Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 297 (всего у книги 332 страниц)

– Вот ещё что, – я снова начал говорить и взял кусок кабанятины. – В этом мире есть место, которое мне понравилось. Я буду там периодически появляться и жить. Здесь теперь спокойно: Игрока нет, на вторжения иммунитет. – Я откусил кусок мяса, прожевал его и, проглотив, продолжил: – А верховный бог навёл порядок, и все живут счастливо.

– Ха-ха-ха! – громко рассмеялся Драк. – Судья, ты сказал, что я единственный властитель этого мира, но тут же накидываешь мне удавку на шею. Ты думаешь, я не понимаю, зачем ты тут будешь появляться? – уже с яростью в голосе произнёс верховный бог.

– Драк, ты вправе сам выбирать, как жить твоему миру. Главное – не нарушай правила Игры. Ты же помнишь правила Игры, Драк? – вкрадчиво спросил я.

– Помню, – буркнул он. – Там нет пункта, что рабство запрещено.

– Так я и не говорю об этом. Делай рабами преступников, нарушающих твои законы. Дракониды прекрасно умеют работать в шахтах, я точно это знаю. Да что уж говорить, про этот мир я знаю абсолютно всё. Так что, Драк? – спросил я и тут же продолжил: – Отправить рабов в свои миры ты уже не сможешь, а законы Игры запрещают насильно перемещать большие массы существ из других миров, чтобы не нарушать баланс. Как ты это исправишь, Драк? Я вижу только один выход – освободить их и дать им шанс жить в этом мире на равных правах со всеми, – я продолжал есть мясо и запивать вином.

Верховный бог сидел в раздумьях. Он молчал, но по его лицу было видно, что он активно обдумывает мои слова. Его брови то хмурились, то разглаживались, а пальцы нервно постукивали по столу.

В комнате повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тихим позвякиванием кубка о край стола и моим размеренным пережёвыванием мяса. Я не торопил его с ответом, понимая, что решение, которое я предлагаю, может полностью изменить уклад его мира.

Глава 7

– Хорошо, ты прав, Судья. Нарушать правила нельзя. Я дам всем иномирным рабам свободу и запрещу богам их убивать. Пусть они живут среди драконидов. Надеюсь, от них будет польза, – после долгого молчания произнёс верховный бог, и в его голосе прозвучала непривычная для него неуверенность.

– Вот и славно. Давай поедим, выпьем вина, и я покину тебя, – я поднял кубок в его честь и сделал глоток терпкого напитка.

Мы набросились на еду с таким аппетитом, что пришлось создавать новые порции. Драк поглощал мясо с жадностью человека, который не ел несколько дней. Вино лилось рекой, наполняя комнату ароматом винограда и торжественности момента.

Когда сытость разлилась по нашим телам, мы попрощались. Драк ещё раз торжественно поклялся освободить рабов и преобразить мир, сделав его более справедливым и дружелюбным.

Я аккуратно убрал стол и кресла в своё хранилище и в мгновение ока переместился в свою пещеру.

Теперь предстояло решить, что делать дальше. Ближайшее святилище Игрока, которое не нужно было искать, находилось в Мире Нару. Во время моего последнего визита Третий отказался со мной говорить. Что ж, это не помешает мне уничтожить его аватара и поглотить частичку его сущности. А заодно я освобожу Мир Нару от его гнетущего влияния.

Сначала я совершил стремительный прыжок в столицу Королевства людей. Нетерпение узнать, как поживают Баграм и Шагур, буквально сжигало меня изнутри. К счастью, я обнаружил их на привычной стоянке караванов.

– Дмитрий?! – глаза Баграма от изумления едва не вылезли из орбит.

– Привет, мой друг! – я заключил Баграма в объятия столь крепкие, что у него отчётливо захрустели кости.

– Поосторожнее, а то раздавишь! – рассмеялся Баграм, хватая воздух ртом. – Какими судьбами? Ранар говорил, что ты покинул этот мир.

