Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 101 (всего у книги 332 страниц)

Глава 5
Очень важный вопрос

Тьма, ластясь, обволокла меня прохладными объятиями. Я обернулся, взмахнул рукой, безмолвно приглашая за собой.

Настя, Айс, Сахаринка, Кристина Валерьевна, Мелинта, Эмми, Лилия – все, не колеблясь ни мгновения, ринулись следом. Их лица были полны решимости и доверия – ко мне, к нашему пути. Девушки смело шагнули в неизвестность, зная – я не подведу.

Миг, другой – и нас поглотил вихрь первородного мрака. Закружил, понёс сквозь время и пространство – в неизвестную обитель. В средоточие силы, где возможно невозможное.

Переход был стремительным и плавным. Лишь на краткий миг перехватило дух, будто при резком погружении на глубину. А потом мрак расступился, явив нам…

Дивный сад, полный неземных чудес. Затерянный мирок, укрытый от посторонних глаз в складках мироздания.

Эмми ахнула, во все глаза разглядывая окружающее великолепие. Рыжие брови поползли на лоб, в изумрудных глазах вспыхнули искорки восторга.

– Костя… Это просто… Вау! – выдохнула она, крутя головой, – Как же красиво!

– Это место… выглядит знакомым, – отметила Сахаринка, оглядываясь по сторонам, – И оно стало в разы красивее…

– Ага! – закивала Настя, – Я здесь определенно уже была…

И было отчего прийти в восторг. С тех пор, как Настя, Айсштиль, Сахаринка и другие последний раз бывали здесь, мое божественное измерение преобразилось до неузнаваемости.

Некогда дикие, буйные заросли превратились в ухоженный, благоухающий парк. Вычурные, фантасмагорические растения уступили место изящным клумбам и ажурным беседкам, увитым диковинными цветами.

В воздухе парили светящиеся сферы, мерцающие всеми оттенками перламутра. Их мягкий, льющийся отовсюду свет ласкал глаз, дарил умиротворение.

– Костя, это место… оно очень красивое, – удивленно произнесла Кристина Валерьевна, оглядываясь по сторонам, – Но… А как же поминки? Мы же должны помянуть ушедших.

– Мы присоединимся к нашим позже, – сказал я, глядя на тропинку, петляющую среди цветов, – Сперва вы должны кое-что увидеть.

– Вот это да! Это ж сколько мёда можно из этих цветов добыть! – выдохнула Мелинта, осторожно касаясь пышных розовых бутонов размером с добрый арбуз. При её прикосновении лепестки затрепетали, источая сладкий аромат.

Настя озиралась с лёгкой улыбкой, явно погрузившись в воспоминания. По лицу Айсштиль скользнуло странное выражение – что-то среднее между ностальгией и лёгкой печалью.

– Помню-помню, как мы сражались тут со странными монстрами, – сказала Айсштиль, – Они выглядели очень миленькими, но от того были не менее опасны…

– Ага, Настю чуть не утащили в нору, – припомнила Эмми.

– Я просто им поддалась немного, а то было бы слишком скучно, – быстро сказала ученица.

Для Кристины Валерьевны, впервые попавшей сюда, окружающее казалось сказочным видением, чудесным сном.

Тем временем к нам, бесшумно ступая, начали приближаться местные обитатели. Воздушные, полупрозрачные создания, порождения чей-то фантазии.

Вот величавый олень с ветвистыми рогами, увитыми светящимися нитями. Вот грациозная лиса – её призрачный мех отливает серебром, а глаза горят ярче звёзд. А это, никак, парочка дракончиков – змеятся в воздухе, словно яркие ленты.

Все они, ничуть не робея, приблизились к девушкам. Подставляли мордочки под ласку, тыкались мягкими носами в ладони.

– Ой, а я думала, призраки холодные! – удивилась Сахаринка. Её рука покоилась меж рожек молодого оленёнка, поглаживая и почёсывая, – А они тёплые-тёплые!

– И не говори! – поддакнула Эмми, восторженно тиская пушистые лисьи бока. Она, любительница животных, была счастлива, – Прямо бархатные! Так бы и тискала целый день!

– Ну это большой прогресс по сравнению с тем полудохлым единорожиком, который тут жил в прошлый раз, – припомнила Настя, – Он откинул копыта, стоило лишь подышать на него лишний раз… А эти крепкие, обнимашки хорошо переносят.

