Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Глава 14
Не самая большая проблема

Передышка в Мире Мертвых… Звучит как оксюморон, но после встречи со Сверхсущностью даже склепы Аймоса кажутся пятизвездочным курортом. Правда, без мини-бара и с призраками вместо обслуги.

Пока я, Айси, Аймос, Эгилия (плюс Ноктус в режиме видеоконференции) устроили «мозговой штурм» в главном (и, кажется, единственном не полуразрушенном) зале замка, пытаясь понять, как нам найти дорогу в Небесный Чертог, остальная часть нашей компании решила… развеяться.

Никталия, объявив, что «атмосфера тут угнетает даже ее вечно позитивные тени», потащила Пугливку на «экскурсию по местным руинам».

– Посмотрим, – заявила она, – может, найдем комнату пыток с удобными креслами или хотя бы бар с приличным эктоплазменным мохито.

Пугливка, все еще немного бледная после контакта со Сверхсущностью, но явно гордая своей новообретенной свирепостью, на удивление легко согласилась. Кажется, адреналин от битвы еще не выветрился, и ей хотелось держаться поближе к своей «крутой» подруге.

Карнакс же, как обычно, предпочел действовать в одиночку. Заявив, что «необходимо провести рекогносцировку и оценить структурную целостность фортификационных сооружений», он отправился бродить по темным пыльным коридорам замка Аймоса. Вероятно, он просто искал место, где можно спокойно помедитировать на тему тактики и стратегии, не отвлекаясь на наши споры и шуточки Никталии.

– Ну что, сестренка, куда сначала? – весело спросила Никталия, перепрыгивая через груду костей, живописно разбросанных в одном из коридоров, – В тронный зал? Говорят, у Аймоса там подушки из слез грешников. Или в библиотеку? Может, найдем любовные романы, написанные призраками? Обожаю мелодрамы!

– Я… я не знаю, – Пугливка с опаской оглядывала высокие сводчатые потолки, с которых свисали лохмотья древней паутины (или это была застывшая эктоплазма?), – Тут… жутковато.

– Жутковато – это когда у тебя свидание с Громовержцем, а ты забыла почистить зубы после бутерброда с селедкой! – хихикнула Никталия, – А это – просто атмосферно! Представь, что мы в квесте! «Найди выход из замка ужасов, пока тебя не съели голодные тени или… кое-кто намного хуже!..»

– Кто? – Пугливка округлила глаза.

– Скука! – Никталия закатила глаза и театрально высунула язык изо рта. А потом приняла нормальный вид, – Смотри, какая прелесть!

Она указала на стену, где висел почерневший от времени портрет какого-то мрачного типа в короне из костей. Глаза на портрете, казалось, следили за ними.

– Ух ты! Какой красавчик! – Никталия подмигнула портрету, – Эй, дедуля, не подскажешь дорогу к бару? Или хотя бы к Wi-Fi? У меня тут сигнал совсем не ловит, Ноктусу не пожалуешься!

Портрет остался безмолвен, но Пугливке показалось, что губы изображенного на нем владыки скривились в неодобрительной гримасе.

Они завернули в очередной темный коридор. Здесь было еще пыльнее, а воздух пах плесенью и… чем-то еще, неуловимо сладковатым и тошнотворным, как забытый в углу труп очень сладкого пирожного. На стенах виднелись странные, выцветшие фрески, изображающие процессии душ, ведомых крылатыми скелетами.

– Фу… чем это воняет? – сморщила носик Никталия, – Неужели Аймос держит тут склад просроченных душ? Или это его парфюм «Запах Забвения»? Надо ему намекнуть, что такой аромат давно вышел из моды.

– Мне кажется… тут кто-то есть, – прошептала Пугливка, ее волчьи ушки нервно дернулись. Она остановилась и прислушалась. Из глубины коридора доносился тихий прерывистый звук, похожий на плач.

