Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Глава 5
Мы готовы!

Мы вывалились из особняка в утренний сад, словно труппа бродячего цирка после очень неудачного представления. Воздух был свежим и прохладным, пах влажной травой и розами, но наше состояние было далеко от свежести. Скорее, оно походило на состояние залежавшегося в холодильнике сыра.

Настя пыталась незаметно прикрыть выступающие соски на платье – ведь лифчик остался где-то в недрах комнаты. Эмми, в свою очередь, путалась в ленточках и подвязках на своем платье, из-за чего последнее постоянно норовило сползти ниже, чем полагается.

Никталия гордо шествовала в своем платье, надетом задом наперед, время от времени поправляя воротник. Тот каким-то мистическим образом теперь красовался где-то в районе поясницы.

Айсштиль куталась в ледяную занавеску, сохраняя царственное достоинство. Словно это был последний писк придворной моды, а не результат панического бегства.

К нам также присоединился Карнакс. Он как обычно замыкал процессию, его золотой глаз методично сканировал окрестности, словно подсчитывая все возможные угрозы и пути отступления. Мирмеции шли рядом со мной, их антенны тревожно подрагивали.

– Костя, – вдруг остановилась Настя. Ее лицо приобрело то самое озадаченное выражение, которое обычно предвещает крах всех грандиозных планов, – А как мы, собственно, собираемся к Императору? Он же в столице. Это… далеко. Очень далеко. Твои порталы на такое расстояние не работают.

Все замерли. Простая, но убийственная логика обрушилась на нас, как ведро холодной воды на голову спящего. Мысль о долгой и нудной поездке на машине в таком виде заставила всех поникнуть. Не говоря уж о том, что время почти истекло…

Эмми даже присела на ступеньки, обхватив голову руками.

– Ну вот, – простонала она, – А Дребезг на ремонте, да? Значит, нам придется ехать автостопом. В таком виде. Я уже вижу заголовки: «Группа подозрительных личностей задержана на трассе. Некоторые из них утверждает, что являются богами».

– Можно вызвать мой личный… этот… как его… Party Bus! – тут же оживилась Никталия, подпрыгивая на месте, – С диско-шаром размером с небольшую луну, хромированным шестом для танцев! И баром, который никогда не пустеет! У меня там запас божественного нектара на три апокалипсиса! Доедем с ветерком, музыкой и коктейлями! Можно даже сделать остановку у придорожного кафе – я знаю одно место, где готовят божественные блинчики.

– Неприемлемо, – отрезала Настя, – Если мы приедем на блестящем автобусе с диско-шаром, нас даже слушать не будут. Решат, что мы просто очень упоротая свадебная делегация.

– Это не говоря уж о том, что никакого «пати-буса» у тебя нет и никогда не было, – фыркнула Айсштиль.

– Бука ты, Айси! Помечтать-то можно! – Никталия фыркнула в два раза громче.

– Форсированный марш-бросок, – пророкотал Карнакс, разминая плечи с характерным металлическим скрежетом, – Сто километров в день. Ночью – принудительная медитация для восстановления сил. Через неделю будем на месте. Отличная тренировка выносливости, силы воли!

– И способности терпеть мозоли размером с грецкий орех, – Эмми посмотрела на него с плохо скрываемым ужасом, – Карнакс, дорогой, я тебя обожаю, но если ты думаешь, что я пройду триста километров в этих туфлях, то у меня для тебя плохие новости. Мои ноги отвалятся где-то на пятнадцатом километре. А на двадцатом я превращусь в скопище страданий и нытья.

– Слабость плоти преодолима, – назидательно изрек Карнакс, – Боль временна. Дисциплина вечна.

– Легко говорить, когда у тебя металлическая задница, – пробормотала Настя.

– Только глаз, – поправил ее Карнакс, – Но идея мне нравится. Обдумаю на досуге.

– Кажется, у меня есть идея получше, – я загадочно улыбнулся и подмигнул Айсштиль, – И для ее реализации не потребуется ни танцевальный шест, ни ампутация конечностей.

Богиня льда поняла меня без слов. Тонкая связь, установившаяся между нами, позволяла общаться взглядами. Особенно когда речь идет о демонстрации божественных способностей перед скептически настроенной публикой.

