Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 161 (всего у книги 332 страниц)

– Ничего не понимаю, – пробормотал бог ночи, – Как такое вообще возможно?

– И еще она беременна от Кости, – добила его Айсштиль. Ноктус чуть не подавился чаем.

– Слияние таких разных осколков может быть опасно. Оно может как исцелить Безумие Лилии, так и напротив, укрепить его, – вздохнул я, – Так что это даже хорошо, что они существуют как бы параллельно.

– И что ты планируешь с этим делать? – спросила Айсштиль.

– Честно? Понятия не имею, – признался я, – Надеюсь, со временем удастся их как-то объединить. Но прежней Лилии, боюсь, уже не будет. Думаю, нужно дождаться, когда Лилия-квадробер родит, чтобы не подвергать детей угрозе.

Повисла тяжелая пауза. В камине потрескивали поленья. За окном сгущались сумерки – в Синегорье всегда темнело быстро.

– Кстати об угрозах, – внезапно сказал Ноктус, – Вы ничего не хотите мне рассказать про этого типа в противогазе? Ну, который нас похитил и промыл мозги. Мне, когда я был марионеткой, ничего особо-то и не рассказывали, держали в неведении…

Я переглянулся с Айсштиль. Этот вопрос беспокоил нас обоих.

– Понимаешь, – медленно начал я, – мы сами толком не знаем, кто он такой. Он слишком хорошо осведомлен о наших способностях, о Бездне…

– Ты думаешь, он из нашей эпохи? – прищурился Ноктус, – Высокопоставленный маг или жрец, доживший до наших дней? Кто-то из древних богов? Осколков?

Я лишь развел руками. У меня были кое-какие мысли на счет босса… но пока ими я делится не спешил. Надо сперва кое-что проверить.

– Всё может быть, – пожала плечами богиня льда, – А может, он вообще существо совсем иной природы. Вспомни, как легко он управлялся с Черным Солнцем.

– Так и Эстро с ним довольно ловко управлялся, – заметил Ноктус.

– В любом случае, – подытожил я, – Его нужно найти. Может быть Дарья что-то знает? Не зря же она именно сейчас решила со мной связаться.

– Да уж, – усмехнулся Ноктус, откидываясь в кресле, – Скучать вам тут явно не приходится.

– Это точно. Давайте определимся с ближайшими планами, – я отставил пустую чашку, – Ноктус, сможешь поговорить с Эгилией и Аймосом? Мне нужно понять какие у них намерения. Особенно у Аймоса – он пока держится несколько… отстраненно. Сам понимаешь, он всё-таки младший брат Громовержца.

– Без проблем, – кивнул бог ночи, – Эгилия – одна из немногих богинь, кто переваривает мои шутки. А Аймос… ну, он всегда был нелюдимым по натуре. Но я с ним неплохо ладил!

– Айсштиль, – я повернулся к богине льда, – ты не могла бы продолжить поиски разумной Лилии? Меня беспокоит, что она так хорошо прячется. Это на неё не похоже.

– Конечно, Эстро, – Айсштиль поправила прядь серебристых волос, – Есть несколько зацепок в Диких Землях. И еще… – она слегка нахмурилась, – Я уловила какие-то странные всплески силы на севере Синегорья. Возможно, это она экспериментирует с природной магией.

– Хорошо, держи меня в курсе, – кивнул я, – А я пока сосредоточусь на создании новых амулетов-мозаик. Нужно создать парочку для Светы, Насти и Эмми.

– Ты их будешь делать при помощи Черного солнца? – уточнила Айсштиль.

– Именно. Это одна из его функций. Можно и вручную их делать, но с Черным солнцем сподручнее.

– А что насчет остальных? – спросил Ноктус, – Амфия, например?

– Пусть пока осваиваются, – я пожал плечами, – Им нужно время, чтобы привыкнуть к новому миру. Потом найдем им занятие.

За окном совсем стемнело. Я встал и зажег старинную керосиновую лампу на столе – своего рода дань традициям. Её мягкий свет придавал нашему собранию еще более загадочный вид.

«Что ж…» – подумал я, разливая по чашкам остатки чая, – «Как бы там ни было, а мы снова вместе. Древние боги и простые смертные, плечом к плечу против сил Бездны. Как и много тысяч лет назад. Только теперь у нас еще есть Черное Солнце и поддержка Императора, сильнейшего среди смертных».