– О, плачущие призраки! Мои любимчики! – оживилась Никталия, – Пойдем посмотрим, может, им нужна жилетка, чтобы поплакаться? Или просто хороший пинок под их призрачный зад, чтобы перестали ныть?

Они осторожно двинулись на звук и заглянули в приоткрытую дверь. Комната за ней была небольшой, похожей на бывшую келью или кладовку. В центре, скорчившись на полу, сидел полупрозрачный призрак маленькой девочки и тихо всхлипывал, прижимая к груди обрывок какой-то ткани.

– Эй, малышка, ты чего ревешь? – мягко спросила Никталия, входя в комнату, – Потерялась? Или злой Аймос отобрал любимую куклу из эктоплазмы?

Призрак вздрогнул и поднял заплаканное лицо.

– Я… я не могу найти… маму… – пролепетала девочка, – Она ушла… и не вернулась… А тут… страшно…

Пугливка подошла ближе. В ее глазах читалось искреннее сострадание. Она опустилась на колени рядом с призраком.

– Не бойся, – тихо сказала она, – Мы… мы поможем тебе ее найти. Как ее зовут?

– Мама… просто мама… – снова всхлипнул призрак.

Никталия вздохнула.

– Понятно. Очередная потеряшка в царстве вечной депрессии. Ладно, мелкая, сиди пока тут, не высовывайся. Мы тут с делами разберемся, а потом, может, и твою маму поищем, – сказала она, а потом уже чуть тише, для Пугливки, добавила, – Если она, конечно, еще не стала частью того гигантского спрута из душ снаружи.

Они вышли из комнаты, оставив призрака тихо плакать в углу.

– Бедняжка, – вздохнула Пугливка, – Так жалко ее. Она, кажется, так и не поняла, что стала призраком… как и ее мама.

– Тут таких тысячи, сестренка, – Никталия пожала плечами, хотя в ее голосе слышались нотки сочувствия, – Мир Мертвых – не самое веселое место. Ар-р-р… вместо веселья нашли депрессию и уныние на свою голову… Пошли дальше! Может, найдем что-нибудь поинтереснее, чем плачущие дети и вонючие коридоры!

Они продолжили путь, углубляясь в недра замка. Коридоры становились все более запутанными, некоторые лестницы вели в тупик, а за некоторыми дверями слышался зловещий шепот или скрежет. Атмосфера давила все сильнее.

Внезапно пол под их ногами задрожал. Послышался скрежет, а затем часть стены впереди с грохотом обрушилась, поднимая облако тысячелетней пыли и мелких костей.

– Ой! – вскрикнула Пугливка, инстинктивно прижимаясь к Никталии и выпуская когти. Ее ушки встали торчком.

* * *

Когда пыль немного осела, они увидели в образовавшемся проломе… нечто. Фигура, высокая, нескладная, вся покрытая серой пылью, обрывками паутины и какими-то странными, полупрозрачными, слабо светящимися зеленым лохмотьями (остатки эктоплазмы?). Оно стояло неподвижно, только что-то тускло поблескивало в районе головы.

– М-м-монстр? – прошептала Пугливка, ее глаза расширились от ужаса. Недавняя храбрость куда-то испарилась.

– Ух ты! – а вот Никталия, наоборот, оживилась, – Какая прелесть! Смотри, он еще и светится! Наверное, радиоактивный! Или просто очень грязный. Эй, чудище! Ты заблудился? Ищешь туалет? Он дальше по коридору, третья дверь налево, только там бумаги нет, Аймос экономит! Кризис в Загробном мире, сам понимаешь, Сверхсущность на свободе, туалетки не напасешься…

Фигура в проломе шевельнулась. Раздался низкий, скрежещущий звук, похожий на рычание или… кашель? Оно сделало неуклюжий шаг вперед, протягивая к ним что-то похожее на руку, с которой свисали клочья пыли и эктоплазмы. Тусклый блеск на голове оказался золотым механическим глазом, который вращался, пытаясь сфокусироваться.

