Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 252 (всего у книги 332 страниц)

Глава 3
Гнев Земли

Из Золотого портала на серую пустошь Мира Мертвых выступило самое тяжелое подкрепление, какое только можно было вообразить.

Земля содрогнулась от синхронного шага. Из слепящего света вышли Терракровные левиафаны, четыре ожившие горы, созданные Эстро.

На широкой, раскаленной макушке Магмара стояла Вильда. Ее волосы развевались на пронизывающем ветру, волчьи уши стояли торчком, а глаза светились плотным изумрудным светом.

– Экстренную службу переплавки заказывали? – крикнула она, перекрывая гул битвы. – За доставку не благодарите, чаевые принимаем душами врагов!

Золотая армия зомби-гвардейцев Громовержца бросилась на новоприбывших. Лишенные страха, они ударили сомкнутым строем, обрушив на левиафанов град копий и черных молний.

Магмар, чья масса переваливала за все разумные пределы, даже не попытался уклониться. Он просто сделал тяжелый шаг вперед. Вокруг его лап мгновенно разошлась волна перегретого, испепеляющего пара. Элитные золотые доспехи гвардейцев начали плавиться и стекать на землю… вместе со своими владельцами.

Тем временем Терр – самый маленький и самый непоседливый из всей четверки – приметил золотые колесницы. Он издал вибрирующий гул, в котором явно читался щенячий восторг, и с грохотом ввинтился в самую гущу вражеского строя.

Терр прыгал, бил хвостом и загребал своими гибкими передними лапами сразу по несколько колесниц, подбрасывал их в воздух.

Кархаад, как истинный старший брат, занял позицию прикрытия. Он издал низкий рокот, и вокруг левиафанов развернулось мерцающее синеватое поле. Черные молнии Бездны, летевшие в их сторону, со звонким треском отскакивали от барьера, не причиняя гигантам никакого вреда.

Аква взяла на себя авиацию. Над ними как раз кружила стая мутировавших гаргулий. Левиафанша изящно вытянула длинную шею и издала высокую, вибрирующую ноту. Звук оказался фатальным: вся летучая дрянь в радиусе полукилометра мгновенно покрылась коркой мутного льда, замерла в воздухе и с хрустальным звоном осыпалась на землю.

– Обожаю девочек с поставленным голосом! – ухмыльнулась Вильда.

Сама «дочь» Лилии выступала в роли дирижера, сплетая свою изумрудную магию с каменной сутью левиафанов. Прямо из стыков брони гигантов, из трещин в камне, прорастали толстые шипастые лианы. Они выхватывали врагов из толпы, сбивали их с ног и заботливо подтаскивали прямо под сокрушительные удары каменных лап Кархаада и Магмара.

Все шло идеально. Это была не битва, а тотальная зачистка территории.

Слишком идеально.

Темный Эстро, наблюдавший за левиафанами, раздраженно скрипнул зубами.

– Грубая масса решает не всё, – процедил Осколок. – Я прекрасно знаю слабости моих творений… Посмотрим, как камушки справятся с химией.

Он щелкнул пальцами, отправляя ментальный приказ в самые недра разломов.

Ответ Бездны не заставил себя ждать. Почва под ногами левиафанов вдруг размягчилась. Она начала пузыриться и плавиться, быстро превращаясь в едкую, кислотную трясину. Из нее вырвались паразиты – гигантские, безглазые черви-пиявки. Их полупрозрачные тела сочились концентрированной черной слизью, способной растворять и камень, и магию.

Увлекшийся Терр даже не понял, что произошло. Земля под его задними лапами провалилась, и он ухнул в ядовитую яму по самое брюхо.

Паразиты мгновенно облепили его. Их кислотная слизь вступила в реакцию с каменной броней Терра, в воздух поднялись клубы едкого дыма. Терр взвыл от боли и отчаянно забил передними лапами, но лишь глубже увяз в кислотном болоте.

– Терр! – крикнула Вильда.

Кархаад с ревом бросился на помощь. Он навис над ямой, пытаясь ухватить и вытащить младшего сородича, и до отказа выкрутил свое стабилизирующее поле, чтобы отсечь кислоту.

Но паразиты были не так просты. Их слизь начала буквально пожирать защитный барьер Кархаада. Синеватое поле заискрило и с громким треском лопнуло. Две пиявки тут же вцепились в лапу старшего левиафана.