Я улыбнулся, глядя на этакую идиллию. Да, здесь, в моём мире, любой чувствует себя в безопасности. Даже сгустки воспоминаний, принявшие облик зверюшек – и те полны доверия и ласки.

– Поверить не могу, как всё изменилось! – призналась Айсштиль. Она зачарованно вертела головой, подставляя бледное лицо падающим лепесткам, – Эстро, это твоих рук дело?

– И правда – чудо, а не мир! – кивнула Настя. В её голосе сквозили нотки гордости, – Костик, ты просто волшебник! Сам всё обустроил?

Я усмехнулся, качнул головой:

– Не совсем. Точнее – совсем нет. Не было у меня на то ни времени, ни сил.

По лицам пробежала тень недоумения. Лишь Настя и Айс смотрели с пониманием – кажется, только о чем-то догадывались.

– А кто же тогда? – полюбопытствовала Кристина Валерьевна, задумчиво созерцая медленный танец светящихся сфер над головой.

– Увидите, – таинственно улыбнулся я, – Пойдёмте, нас уже заждались.

И зашагал вперёд по тропинке, вымощенной разноцветными кристаллами. Камешки нежно звенели под ногами, создавая причудливую мелодию.

Девушки, не мешкая, двинулись следом. Вереницей, словно разноцветные бусины на нитке. Настя и Айс – впереди, бок о бок со мной. Кристина Валерьевна чуть поодаль, задумчиво оглядываясь. Эмми семенила следом, то и дело шмыгая носом от распирающих эмоций. На руках она держала лисичку, с которой не хотела расставаться.

Лилия же, не сдержавшись, бегала вокруг нас, гоняясь за бабочками. Подлетела ко мне, едва не уронив, крепко обняла за шею. Сердце больно кольнуло при виде её сияющих счастьем глаз.

«А здесь здорово! Тепло, уютно, пахнет вкусно! А побегать тут можно, а?» – так и плескалось в ее глазах.

Я со смешком потрепал её по лохматой макушке.

– Погоди немного, жопка пушистая, не убегая далеко, – сказал я, – Сперва дела.

Сахаринка, любознательная душа, семенила вдоль клумб и цветников, трогая то один, то другой невиданный цветок. Сорвала пушистый стебель, задумчиво пожевала. И вдруг закашлялась, согнулась пополам.

– Горько! Ужас! – просипела она, отплёвываясь, – А где нектар? Я мёд хотела сделать…

Я хохотнул, сочувственно похлопав нашу умницу по спине:

– А ты думала, здесь всё съедобное? Хе-хе, ошибочка вышла! Здесь иногда встречаются и грустные воспоминания, маскирующиеся под цветы… Так что лучше поосторожничай пока. Мало ли какой сорняк по незнанию сорвёшь.

Сахаринка смущённо потупилась, кивнула. Айсштиль сдержанно хмыкнула, Настя возвела очи горе. Лилия же от души расхохоталась, тыча в бедолагу пальцем.

А я приобнял дочурку за плечи и повёл дальше. Мы шли, негромко переговариваясь и дивясь окружающим чудесам. И даже не заметили, как дорожка вывела нас к круглой площадке, со всех сторон окружённой серебристыми деревьями. В центре площади весело журчал фонтан, искрясь и переливаясь всеми цветами радуги.

– Ого, как в раю! – выдохнула Эмми, застыв на месте.

Настя молча обняла меня, уткнулась носом в плечо. Я ласково погладил её по волосам. Понимал, что творится у неё на душе.

Шагнул вперёд и громко возвестил:

– А вот и мы! Встречайте гостей дорогих!

И словно в ответ на мой зов из-за деревьев вышла хрупкая фигурка, облачённая в белоснежные ткани. Девочка-подросток, тонкая как тростинка.

Жрица, спасенная из измерения Лилии. Моя новая бессменная призрачная помощница.

– Приветствую вас, о Владыка! – с поклоном произнесла она. Голосок её звенел как серебряный колокольчик, – И вас, его близкие и друзья! Добро пожаловать в обитель Безумного Бога!

– Привет, Вивьен, – назвал я её по имени. Ох, много времени у меня ушло, чтобы выпытать его, – Рад, что ты наконец перестала стесняться и решила познакомиться с коллективом.