– Хр-р-р… бр-р-р… – проскрежетало оно голосом, полным пыли и раздражения, – … карта… или… проводник…

– Ой, мамочки, эта мерзость еще и разговаривает! – Никталия схватила Пугливку за руку, – Кажется, оно хочет нас проводить! В свой желудок! Бежим!

– Но… он же… – начала было Пугливка, пытаясь разглядеть фигуру получше. Ей показалось что-то знакомое в этом скрежещущем голосе.

– Потом разберемся! Сначала бежим, потом думаем! Это мой девиз! – Никталия рванула по коридору, увлекая за собой Пугливку.

– Но мы же можем его победить… – сопротивлялась та.

– Никаких драк, пусть Аймос разбирается! А то потом окажется, что эта образина какой-нибудь главный бухгалтер реальности, и без него нам всем капец…

Карнакс, выбравшийся из-под завала и пытавшийся понять, где он оказался, с недоумением проводил их взглядом. Потом пожал плечами (насколько это было возможно под слоем грязи) и двинулся за ними. Он заплутал и ему действительно нужен был проводник, а эти две… девицы явно знали дорогу лучше него.

– Стоять! – прорычал он, ускоряя шаг. Звук получился еще более угрожающим, – Стоять, женщины! Приказываю… остановиться!

– Оно нас преследует! – взвизгнула Никталия, оглядываясь, – Быстрее, Пугливка! Вспомни, как ты дралась! Превращайся в волка и кусай его за пятки!

– Я не умею превращаться в волка! – пискнула Пугливка, спотыкаясь на бегу, – И я не хочу его кусать! Он такой… грязный!

Они неслись по запутанным коридорам замка, преследуемые пыльным, светящимся и очень недовольным «монстром», который отчаянно пытался выяснить у них дорогу.

– Хр-р-р… Стойте! – скрежетал позади Карнакс, отплевываясь от тысячелетней пыли и кусков штукатурки. Его золотой глаз бешено вращался, пытаясь просканировать несущиеся фигуры и заодно стряхнуть налипшую эктоплазму, – Я… Карн… акс! Кхх… Бог Войны! Я… заплутал! Мне… карта нужна! Или… выпивка!

– Слышала⁈ – взвизгнула Никталия, сворачивая в очередной темный проход, – Он сказал «карта»! Наверное, хочет нас на карте отметить крестиком, как сокровище, которое собирается сожрать! Или он сказал «выпивка»? Фу… пьяный монстр, еще хуже!

– А может, он сказал «Бог Войны»? – предположила Пугливка, с трудом переводя дыхание. Ей все еще казалось, что в этом скрежете есть что-то знакомое.

– Ага, Бог Войны с Пыльной Бородой! – фыркнула Никталия, – Скорее Бог Грязи и Неуклюжести! Бежим, пока он не отряхнулся и не вспомнил, как правильно нас преследовать!

Они вылетели в широкий зал, слабо освещенный тусклыми магическими светильниками. Пол был покрыт слоем пыли толщиной в палец, а воздух пах чем-то кислым и затхлым. Посреди зала, перегородив дальнейший путь, возвышалась огромная, полупрозрачная фигура, сотканная из серой эктоплазмы и обрывков теней. У нее было множество когтистых лап, а вместо лица – клубящийся мрак с двумя тускло-красными огоньками. В одной из своих когтистых лап тварь сжимала небольшой предмет, слабо мерцающий голубым светом.

– Вторженцы… Я чую вас… – прохрипела сущность, – Внемлите Великому Эктору Опустошителю, ставленнику Громовержца…

– Опаньки! – Никталия резко затормозила, едва не сбив Пугливку с ног, – Кажется, мы забежали не туда. Этот парень выглядит посерьезнее нашего пыльного преследователя. И у него какая-то блестяшка!

