Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 194 (всего у книги 332 страниц)

Глава 9
Теневая Королева

Скрытая база в Диких Землях жила своей жизнью. Массивные кристаллы на потолке пещеры мягко светились зеленоватым светом, превращая громадный подземный зал в нечто среднее между тронным залом древнего королевства и футуристической лабораторией. Алхимические сферы и колбы сочетались с плетеными мебелью, резные деревянные столы соседствовали с новейшей электроникой.

Перчинка сидела в центре этого хаотичного великолепия за массивным столом из цельного куска малахита. Её антенны слегка подрагивали, когда она быстро просматривала отчеты. Те появлялись на магических дисплеях в виде зеркал, стоявших перед ней. Каждое зеркало показывало разные локации Синегорья и Диких Земель – вокзал, несколько ключевых объектов рода Соколовых, пограничные посты.

– Госпожа, – раздался почтительный голос от входа. Один из её подчиненных, молодой человек в темной униформе с желтым шевроном, склонил голову в поклоне, – Мы получили сигнал от агента с пограничного поста.

Перчинка перевела взгляд на него, все четыре руки замерли над документами.

– Говори, – коротко приказала она.

– Княжич Безумов пересек границу Диких Земель. Направляется в Синегорье. С ним три спутницы, одна из которых, предположительно, богиня Айсштиль.

Перчинка замерла. Её антенны вытянулись вверх, застыв в напряжении. Долгие секунды она не двигалась, словно пытаясь осмыслить полученную информацию.

– Как он выглядел? – наконец спросила она, и в её голосе промелькнула тень беспокойства.

– Наш человек сообщает, что княжич был… странным. Вёл себя необычно. Возможно, находился под влиянием какого-то вещества или заклинания.

– Отец? Под веществом? – Перчинка издала короткий смешок, – Этого не может быть. Скорее всего, он просто… притворялся. Как всегда.

Она встала из-за стола и прошлась по залу, все четыре руки сложены за спиной. Сколько раз за этот месяц она представляла себе возвращение отца? Десятки, сотни раз. И всегда это было несвоевременно. Всегда – в самый неподходящий момент.

– Уточни, кто его сопровождал, – приказала она, не оборачиваясь.

– Кроме Айсштиль была ещё одна женщина с фиолетовыми волосами и… – подручный замялся, – существо с волчьими ушами и хвостом. Предположительно мутант.

Перчинка недоуменно обернулась.

– Волчьи уши? Ты уверен?

– Да, госпожа.

Она задумчиво постучала тремя пальцами по подбородку.

– Любопытно… Неужели нашел еще один Осколок Лилии? Впрочем, – она махнула рукой, – это не имеет значения. Важно другое – он возвращается.

Она подошла к одному из зеркал и коснулась его поверхности. Зеркало мгновенно показало роскошный особняк Безумовых, окруженный высоким забором.

– Он направляется домой, – прошептала она, и в её голосе смешались разные чувства: облегчение, тревога, радость, беспокойство, – Отец жив. И скоро будет в Синегорье.

Перчинка резко развернулась к подручному.

– Свободен. И пришли ко мне Ирму.

Курьер поклонился и быстро удалился. Оставшись одна, Перчинка позволила себе момент слабости – её плечи немного опустились, а антенны поникли. Она прошла к небольшому зеркалу, которое обычно не использовала для шпионажа. В нём отражалось её собственное лицо: идеальный хитиновый черно-желтый панцирь, четыре руки, стройная фигура. Опасная хищница. Но глаза… глаза выдавали её внутреннее смятение.

– Отец… – прошептала она, и на мгновение в её голосе послышались нотки обычной дочери, скучающей по родителю. Но затем она выпрямилась, и её взгляд снова стал холодным и расчётливым, – Это меняет мои планы. Придётся действовать быстрее.

В зале раздались лёгкие шаги, и к ней подошла Ирма – высокая стройная женщина с коротко стриженными чёрными волосами и пронзительными зелёными глазами. Она была одета в чёрный облегающий костюм с жёлтой отделкой, напоминающий хитин мирмеций.

– Вы звали меня, Госпожа? – почтительно произнесла она.