А значит, у Бездны нет шансов. По крайней мере, я на это очень надеюсь…

Глава 5
Опальный

Военный вокзал встретил их прохладным летним утром. Черные мундиры элитной стражи резко контрастировали с белоснежным мрамором колонн. Тяжелый магический ошейник холодил шею князя Кривотолкова, но он держался прямо, сохраняя достоинство даже сейчас.

Командир конвоя, седой полковник Вершинин, придирчиво осматривал построение своих бойцов. Кривотолков помнил его – они вместе воевали против тварей из Диких Земель лет пятнадцать назад. Теперь вот встретились при таких обстоятельствах…

– Князь, – полковник отдал честь, соблюдая все формальности, – Поезд прибудет через двадцать минут. Если хотите попрощаться с родными…

– Вряд ли кто-то придет, Михаил Степанович, – Кривотолков горько усмехнулся, – После всего, что я натворил… – он осекся, заметив, как один из конвоиров вытянулся по струнке, глядя куда-то ему за спину.

Медленно обернувшись, князь замер. В дальнем конце перрона, залитого утренним солнцем, появилась статная женская фигура. Илона. Его Илона шла, высоко подняв голову, словно их род был самым влиятельным во всем Синегорье. Ее тонкие каблучки отбивали по мрамору четкий ритм.

Следом появились еще трое. Дарья – его гордая племянница, теперь без привычной жестокости во взгляде. Вадим – преданный соратник, как всегда собранный и серьезный. И… Кривотолков моргнул, не веря своим глазам. Олег? Его сын, которого он привык считать легкомысленным прожигателем жизни, выглядел неузнаваемо – строгий черный камзол с серебряной вышивкой, уверенная походка, расправленные плечи.

– Дима… – голос Илоны дрогнул, когда они поравнялись. В ее голубых глазах блестели непролитые слезы, – Неужели ты всерьез думал, что мы не придем проводить тебя?

Князь не мог вымолвить ни слова. В горле стоял комок, а годами отточенное самообладание вдруг дало трещину. Илона шагнула вперед и крепко обняла мужа, не обращая внимания на конвоиров.

– Я буду ждать, – прошептала она так, чтобы слышал только он, – Сколько бы ни понадобилось. Вернешься – и мы все начнем сначала.

– Илона… – он осторожно коснулся ее плеча, – Прости. За все.

– Дядя, – Дарья приблизилась следующей. На ее лице не было и тени прежней жестокости, которую Кривотолков так тщательно выпестовал все это годы. Лишь легкая улыбка, – Я… мы все будем ждать твоего возвращения.

– Да брось родная, – попытался усмехнуться князь, – У тебя теперь новая жизнь. Зачем тебе…

– Вообще-то, – прервал его Олег, делая шаг вперед, – мы с Дарьей решили управлять делами рода вместе. Представляешь, оказывается, когда не пытаешься друг друга уничтожить, получается довольно неплохо.

Кривотолков замер. Его сын и племянница стояли рядом, и между ними не было и следа прежней вражды. Олег чуть улыбнулся:

– Знаешь, отец, пока ты был под следствием… В общем, Бельские попытались отсудить у нас остатки южных земель и пару важных артефактов. Но мы с Дарьей… скажем так, убедили их не делать глупостей.

– Вы… работали вместе? – князь не скрывал изумления.

– Именно, – кивнула Дарья, – Оказалось, когда объединяешь мой Дар Подчинения и Пламя Олега… В общем, Бельские сами не заметили, как подписали отказ от всех претензий.

Олег хмыкнул:

– И даже извинились за беспокойство.

– Вы вдвоем смогли разобраться с Бельскими, – Князь с уважением посмотрел на сына и племянницу.

– Ну по правде, Бельские уже не те, что раньше. Как и мы, Кривотолковы, – вздохнул Олег, – Раньше битву между нашими родами можно было бы сравнить с битвой титанов… Сейчас это скорее драка бомжей в подворотне за горку мусора…

– Олег… – Илона укоризненно посмотрела на сына.

– Что? – тот развел руками, – Может, прозвучало грубовато, но так и есть по сути.

Князь переводил взгляд с сына на племянницу, чувствуя, как к горлу подкатывает что-то подозрительно похожее на гордость. Все эти годы он пытался стравить их, заставить конкурировать… чтобы сделать их сильнее… А стоило ему оказаться в опале – и они прекрасно справились вместе.

