Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Глава 16
Будем копать

– Это компас, – пояснила Айси, указав на амулет-снежинку, – Настроенный персонально на меня. С его помощью можно определить мое примерное местонахождение. Я создала его специально для моих соратников, если им вдруг понадобится быстро меня найти.

– Полезная штука, – кивнул я, – Неудивительно, что Громовержец сохранил его, да еще и охрану приставил…

Ну что ж, кажется, у нас появился не только план, но и компас. Компас в виде древнего амулета, который только что выковырял из лап эктоплазменного чудища наш пыльный бог войны. Ситуация становилась все более сюрреалистичной, но как говорится, имеем что имеем. Главное, Айсштиль почувствовала связь.

– Я знаю где он! – повторила она, ее глаза горели голубым огнем, а рука крепко сжимала амулет-снежинку. Камень в центре пульсировал в такт ее словам, словно живое сердце, – Я чувствую его! Мой осколок! И… я чувствую путь в Небесный Чертог!

– Отлично! – я хлопнул в ладоши, стараясь придать голосу бодрости, хотя сам чувствовал себя выжатым после ментальной дуэли со Сверхсущностью, – Значит, план «Нежданный визит к Громовержцу» переходит в активную фазу! Аймос, Эгилия, спасибо за… хм… гостеприимство и предоставленную площадку для переговоров с гигантскими душеедскими щупальцами. Мы, пожалуй, вас покинем.

Аймос мрачно кивнул, все еще переваривая перспективу использования его мира в качестве гигантской батарейки для моего, возможно, недоделанного Черного Солнца. Лицо его выражало примерно столько же энтузиазма, сколько у приговоренного к вечному просмотру мыльных опер.

– Идите, – пророкотал он, – Но помните уговор, Эстро. Провал будет стоить тебе очень дорого.

– Помню-помню, – я отмахнулся, – Эгилия, тебе сил в борьбе с эктоплазмой и характером Аймоса! Не знаю даже, что труднее.

Эгилия лишь слабо улыбнулась и кивнула, явно слишком уставшая для светских бесед.

– Эй, а мы⁈ – возмутилась Никталия, вылезая из-за спины Аймоса и отряхивая воображаемую пыль с плеча, – Мы тоже хотим на экскурсию к Громовержцу! Пугливка, ты со мной? Посмотрим, правда ли у него подушки на троне мягче, чем облака! Все равно никого там уже нет и никто не даст по шее…

Пугливка, которая с любопытством разглядывала светящийся амулет в руках Айси, неуверенно кивнула. Ей явно не особо хотелось лезть неведомо куда, но и оставаться одной в этом мрачном замке тоже было страшно.

– Боюсь, девочки, в этот раз без вас, – остановил я их энтузиазм, – Путешествие в Небесный Чертог – это не увеселительная прогулка. Это, скорее всего, будет похоже на взлом Пентагона, только с богами, магическими ловушками и вероятностью нарваться на очень злого хозяина, даже если его нет дома. Нам нужна маленькая, быстрая и максимально незаметная группа.

Я посмотрел на Карнакса, который как раз пытался оттереть кусок эктоплазмы со своего золотого глаза.

– Карнакс, ты приводишь себя в порядок и идешь с нами. Твои боевые навыки пригодятся. Да и топографический кретинизм ты знатно прокачал… ну, по крайней мере, до этого зала дошел.

Тот молча кивнул. Кажется, перспектива нормальной битвы после блужданий по пыльным коридорам его устраивала больше.

– Никталия, – я повернулся к ней, – Твои таланты по части иллюзий, теней и взлома замков нам бы тоже пригодились, но… – я покосился на все еще слегка бледную Пугливку, – Кто-то должен присмотреть за нашей юной героиней. И, честно говоря, твои методы могут привлечь слишком много внимания.

– Что⁈ – Никталия надула губы, – Я сама незаметность! Я могу проскользнуть мимо стражи, как… как тень от мысли о налогах! И вообще, Пугливка уже большая девочка, сама за себя постоит! Вон как она призракам клыки показала!