– Соскучился, решил проведать старых друзей. Даже толком не поговорили перед моим уходом. Где Шагур? – я наконец отпустил Баграма и с интересом осмотрел его.

Баграм выглядел просто великолепно: в новой дорогой одежде, с изящной обувью, а главное – его лицо буквально светилось от счастья.

– Шагур, как обычно, в главном шатре, проверяет закупки для перехода, – Баграм не скрывал своей улыбки. – Пойдём к нему, он будет в восторге от встречи.

Мы направились в главный шатёр, который оказался не только больше, но и значительно роскошнее прежнего.

Зайдя внутрь, я застал Шагура склонившимся над какими-то важными документами. Он что-то бормотал себе под нос, полностью погружённый в работу.

– Я занят! – бросил Шагур, не отрывая взгляда от бумаг.

– Даже пяти минут не найдёшь для старого друга? – с улыбкой спросил я.

– У меня всего два старых друга: один сейчас охраняет караван, а второй в другом мире, и ты явно не один из них, – Шагур даже головы не поднял, чтобы посмотреть на вошедшего.

– Дмитрий, Шагур через артефакт связи просит выпроводить тебя из шатра! – громко расхохотался Баграм.

Шагур мгновенно вскинул голову и уставился на меня с нескрываемым изумлением.

– Не верю своим глазам! – воскликнул Шагур, вскакивая из-за стола и бросаясь ко мне в объятия. – Ты же ушёл из нашего мира! Когда вернулся?

– Только что, – ответил я, обнимая друга в ответ.

– А мы с Баграмом теперь компаньоны! Собрали новый караван на деньги, которые правитель людей выдал нам за спасение расы, – затараторил Шагур, не отпуская меня. – Сегодня отправляемся в Королевство гоблинов, потом к оркам и эльфам. Налаживаем торговлю. Азура, Готрек, Дракгор и Рандир стали новыми богами своих рас и сейчас правят, пока не найдут преемников. Ранар предлагал сделать Баграма богом расы людей, но тот отказался.

– Шагур, давай присядем, поедим и поговорим спокойно, а то стоим на входе. Вон Баграм ржёт, как лошадь над нами, – я мягко отстранил Шагура и направился к столу. – Когда планируете выходить?

– Через пару часов, – ответил Баграм.

– Отложите выход до завтра, я открою вам портал прямо к столице Королевства гоблинов. А пока… – я создал шесть удобных кресел и достал ещё два из своего хранилища. Стол Шагура увеличился вдвое, а на нём появилось множество изысканных блюд, источающих аппетитные ароматы.

Пока я занимался этим, параллельно по ментальной связи призвал всех богов этого мира. Через открытые мной четыре портала появились Азура, Готрек, Дракгор и Рандир. Ранар, как верховный бог этого мира, материализовался самостоятельно, демонстрируя свои новые способности.

Все были в сборе. Пока мы обнимались и радовались встрече, Шагур и Баграм сообщили своим людям, что выход переносится на завтра, и все могут отдыхать.

Гуляли мы до самого утра. В один из моментов Ранар, улучив секунду, когда мы остались с ним наедине, спросил:

– Зачем ты вернулся?

Я внимательно посмотрел на Ранара, размышляя, сказать ли ему правду. В итоге решил ограничиться полуправдой:

– Ранар, я просто заскучал по вам.

Ранар пристально смотрел на меня, словно пытаясь прочесть мои истинные намерения. Его глаза, обычно спокойные, сейчас выдавали лёгкое беспокойство.

– Не моё дело совать нос в твои дела, Судья. Но мой тебе совет: будь осторожен, когда пойдёшь в святилище Игрока. Там тебя ждёт нечто большее, чем ты думаешь, – проговорил Ранар и вернулся к остальным.

Утром, как и обещал, я открыл портал в столицу Королевства гоблинов и отправил туда караван Шагура и Баграма. Азура ушла вместе с ними, а остальных богов Ранар забрал своим порталом.

