Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 189 (всего у книги 332 страниц)

Кирилл Теслёнок
Возвращение Безумного Бога 13

Глава 1
Живи!

– Боюсь, вам стоит стать более конкретным, мистер Радклифф, – холодно произнес князь Кривотолков, – Тарелка с этой отвратительной перловкой сейчас интересует меня больше, чем туманные предложения.

Собеседник на мгновение замер, затем кивнул с пониманием.

– Как скажете, князь. Тогда позвольте перейти сразу к сути.

Радклифф начал говорить с плохо скрываемым энтузиазмом, словно произносил давно заготовленную речь:

– Россия исторически склонна к диктатуре. Думаю, вы, как человек, пострадавший от режима, знаете об этом не понаслышке.

Кривотолков невозмутимо зачерпнул ложкой перловку и отправил в рот. Радклифф воспринял это как знак продолжать.

– Появление богов в современном мире грозит необратимыми тектоническими сдвигами. Грядут серьезные перемены, – он понизил голос почти до шепота, – и всем нам предстоит выбрать: остаться в стороне либо принять активное участие в грядущих событиях.

Кривотолков неторопливо жевал, сохраняя абсолютно непроницаемое выражение лица. Казалось, эмоциональная речь собеседника совершенно его не впечатлила.

– С чего вдруг какие-то древние рухляди вызовут глобальные перемены во всем мире? – спросил он наконец, проглотив перловку, – Я лично командовал их Осколками, когда был… гостем Организации. И, знаете, они меня не особо впечатлили. Сильные, конечно, намного сильнее среднего Одаренного, но до тех же Истребителей не дотягивают.

Радклифф наклонился ближе, понизив голос до едва различимого шепота:

– Богов не стоит недооценивать, князь. Есть теория, что они могут как подчинить себе Бездну, так и уничтожить её. И оба этих варианта одинаково плохи… – он сделал многозначительную паузу, – для людей, облечённых властью в нашем мире. Они очень не хотят… перемен.

Кривотолков замер с ложкой на полпути ко рту. Затем медленно кивнул:

– Понимаю. Выходит, Государь и юный Безумов скоро станут целями. Раз уж они поддерживают богов.

– Верно, – подтвердил Радклифф с нескрываемым удовлетворением, – Если русский Император примет неправильное решение, у вашей страны начнутся серьезные проблемы. Такие проблемы, которые вам никогда и не снились, – Его тон стал пренебрежительным, – И поверьте, когда за Россию возьмутся всерьез, русским мало не покажется.

Кривотолков отложил ложку, впервые полностью сосредоточившись на собеседнике.

– От меня вы что хотите? Я простой заключённый, отбываю срок, выполняю задания. Мой княжеский титул – теперь просто набор слов.

Радклифф оживился, почувствовав, что наконец зацепил внимание князя:

– Ну, тут есть разные опции. Мы могли бы выменять вас на кого-то, вывести вас в Лондон. Дать вам как минимум достойные условия существования, а не этот крысятник, – Он обвел рукой столовую с нескрываемым презрением, – А взамен вы просто будете делать то, что вам скажут кураторы. А когда в России начнутся серьёзные перемены, вы сможете подняться так высоко, как никогда и не мечтали. При определённых обстоятельствах, конечно.

Кривотолков молча жевал перловку, погрузившись в размышления. Радклифф наблюдал за ним, как коммивояжер, ожидающий решения клиента о крупной покупке.

– Отказываюсь, – наконец произнес князь.

Радклифф нахмурился:

– Почему?

Кривотолков отодвинул тарелку и посмотрел прямо в глаза собеседнику, отчего тот невольно поежился.

– Скажи-ка мне, Радклифф… Тебя же отправили сюда за торговлю наркотиками, верно?

– А какое это имеет значение? – растерянно произнес тот.

– Примерно 10 лет назад ты получил гражданство Российской Империи, приехал сюда для ведения бизнеса, – неторопливо продолжил Кривотолков, словно перечитывая невидимое досье, – Ты казался вполне благополучным человеком. Успешным бизнесменом с хорошим будущим.

– Вы на удивление хорошо осведомлены для заключённого, – сухо заметил Радклифф.