– Именно поэтому ей сейчас нужен отдых и безопасное место, – мягко возразил я, – Аймос, Эгилия, вы не будете против, если наши дамы погостят у вас еще немного? Обещаю, они не будут сильно шуметь и ломать мебель. Ну, по крайней мере, постараются.

Аймос пожал плечами с видом «мне уже все равно, хоть драконов тут разводите». Эгилия кивнула с большей готовностью. Видимо, женская компания ей была не так уж противна.

Никталия вздохнула, поняв, что спорить бесполезно.

– Ладно! Но учти, Эстро, список твоих долгов растет! Когда мы вернемся, ты мне устроишь шопинг в самом лучшем измерении!

– Договорились, – улыбнулся я, – Кольцо, шопинг, личный вулкан с шампанским – все, что пожелаешь. После того, как спасем пару-тройку миров.

Я повернулся к Пугливке.

– Держись тут, малышка. Ты сегодня была молодцом. Отдыхай, набирайся сил. Можешь помочь Эгилии с… э-э… уборкой щупалец. Или просто поспать.

Пугливка кивнула, немного расстроенная, но понимающая. Она подошла к Никталии и взяла ее за руку. Похоже, эти двое успели сдружиться еще крепче на почве совместного бегства от пыльного монстра.

– Ну что ж, команда смертников… то есть спасателей… готова? – я посмотрел на Айсштиль и Карнакса, чьи доспехи уже сверкали, – Айси, веди. Куда нам открывать портал?

Айсштиль закрыла глаза, снова сжимая амулет. Он ярко вспыхнул в ее руке.

– Туда, – она указала рукой в пустоту над нашими головами, – Я чувствую… разрыв. Слабое место в ткани между мирами. Там, где энергия Чертога соприкоснулась с Бездной… Защита Громовержца там истончена. Это наш вход.

– Отлично! Не парадная дверь, конечно, но для нас сойдет, – я сосредоточился, направляя свою энергию туда, куда указывала Айси. Амулет в ее руке служил маяком, помогая мне нащупать нужную точку в многомерном пространстве.

Воздух над нами замерцал, но на этот раз иначе, чем при открытии портала в мой мир или Мир Мертвых. Появился не серый диск или светящийся проход, а… рябь. Словно смотришь сквозь слой горячего воздуха или толщу воды. Пространство искажалось, переливалось золотистыми, серебряными и лазурными искрами. Чувствовалась колоссальная, но какая-то… застывшая мощь. Небесный Чертог. Даже его задворки ощущались внушительно.

– Стабильно, но ненадолго, – констатировал я, удерживая проход, – Похоже на старую трещину, которую Громовержец кое-как залатал, но не починил до конца. Долго она открытой не продержится. Идем быстро!

Карнакс, уже сверкающий своей красной броней (видимо, применил экспресс-чистку магией войны), шагнул первым, привычно выставив вперед мечи.

Айсштиль последовала за ним, ее лицо было полно решимости, а в руке сиял амулет.

Я бросил последний взгляд на Никталию и Пугливку.

– Не скучайте! И постарайтесь не разнести тут все до нашего возвращения! – крикнул я им и шагнул в мерцающую рябь.

Ощущение было странным. Не мгновенный переход, а словно протискиваешься сквозь плотный, вибрирующий силой слой энергии. Секунда дезориентации, вспышка золотого света…

И мы оказались там.

Небесный Чертог Громовержца. Точнее, то, что от него осталось.

Мы стояли посреди огромного разрушенного зала. Когда-то, видимо, он был великолепен – обломки колонн из белого мрамора с золотыми прожилками, осколки витражей, изображавших божественные подвиги, фрагменты небесно-голубых фресок. Но сейчас все было покрыто пылью веков, паутиной и… странными черными пятнами, похожими на плесень или застывшую кровь Бездны.

Воздух был тяжелым, неподвижным, но в нем все еще чувствовалась остаточная мощь Громовержца – как запах грозы после того, как она уже прошла. И еще… что-то чужое. Холодное, злобное, затаившееся.