Она шагнула вперед. Ее глаза, обычно холодные, как зимние звезды над заполярной тундрой, вспыхнули ярким голубым светом. Воздух вокруг нас мгновенно похолодел градусов на двадцать. От резкого перепада температуры на стеклах особняка мгновенно выступил иней. Густой, серебристый морозный туман окутал нашу разношерстную компанию, скрывая от любопытных взглядов садовников-мирмеций.

– А-а-а!.. Что происходит⁈ – взвизгнула Эмми, инстинктивно прижимаясь к Насте, – Мы что, умираем? Это то самое белое сияние в конце туннеля?

– Успокойтесь, – сказал я. Мой голос шел словно из тумана, отдаваясь странным эхом, – Просто держитесь крепче. Лучше друг за друга. И постарайтесь не кричать. Слишком. Громко.

– ОЧЕНЬ УСПОКАИВАЮЩЕ! – заорала Эмми.

Последние слова потонули в странном ощущении стремительного полета. Земля под ногами исчезла, словно ее кто-то выдернул, как скатерть из-под посуды. Нас подхватил невидимый поток, несущий с невероятной скоростью куда-то вверх и вперед. Как пассажиров в разогнавшемся лифте, который решил, что все эти ограничения скорости – для слабаков.

Не было ни тряски, ни рева моторов, ни ощущения, что твоя жизнь висит на волоске. Только свист ледяного ветра и головокружительное чувство движения, будто ты – пуля, выпущенная из божественного ружья.

Где-то далеко внизу проносились леса, поля и реки, превращаясь в размытые зеленые и синие полосы. Мы неслись в коконе из морозного тумана, сквозь который едва пробивался солнечный свет. Он преломлялся в миллиардах крошечных льдинок. И создавал радужные всполохи, как в гигантской призме.

– ЭТО ЛУЧШЕ, ЧЕМ АМЕРИКАНСКИЕ ГОРКИ! – восторженно орала Эмми, раскинув руки и пытаясь поймать ртом летящие снежинки, – ЭТО ЛУЧШЕ, ЧЕМ ПРЫЖОК С ПАРАШЮТОМ! ЭТО ВООБЩЕ ЛУЧШЕ ВСЕГО, ЧТО СО МНОЙ СЛУЧАЛОСЬ В ЖИЗНИ!

– МЕНЯ СЕЙЧАС СТОШНИТ! – вторила ей Настя, вцепившись в мою руку мертвой хваткой, – КОСТЯ, Я ТЕБЯ УБЬЮ, ЕСЛИ МЫ ВЫЖИВЕМ! А ПОТОМ ВОСКРЕШУ И УБЬЮ ЕЩЕ РАЗ ЗА ТО, ЧТО НЕ ПРЕДУПРЕДИЛ!

– Я предупреждал держаться крепче!

– ЭТО НЕ СЧИТАЕТСЯ!

Сахаринка обняла дрожащую Мелинту, словно хотела защитить ее от всех опасностей. Перчинка с любопытством крутила головой, бросая оценивающие взгляды. Их антенны подрагивали от перегрузки сенсорной информацией.

Пугливая Лилия издавала тонкий писк, а Безумная выглядела вполне довольной. И даже восторженно выла что-то, что в переводе с волчьего, вероятно, означало: «Еще! Быстрее!»

Никталия же, быстро придя в себя после первоначального шока, приняла величественную позу у края нашего ледяного кокона. И ещё раскинув руки, словно она была капитаном этого импровизированного корабля, а не случайной пассажиркой.

– Полный вперед, рулевой Айсштиль! – торжественно провозгласила она, – Курс на столицу! Поднять паруса! Хотя у нас нет парусов. Но если бы были – их стоило бы поднять!

– Никта, у нас вообще нет корабля, – попыталась вразумить ее Настя.

– Мелочи! Главное – настрой! И драматические жесты!

Карнакс стоял неподвижно, как статуя древнего воина, вросшая в скалу. Его золотой глаз бешено вращался, сканируя, анализируя, просчитывая.