– Можно просто Виви, господин…

Она очаровательно покраснела, стрельнув в меня смущённым взглядом из-под густых ресниц. Ах, Вивьен, Вивьен! Совсем ещё дитя, а туда же – жрица!

Впрочем, надо отдать ей должное. С возложенными обязанностями малышка справлялась на ура. Я кивком указал на благоухающие сады:

– Виви потрудилась на славу. Я выдал ей… гм… админские права, и она навела здесь марафет, расширила владения. Умничка, сразу видно – толковая девочка растёт.

Жрица зарделась пуще прежнего, спрятала пылающее личико в ладонях. Эмми с улыбкой приобняла её за плечи:

– Какая славная помощница у тебя, Костик! И как управляется, а?

Я довольно ухмыльнулся. Да, не прогадал, когда оставил Вивьен за главную. Маленькая, а большая умница.

Однако стоило Лилии приблизиться к ней, как Виви невольно отпрянула. В глазах промелькнул испуг, почти ужас.

Я поспешил встать между ними, удержать любопытную волкодевочку. Та разочарованно заскулила, вывернула шею, стараясь получше разглядеть незнакомку.

– Потом, Лиля. Дай девочке освоиться, – шепнул я на ухо Лилии, – Она же не знает, что безумия в тебе поубавилось. Думает, ты до сих пор та жуткая тварь…

Волкодевочка обиженно засопела, но послушно притихла.

– Кхм… – прокашлялась Виви, – Собственно, я здесь ведь не одна… Как господин Безумный бог предупреждал, Божественное измерение сегодня приняло новых гостей.

– Новых гостей? – Кристина Валерьевна удивленно приподняла бровь, – О чем ты, родненькая? И почему ты называешь Костеньку Безумным Богом?

Тем временем произошло кое-что поистине удивительное. Из-за деревьев, улыбаясь, вышли… погибшие мирмеции! Полупрозрачные, чуть мерцающие в призрачном свете – но такие знакомые и родные!

У Сахаринки брызнули слёзы. Она всхлипнула и бросилась навстречу сестрам, раскинув руки. Сгребла в охапку сразу нескольких, зарыдала, уткнувшись в призрачные плечи.

Мелинта, всегда такая сдержанная, и та не смогла удержать рыданий. Припала к полупрозрачному телу погибшей дочери, лихорадочно гладила, целовала куда придётся. Что-то бормотала, раз за разом повторяя: «Прости! Прости, что не уберегла!»

Но самым трогательным было воссоединение Эмми, Кристины Валерьевны и нашего верного Федора. Гигантский муравей, совсем как при жизни, подошёл к девушкам вразвалочку. Ткнулся полупрозрачным рылом Эмми в ладонь, щекоча голову антеннами.

Обычно невозмутимая Кристина всхлипнула и порывисто обняла лобастую морду, зарылась пальцами в призрачную шерсть на загривке:

– Федя, родной ты мой! Вернулся, вернулся!

Моё сердце щемило от горьковато-сладкой нежности, глядя на воссоединение семьи. Я ободряюще приобнял Лилию – ей, похоже, стало не по себе от всеобщих слёз. Кажется, инстинкты демона никак не хотели отпускать мою девочку. Нужно что-то с этим делать.

– Мирмеции не ушли навсегда, – произнес я, – Их души обрели здесь покой и мир. Они теперь – наши ангелы-хранители. Я могу призвать их обратно в наш мир. И они смогут сражаться с врагами рода Безумовых.

Настя недоверчиво хмыкнула, но блеск в глазах выдавал ее интерес к моим словам.

– Отдохните немного, – сказал я, – Пообщайтесь, поиграйтесь. А ближе к вечеру можно приступить к тренировкам.

– Тренировкам? – с удивлением произнесла Настя, – Так тайное усиление, о котором ты говорил, это просто тренировки?

Я покачал головой

– Не совсем. Дело в том, что мое божественное измерение, приняв успешно первые души, стало полноценным. Теперь здесь духовное окончательно преобладает над физическим. Поэтому тренировки и работа с духовной энергией здесь будут в разы эффективнее, чем в реальном мире.

Все девушки притихли, внимательно слушая меня. Я еще раз внимательно оглядел их и веско произнес:

– Грубо говоря, один день духовных тренировок здесь идентичен десяти дням тренировки в обычном физическом мире. Даст столько же пользы. Как вы понимаете девушки – до начала турнира теперь мы тренируемся только здесь.

