Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Глава 8
Вкусный чай с медом

Дарья невольно сжалась под грозным взглядом генерала и Императора. Затравленно покосилась на дядю, ища поддержки. Тот едва заметно кивнул, мол, не трусь, я с тобой. И снова это странное, будто бы обнадеживающее подмигивание…

Дарья перевела дух. Так, спокойно! Сейчас главное – не ударить в грязь лицом, сохранить хорошую мину при плохой игре. Представить все так, чтобы комар носа не подточил! В конце концов, кто тут Кривотолкова или кто?

Гордо вскинув голову, Дарья шагнула навстречу Императору. Присела в изящном реверансе – все как учили, плавно и грациозно. Бархатным голосом пропела:

– Ваше Величество! К превеликому моему сожалению, случилось ужасное недоразумение, – на сей раз Дарья покосилась на Горового. Тот скривился, но промолчал, – Наш пленник, бывший Истребитель Фома Лисовский, неожиданно вырвался из заключения. Видимо, перемкнуло у бедолаги в мозгах от вынужденного заточения, с катушек слетел напрочь! Кинулся крушить все на своем пути, призывать каких-то монстров невиданных! Поднял такой тарарам, что мы едва его утихомирили!

Император нахмурился. Переступил с ноги на ногу, всем своим видом излучая скепсис:

– Допустим. Но почему вы не позвали подмогу? Почему не связались с Департаментом охраны правопорядка, в конце концов?

Дарья трагически заломила руки:

– Ваше Величество, поверьте – мы пытались! Да только Фома буквально за считанные минуты разнес все кристаллы связи, вырубил магические печати! Вся серверная уничтожена! Мы оказались полностью отрезаны от внешнего мира! Это было ужасно!

– Хм-м-м… – протянул Александр V задумчиво. В упор глянул на виконтессу, – И что же вы предприняли? С одержимым-то Истребителем как совладали?

– О, Ваше Величество! – всплеснула руками Дарья. Глаза ее блеснули торжеством, – Мы бросили на усмирение Лисовского все силы! Вадим, Вольди, наша охрана – все сражались не щадя живота своего! И я… применила против Фомы свой Дар. Использовала ментальные слабости, подсмотренные во время допроса. Нанесла такую боль, что ему пришлось отступить!

– Какие же слабости? – прищурился Император.

Дарья замялась на миг. Смущенно потупила взор:

– Ваше Величество, сами понимаете… Допрос есть допрос. Пришлось надавить, расшатать защиту разума… Припугнула я его всякими жуткими видениями… Вот его и проняло! Отшатнулся, открыл портал в иное измерение и был таков!

Император помолчал, обдумывая сказанное. Горовой рядом с ним скептически хмыкнул, явно не особо веря байке Дарьи. Но вслух пока ничего не сказал.

А вот дядюшка Кривотолков мгновенно оживился:

– Ваше Величество! Осмелюсь добавить – моя племянница благодаря своему Дару может многое узнать о человеке и его слабостях! Уверен, только благодаря ей нам удалось не допустить худшего…

Император лишь поморщился. Дарья мысленно возликовала. Ай да дядя, ай да хитрец! Так поддержать, так подыграть! Глядишь, и выкрутимся!

Император явно подозревает, что истинный зачинщик конфликта был не Фома…

Тем временем Александр V задумчиво побарабанил пальцами по эфесу шпаги. Еще раз смерил Дарью взглядом с головы до пят. Прищурился недоверчиво:

– И все же, виконтесса… Не сходится что-то в вашем рассказе. Не поверю, что Фому так просто можно было одолеть! Тем более ментальной атакой – он ведь бывший Истребитель, такой хваленой защиты разума у него отродясь не водилось! И еще – с каких это пор у вас обнаружились такие таланты допроса? Неужто опыт появился?

Горовой не выдержал, встрял:

– Видать, практиковалась втихаря! Самоучка… может быть из-за ее действий у Фомы крышу снесло? Его сила хоть и ужасна, но сам по себе он просто мирный алкаш…

– Типун тебе на язык! – зашипел Кривотолков, гневно сверкая глазами, – Не смей на голубом глазу обвинять мою племянницу! Уж не в пособничестве ли врагу?

– Тихо! – рявкнул Император. Голос его заметался под сводами, эхом отразился от стен, – Довольно пререканий! Сейчас не до склок!

