Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 144 (всего у книги 332 страниц)

Глава 2
Мультиквадробер

– Привет, девчонки.

Я зашел в гостиную, где уже ждала Настя. Она сидела в уютном кресле, одетая в простое домашнее бежевое платье. Её длинные черные волосы были собраны в свободный хвост, несколько прядей выбились и обрамляли лицо, придавая ей особенно домашний вид. На ногах красовались мягкие домашние тапочки с забавными заячьими ушками.

– Привет-привет, – улыбнулась мне Настя, – Как оно?

Рядом на диване развалилась Лилия, поглаживая свой заметно округлившийся живот. Она была одета в черные расстегнутые шорты и короткий топ – любимый наряд беременной волчицы, которой было жарко от избытка энергии. Её белоснежные волчьи ушки периодически подергивались, улавливая малейшие звуки, а пушистый хвост лениво покачивался, выдавая умиротворенное состояние. Периодически она что-то порыкивала себе под нос – словно, какую-то древнюю колыбельную на давно забытом языке.

– Нам нужно поговорить, – начал я, усаживаясь напротив Насти в кожаное кресло. От него пахло старыми книгами и немного – табаком. Подозреваю, князь Иван Безумов любил здесь сидеть и читать, покуривая трубку.

– О переговорах с Соколовыми? – Настя подняла бровь, – Мама уже рассказала мне основное по телефону. Особенно про их… условия. Она была довольно… м-м-м… эмоциональна, рассказывая об этом.

– Ага, – я потер подбородок, вспоминая разговор с Кристиной Валерьевной, – Твоя мама, мягко говоря, не в восторге от их предложения.

– В разговоре со мной она использовала гораздо более… красочные выражения, – хихикнула Настя, – Она всегда недолюбливала Елизавету Петровну… Сравнение с крысой было самым мягким эпитетом…

Лилия вдруг вскочила с грацией, удивительной для её положения, и буквально запрыгнула мне на колени, тыкаясь носом в плечо. Её живот уютно устроился между нами, и я почувствовал легкие толчки – похоже, малыш тоже решил поучаствовать в разговоре.

– Привет, солнце мое квадроберное[28]28
  Квадроберы (англ. quadrobists, реже англ. quadrobers, термин происходит от соединения лат. quattuor – четыре и англ. aerobics – аэробика, которое ассоциируется с перемещением на четырёх конечностях; средствами массовой информации для обозначения самого явления используются термины квадробика и квадробинг, квадроберство, реже – квадроберинг; в англоязычной научной литературе фитнес-вариант квадробики известен как англ. quadrupedal movement training (QMT), а соответствующие субкультура и неофициальный вид спорта в англоязычной прессе как англ. quadrobics) – люди, преимущественно подростки, занимающиеся имитацией действий и повадок животных. В разных печатных изданиях такая имитация воспринимается как субкультура и / или особый неофициальный вид спорта.


[Закрыть], – улыбнулся я, – Что ты хотела?

– Гладь! – требовательно произнесла она, хватая мою руку своими тонкими пальчиками и прикладывая к своему животу, – Гладь!

Мы с Настей обменялись удивленными взглядами. Лилия крайне редко пользовалась человеческой речью. Я бы даже сказал всего пару раз с момента, когда я запечатал ее Безумие…

– Лили, мы вообще-то серьезно разговариваем, – мягко попыталась урезонить её Настя, но в её голосе слышалась улыбка. Она уже привыкла к выходкам нашей волчицы.

– Гладь! – упрямо повторила Лилия, игнорируя все попытки её отвлечь. Её хвост при этом метался из стороны в сторону, выдавая возбуждение.

Я послушно погладил её живот, и почувствовал несколько слабых пинков изнутри. В моей груди разлилось теплое ощущение – внутри этой хрупкой на вид девушки развивалась новая жизнь. Маленькое чудо, зачатое от бывшего бога…

Лилия довольно заурчала и свернулась калачиком у меня на коленях. Её ушки продолжали активно двигаться, ловя каждый звук.