Я переместился к ущелью, где находился проход к святилищу Игрока, и пошёл по знакомой тропе, по которой раньше ходил с Ранаром. Спешить не хотелось – было приятно немного прогуляться перед встречей с опасностью.

Со спокойной душой я дошёл до входа в святилище. Перед тем как войти, я остановился, чтобы ещё раз оглядеть окружающий мир. Солнце уже начинало садиться, окрашивая небо в золотисто-розовые тона. Это был последний момент покоя перед тем, как я шагнул внутрь.

С моего последнего посещения святилища ничего не изменилось. Аватар Третьего по-прежнему восседал на троне, но я не чувствовал его присутствия – это обстоятельство не на шутку встревожило меня.

Приблизившись, я положил руку на неподвижное тело аватара. Странное дело – я не ощущал ни малейшего следа сущности Третьего. Как такое возможно? Едва эта мысль сформировалась в моём сознании, как в голове раздался голос Ранара:

– Это ты сделал?

– Что именно ты имеешь в виду? – спросил я, хотя в глубине души уже начал догадываться о происходящем.

– Только что пришло сообщение от Игры! Мир Нару стал свободным от Игрока и получает полный иммунитет до рестарта Игры, – взволнованно произнёс Ранар.

– Я сейчас в святилище Игрока, – сообщил я. – Аватар пуст, теперь это просто безжизненная статуя на троне. Но я ничего не делал. Похоже, Игрок сам покинул этот мир. Поздравляю, теперь ты – полновластный хозяин этого мира.

Ранар не ответил. Я подождал ещё пару минут, но тишина была мне ответом. Тогда я вернулся в свою пещеру в Мире Огреман.

«И что всё это значит?» – задумался я, опускаясь в кресло.

Неужели Третий просто сбежал от меня? Эта мысль не давала мне покоя. Посещение святилища Игрока в Мире Нару и обнаружение там бездействующего аватара полностью выбило меня из колеи.

Погружённый в размышления о случившемся, я пытался найти ответ на этот вопрос. Постепенно мои мысли стали путаться, и я незаметно для себя погрузился в глубокий сон.

Проснулся я, как мне показалось, на рассвете. По привычке принял ванну и, завтракая, решил, что настало время навестить моего нового друга – барона Траегубова.

Барон по-прежнему обитал в своём уединённом доме на берегу озера, окружённого густым лесом. После недолгих раздумий я решил не пугать его внезапным появлением и не перемещаться прямо в дом. Вместо этого я выбрал живописное место на берегу озера для своего появления.

Направляясь к особняку, я внимательно осматривал окрестности. Магическая энергия буквально пропитала воздух – защитные ловушки и сигнальные системы были установлены повсюду, практически через каждые пару метров. Барон явно подготовился основательно.

Я продвигался вперёд, аккуратно деактивируя защитные механизмы и сигнализации, а после прохождения снова их активируя. Пусть работают – это правильно.

Неторопливым шагом я приблизился к массивным воротам, ограждающим территорию перед домом. Осмотрев ворота, я без труда обнаружил кнопку звонка.

Дверь открыл дворецкий, который с явным любопытством уставился на меня. Хотя он и не обладал магическими способностями, наблюдательность ему определённо была не чужда.

– Вы к кому? – спросил он и, чуть помедлив, добавил: – Господин.

– Мне необходимо увидеть барона Траегубова Владимира Серафимовича, – вежливо ответил я.

– Хм… Вы, вероятно, записаны на приём? Или желаете записаться? Без предварительной записи барон никого не принимает, – максимально учтивым тоном произнёс дворецкий.

– Вот так дилемма: я не записан и записываться не намерен, – я пристально посмотрел в глаза дворецкому.

– Господин, я не знаю, кто вы и какое отношение имеете к барону, но пустить вас не могу. Этот плащ, эта одежда – в Российской империи не ходят в таком. Вы не местный. Единственное, что я могу сделать для вас – это передать послание для барона, – дворецкий упорно стоял на своём и уже начал закрывать ворота.