Эктор Опустошитель издал шипящий звук и медленно двинулся к ним, волоча по полу свои бесформенные конечности.

– Тысячелетия я несу здесь неусыпную стражу… – прохрипел он, отмеряя шаг за шагом, – Вы вторглись в сферы, смысл которых вашим примитивным умишкам не дано понять. Я завершу ваши истории здесь и сейчас…

– Вот теперь точно монстр! – пискнула Пугливка, прячась за Никталию, – Он страшнее! И чище!

В этот момент в зал ввалился Карнакс. Увидев Эктора и блестящий предмет в его лапе, он на мгновение замер. Его золотой глаз перестал вращаться и сфокусировался на амулете.

– Хр-р… Артефакт… – проскрежетал он, и в его голосе впервые прозвучала не только пыль, но и узнаваемая нотка командирского тона, – Отойдите, женщины! Это моё!

– А-а-а! Теперь их двое! – Никталия схватила Пугливку, – Нас окружили! Они сейчас драться будут за право нас съесть!

Но Карнакс уже игнорировал их панику. Он с лязгом извлек свои мечи, Рассвет и Закат, которые даже сквозь слой пыли засветились чистым белым и абсолютно черным светом.

– Эктор Опустошитель? – прорычал Карнакс, обращаясь к монстру, – Знавал я такого… Но ты на него ни разу не похож. Отдай артефакт, червь.

– Назовись! – потребовал Эктор, указав истлевшим пальцем на клона, – Хочу знать, имя того, чью душу я скоро пожру!

– Карнакс, Бог Войны! – с гордостью объявил тот, – Точнее… его улучшенная версия!

– Знавал я такого… – задумчиво произнес Эктор, скребя когтем по костлявому подбородку, – Но ты на него похож еще меньше!

В следующий миг он бросился в атаку, выбрасывая вперед свои когтистые лапы.

Завязался бой. Карнакс, несмотря на свой непрезентабельный вид, двигался с поразительной скоростью и точностью. Пыль и эктоплазма летели с него клочьями, обнажая участки знакомой красной бронзы. Белый и черный клинки свистели в воздухе, отсекая призрачные конечности Стража. Но те, впрочем, тут же отрастали снова.

– Ух ты! Смотри, Пугливка, наш Пыльный Принц дерется! – восхищенно прошептала Никталия, выглядывая из-за колонны, – И как дерется! Может, он не такой уж и плохой монстр? Может, он наш монстр?

– Он… сильный, – согласилась Пугливка, сжимая кулачки, – Может, поможем ему? Думаю, втроем мы легко…

– Чем поможем-то? Почистим ему доспехи? – хихикнула Никталия, – Ладно, попробуем отвлечь эту эктоплазменную соплю!

Никталия создала иллюзию – гигантского розового хомяка в балетной пачке, который с писком побежал на Стража. Тот на мгновение опешил от такого зрелища, и этого Карнаксу хватило. Мощный удар Рассвета пронзил клубящийся мрак там, где должно было быть сердце монстра, а Закат отсек лапу, державшую амулет.

Эктор взвыл, его фигура замерцала и начала распадаться, превращаясь в облако серой дымки, которая быстро рассеялась. Амулет со звоном упал на пыльный пол.

Карнакс, тяжело дыша, подошел и поднял его. Он отряхнул амулет о свои грязные штаны и повертел в руках. Камень в центре слабо мерцал голубым.

– Отличный трофей… – пробормотал он, пытаясь сфокусировать золотой глаз на находке. Потом он повернулся к девушкам, которые с опаской выглядывали из-за колонны, – Так. Женщины. Говорю. Медленно. И. Разборчиво. Я – Карнакс. Бог. Войны. Я. Потерялся. Нужна… карта. Или… главный зал. Ведите. Немедленно!

– Ой, он опять разговаривает! – Никталия снова схватила Пугливку, – И приказывать пытается! Наверное, он победил того монстра и теперь считает себя главным! Бежим, пока он не решил, что мы – его трофеи!