– Так вот, о предложении Соколовых… – попытался я вернуться к разговору, продолжая машинально поглаживать живот Лилии.

– Я знаю, – перебила Настя, – Они хотят, чтобы Светлана стала твоей единственной официальной женой. А мы все остальные… как бы это помягче сказать… младшие жены? Фаворитки? – она фыркнула, – Очень в духе старой аристократии.

– Вообще-то они выразились более дипломатично, – заметил я, вспоминая, как княгиня Соколова элегантно обходила острые углы в разговоре, – Использовали термины вроде «Хранительницы Очага» и «особо приближенные сударыни».

– Да какая разница? – она пожала плечами, и на её лице появилась та особенная улыбка, которую я так любил, – Меня устраивает даже статус Хранительницы Очага. Главное – быть рядом с тобой. К тому же, – она хитро прищурилась, – я уже привыкла делить тебя с этими… хм… особо приближенными сударынями. Для сильного мужчины иметь много женщин – это нормально.

– Мяу! – внезапно произнесла Лилия, вызвав у нас обоих недоуменные взгляды. Её моська при этом выражала такое самодовольство, словно она только что изрекла величайшую мудрость.

– Ты… волчица вообще-то, – напомнила ей Настя, пытаясь сдержать смех, – Или беременность как-то повлияла на твою видовую принадлежность?

– Мяу! – упрямо повторила Лилия, довольно виляя хвостом. Её глаза при этом хитро поблескивали, словно она знала какой-то секрет, недоступный простым смертным.

Я не смог сдержать улыбки:

– Похоже, материнство влияет на неё весьма… своеобразно. Хотя должен признать, мяукает она весьма убедительно.

– Это точно, – хихикнула Настя, устраиваясь поудобнее в кресле, – Вчера она час гонялась за собственным хвостом, крича «Вернись, предатель!» А потом обиделась на него и не разговаривала целый день. Даже отвернулась от него демонстративно… насколько это вообще возможно.

– Выходит, Лилия начала разговаривать еще вчера, – задумался я, – Это хороший знак…

Лилия в ответ только фыркнула и потребовала еще почесываний за ушком, при этом умудряясь одновременно урчать и повиливать хвостом. Забавно наблюдать, как бывшая грозная богиня природы превратилась в это милое домашнее создание, требующее постоянного внимания и ласки. Хотя временами в её глазах все еще мелькали отблески былого величия – особенно когда она защищала свою миску от посягательств других обитателей дома.

– Твоя мама будет категорически против, – вернулся я к теме разговора, продолжая машинально почесывать Лилию за ушком, – Она считает, что ты достойна большего. И я её понимаю – в твоей крови гены уникального Дара Иллюзий…

– Мама иногда бывает очень упрямой, – вздохнула Настя, поднимаясь с кресла и подходя ближе, – Но это мой выбор, не её. Я не хочу никаких титулов и званий. Просто хочу быть с тобой. И с нашей… необычной семьей, – Она присела на подлокотник моего кресла, задумчиво глядя на Лилию, – Знаешь, когда я была маленькой, я мечтала о большой дружной семье. Правда, не представляла, что в неё будут входить древние богини, волчицы-оборотни и армия четырехруких мирмеций… Но знаешь что? По-моему, получилось даже лучше, чем я мечтала.

– Гав! – неожиданно поддержала её Лилия, вскидывая голову с таким важным видом, словно только что изрекла глубочайшую философскую истину.

– О, теперь ты собака? – усмехнулась Настя, а я ласково потрепал волкодевочку по голове, – А разве волки гавкают по команде?

– Ррр!.. – обиженно отозвалась Лилия. Её суровый взгляд как бы намекал – настоящий волк может и по команде погавкать, если захочет. Потому что безумно может.