– Отец возвращается, – без предисловий сказала Перчинка, – Сегодня он будет в особняке.

Ирма склонила голову, внимательно наблюдая за реакцией своей хозяйки.

– Это… неожиданно, – осторожно произнесла она, – Как вы себя чувствуете? Простите, но вы, кажется, нервничаете…

Перчинка метнула на неё острый взгляд.

– Мои чувства не имеют значения. Важен только план.

– Конечно, Госпожа, – быстро согласилась Ирма, – Как это повлияет на операцию с лабораторией Соколовых?

– Никак, – твёрдо ответила Перчинка, – Мы продолжаем. Возможно, даже ускорим. Отцу не понравится то, что мы делаем, но… – она на мгновение замолчала, – он слишком добр к своим врагам. Слишком снисходителен. Если мы не хотим усиления Соколовых, мы должны действовать решительно.

– Даже если это означает идти против его воли? – тихо спросила Ирма.

Перчинка резко повернулась к ней, и её глаза сверкнули.

– Иногда нужно защищать людей от них самих, – жёстко сказала она, – Даже если это мой отец.

* * *

Малый зал подземной базы был заполнен людьми – около двадцати мужчин и женщин разного возраста сидели за длинным столом. Все они носили строгую черную униформу, символизирующими их принадлежность к организации Перчинки. У каждого на груди виднелся небольшой стеклянный флакон на цепочке – личный запас «нектара».

Кто-то из них был с Перчинкой с самого начала, кто-то пришел из распущенной Организации. Но всех их объединяло одно – жадный просящий взгляд, направленный на Госпожу…

Перчинка медленно обходила стол, в её верхних руках была большая хрустальная чаша с густой жидкостью, переливающейся в свете кристаллов. Нижними руками она аккуратно наполняла маленькие стеклянные флаконы, которые послушно протягивали ей её подчинённые.

– Сегодня особенный день, – говорила она, наполняя очередной флакон, – Одна из лабораторий Соколовых, отвечающая за изучение Дара Истребителя Светланы, их гордость и надежда, скоро станет нашей. Их разработки, их артефакты, их знания – всё это послужит нашему делу.

Её последователи смотрели на неё с восхищением, но Перчинка, чьи чувства были обострены до предела, замечала и другое – жадный блеск в глазах, когда они смотрели на нектар, едва заметное дрожание рук, сухость губ. Классические признаки зависимости.

– Госпожа так щедра, – прошептал молодой человек, получивший свою дозу. Его зрачки расширились, как только капля нектара коснулась его губ, – Мы не достойны такой заботы.

– Вздор, – отрезала Перчинка, – Каждый из вас заслуживает лучшего. И вместе мы этого добьёмся.

Она закончила обход стола и остановилась во главе, всё ещё держа чашу в руках. Перчинка посмотрела на лица своих последователей – они уже начинали меняться под воздействием нектара. Глаза становились ярче, движения – более плавными, выражения лиц – более умиротворёнными и одновременно собранными.

Нектар, который она производила в собственном теле, был уникальным веществом. Смесь её собственных химических соединений и тщательно подобранных добавок создавала мощный коктейль, повышающий физические и ментальные способности. Он обострял реакцию, усиливал концентрацию, снимал усталость… и вызывал сильнейшую зависимость.

Перчинка знала о побочных эффектах с самого начала. Но цель оправдывала средства. Ей нужны были преданные, эффективные последователи. Которым можно доверить любую тайну. А в этом жестоком мире лояльность лучше всего обеспечивается зависимостью. Простой, неоспоримый факт.

И всё же… иногда, в редкие моменты слабости, ей становилось противно от собственных методов. Но она старательно давила это в себе.

Пока её последователи наслаждались своими дозами, Перчинка отошла к стене и наблюдала за ними. Её антенны уловили звуковые вибрации от разговора двух мужчин, сидевших в дальнем конце стола.

– Госпожа сегодня нервничает, – тихо сказал один, – Неудивительно, с возвращением её отца.

– Она постоянно думает о его одобрении, – ответил второй, – Сама строит из себя безжалостную командиршу, а сама всё пытается минимизировать жертвы среди врагов. Запрещает жёсткие допросы. Даже пленных приказывает хорошо кормить.