– И в какой-то момент всплыла вот эта жуткая история с наркотиками, – невозмутимо продолжал князь, – Ты оказался замешан в поставках нехороших веществ на рынок Империи. За это тебя загребли, и каким-то образом ты оказался здесь. На дальней базе, в Богом забытом углу Диких Земель.

Кривотолков сделал паузу, наслаждаясь нарастающим беспокойством на лице собеседника.

– Полагаю, тут не обошлось без чьей-то помощи сверху. Возможно, какой-то высокопоставленный человек из Министерства Обороны Империи тайком сотрудничает с твоими хозяевами. Он и обеспечил тебе путевку именно сюда, для встречи со мной.

Радклифф заметно изменился в лице.

– Я не понимаю, к чему вы клоните. Зачем всё это?

Он начал оглядываться по сторонам, словно боясь, что их могут подслушать через защитную магию князя.

– Короче говоря, как-то уж слишком много ресурсов задействовала МИ-6, чтобы заполучить себе очередную говорящую голову, – сухо произнёс князь Кривотолков, – Это можно сделать намного проще и намного дешевле. Да и куча ряженых клоунов сразу согласится на эту роль. Куда более харизматичных, чем я.

Князь наклонился вперед, ледяным тоном добавив:

– Полагаю, что твои хозяева, Радклифф, не торопятся раскрывать мне все свои карты. Равно как и тебе.

Радклифф нервно сглотнул под пристальным взглядом князя. Он чувствовал себя очень неуютно, как кролик перед удавом. Внезапно вся его уверенность испарилась. Он беспомощно забормотал, пытаясь сохранить лицо:

– Н-ну… я всегда буду рядом, здесь. Если вы вдруг передумаете, то обращайтесь. Мы… мы никуда не торопимся, времени у нас много.

Он поспешно поднялся и, бормоча извинения, направился к выходу.

– Радклифф, – сухо произнес Кривотолков.

Тот вздрогнул и замер. После чего медленно обернулся.

– Что у них на тебя есть? – поинтересовался князь, – Из-за чего ты отказался от сытой и благополучной жизни с семьей и влез сюда, в эту дыру, работать посыльным на долгие годы?

Того аж затрясло. Казалось он сейчас потеряет сознание.

– Я-я-я… я-я…

– Да можешь не говорить, мне в целом плевать, – хмыкнул князь, – Пусть скажут, зачем я им нужен на самом деле. Тогда и поговорим.

Радклифф нервно кивнул и ускорил шаг, стремясь поскорее исчезнуть из поля зрения князя.

Кривотолков проводил его задумчивым взглядом. Затем аккуратно сложил салфетку, положил ее рядом.

Шахматная партия становилась всё интереснее.

* * *

Патруль прошел мимо камеры, стуча тяжелыми ботинками по металлическому полу коридора. Князь лежал на своей узкой кровати, глядя в потолок. День выдался насыщенным.

Сначала эта стычка с монстром… Он обычно каждый день прогуливался по определенному маршруту вокруг лагеря во время вылазок. Но что-то заставило его немного изменить обычный маршрут и в итоге он услышал крики. И появился очень своевременно.

В противном случае, если бы он не успел… разговора с Радклиффом сегодня попросту бы не было.

Может, это было предчувствие? Или какой-то скрытый план Судьбы? Не то чтобы князь был суеверным, но… Босс Организации кое-что рассказал ему о Книге Судьбы и о том, как она воздействует на реальность.

Может ли МИ-6 располагать похожими… хм-м-м… технологиями? Или у него просто воображение разыгралось?

Он усмехнулся собственным мыслям. Интуиция никогда не была его сильной стороной. Ему ближе была математика вероятностей, расчет рисков, планирование на десять шагов вперед.

Кривотолков потер подбородок. Если письмо Илоны и намеки англичанина сложить вместе, картина вырисовывалась занятная. Что-то серьезное сдвинулось на мировой сцене, что-то настолько важное, что даже опальный князь в ссылке становится потенциальным активом.

Возможно, это связано с Бездной? Или с Безумовым и его странными исследованиями? Князь уже давным давно понял, что мальчишка не просто удачливый аристократ, а нечто гораздо более сложное и опасное.

Например… переродившееся божество.