– Магмар! Выжги эту дрянь! – скомандовала Вильда.

Вулканический гигант разинул пасть, и волна перегретого пламени ударила прямо в клубок червей. На секунду показалось, что это сработало. А затем черви… довольно заурчали.

Их тела почернели, покрылись базальтовой коркой, а внутри загорелось ярко-красное свечение. Они впитали тепловую энергию Магмара, мутировав прямо на глазах и став огнеупорными.

– Твою ж мать! – Вильда в сердцах хлопнула по лбу. – Мы просто сделали им горячее спа!

Она вскинула руки, взывая к накопленной Силе Древа. Если не работает огонь, сработает чистая Жизнь. Она направила десятки самых толстых и прочных лиан в яму, пытаясь обмотать Терра и вытащить его.

Лианы вонзились в трясину, коснулись червей… и тут же начали стремительно чернеть и увядать. Пиявки Бездны присосались к магическим побегам, жадно высасывая саму жизненную силу Вильды. Они увеличивались в размерах, а богиня охнула, почувствовав резкую слабость. Ей пришлось оборвать контакт, чтобы паразиты не выпили ее саму через эту связь.

Правила игры резко изменились. Грубая сила и природная магия здесь работали против них.

Тем не менее атака Вильды немного отвлекала пиявок от Терра и Кархаада.

– Отступаем! Круговая оборона! – закричала Вильда.

С огромным трудом, цепляясь когтями за края ямы и рыча от боли, Терр сумел выкарабкаться, оставляя за собой дымящиеся куски оплавленного хитина. Кархаад тянул его пастью за панцирь, упираясь всеми четырьмя лапами. Четыре левиафана сбились в плотное кольцо, встав спина к спине.

Вокруг них, шипя и изрыгая кислоту, стягивалось море мутировавших паразитов Бездны, к которым уже спешили уцелевшие зомби-гвардейцы. Ситуация из триумфального марша превратилась в глухую, болезненную осаду, и кольцо врагов смыкалось всё плотнее.

Но худшее ждало впереди. Земля под тяжестью четырех исполинов окончательно сдалась.

Бездна решила перестать играть с ними в кислотные ванны и перешла к радикальным мерам. Под лапами левиафанов с тошнотворным хлюпаньем разверзлась гигантская воронка, в которой плескалась черная маслянистая жижа. Она затягивала в себя всё: камни, трупы зомби-гвардейцев, кислотную слизь и самих гигантов.

Магмар, зарычав, провалился в черноту по самую грудь. Его лапы отчаянно скребли по осыпающимся краям.

Аква издала пронзительную, тревожную трель. Из ее тела выстрелили десятки ледяных кристаллов. Они вонзались в края воронки, работая как временные распорки, не давая дыре расшириться. Но кристаллы трещали и лопались.

Вильда, вцепившись в базальтовую чешую Магмара, лихорадочно искала решение. Но ни одной идеи подходящей идеи не было даже близко…

И тут над их головами что-то загрохотало… Послышался треск хитина и ритмичный марш гигантских ног…

…Гигантская медведка Света плюхнулась в воронку так, что окружающих паразитов-пиявок подбросило в воздух. На ее бронированной голове восседала Медовика.

– Доставка экспресс-буров! Вызывали⁈ – радостно заорала мирмеция в громкоговоритель, перекрывая рев Бездны. – А то мы в Китае уже всех сгрызли, Светочка не наелась!

Она быстро оценила ситуацию. Левиафаны вязнут, кислотные пиявки облепили их плотным слоем, высасывая энергию и плавя броню.

– Ах, вы любите кушать? – Медовика хищно ухмыльнулась. – Света! Дай им добавки! Режим гиперкормления!

Медведка с угрожающим шипением рванула вперед. Ее гигантские усы-антенны метнулись к ближайшим кристаллам Аквы и замкнулись на них. Медовика, сложим печати всеми четырьмя черными руками, направила через эти импровизированные проводники колоссальный импульс магической энергии.

Это был аналог электромагнитного взрыва, но питаемый чистой, концентрированной маной.

Волна прошла через всё поле боя. Пиявки Бездны, привыкшие жадно всасывать любую магию, инстинктивно впитали и этот удар.