– Пытается усидеть на двух стульях, – кивнул первый, – С одной стороны, хочет быть хорошей дочерью в глазах княжича Безумова, с другой – построить собственную империю. Так не получится. Рано или поздно придётся выбирать.

Перчинка стиснула зубы так сильно, что почувствовала боль. Они правы, эти её верные псы. Она слишком мягка. Слишком сентиментальна. Отец никогда не одобрил бы её методы. Но он так же не понимает, что иногда для защиты тех, кого любишь, приходится принимать жёсткие решения. Светлана Соколова доказала, что может быть угрозой для их рода. А её отец-князь видит себя «старшим партнером»…

Ничтожества. Надо указать им на их место.

– Совещание окончено, – внезапно объявила она, – Операция начнётся через два часа. Подготовьтесь. Ирма, останься.

Когда все, кроме Ирмы, покинули зал, Перчинка тяжело опустилась на стул. Она чувствовала странную усталость, которая всё чаще накатывала на неё в последнее время.

– Они правы, знаешь, – неожиданно сказала она, – Эти болтуны. Я слишком мягка. Слишком… человечна.

– Вы мирмеция, Госпожа, – тихо ответила Ирма, – Не человек. И не обязаны играть по человеческим правилам.

– Но я и не чистая мирмеция, – возразила Перчинка, – Только моя мать мирмеция. Мой отец, он и бог и человек… Тут всё… сложнее. Эта двойственность внутри меня… Иногда мне кажется, что я разрываюсь на части.

Она взглянула на Ирму, и её глаза внезапно сверкнули уязвимостью, которую она редко позволяла себе показывать.

– Иногда я думаю, что они все ненавидят меня. Что их преданность – не уважение ко мне, а лишь результат химии. Что если бы не нектар…

Ирма неожиданно опустилась на колени перед Перчинкой, глядя ей в глаза снизу вверх.

– Не все, – твёрдо сказала она, – Я здесь не из-за нектара. Я никогда не принимала его.

Перчинка удивлённо подняла брови.

– Что? Я сама давала тебе…

– И я каждый раз выливала или выплевывала его, как только вы отворачивались, – спокойно ответила Ирма, – Простите, Госпожа, но… я с вами по собственной воле. Всегда была и всегда буду.

Перчинка смотрела на неё долгие секунды, не зная, что сказать. Впервые за долгое время она была застигнута врасплох.

– Почему? – наконец спросила она.

Ирма глубоко вздохнула.

– Вы нашли меня, когда я была никем. Рабыней в борделе на окраине Диких Земель. Товаром. Вещью, – Её голос был спокойным, но глаза горели, – Вы увидели во мне что-то, чего не видел никто другой. Потенциал. Силу. Вы дали мне шанс, даже когда я сама считала себя недостойной.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями.

– Я следую за вами не из страха. Не из зависимости. А потому что верю в вас. В ваше видение. В вашу способность изменить мир.

Перчинка почувствовала странное тепло, растекающееся по её груди. Это было… необычно. Приятно, но незнакомо.

– Я спасла тебя не из благородства, – сухо сказала она, пытаясь скрыть свои чувства, – Я увидела в тебе хороший генетический материал. Потенциальную союзницу. Мне понравились цепкие нейронные связи в твоем мозгу, которые позволили обучать тебя невероятно быстро.

– Я знаю, – кивнула Ирма, – И это только делает вас в моих глазах более достойной восхищения. Вы прагматичны. Вы видите вещи такими, какие они есть. Но также… – она слегка улыбнулась, – я знаю, что вы не так безжалостны, как хотите казаться.

Перчинка криво ухмыльнулась.

– Ты думаешь, я пытаюсь усидеть на двух стульях? – спросила она, вспоминая подслушанный разговор, – Быть одновременно хорошей дочерью и… безжалостным лидером?

Ирма помедлила с ответом.

– Я думаю, что вы пытаетесь найти баланс, – осторожно сказала она, – И это… сложно.

– Не ответ, – заметила Перчинка.