Не желая причинять ему вред, я временно изъял его из хронопотока. Аккуратно обошёл неподвижное тело и направился к дому.

Войдя в просторный холл, я вернул дворецкого в обычное течение времени. Пока он приходил в себя, я уже поднимался на второй этаж, где отчётливо ощущал энергетическую ауру Траегубова.

Из кабинета барона вышла очаровательная горничная и, заметив меня в коридоре, не смогла сдержать испуганного вскрика.

– Кто вы и что вам тут нужно?! – громко спросила она, прижав руку к груди.

Её страх был понятен – незнакомец, появившийся словно из ниоткуда в незнакомой одежде, наверняка казался ей угрозой. Но я лишь поднял руки в примирительном жесте:

– Не бойтесь, я друг барона. Мне нужно с ним поговорить.

Не дожидаясь её реакции, я направился к массивной двери кабинета, откуда исходило знакомое энергетическое свечение.

На её голос из кабинета стремительно вышел Владимир. При виде меня его лицо озарилось искренней улыбкой.

– Машенька, это мой друг Дмитрий. Иди найди Степана, – всё ещё улыбаясь, проговорил Владимир. – Дмитрий, надеюсь, с ним всё в порядке?

– С ним всё хорошо, барон, – я на мгновение замолчал и добавил: – Надеюсь.

В этот момент снизу хлопнула дверь, и раздался тревожный крик:

– Барон! Барон! Владимир Серафимович! Вторжение!

– Степан, всё хорошо. Поднимайся на второй этаж, – громко произнёс Траегубов.

По лестнице загрохотали торопливые шаги, и в коридор ворвался дворецкий с саблей наперевес. Откуда он успел достать оружие – оставалось для меня загадкой.

Увидев меня, горничную Машеньку и улыбающегося Траегубова, дворецкий замер и пристально посмотрел на меня:

– Владимир Серафимович, я не пускал его. Он… Он каким-то образом прошёл мимо меня, когда я закрывал ворота. А ловушки и сигнализации не сработали!

– Всё в порядке, Степан, – барон снова повернулся ко мне. – Дмитрий, ты же мог сразу попасть ко мне в кабинет, зачем напугал моего дворецкого?

– Хотел, как обычный человек, зайти через ворота. А твой дворецкий – сущий зверь, не желал меня пускать, вот я и прошёл мимо него, – я усмехнулся, глядя на дворецкого. – А с ловушками и сигнализациями всё в полном порядке, просто они на меня не действуют.

– Степан, Машенька, приготовьте нам обеденный стол и вина побольше, – распорядился Траегубов.

Барон подошёл ко мне, обнял и прошептал на ухо:

– Я рад, что с тобой всё в порядке.

А потом увлёк меня в свой кабинет.

Зайдя в кабинет, барон сразу усадил меня в большое кожаное кресло, сам же сел напротив на обычный стул.

– Ну рассказывай, я переживал, что ты погибнешь. Все эти знания об Игре не давали мне покоя, да и сейчас не дают, – барон с ожиданием смотрел на меня.

– Всё прошло гладко, – начал я. – Пришлось немного повозиться с аватаром, но в целом я получил то, что хотел.

– Ты не многословен, – засмеялся барон. – Какие теперь планы? Будем спасать мой мир?

– Будем, но сначала расскажи мне про тех, кто умеет открывать порталы. Из тех, кого я встречал, только верховные боги и Игроки могли создавать порталы, – пока я говорил, создал нам по бокалу вина.

Траегубов сделал глоток и произнёс:

– Это лучшее вино, что я пил в своей жизни. А что касается тех, кто может открыть портал, то я уже говорил – знаю только троих, и то со слов отца. Это Император и князья Долгоруков и Шереметьев.

– Расскажи о них подробно, – попросил я Владимира, подавшись вперёд в кресле.

Барон задумчиво потёр подбородок:

– Хорошо, но предлагаю сначала отобедать. Аппетит, знаете ли, приходит во время еды. А после, устроившись у камина, я поведаю всё, что знаю об этих персонах.