Но на этот раз они подавились.

Их бледные тела начали раздуваться на глазах, светясь изнутри ядовито-зеленым светом. Секунда – и паразиты начали лопаться один за другим, как перекачанные воздушные шарики. Во все стороны полетели ошметки слизи.

– Переедание вредит фигуре! – довольно констатировала Медовика.

Но радоваться было рано. Воронка никуда не делась, а из ее черных недр уже лезла новая партия тварей.

Медовика поняла, что бить их по одной бесполезно. Она переключила громкоговоритель на максимум и заорала:

– Вильда! План Б! Или Г… Не важно! Нам нужна ПЕРВООСНОВА!

Вильда замерла. Она вспомнила, о чем рассказал ей Эстро, когда еще гостил в Саду Жизни. Он тогда объяснял, как правильно ухаживать за Левиафанами. Заодно рассказал также об особенностях устройства их организмов.

Кровь терракровных левиафанов. Каждый из них носил в себе антидот от Бездны. Но если смешать кровь всех четверых в правильных пропорциях… получится Первооснова. Абсолютный, ультимативный нейтрализатор скверны.

Но чтобы добыть ее, непробиваемые левиафаны должны были добровольно ранить себя.

Вильда закрыла глаза. Она послала мысленный импульс, чистую эмоцию, соединяя свое сознание с разумами четырех гигантов.

«Братья. Сестра. Время пришло. Нам нужна ваша суть».

В ответ раздался синхронный, полный абсолютной решимости рык. Кархаад, Магмар, Аква и Терр поняли ее без слов.

Они не стали медлить. Кархаад с силой полоснул когтями по боку Терра. Терр, взвизгнув, впился зубами в плечо Магмара. Магмар ударил шипастым хвостом по броне Аквы, а та пустила ледяной шип в Кархаада.

Это были не смертельные раны, но достаточно болезненные. Из-под расколотого камня и хитина хлынула светящаяся субстанция. У Кархаада – густая синяя жидкость. У Магмара – жидкий огонь. У Терра – расплавленный янтарь. У Аквы – мерцающая серебристая влага.

– Света, режим марширующего блендера! Крутись! – завопила Медовика.

Гигантская медведка забурилась передними лапами в жидкую Бездну и начала с бешеной скоростью накручивать круги вокруг терракровных. Вокруг нее мгновенно образовался плотный торнадо из пыли, камней и спертого воздуха.

Вильда вскинула руки. Ее изумрудная магия больше не атаковала врагов, она работала как насос. Богиня подхватила четыре потока крови левиафанов и силой воли направила их прямо в эпицентр ревущего вихря Светки.

Четыре цвета слились в воронке торнадо. Произошла химико-магическая реакция такой силы, что воздух запах грозой и озоном. Субстанция в центре вихря вспыхнула, приобретая ослепительно-белый, жемчужный цвет. Первооснова была готова.

– Мой выход! – Медовика щелкнула пальцами. Откуда-то из щели между пластинами медведки с лязгом вывалился гигантский металлический бак, резервный контейнер из-под топлива.

Света, не прекращая вращения, подхватила бак передними клешнями, как заправский экскаватор, и зачерпнула прямо из центра торнадо всю светящуюся белую массу.

– Лови подачу! – крикнула Медовика.

Медведка изогнулась, используя свое массивное тело как катапульту, и с чудовищной силой швырнула бак, до краев наполненный Первоосновой.

Снаряд по идеальной дуге полетел прямо в центр гравитационной воронки Бездны, туда, где копошились сотни свежих паразитов.

Бак скрылся во тьме. Прошла секунда… вторая… третья…

А затем из воронки беззвучно вырвалась сфера ослепительного, кристально-чистого белого света. Волна прошлась по полю боя, и последствия были поразительными…

Черная, кислотная слизь, пожиравшая землю, мгновенно затвердела, кристаллизуясь в чистейший, сияющий кварц. Паразиты просто растворились, словно их и не было. Сама гравитационная воронка с хрустом стянулась, зарастая ровным, нерушимым белым камнем, который намертво запечатал проход в Бездну.

Свет погас.

Четыре израненных, покрытых потеками крови, но невероятно гордых левиафана выбрались на новое, сияющее чистотой плато. Они встали плечом к плечу, возвышаясь над полем боя как античные статуи победителей.