Он снова повернулся к притихшей Дарье:

– Итак, молодая леди. Позвольте еще пару вопросов…

Виконтесса внутренне подобралась. Так, надо держать ухо востро! Сейчас любой прокол может стоить ой как дорого!

– Да, Ваше Величество, – пропела она самым покладистым тоном.

– Значит, Лисовский открыл портал и сбежал в иное измерение? Так?

Дарья часто-часто закивала:

– Именно так, Ваше Величество! Сама видела, как он ломанулся в какую-то воронку – только его и видели! Гадать не берусь, где он теперь – ищи-свищи теперь!

Император пристально смотрел на нее несколько секунд. Будто насквозь пронзал взглядом, пытался в мыслях покопаться.

«Только попробуй!» – мысленно оскалилась Дарья, – «Не на ту напал, Государь! Не видать тебе моих секретов, как своих ушей!»

Император хмыкнул. Словно понял намек. Развернулся на каблуках и бросил через плечо:

– Ладно, молодая леди. На сей раз поверю вам на слово. Но учтите – если окажется, что вы мне лгали…

Он не договорил. Многозначительно стрельнул глазами в сторону князя Дмитрия. А потом… просто направился в сторону кортежа. Только полы мантии мелькнули в сумраке коридора.

Горовой тоже не стал задерживаться. Одарил Дарью мрачным, подозрительным взглядом и двинулся вслед за патроном.

Дарья перевела дух. Обернулась к дяде, ища поддержки. Тот молча сжал ей плечо и кивнул в сторону разгромленных покоев.

– Пойдем, милая. Дел невпроворот…

Они двинулись по усыпанным обломками переходам – туда, откуда еще недавно доносились грохот и крики. Уцелевшие слуги уже сновали там и сям, пытаясь хоть как-то расчистить завалы. Кто-то выносил раненых, кто-то судорожно тушил пожары…

– Восстанавливать особняк придется месяцами, – вздохнул Кривотолков, озирая разруху, – Ну ничего, прорвемся. Денег не пожалею, все отстроим заново!

Дарья кивнула. А про себя подумала – лишь бы Император не вздумал копать под них, выискивать нестыковки… Очень уж подозрительным было его молчание. Уж больно легко поверил на этот раз.

– Дядюшка… – негромко произнесла Дарья, – А что с Черным Солнцем? Планы в силе? Император, кажется, что-то подозревает…

Кривотолков молча приложил палец к губам, намекая, что для разговоров сейчас не время.

* * *

Я вывалился из портала, по инерции сделав несколько шагов вперед. Приземление вышло не самым мягким – все-таки хорошенько меня потрепало в схватке с бесноватым Фомой. Но боль была терпимой, реген уже вовсю штопал ушибы и ссадины.

Куда больше меня волновало другое – что стряслось с Фомой и куда его занесло в моем измерении? Судя по следам разрушений, тянущимся из точки выхода портала, лунатик и здесь времени зря не терял. Крушил все на своем пути с завидным энтузиазмом, будто бульдозер, ей-богу! Обломки ледяных глыб, вывороченные с корнем ледяные деревья, искореженные силуэты строений вдалеке… М-да… знатно он погулял, ничего не скажешь!

Я присвистнул сквозь зубы. Прикинул масштабы бедствия и невольно поежился. Да уж, сильно я придумал – перебросить обезумевшего Истребителя в собственное божественное измерение! Аукнется мне еще эта бравада, ох, аукнется… Ладно, Безумов, соберись! Надо срочно отыскать Фому и вырубить к чертовой бабушке, пока он тут все на молекулы не разнес!

Впрочем, Мир Мёртвых – самое подходящее место для безумного лунатика. Здесь он может долго крушить все что ни попадя.

Я целеустремленно зашагал вперед по следам погрома. Почва хрустела под ногами, с неба порхали редкие снежинки. В какой-то момент меня посетило странное чувство дежавю…

Петляя меж руин и сугробов, я упрямо двигался вперед, ориентируясь по слабому духовному следу. Чутко прислушивался, принюхивался, старался уловить малейшие признаки присутствия Лисовского. То и дело подключал магическое зрение, сканируя окрестности. Пару раз мне почудилось какое-то движение на периферии, но стоило сфокусироваться – наваждение тут же рассеивалось. Похоже, лунатик и здесь мастерски путал следы, юлил как заправский лис. Или я просто себя накручиваю?