– Но амулет! – возразила Пугливка, – Вдруг это что-то ценное…

– Потом разберемся! Бежим! – скомандовала Никталия.

И они снова понеслись по коридорам, теперь уже убегая от пыльного, но явно очень сильного и немногословного «альфа-монстра». Тот с амулетом в руке и недоумением на лице (насколько это можно было понять под слоем грязи) следовал за ними. На ходу он продолжал скрежетать что-то про «женскую логику, которая не поддается тактическому анализу».

Именно в таком виде – две визжащие девушки и преследующий их пыльный тип с золотым глазом и сияющим амулетом – они и ввалились в главный зал, где мы как раз пытались решить судьбу мира.

* * *

– … и я повторяю, даже если твой осколок там, добраться до Небесного Чертога – самоубийство! – Аймос стукнул кулаком по каменному столу так, что призрачные чернильницы подпрыгнули, – Мой брат не дурак! Его защита непробиваема!

– Любая защита имеет слабые места, Аймос, – возразил я, – Особенно если знать, где искать. Нужны лишь правильные ключи.

– Ключи⁈ Да там замки меняются каждые сто лет по лунному календарю Хаоса! – взорвался Аймос, – Сами по себе!

– Может, попробовать через вентиляцию? – встрял Ноктус из портала, – Мы как-то с Эстро пробирались так к Громовержцу, чтобы подменить его любимый нектар на… кхм… ну, скажем так, на очень бодрящий напиток. Правда, потом нас ловили и долго читали нотации про уважение к старшим и частной собственности.

– Какая, чтоб ее, вентиляция, Ноктус? Речь об ином измерении! – рычал Аймос.

Айсштиль, которая до этого сидела с закрытыми глазами, пытаясь уловить резонанс, вдруг резко открыла их.

– Я… чувствую что-то, – прошептала она, – Очень слабое. Далекое. Но… знакомое. Словно… эхо. Оно здесь… в Мире Мертвых… но не соображу, где…

Она медленно повела головой, пытаясь определить источник этого слабого резонанса.

В этот момент двери зала с грохотом распахнулись, и в него, визжа, вбежали Никталия и Пугливка.

– Спасите! Помогите! Нас преследует жуткий, пыльный, светящийся монстр! Он хочет спросить у нас дорогу! Или съесть! Мы не разобрали! – тараторила Никталия, прячась за спину Аймоса.

Следом за ними в зал ввалился Карнакс, весь в пыли, костях и светящейся эктоплазме. Он остановился, тяжело дыша (видимо, бег по пересеченной местности замка его утомил), и смерил нас тяжелым взглядом своего единственного настоящего глаза.

– Наконец-то адекватные боги, а не… всякие тут, – пророкотал он, стряхивая с плеча чей-то прилипший череп, – Посмотрите, что нашел.

Он полез в какой-то подсумок на своем грязном доспехе и извлек оттуда небольшой предмет – потускневший от времени серебряный амулет в форме стилизованной снежинки с голубым камнем в центре. Камень слабо мерцал.

– Потенциальная тактическая ценность… – начал было он, но не договорил.

– Это… он! – выдохнула Айсштиль, ее глаза расширились. Она шагнула к Карнаксу, протягивая руку к амулету, – Я чувствую… Это он резонирует!

Она осторожно взяла амулет у Карнакса. Как только ее пальцы коснулись холодного металла, камень в центре вспыхнул ярким голубым светом, и Айсштиль резко вскинула голову.

– Я знаю, где он! – воскликнула она, и в ее голосе звучала давно забытая уверенность, – Я чувствую его! Мой осколок! И… я чувствую Небесный Чертог! Я знаю, как туда попасть!

Она посмотрела на меня, и в ее глазах, помимо решимости, я увидел еще и благодарность… и, возможно, что-то еще, что заставило мое древнее сердце пропустить удар.