– М-да… – протянул Карнакс, оглядываясь и брезгливо пнув носком сапога какой-то обугленный обломок, – Похоже, Громовержец не особо заботился об уборке после вечеринки.

– Осколок… он где-то в этом измерении, – прошептала Айсштиль, ее голос дрожал от волнения. Амулет в ее руке светился ровным, сильным светом, – Я чувствую его… в том направлении.

Она указала на огромную груду обломков в дальнем конце зала – остатки какой-то статуи или алтаря.

Атмосфера давила. Тени в углах зала казались неестественно глубокими, а тишина – слишком звенящей. Взгляд скользнул по Айсштиль, которая сосредоточенно смотрела в сторону завала, ее фигура была напряжена, как струна. Ее тень, отбрасываемая тусклым светом, пробивающимся сквозь проломы в потолке, легла на пол причудливым узором. И на какое-то неуловимое мгновение, пока она чуть сместилась, мне показалось… показалось, что в самой густой части этой тени мелькнули два крошечных, озорных фиолетовых огонька. Они тут же исчезли, словно их и не было.

Я моргнул. Наверное, усталость после Мира Мертвых и ментальной дуэли. Или игра света и тени в этом проклятом месте. Или…

«Да нет, бред какой-то», – мысленно отмахнулся я. Никталия осталась в замке Аймоса. Уж она-то не рискнула бы сунуться сюда без приглашения… или рискнула бы?

– Значит, будем копать, – сказал я, отгоняя странное видение, – Карнакс, как насчет небольшой разминки? Только аккуратно. Нам не нужны обвалы или случайно активированные ловушки Громовержца. Зная его, он мог заминировать даже пыль на полу.

– Принято, – Карнакс хрустнул костяшками пальцев и решительно двинулся к завалу. Мы с Айсштиль последовали за ним.

Экскурсия в Небесный Чертог обещала быть интересной. И, скорее всего, очень короткой, если мы не будем осторожны. Надеюсь, у Громовержца не появилось новых привычек… например, оставлять после себя не только мусор, но и особо злобных домашних питомцев.

Глава 17
Упс…

Карнакс начал работу. Он не просто крушил камни – он действовал с хирургической точностью. Лезвие Заката отсекало ненужные фрагменты, превращая их в пыль, а Рассвет аккуратно подсвечивал и стабилизировал неустойчивые конструкции. Несмотря на свою репутацию Разрушителя, он умел быть и созидателем, когда это требовалось. Или, по крайней мере, очень аккуратным демонтажником. Все-таки обмен божественными полномочиями сказался на нем в лучшую сторону.

Продвигались мы медленно, чтобы избежать риска обрушения. Завал был огромен. Под слоем обычных обломков начали попадаться странные находки. Оплавленные куски металла, явно бывшие частью каких-то механизмов или доспехов. Камни со следами от энергетических клинков – причем не только голубых, как у Айси, но и золотых, и даже… черных, похожих на удары моего собственного клинка, но с другим «почерком».

– Похоже, здесь была серьезная битва, – заметил я, поднимая оплавленный наруч с символом золотого крыла, – И не только с Бездной.

– Я… я не помню этого, – прошептала Айсштиль, ее лоб нахмурился, – Мои воспоминания обрываются… вспышкой… болью… и потом тьма Мира Мертвых.

Карнакс молча продолжал разбирать завал, но его золотой глаз сканировал обломки с не меньшим интересом, чем я. Он тоже чувствовал, что здесь произошло нечто большее, чем простое вторжение Бездны.

И тут я снова ощутил это. Легкое, почти незаметное движение на периферии зрения. Тень скользнула за уцелевшей колонной. Я резко обернулся – никого. Но на мгновение мне показалось, что я уловил едва слышный шепот, похожий на… смешок?

«Никталия?» – мысль сверкнула в голове, но я тут же отмахнулся от нее. Невозможно. Она осталась с Пугливкой. Это просто игра воображения. Это место… оно давит на разум.

Мы продолжали раскопки. Айсштиль все ближе подбиралась к источнику сигнала. Амулет в ее руке светился все ярче.