– А число душ в этом мире как-то влияет на качество тренировок? – Настя все схватывала на лету.

– Именно, – кивнул я, – Чем больше мир, чем больше у бога верующих и душ, тем эффективнее работает божественное измерение.

– То есть с этого дня ты теперь активно набираешь верующих? – Айсштиль тоже все быстро схватывала.

Я широко улыбнулся.

– Именно. И, надеюсь, победа на турнире изрядно увеличит их число…

* * *

– Присаживайтесь, генерал. В ногах правды нет.

Генерал-губернатор Горовой тяжело опустился в кресло перед столом Императора. На его помятом, осунувшемся лице застыла мрачная решимость пополам с тревогой. Было видно – прославленный военачальник не на шутку обеспокоен.

Государь Александр V, напротив, являл собой воплощение невозмутимости. Он смерил генерала цепким, изучающим взглядом, чуть склонил голову набок:

– Судя по всему, дело неотложное?

Горовой, собравшись с духом, решительно кивнул:

– Так точно, Ваше Величество. Дело первостатейной важности. Все оказалось куда хуже, чем я думал…

– Вот как?

– Произошла внештатная ситуация, которую никто не мог спрогнозировать. На Синегорье напал монстр. Монстр невиданной, чудовищной силы…

И генерал-губернатор принялся в мельчайших подробностях живописать схватку с исполинской тварью. Как элитные Истребители Аномалий Синегорья, лучшие из лучших, были повержены в одно мгновение. Как чудище одним небрежным взмахом когтистой лапы пробивало защитные покровы, считавшиеся доселе неуязвимыми.

– Мы столкнулись с чем-то, с чем еще человечество не сталкивалось, – хрипло вещал Горовой, и на висках его проступила испарина, – Наши атаки не причиняли монстру ни малейшего вреда – он просто стряхивал их, как назойливых мошек…

Голос генерала упал до трагического полушепота:

– А когда в бой вступил я… Я, могущественнейший маг Синегорья… Моя сильнейшая атака, способная испепелить целый город, лишь оцарапала броню твари. А в следующий миг…

Горовой запнулся, опустил голову. По лицу его прошла судорога, будто от невыносимой боли.

– Монстр ответил. Одним-единственным ударом вырубил меня, отправил в беспамятство. Ни один противник за всю мою жизнь не был способен на подобное…

Император слушал, не меняясь в лице. Лишь пристально всматривался в собеседника, изредка кивая. Когда генерал-губернатор замолчал, переводя дух, Государь негромко уточнил:

– И что же это была за тварь? Сумели установить?

Горовой покачал головой, криво ухмыльнулся:

– В том-то и дело, Ваше Величество. Монстр ни на что не похож. Огромный, антропоморфный, чешуйчатый, увенчанный шипами, с огненными прожилками. Будто явился из самых жутких кошмаров…

Порывшись в кармане мундира, генерал выудил на свет небольшой кристалл на цепочке – магический накопитель.

– Вот, полюбуйтесь. Слепок ауры монстра, добытый следящими артефактами…

Едва Горовой активировал кристалл, как из него заструилось, забурлило нечто невообразимое. Сгусток мощи столь запредельной, что в пору глаза прикрывать. От чудовищного напряжения энергий, слепок буквально трещал по швам!

Император невольно подался вперед, всматриваясь. На миг его невозмутимость дрогнула, в глазах промелькнуло искреннее изумление. Даже ему, могущественнейшему из Одаренных, не доводилось встречать столь концентрированной Силы Духа.

– Ох ты ж… – выдохнул Государь. Тряхнул головой, отгоняя наваждение. Бросил на Горового испытующий взгляд, – Действительно, тварюга знатная. И что вы предлагаете, генерал? Каков будет наш ответ на эту угрозу?

Генерал нервно облизал пересохшие губы. С тревогой посмотрел на Императора:

– Ваше Величество, осмелюсь предположить: появление столь могучего монстра в канун турнира, важнейшего события – явно не случайность. Больно уж вовремя эта дрянь нарисовалась. Не иначе как происки врагов Престола, желающих сорвать мероприятие и помешать вашим замыслам!

Голос Горового упал до трагического полушепота:

– Государь, позвольте внести предложение. Давайте отменим грядущий турнир, по крайней мере, до прояснения ситуации. Кто знает, вдруг эта образина вновь заявится в самый неподходящий момент?