– Не всегда есть однозначный ответ, Госпожа, – мягко возразила Ирма, – Иногда есть только выбор. И последствия.

Их разговор прервал сигнал тревоги – один из кристаллов на стене начал мигать красным светом. Перчинка мгновенно поднялась, всё личное было забыто.

– Что происходит? – резко спросила она, подходя к кристаллу и касаясь его рукой.

В кристалле возникло лицо одного из её подчинённых.

– Госпожа! Имперский пограничный пост… все люди исчезли! В том числе и наш человек! Приборы зафиксировали странные энергетические возмущения, а потом связь прервалась. Когда наша разведгруппа добралась туда, они обнаружили пустой пост! Ни следа людей!

Перчинка нахмурилась.

– Показатели излучения?

– Зашкаливают, Госпожа. Но… это не похоже ни на что известное. Не магия, не техника, не… – он замялся, – не Бездна. Мы пока не можем определить…

Перчинка обменялась быстрым взглядом с Ирмой.

– Это похоже на проявление тех аномалий, которые мы фиксировали в последние недели, – тихо сказала Ирма, – Только намного сильнее.

– Проклятье, – прошипела Перчинка, – Мне нужно срочно поговорить с отцом. Он единственный, кто может знать, что это такое.

Она выпрямилась, моментально приняв решение.

– Ирма, ты возглавишь операцию против лаборатории Соколовых. Я отправляюсь в особняк Безумовых.

– Но Госпожа, – начала Ирма, – вы уверены, что это безопасно? Если ваш отец узнает о наших планах…

– Он не узнает, – отрезала Перчинка, – Я расскажу ему только об аномалиях. Это действительно важнее. Если они связаны с тем, что я подозреваю… нам всем грозит опасность.

Она быстро подошла к шкафу в углу зала и достала оттуда странное устройство, напоминающее медальон с кристаллом внутри.

– Подойди, – приказала она Ирме, – Нам нужно исполнить… ту технику Кулебякина. Ты должна стать мной.

Ирма послушно приблизилась. Перчинка положила руки на её плечи, а другие две руки поднесли медальон к её лбу.

– Это будет больно, – предупредила она.

– Я готова, Госпожа, – твёрдо ответила Ирма, – Вы уже делали это со мной…

Кристалл в медальоне засиял ярким светом, и Ирма вскрикнула от боли. Её тело начало меняться – плечи расширились, кожа на руках стала твёрже, приобретая хитиновый блеск. И самое удивительное – из её спины начали расти ещё две руки, сначала маленькие, но быстро увеличивающиеся в размерах.

Через несколько минут перед Перчинкой стояла почти точная её копия. Разница была лишь в мелочах, которые заметит только самый внимательный наблюдатель.

– Ощущения? – спросила Перчинка, внимательно изучая результат.

– Как и в первый раз, на турнире Черного Солнца… Странные, – ответила Ирма, рассматривая свои новые руки, – Но… мощные. Я чувствую вашу силу внутри себя.

Перчинка кивнула.

– Этого хватит на двадцать четыре часа. За это время я вернусь, – Она взяла Ирму за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза, – Выполни задание, Ирма. Возьми лабораторию. Забери всё ценное. Сотрудников в плен, подготовь к выкупу. Но никакой бессмысленной резни, поняла?

– Да, Госпожа, – кивнула Ирма, – Я не подведу вас.

– Я знаю, – мягко сказала Перчинка и, к удивлению их обеих, слегка погладила Ирму по щеке, – Ты никогда не подводила.

Она отвернулась, подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение.

– И да, чуть не забыла, – произнесла она после паузы, – За то, что нарушила мой приказ, и не принимала нектар… тебя ждет наказание.

– Да, Госпожа… как прикажете… – Ирма покорно опустила голову, – Должна ли я начать по-настоящему принимать его, как и прочие сотрудники нашей организации?

На несколько секунд в помещении воцарилась тишина.

– Нет, – сказала Перчинка, – В этом уже нет необходимости. Наказание выберешь для себя сама после завершения операции. Уверена, что ты, как моя самая преданная и верная сторонница, не будешь давать себе поблажек. И накажешь себя по всей строгости.