– Почти… – выдохнула она, – Осколок где-то здесь… под этой плитой…

Карнакс аккуратно сдвинул огромную мраморную плиту, бывшую, видимо, частью алтаря. Под ней оказалась небольшая ниша, почти не тронутая разрушением. И в этой нише, зажатый между двух плит, лежал он – крошечный осколок кристалла, похожий на застывшую слезу. Он слабо пульсировал голубым светом, в точности повторяя ритм сияния амулета в руке Айсштиль.

– Мой… – Айсштиль протянула дрожащую руку к осколку.

И в этот момент из-под соседних плит с шипением и скрежетом вырвалось оно… Искаженный конструкт. Когда-то, возможно, это был величественный голем-страж в золотых доспехах, теперь же – кошмарное порождение Бездны и больной фантазии Громовержца. Черный, оплавленный хитин покрывал его тело, сквозь прорехи виднелись пульсирующие фиолетовые жилы. Вместо одной руки – клешня, похожая на клешню гигантского краба, из другой росли костяные шипы. А голова… головы не было, вместо нее – клубящийся сгусток тьмы с тремя красными огоньками, полными слепой ярости.

– Охрана периметра… активна… – проскрежетало оно голосом, похожим на скрежет ржавого металла, – Нарушители… будут… уничтожены…

– Я так и знал, что без охраны не обойдется! – рявкнул Карнакс, мгновенно разворачиваясь и встречая удар клешни своими мечами. Искры посыпались во все стороны.

– Айси, забирай осколок! – крикнул я, заходя с другой стороны.

Конструкт не был опасен… но его буйство может вызвать обрушение. Его удары сотрясали пол, а из костяных шипов вылетали сгустки темной энергии, которые прожигали даже камень. Карнакс сдерживал его натиск, его клинки оставляли на хитине глубокие отметины, но тварь, похоже, не чувствовала боли и тут же регенерировала, зарастая черной слизью.

Айсштиль, игнорируя бой за спиной, потянулась к своему осколку. Ее пальцы почти коснулись его…

И тут я почувствовал слабый, но отчетливый всплеск магии. Не Бездны, не Громовержца, не нашей троицы. Что-то знакомое… неуловимо лунное и теневое. Оно исходило откуда-то слева, из-за полуразрушенной арки, ведущей, видимо, в другой коридор.

«Никталия! Какого Хаоса⁈» – мысленно взревел я, – «Она все-таки пробралась сюда!»

Похоже, моя неугомонная богиня ночных желаний не смогла устоять перед соблазном «экскурсии» и, пока мы были заняты, решила провести собственную разведку.

* * *

В тени одной из гигантских, чудом уцелевших колонн, затаилась Никталия. Она проскользнула сквозь портал последней, слившись с тенью Айсштиль в самый последний момент.

Ну а что? Не сидеть же ей в скучном Мире Мертвых, пока тут такое веселье – руины, тайны, возможно, сокровища! Пугливка, конечно, милая, но в качестве компании для исследования древних развалин она подходила так себе.

Сначала Никталия вела себя тихо. Она скользила от тени к тени, как фиолетовый призрак, с любопытством осматривая следы былого великолепия и нынешнего запустения.

«М-да… Громик, конечно, любил помпезность», – думала она, разглядывая остатки золотой лепнины, – «Но вкус у него всегда был… специфический. Слишком много золота и молний. Безвкусица. А вот Бездна… ну, тоже не Версаче, конечно, но хоть какой-то стиль есть. Мрачненько, готичненько».

Она осторожно обошла по теням Карнакса, который сосредоточенно ковырялся в завале.

«Пыхтит, старается. Интересно, он всегда такой серьезный? Или только когда не в теле милой волчицы?» – хихикнула она про себя. Потом ее взгляд упал на Айсштиль. Богиня льда стояла неподвижно, вся поглощенная поиском своего осколка.

«А наша ледышка прямо вся светится от волнения. Наверное, этот осколок для нее как… как новая пара туфель для смертной модницы. Жизненно необходим!»