Постепенно я приближался к переходу в зеленый Мир… И с каждым шагом кошки на душе скреблись все сильнее. Я был готов к драке в Мире Мертвых, но вот в благоустроенном Зеленом мире… там все может оказаться слишком сложнее.

Черт, и куда же он все-таки намылился? К какой цели так упорно стремится его воспаленный разум?

Тряхнув головой, я прибавил шагу. След Фомы все не обрывался, продолжал виться вглубь ледяных пустошей. Я упрямо шел за ним, сжав зубы и стиснув кулаки. Но в какой-то миг, вынырнув из-за очередного сугроба, я увидел вход в храм Айсштиль. Ледяные стены нависали надо мной, впереди вился ход, ведущий на поверхность. Казалось, вся эта громада парит над снежной равниной, зыбко колышется в застывшем воздухе. Эфемерная и в то же время до боли реальная…

Следы Фомы ведут прямиком к храму! Судя по всему, именно сюда он и приволокся в своем бредовом полусне-полубезумии! Проклятье, только этого не хватало! Разнесет ведь к чертям собачьим весь храм к свиньям собачьим – костей не соберешь!

Встряхнувшись, я опрометью кинулся по тоннелю. Взлетел по ступеням, с грохотом распахнул массивные двери… И снова застыл, пораженный. Потому что картина, открывшаяся моим глазам, повергла меня в состояние, близкое к коматозному. Не будь я богом – решил бы, что брежу наяву!

В центре главного зала, за изящным ледяным столиком… чинно восседал Фома Лисовский! Да не один, а в компании трех призраков-мирмеций! Девушки в снежно-белых одеяниях, с льдисто мерцающими хитиновыми доспехами… Девушки мирно беседовали, попивая чай из тонких фарфоровых чашечек и мило улыбались безмолвному Фоме. Будто давние друзья, собравшиеся на дружеские посиделки!

Я протер глаза, не веря увиденному. Что за чертовщина? Еще минуту назад Фома носился по окрестностям спятившим бульдозером, круша все на своем пути. А теперь – вот, извольте видеть! Чаи гоняет в дамском обществе, лыбится как ни в чем не бывало! Бессмысленными глазенками блестит.

Может, мне все это кажется? Может, это я тут спятил, а не он?

Осторожно, стараясь не спугнуть идиллическую компанию, я двинулся к столику. Подошел вплотную, вглядываясь в лицо Фомы. Тот казался… до жути безмятежным. Расслабленным, даже будто слегка осоловевшим. Глаза по-прежнему остекленевшие, но без тени агрессии или безумия. Он сидел, чуть покачиваясь, и блаженно улыбался как ребенок, которому подарили долгожданную игрушку.

Это что же получается? Мой божественный мир так благотворно повлиял на бедолагу? Умиротворяющая атмосфера и общество приветливых мирмеций смогли усмирить бушующую стихию внутри Фомы?

Как-то не верится.

– Здравствуй, папа! – пропела одна из девушек, поднимая на меня сияющие глаза, – Какими судьбами к нам? Присоединяйся к нашему чаепитию! У нас как раз гость… странный, молчаливый… но зато самый первый!

– Да, вижу… – вздохнул я, кивая на застывшего Фому. Присел напротив него, не сводя настороженного взгляда, – И как он тут оказался, позвольте полюбопытствовать?

Призраки-мирмеции дружно заулыбались.

– О, это целая история! – защебетала вторая дочурка, – Понимаешь, мы тут прогуливались неподалеку, вдоль кромки леса. Никого не трогали, цветочки собирали… И вдруг – бац! Неподалеку началось какое-то столпотворение! Грохот, крики, лед крошится!

– Точно-точно! – подхватила третья мирмеция, – Мы сперва перепугались даже – думали, может, чудище какое пожаловало или враг прокрался! Но глянули пристальнее – вроде как человек это был. Только странный очень – все крушит вокруг, сам весь побитый, в лохмотьях. Бродит туда-сюда как неприкаянный, бормочет что-то под нос. А глаза – пустые-пустые, будто стеклянные! Жуть, в общем…

– И вы его… окликнули, да? – уточнил я, уже прекрасно понимая, о ком речь. И догадываясь, чем дело кончилось.