– Спасибо… Карнакс, – добавила она, все еще глядя на меня, – Ты… нашел мой старый амулет.

Карнакс недоуменно посмотрел на свои грязные руки, потом на амулет, потом на нас.

– Ну слава Отцу! – произнес он своим обычным тоном, – Значит, не зря я так страдал… Пойду приведу себя в порядок.

Никталия и Пугливка, поняв, кого они приняли за монстра, захихикали. Впрочем, судя по хитрющим глазам Никталии, она поняла это с самого начала…

Аймос тяжело вздохнул и потер переносицу.

– Я начинаю думать, что нашествие щупалец было не самой большой моей проблемой…

Глава 15
Свяжитесь с княжичем Безумовым

В последние дни в мире происходило нечто странное.

В Париже, городе огней и любви, огни начали жить своей, пугающей жизнью. Вечерами Эйфелева башня переливалась не романтическими подсветками, а дрожащими, ломаными узорами, от которых у зевак подкашивались ноги и подступала тошнота. В Лувре бледные хранители шепотом рассказывали друг другу, что Мона Лиза по ночам улыбается шире, чем положено, а у Венеры Милосской на мгновение прорастают призрачные руки. Гаргульи на соборе Парижской Богоматери плакали черной, вязкой субстанцией, прожигавшей древний камень, и ночные сторожа клялись, что слышат тяжелый скрежет – словно каменные химеры разминают затекшие крылья.

– C’est magnifique, non[42]42
  Это прекрасно, не так ли?


[Закрыть]? – нервно хихикнула какая-то туристка, глядя на искаженные огни башни, – Очень… авангардно. Наверное, новый перформанс?

Ее спутник молча потянул ее прочь, подальше от этой неправильной красоты. На стене рядом с ними с хрустом поднялось каменное веко, не отличимое от кладки. Огромный глаз с вертикальным зрачком, выросший прямо в стене, пристально проследил за парочкой… После чего веко снова опустилось.

* * *

За океаном, на бескрайних полях американского Среднего Запада, фермеры столкнулись с агрономическим апокалипсисом. Кукуруза мутировала, сплетаясь в жуткие, пульсирующие живые стены, из которых доносился тихий шепот. Из плодородной почвы полезли гигантские, слепые черви с хитиновыми жвалами, пожирающие не только урожай, но и неосторожно подошедшую собаку.

– Джонни, сынок, ты уверен, что на прошлой неделе опрыскивал поля именно удобрением? – хмуро спросил старый фермер МакГрегор, глядя на новорожденного теленка с фасеточными глазами и лишней парой ног, – Я таких телят последний раз только в Звездных Войнах видел… Они махали красными светящимися палками и называли себя ситхи…

Джонни, бледный как мел, только судорожно кивал, вспоминая странный фиолетовый туман, который ночью накрыл их поля.

* * *

В Токио, сияющем неоном мегаполисе, экраны смартфонов и гигантских рекламных панелей вдруг покрывались помехами. На доли секунды в них появлялась тьма, полная глаз. Или символы, от которых кровь стыла в жилах. Системы «умного дома» сходили с ума: роботы-пылесосы начинали чертить на полу сложные геометрические узоры, а милые голосовые помощники вдруг переходили на гортанный неразборчивый шепот…

И все это – лишь на пару секунд, потом все возвращалось на свои круги.

– Система требует обновления, – невозмутимо сообщил офисный клерк Танака-сан своему начальнику. Экран компьютера босса на мгновение показал ему его собственное лицо, искаженное предсмертным ужасом, – Вероятно, вирус. Хакерская группировка «Ямато» уже давно грозилась провернуть нечто подобное.