Опасности, вроде, не наблюдалось. Эстро и Карнакс были заняты, Айси тоже. Бездна присутствовала, но как-то вяло, словно старый ковер, который просто лежит и пылится.

Скукота! Никталия начала зевать. Исследовать этот унылый зал дальше? Неинтересно.

И тут ее взгляд зацепился за боковой проход, полускрытый за обвалившейся аркой. Туда, похоже, остальные еще не смотрели. А вдруг там что-то интересное? Остатки винного погреба Громовержца? Или его тайная комната для медитаций с плюшевыми игрушками? Любопытство взяло верх над осторожностью.

Слившись с очередной тенью, она бесшумно проскользнула к арке. За ней оказался неширокий коридор, на удивление меньше пострадавший от разрушений. Стены здесь были отделаны панелями из лунного камня, а на полу лежал толстый ковер, который когда-то, видимо, был небесно-голубым, но теперь напоминал выцветшую половую тряпку. Коридор вел к массивной двери из полированного обсидиана без ручки.

«Ага! Секретная комната!» – обрадовалась Никталия, – «Наверняка тут Громик прятал что-то очень ценное! Или очень стыдное!»

Она приложила ухо к двери. Тишина. Попробовала толкнуть – заперто. Ну, для богини ночных желаний и теней замки – не преграда. Она сосредоточилась, и ее пальцы превратились в тонкие струйки тени, которые просочились в щель и нащупали механизм изнутри. Щелк! Дверь бесшумно отъехала в сторону.

Комната за дверью оказалась чем-то вроде кабинета или хранилища данных. Небольшая, почти без мебели, за исключением странного постамента в центре, на котором когда-то явно что-то стояло. Стены были покрыты рядами светящихся ячеек, большинство из которых были пусты или разбиты. Но в одной из ячеек, прямо напротив входа, тускло мерцал небольшой кристалл ромбовидной формы.

«О! Блестяшка!» – Никталия подошла ближе. Кристалл выглядел интригующе. Он слабо пульсировал, словно внутри него билось крошечное сердце. Рука сама собой потянулась к нему.

«Может, тут записаны самые пикантные секреты Громика?» – подумала она с азартом, – «Или хотя бы его пин-код от кредитки?»

Она осторожно взяла кристалл. Он был теплым на ощупь. Как только ее пальцы сомкнулись на нем, кристалл вспыхнул ярче, и прямо перед Никталией развернулась трехмерная голограмма.

Картинка была нечеткой, прерывистой, как старая запись. Две фигуры в сияющих золотых доспехах с большими крыльями за спиной. Обитатели Небесного Чертога. Они явно сражались не на жизнь, а на смерть. Один из них метал золотые копья света, второй отвечал ударами меча, окутанного тьмой. Тьма в Небесном Чертоге? Странно. Вокруг них бушевала битва, виднелись другие крылатые фигуры, сражающиеся с… не с Бездной. С чем-то другим, похожим на искаженных тенями собратьев. Голограмма показывала лишь фрагменты боя, но было ясно одно: хаос и предательство царили здесь еще до того, как Бездна пришла собирать свою жатву. Запись оборвалась на моменте, когда темный воин пронзил своего сияющего противника, и тот рухнул, роняя золотое перо. Кристалл в руке Никталии треснул и погас.

– Вот это поворот… – прошептала Никталия, пытаясь осмыслить увиденное, – Значит, не Бездна все разрушила? Тут была… гражданская война? Или что похуже? Эстро нужно об этом знать! Немедленно!

Преисполненная важности своей находки и желания поделиться сенсацией (а заодно и показать Эстро, какая она умная и полезная разведчица!), Никталия резко развернулась, чтобы бежать обратно в главный зал. В спешке, совершенно забыв об осторожности, она сделала шаг назад, одновременно засовывая треснувший кристалл в один из своих теневых карманов.

Ее изящная ножка опустилась на пол у постамента, и под слоем вековой пыли что-то едва слышно щелкнуло.

Звук был тихим, почти незаметным на фоне отдаленного грохота – это Карнакс как раз особенно удачно врезал конструкту. Но Никталия замерла, как пойманный на месте преступления котенок. Ее фиолетовые глаза расширились. Она медленно, очень медленно опустила взгляд.