Наступила тишина.

Вдруг Терр смешно сморщил морду. Пыль от взрыва попала ему в нос. И шестидесятиметровый «щенок»… оглушительно чихнул.

Его чих случайно снес парочку недобитых золотых колесниц гвардейцев, которые пытались по-тихому уползти с поля боя. Зомби с грохотом разлетелись на запчасти.

Медовика, сидя на голове тяжело дышащей медведки, деловито достала из кармана блокнот и огрызок карандаша.

– Так и запишем, – бормотала она, чиркая по бумаге. – Формула работает. Эффективность сто процентов. Заметка: попросить у папы еще немного крови этих камушков. Чисто для экспериментов. И, возможно, для коктейлей? Хотя это, уже, наверное, перебор…

Вильда, обессиленная, но счастливая, с облегчением выдохнула. Она прижалась щекой к горячему, бронированному боку Магмара, чувствуя его ровное, спокойное сердцебиение.

Они справились. Кавалерия отработала на отлично.

Очищенное кварцевое плато, сияющее девственной белизной посреди серой хтони Мира Мертвых, стало идеальным местом для привала. Твари Бездны, наученные горьким опытом своих лопнувших и кристаллизовавшихся собратьев, благоразумно обходили этот пятачок стороной, брезгливо шипя из тумана.

Терракровные левиафаны, тяжело переваливаясь, стянулись к центру плато. Терр, все еще дымящийся после кислотной ванны, виновато терся мордой о бок Кархаада. Аква заботливо поливала раны братьев серебристой водой, которая тут же застывала целебной коркой.

Гигантская медведка Света с облегченным стрекотанием сложила клешни, поскребла передней лапой кварц. Не найдя ничего съедобного, она просто плюхнулась на пузо, изображая гигантский бронированный пуфик.

– Света, сидеть. И ничего не грызть! – строго наказала Медовика своей питомице. – От местных деликатесов бывает несварение, изжога и экзистенциальный кризис!

Отстегнув ремни, мирмеция-инженер бодро спрыгнула с головы медведки. Оценив высоту возвышающегося неподалеку Магмара, она хмыкнула, достала из поясного подсумка моток троса с магнитными захватами и прицелилась.

– Эй, на верхнем этаже! – крикнула она Вильде, стоящей на макушке вулканического гиганта. – Скидывайте веревочную лестницу! Или принимайте альпинистов!

Она раскрутила трос одной из своих четырех рук и метко забросила его на базальтовый гребень левиафана. Убедившись, что захват держит намертво, Медовика полезла вверх с ловкостью паука, перебирая всеми конечностями.

– Фух, ну и печка у вас тут! – пропыхтела она пару минут спустя, переваливаясь через край. Она с облегчением повалилась на горячую, как противень, броню Магмара. – Сударыня Вильда, вы тут не подгораете? Я пока лезла, у меня подошвы на ботинках чуть в лужу не превратились. Это не левиафан, это ходячий мангал!

Вильда, сидевшая по-турецки возле одного из светящихся багровым светом наростов, устало, но искренне улыбнулась. Она протянула руку, помогая мирмеции подняться.

– Могла бы просто попросить, я бы вырастила для тебя лифт из лиан, – сказала смотрительница Сада Жизни, поправляя растрепавшиеся волосы.

– Из лиан? Не-е-е, это не спортивно, – отмахнулась Медовика, усаживаясь рядом и вытягивая гудящие ноги. – К тому же, я технарь. Растения – это прекрасно, но я предпочитаю старые добрые лебедки, шестеренки и законы физики. Хотя, признаю, ваш коктейль «Первооснова» отработал так, что вся моя химия нервно курит в сторонке.

Медовика похлопала себя по карману, где лежал блокнот с записями.

– Жаль, этот рецепт нельзя запатентовать, – сокрушенно вздохнула она. – Представляешь: «Средство для мытья полов и миров! Отмывает Бездну без разводов. Внимание: перед применением заставьте четырех гигантских каменных монстров пустить друг другу кровь». Маркетологи бы удавились.

Вильда тихо рассмеялась, ее напряженные плечи наконец-то расслабились.