Лилия тут же замурлыкала, когда я почесал её за вторым ушком. Её хвост при этом отбивал какой-то замысловатый ритм по подлокотнику кресла.

– Знаешь, – задумчиво произнес я, – может быть, есть способ всех примирить. Старые традиции уже не так незыблемы, как раньше. Даже Соколовы это понимают, иначе не пошли бы на переговоры. Кроме того, нельзя позволить, чтобы Соколовы были главными в нашем маленьком союзе…

– И что ты думаешь?

– Пока думаю над разными вариантами. Есть некоторые опции…

– Ква! – внезапно выдала Лилия с таким серьезным видом, словно внесла важнейшее предложение в ход переговоров.

Мы с Настей синхронно уставились на неё. Волчица невозмутимо выдержала наши взгляды, всем своим видом показывая, что лягушачье кваканье – это именно то, чего не хватало в этой серьезной беседе.

– Так, а это что сейчас было? – спросила Настя, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, – Ты решила освоить все звуки животного мира за один вечер?

– Видимо, решила расширить свой квадроберный репертуар, – предположил я, с трудом сдерживая смех, – Для бывшей богини природы это вполне логично – она же всеми зверями управляла когда-то.

– Может, это гормоны? – предположила Настя, глядя на развеселившуюся волчицу, – Надо будет спросить у Айсштиль, она вроде разбирается в таких вещах…

– Или она просто хочет внимания, – улыбнулся я.

Малыш в животе… а может, и несколько малышей… похоже, решил поддержать маму – под моей рукой явственно ощущались его энергичные пинки.

– Ладно, – сдалась Настя, качая головой, – Похоже, серьезного разговора у нас сегодня не получится. Наша пушистая подруга явно настроена на другую волну.

Настя подошла к нашему креслу, встала на колени и оперлась на подлокотник локтями.

– Но ты же знаешь – что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне. Даже если придется спорить с мамой, – она нежно поцеловала меня в щеку, – В конце концов, она тоже когда-то боролась за свое счастье. Просто… иногда забывает об этом.

– Ууу!.. – протянула Лилия, приподнимаясь и обнимая нас обоих. Её огромный живот придавал объятию особую… основательность. От неё пахло лесом и почему-то – свежеиспеченным печеньем. Видимо, опять наведывалась на кухню, пока никто не видел.

Мы сидели так какое-то время – странная троица: молодой маг, пытающийся возродить свой род, его ученица, готовая отказаться от титулов ради любви, и беременная волкодевочка-бывшая богиня, которая сегодня решила побыть всеми животными сразу. В гостиной становилось темно – закатное солнце медленно исчезало за горизонтом, окрашивая комнату в теплые оранжевые тона. В других комнатах слышались голоса мирмеций…

Но знаете что? В этот момент я чувствовал, что все правильно. Что именно так и должна выглядеть настоящая семья – пусть необычная, немного сумасшедшая, но крепко связанная узами любви и верности. И никакие условности не могут этого изменить.

– Мяу-гав-ква! – торжественно подытожила Лилия, очевидно выражая полное согласие с моими мыслями. А потом добавила совершенно человеческим голосом, – А теперь печенье! Малыш хочет печенье!

Мы с Настей переглянулись и рассмеялись.

– Я придумала новое направление, – сказала Настя, – Мультиквадробер. Подражает сразу нескольким животным. Где можно запатентовать?

– Идем на кухню, – сказал я с улыбкой, поднимаясь и помогая подняться обеим девушкам, – Кажется, Сахаринка сегодня испекла новую партию своего фирменного медового печенья.

– Да, кто бы мог подумать, что она так вкусно готовит, – напомнила Настя, беря меня под руку, – Настоящий талант. И на поле боя, и на кухне.

– Печенье! – радостно воскликнула Лилия, пританцовывая впереди нас.