Однако Император лишь покачал головой. Решительно сдвинул брови:

– Нет, это исключено. Турнир должен состояться несмотря ни на что. Это дело государственной важности, отступать нельзя. Черное Солнце должно получить своего хозяина.

Горовой вскинул на Государя умоляющий взгляд, но тот остался непреклонен. Откинулся на спинку кресла, сцепил пальцы в замок.

– Слушайте мою волю, генерал. Меры безопасности мероприятия должны быть усилены втрое против прежнего. Утройте патрули, привлеките лучших магов-поисковиков. Пусть прочешут каждый уголок, разнюхают малейшие признаки угрозы.

– Будет исполнено, Ваше Величество!

– Далее. Место проведения турнира должно быть окружено защитным куполом высшего порядка. В стратегических точках разместите элитные подразделения бойцов. Чтобы в случае чего могли мгновенно среагировать.

Император помолчал, о чем-то напряженно размышляя. Потом резко подался вперед, впился в Горового пронзительным взглядом:

– И вот еще что. Любой ценой разыщите и доставьте ко мне эту загадочную Аномалию. Если сумеете взять живьем – вдвойне славно. Если просто узнаете местоположение – тоже хорошо, я сам к ней наведаюсь. Я лично хочу изучить столь поразительное явление.

– Ваше Величество, но как же…

– Можете запросить любые ресурсы и поддержку от Тайной Службы, которая вам понадобится. Выполняйте, генерал. Ступайте. У вас масса дел.

Понимая, что аудиенция окончена, Горовой поднялся. Щелкнул каблуками, взял под козырек. И, пятясь, двинулся к двери.

Император, оставшись один, еще долго задумчиво созерцал мерцающий слепок ауры чудовища. На его лице застыло странное непонятное выражение… словно Государь видел в этом слепке нечто, но никак не мог осознать, что именно.

* * *

Ночь накрыла военный аэродром непроницаемым покрывалом. Лишь прожекторы, словно огромные светляки, выхватывали из мрака очертания вертолетов и бегущих техников. Тишину то и дело взрывал гул двигателей и отрывистые команды диспетчеров.

Генерал-губернатор Горовой, сгорбившись, брел к своему вертолету. Каждый шаг давался с трудом, боль пронизывала все тело. Сказывались последствия чудовищной схватки с монстром, исход которой едва не стоил ему жизни.

Внезапно Горовой застыл как вкопанный. У его вертолета, небрежно прислонившись к борту, стоял человек, облаченный во все черное. Длинные волосы цвета воронова крыла и полы плаща трепетали на ветру. Незнакомец, словно не замечая окриков техников и охраны, преспокойно попыхивал сигаретой.

– Да какого… – пробормотал ошарашенный генерал, узнавая непрошеного гостя, – Не может быть! Ты⁈ Здесь⁈

Охрана меж тем ринулась к вертолету, грозно потрясая оружием. Похоже, ребята не на шутку разозлились и намеревались скрутить нахала, а то и пристрелить на месте.

Но человек в черном и бровью не повел. Лишь небрежно шевельнул пальцами – и из его руки вырвалась ветвистая молния. С треском ударила под ноги секьюрити, вышибая искры из бетона. Те с воплями шарахнулись назад, побросав автоматы.

Горовой, стряхнув оцепенение, тоже сорвался с места. На ходу выдернул из кобуры табельный пистолет, передернул затвор. Боль в израненном теле на миг отступила, вытесненная приступом ярости.

– Лисовский, чтоб тебя, Фома! – взревел он, подлетая к нарушителю спокойствия, – Ты какого дьявола тут забыл⁈ А ну, стоять! Руки за голову!

Но Фома Лисовский, могущественный опальный Одаренный, некогда блиставший в рядах элитного подразделения Истребителей, лишь ухмыльнулся краем рта. Неторопливо затянулся напоследок, щелчком отбросил окурок.

– И тебе не хворать, Горовой, – хрипловато протянул он, сощурив колючие глаза. Тонкие губы скривились в усмешке, – Что, не ждал?

Генерал, тяжело дыша, навел пистолет прямо промеж бровей бывшему соратнику. Процедил сквозь стиснутые зубы:

– Живо отвечай, какого рожна припёрся! Сдаться властям надумал, грехи замаливать? Так я тебя сейчас лично упакую, голубчик!