– Неэффективный расход энергии, – констатировал он, когда ветер на мгновение стих, – Потери составляют примерно тридцать семь процентов на создание защитного кокона и еще восемнадцать на поддержание температурного баланса. Но скорость… впечатляет. Требуется оптимизация аэродинамических потоков. Если добавить направляющие крылья и использовать принцип ламинарного обтекания…

– Карнакс, дорогой, – перебила его Никталия, – Мы летим в ледяном пузыре со скоростью гоночного болида. Может, не надо портить момент математикой?

– Математика не портит. Она оптимизирует войну.

– Да хватит вам уже! Просто прекратите ругаться и наслаждайтесь моментом! Как хорошо, когда с нами полноценная богиня, – выдохнула Эмми, – Которая может просто щелкнуть пальцами и решить все наши транспортные проблемы. Тётя Айси, ты бесценна. Можешь каждое утро возить меня на ноготочки в салон?

– Вообще-то две полноценные богини! – с важным видом заявила Никталия, подняв указательный палец вверх. А затем и второй, – Две! И одна из них, то есть я, отвечает за моральный дух, развлекательную программу и снабжение алкоголем! Хотите анекдот про Громовержца и двух нимф? Или лучше про того титана, который решил открыть таверну? Очень смешная история, там замешан божественный сыр и проблемы с санитарными нормами!

– Может, не надо? – слабо предложила Пугливка.

– Надо! Так вот, значит, заходит Громовержец в таверну…

Следующие пятнадцать минут Никталия травила анекдоты разной степени пристойности. Некоторые были действительно смешными. Некоторые заставили Айсштиль закатить глаза так сильно, что, казалось, она увидела свой собственный мозг. А один был настолько неприличным, что даже Карнакс на секунду отвлекся от своих расчетов. И издал звук, подозрительно похожий на механический смех.

Когда морозный туман так же внезапно, как и появился, рассеялся, мы оказались на идеально расчищенной площади, вымощенной белым мрамором с прожилками серебра. Каждая плита была отполирована до блеска. Вокруг возвышались величественные башни из темного гранита, их архитектура представляла собой причудливое смешение строгой имперской геометрии и морозных узоров. Их соединяли изящные арочные мосты, будто сотканные из замерзших водопадов. На остроконечных шпилях развевались огромные имперские флаги – полотнища с двуглавым орлом.

Несмотря на осень, все вокруг было покрыто тонким слоем сверкающего, как алмазная крошка, снега. В воздухе висела бодрящая морозная свежесть и что-то еще – ощущение власти, древности и непоколебимой силы.

Зимняя резиденция Императора. Она была готова к приему гостей. Хотя явно не ожидала, что они материализуются прямо из воздуха.

– Приехали, – объявила Айсштиль с явным удовлетворением, – Все целы. Никого не развеяло по ветру. Никто не превратился в сосульку. Считайте, что вам повезло.

– Ты потрясающая, – с искренним восхищением сказала Эмми, – Серьезно. Если когда-нибудь соберешься открывать транспортную компанию, я буду твоим первым клиентом.

Наше появление произвело эффект разорвавшейся бомбы в аквариуме. Солдаты почетного караула, застывшие у массивных ворот, вздрогнули. Их ружья со штыками, которые они держали в церемониальной неподвижности, инстинктивно взлетели вверх.

Из главного здания высыпала охрана в черных мундирах с серебряной отделкой. Они окружили нас плотным кольцом, образовав живой барьер из настороженных лиц и блестящего оружия.

Вперед, расталкивая солдат, протиснулся тип в идеально отглаженном церемониальном мундире. У него было такое чудовищное количество аксельбантов, медалей и прочих блестящих штуковин, что он походил на новогоднюю елку. Которую наряжал человек с нарушением чувства меры и глубоким комплексом неполноценности.

Его лысая голова блестела не хуже его наград. Тонкие усики топорщились от возмущения. Его лицо выражало смесь шока, крайнего неодобрения и плохо скрываемой паники.

– Что это значит⁈ – он практически взвизгнул, указывая на нас пальцем с таким видом, будто мы были кучей мусора, – Кто вы такие и как вы посмели проникнуть в резиденцию Его Императорского Величества, минуя все посты охраны⁈ Это вопиющее нарушение протокола! Это… это…

– Магия, – подсказала Никталия, – Слово, которое вы ищете, – «магия». Или «божественное вмешательство», если хотите звучать более официально.