Да, завтра будет много других важных дел. Но сейчас… сейчас было время для печенья, объятий и безумных выходок нашей любимой волчицы. В конце концов, именно из таких моментов и складывается настоящее счастье.

* * *

Первое, что почувствовал князь Кривотолков, приходя в себя – тяжесть антимагического ошейника на шее. Металл неприятно холодил кожу, полностью блокируя доступ к духовной силе. Следом пришло осознание того, что он крепко привязан к стулу – руки и ноги были надежно зафиксированы толстыми кожаными ремнями.

Он медленно открыл глаза. Комната, в которой он находился, была небольшой и совершенно пустой. Голые бетонные стены без окон, единственная лампа под потолком давала резкий белый свет. Типичная допросная камера – князь повидал немало таких за свою жизнь, правда обычно находился по другую сторону стола.

– С пробуждением, князь, – раздался спокойный голос.

Из тени у стены выступила высокая фигура в длинном черном плаще. Лицо скрывала маска со светодиодами и какими-то техническими датчиками.

– Надеюсь, вам удобно, – незнакомец сделал приглашающий жест, и из другой тени появились еще двое в таких же плащах и масках. Они принесли складной столик и установили его перед пленником.

– Убого, – хрипло произнес князь, оглядывая помещение. Горло саднило, словно он долго кричал, – Неужели у вас, борцов за свободу, не нашлось места получше?

– О, это временное пристанище, – ответил главный, – Считайте его… переговорной комнатой. По результатам разговора ваше положение может измениться как в лучшую… так и в худшую сторону.

– Переговорной комнатой? – Кривотолков презрительно усмехнулся, хотя каждое движение лицевых мышц отдавалось болью, – И о чем же нам говорить?

Вместо ответа один из помощников положил на стол планшет и включил его. На экране замелькали кадры новостных сводок.

«ИМПЕРИЯ КРИВОТОЛКОВЫХ РУШИТСЯ!» гласил заголовок. «Род Скрипичниковых разрывает все связи», «Граф Орлов публично отрекся от Кривотолковых», «Малые дома присягают Безумовым», «Скандал в высшем обществе – родственники отрекаются от опального клана»…

– Занятное чтиво, не правда ли? – в механически искаженном голосе говорившего слышалась насмешка, – Особенно впечатляет скорость, с которой ваши бывшие вассалы переметнулись к победителям. Уже три малых рода принесли присягу Безумовым, еще пять ведут переговоры с Соколовыми…

– И с какой стати вы решили развлекать меня светской хроникой? – процедил князь, – Решили позлорадствовать?

– Вовсе нет. Мы предлагаем… сотрудничество.

Кривотолков расхохотался, несмотря на боль:

– Что? Вы серьезно? Я, князь древнейшего рода, должен присягнуть шайке террористов?

– Не террористов, – спокойно поправил человек, – Борцов за свободу. За равенство всех, у кого есть Дар. Против тирании аристократов… таких, каким были вы.

– Были? – князь приподнял бровь.

– А разве нет? – собеседник наклонился ближе, – Ваш род повержен. Ваши вассалы разбежались. Даже ваша семья…

Он провел по дисплею пальцем, и на экране появилось новое изображение. Видеозапись – Илона и Константин Безумов, беседующие в каком-то коридоре. Звук был не очень четким, но слова различались хорошо.

– Знаете, – она горько усмехнулась, – когда-то он был другим. Амбициозным – да, жестким – безусловно. Но в нем была… человечность. А теперь… – она покачала головой, – Теперь я его не узнаю. Особенно после того, как он отстранил Олега от наследования. Это стало последней каплей…

– Ради Дарьи?

– Да. Наш сын… он не идеален, я знаю. Проблемный, иногда вздорный… Унаследовал характер отца, но не его интеллект… Но отвергнуть собственного ребенка? – в её голосе прозвучала застарелая боль, – Мне страшно, Костя. За будущее. За Олега. За весь наш род. Мы зашли слишком далеко, и я не знаю, есть ли путь назад.