– Д…да, Госпожа, – Ирма подняла глаза, уголки ее губ тронула легкая улыбка, – Будьте уверены, я буду к себе строже, чем к противникам!

Перчинка ухмыльнулась, глядя на своё отражение. Времени на сомнения не оставалось.

– Удачи нам обеим, – сказала Перчинка, не оборачиваясь, – Она нам понадобится.

Она вышла из зала и направилась к выходу из базы. На площадке перед входом её уже ждали несколько охранников.

– Госпожа улетает? – почтительно спросил один из них.

– Да, – кивнула Перчинка, – У меня срочное дело в Синегорье.

Она вышла на открытое пространство и глубоко вдохнула. Её спина начала светиться, и через мгновение за ней развернулись огромные призрачные крылья насекомого, переливающиеся всеми оттенками изумрудного.

Перчинка сделала несколько пробных взмахов. От быстрого движения очертания крыльев начали смазывать и сливаться. С мощным гулом Перчинка поднялась в воздух, стремительно набирая высоту. Внизу оставались Дикие Земли, таящие всё больше тайн и опасностей. А впереди – Синегорье и особняк Безумовых, где совсем скоро она встретится с отцом.

Когда она была уже высоко, краем глаза Перчинка заметила странное явление – в небе над Дикими Землями, в стороне от её маршрута, возникали и исчезали странные фиолетовые вспышки, похожие на молнии, но более медленные, более… неестественные.

«Что происходит с миром?» – подумала она, набирая скорость и направляясь к Синегорью, – «Бездна становится намного агрессивнее…»

Ответа не было. Но она должна была его найти. Ради родных, ради последователей, ради себя.

Ветер свистел в её ушах, когда она мчалась к цели, оставляя позади и свои сомнения, и огромную ответственность, и тайную базу с Ирмой, которая займет её место в будущей операции.

А впереди, за горизонтом, уже виднелись высотки столицы Синегорья.

Глава 10
Вдруг Костя теперь не Костя, а кто-то другой?

– Никогда больше не буду заказывать форму из обычной ткани, – вздохнула Настя, разглядывая обугленные остатки своей одежды, – В следующий раз закажу что-нибудь огнеупорное. Может, из драконьей кожи, как у Истребителей.

– А мне что-нибудь с защитой от твоих хитрых заклинаний, – парировала Эмми, безуспешно пытаясь соединить разорванные части тренировочной куртки, – Думаю, материал из чешуи морского змея подойдёт. Они, говорят, магически устойчивые. Правда, и стоят, наверное, как крыло монстромобиля…

– Если бы ты знала, сколько стоит это крыло, – хмыкнула Настя, – Искала бы варианты подешевле. Возможно, броня гигантского жука-голиафа подойдёт? Она и к огню устойчива, и магию отражает неплохо.

Сахаринка наблюдала за их пикировкой с легкой улыбкой, но её антенны выдавали беспокойство – они слегка подрагивали и периодически застывали в напряжённой позиции. Она стояла в дверях раздевалки, перебирая остатки уничтоженной формы своими четырьмя руками.

– Интересно, можно ли ее восстановить… или куда-нибудь приспособить, – подумала вслух хозяйственная Сахаринка.

– Нам стоит поторопиться, – добавила мирмеция, – Я всё ещё не могу поверить, что папа возвращается именно сегодня. Какое совпадение…

– Ты называешь совпадением то, что Костя появился ровно в момент, когда мы обе оказались полностью голыми в тренировочном зале? – рассмеялась Эмми, натягивая спортивные штаны, – Я бы назвала это мощной мужской чуйкой! Его везение просто невероятно.

– К сожалению, он этого не увидит, – хмыкнула Настя, набрасывая на себя запасную рубашку, которую достала из спортивной сумки, – Так что технически его везение дало сбой.

– Вообще-то, – нерешительно начала Сахаринка, опуская антенны, – я хотела поговорить с вами о кое-чём важном. Прежде чем папа вернётся.

Что-то в её тоне заставило Настю и Эмми прекратить шутливую перепалку и сосредоточить внимание на мирмеции.

– Звучит серьёзно, – Настя натянула простые джинсы и села на скамейку возле стены, – Что случилось, Сахар?