Голубоволосая кивнула:

– Ну да, окликнули. А что нам еще оставалось? Не бросать же беднягу на произвол судьбы! Мы его по имени назвали – помнишь, ты нам про Фому Лисовского рассказывал? Ну вот… Подумали, вдруг это он? Позвали, значит. А он – прямо замер весь! Голову к нам повернул, уставился… Совсем как неживой! А потом возьми и двинься в нашу сторону. Идет, спотыкается, а сам все бормочет, бормочет…

Я закусил губу. М-да уж, картина маслом… Прямо триллер какой-то, честное слово! Лунатик Фома в тумане, чтоб его через колено! И что дальше-то было, а?

Будто услышав мой немой вопрос, рассказчица продолжила:

– Ну, в общем… Мы его тихонечко к себе подманили. Аккуратненько так, не резко – боялись спугнуть. И мёдом угостили – нацедили ему полную кружку! Он выпил, и у него аж лицо посветлело! Мы его за собой позвали, чай попить.

– А он и рад стараться – прется за нами как миленький, глазками хлопает, – подхватила третья дочь, – Вроде как и впрямь послушный стал, мамой клянусь! Пришлось, конечно, повозиться – он же еле на ногах стоял, голубчик. Еле-еле дотащили его до храма, всей гурьбой поддерживали…

– Зато смотри, какой он сейчас смирненький да ласковый! – пропела первая мирмеция, с обожанием глядя на умиротворенно сопящего Фому, – Сидит вот, чаек попивает. Слушает нас внимательно, кивает. И улыбается так мило, так доверчиво – прямо душу греет!

Я только хмыкнул, качая головой. Ну надо же – какие метаморфозы! Кто бы мог подумать, что наш суровый бунтарь экс-Истребитель способен так расслабиться и подобреть? Прямо хоть на видео снимай для потомков – зрелище уникальное, раритетное!

Кажется, мёд мирмеций оказал на него самое благотворное влияние.

Откашлявшись, я перевел взгляд на призрачных дев:

– Значит, говорите, чаепитие устроили, дабы гостя подбодрить? Идея хорошая… И как, помогло? Пришел он в себя хоть немного? Может быть сказал что-нибудь?

Мирмеции дружно закивали.

– Еще как помогло, папочка! Ты бы видел, как он сразу приободрился, едва чашечку в руки взял! Аж порозовел весь, заулыбался! Видно, тепло живительное его и внутри разморило, успокоило. А там и язык развязался – начал нам всякие байки травить про свои похождения.

– Мы правда, ничего не поняли, – вздохнула первая, – Он какие-то обрывки выдавал… то про Чёрное Зеркало… то про Кривотолкова… то про Императора… то про какого-то Гришина и царевну…

– Совсем невнятно так, да, – добавила вторая, – Но все одно интересно! Заслушались мы, чуть пирожные мимо рта не пронесли!

Я ошарашенно моргнул. Фома не просто разговорился… он еще и лясы тут точил, пока я его по всему измерению искал? Вот же засранец, а⁈ У меня там душа в пятки от страха ушла, думал – все, конец света близок. А он, оказывается, прохлаждается тут в дамском обществе и в ус не дует! Ну я ему устрою, ей-богу…

Глава 9
Откуда это у тебя?

Я задумчиво разглядывал безмятежного Фому, прихлебывающего чаек в компании призрачных мирмеций. Надо же, какой контраст с недавним неистовством! Верно говорят – от любви до ненависти один шаг. Или наоборот…

И все же меня не покидало смутное беспокойство. Слишком уж просто все вышло – обезумевший лунатик, который только что крушил все на своем пути, вдруг взял и притих. Подозрительно! Неужто мой божественный мир и впрямь так благостно повлиял на Лисовского?

Я скосил глаза на чинно попивающего чай Фому. Мой божественный мир с его мёдом и девушками-духами хоть кого угодно сумеет утихомирить? Что-то слабо верилось…

А еще мысли мои то и дело возвращались к Дарье. Уж больно странный у нас с ней вышел разговор в подвалах особняка Кривотолковых. И наше дурацкое пари… Вот ведь зараза, умудрилась меня подловить! Теперь, чую, житья от нее не будет…

Но куда больше я опасался другого – что сумасбродная виконтесса возьмет, да и настучит обо всем дядюшке Дмитрию. Она ведь своими глазами видела, как я проник в их родовое гнездо! Спалила меня, считай, с поличным! А значит – теоретически может сдать с потрохами, и поминай как звали. Со всеми вытекающими последствиями – возобновлением боевых действий, локальными стычками и прочими прелестями аристократических разборок…