«Может быть», – мелькнула горькая мысль, – «единственной настоящей проблемой рода Кривотолковых все это время был я сам?»

– Отец, – Олег вдруг стал серьезным, – Я хочу тебе кое-что передать.

Он достал из внутреннего кармана камзола небольшой медальон – старинный защитный артефакт в виде серебряного диска с выгравированными рунами.

– Это же… – Кривотолков узнал реликвию. Кажется, одна из немногих, что еще оставались у рода.

– Его нам как раз удалось отжать у Бельских. Думаю, в Диких Землях он пригодится тебе больше, чем нам здесь, – Олег протянул медальон отцу, – Говорят, там в последнее время особенно неспокойно. Много новых тварей появилось.

Князь осторожно принял артефакт, чувствуя, как от него исходит знакомое тепло древней магии.

– Княже, – к ним приблизился Вадим, до этого молча стоявший в стороне, – Позвольте пойти с вами. Я мог бы…

– Нет, старый друг, – мягко прервал его Кривотолков, – Ты нужен здесь. Защищай род, помогай Олегу и Дарье. Это мой последний приказ тебе.

– Слушаюсь, – Вадим склонил голову, но в его голосе звучала непоколебимая преданность.

Вдалеке послышался гудок приближающегося поезда. Полковник Вершинин деликатно кашлянул:

– Князь, пора.

– Михаил Степанович, – князь посмотрел на командира, – Не подскажете… Его Императорское Величество… Он не хотел поговорить со мной лично? – В голосе князя промелькнула затаенная надежда.

Он так и не увиделся с государем после всех тех событий на арене. Его допрашивал генерал Горовой и следователи…

Полковник Вершинин покачал головой:

– Мне об этом ничего не известно, князь. Приказ простой – сопроводить вас к месту службы.

– Понимаю, – Кривотолков кивнул, пряча разочарование.

Гудок поезда эхом разнесся по перрону. Илона шагнула к мужу, в последний раз крепко обняла его:

– Пиши нам. Как только будет возможность.

– Конечно, – он осторожно коснулся ее щеки, – Береги себя. И… прости меня. За все.

– Тш-ш-ш… – она покачала головой, – Вернешься – тогда и поговорим.

Олег неожиданно порывисто обнял отца – впервые за много лет. Кривотолков на мгновение растерялся, но затем крепко прижал сына к себе.

– Не подведи род, – тихо сказал князь.

– Не подведу, – твердо ответил Олег.

Дарья поцеловала дядю в щеку:

– Возвращайтесь, дядя. Мы справимся здесь, обещаю.

Вадим просто склонился в глубоком поклоне. Слова были не нужны – его преданность говорила сама за себя.

Поезд медленно подполз к перрону, окутанный облачками пара. Конвоиры заняли позиции.

– Прошу на посадку, князь, – произнес полковник Вершинин.

Кривотолков в последний раз окинул взглядом свою семью. Они стояли плечом к плечу – такие разные и такие близкие. Может быть, его падение действительно было необходимо, чтобы они наконец стали настоящей семьей?

Купе оказалось небольшим, но чистым. Два конвоира заняли места у двери, еще двое – снаружи. Князь опустился на жесткую полку, машинально поглаживая подаренный сыном медальон. За окном мелькнули прощальные взмахи рук – Илона, Олег, Дарья…

Поезд дернулся и медленно тронулся с места. Кривотолков смотрел, как перрон с родными лицами уплывает назад, становится все меньше, пока не превратился в далекую точку. Где-то там, в сияющем летнем утре, осталась его прежняя жизнь.

Впереди ждали Дикие Земли, опасная служба и долгий путь к искуплению. Но теперь он знал – его есть кому ждать. И ради этого стоило жить дальше.

Кривотолков откинулся на спинку и прикрыл глаза. Поезд набирал ход, увозя его все дальше от Синегорья, туда, где ему предстояло заново обрести себя.

– Князь, прошу вас проследовать в вагон-ресторан, – неожиданно произнес полковник Вершинин, заглянув в купе, – Вас ждут.

Кривотолков недоуменно поднял бровь – кто мог ждать его здесь, в поезде? Но полковник лишь сдержанно кивнул на дверь. В его обычно суровом взгляде промелькнуло что-то похожее на… почтение?