– Это… о Перчинке, – Сахаринка опустила все четыре руки и нервно постукивала по бедру когтем, – Я давно хотела поделиться своими беспокойствами, но всё не находила подходящего момента.

Эмми, которая как раз застёгивала зелёную блузку, приподняла бровь.

– И ты решила, что идеальный момент – это когда мы полуголые в раздевалке ждём возвращения Кости после месяца его отсутствия?

– Почему-то ты всегда выбираешь самые драматичные моменты для своих откровений, – согласилась Настя, распутывая мокрые волосы перед небольшим зеркалом.

– Я… просто мне кажется, это может быть важно, – Сахаринка опустилась на скамейку рядом с Настей, – Дело в том, что меня тревожат изменения в поведении сестры. Её… постепенное отдаление от семьи.

– Ты о том, что Перчинка месяцами не появляется дома? – спросила Настя, завязывая волосы в хвост, – Ну, она всегда была самой независимой из вас трёх. Помнишь, как она на второй неделе после вылупления из кокона обустроила себе тайную лабораторию за книжным шкафом?

– И постоянно что-то взрывала там, – добавила Эмми с улыбкой, – Костя тогда шутил, что если однажды весь особняк взлетит на воздух, мы будем знать кого винить.

– Дело не только в этом, – покачала головой Сахаринка, игнорируя их попытки разрядить атмосферу, – Есть кое-что ещё… странное. Например, тот факт, что час назад Перчинка связалась со мной через зашифрованный канал и предупредила, что папа приближается к дому. И скоро будет здесь.

Настя и Эмми замерли, обменявшись быстрыми взглядами.

– Подожди, – Настя недоуменно наклонила голову, – Это же произошло до того, как телефон Кости появился в зоне доступа и Кристина Валерьевна смогла до него дозвониться. Так?

– Именно, – кивнула Сахаринка, и её антенны нервно дёрнулись, – Откуда Перчинка могла знать, что папа возвращается?

– Может, у неё какие-то особые средства связи? – предположила Эмми, натягивая лёгкие домашние туфли, – Или ее предупредил кто-то из ее братанов в Диких Землях. Она же там, кажется, даже с Аномалиями уже сдружилась…

– Это не смешно, – Сахаринка нахмурилась, постукивая двумя нижними руками по скамье, – Перчинка становится… отстраненной. Замкнутой. И что самое странное, она сказала, что сама направляется к особняку и скоро будет в гостях! Якобы у неё есть какие-то потрясающие новости для папы!

Теперь и Настя с Эмми выглядели удивлёнными. Шутливое настроение постепенно уступало место озабоченности.

– Это действительно странно, – медленно произнесла Настя, – После того, как она накосячила во время турнира, вмешавшись в поединок Светланы Соколовой и Кости… я думала, она будет избегать встречи с ним как минимум полгода.

– Она боялась отцовского гнева, это же очевидно, – кивнула Эмми, присаживаясь рядом с ними, – Я не видела, как Костя отреагировал, но не удивлюсь, если он был вне себя от ярости.

– Я бы не сказала… что прямо в ярости, – подтвердила Настя, припоминая тот момент, – Я бы сказала, что его взгляд… стал очень холодным в тот момент. И всё.

– Это было страшнее, чем если бы он кричал, – тихо добавила Сахаринка, – Перчинка мне позже призналась, что потом плакала всю ночь после турнирных событий.

– Перчинка? Плакала? Даже не верится… – Настя покачала головой.

– А теперь она вдруг сама объявляется, – пробормотала Эмми, закручивая рыжий локон вокруг пальца, – И судя по словам Сахаринки, чувствует себя довольно уверенно. Что за «потрясающие новости» могут быть у неё для Кости?

Сахаринка нервно теребила край хитиновой пластины на предплечье.

– Есть ещё кое-что, о чём я хотела рассказать, – призналась она, – Месяц назад, когда с момента исчезновения папы и Айсштиль прошла примерно неделя, у меня был разговор с Перчинкой.

– И ты молчала целый месяц? – упрекнула её Настя, легонько толкая локтем.