– Договорились, – согласился я, поднимаясь из кресла и следуя за Траегубовым.

Практически уже открыв дверь, барон внезапно остановился и внимательно посмотрел на меня:

– Тебе необходимо переодеться. В такой одежде нельзя появляться в приличном обществе. Более того, в подобном наряде вообще не стоит покидать пределы этого дома.

– Хм… Твой дворецкий уже высказывал подобные замечания, – я окинул взглядом одеяния барона и, сосредоточившись, создал себе практически идентичный наряд. Слегка иной оттенок ткани, безупречная посадка по фигуре. – Так лучше?

В мгновение ока моя прежняя одежда исчезла, сменившись новым облачением.

– Ты не перестаёшь меня удивлять! – воскликнул Владимир, его глаза расширились от изумления. – Тебе следует тщательно скрывать свои способности. Иначе местные торговцы непременно объявят на тебя охоту. Никому не нужен конкурент, способный создавать эли и одежду без малейших затрат и в считанные мгновения. Это уничтожит весь рынок!

– Барон, я не собираюсь торговать элем и уж тем более заниматься пошивом одежды, – рассмеялся я. – Но спасибо за предупреждение.

– Постарайся не создавать еду за обедом, – серьёзно произнёс Траегубов. – Евдокия, жена Степана, готовит просто восхитительно. Надеюсь, тебе понравится. И ещё одно: вино тоже не создавай, каким бы прекрасным оно ни было.

– А вино делает Степан? – с усмешкой спросил я.

– Верно, – кивнул барон. – Он изготавливает превосходное вино. Раньше я даже продавал часть бочек.

Владимир повернулся ко мне:

– Знаешь, я безмерно благодарен Степану, его жене Евдокии и их дочери Машеньке. Пока меня не было все эти годы, они вели хозяйство. Степан не только управлял моим капиталом, но и исправно платил налоги в казну. Они верили, что я вернусь. И представь себе, когда я появился, они были искренне рады. За это время Степан сумел приумножить моё состояние в несколько раз. Более того, он не взял себе ни копейки лишнего.

Такого поворота я не ожидал. Это действительно поразительно. Барону невероятно повезло со Степаном и его семьёй.

– И знаешь, что самое удивительное? – продолжил Владимир. – Когда я хотел отдать половину нажитого Степаном капитала ему и его семье, он страшно обиделся. А когда я попросил Евдокию померить нас, и она узнала причину ссоры, то я ещё и от неё наслушался, – барон усмехнулся, вспоминая тот случай.

– Знаешь, барон, такое я встречаю впервые в жизни, – искренне произнёс я. – Обещаю, ничего создавать не буду, чтобы не обидеть Степана и Евдокию.

– Вот и хорошо, – кивнул Траегубов, явно довольный моим решением. – Они заслуживают уважения и признания. Такие люди – настоящая редкость в наше время.

Мы вышли из кабинета, а по коридору уже разносился аппетитный аромат готовящихся блюд. Степан и его семья действительно знали толк в ведении хозяйства.

Глава 8

Мы спустились в просторную гостиную, стены которой были украшены множеством картин. Посередине комнаты возвышался огромный стол – за ним легко могли бы разместиться человек тридцать.

– Барон, зачем тебе такой гигантский стол? – искренне удивился я.

– Он достался мне от отца вместе с имением, – ответил Траегубов, обходя стол и усаживаясь во главе. – Отец любил собирать много гостей. Всегда говорил, что хорошие связи не помешают. В итоге эти связи его и погубили.

– Как именно? – спросил я, присаживаясь справа, где уже были расставлены приборы. Множество тарелок, ложек и вилок поначалу смутили меня, но вскоре в памяти всплыли знания об этикете, и всё стало на свои места.

Владимир помолчал минуту, с горечью вспоминая детали:

– Однажды на один из таких приёмов явился молодой прощелыга с девицей. Отец их не знал, они явились без приглашения. Он приказал Степану прогнать их, что тот и сделал. Позже выяснилось, что это были сын князя Сибирского и дочь графа Сперанского.