Фома, проигнорировав угрозу, шагнул вперед. Холодный ствол уперся ему точнехонько в лоб. И что-то в его движениях, в самой ауре было настолько пугающим, что Горовой невольно сглотнул. По спине пробежал озноб.

– Я насчет монстра, – вкрадчиво произнес Лисовский, глядя на генерала в упор. В черных глазах плясали дьявольские огоньки, – Вопрос есть. Очень важный вопрос…

Глава 6
Князь Безумов собственной персоной

– Да неужели? – вскинул бровь Горовой, стараясь держать себя в руках. Усмехнулся зло, кривя губы, – С чего бы мне тебя слушать, а, Фома? Ты, если запамятовал, в розыске. По всем статьям проходишь, голубчик. Предатель, дезертир, государственный преступник…

Холодный металл врезался Фоме в кожу лба еще плотнее, но тот и не подумал отстраниться. Лишь скрестил руки на груди, смерил генерала насмешливым взглядом.

– Не много ли на себя берешь, а, Горовой? – вкрадчиво произнес он, склонив голову набок, – Глянь, на тебе лица нет. Ты сейчас не в том состоянии, чтобы кому-либо угрожать. Или забыл, как недавно в лепешку расшибся о новую Аномальную зверушку?

Генерал-губернатор вспыхнул. Ярость в груди полыхнула с новой силой. Забыв про раны и боль, он убрал пистолет и ткнул Лисовского пальцем в грудь – раз, другой. Зашипел в лицо:

– Ты, не зарывайся! Государь-то, может, снисходителен к твоей обугленной заднице! Все никак не забудет, как ты одного из Романовых от верной смерти уберег! Вот и терпит, закрывает глаза на твои делишки!

Горовой оскалился и рявкнул пуще прежнего:

– Только я тебе не Император! Я не столь благороден! И плевать мне с Кремлевской башни на твои подвиги! Для меня ты предатель и враг Короны! Так что имей в виду – августейшее мнение может переме…

– Монстр, – перебил его вдруг Фома. Глухо, веско, – Тот, что вас с Истребителями в фарш покрошил. Он ведь человек. Вернее, Одаренный. Как ты. Как я. А не просто бездумная тварь.

Горовой осекся. В зрачках промелькнуло замешательство, почти испуг. Открыл было рот, силясь что-то возразить, но Лисовский не дал ему такой возможности.

– Да-да, ты не ослышался, – кивнул он, прищурясь, – Эта дрянь, что едва не спалила Синегорье к чертям – один из нас. Я отчетливо почувствовал это даже на огромном расстоянии. И готов поспорить, сейчас он опять затаился среди простых смертных. Мимикрировал, притворился своим.

Повисла звенящая тишина. Лишь ветер тоскливо выл в рассохшихся створках ангара, швырял в лица собеседников горсти песка.

– Откуда такие выводы? – процедил, наконец, Горовой. Голос его дрогнул, в глазах заплясали недобрые огоньки, – С чего взял, будто монстр – человек? Где пруфы, Лисовский?

Тот молча усмехнулся. Поднял руку и медленно, будто нехотя, стянул черную кожаную перчатку.

И Горовой, не сдержавшись, отшатнулся. Зрачки расширились, кровь отлила от щек.

Потому что кисть Фомы… она светилась. Переливалась в полумраке, словно начиненная мириадами светлячков. Бледные, фосфоресцирующие письмена струились по коже, вспыхивали и гасли, сплетались в немыслимые узоры.

– Черное Солнце, – одними губами прошептал генерал, – Это… его последствия?

– Красиво, да? – хмыкнул Фома, любуясь собственной рукой. Призрачные блики плясали на впалых скулах, тенями залегли под глазами, – Даровало мне силу, какая и не снилась вашим Истребителям. Теперь я вижу куда больше вашего. Чую то, что вам и не почуять… Ох… но лучше бы я сдох, честно говоря, чем владел этой силой…

Он помолчал, будто к чему-то прислушиваясь. И глухо добавил:

– Монстр – Одаренный. Человек. До сих пор обретается где-то в Синегорье. Я ведь почуял всплеск Силы, когда вы рубились. Такой, что у меня аж мурашки побежали. А ведь я был за тридевять земель от вас…

Фома тяжело посмотрел на Горового и припечатал:

– И эта мощь… Она очень походила на ту, что я ощутил, соприкоснувшись с Черным Солнцем. Теперь понимаешь? Природа силы Монстра и силы Черного Солнца имеет что-то общее… И оно не имеет ничего общего с привычной нам Духовной Силой…

Генерал не ответил. Лишь отступил на шаг, опустив пистолет. На лице его застыло странное выражение – смесь неверия, задумчивости и плохо скрываемого страха.