– Ты появилась как нельзя вовремя, Медовика. Если бы не вы со Светой, мы бы уже стали кормом для этих пиявок. Но как вы вообще здесь оказались? Я думала, вы на Великой Стене в Китае?

– Так мы и были! – гордо заявила мирмеция, активно жестикулируя сразу четырьмя руками. – Защитили Стену, с Сахаринкой завалили гигантскую Черепаху-мутанта, активировали Черное Солнце. Сидим, смакуем утку по-пекински… И тут бабах, голос Императора, золотой портал, общий сбор, Папа в опасности! Ну мы и с китайскими культяпками… пардон, культиваторами прибыли как раз к раздаче горячего. Правда, Света теперь в легком шоке от смены климата и диеты, но это мы переживем.

– Вы безумцы. Вся ваша семья, – с теплотой в голосе констатировала Вильда. Она ласково погладила горячий камень под ногами. Магмар отозвался тихим, глубоким рокотом, от которого по телу пробежала приятная вибрация.

– А то! – подмигнула Медовика. – Нормальные люди миры не спасают, они в них ипотеки платят. Слушай, а можно я у твоих камушков потом еще крови нацежу? Буквально по пробирочке! Я хочу присадку для двигателей Дребезга сделать. Если эта штука так очищает пространство, представь, как она карбюратор промоет!

Вильда поперхнулась воздухом и погрозила ей пальцем.

– Даже не думай! Это священная кровь полубогов, а не стеклоомыватель! Им и так сегодня досталось. Нужно дать им отдохнуть, пока раны не затянутся…

Богиня осеклась.

Уютный, согревающий рокот Магмара под ними внезапно оборвался.

Вместо него раздался совершенно иной звук – жуткий, скрежещущий стон, словно две тектонические плиты с силой терлись друг о друга, грозя сломаться.

– Магмар? – Вильда мгновенно подобралась, ее улыбка испарилась. Она прижала ладони к камню, пытаясь считать его состояние. – Магмар, что такое?

Левиафан не ответил.

Багровое свечение, струившееся из трещин в его броне, вдруг начало стремительно тускнеть, сменяясь мертвенным, пепельно-серым оттенком. Жар, исходивший от его тела, сменился резким, неестественным холодом.

– Сударыня… мне это не нравится, – напряженно произнесла Медовика, вскакивая на ноги и балансируя всеми четырьмя руками. – Показатели сейсмической активности падают до нуля!

Внезапно исполинская гора под ними содрогнулась. Это был не боевой рывок. Это была предсмертная судорога.

Стодвадцатиметровый гигант издал глухой, хрипящий вздох, выплюнув из пасти облако черного, вонючего пепла. Его массивные передние лапы, способные удерживать своды пещер, вдруг подогнулись, словно сделанные из бумаги.

Магмар с оглушительным грохотом рухнул на колени.

Удар был такой силы, что кварцевое плато пошло трещинами. Вильда не удержалась и покатилась по покатой каменной морде гиганта вниз.

– А-а-а! – вскрикнула она.

Медовика среагировала молниеносно. Одна ее рука метнула трос, тот зацепился за шип на гребне левиафана. Двумя нижними руками она поймала падающую Вильду за воротник куртки.

Обе повисли над пропастью.

– Держу! – прокряхтела мирмеция, болтаясь на тросе.

Кархаад, Аква и Терр, забыв о своих ранах, тревожно взревели и бросились к поверженному брату.

Вильда, болтаясь в руках Медовики, с ужасом смотрела на закрывающиеся глаза Магмара. Из раны на его плече, откуда они недавно брали кровь, сочилась уже не раскаленная лава.

Оттуда, пульсируя и извиваясь, лезла густая, смолянистая черная жижа, пронизанная ядовито-фиолетовыми нитями.

Пиявки Бездны не просто ранили его. Когда он выжигал их пламенем, они успели впрыснуть в его кровоток чистейшую, мутировавшую скверну. И теперь этот яд добрался до самого сердца живого вулкана…

Глава 4
Ты сам вкладываешь мне в руки заряженный пистолет

Айсштиль и Эгилия

Ненависть, горячая и плотная, как расплавленный свинец, застилала Владычице Мертвых глаза. Эта тварь из черного льда только что отняла у нее все. Отняла Аймоса. Мужа. Повелителя.