Распорядитель (а это явно был распорядитель – никто другой не мог выглядеть настолько напыщенно) посмотрел на Никталию, как на говорящую обезьяну. Которая вдобавок оскорбила его мать.

– У нас назначена встреча с Императором, – спокойно прервал я его разгорающуюся тираду, – Княжич Безумов и сопровождающие лица. Прошу проверить утренний список аудиенций. Мы там значимся. Возможно, не в графе «время прибытия», но определенно в графе «приглашенные».

Распорядитель окинул нас долгим, брезгливым взглядом, начиная с моих растрепанных волос и заканчивая обледеневшими ботинками Эмми. Он особенно задержался на нашем, мягко говоря, потрепанном виде. Никталия в платье задом наперед, которое теперь выглядело как авангардный эксперимент слепого кутюрье. Айсштиль в замороженной занавеске, которая медленно таяла, оставляя мокрые следы на мраморе. Настя и Эмми в перепутанной одежде… Мы выглядели как группа погорельцев, сбежавших из сумасшедшего дома после особенно удачного сеанса коллективной терапии.

– В таком виде? – голос распорядителя взлетел на октаву выше, – К Его Императорскому Величеству⁈ В резиденции⁈ Это… это недопустимо! Это скандал! Вы оскорбляете…

– Величие Империи своим неприглядным видом? – спокойно закончила за него Айсштиль, – Или, может быть, тонкую душевную организацию местного персонала?

– Мы ещё вчера были на линии фронта, – мой голос стал ледяным, под стать окружению. Настолько ледяным, что плюсовая температура вокруг, казалось, решила взять отпуск. Я сделал шаг вперед, – Отражали атаку Бездны на Синегорье. Спасали город, пока вы тут протирали свои аксельбанты. Если вам что-то не нравится в нашем внешнем виде, могу организовать вам личную командировку на передовую. Покажете, как надо выглядеть, отбиваясь от кислотных тараканов и многоногих тварей. Уверен, ваш мундир произведет на них неизгладимое впечатление.

Распорядитель побледнел, затем побагровел, но возразить не посмел. Он что-то прошипел себе под нос и резко развернулся.

– Прошу следовать за мной, – процедил он сквозь зубы.

Мы двинулись за ним по широким, гулким коридорам дворца.

– Айси, дорогая… – шепотом обратилась Никталия к богине льда, когда мы проходили мимо ряда ледяных скульптур, – Я, конечно, не эксперт по божественной анатомии. Но я молчала всю дорогу, потому что думала, что тебя и так все устраивает… Но к Императору в таком виде нельзя.

– В каком «таком»? – Айсштиль недоуменно посмотрела на свое платье-занавеску.

– Да не в этом! – Никталия понизила голос еще сильнее, – Ты в курсе, что у тебя руки все еще растут… ну, не совсем оттуда, откуда положено?

Айсштиль замерла и посмотрела на свои руки. Они действительно были приделаны к туловищу как-то… криво. В районе… как бы это помягче… талии.

Из-за спешки никто, кроме Никталии, этого не заметил…

– Руки у тебя, конечно, золотые, – продолжала шептать Никталия, – Но если Государь увидит, из какого места они растут, может сделать неправильные выводы о твоих… способностях.

Айсштиль сделала едва заметное движение, и ее руки с тихим хрустом встали на место. Она раздраженно поправила плечи. Затем ее взгляд скользнул по нашим потрепанным нарядам.

Она вздохнула.

– Стойте. В таком виде к Императору и правда идти моветон.

Мы остановились. Айсштиль подняла руку. Легкая, почти невидимая волна холода окутала нас. На мгновение все вокруг покрылось инеем. Затем он осыпался, открывая преображенную картину.

Наша одежда… изменилась. Моя походная куртка превратилась в строгий сюртук, словно сотканный из инея. На девушках появились элегантные платья из голубого переливающегося льда. Мирмеции и Карнакс тоже преобразились – их броня теперь сияла, а мелкие повреждения исчезли.