– Она взяла с меня слово! – защищалась Сахаринка, разводя верхними руками, – Я поклялась сестринской клятвой, что никому не расскажу. Особенно папе.

– Сестринской клятвой? – удивилась Эмми, – Это что-то вроде мирмецкой версии «Клянусь сердцем матери»?

– Не совсем, – покачала головой Сахаринка, – Это… сложно объяснить. Вы же знаете, у мирмеций особые связи между сёстрами. Мы можем чувствовать друг друга на расстоянии, иногда даже улавливать обрывки мыслей. Сестринская клятва – это не просто обещание. Это как… – она задумалась, подбирая слова, – как печать на душе. Её нарушение причиняет боль.

– И всё же ты решила нам рассказать, – мягко заметила Настя, кладя руку ей на плечо, – Значит, дело действительно серьёзное.

– Да, – Сахаринка опустила голову, – В тот день Перчинка выглядела… иначе. Более жёсткой, решительной. Она сказала, что будет искать папу «по своим каналам». Что как только он заявится в Синегорье, она об этом сразу же узнает. Она была так уверена в этом… и вот, действительно узнала. Раньше всех нас.

– Какие у неё могут быть «каналы»? – нахмурилась Эмми, поднимаясь и походя к зеркалу, чтобы поправить прическу, – Она же мирмеция! Да, умная и хитрая, но всё же… у неё нет каких-то особых связей в Империи, насколько мне известно.

– Единственный, кто мог бы иметь такие связи, – задумчиво произнесла Настя, – это Костя. И то, из-за своих знаний и положения главы рода. Но Перчинка? Конечно, она дочь Кости, но она же проводит всё время в пустошах! Откуда у неё могут быть информаторы?

– А ещё она говорила что-то… странное, – продолжила Сахаринка, понизив голос почти до шёпота, – О Бездне. О том, что папа не понимает её настоящей природы. Что он слишком «идеалистичен» в своих взглядах.

Настя и Эмми обменялись тревожными взглядами.

– Что конкретно она сказала? – осторожно спросила Настя, подаваясь вперёд.

– Что-то вроде: «Папа думает, что можно приручить Бездну, но это не так. Бездна – это сила, которую нужно использовать, а не сдерживать». Я тогда не придала этому значения, но теперь… – Сахаринка замолчала, нервно перебирая пальцами двух правых рук, – Она всегда восхищалась силой папы, его способностью управлять Бездной, но в тот раз в её голосе было что-то… критичное. Словно она считает, что знает об этом больше него.

– Это звучит не очень хорошо, – Эмми прикусила губу, – Бездна – не то, с чем стоит экспериментировать без должной подготовки. Даже Костя, несмотря на весь свой опыт, иногда признаёт, что не до конца понимает её природу.

– Помнишь ту заварушку со «Стервятниками»? – спросила Настя, – Когда Костю чуть не поглотила Бездна, и он превратился в… ну, сама знаешь. Отряд Истребителей… ну, нам очень повезло, что тогда обошлось без трупов.

Сахаринка кивнула, её антенны безвольно поникли.

– Я так больше не могу… – прошептала она, – У меня такое ощущение, что чем дальше, тем по более тёмной дорожке идёт Перчинка. И я не знаю что делать. С одной стороны, она моя сестра, и я обещала хранить её секреты. С другой… если она во что-то впуталась, что-то опасное… я не могу просто стоять в стороне.

Воцарилась тяжёлая тишина. Настя машинально поправляла волосы, Эмми теребила край блузки, а Сахаринка сидела, опустив все четыре руки и уставившись в пол.

– Может, ты преувеличиваешь? – наконец, нарушила молчание Эмми, – Перчинка всегда была… немного эксцентричной. И вполне могла напустить таинственности, чтобы казаться более крутой.

– Она же младшая сестра, – кивнула Настя, – Возможно, просто пытается впечатлить вас и доказать свою значимость. Вы трое всегда немного соревновались за внимание Кости.

– Это не соревнование, – возразила Сахаринка, – Мы все любим папу и знаем, что он любит нас всех одинаково.