– Путь есть всегда, – я огляделся по сторонам. Искажения становились все сильнее – реальность словно пульсировала, сворачиваясь сама в себя. Нужно было торопиться, – Но сейчас нам нужно выбираться отсюда. Это место… оно крайне нестабильно.

Князь смотрел, как его жена, его верная Илона, изливает душу врагу. Как говорит о своих сомнениях, о том, что род зашел слишком далеко… На его лице не дрогнул ни один мускул, только желваки заходили на скулах.

– Скажите, – я решил сменить тему, – что вы планируете делать, когда мы выберемся? Если выберемся.

– Когда, – твердо поправила она, – Не если, а когда. Я должна… мы все должны выжить. Чтобы исправить то, что натворили.

– Думаете, это возможно? После всего, что сделал ваш род? – я покачал головой, – Я лично не против, чтобы род Кривотолковых продолжил существование. Но если обо всем узнает Государь… а он узнает, свидетелей было слишком много.

– Должно быть возможно, – в её голосе появилась сталь, – Даже… если это очень не понравится Диме… Иначе… иначе все теряет смысл. Знаете, я много думала в последнее время. О том, как мы дошли до этого. О том, почему позволили жажде власти затмить все остальное.

– Ваша жена заключила союз с врагом, когда почувствовала угрозу роду, – вкрадчиво произнес человек в маске, – Разве вы не хотите отомстить? Мы готовы помочь вам… если вы присягнете Организации и нашим идеалам на верность.

Глава 3
Ночь сложных разговоров
Часть I

Все еще где-то в прошлом

Стояла глубокая ночь, когда сэр Уильям Мелори аккуратно запечатал последнее письмо. Дипломат нанес на конверт несколько капель специального воска – при попытке вскрыть послание неправильным способом бумага мгновенно самоуничтожится. Затем достал из потайного ящика стола маленький медный диск с выгравированными рунами и провел им над печатью. Воск слабо замерцал и впитал в себя руны.

Британский посол откинулся в кресле, задумчиво глядя на ночной город за окном своего кабинета. В такое время в посольстве было непривычно тихо – только где-то в глубине здания мерно тикали старинные часы.

– Войдите, Джеймс, – произнес он, даже не оборачиваясь к двери.

Его личный секретарь бесшумно скользнул в кабинет. Высокий худощавый мужчина с невзрачной внешностью, в идеально выглаженном костюме. Таких людей не запоминают – именно то, что нужно для его работы.

– Все готово, сэр, – доложил он, – Наши источники подтверждают – во время финального боя Черное Солнце будет храниться в специальном подземном хранилище под ареной. Охрана усилена, но у нас есть полная схема постов и график смен.

– Отлично, – Мелори взял со стола изящную трубку и неторопливо раскурил её. Сладковатый дым поплыл по кабинету, – Что с нашими… техническими средствами?

– Прибыли сегодня утром с дипломатической почтой, – Джеймс достал из папки несколько фотографий, – Новейшие разработки прямиком из лабораторий. Все, что вы запрашивали.

– Превосходно, – посол внимательно изучил снимки, – А что с нашим «другом» в охране?

– Капитан Н. готов сотрудничать. Сумма его полностью устроила, – тонкие губы секретаря тронула легкая улыбка, – К тому же, у нас есть на него… определенные материалы. На случай, если передумает.

Мелори удовлетворенно кивнул. За внешностью чопорного дипломата скрывался расчетливый разведчик, привыкший учитывать все детали. Каждый шаг операции был тщательно продуман.

– Что с отвлекающим маневром?

– Все идет по плану, – Джеймс достал еще один документ, – Наши люди получили информацию, деньги и распоряжения. Во время финала они устроят достаточно убедительную демонстрацию, чтобы отвлечь внимание спецслужб.