* * *

Даже вечные льды Антарктиды не остались в стороне. Научные станции фиксировали странные энергетические всплески глубоко подо льдом и улавливали низкочастотный гул, идущий из недр континента. Полярники рассказывали о гигантских тенях, скользящих под многокилометровой толщей льда, и о том, что звезды над Южным полюсом иногда складываются в неправильные, пугающие созвездия. Которых не должно существовать…

* * *

В древних египетских гробницах тоже было неспокойно. Археологи находили свежие царапины на внутренней стороне саркофагов и слышали по ночам сухой, шелестящий шепот из темных коридоров пирамид. Река Нил местами приобрела тревожный ржавый оттенок, а священные кошки храмов Карнака шипели на пустоту и прятались в тени.

* * *

В непроходимых джунглях Амазонки деревья истекали черной, липкой смолой, а лианы оживали, пытаясь схватить заплутавших путников. Местные племена в ужасе покидали свои деревни, бормоча о пробуждении древних духов леса, злых и голодных.

* * *

Даже в относительно спокойной Сибири, вдали от Диких Земель, вечная мерзлота начала преподносить сюрпризы. Охотники находили в тайге идеально ровные провалы, ведущие в неизвестность. В них пробовали кидать светящиеся предметы, опускали квадрокоптеры с камерами – но дно обнаружить так и не удалось… Из-за жара цифровая начинка дрона просто плавилась.

* * *

Мир охватывала тихая паника. Правительства пытались сохранять спокойствие, выпуская невнятные коммюнике о «неблагоприятных геомагнитных условиях» и «массовых психозах». Ученые выдвигали противоречивые гипотезы, которые рушились перед лицом очевидной иррациональности происходящего. Военные и магические спецслужбы работали на износ, пытаясь заткнуть все новые и новые дыры в реальности, но этих дыр становилось слишком много.

Человечество, привыкшее к своей роли хозяина планеты, вдруг ощутило себя муравьем на спине пробуждающегося гиганта. Невидимая угроза, которую раньше списывали на сказки или локальные аномалии, теперь дышала в затылок каждому.

* * *

Пламя в высоком камине отбрасывало дрожащие отсветы на стены кабинета, обшитые темным дубом. В центре просторной комнаты, над массивным столом из полированного черного дерева, парила магическая карта Империи и сопредельных государств. Это была не просто статичная проекция – континенты мерцали, океаны переливались призрачным светом, а границы были очерчены тонкими, пульсирующими руническими линиями. Особым, тревожным багровым свечением горели области Диких Земель, и пятна этого свечения за последние недели расползались, подобно зловещей болезни, затрагивая даже благополучные территории по всему миру.

Император Александр V стоял у стола, заложив руки за спину. Его высокая фигура в строгом, но безупречно сшитом домашнем сюртуке отбрасывала длинную тень. На лице – застывшая маска усталости и тяжелых раздумий. Наполовину опустевший хрустальный бокал с янтарной жидкостью стоял забытым на краю стола. Взгляд Императора был прикован к багровым всполохам на карте.

Тихий стук в дверь прервал тягостное молчание.

– Войдите.

В кабинет бесшумно скользнул генерал Орлов, глава Тайной Канцелярии. Как всегда собранный, подтянутый, с непроницаемым лицом и глазами, видевшими слишком много государственных тайн. В руках он держал тонкую папку темно-синего цвета. Не говоря ни слова, он положил ее на стол перед Государем.

– Ваше Императорское Величество. Отчет по инциденту в секторе «Северная застава». Участие специальных служб Британской Короны подтверждено полностью.

Александр V кивнул и неспешно открыл папку. Доклады агентов, расшифровки перехваченных сообщений, схематичные изображения захваченного оружия, помеченного странными голубыми символами. Банда «Серые Волки» – ожидаемо, лишь прикрытие. Группа «Омега» – вот это уже серьезно. Элитные британские оперативники, действующие на территории Империи с применением неизвестных технологий подавления магических и божественных сил.