Конвоиры проводили князя через два вагона. Поезд мерно покачивался на рельсах, за окнами проплывали залитые солнцем пригороды Синегорья.

Вагон-ресторан встретил его приглушенным светом и тихим гудением механического официанта – модели последнего поколения с продвинутым ИИ. Начищенные до блеска столики пустовали, только за дальним…

Кривотолков замер на пороге, не веря своим глазам. За столиком, потягивая чай из изящной фарфоровой чашки, сидел сам Император.

– Дима, – Александр Дмитриевич приветливо кивнул, словно они просто случайно встретились за утренним чаепитием, – Присаживайся.

– Ваше Величество… – князь едва справился с дрожью в голосе, – Я думал…

– Что я не захотел с тобой встретиться? – Император усмехнулся. В его темных глазах мелькнули искорки, – Просто не было подходящего момента. Сам понимаешь – последствия турнира, восстановление города, этот раздражающий скандал с английскими шпионами… – он жестом подозвал робота-официанта, – Чай, кофе?

– Чай, если можно, – выдохнул Кривотолков, опускаясь в мягкое кресло напротив Императора. Он все еще не мог поверить в происходящее.

– Два чая, – скомандовал Император механическому слуге, – И оставь нас.

Робот бесшумно скользнул к стойке, где тут же закипел старинный начищенный самовар. Через минуту на столе появился изысканный чайный сервиз и вазочка с печеньем.

Самовар и робот вместе смотрелись весьма причудливо. Но в тоже время – органично. Своего рода дань традициям, но в тоже время открытость прогрессу.

Александр Дмитриевич неторопливо размешал сахар, звон серебряной ложечки эхом отражался от стен пустого вагона.

– Я читал все доклады следователей, Дима, – наконец произнес он, – От корки до корки. Каждый протокол допроса, каждое свидетельство. Но есть вещи, которые я хотел бы услышать лично от тебя.

Кривотолков сделал глоток чая, пытаясь собраться с мыслями. Несмотря на внешнюю непринужденность Императора, князь чувствовал – этот разговор чрезвычайно важен.

– Что именно интересует Ваше Величество?

– Княжич Безумов… – Император слегка подался вперед, – И этот так называемый босс Организации.

В глазах Государя появился особый блеск – так смотрит охотник, напавший на след редкой добычи.

– Особенно босс, – добавил он тише, почти вкрадчиво, – Каким он был, Дима? Как выглядел? Я хочу услышать все подробности. Прямо от тебя.

Кривотолков почувствовал, как по спине пробежал холодок. Только сейчас он понял – именно ради этого разговора Император и нашел время для встречи, выкроив драгоценные минуты в своем плотном графике.

Что-то в тоне Государя подсказывало – он уже знает гораздо больше, чем показывает. И теперь хочет сравнить свои догадки с тем, что видел сам князь…

Глава 6
Наведение порядка

– Милая, у нас гости, – мрачно произнес Аймос, вглядываясь в колышущуюся тьму впереди.

Эгилия оторвалась от древнего механизма, который пыталась починить последние полчаса. Тусклое свечение её магии едва освещало переплетения шестеренок и рун.

– Много? – деловито поинтересовалась она.

– Десятка два безумных духов. И… о, у них даже есть лидер, – в голосе бога подземного мира промелькнуло нечто похожее на одобрение, – Довольно крупный, с тремя головами. Пытается выстроить остальных в боевой порядок.

– Как мило с его стороны, – Эгилия поправила выбившуюся прядь волос, – И они даже не признали нас? Хочешь, попробую договориться?

– В прошлый раз ты пыталась договориться с той стаей гарпий-мутантов, – напомнил Аймос, – В итоге они решили, что это отличный повод устроить импровизированный концерт. У меня до сих пор в ушах звенит от их «художественного свиста».

– Ну, они старались…

– Четыре часа, дорогая. Они свистели четыре часа.

– Ну зато хоть до драки дело не дошло, – Эгилия мило улыбнулась.

Духи тем временем действительно выстроились клином. Трехголовый лидер горделиво выпятил все три подбородка и проскрежетал нечто, отдаленно похожее на боевой клич.

– Пожалуй, в этот раз обойдемся без переговоров, – вздохнула Эгилия, глядя, как её муж закатывает рукава, – Только постарайся не разрушить тут все окончательно. Этот механизм и так еле дышит.

– Я буду нежен, – пообещал Аймос, и его кулаки окутались багровым пламенем.