Барон тяжело вздохнул:

– Отца арестовали на следующий день по надуманному обвинению в измене Императору и отправили на рудники. Практически всё имущество и деньги конфисковали. Остались только это имение на берегу озера в лесной глуши и небольшие сбережения отца, спрятанные в доме. На рудниках отец не протянул и двух месяцев.

Он помолчал, собираясь с мыслями.

– Меня тоже хотели арестовать и полностью уничтожить наш род, но отец успел попросить своего бывшего сослуживца пристроить меня в армию. Так я попал в передовой отряд разведки. Дело закрыли, а я в итоге оказался в Мире Огреман, где ты меня и встретил.

В этот момент в гостиную вошла Евдокия с подносом, уставленным изысканными блюдами. Её сопровождала Машенька, несущая серебряные блюда с горячими закусками. Аромат еды наполнил комнату, отвлекая барона от тяжёлых воспоминаний.

– Владимир Серафимович, обед подан, – произнесла Евдокия с лёгким поклоном.

Евдокия начала расставлять тарелки, и вскоре стол буквально ломился от яств. Здесь были и запечённые перепёлки, и заливное из осетрины, и маринованные грибы, и соленья, и свежие овощи.

– Приступай, Дмитрий, – пригласил барон. – Евдокия превзошла саму себя.

Я взял в руки приборы, вспоминая правила этикета, и начал трапезу. Еда оказалась настолько вкусной, что на время я забыл обо всех тревогах и проблемах.

В гостиную вошёл Степан с большим графином вина и разлил его нам по бокалам.

– За твоё здоровье, Дмитрий, – произнёс барон, поднимая бокал. – И за то, чтобы прошлое осталось в прошлом, а будущее принесло нам только хорошее.

Мы чокнулись, и я почувствовал, как напряжение понемногу отпускает меня. В этом доме, среди этих людей, я действительно чувствовал себя в безопасности.

После сытного обеда Траегубов предложил прогуляться по территории имения и продолжить разговор на свежем воздухе. Мы направились к озеру, наслаждаясь прохладой и тишиной этого уединённого места.

Тропинка вилась между вековых деревьев, чьи кроны создавали над головой зелёный шатёр. Лёгкий ветерок колыхал водную гладь, создавая причудливые узоры на поверхности озера. Барон шёл немного впереди, время от времени оборачиваясь, чтобы убедиться, что я не отстал.

Добравшись до берега, мы остановились. Вид открывался поистине завораживающий: зеркальная гладь воды отражала небо, а на противоположном берегу виднелись очертания леса, который, казалось, уходил за горизонт.

– Здесь я часто проводил время в детстве, – нарушил молчание барон, – сидел на этом самом месте и мечтал о великих подвигах.

Я кивнул, впитывая атмосферу умиротворения и спокойствия, которая царила в этом уголке природы. Казалось, все тревоги и волнения остались позади, в стенах дома, а здесь, у озера, время текло по-другому, размеренно и неторопливо.

– Расскажи мне сначала про Императора, какой он, как правит? – попросил я Владимира.

Барон задумчиво посмотрел на озеро, словно ища там ответы на мои вопросы.

– Император… – медленно начал он, – это не просто правитель. Он – воплощение власти и могущества. Властный, расчётливый, умеющий держать в узде целую империю. Его слово – закон, а воля – непреложна.

Траегубов помолчал, собираясь с мыслями.

– Он правит железной рукой, но не деспотичной. Умеет находить баланс между строгостью и милосердием. Знает цену каждому своему решению и никогда не действует опрометчиво. Его политика построена на укреплении границ и расширении влияния империи.

Барон повернулся ко мне:

– При этом он весьма образованный человек. Интересуется новыми технологиями, поддерживает учёных и изобретателей. Умеет окружать себя талантливыми людьми и использовать их способности на благо государства.

– А как он относится к своим подданным? – спросил я.