– Действовали против конвоя рода Безумовых, – продолжил Орлов ровным тоном, – Целью был некий артефакт или объект, который британцы называли «Светоч». Вместо этого столкнулись с… неординарным биологическим объектом под контролем одной из представительниц рода Безумовых. Атака отбита. Оперативники «Омега» и главарь банды захвачены живыми силами рода Безумовых и переданы пограничным войскам на «Северной заставе». У Безумовых потерь нет.

Император медленно закрыл папку. Безумов… Что же ты опять задумал? Что даже британцы проявили такой… нездоровый интерес.

Такая операция – наглая, беспрецедентная по своей дерзости. Попытка захвата артефакта или технологии, связанной с богом, на территории суверенной Империи. По всем канонам старой дипломатии и военной доктрины – это прямой вызов, почти объявление войны. Рука сама тянулась к кнопке вызова командующего флотом. Проучить зарвавшихся островитян, показать им силу русского оружия и магии… Или как минимум объявить торговое эмбарго. Благо возможности и союзники в Европе для такого маневра имелись. Была также опция с проведением ответной операции возмездия, уже на территории острова.

Но Александр V заставил себя отвести взгляд от папки и снова посмотреть на карту. На багровые пятна Бездны, расползающиеся по миру. На мерцающие точки, обозначающие места подтвержденного присутствия вернувшихся богов – Безумов-Эстро, Айсштиль, Ноктус и другие… Старый мир рушился на глазах. Старые правила больше не работали. Баланс сил, который его предки выстраивали веками, рассыпался в прах.

И в этом новом, хаотичном мире британцы сделали свой ход. Отчаянный? Да. Глупый? Возможно. Но если взглянуть на ситуацию их глазами… Глазами державы, осознавшей, что правила игры изменились кардинально, а у соседа появился игрок с козырями невиданной силы? Они попытались украсть этот козырь. Или хотя бы понять, как он работает. Рискнули всем, потому что почувствовали – промедление смерти подобно. Это была логика страха, логика неопределенности, логика рушащегося мира. Опасная, но понятная логика.

– Подготовьте ноту протеста послу Великобритании. Максимально жесткую, – голос Императора был спокоен, но в нем звучала сталь, – Вызовите его для объяснений. Требуйте официального ответа. Пленных оперативников и их снаряжение держать под строжайшим надзором.

Пока что самый общий ответ. Пусть Лондон гадает, сколько Империи известно и что она будет делать дальше.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – Орлов чуть склонил голову, – Будут ли иные распоряжения? Военного характера?

Император задумался и медленно прошелся по кабинету, остановившись у огромного окна, за которым простиралась ночная столица.

– Для начала объявите о проведении внеплановых военных учений Северного флота.

– Только учения? – уточнил генерал.

– У нас есть враг страшнее британцев – Аномалии… Или, как их называют наши новые союзники – Бездна, – Государь едва заметно усмехнулся, – К тому же, эти новые союзники могут быть не менее опасны, чем враги. Нужно также укрепить внутренние рубежи. Нужно понять, что происходит с миром. Нужно подготовить Империю.

Он обернулся к Орлову, его взгляд стал твердым и решительным.

– Генерал. В ближайшие дни я обращусь к нации. Ко всем подданным Империи – от последнего крестьянина до сиятельных князей. Они напуганы. Они не понимают, что происходит. Мой долг – внести ясность. Дать им опору. Объяснить, что мир изменился навсегда. И что Империя встретит новую эру во всеоружии.

Орлов молча кивнул, мгновенно оценив масштаб и важность предстоящего события. Это будет не просто речь об очередном политическом инциденте. Это будет объявление о вступлении Империи в новую эпоху. Эпоху богов, монстров и Бездны.

Пламя в камине отбрасывало блики на магическую карту, где тревожно пульсировали багровые пятна аномалий. Ночь была глубока, но Император знал – рассвет новой, пугающей и непредсказуемой эры уже занимается над миром. И он должен быть готов встретить его.

– И свяжитесь с княжичем Безумовым, – сказал Император, – Я хочу поговорить с ним. С глазу на глаз.