Черт, вот только этого мне сейчас не хватало! Учитывая грядущий турнир Черного Солнца и прочие масштабные замуты – самый неподходящий момент, чтобы собачиться с Кривотолковыми. Как пить дать, бабахнет так, что мама не горюй…

Я скривился и потер лоб. Ладно, будем надеяться на лучшее. В конце концов, у нас с Дарьей есть пари. Мы поклялись честью аристократов… хотя кто их знает этих истеричных девиц? Могут и переобуться на лету, особенно если прижмет. Шанс на черного лебедя, как говорится, всегда есть…

Тем не менее я решил, что дергаться не надо. Скорее всего Дарья не ринется сразу стучать дяде. По крайней мере до окончания турнира – точно. Он для Кривотолковых сейчас важнее всего, они на него буквально молятся. Так что вряд ли Дмитрий захочет отвлекаться на мелкие дрязги и сведение счетов. Но вот после… после он может и бабахнуть, причем так, что небу жарко станет.

Я тряхнул головой, отгоняя назойливые мысли. Потом, все потом. А пока надо разобраться с Фомой. И побыстрее, пока он снова в буйство не впал.

Повернувшись к мирмециям, я как бы невзначай бросил:

– Девочки, а позовите-ка сюда Виви. Что-то мне подсказывает, ее помощь вскорости ой как понадобится…

Тихо охнув, одна из мирмеций подскочила. Глаза ее испуганно расширились – похоже, увидела в моих словах какой-то тревожный подтекст.

– П-прямо сейчас, папочка? – заикаясь, прошептала она.

Я успокаивающе улыбнулся и погладил дочурку по призрачным волосам:

– Да, милая, прямо сейчас. Беги скорее, позови жрицу. Скажи, тут дельце одно образовалось… щекотливое. Ее компетенции.

Мирмеция часто-часто закивала. Подхватив краешек белоснежных одежд, она стремительно выпорхнула за дверь. Остальные девушки проводили ее встревоженными взглядами.

Я же как ни в чем не бывало повернулся к столу. Плюхнулся на ледяной табурет рядом с Фомой и дружелюбно осклабился:

– Ну что, мил-человек, продолжим чаевничать? Глядишь, и я к вам присоединюсь, гулять так гулять!

«И заодно прощупаю почву, прежде, чем Виви прискачет», – мысленно добавил я.

Фома никак не отреагировал на мое появление. Сидел молча, прихлебывал из чашки, задумчиво разглядывал узоры на блюдце. На физиономии – блаженная пустота вселенского масштаба.

Мирмеции засуетились, забегали. Живо подсунули мне чашку с дымящимся напитком, пирожных там всяких навалили, сладостей диковинных. Зачирикали наперебой, мол, угощайтесь, папочка, для вас самое лучшее припасено…

Я одарил девчонок благосклонной улыбкой. Сделал глоток… и с трудом подавил глупую улыбку на лице. Фух, вкуснятина-то какая! Я теперь понимаю, чего Фома так разомлел… Кажется, тут без магии не обошлось… А мне бы разум холодным сохранить…

Но деваться некуда – этикет и все такое. Пришлось пить, подавляя неземное наслаждение. Мирмеции дружно выдохнули, расплылись в умильных улыбках. Одна так вообще чуть ли не на месте пританцовывать начала – вот, дескать, как мы папочку уважили!

Медленно потягивая зачарованный чаек, я искоса поглядывал на Фому. Пытался просчитать его реакцию, понять, что у бедолаги сейчас в голове творится. Может, хоть какие проблески разума появились? Или так и будет изображать овощ на грядке, пока я бдю и размышляю?

Внезапно меня осенило. Ну конечно же! Книга Судьбы! Глядишь, и сыщется какой-нибудь ключик к его измученной душе… Или хотя бы объяснение, что ж с ним такое приключилось, раз на людей бросается.

Недолго думая я выудил из головы Фомы призрачный том в черной обложке. На обложке красовался живой портрет самого Фомы, мрачный и хмурый, как и оригинал.

С замирающим сердцем я раскрыл фолиант. Пальцы мои слегка подрагивали.