Однако уже в следующий миг губы Горового скривились в брезгливой гримасе. Он вновь вскинул оружие, нацелив Лисовскому точно промеж глаз.

– Хватит пороть чушь! – рыкнул генерал, борясь с приступом тошноты, – Думаешь, куплюсь на твой бред? Ни фига подобного! Этот монстр – натуральная Аномалия! Сам видел его во всей красе! Какой, к дьяволу, человек⁈ Даже если он и был человеком – давно уже послетал с катушек!

Пистолет в его руке ощутимо вздрагивал. Палец уперся в спусковой крючок…

– Вот что, Лисовский, – прошипел Горовой, едва сдерживая бешенство, – Вали-ка ты отсюда подобру-поздорову. Сгинь с глаз моих, пока я добрый. Не то гляди – пристрелю к чертовой матери, и дело с концом! Плевать я хотел на Черное Солнце, его дары и прочую муть! Пошел вон!

Фома со вздохом опустил полыхающую ладонь. Разочарование, смешанное с раздражением, исказило его черты.

– Не веришь, значит? – произнес он тихо. Покачал головой, поджав губы, – А зря. Ох, зря… Говорю тебе, Горовой, дело вовсе не в монстре. Грядет что-то куда более серьезное…

Он резко вскинул голову, впился в генерала пронизывающим взглядом. Голос звенел от напряжения:

– Этот ваш турнир – ошибка. Государь заблуждается, упрямо не желая видеть очевидное. Вместо раздачи Черного Солнца его нужно запереть покрепче. Иначе жди беды! Новые Аномалии, бунты Одаренных…

Лисовский умолк, тяжело дыша. Горовой молчал, сверля его испепеляющим взглядом. Рука с пистолетом мелко тряслась.

– А знаешь что, Лисовский? – процедил генерал после долгой паузы. Каждое слово сочилось ядом, – Мне плевать на все, что ты тут скажешь! Я Государю служу, я присягу давал! Он поумнее меня будет и тем более тебя!

Он шагнул вперед, почти уткнувшись стволом Фоме в грудь. Прорычал в лицо:

– Повторяю для непонятливых. Исчезни. Немедля. Иначе клянусь – пристрелю без лишних разговоров. Невзирая на чины и былые заслуги. Ты меня знаешь, от слов на попятную не пойду.

В глазах Лисовского промелькнула странная смесь жалости и горечи. Он криво ухмыльнулся, покачав головой:

– С тобой каши не сваришь, Горовой. Вот ведь упрямый осел… Что ж… не хочешь помочь – как знаешь. Союзников я и в других местах поищу.

С этими словами он шагнул назад. Тьма сгустилась, заклубилась вокруг него удушливой пеленой. Миг – и опальный Истребитель с негромким хлопком растворился в воздухе. Будто и не было.

– Черт… – выдохнул потрясенный Горовой, пялясь на опустевшее место. Пистолет выпал из разжавшихся пальцев, глухо стукнулся о бетон, – Телепортер фигов…

Несколько секунд генерал стоял столбом, бессмысленно хлопая глазами. Затем встряхнулся, с силой провел ладонью по лицу. Подобрал оружие и, пошатываясь, побрел к вертолету.

Мысли путались, разум никак не желал укладывать случившееся в привычную картину мира. Лисовский, Черное Солнце, одержимость Императора, проклятый монстр…

Во что же они вляпались? И самое главное – как из всего этого выпутываться?

Горовой с трудом взгромоздился в кресло второго пилота, пристегнулся. Махнул рукой пилоту, мол, полетели.

Спустя несколько недель

Монстромобиль, урча мощным двигателем, плавно затормозил у парадного входа главной арены Синегорья. Я заглушил мотор и повернулся к своим спутницам:

– Ну что, девчонки, прибыли! Готовы надрать всем задницы на этом турнире?

Эмми фыркнула, откидывая со лба непослушную прядь:

– Еще спрашиваешь! Да мы порвем их как ветошь!