Любимого…

Эгилии оставалось лишь чуть сильнее сжать пальцы, влить еще немного жара, чтобы навсегда оборвать тысячелетнюю жизнь Снежной Королевы.

Айсштиль даже не сопротивлялась. Она смотрела на Эгилию прозрачными, полными скорби глазами, принимая свою казнь как заслуженное избавление.

Пальцы Владычицы дрогнули, сжимаясь крепче…

И в этот самый миг мир разорвался от звука.

Это был не взрыв. Не раскат грома. Это был вой.

Протяжный, первобытный, исполненный такой запредельной, космической боли и мощи, что сама ткань Мира Мертвых пошла крупной рябью. Этот звук пронзил небеса, ударил по барабанным перепонкам и отдался вибрацией в костях. В нем было столько отчаяния и столько подавляющей силы, что битва вокруг просто… остановилась.

Золотые зомби-гвардейцы замерли с занесенными мечами. Твари Бездны вжали головы в плечи и заскулили. Призрачные воины на стенах опустили оружие. Словно невидимая рука нажала на паузу в этом адском кинотеатре.

Наступила тишина. Звенящая, оглушающая тишина.

И в этой тишине кровавая пелена перед глазами Эгилии дрогнула и начала рассеиваться. Жар в ее венах немного остыл.

Она посмотрела на задыхающуюся Айсштиль. Затем ее взгляд скользнул дальше, на огромные глыбы льда, в которых медленно умирали те, кто пришел защищать этот мир. Защищать ее мир. Их с Любимым мир.

В памяти всплыли последние, тихие слова Аймоса: «Спаси наш мир. Отомсти за нас».

Осознание накрыло волной. Убить сломленную, раскаявшуюся богиню – это не месть. Это слабость.

Эгилия с глухим рыком отшвырнула Айсштиль в сторону, словно сломанную куклу.

Новая единоличная Владычица Мира Мертвых выпрямилась. Ее глаза полыхнули багровым огнем. Она вскинула обе руки, направляя их на ледяной монолит.

Две стихии – ревущее подземное пламя Аймоса и сокрушительная мощь подземных вод Эгилии – слились в один ревущий поток кипящего гейзера. Струя раскаленного пара и магмы ударила в черный лед.

Зашипело так, словно в океан бросили раскаленный метеорит. Густой белый пар мгновенно заволок площадь. Ледяной панцирь, сковавший двадцатиметровую Вафельку и ее «пассажиров», начал стремительно таять, покрываясь глубокими трещинами.

С громким треском глыба рассыпалась. Герои кучей вывалились на мокрую, теплую землю.

Закашлялся майор Волков, сплевывая натекшую в рот воду. Огромная Вафелька тяжело осела на колени, пытаясь отдышаться, ее хитиновая броня громко щелкала, возвращая подвижность суставам. Ноктус полуживой тенью просто растекся по камням.

– А-а-апчхи! – раздалось звонкое чихание.

Никталия, шлепнувшись на пятую точку, эффектно чихнула, выпустив изо рта небольшое облачко искрящихся снежинок. Богиня ночных желаний затрясла головой, пытаясь сбросить с волос ледяную корку.

– Да чтоб вас всех! – возмутилась она, брезгливо осматривая свои босые ноги. – Мой педикюр! Вы знаете, сколько времени занимает найти хорошего мастера, который не боится работать с божественной кутикулой⁈ Все насмарку! Я требую компенсации за моральный ущерб и обморожение филейных частей!

Но ее возмущение потонуло в хриплом кашле Дарьи.

Виконтесса Кривотолкова с трудом поднялась на четвереньки, отплевываясь от талой воды. Ее латексный костюм окончательно пришел в негодность, но сейчас Дарье было плевать на моду. Оказавшись на свободе, ее хищные инстинкты включились мгновенно.

Она судорожно сунула руку за пазуху и с облегчением нащупала там холодный, пульсирующий металл.

– Твою мать… – прохрипела Дарья, тяжело поднимаясь на ноги и озираясь по сторонам диким взглядом. – Где Костя⁈ Где этот чокнутый кретин⁈

Она вытащила металлический амулет. Сжатый в ее руке, тот пульсировал в судорожном рваном ритме.