И погрузился в чтение. Неспешно переворачивал страницу за страницей, вчитывался в плотные строчки витиеватого почерка. Картины прошлого одна за другой вставали перед внутренним взором…

…Вот Фома-подросток, вечно лохматый и вечно голодный. С колким прищуром зеленых глаз, исподлобья зыркающих на мир. Мир отвечает ему злобой и побоями…

…Вот Фома на пороге юношества – порывистый, нетерпеливый. Жадно расталкивает локтями сверстников, прокладывая себе путь наверх. С разбитыми костяшками, в вечных синяках – но не сломленный, не покоренный…

…Вот наш герой в рядах Истребителей – уже возмужавший, похолодевший взглядом. Добившийся всего и всё всем доказавший. Кромсает нежить направо и налево, дерзко ухмыляется в лицо опасности.

Значит, вот оно как… Судьба Фомы и впрямь не сахар. Скорее уж полынь с горчицей пополам! Хлебнул лиха по самое не балуйся, ничего не скажешь.

Но самым любопытным оказался последний абзац. Тот самый, где сухим казенным языком (будто протокол допроса!) описывался инцидент с Кривотолковым. Как подло Дмитрий подловил Фому, заколдовал, обездвижил… а потом уже дал полную волю своей садистской фантазии. Пытал с подручными и физически, и ментально – и все из-за Черного Солнца…

Ага, кажется, Кривотолков серьезно настроен заполучить сам артефакт, а не только лишь осколок…

Бедняга Фома… После такого-то неудивительно, что он умом тронулся. Стресс не каждый выдержит…

Но что мне не понравилось – я нигде не мог найти информации о том, как именно Фома превратился в то… чем он являлся сейчас. Словно бывший Истребитель сам изо всех сил старался об этом забыть…

Я как раз дошел до самого смачного места в повествовании, как вдруг… Почувствовал, что волоски на руках сами по себе встали дыбом. Будто сам воздух вокруг вдруг загустел и заискрил от напряжения. Медленно, поднял глаза…

И наткнулся на пристальный, ОСМЫСЛЕННЫЙ взгляд Фомы Лисовского. Он больше не таращился в пустоту стеклянными глазами. Не хлюпал слюнями. Нет – глядел прямо на меня, цепко и настороженно. Челюсти крепко сжаты, желваки так и ходят… Похоже, наш лунатик вышел из ступора!

– Книжки читать любишь, Безумов? – хрипло каркнул он. Голос со ржавчиной, будто не смазанные жернова.

Я молча встретил его взгляд. Это что же получается, очухался?

Фома не дал мне времени на размышления. С неожиданным проворством выхватил Книгу Судьбы из моих онемевших пальцев. С брезгливой гримасой помахал фолиантом у меня перед носом:

– Любопытненько, да? Копаться в чужом грязном белье? Что, Безумов, совсем стыд потерял?

И с этими словами, прежде чем я успел хоть что-то сказать… вобрал Книгу Судьбы обратно в себя! Та лопнула, и испарилась яркими искрами!

А вот это… было по-настоящему удивительно.

Мирмеции испуганно взвизгнули, шарахнулись прочь. А я молчал, пораженный увиденным. Фома только что… манипулировал собственной Книгой Судьбы? Впервые вижу, чтобы обычный человек это проделал! Да еще и с такой легкостью, будто каждый день практикуется!

Впрочем, я не дал Фоме насладиться триумфом. Рожу сделал кирпичом, словно ничего из ряда вон не произошло. Мол, подумаешь, бином Ньютона! Можно подумать, я каждый день такие фокусы не вижу…

– И что дальше, Фома? – сухо произнес я, – Что ты теперь будешь делать?

Фома ничего не ответил. Он переводил взгляд с меня на чай и обратно. Мирмеции затаили дыхание, наблюдая за нами.

– Может, поговорим? Как цивилизованные люди? За чашечкой чая, так сказать. Глядишь, и выход из твоей затруднительной ситуации сыщем…

Я старался, чтобы голос звучал дружелюбно. Может, хоть это остудит пыл разбушевавшегося Лисовского…

Куда там! Фома резко подался вперед, с силой опершись ладонями о стол. Глаза яростно сверкнули, на скулах заиграли желваки. Процедил, глядя мне прямо в лицо:

– Со мной этот фокус не прокатит, Безумов. Можешь засунуть свои сладкие речи знаешь куда? Прямо к чаю, которым ты тут меня потчуешь!