Он коснулся ошейника. Инженеры, создавшие его, были умны, но не всезнающи. Они рассчитывали, что сила удачи не поможет ему избавиться от этих оков. Возможно, они правы… а возможно, и нет.

Расслабившись, Кривотолков позволил своему Дару течь свободнее. По металлу ошейника пробежала едва заметная рябь.

Да, он ошибся, недооценив Безумова. Да, его семья неожиданно справилась без него даже лучше, чем с ним. Да, его империя почти разрушена.

Но ключевое слово – «почти».

Он улыбнулся в темноту. Может, это и к лучшему. Поражение освежает взгляд. Делает сильнее. Заставляет пересмотреть стратегию.

А стратегия – это то, что князь Дмитрий Кривотолков умел выстраивать лучше всех.

В конце концов, даже в ссылке он оставался тем, кем был всегда – хищником, выжидающим своего часа.

И, возможно, этот час скоро настанет.

* * *

Слова Никталии упали как камень в озеро, вызвав волну оцепенения. Какое-то время все просто молчали, переваривая сказанное. А затем…

– Что? – первой отмерла Айсштиль, её глаза в теле Никталии расширились так, словно увидела привидение, – Ты хочешь сказать, что я… навечно… в теле этой… – она окинула себя взглядом и не смогла закончить фразу, только беспомощно взмахнула руками и застыла в нелепой позе.

Пугливая Лилия в теле Карнакса издала звук, похожий на писк мыши, придавленной веником, и плюхнулась на задницу. Её мужественное лицо исказилось в такой забавной гримасе ужаса, что в другой ситуации это вызвало бы взрыв хохота.

Вильда просто открыла рот, закрыла, снова открыла, напоминая выброшенную на берег рыбу. Её ледяные пальцы дрожали, а из уголка глаза скатилась слезинка, мгновенно превратившаяся в бусинку льда.

Клон Карнакса в теле Лилии сначала нервно хохотнул, потом схватился за волчьи уши на голове, дёрнул их так, словно пытался проверить, не приклеены ли они, и наконец выдал:

– Я… в этом хлипком бабском тельце… НАВСЕГДА⁈ – его вопль эхом отразился от стен пещеры.

Никталия стояла, виновато теребя полу рукава Эстро, в чьём теле она теперь, похоже, застряла.

– Ну… может, есть другой способ? – она робко улыбнулась, глядя на застывшие лица, – Мы же боги, в конце концов!

Эстро тем временем пытался осмыслить ситуацию. Он молча разглядывал свои (точнее, Вильдины) руки, затем провёл ладонью по волчьим ушам на голове, задумчиво потрогал пушистый хвост и, наконец, выдал:

– Ну… в принци…

Договорить он не успел, потому что в этот момент волна слабости накрыла его с головой, глаза закатились, и он рухнул на пол без сознания, подняв облачко пыли.

Повисла новая пауза, во время которой все смотрели на бесчувственного Эстро. Затем Карнакс нервно хихикнул:

– И что теперь? Эстро похоже того… – он попытался сделать грациозный взмах рукой, но случайно задел небольшой сталагмит, который с грохотом обрушился на пол, – Упс…

– Я не могу остаться в теле этой… этой… – Айсштиль обвела себя рукой, явно подбирая цензурное слово.

– Эй! Моё тело, между прочим, совершенно роскошное! – надулась Никталия, – Все мужики штабелями укладываются!

– Вот именно! – фыркнула Айсштиль, – Я не собираюсь… штабелями… и вообще!

Вильда наконец отмерла и, всхлипнув, бросилась к бесчувственному Эстро. Обхватила его за плечи и приподняла, вглядываясь в бледное лицо.

– Он же не умер? Скажите, что он не умер в моём теле! Я ещё хочу вернуться в него когда-нибудь! Эстро? Эстро! Живи-и-и…

Глава 2
Проблемы с Садом

Вильда бережно уложила бессознательное тело Эстро на кровать. Точнее, своё собственное тело, в котором сейчас находился бог. Ситуация была настолько абсурдной, что даже в голове не укладывалась.

– Я должна быть в этом теле, – пробормотала она, укрывая его одеялом, – А не ты. И уж точно не в таком состоянии.

Она осторожно пригладила белые волосы и поправила волчьи ушки, которые обмякли и печально свисали.