– Мне нужно срочно воткнуть эту дрянь ему… куда-нибудь! Хоть в лоб, хоть в задницу! Пока мы все тут не сдохли от переохлаждения!

Пока Дарья ругалась, Айсштиль медленно, пошатываясь, поднялась с колен.

Она была жалкой тенью себя прежней. Никакой гордыни. Никакого ледяного высокомерия.

Она смотрела на идеальную статую Вольдемара. Такой лед не был способен растопить даже огонь Подземного мира.

Ее Чемпион пожертвовал своей душой, чтобы вернуть ей разум. Долг, который она никогда не сможет вернуть.

Айсштиль повернулась к Эгилии. Вдова смотрела на нее взглядом, в котором плескалась раскаленная магма.

– Я никогда не прощу тебя, – сухо, чеканя каждое слово, произнесла Эгилия. Ее голос был лишен интонаций, отчего звучал еще страшнее. – За то, что ты сделала. Никогда.

Айсштиль не отвела взгляд. Она лишь медленно, с обреченной покорностью, кивнула.

– Я знаю, – прошептала ледяная богиня. – И не прошу прощения. Но пока я жива… позволь мне хотя бы малостью… но искупить свой грех.

Воздух снова начал вибрировать. Короткая передышка, подаренная таинственным воем, заканчивалась. Твари Бездны начинали выходить из оцепенения, тряся уродливыми головами.

– Так, народ! Минутка драмы окончена, сворачиваем сопли! – Никталия, с трудом поднявшись на ноги, хлопнула в ладоши, пытаясь привлечь внимание. Несмотря на потрепанный вид, ее глаза горели упрямым огоньком. – Выяснять, кто кому жизнь испортил, будем на афтепати! А сейчас у нас проблема покрупнее невыплаченных алиментов!

Она указала рукой в сторону, где серый туман Мира Мертвых закручивался в зловещие воронки.

Все обернулись.

Там, проступая сквозь дым и пепел, возвышалась исполинская фигура. Громовержец.

Напитавшись энергией Бездны, смертями и хаосом битвы, он разросся до катастрофических размеров. Его золотая броня срослась с гниющей, пульсирующей плотью. Черные молнии, толщиной с вековые дубы, ветвились вокруг его фигуры, выжигая землю. Глаза-провалы горели фиолетовым инфернальным светом.

– Вот же… – Дарья нервно сглотнула, крепче сжимая амулет. – Кто-нибудь, скажите мне, что у нас есть план «Б».

– План «Б» – это бить сильно и не умирать, – пробасила двадцатиметровая Вафелька, сжимая гигантские кулаки. Хитин на ее руках угрожающе заскрежетал.

– Отличный план, – хрипло согласился майор Волков. – Мне нравится. Работаем.

Император Александр V, сияющий как сверхновая, обрушил с небес столбы концентрированного золотого света, заставив Громовержца отступить.

Рядом с Государем, словно его темная тень, действовал Фома Лисовский. Метка Бездны в виде угольно-черной татуировки, пульсировала на его руке. Одно за другим он плел заклинания из сырой тьмы, вплавляя их в золотые атаки Императора.

Против такого дуэта пришлось солоно даже богу…

Темный Эстро, окруженный искаженным пространством, лишь злобно скалился, отбивая этот комбинированный натиск. Рядом с ним недовольно булькала и ворочалась гигантская туша Громовержца. С каждой секундой Зомби-бог все больше терял человеческие очертания. Сейчас он напоминал скорее гору плоти, в которой с трудом угадывалось гигантское расплывшееся лицо.

Впрочем, у этой туши всё ещё было полно сил. Темный Эстро проложил канал к Громовержцу, подпитываясь его силой. Он медленно, но планомерно готовил ответный удар, способный стереть и Императора и Фому в порошок.

И тут реальность разорвалась от дикого первобытного воя.

Абсолютно чужеродный, первобытный звук, пробирающий до самого костного мозга. Он вибрировал в самой структуре мироздания, заставляя пространство идти рябью. В этом вое слились воедино бесконечная боль, вселенский голод и нечто настолько древнее, что перед ним меркли даже боги.

Сражение остановилось мгновенно.

Золотые лучи Императора погасли. Черные плети Фомы замерли в воздухе и осыпались пеплом. Булькающий Зомби-Громовержец опустил свой искрящийся скипетр, его пустые глаза тупо уставились в серую мглу.