– Убедительную, но не слишком разрушительную, – уточнил посол, – Лишние жертвы не желательны. Это может… осложнить международную обстановку.

– Разумеется, сэр. Только шум и паника, а жертвы… в рамках статистической погрешности.

Мелори поднялся и подошел к большой карте города на стене. Его пальцы рассеянно коснулись места, где располагалась арена.

– Знаете, Джеймс… В чем-то мне даже жаль этих русских, – задумчиво произнес он, – Они так трепетно относятся к своим магическим реликвиям, своим древним традициям… Но времена меняются. Будущее за технологиями, за наукой. Лишь Британия достойна обладать столь могущественным артефактом… Черное Солнце должно быть тщательно изучено в наших лабораториях.

– Если позволите личное замечание, сэр… – осторожно начал секретарь.

– Конечно, старина. Мы слишком давно работаем вместе для формальностей.

– Меня беспокоит молодой Безумов. Он… необычен. Все наши аналитики отмечают, что его способности выходят за рамки обычной магии. Даже для сверходаренного. И его влияние растет с каждым днем. Я бы даже сказал, что он в чем-то опаснее Соколовой…

– О да, – Мелори невесело усмехнулся, – Наш юный друг – весьма примечательная личность. Я наблюдал за ним издалека. Он прячет стальной характер за маской беспечности. Очень опасное сочетание.

Он вернулся к столу и взял один из отчетов:

– Вот, посмотрите – всего за несколько месяцев он фактически уничтожил клан Кривотолковых. Причем сделал это настолько… элегантно. Никакой грубой силы – просто серия точных ударов по ключевым точкам их империи. А теперь методично собирает их наследство. Мальчик за пару месяцев сокрушил противника, с которым род Безумовых безуспешно бодался поколениями… Думаю, комментарии излишни.

– Вы думаете, он может помешать операции?

– Нельзя это исключать, – посол снова затянулся трубкой, – Но у нас есть преимущество – он, как и все остальные, будет ждать атаки от Организации. А мы… мы будем действовать совсем иначе.

Он достал из ящика стола небольшой серебряный медальон:

– Вот, последняя разработка наших умельцев. Полное подавление магической ауры в радиусе десяти футов. Даже Безумов со всей его силой не сможет засечь нас, пока эта штука работает.

– Впечатляет, – Джеймс с интересом разглядывал артефакт, – Хотя должен заметить, что технология пока нестабильна. Тесты показали…

– Я знаю про тесты, – перебил его Мелори, – Но у нас не будет второго шанса. Придется рискнуть.

Он аккуратно убрал медальон и запер ящик:

– Кстати, что с нашим запасным планом?

– Агент «Чайка» на месте, – доложил секретарь, – В случае необходимости она обеспечит нам доступ к альтернативному маршруту. Правда… – он замялся.

– Договаривайте, Джеймс. Что вас смущает?

– Её лояльность, сэр. В последнее время она проявляет… излишний интерес к деталям операции.

– Не беспокойтесь, – Мелори позволил себе легкую улыбку, – «Чайка» профессионал. Она знает ровно столько, сколько нужно для её части работы. А если решит проявить излишнее любопытство… – он многозначительно постучал по ящику стола, – У нас есть способы решать такие проблемы.

В кабинете повисла тишина, нарушаемая только тиканьем часов. Джеймс методично собирал бумаги, раскладывая их по папкам.

– Что с маршрутом эвакуации? – спросил посол, глядя в окно.

– Три варианта, как вы просили. Основной – через порт, запасной – через северную границу, и экстренный – если все пойдет совсем плохо. Транспорт и документы подготовлены.

– Отлично, – Мелори потер переносицу, – Знаете, Джеймс… Иногда я думаю – что будет, если русские поймут, что мы задумали? Международный скандал, разрыв дипломатических отношений…

– Не поймут, сэр, – уверенно ответил секретарь, – Мы слишком хорошо подготовились. К тому же… – он позволил себе легкую улыбку, – Кто заподозрит в краже артефакта чопорного английского дипломата? Они скорее поверят в атаку Организации или происки конкурирующих кланов.