– Эй, ты ведь не умрёшь в моём теле? – с надеждой спросила она у бессознательного Эстро, – Мне бы очень не хотелось остаться в этом хоть и милом, но таком холодном теле. Понимаешь?

Эстро, разумеется, не ответил. Его дыхание было поверхностным, а лицо бледным. На губах запеклась кровь, а под глазами залегли тёмные круги.

– Он просто истощён, – сказала Айсштиль, входя в комнату с подносом. На нём дымилась чашка с дымящимся синеватым отваром, – Не физически, а энергетически. Вырвать четыре страницы из собственной Книги Судьбы, использовать Синхронизацию второго уровня, да ещё и в чужом теле… Я удивлена, что он вообще жив.

– Он выкарабкается? – с тревогой спросила Вильда.

– Это же Эстро, – Айсштиль фыркнула. Её мимика в теле Никталии выглядела при этом очень странно. Айси то принимала невозмутимый вид, то на нее словно набрасывалась цела гамма чувств, – Конечно, выкарабкается. Вот, – она протянула чашку, – я приготовила восстанавливающий настой.

– Ты умеешь готовить лечебные отвары? – удивилась Вильда.

– Я существую многие тысячи лет, – холодно ответила Айсштиль, – За это время я научилась многому. В отличие от некоторых, – добавила она, явно намекая на настоящую владелицу тела, в котором оказалась.

Никталия, которая как раз вошла в комнату, надулась.

– Эй! Я, между прочим, могу приготовить самую вкусную пиццу во всех известных мирах! Просто так случилось, что мои таланты лежат в других сферах.

– В каких именно? – ядовито уточнила Айсштиль, – В профессиональном загуле и разрушении государств? И когда это ты научилась готовить пиццу, если проснулась всего пару дней назад?

– Ну, знаешь… Я на самом деле всегда умела, просто осознала это лишь недавно.

– Тихо вы! – прошипела Вильда, поглаживая лоб Эстро, – Дайте раненому немного тишины!

Айсштиль поджала губы, но промолчала. Никталия скорчила рожицу, но тоже не стала спорить. Глядя на них, Вильда подумала, насколько странно выглядит эта сцена со стороны – Айсштиль с мимикой и манерами ледяной королевы, но в теле жизнерадостной богини ночных желаний, и Никталия, пытающаяся быть собой в теле серьёзного Эстро.

– Он без сознания, – мрачно сказала Вильда, – И ему нужен покой. Давайте все на выход! Прогуляйтесь что ли… Проверьте сад в конце концов! У нас же теперь нет доступа к энергии божественного измерения, если кто вдруг забыл…

* * *

Сад вокруг Великого Древа представлял собой картину странную и сюрреалистическую. Никталия в теле Эстро расхаживала взад-вперёд, размахивая руками и яростно ругаясь себе под нос. Время от времени она останавливалась, закрывала глаза и пыталась сконцентрироваться, но через несколько секунд снова начинала метаться и бормотать проклятия. Иногда косилась на заросли, в которых, как ей казалось, могли скрываться озабоченные лианы…

Неподалёку клон Карнакса в теле Лилии то ли отрабатывал движения, то ли пытался освоиться в своей новой физической оболочке. Он неуклюже прыгал, пытаясь сгруппироваться для боевого удара, но постоянно путался в собственных ногах и хвосте. После очередного падения он разразился потоком отборной брани, которая звучала особенно нелепо из уст хрупкой волкодевочки.

– Чёртов хвост! – зарычал он, поднимаясь на ноги, – Как эта тварь вообще ходит с таким балластом? Я всё время спотыкаюсь о него!

Погружённый в свои проблемы, он не заметил, как сзади к нему подкралась Пугливая Лилия в теле Карнакса. Она легонько постучала его по плечу, и клон с воплем подпрыгнул на месте, резко развернувшись.

– Извини! – пискнула Пугливая Лилия непривычно низким голосом, – Я хотела спросить…

– Никогда! – рявкнул клон, прижимая руку к груди, – Никогда так не подкрадывайся! Ты меня чуть до сердечника не довела!

– Но это же ты обычно так подкрадываешься к другим, – робко заметила Пугливая Лилия, – А потом их убиваешь…

– Это другое! Я бог войны, это тактика! – клон скрестил руки на груди, но вместо грозного вида получился какой-то нелепый жест. Подражать оригиналу, да еще и в таком теле, у него не всегда получалось, – Чего тебе?