– Сдержанно, – ответил Владимир. – Он не из тех правителей, кто будет демонстрировать свою благосклонность каждому встречному. Но и несправедливости не терпит. Если кто-то докажет свою преданность и пользу для империи – получит достойное вознаграждение.

Барон снова посмотрел на водную гладь:

– Говорят, он обладает особым даром чувствовать угрозу для государства. И никогда не ошибается в своих решениях, касающихся безопасности империи.

– Ты говорил, что со слов отца слышал, что он умеет открывать порталы. Насколько силён Император в магии? – уточнил я у барона.

Траегубов нахмурился, словно вспоминая детали:

– Отец всегда говорил, что Император – один из сильнейших магов нашего мира. Его способности в области пространственной магии поистине впечатляют. Он может не только открывать порталы, но и контролировать их размер, направление и даже длительность существования.

Барон понизил голос:

– Говорят, что его магическая сила настолько велика, что он способен создавать порталы даже в условиях сильной магической бури, когда другие маги бессильны. Это требует колоссального расхода энергии и невероятного контроля.

Он помолчал, словно взвешивая слова:

– Отец упоминал, что Император владеет древними техниками, которые считаются утерянными. Некоторые утверждают, что его магические способности граничат с божественными. Но это, конечно, лишь слухи.

Барон посмотрел мне в глаза:

– Одно могу сказать точно – его магическая мощь является одним из столпов стабильности империи. Многие могущественные маги присягнули ему именно из-за его силы и умения распоряжаться ею.

– Хорошо, а что можешь рассказать про князя Долгорукова и князя Шереметьева? Они ведь тоже умеют открывать порталы? – спросил я, пока мы шли по извилистой тропе вокруг озера.

Барон кивнул, любуясь пейзажем:

– Да, оба князя – могущественные маги и верные соратники Императора. Хотя их сила и уступает императорской, но они всё равно являются одними из сильнейших магов империи.

Он остановился, чтобы лучше разглядеть закат, отражающийся в воде:

– Князь Долгоруков происходит из древнего рода, ведущего свою историю с незапамятных времён. У него трое взрослых сыновей, каждый из которых уже проявил немалые способности к магии. Старший сын, Александр, считается одним из самых перспективных молодых магов при дворе.

Их родовые земли славятся своими золотоносными рудниками и престижной академией, где обучают различным направлениям магии. Академия Долгоруковых – одно из ведущих учебных заведений Российской Империи, известное своими строгими традициями и высоким уровнем подготовки. Здесь преподают лучшие маги страны, а студенты получают всестороннее образование: от основ магии до редких и сложных направлений.

Особое внимание в академии уделяется практическому применению магических навыков. Ученики имеют возможность тренироваться в специально оборудованных залах и даже участвовать в реальных проектах по зачистке открывающихся разломов под руководством опытных наставников. Выпускники этой академии высоко ценятся как при дворе, так и в магическом сообществе империи.

Помимо магического образования, академия предлагает обширную программу по изучению истории, дипломатии и военного дела, что делает её выпускников универсальными специалистами, способными служить на благо Российской Империи в различных сферах.

Траегубов продолжил путь, задумчиво глядя вдаль:

– Что касается Шереметьева, то он представитель не менее древнего рода, известного своими исследованиями в магии. Их родословная уходит корнями в эпоху первых магов-исследователей, когда только начинали изучать природу магии.

Барон остановился, словно погружаясь в воспоминания:

– У него единственная дочь, Мария, которая, по слухам, унаследовала не только уникальные способности отца, но и его острый ум. Говорят, она с детства проявляла необычайные таланты в управлении временными потоками, что случается крайне редко даже среди представителей их древнего рода.

Он понизил голос, словно делясь секретом:

– Род Шереметьевых славится своими артефактами, многие из которых считаются утраченными. Их секретные лаборатории, спрятанные в самых укромных уголках владений, представляют собой настоящие чудеса инженерной мысли. Там проводятся эксперименты не только с пространственно-временными потоками, но и с другими, ещё более загадочными аспектами магии.

