Обедать будем? – Он тут же позвонил в колокольчик и велел нести обед.

На обед подавали густой мясной суп, или, по-нашему, жаркое, приправленное какими-то ароматными травами и корешками. Ещё была каша с корешками и окороком, на отдельной тарелке листья зелени, варёные яйца, крупно порубленный лук. На отдельной тарелке – несколько сортов сыра, отдельно окорок и хлеб. Пить принесли взвар из трав с крошечными румяными пампушками и, о чудо – углублённую тарелочку с вареньем.

Служанка придвинула столик поближе к кровати барона, а Агата села с другой стороны – лицом к барону.

– Как у нас вкусно, отец! – только и сказала она, потому что не было сил дальше ждать, и она с аппетитом принялась за еду.

В конце обеда зашла служанка и сообщила, что пришла Старая Марта. Сердце Агаты ухнуло куда-то вниз, а кровь схлынула с лица.

– Зови её, и обед для неё принеси, – тут же распорядился барон.

Старуха зашла вскорости, но двигалась она медленнее, чем в прошлый раз. Агата уступила ей место за столом, а сама перебралась на постель к отцу, благо та была огромной, можно было ещё пару человек рядом уложить, и они бы не соприкасались локтями друг с другом.

– Здравствуйте Старая Марта, – поприветствовала Агата колдунью. Та лишь скользнула по ней взглядом и тяжело опустилась на стул.

– Вот ведь упрямая старуха, сколько тебе повторять – перебирайся жить ко мне. – Барон тоже заметил перемены в колдунье.

– Я попрощаться пришла.

Сердце Агаты словно заморозили в груди при этих словах.

– Ты куда, старая, собралась? – прищурился барон.

– Помирать пора, вот и пришла попрощаться.

– Вот оно как…

Их разговор прервала служанка, которая принесла еду для колдуньи. И, пока та без аппетита ела, каждый обдумывал своё.

Барон вспоминал их первую встречу. Тогда он только женился на красавице Бригиде и был абсолютно счастлив. Однажды, охотясь в своих лесах, он наткнулся на умирающую старуху. Странно, что она уже тогда выглядела, как сейчас. Алан остановил охоту, к всеобщему неудовольствию друзей, и неожиданно для себя отвёз старуху в свой дом. Он ни с кем никогда так не поступал. Но со Старой Мартой было какое-то наваждение. Он просто не мог поступить иначе.

Дома у него старуха отлежалась, отъелась, а потом у них состоялся разговор. Старуха без утайки рассказала, что обладает даром видеть людей, и за это её преследовали повсюду храмовники. Путь у неё один – на костёр. Ещё она рассказала, что разбирается в травах, какие лечат, а какие убивают. И Алан предложил ей остаться под его кровом и защитой. Зачем? Он до сих пор не находил ответ на этот вопрос.

Старуха наотрез отказалась, но попросилась остаться на его земле и жить в лесу. И они договорились, что ни одна живая душа не узнает о её даре, а для всех она будет просто травницей.