– Я хотела показать тебе, как правильно управлять хвостом, – сказала Пугливая Лилия, – Это моё тело, я в нём прожила целую жизнь. Может быть, я смогу помочь?

Клон хотел было огрызнуться, но вместо этого задумался. Затем неохотно кивнул:

– Ладно. Показывай.

Пугливая Лилия улыбнулась – улыбка выглядела странно на суровом лице бога войны – и начала объяснять, как работают мышцы хвоста и ушей, как их контролировать и как использовать для баланса.

Тем временем Никталия, раздражённо пнув камень, уселась на скамейку и закрыла глаза. Она в очередной раз пыталась призвать силу теней, но в теле Эстро это давалось с трудом. Ловушка обмена телами оказалась куда серьёзнее, чем казалось поначалу.

– Проблемы? – спросила Айсштиль, подходя к ней.

Никталия открыла глаза и удивлённо моргнула. Видеть свое собственное лицо, но с совершенно другим, холодным и сдержанным выражением, было более чем странно. Привыкнуть решительно невозможно.

– Не могу привыкнуть, что ты теперь выглядишь как я, – призналась она, – И да, проблемы. Не могу дотянуться до своих сил. Как будто между мной и моей божественной сущностью стоит стеклянная стена. Я вижу свои способности, но не могу их использовать.

– Именно этого я и боялась, – мрачно кивнула Айсштиль, – Мы застряли в этих телах на неопределенный срок.

– Ну, а ты как? – спросила Никталия, переводя тему, – Получается использовать лёд?

– Минимально, – неохотно призналась Айсштиль, – Могу охладить напиток или заморозить небольшую лужу. Но о серьёзных боевых техниках речи не идёт.

– Значит, мы все в заднице, – подытожила Никталия, – Эстро без сознания, мы все застряли в чужих телах и потеряли большую часть сил. А вокруг нас сад, лишившийся подпитки Божественного измерения, четыре гигантских монстра в пещере, которых нужно как-то кормить и выводить наружу, и вдобавок где-то пропала настоящая Лилия. Отлично, просто отлично.

– Если вспомнить слова Пугливой Лилии, у нас ещё и месяц прошёл в реальном мире, пока мы там возились, – добавила Айсштиль, – Чую, в роду Безумовых все основательно переполошились…

Никталия открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент из леса донёсся громкий треск, а затем звук падающего дерева. Обе богини резко повернулись в ту сторону.

– Что это было? – спросила Никталия, вскакивая.

– Не знаю, но точно ничего хорошего, – мрачно ответила Айсштиль.

Клон Карнакса, который всё ещё пытался совладать с хвостом тела Лилии, повернулся в сторону шума, инстинктивно принимая боевую стойку.

– Надо проверить, – сказал он, и его волчьи уши встали торчком, – Звучало так, будто целое дерево рухнуло.

– Именно так оно и звучало, – кивнула Пугливая Лилия, неловко двигая широкими плечами тела Карнакса, – Пойдёмте посмотрим?

Айсштиль кивнула, и все четверо направились в сторону звука. Никталия в теле Эстро шла впереди, стараясь выглядеть уверенно, хотя в её глазах читалось беспокойство. Айсштиль в теле Никталии следовала за ней с холодным выражением лица, которое совершенно не вязалось с обычно игривой внешностью богини ночных желаний. Клон Карнакса замыкал процессию, ругаясь на свой хвост, а Пугливая Лилия осторожно ступала, словно боялась, что мощное тело бога войны раздавит всё на своём пути.

Когда они приблизились к источнику шума, перед ними открылась удручающая картина: огромное серебристое дерево с листьями, похожими на зеркальные осколки, лежало на земле. Его могучий ствол словно высох и сломался у основания. Вокруг него рассыпались сотни сверкающих листьев, которые медленно тускнели, теряя свой волшебный блеск.

– Серебряный ксифилиум, – прошептала Пугливая Лилия, подходя ближе, – Ему было больше тысячи лет, если верить записям…

Она наклонилась и подняла один из листьев. Тот рассыпался в её пальцах, превращаясь в серую пыль.