Материал был странным. Он был похож на плотный, чуть прохладный шелк из инея, но ощущался на удивление теплым.

– Теплый лед, – пояснила Айсштиль, – Я немного его улучшила. Теперь мы хотя бы выглядим прилично.

Я посмотрел на нашу компанию. Теперь мы действительно походили на делегацию богов и их приближенных, а не на сбежавших пациентов психбольницы. Айсштиль, казалось, окончательно стряхнула с себя остатки пирожкового дурмана Никталии. Она снова была собой – могущественной, собранной и способной решать проблемы одним щелчком пальцев.

– Вот теперь другое дело! – одобрительно кивнул я, – Можно и к Императору.

Распорядитель, обернувшийся на нашу заминку, застыл с открытым ртом. Он увидел наше мгновенное преображение. Его глаза расширились, а лицо приобрело оттенок свежевыпавшего снега.

– Вы… вы… – пролепетал он.

– Мы готовы, – спокойно сказала Айсштиль, – Ведите. И постарайтесь не ронять челюсть. Это невежливо.

Глава 6
Невежливо заставлять хозяев ждать

Нас провели в огромный зал, где потрескивал камин размером с небольшой автомобиль, а на стенах висели гобелены, изображающие героические победы предков Александра V. Сам Император ждал нас, стоя у огромной карты мира, той самой, что я видел в голограмме. Он был в простом домашнем сюртуке, но выглядел от этого не менее внушительно.

– Княжич, – он кивнул мне, – Судари… и сударыни. Прошу садиться.

Мы расселись в предложенные кресла. Никталия тут же попыталась пристроить ноги на низкий столик, но поймав мой строгий взгляд, передумала и лишь картинно вздохнула.

– Надеюсь, путешествие было не слишком утомительным? – вежливо поинтересовался Император, хотя в его голосе не было и тени светской любезности. Он был настроен на деловой разговор.

– Вполне комфортно, Ваше Величество, – ответил я, – Правда, одна из моих спутниц всю дорогу пыталась доказать, что ледяной ветер – идеальная укладка для волос. Но в остальном – никаких проблем.

Айсштиль бросила на меня ледяной, но как мне показалось, слегка смущенный взгляд. Император едва заметно улыбнулся уголком губ.

– Рад, что настроение у ваших спутниц хорошее. Потому что у меня для вас новости… не самые радужные. Но прежде, – он перевел взгляд на Айсштиль, потом на меня, – я хотел бы уточнить. Стоит ли нам опасаться нового изменения климата?

Я вздохнул. Придется начинать с самого начала. Или, по крайней мере, с самой зрелищной его части.

– Ваше Величество, если вкратце, – начал я, – то одна моя очень хорошая знакомая, – я кивнул на Айсштиль, которая с невозмутимым видом рассматривала гобелен с побежденной гидрой, – прошла курс интенсивной терапии по восстановлению… целостности личности. Процедура была несколько… энергозатратной. И на финальном этапе произошел небольшой побочный эффект в виде неконтролируемого выброса божественной энергии. Проще говоря, ее немного «замкнуло». Но сейчас все в порядке. Пациент стабилен, побочные эффекты устранены. А в качестве бонуса мы получили мощного союзника и временное похолодание, которое, надеюсь, не сильно повредило урожаю озимых.

Император слушал внимательно, его пальцы барабанили по подлокотнику кресла.

– Неконтролируемый выброс божественной энергии, способный изменить климат на половине континента, – он покачал головой, – Впечатляет. И пугает. Вы уверены, что «пациент» теперь действительно стабилен?

– Абсолютно, – твердо сказала Айсштиль, впервые вступая в разговор. Ее голос звучал чисто и холодно, как звон льда, – Моя сила теперь под полным контролем. И я готова использовать ее для защиты этого мира.

– Что ж… это… обнадеживает, – Император перевел взгляд на меня, – Значит, Бездна в Синегорье получила серьезный отпор?