Бой получился коротким, но впечатляющим. Аймос двигался с неожиданной для его массивной фигуры грацией, методично укладывая духов одного за другим. Трехголовый лидер успел издать лишь три разных вопля (по одному на каждую голову), прежде чем рухнул на каменный пол, обливаясь кровью.

– Эти отбросы совсем забыли своё место! – прорычал бог подземного мира, стряхивая с кулака эктоплазму, – И растеряли последние мозги, раз не признали своего господина.

– Дорогой, у тебя плащ порвался, – заботливо заметила Эгилия, возвращаясь к магическому механизму, – И, кажется, один из этих храбрецов оставил на нем автограф.

– Что? Где⁈ – Аймос попытался изогнуться, разглядывая спину, – Опять зеленой слизью? Это уже третий плащ за неделю!

– Ничего, постираем, – успокоила его жена, – Лучше помоги мне с этой штукой. Кажется, я почти разобралась, как она работает.

Древний механизм представлял собой причудливое сооружение из шестеренок, кристаллов и мерцающих рун. Когда-то он отвечал за правильное распределение душ умерших, отличал грешников от праведников, но за прошедшие тысячелетия превратился в… нечто своеобразное. Проклятое и… живое.

– Так, если я правильно понимаю, вот эта руна отвечает за сортировку, – бормотала Эгилия, водя пальцем по светящимся символам. Из переплетения рун и шестеренок на нее глядели многочисленные глаза разных форм и размеров. К пальцам богини тянулись тонкие щупальца, но она щелчками отшвыривала их прочь, – А это… хм… похоже на печать первичной фильтрации.

– Скорее на вздувшийся желчный пузырь…

– Да, думаю, сейчас это одно и тоже… – Эгилия потянулась к пульсирующему нечто, – Как же забавно неживое мутирует под влиянием Бездны…

– Осторожнее, – Аймос нахмурился, – Помнишь, что случилось в прошлый раз?

– Ой, да ладно тебе! Подумаешь, случайно активировала древнее проклятие танца. Зато было весело.

– Весело⁈ – возмутился бог подземного мира, – Туши, которые я перебил, поднялись и три часа не переставали плясать как чумные!

– По-моему, у них отлично получалось, – подмигнула Эгилия, – Хоть немного разрядили обстановку.

Аймос закатил глаза:

– Давай просто починим этот механизм. И желательно без…

Он не успел договорить. Эгилия как раз коснулась особенно яркой руны, и механизм ожил. Шестеренки закрутились, кристаллы засияли всеми цветами радуги, а из недр устройства донеслось пение.

– Это что… баллада? – удивленно прислушался Аймос.

– Кажется, механизм немного… творчески переосмыслил свои функции за эти тысячелетия, – Эгилия прикрыла рот ладонью, пытаясь сдержать смех.

Где-то в глубине прибора бодрый тенор выводил:

 
О-о-о… душа моя, лети-и-и…
К месту верному приди-и-и…
А налево не ходи-и-и…
Там Сверхсущность на пути-и-и…
 

– Великие Боги, – Аймос скрипнул зубами, – Только не говори, что теперь он будет так… распевать для каждой души.

Эгилия пожала плечами:

– Ну, по крайней мере, инструкции понятные… Главное, что заработало, а остальное нюансы…

* * *

Дворец подземного царства встретил их гулкой тишиной и следами долгого запустения. Некогда величественные залы заросли странной светящейся плесенью, а в тронном зале обосновалась целая стая летучих тварей, отдаленно напоминающих помесь летучих мышей с медузами.

– Мой тронный зал, – процедил Аймос, закатывая рукава, – Они устроили гнездовье в моем тронном зале!

– Дорогой, спокойнее, – Эгилия положила руку ему на плечо, – Некоторых можно и оставить. На должность придворных… украшений.

– Украшений⁈ – возмутился бог подземного мира, глядя, как одна из тварей развалилась прямо на его троне, вальяжно закинув щупальце на щупальце.

– Ну а почему бы и нет?

– Пошла вон! – рявкнул на тварь Аймос.

Вместо ответа тварь на троне сладко зевнула, продемонстрировав три ряда светящихся зубов, и перевернулась на другой бок, свесив щупальца через подлокотник.

– Смотри, какая милая, – улыбнулась Эгилия, – И светится красиво.

– Это МОЙ трон!