– Вы правы, мой друг, – посол тоже улыбнулся, – Самая надежная маскировка – соответствовать ожиданиям. Пусть думают, что мы только и можем, что возмущаться их «варварскими обычаями» за чашкой чая.

Он взял со стола запечатанное письмо:

– Доставьте это нашему другу в охране. И проследите, чтобы все исполнители знали только свою часть плана.

– Будет исполнено, сэр, – Джеймс аккуратно убрал конверт во внутренний карман, – Что-нибудь еще?

– Да, – Мелори снова взялся за трубку, – Усильте наблюдение за Безумовым. Возможно, нам придется импровизировать, если он что-то заподозрит. И… – он сделал паузу, – Приготовьте «варианты нейтрализации». На самый крайний случай.

– Вы имеете в виду…

– Именно. Надеюсь, до этого не дойдет – слишком много внимания привлечет. Но лучше быть готовыми ко всему.

Когда секретарь ушел, посол еще долго стоял у окна, глядя на спящий город. Где-то там, в лабораториях под Лондоном, лучшие умы Британии с нетерпением ждали результатов его миссии. Черное Солнце – древний артефакт невероятной силы – должно было стать ключом к новым технологиям, способным изменить баланс сил в мире.

«Уже скоро», – подумал Мелори, дымя трубкой, – «Еще немного – и главное сокровище русских магов окажется в наших руках. А там… кто знает… Британия уже когда-то правила морями, было бы неплохо вернуть то славное время…»

Он усмехнулся своим мыслям. Чопорный английский дипломат, возмущающийся «варварскими обычаями» русских… Кто бы мог подумать, что за этой маской скрывается один из лучших оперативников британской разведки под прикрытием?

Впрочем, скоро маскировка уже не понадобится. После финала турнира сэр Мелори навсегда покинет Россию – с Черным Солнцем или без него. Оставалось только дождаться решающего дня и сыграть свою партию до конца.

В конце концов, кто сказал, что только русские могут забавляться интригами?

* * *

Распрощавшись с Дарьей, Светлана Соколова летела над ночным Синегорьем, всматриваясь в огни города внизу. Турнир должен был начаться уже завтра. Следовало хорошенько выспаться.

Впереди показался особняк Безумовых. Подлетев поближе, Светлана увидела чью-то фигуру на крыше особняка. И разумеется, это был…

Костя сидел на парапете, свесив ноги вниз, и задумчиво смотрел на звездное небо. Ветер легко трепал его волосы, а в глазах отражались огни ночного города.

– Я так и знала, что найду тебя здесь, – произнесла она, подходя ближе.

Костя обернулся, и что-то мелькнуло в его взгляде – то ли радость, то ли тревога. Или все вместе.

– Света… – он улыбнулся, – Как ты?

– Лучше, – она села рядом, стараясь не думать о том, как её сердце начинает биться чаще от его близости, – Силы почти полностью восстановились. Даже отец признал, что я готова к финалу.

Между ними повисло молчание – не тяжелое, но наполненное невысказанными словами. Светлана украдкой разглядывала его профиль, отмечая, как заострились черты его лица за последние дни. Видно было, что он тоже готовится к решающей схватке.

– Знаешь, – наконец произнесла она, – я хотела поговорить с тобой. О том, что случилось в лазарете…

– О поцелуе? – прямо спросил он.

Светлана почувствовала, как краска заливает щеки. Но отступать было не в её характере:

– Да. И… обо всем остальном тоже.