– Более чем, Ваше Величество, – подтвердил я, – Думаю, мы выбили им пару зубов и серьезно повредили пищеварение. Та розовая биомасса, что пыталась сожрать Синегорье, была их новым… тактическим решением. Единый организм, нечувствительный к страху. Но как оказалось, весьма чувствительный к абсолютному холоду и точечным ударам по командным центрам. Сейчас Бездна зализывает раны. У нас есть время. Немного, но есть.

– Время для чего, княжич? – Император подался вперед.

– Для запуска Черного Солнца, – ответил я, – Это наш единственный шанс стабилизировать ситуацию в глобальном масштабе. Остановить это безумие, которое охватило мир.

Я вкратце изложил ему суть моего плана: использование энергии двух божественных измерений – Мира Мертвых Аймоса и того, что осталось от Небесного Чертога Громовержца – для активации артефакта.

Император слушал, не перебивая, его лицо становилось все мрачнее.

– Небесный Чертог… – он потер переносицу, – Я всегда подозревал, что языческие боги… зачастую подвержены тем же страстям, что и смертные. Но чтобы устроить гражданскую войну среди богов, а потом позволить Бездне укорениться в нашем мире… Это чудовищно.

– Такова реальность, Ваше Величество, – сказал я, – И нам с ней жить. Или умирать. Черное Солнце – это риск. Огромный риск. Но бездействие – это гарантированная гибель. Бездна сейчас имеет подобие разума, используя поглощенных существ как транзисторы. И она обязательно нанесет повторный удар.

Наступила тишина. Император смотрел на карту мира, где присутствие Бездны было отмечено багровыми пульсирующими пятнами.

– Вы правы, княжич, – наконец произнес он, – Времени у нас нет. Пока вы здесь, мои агенты докладывают о новых вспышках активности Бездны. Париж почти пал – Лувр превратился в гнездо каких-то тварей, а Эйфелева башня транслирует сигналы, от которых люди сходят с ума. В Токио оживают древние духи, смешиваясь с порождениями Бездны, и устраивают неописуемый хаос. Американцы пытаются бомбить свои кукурузные поля, превратившиеся в живые лабиринты. Но это только усугубляет ситуацию – из воронок лезут новые твари. Отдельные очаги сопротивления еще держатся, но это агония. Мир на грани.

Он тяжело вздохнул.

– И это еще не все. Внутри Империи… тоже неспокойно. Пока армия и маги сражались на фронтах, некоторые… личности… решили, что это удобный момент для сведения старых счетов или укрепления своей власти.

– Вы о ком-то конкретно, Ваше Величество? – спросил я.

– Мои тайные службы докладывают, – лицо Императора стало жестким, – Что появились люди, поклоняющиеся Бездне. Они считают, что ее можно задобрить… или подружиться с ней. Приносить ей жертвы. И что самое тревожное, – он понизил голос, – мои шпионы докладывают, что некоторые из них не брезгуют использовать… артефакты, явно имеющие отношение к Бездне. Пытаются ее контролировать, подчинить. А может быть просто связаться.

– Глупцы, – фыркнула Айсштиль, – Думают, что Бездну так легко умаслить? За тысячелетия истории нашего мира лишь Эстро удалось найти к ней подход… да и то с оговорками.

– Играть с Бездной – все равно что пытаться оседлать тигра, предварительно накормив его динамитом, – хмыкнул Карнакс, – Обычно заканчивается плохо. Для тигра, конечно, тоже, но наезднику не легче.

– Именно, – кивнул Император, – Мои силы сейчас связаны боями на границах и на проблемных участках. Выделять дополнительные силы для контроля над внутренним противником – значит ослабить фронт. А этого мы позволить себе не можем. Но и оставлять их безнаказанными нельзя. Они могут стать еще одной точкой прорыва Бездны. Или что не менее опасно, создать прецедент неповиновения, который подхватят другие.

Он посмотрел на меня. В его взгляде была не просьба, а… предложение.

– Княжич, я знаю о ваших… особых методах решения проблем. И о ваших возможностях. Фанатики Бездны – это внутренняя проблема Империи. Но она может стать глобальной. Мне нужна ваша помощь. Разберитесь с ними. Жестко. Быстро. И желательно… тихо.