Разрушительный бласт энергии сорвался с руки бога. Грянул взрыв, медузу разнесло на множество ошметков. Трон рухнул на бок. Он остался целым, хотя и теперь покрылся зеленоватой жижей – внутренностями чудища.

– Ох, как же ты любишь всё взрывать, – вздохнула богиня, – Но хотя бы парочку оставим? Они правда создают… особую атмосферу.

Аймос закатил глаза:

– Ладно, любимая. Двух. Самых маленьких. И чтобы никакого гнездовья!

Через час зал был расчищен. Две самые миниатюрные летучие медузы, получившие от Эгилии имена Блестяшка и Светик, теперь парили под потолком, создавая причудливую игру теней.

– Знаешь, – задумчиво произнесла богиня, наблюдая, как её муж водружает на место слегка помятый трон, – мой осколок, который был здесь все эти годы… он многое помнит. Когда мы с ней объединились, я очень много узнала обо всем, что здесь происходило все эти тысячелетия.

– М-м-м?.. – Аймос как раз пытался оттереть с трона следы светящейся слизи.

– Например, встречу Эстро со Сверхсущностью, – Эгилия присела на ступени у трона, – Сверхсущность ведь передала ему несколько артефактов. Тех самых, что хранились в твоей сокровищнице.

Аймос замер. Потом медленно повернулся:

– Что она сделала?

– Ну… технически это были очень важные артефакты, которые могли помочь в борьбе с…

– Моя. Сокровищница, – процедил бог подземного мира, – Мои. Артефакты.

– Дорогой… Ты знаешь, что они ранее принадлежали Айсштиль, Ноктусу и…

– Сначала трон, теперь сокровищница! – Аймос в сердцах пнул какой-то обломок, и тот с грохотом улетел в дальний угол зала. Блестяшка и Светик испуганно метнулись под потолок, – Эта… эта раковая опухоль на теле мироздания…

– Думаю, это все не просто так, – мягко сказала Эгилия, – И она действительно очень могущественна. Даже боги…

– Именно поэтому её нужно уничтожить, – отрезал Аймос, – Пока она существует, мир мертвых не сможет функционировать нормально. Сверхсущность поглощает души смертных, как грешников и праведников. Это как… как злокачественное новообразование. Его нужно вырезать. Безо всякой жалости. Таков Закон.

Эгилия промолчала. Она не была так уверена в этом решении, но спорить с мужем не стала. В конце концов, он был богом подземного мира задолго до их встречи.

– Когда ты стал таким приверженцем правил? – вдруг улыбнулась она, желая сменить тему, – Помнишь, как ты меня похитил?

– Я не похищал! – буркнул Аймос, выравнивая трон, – Надо еще твой трон найти. Он должен быть где-то рядом.

– Не отходи от темы, – Эгилия шутливо пихнула его в бок.

– Я… просто организовал романтическое путешествие без предварительного согласования, – в уголках рта бога мелькнул некий намек на улыбку.

– Ага, – хмыкнула богиня, – А крики моего отца «Верни мою дочь, ублюдок!» были просто пожеланиями счастливого пути?

Аймос хмыкнул:

– Ну… твой отец должен был быть благодарен, что я оставил ему жизнь…

В этот момент где-то в глубине дворца раздался грохот и визг. Похоже, там обнаружилась еще одна компания незваных гостей.

– Работы еще много, – вздохнул бог подземного мира.

– Не переживай, – Эгилия нежно поцеловала его в щеку, – Главное, что мы снова вместе. Справимся.

Блестяшка и Светик согласно мигнули своим свечением где-то под потолком.

Снова раздались громкие звуки, похожие на пьяный хохот.

– Похоже, кто-то решил устроить вечеринку в сокровищнице, – вздохнула Эгилия.

– Только не в сокровищнице! – Аймос сжал кулаки, – С меня хватит! Сначала Сверхсущность, теперь еще пьяные духи…

По пути к сокровищнице они наткнулись на очередную стаю непонятных тварей – на этот раз похожих на помесь крокодила с павлином. Твари, впрочем, быстро осознали свою ошибку, увидев выражение лица Аймоса. Извинились на чисто русском языке и деликатно рассосались по боковым коридорам.

– Разумные начали попадаться, – удовлетворенно произнесла Эгилия, – С разумными и договориться можно.