Там, где только что стояла ее нога, на каменных плитах под тонким слоем пыли проступила едва заметная, почти стершаяся руна – часть сложного узора, покрывавшего пол вокруг постамента. Руна слабо мерцала нездоровым фиолетовым светом.

«Ой-ой…» – мелькнуло в ее голове. Она знала руны Громовержца. И знала, что просто так он их на полу не рисовал. Особенно в секретных комнатах.

В следующую секунду пол под ее ногами завибрировал. Сначала слабо, потом все сильнее. Низкий, скрежещущий гул родился где-то в стенах и начал нарастать, заполняя маленькую комнату. Линии на полу, соединяющие руну, на которую она наступила, с другими, вспыхнули тем же болезненно-фиолетовым светом. Этот свет побежал по стенам, по потолку, оживляя древние, искаженные Бездной защитные схемы. Обсидиановая дверь с шипением закрылась, и на ней вспыхнул пульсирующий силовой барьер.

Никталия дернулась к выходу, но было поздно. Она оказалась заперта. Снаружи, в главном зале, гул перерос в оглушительный рев. До нее донесся металлический скрежет выдвигающихся механизмов и далекий, но отчетливый голос конструкта, объявляющего о запуске протокола «тотальной аннигиляции».

Богиня ночных желаний прислонилась спиной к холодной стене, чувствуя, как вибрация проходит сквозь нее. Она посмотрела на свои руки, потом на запертую дверь, потом на потолок, где тоже начали загораться зловещие фиолетовые руны.

– Упс… – выдохнула она, понимая, что только что нажала на очень большую, очень древнюю и, скорее всего, очень смертоносную «красную кнопку». И теперь ее друзьям там, снаружи, придется иметь дело с последствиями ее неуемного любопытства. А ей самой – искать выход из этой ловушки, пока она сама не стала ее частью, – Кажется, я немного увлеклась… Эстро меня убьет. Если доживет. Если я доживу…

* * *

Я хотел было крикнуть Никталии, чтобы немедленно возвращалась, но не успел.

Раздался тихий щелчок. Словно кто-то нажал кнопку или повернул рычаг. Щелчок был едва слышен за грохотом битвы Карнакса с конструктом, но его последствия были оглушительны.

По всему залу, по стенам, по потолку, по полу побежали линии тусклого, болезненно-фиолетового света, сплетаясь в сложный, зловещий узор. Древние руны Громовержца, искаженные, зараженные Бездной, вспыхнули одна за другой. Послышался низкий, скрежещущий гул, словно проворачивались гигантские, проржавевшие магические шестеренки. Пол под ногами завибрировал. Камни на потолке зашевелились.

Из стен с жутким скрежетом начали выдвигаться какие-то механизмы – то ли орудийные башни, то ли излучатели, покрытые той же черной хитиновой коркой, что и конструкт. В проломах в потолке загорелись новые красные огни – десятки глаз следили за нами. А пространство вокруг начало искажаться, словно воздух превратился в кривое зеркало.

– Система безопасности… активирована… – проскрежетал конструкт, и в его голосе послышалось что-то похожее на удовлетворение, – Протокол… тотальной аннигиляции… запущен…

– Черт! – выругался Карнакс, отбрасывая конструкта мощным ударом, – Что это еще за новости⁈

Айсштиль, успевшая схватить свой осколок, резко обернулась, ее глаза расширились от понимания и ужаса.

А я… я услышал это. Очень тихий, почти неслышный звук, на самой грани различимости, донесшийся откуда-то из-за арки слева. Звук, который мог принадлежать только одному существу во всех известных и неизвестных мирах.

– Упс…

Кажется, наша «незаметная» вылазка только что превратилась в очень громкую и, скорее всего, очень смертельную ловушку. И виновата в этом, как обычно, одна неугомонная богиня с фиолетовыми волосами и неуемным любопытством.

– Никталия-я-я!!.. – возопили мы все трое. Не один я услышал «Упс».

Это будет весело. И, возможно, больно.