Я задумался. Вмешиваться во внутренние разборки Империи – не совсем то, на что я рассчитывал. Но Император был прав. Если эти новые фанатики действительно играют с Бездной, это может аукнуться всем. Да и ослабление центральной власти в такой момент – прямой путь к анархии.

– Понимаю, Ваше Величество, – сказал я, – Проблема серьезная. И требует немедленного решения. Мы можем… оказать содействие. Но при одном условии.

– Я слушаю, – Император слегка приподнял бровь.

– Нам нужен доступ к вашим архивам. Ко всем. Без ограничений. Особенно к тем, что касаются древних артефактов, Мест Силы и… всего, что связано с Громовержцем. Для запуска Черного Солнца нам может понадобиться информация, которую вы даже не считаете важной.

Император на мгновение задумался. Открыть все архивы, даже самые секретные, богу, чья лояльность все еще вызывала у него некоторые сомнения… Это был серьезный шаг. Но и ситуация была не из рядовых.

– Хорошо, – наконец кивнул он, – Вы получите доступ. Генерал Орлов лично проследит за этим. Но взамен я жду от вас содействия. И… – он снова посмотрел на карту, – скорейшего запуска вашего… Черного Солнца. Потому что, боюсь, других вариантов у нас уже не осталось.

Он встал, давая понять, что аудиенция окончена.

– Через три часа я обращаюсь к народу. Надеюсь, к тому времени у меня будут хоть какие-то хорошие новости. Или хотя бы надежда на них.

Мы тоже поднялись. Я чувствовал на себе тяжелый взгляд Императора. Он доверился нам. Или, скорее, у него просто не осталось другого выбора.

– Мы не подведем, Ваше Величество, – сказал я, – Мир еще увидит рассвет. Даже если он будет черным.

Император коротко кивнул. Кажется, моя шутка про черный рассвет его не слишком позабавила. Ну и ладно. Главное, чтобы он сдержал свое слово насчет архивов. И чтобы эти новоявленные фанатики Бездны не оказались слишком зубастыми. А то придется снова менять планы на вечер. Вместо романтического ужина с Айсштиль или Настей – зачистка очередного гнезда культистов. Обычный вторник Безумного Бога.

Лондон. Зона боевых действий

Лондон решил устроить себе небольшой апокалипсис. Без предупреждения, без чая в пять часов и без извинений перед туристами. Вместо привычного дождя с неба сыпались ошметки какой-то мерзости – биологической, метафизической. И явно не прошедшей санитарный контроль.

Двухэтажные автобусы горели, как рождественские свечи. А их пассажиры разбегались, как тараканы при включенном свете. Каменные горгульи на старых зданиях ожили и с аппетитом доедали неудачливых туристов. Начали, как истинные ценители, с японцев – те были компактнее и всегда при себе носили удобные палочки для еды.

Лорд Алистер Финч-Хаттон прижался к остаткам мраморной колонны. Его безупречный костюм от Сэвил-Роу был покрыт пылью, кровью и чем-то липким. Он с отвращением стряхнул с лацкана чей-то оторвавшийся коготь.

– Майор, докладывайте обстановку, – скомандовал он, параллельно рисуя в воздухе защитный знак. Невидимый щит мерцающим куполом накрыл их позицию, – И постарайтесь использовать термины, которые не заставят меня пить виски прямо из горла.

Майор Джон «Бульдог» Драммонд перезарядил штурмовую винтовку. Его лицо, обычно выражавшее лишь суровую решимость, сейчас было мрачнее лондонского неба в ноябре, помноженного на развод и банкротство.

Остальные члены их элитного отряда выглядели не сильно лучше.

– Обстановка, милорд? – он сплюнул кровь, – Обстановка – полная, тотальная, абсолютная задница. С довеском в виде геморроя. Твари повсюду. Связи нет. Букингемский дворец, судя по дыму, превратился в филиал ада с барбекю. Причем по-техасски – медленно и с дымком. Часть королевской семьи – всё, капут, отправились пить чай с предками. Нам нужно найти Ее Величество. И убираться отсюда к чертовой матери, пока сами не стали кормом.

Их миссия была простой и самоубийственной. Эвакуировать королеву. Проблема заключалась в том, что вертолет Ее Величества рухнул где-то в районе Гайд-парка – того самого, где обычно туристы кормили уток и делали селфи. Что превращало эвакуацию в лотерею, где главным призом была смерть, а утешительным – смерть чуть медленнее.