Похоже, Фома не в духе. Того гляди, сейчас кулаками махать начнет – и тогда капец…

– Слушай, мужик, остынь, – я примиряюще поднял руки. Я старался говорить с ним максимально спокойно – как с душевнобольным. Мужик очевидно не в адеквате. Что неудивительно – после всего того, что с ним случилось, – Я не со зла лез в твою Книгу. Просто хотел разобраться, что с тобой такое творится. Почему ты с катушек слетел, на людей бросаешься.

Упс… кажется, зря я это сказал. Фома дернулся, будто от пощечины. Глаза полыхнули таким бешенством, что мирмеции с испуганным писком нырнули под стол. Рявкнул, брызгая слюной:

– Полюбопытствовал, значит? И почему же я бросаюсь? Не потому ли, что эти самые люди меня в пыточной чуть наизнанку не вывернули? А?

Он грохнул кулаком по столу, да так, что посуда жалобно звякнула. Мирмеции испуганно сжались, затряслись осиновыми листьями. Похоже, такого разъяренного Фомы они еще не видывали.

Пора было спасать ситуацию. А то если еще немного – и наш экс-Истребитель снова в буйство впадет.

– Так, Фома, спокойно! – я вскинул руки в примиряющем жесте, – Давай не будем тут устраивать очередную бессмысленную эпичную зарубу! Сам посуди: я тебя выдернул в это измерение, чтобы Кривотолковы больше не могли над тобой измываться… Или ты все забыл уже? Давай пообщаемся по-человечески.

Фома скрипнул зубами и привстал. На желваках заходили желваки. В глазах заплясали нехорошие алые огоньки:

– По-человечески? А чем ты лучше Кривотолковых? Все вы одним мёдом мазаны… Тоже хочешь меня использовать в своих целях?

Черт, похоже, я его только сильнее разозлил! Надо было как-то выруливать на мирные рельсы. А то ведь если мы с ним сейчас схлестнемся – прощай моё божественное измерение…

– Так, мужик, спокойно! – я тоже привстал, примиряюще выставив ладони, – Давай-ка без этих кулачных плясок, ладно? Чего ты завелся, в самом деле? Я ж правда хочу помочь! Сам посуди: у тебя сейчас проблемы, тебя Кривотолковы ищут. А я могу тебе укрытие предложить, совет там дельный подкинуть. Ну а если не хочешь – так иди на все четыре стороны. Выход показать где?

Фома недоверчиво прищурился. Смерил меня долгим, испытующим взглядом. Будто пытался в самую душу заглянуть, вывернуть наизнанку. Я же спокойно встретил этот немигающий прицел глаз.

– И с чего это ты такой добрый стал, Безумов? – процедил он сквозь зубы, – С каких таких щей удумал помогать мне, несчастному? Или решил таким хитрым макаром в доверие втереться? Чтобы потом с лихвой стребовать должок, а?

Елки-палки…

Я только вздохнул устало. Мотнул головой:

– Нет у меня никаких задних мыслей, Фома. Просто хочу тебе руку помощи протянуть, только и всего. Думаешь, мне так в кайф смотреть, как ты страдаешь? И дичь всякую творишь на арене? Я хочу спокойно выиграть турнир. И меня изрядно напрягают все эти ваши с Кривотолковыми телодвижения.

Ох, зря я это сказал. Фома аж позеленел от ярости. Стиснул кулаки так, что костяшки побелели. И заорал, брызгая слюной:

– Да пошел ты, Безумов!!! Руку помощи мне хочешь предложить? Я тебе кто, щенок подзаборный???

Мирмеции взвизгнули, разлетелись кто куда. А Фома уже вскочил из-за стола, пошатываясь и сверкая глазами. Надвигался на меня страшный как смертный грех, глазищами сверкал как черт:

– Значит так, Безумов. Выметайся отсюда, покуда я тебя на запчасти не разобрал. Быстро, одна нога здесь, другая там! И чтоб духу твоего тут больше не было, усек? Иначе и тебя, и девок твоих драгоценных на бутерброды намажу, ясно тебе?

Я вздохнул… Из родного измерения гонят, дожили… Ладно, не хотел я этого делать… но ситуация тупиковая.

Да и надоело мне изображать терпеливую няньку.

– Тогда посмотри на это внимательнее, – сказал я и поднял руку на уровень лица. Тыльной стороной запястья к Фоме, – Узнаешь?

Фома что-то хотел сказать такое резкое… и вдруг осекся. Злость исчезла с его лица, сменившись крайним изумлением.

– Ты… – прохрипел он, пристально глядя на мою руку, – Откуда это у тебя?