Вой оборвался так же резко, как и начался. Наступила звенящая, давящая тишина, в которой был слышен лишь шелест падающего пепла.

Император Александр V медленно опустил руки. Его золотая аура слегка померкла, но спина оставалась безупречно прямой. Государь перевел спокойный, оценивающий взгляд на Темного Осколка, который застыл с поднятыми руками, явно сбитый с толку.

– Княжич, – невозмутимо, с легкой долей аристократической иронии произнес Александр. – Должен поинтересоваться… Это кто-то из ваших питомцев просится с прогулки? Вы забыли его покормить, или у Бездны сегодня проблемы с пищеварением?

Темный Эстро нервно дернул щекой. Его глаза под разбитым стеклом противогаза лихорадочно бегали по серому горизонту. Он не чувствовал этой твари в своей сети контроля. Он вообще не понимал, что это было.

– Не знаю… Просто местная аномалия, – процедил Осколок, стараясь сохранить лицо. – Какой-то неучтенный мусор с нижних слоев. Меня это не касается.

– Не касается? – Император позволил себе легкую, холодную усмешку. – Какая досада. А ведь вы так красноречиво распинались о своем абсолютном контроле над Хаосом. А на деле, стоило кому-то громко гавкнуть на вашем заднем дворе, как «Архитектор» сразу не при делах. Знаете, в Империи управдом, не знающий, кто воет в его подвале, долго на должности не задерживается.

Лицо Осколка исказилось от ярости. Черные вены на его шее вздулись, пульсируя фиолетовым светом.

– Ты… жалкий эксплуататор… – прошипел он, собирая в ладонях концентрированные лезвия пространства. – Я покажу тебе, смертный царек, кто здесь…

Договорить он не успел.

Пространство между ними… просто лопнуло. С мерзким, влажным треском ткань реальности разошлась в стороны, образуя вертикальную рану, из которой хлынула абсолютная, непроглядная темнота.

Из этой темноты шагнуло Существо.

Император Александр V, повидавший на своем веку немало кошмаров, невольно сделал полшага назад.

Фома Лисовский тихо, сквозь зубы, выругался. Его Метка Бездны на руке начала обжигать кожу.

– Опять началось? – удивленно произнес он. – Княжич же вылечил меня…

– Полагаю, тут причина другая, – медленно произнес Император.

Перед ними предстало само воплощение первозданного ужаса. Гуманоидная фигура, закованная в органическую броню из черного, как обсидиан, материала. По всей поверхности этого дьявольского панциря, словно реки лавы, пульсировали ярко-алые, магматические прожилки. Из-за спины выступали толстые, шипастые щупальца, живущие своей жизнью.

За спиной твари раскрылись рваные, демонические крылья, сотканные из уплотненной тьмы. Голову венчали загнутые назад рога. Вместо рта сверкала жуткая щель-оскал, полная бритвенно-острых клыков. Два пылающих инфернальным красным светом глаза, казалось, заглядывали в саму душу.

Александр V замер. Эта аура… эта искаженная… до боли знакомая сигнатура.

«Безумов… – пронеслось в голове Государя. – Господи всемогущий, что же ты с собой сделал, мальчик?»

Память Императора услужливо подкинула воспоминание о встрече, состоявшейся после завершения Синегорского турнира….

Экскурс в прошлое. Император и Константин Безумов. События происходят вскоре после завершение Синегорского Турнира

Тихий, надежно экранированный от прослушки кабинет Синегорской резиденции Императора. Две рюмки коллекционного коньяка на столе, к которым так никто и не притронулся.

Александр тогда стоял у панорамного окна, заложив руки за спину. Он долго молчал, переваривая невероятный, почти бредовый рассказ молодого аристократа. Костя сидел в кресле, выглядел изрядно помятым. Но держался с той самой фирменной безумовской наглостью, которая балансировала на тонкой грани между абсолютной уверенностью и слабоумием.

– Древние боги вернулись, параллельные измерения, обмен душами… – Государь наконец заговорил, не отрывая взгляда от вечернего города. – Знаешь, княжич, если ты прав… это меняет правила игры. От и до. Мы веками строили Империю, а теперь выясняется, что мы играем в песочнице на заднем дворе у спящих божеств.