– Знать и чувствовать – разные вещи, – мягко сказала Настя, – Возможно, Перчинка просто хочет доказать свою ценность. Особенно после того инцидента на турнире. Она наверняка переживает, что разочаровала Костю.

– Не думаю, что дело только в этом, – покачала головой Сахаринка, – Вы не видели её в последнее время. Она изменилась. Стала жёстче, холоднее. Когда я спросила, где она пропадает, она ответила: «Лучше тебе не знать, сестрёнка. В некоторых случаях неведение – это благословение». Она никогда раньше так со мной не разговаривала.

– Это уже звучит тревожно, – признала Эмми, присаживаясь обратно, – Но всё же… это может быть что угодно. Может, она просто работает над каким-то опасным проектом? Или… встречается с кем-то, кого, как она думает, Костя не одобрит?

– Перчинка? Встречается? – Настя скептически подняла бровь, – Никогда не видела, чтобы она проявляла интерес к кому-то в этом плане. Её единственная любовь – это её эксперименты.

– И папа, – добавила Сахаринка, – Она всегда хотела произвести на него впечатление. Доказать, что она особенная.

– Ну, если у неё действительно есть какие-то «потрясающие новости» для Кости, – задумчиво произнесла Настя, – возможно, она просто хочет использовать их, чтобы вернуть его расположение после того инцидента на турнире? Это логично.

– Но откуда она узнала о его возвращении раньше нас? – Сахаринка не сдавалась, – И что это за «каналы» такие?

– Может, она просто блефовала? – предположила Эмми, – Сказала наугад, а потом случайно попала в точку?

– Слишком большое совпадение, – покачала головой Настя, – Перчинка не из тех, кто полагается на случайности. Если она что-то сказала, значит была уверена.

– В любом случае, – решительно сказала Эмми, поднимаясь, – мы не можем судить её, не выслушав. Сахаринка, тебе стоит поговорить с ней по душам. Спросить прямо, что происходит.

– Я пыталась, – вздохнула мирмеция, разводя всеми четырьмя руками, – Она либо уклоняется от ответа, либо говорит что-то типа: «Не беспокойся, сестрёнка, я знаю что делаю». А когда я проявляю настойчивость, она как будто закрывается полностью. Словно опускает внутреннюю завесу.

– Тогда, – Настя хитро улыбнулась, – может, нам стоит провести небольшое расследование? Узнать, чем на самом деле занимается Перчинка.

– Ты предлагаешь шпионить за сестрой? – возмутилась Сахаринка, вскакивая со скамейки, – Это… это неэтично!

– А держать в секрете от бати свои темные делишки этично? – парировала Настя, – Если Перчинка действительно замешана в чём-то нехорошем, мы должны знать об этом. Ради её же блага.

– Настя права, – кивнула Эмми, подходя к Сахаринке и кладя руку ей на плечо, – Может, ты зря волнуешься, и всё объясняется каким-то безобидным способом. Но если Перчинка действительно во что-то впуталась… тогда с доказательствами нужно идти к Косте.

– Но как мы это сделаем? – спросила Сахаринка, всё ещё сомневаясь, – Перчинка чертовски умна. И осторожна.

– Зато нас трое, – ухмыльнулась Настя, – И мы тоже не лыком шиты. К тому же у нас есть преимущество – она не знает, что мы подозреваем её в чём-то.

– А ещё у нас есть я, – добавила Эмми с гордостью, – А я всё-таки специалист по энергетическим следам. Это еще Костя отметил! Если Перчинка действительно экспериментирует с Бездной, я смогу обнаружить следы.

– И у нас есть мои иллюзии, – кивнула Настя, – Если я раздобуду образец духовной силы Перчинки, я могу создать ее доппельгангера. Не знаю, зачем нам это нужно, но мало ли…

– А у меня есть сестринская связь, – неохотно признала Сахаринка, – Я чувствую Перчинку лучше, чем любую из других сестер. Возможно, это потому что мы обе из первого поколения.

– Предлагаю пока не делать поспешных выводов, – рассудительно сказала Эмми, поправляя блузку, – Давайте понаблюдаем за ней во время встречи с Костей. Посмотрим, как она себя ведёт, что говорит. А потом решим, стоит ли копать глубже.