– Что с ним случилось? – спросил клон Карнакса, осматривая корни дерева, – Выглядит так, будто оно просто… сдалось и упало.

Пугливая Лилия огляделась вокруг, и её лицо становилось всё мрачнее.

– Посмотрите внимательнее, – сказала она, указывая на окружающие растения, – Это происходит не только с ксифилиумом.

И действительно, теперь, когда они обратили внимание, признаки увядания были заметны повсюду. Яркие цветы, которые ещё недавно пылали всеми оттенками радуги, теперь выглядели приглушённо. Листва на деревьях начала желтеть по краям, некоторые ветви казались сухими и ломкими. Трава под ногами, обычно сочная и упругая, местами пожелтела и полегла.

– Сад умирает, – тихо произнесла Айсштиль, обводя взглядом окрестности, – Без энергии Ядра в Божественном измерении ему не хватает подпитки.

– Это… как осень, – заметила Никталия, поднимая охапку разноцветных листьев, – Всё увядает, но так красиво.

И действительно, несмотря на признаки умирания, Сад был все еще прекрасен – может быть, даже более прекрасен, чем обычно. Цвета стали более глубокими, насыщенными. Лепестки цветов, хоть и начали сворачиваться, приобрели оттенки заката. Многие растения испускали мягкое сияние, словно стремились отдать последние силы, прежде чем угаснуть навсегда.

– Сад всегда был живым организмом, – сказала Пугливая Лилия, – Он чувствует нас, знает нас. И сейчас… сейчас он словно пытается сказать, что всё ещё здесь, всё ещё борется.

– И надолго ли его хватит? – спросил клон Карнакса, постукивая по стволу ближайшего дерева и прислушиваясь к звуку, – Звучит пустотно. Внутри уже начался процесс разложения.

– Без Ядра… – Лилия покачала головой, – Думаю, у нас есть несколько недель, может быть, месяц или два, прежде чем Сад полностью погибнет.

– Надо найти способ восстановить Ядро, – решительно сказала Никталия, – Или создать новый источник энергии.

– Легче сказать, чем сделать, – хмыкнул клон, – Особенно когда мы застряли в чужих телах и потеряли большую часть своих сил.

Они молча двинулись дальше, осматривая Сад. Чем дальше они уходили от Великого Древа, тем явственнее становились признаки увядания. На дальних окраинах Сада некоторые растения уже полностью высохли, превратившись в изящные скульптуры из сухих веток и лепестков.

Когда они повернули обратно к Великому Древу, солнце уже клонилось к закату, окрашивая Сад в золотистые тона, которые только усиливали ощущение осени.

– Знаете, я давно уже хотела вам сказать… – неожиданно сказала Пугливая Лилия, – И сейчас вроде подходящий момент. Пока вы все были в Божественном измерении, я провела в подземельях целый месяц.

– Месяц⁈ – воскликнула Никталия, останавливаясь так резко, что клон Карнакса чуть не врезался в неё, – О чём ты говоришь? Нас не было всего пару дней!

– Для вас – да, – кивнула Пугливая Лилия, – Но в реальном мире прошёл месяц.

– Время в Божественном измерении течёт иначе? – Айси приподняла бровь.

– Но… как ты выжила здесь одна? – спросил клон, с новым интересом глядя на свое тело.

Пугливая Лилия вздохнула, и на её лице, обычно таком грозном в облике Карнакса, появилось задумчивое выражение.

– Это было… непросто, – сказала она, – Великое Древо больше не признавало меня хозяйкой в этом теле. Я осталась предоставлена сама себе.

– И что ты делала? – спросила Айсштиль.

– Для начала мне нужно было найти убежище, – начала рассказывать Пугливая Лилия, – Я не могла выбраться из того чертового подземелья. И я боялась хищников, которые там… ну, сами понимаете…

Она несколько секунд помолчала, собираясь с мыслями.

– В итоге нашла небольшую пещеру. Я обустроила её как могла. Натаскала мягких волокон для постели, соорудила что-то вроде очага из камней.

– А еда? – тут же заинтересовалась Никталия, – Что ты ела?

– Поначалу я пыталась собирать съедобные коренья, как делала всегда, – усмехнулась Пугливая Лилия, – Но этому… мощному телу нужно гораздо больше пищи. Пришлось учиться охотиться.