– А то ж, пусть трепещут! Сахаринка у нас во все тяжкие пойдет, – хохотнула Настя, – Лимонку к попе прикрепит и в самую гущу их баталий ка-а-ак сиганет…

Сахаринка только хмыкнула и обвела зарвавшихся подруг укоризненным взором.

– Ну все, хорош балагурить! – шикнула Айсштиль, сверкнув ледяными очами, – Давайте уже выходить, чего расселись?

Мы дружно повалили из тачки. Я обогнул капот и замер как громом пораженный.

Глазам предстала невероятная картина. Грандиозная арена, усовершенствованная до неузнаваемости, сверкала и переливалась в лучах полуденного солнца. Это было настоящее архитектурное и инженерное чудо!

Первым, что бросалось в глаза – массивный защитный купол, накрывающий всю территорию вместе с ближайшими трибунами. Он переливался всеми цветами радуги, то и дело вспыхивая всполохами энергии. Явно работа лучших магов-артефакторов Империи. Такой купол запросто сдержит и прямое попадание из тяжелой артиллерии, не то что атаку Одаренного.

Ясно, почему между этапами турнира прошло там много времени. Систему безопасности с нуля переделали!

– Ничего себе! – выдохнула Настя, задирая голову к небесам, – Они это серьезно? Во дают!

Эмми скептически хмыкнула, скрестив руки на груди:

– Ишь, перестраховались! Откуда только деньги берут? Лучше бы народу раздали!

Я с усмешкой покосился на нее:

– Кое-кто у нас в социалисты метит? Власти, чай, тоже не дураки. Обезопасить турнир надо, знаешь, сколько отморозков всяких понабежит? Особенно после истории с Лисовским. Про монстра я вообще молчу…

Айсштиль надменно скривилась:

– Это они зря. Все равно не поможет, если кто-то серьезный явится. Наивные…

– А может быть они учли такой вариант? – задумчиво протянула Сахаринка, – Не зря ведь столько ресурсов вбухали. Как пить дать – готовятся к нашествию чего-то мощного…

Я лишь неопределенно пожал плечами. Кто их разберет, этих имперских шишек?

– Дело ясное, что дело темное, – хмыкнул я.

Наше внимание привлек громкий, полный возмущения голос, раздавшийся со стороны ворот. У одного из кордонов охраны, проверявшего входящих, разгорелся нешуточный скандал.

– Да вы знаете, кто я такой⁈ – брызжа слюной, верещал какой-то расфуфыренный индюк. Судя по гербу на камзоле – не кто иной, как целый виконт собственной персоной, – Я вам покажу, как со мной обращаться! Да я…

– Виконт Сукин, вы задержаны! – рявкнул в ответ дюжий боец в блестящем силовом доспехе, – За препятствование работе службы безопасности и за нарушение правил прохода!

– Да пошел ты! – взвизгнул дворянчик и, выхватив шпагу, кинулся на охранника.

Я только присвистнул. Ну и идиот! С голыми руками, пусть даже и со шпагой, на охрану попер!

Охранник с легкостью перехватил руку виконта. Вывернул, заставив бедолагу взвыть от боли. Шпага со звоном упала на брусчатку. Еще мгновение – и незадачливый бунтарь уже лежал мордой в пыли, скрученный по рукам и ногам какими-то хитрыми магическими путами.

– Выведите его! – гаркнул начальник охраны, брезгливо кривясь. Обалдевший от такого поворота виконт безвольной куклой обвис на руках у конвоиров. Его поволокли куда-то прочь, под белы рученьки, не слушая истошных воплей.

Мы с девчонками дружно переглянулись.

– Вот ведь придурок! – фыркнула Эмми, – Сам нарвался на неприятности.

– Как лихо бучу замяли, – хмыкнула Настя, проводив процессию насмешливым взглядом, – Муха не пролетит!

– Ага, палец в рот не клади, – поддакнула Сахаринка, – Сожрут и не подавятся!

Я обвел цепким взором выстроившиеся вдоль дороги батареи следящих артефактов и охранные посты. М-да… влезать в это осиное гнездо как-то не улыбалось. Даже привычные торговые ряды и лотки убрали от арены подальше. Теперь на их месте красовались хмурые вояки с тяжелым вооружением. Создавалось впечатление, что мы идем не на спортивный турнир, а по меньшей мере на штурм секретной военной базы.