Костя повернулся к ней. Его глаза в сумерках казались почти черными, но в их глубине мерцали странные огоньки – словно отблески неведомой древней силы…

– Света, – мягко произнес он, – Ты ничего не должна объяснять. Это был эмоциональный момент…

– Нет, – она покачала головой, и её синие волосы качнулись, словно волны в лунном свете, – Дело не только в эмоциях. Я… – она запнулась, подбирая слова, – Когда ты спас меня, когда вытащил из той тьмы… Что-то изменилось. Словно я увидела тебя другими глазами.

Она невольно придвинулась ближе, чувствуя исходящее от него тепло:

– Раньше ты был просто сильным противником. Единственным моим ровесником, давшим классный бой. А теперь…

– Теперь? – тихо спросил он.

Вместо ответа она подняла руку и осторожно коснулась его щеки. Кончики её пальцев слегка подрагивали. От этого прикосновения по коже Кости в стороны разбежались лазурные искры – её природная магия откликнулась на силу внутри него.

Даже их духовная энергия как-то… странно реагировала друг на друга.

– Я не знаю, что это, – прошептала она, – Но каждый раз, когда ты рядом, моя сила… отзывается. Словно тянется к твоей.

Костя накрыл её ладонь своей, и Светлана почувствовала, как по ее руке пробежала волна тепла, наполняя грудь. Их энергии переплелись – свет и тьма, молнии и Бездна, танцуя и искрясь в вечернем воздухе.

– Я чувствую то же самое, – признался он, – С того момента, как увидел тебя на арене. Тот бой… был действительно хорош.

Их лица оказались так близко, что Светлана могла разглядеть золотистые искорки в его глазах. Она невольно подалась вперед, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди…

– Но завтра, – прошептала она, – мы будем сражаться.

– Да, – эхом отозвался он, – Будем.

– И что нам делать… с этим? – она сделала неопределенный жест рукой, словно пытаясь охватить то невидимое, что протянулось между ними.

Костя задумчиво посмотрел на город внизу.

– Может быть, – медленно произнес он, – иногда сражаться – это не значит быть врагами? Может, в этом и есть красота поединка – когда два достойных противника…

– … становятся чем-то большим? – закончила она за него.

Их взгляды встретились, и в этот момент весь мир словно замер. Было только это мгновение, только они вдвоем на крыше под звездным небом. Их силы танцевали вокруг, сплетаясь в причудливый узор – свет и тьма, такие разные и такие притягательные друг для друга.

Светлана первой нарушила момент, мягко высвободив руку:

– Мне пора. Отец будет волноваться.

– Конечно, – кивнул Костя, – До завтра?

– До завтра, – она встала, расправляя складки платья, – И… Костя?

– Да?

– Завтра я буду сражаться в полную силу, – её глаза сверкнули решимостью, – Без поддавков. Ты заслуживаешь честного боя.

Он улыбнулся:

– Я бы не ждал от тебя другого.

Светлана активировала свой покров и взмыла в воздух. На мгновение она зависла, глядя на него сверху:

– Знаешь… что бы ни случилось завтра… я рада, что встретила тебя.

А потом она растворилась в сумерках, оставив после себя лишь легкий аромат грозы и слабое покалывание магии в воздухе.

Костя еще долго сидел на крыше, глядя в ту сторону, куда она улетела. Его пальцы все еще помнили тепло её прикосновения, а в воздухе словно застыл отголосок их смешавшихся сил.

А над Синегорьем медленно разгорались звезды, безмолвно наблюдая за тем, как судьба сплетает свои узоры из света и тьмы, из силы и нежности, из долга и притяжения. История древняя как мир – два сильных мага, что находят друг в друге нечто большее, чем просто достойного противника.

И кто знает, может быть, именно в этом и есть настоящая магия?

А Светлана летела назад, к своему дому. Она упрямо смотрела вперед, а по ее щекам струились две мокрые дорожки…

– Прости, папа, – упрямо прошептала она здесь, на высоте, где никто не мог видеть ее слабость, – Но Костя заслужил эту победу больше, чем я…