– Знаешь, – проговорил бог подземного мира, глядя вслед улепетывающим монстрам, – я все больше думаю об Эстро.

– М-м-м?.. – Эгилия как раз разглядывала очередной магический механизм на стене, пытаясь понять его предназначение.

– Не кажется ли тебе странным? – Аймос мрачно оглядел разруху вокруг, – Все эти события, развал системы мира мертвых, Сверхсущность, Бездна… Похоже на его почерк. Управляемый хаос в чистом виде.

– Думаешь, это часть какого-то плана?

– Уверен, – процедил бог подземного мира, – Он всегда был хитер. Всегда просчитывал на много ходов вперед. А теперь, используя силу Бездны…

– Дорогой, – Эгилия оторвалась от механизма, – Мне кажется, ты не совсем справедлив. Мой осколок видел его встречу со Сверхсущностью. Он был… растерян. Напуган даже. Он переживал за свою дочь Перчинку и других спутников.

– Как бывший бог Искусств, актер он отличный, – фыркнул Аймос, – Всегда умел притворяться. Помнишь, как он убедил Громовержца, что тот случайно уронил свой любимый меч в вулкан? А сам потом три месяца использовал его как открывалку для вина!

– Это было давно, когда мы все были очень молоды…

– А теперь у него Бездна, – Аймос в сердцах пнул какой-то обломок, – Знаешь, я жалею, что тогда мы его не добили. Дали сбежать в Бездну… Я не помню, что с нами всеми произошло, почему мы рассыпались на осколки и потеряли воспоминания… но чую, что это как-то связанно с ним!

Эгилия покачала головой:

– Не думаю, что он специально всё это подстроил. Скорее, он сам жертва обстоятельств. Как и мы все.

– Жертва? – Аймос резко развернулся, – Это мы тут разгребаем последствия, пытаемся восстановить баланс, сражаемся с этими… – он махнул рукой в сторону удаляющихся воплей крокодило-павлинов, – а он тем временем создает артефакты, использующие силу Бездны! Выстраивает свою армию, плодит потомство, копит влияние…

– Но ведь он помог нам освободиться, – мягко напомнила Эгилия, – Через Черное Солнце наши осколки объединились и мы обрели свободу…

– Это часть плана, – отрезал Аймос, – Всё часть его плана. Иначе зачем ему понадобилось создавать Черное Солнце? Зачем экспериментировать с метками Бездны? Уверен, босс Организации на самом деле просто работает на Эстро. Он хочет выставить себя этаким героем-спасителем… но я вижу его насквозь!

В этот момент из сокровищницы донесся звон разбитого стекла и чье-то нестройное пение.

– Великие Рок, Судьба и Хаос, – прорычал Аймос, – Они что, устроили там концерт⁈

– По крайней мере, у них неплохой музыкальный вкус, – заметила Эгилия, прислушиваясь, – Кажется, это «Солнечная соната»… правда, в весьма своеобразной интерпретации.

– Я им устрою сонату! – прорычал бог подземного мира, закатывая рукава, – Особенно если они добрались до моей коллекции древних вин!

– Ну вот, – вздохнула богиня, следуя за мужем, – А я как раз хотела сказать, что даже если ты прав насчет Эстро… может, стоит для начала с ним просто поговорить?

– Поговорить⁈ – фыркнул Аймос, распахивая двери сокровищницы, – Да я ему…

Он осекся. В сокровищнице обнаружилась компания призраков. Используя древние амфоры как ударные инструменты, они самозабвенно исполняли что-то среднее между Бетховеном и рок-оперой. А управлял ими, дирижируя древней амфорой с вином… никто иной как бог Ночи Ноктус!

Пьяный в хлам.

– О, Аймос! Эгилия! – обрадовался он, продолжая дирижировать. Под его ногами хрустнули осколки других сосудов, некогда вмещавшие драгоценное вино, – А я… ик… вас как раз ищу! Эстро попросил! Давайте я познакомлю вас с моими новыми друзьями! Душевные парни, если вы понимаете о чем я…

Духи заиграли еще бодрее, но увидев выражение лица Аймоса, сфальшивили и резко закруглились на мажорной ноте.

Подземный бог стиснул до хруста кулаки, его веко задергалось, а желваки напряглись. Его лицо покраснело, словно раскаленный чайник, полный бурлящего кипятка, готовый вот-вот рвануть…

Эгилии даже показалось, что она услышала свист…