Барон покачал головой, словно не веря собственным словам:

– Говорят, что в их владениях существует целая сеть тайных помещений, где хранятся древние знания и проводятся исследования, о которых мало кто знает. Только Император имеет полный доступ к их открытиям и поддерживает тесные отношения с родом Шереметьевых.

Он добавил, с ноткой уважения в голосе:

– Их влияние распространяется далеко за пределы империи. Многие маги мечтают попасть к ним на обучение, но Шереметьевы крайне избирательны в выборе учеников. Они берегут свои знания как зеницу ока, передавая их только самым достойным представителям своего рода.

Барон внимательно посмотрел на меня:

– Оба князя обладают древними знаниями и артефактами, усиливающими их способности. Они не только открывают порталы, но и защищают их от несанкционированного проникновения. Это делает их незаменимыми в вопросах безопасности империи.

И задумчиво добавил:

– Интересно, что, несмотря на схожую способность к созданию порталов, каждый из них использует свои уникальные техники. Долгоруков полагается на силу и точность, а Шереметьев – на хитрость и нестандартные решения. Их родовые линии поддерживают тесные связи, но при этом сохраняют независимость в своих исследованиях.

– Спасибо, Владимир, за исчерпывающий ответ. Теперь мне надо подумать. Пойдём назад в твой кабинет, выпьем вина, – произнёс я и погрузился в свои мысли.

Мы медленно направились обратно к дому, каждый погружённый в свои размышления. Барон шёл рядом, не нарушая моего молчания, понимая, что сейчас для меня важно всё обдумать.

Впереди показались очертания особняка, его окна поблёскивали в лучах заходящего солнца. Где-то вдалеке послышался звон колокола, возвещающий о приближении вечера.

Степан уже ждал нас у входа, учтиво распахнув двери. В доме было тихо и уютно, лишь изредка доносился приглушённый шум из кухни – там Евдокия с Машенькой готовились к ужину.

В кабинете нас ждал накрытый столик с графином вина и бокалами. Барон жестом пригласил меня присесть, и я опустился в удобное кресло, взяв в руку бокал и сделав глоток вина.

Мои размышления крутились вокруг услышанного от барона. Действительно ли Император и князья – просто могущественные маги, или за их способностями скрывается нечто большее?

Их власть, их знания, их возможности казались почти божественными. Способность манипулировать пространством и временем, создавать порталы, хранить древние тайны – всё это выходило за рамки обычного понимания магии.

Возможно, они действительно были богами, живущими среди людей? Богами, которые не возносятся над миром с небес, а правят им изнутри, из дворцов и крепостей? Богами, которые не требуют поклонения, но требуют повиновения?

Или же это просто люди, достигшие невероятных высот в искусстве магии? Люди, чьи способности настолько превосходят обычные, что кажутся божественными?

В любом случае, одно было ясно – их сила и влияние были настолько велики, что грань между божественным и человеческим становилась размытой, почти неразличимой. И это наводило на мысль: мне просто необходимо с ними встретиться, чтобы самому оценить потенциал их силы и поговорить с ними.

Если они окажутся богами, тогда мне будет проще выяснить, где находится святилище Игрока. Возможно, именно они хранят ключ к этой тайне, возможно, они знают больше, чем показывают. А если они всего лишь могущественные маги – то, возможно, они скажут, где найти хотя бы верховного бога этого мира.

Мысль о предстоящей встрече будоражила воображение. Что, если это действительно боги? Как они встретят меня? Убивать их не имело никакого смысла – мне нужен аватар, а не рядовые боги.

В любом случае решение было принято – я должен увидеть их своими глазами, поговорить с ними, почувствовать их силу. Только так я смогу понять, кто они на самом деле и как приблизиться к разгадке местонахождения святилища Игрока в этом мире.

– Владимир, мне надо встретиться с кем-то из этих особ. Лучше конечно с Императором, но можно и с любым из князей, – сказал я, внимательно отслеживая реакцию барона.