Они прорывались с боем. Драммонд и его бойцы стреляли короткими очередями. Алистер… Алистер метал боевые заклинания и держал щит. И старался не пачкать туфли.

– Майор, слева! – рявкнул он, выпуская огненный шар размером с футбольный мяч. Тварь с щупальцами взорвалась фонтаном зеленой слизи, – Эта мерзость выглядела особенно вульгарно! Прямо как шляпка герцогини Кентской на скачках!

– Отлично подмечено, милорд! – Драммонд всадил обойму в следующую тварь, – Может, после этого кошмара напишете рецензию для Vogue?

– Обязательно, майор. Раздел «Мода в аду».

Еще одна тварь (помесь осьминога с налоговой инспекцией) попыталась схватить лорда щупальцем. Алистер небрежным жестом разрубил воздух невидимым лезвием чистой магии. Щупальце отвалилось, извиваясь на мостовой.

Место крушения они нашли по столбу черного дыма и… неестественной тишине. Твари почему-то обходили этот район стороной. Словно он был помечен невидимой табличкой: «Частная собственность. Нарушителей съедят первыми».

Искореженный металл вертолета дымился, источая запах горелой резины и несбывшихся надежд. Экипаж и элитные гвардейцы были мертвы. Их тела были разорваны со звериной жестокостью.

Алистер задумчиво уставился на чью-то руку. Руку, державшую недопитую чашку чая. Приоритеты.

– Проклятье, – Драммонд опустил винтовку, – Мы опоздали. Опять.

– Протокол требует убедиться, – настаивал Алистер, хотя его сердце ушло в пятки, а оттуда собиралось спуститься еще ниже.

Бойцы рассредоточились вокруг вертолета, занимая выгодные позиции. Алистер с Драммондом осторожно подошли к главному салону. Дверь была вырвана – не оторвана, не взорвана, а именно вырвана, с мясом металла, с корнями болтов. Алистер невольно оценил работу. Силы тут было вложено достаточно, чтобы поднять автобус. Или корову. Или автобус, полный коров.

Внутри, на уцелевшем бархатном кресле, сидела она. Королева. Разменявшая столетний юбилей, хрупкая, в своем знаменитом бордовом костюме и шляпке с пером. Её окружало пульсирующее поле покрова.

На полу валялось несколько мертвых тварей. Но Королева спокойно поправляла перчатку на руке. Ни единой царапины. Ни пылинки. Даже прическа была идеальна. Могучий Дар королевской крови защитил свою носительницу.

– Ваше Величество! – выдохнул Алистер, и его магический щит на мгновение дрогнул от изумления.

Королева подняла на них взгляд. Ее глаза были ясными, спокойными.

– Джентльмены, – произнесла она своим тихим, но властным голосом, от которого хотелось встать по стойке смирно даже мертвым, – Немного жесткая посадка. Пилот явно не сдал экзамен. Но в целом, полет прошел удовлетворительно. Семь из десяти.

Драммонд открыл рот, закрыл, открыл снова. Вышло похоже на рыбу, пытающуюся понять квантовую физику.

– Ваше Величество… как Вы… все эти трупы… дверь…

– Майор, – перебила королева, – вы хотите сказать что-то конкретное, или будете изображать аквариумное растение?

* * *

Они укрылись в старом пабе. Солдаты забаррикадировали дверь столами, стульями и пивными бочками.

– У нас закончились патроны, чай и хорошие манеры, – констатировал Драммонд, выглядывая в разбитое окно, – Их там сотни. Мы в ловушке. Милорд, можете призвать огненный шар размером с дом?

– Могу, – кивнул Алистер, оглядывая свои ладони, на которых еще мерцали остатки магической энергии, – Один раз. После чего упаду в обморок на трое суток.

– Тогда приберегите на черный день.

– Майор, на дворе буквально апокалипсис.

– Значит, на еще более черный.

Королева сидела за столиком у камина и с академическим интересом разглядывала меню, покрытое пятнами и грехами трех поколений завсегдатаев.