– Ты? Охотиться? – недоверчиво переспросил клон, – Ты же боишься даже громких звуков!

– Когда выбор стоит между страхом и голодом, страх отступает, – просто ответила Пугливая Лилия, – Я сделала копьё из палки и хитиновой клешни. Соорудила несколько ловушек для мелких многоножек. Но самой удачной добычей оказались гигантские многоножки в Нижнем гроте.

– О! Я обожаю многоножек! – оживилась Никталия, – Они так прикольно хрустят, а самые сочных у нас во Дворце Ночи… Как ты их готовила?

– Сначала нужно оторвать голову и удалить ядовитые железы, – начала объяснять Пугливая Лилия с неожиданным энтузиазмом, – Потом разрезать панцирь вдоль хребта и вычистить внутренности. Если оставить их на горячих камнях на несколько часов, они становятся хрустящими снаружи и сочными внутри. А если добавить немного сока кислолиста…

Айси слушала эти гастрономические откровения с самым кислыми выражением лица.

«Куда я папала… в компанию многоножкоедок…» – пробурчала она.

– Звучит восхитительно, – мечтательно протянула Никталия, – Я бы сейчас не отказалась от жареной многоножки с кислолистом.

– Ничто не сравнится с мясом титана, убитого собственными руками, – высокомерно заявил клон Карнакса, – Вот это настоящий деликатес!

– Конечно-конечно, – насмешливо протянула Айсштиль, – Я как сейчас помню, когда ты сначала час гонялся за Зеленым Аспидом, потом полдня жарил и в итоге всё равно отравился.

– Это было всего раз! – возмутился клон, – И я не отравился, а просто… временно ослаб от избытка белка.

Пугливая Лилия тихо рассмеялась, и это был странный звук – низкий, раскатистый смех из горла Карнакса.

– Я также сделала себе доспехи, – продолжила она свой рассказ, – Из коры твердодрева и высушенных лиан. Они не очень прочные, но защищали от мелких хищников и шипов.

– А как ты добывала огонь? – спросил клон.

– Кремень и огниво, – пожала плечами Пугливая Лилия, – Я нашла подходящие камни у Южного ручья.

По мере того как они приближались к Великому Древу, её тон становился всё более задумчивым.

– Знаете, что было самым сложным? – спросила она внезапно, – Одиночество. Я провела месяц, не зная, вернётесь ли вы вообще. Не зная, что случилось, живы ли вы. Каждый день я приходила к порталу и проверяла, не открылся ли он. И каждый день уходила ни с чем.

В её голосе прозвучала горечь.

– И что самое забавное – для вас прошло всего пара дней. Вы сражались, решали судьбы миров, а обо мне даже не вспомнили.

Наступила неловкая тишина. Никталия виновато опустила взгляд, а Айсштиль нахмурилась.

– Подождите, – сказала она, останавливаясь, – Если в реальном мире прошёл месяц, а в Божественном измерении – всего пара дней…

– … то время течёт с разной скоростью, – закончил за неё клон, – Примерно в пятнадцать раз быстрее здесь, чем там.

– Это значит, что мир снаружи… – начала Никталия.

– … думает, что мы пропали уже целый месяц, – мрачно кивнула Айсштиль, – Интересно, что там сейчас происходит?

Все замолчали, обдумывая это открытие. Месяц отсутствия для мира снаружи – это достаточно долго, чтобы началась тревога, поиски, возможно, даже официальное расследование. Особенно если речь идёт о таких важных фигурах, как княжич Константин Безумов.

– Надо вернуться как можно скорее, – решительно сказала Айсштиль, – И для этого нам нужен Эстро. В реальном теле. Только он может помочь нам вернуться в свои тела.

– И спасти Сад, – добавила Пугливая Лилия, бросая тревожный взгляд на желтеющие кроны деревьев.

Когда они вернулись к Великому Древу, уже почти стемнело. Отблески заката окрашивали листву в глубокие пурпурные тона, и на фоне этого царственного великолепия особенно остро ощущалась неотвратимость увядания. Сад всё ещё был прекрасен (может быть, даже прекраснее, чем обычно), но это была красота угасания, последний яркий всплеск перед долгой ночью.