Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Соавторы: Кирилл Теслёнок,Максим Шаравин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 110 (всего у книги 332 страниц)

Глава 19
У Кривотолковых без перемен…

Громкий гонг возвестил об окончании турнирного дня. Публика недовольно загудела – все ждали продолжения зрелищ, новых ярких схваток. Но увы! Арена пострадала от чудовищного выброса магических сил. Сражения пришлось отложить на пару недель – требовалось время, чтобы восстановить защиту и провести ремонт.

Зрители потянулись к выходу, разочарованно перешептываясь. Многие негодовали – дескать, их обманули, лишили честно оплаченного развлечения! То тут, то там раздавались возмущенные выкрики:

– Безобразие! Требуем возврата денег за билеты! Куда смотрит администрация?

– А я вам говорил – ходить на этот турнир себе дороже! Ни минуты покоя, сплошной стресс! То монстры нападают, то землетрясения, то еще что-нибудь! Того гляди, в лепешку размажет под обломками!

Недовольный ропот то и дело прорезали вопли торговцев, спешащих избавиться от скоропортящихся продуктов:

– Горячая кукуруза! Покупаем, налетаем! – и шепотом добавляли, – А то на следующий тур сгодится только свиньям скармливать…

– Эй, господа, не проходите мимо! Уцененные хот-доги и шаурма! Специальная скидка, только сегодня и только сейчас! Не упустите!

Впрочем, большинство зрителей проигнорировало заманчивые предложения. Люди торопились покинуть арену, подальше от греха. Береженого, как известно, и бог бережет.

Несмотря на высказанное недовольство, у большинства зрителей в глазах горели огоньки. Ведь зрелище всем более чем понравилось. По сути единственная претензия была в том, что хотелось еще больше…

Последними объект покидали VIP-персоны и высокие гости. Из их уст тоже порой доносились отголоски напряженных споров:

– Нет, ну вы видели? Каков наглец, этот Безумов! – возмущался какой-то толстяк, – Саму княжну лапать вздумал!

– Бросьте, барон, не кипятитесь! Молодо-зелено, горячая кровь играет! – смеялся в ответ кто-то, – Да и сама княжна, кажется, не торопилась отстраняться…

– Вообще-то я надеялся, что мой сын сам проявит инициативу в отношении уважаемой истребительницы… – бурчал барон. Но вполголоса, чтобы никто не услышал, – Она на прошлом приеме бросила на него весьма благосклонный взгляд… Он мне сам так сказал!

Так за шумными дебатами почетная публика покинула VIP-ложи. Вскоре арена опустела. Лишь ветер гонял меж трибун забытый кем-то яркий шарфик – сине-алый, цветов команды Безумова…

* * *

Прошло несколько дней. Над Синегорьем вовсю хозяйничала осень – желтила листья в парках, остужала по утрам мостовые, украшала ажурной изморозью стекла витрин. В природе царило умиротворение и покой.

Чего нельзя было сказать про людей. В гостиной особняка Кривотолковых, казалось, было жарче, чем в июльский полдень. И дело тут было вовсе не в пылающем камине, возле которого собралась на совет молодежь из команды князя. Куда сильнее пылали амбиции и бурлила жажда реванша!

Хмурый Олег, по немецки хладнокровный Вольдемар, ухмыляющаяся Дарья, а также младшие родичи Эраст и Милена – все пятеро оживленно обсуждали минувшие сражения. И строили планы на будущие.

Разноцветные диванные подушки были раскиданы по ковру – ребята развалились кто где, позабыв о церемониях. На изящном столике красовалось угощение – румяные яблоки, гроздья винограда, печенье и домашний лимонад. Однако молодые Одаренные почти не притрагивались к еде. Куда больше их занимала беседа.

– Скажи, Олежек, неужто и впрямь вырубился от той подлой атаки простолюдинки? – Дарья, растянувшаяся на оттоманке, искоса поглядывала на кузена. В ее прищуре плясали веселые искорки, – Сколько тебя учить – не зевай в бою, следи за тылами!

Эраст расхохотался, хлопнув себя по коленям:

– Братец, неужели скис? Весь запал с винцом проглотил!

Милена прыснула в кулачок. Все ждали, как же собрат выкрутится.

Олег стиснул зубы. Вспыхнул, но голос удержал ровным:

– Типун тебе на язык, Дашка. На себя глянь – сама свалилась вместе со мной! А на твоем месте, Эраст, я бы к собственным ошибкам присмотрелся… Отъехал одним из первых.

Эраст возмущенно засопел, Дарья расплылась в самодовольной ухмылке. Милена затаила дыхание – от старших можно было ожидать чего угодно!

– Ну я, положим, не свалилась, – произнесла Дарья, – Я все время находилась в сознании. И готовила свою атаку

– Тем не менее атаку простолюдинки ты так или иначе проморгала, – лениво произнес Олег, – И никак Вольдемару не помогла.

Дарья фыркнула и ничего не ответила – крыть было нечем.

– Все мы тогда облажались, – примиряюще произнес Олег, обводя родичей строгим взглядом, – Недооценили противника, за что и поплатились. Но больше такого не повторится. Мы учтем ошибки, станем сильнее. Ну а тех простолюдинов… если снова попадутся, размажем по стенке, и дело с концом!

Он стукнул кулаком по подлокотнику кресла, подкрепляя слова делом. Остальные дружно закивали, воодушевляясь. Огонь реванша вновь запылал в сердцах!

– Ребятки, а вы помните доклад службы разведки рода? – Милена поежилась, передергивая плечиками, – Люди из команды простолюдинки перед битвой хлестали из кружек какую-то жидкость… Видела я снимки… Жуткая гадость, скажу я вам! От одного вида мороз по коже! Неужто из нее они и силы свои черпали?

– Да уж, мутная штука, – поддакнул Эраст. Поскреб в затылке, – Колдовское зелье не иначе! Ведьминский декокт!

– А мне кажется, тут что-то иное, – задумчиво протянула Дарья. Подалась вперед, сверкнув глазами, – Присмотрелась я к этой Госпоже, когда с ней сошлась. Ну, перед тем как она меня вырубила. Тело у нее странное, будто не совсем человеческое. И руки эти лишние… То ли мутация, то ли чары запретные. Но точно скверна из Диких земель!

Дарья говорила тихо, но с жаром. Все невольно поежились, каждый представил что-то свое. Порождения Дикоземья пугали даже самых смелых. Что с них взять, с простолюдинов – подцепят заразу, а расхлебывать потом всем…

– Мерзкие мутанты, – процедил Вольдемар, – Как они только на турнир пролезли.

– Ага, куда только охранные службы смотрели, – поддакнул Эраст.

– Ну все, семья, кончай лясы точить! – прогрохотал вдруг раскатистый голос, – Чай, не на посиделках собрались!

Ребята вздрогнули. У дверей, скрестив руки на груди, возвышался сам князь Дмитрий. Глава рода Кривотолковых смерил молодежь строгим, но подобревшим взглядом. За его спиной маячили массивный силуэт виконта Вадима, тренера, и тонкий стан княгини Илоны.

– Здравствуйте, дядюшка! – вскочила Дарья, спешно приглаживая волосы. И тут же скривилась от боли – раны, похоже, еще давали о себе знать.

– И вам не хворать, дети мои! – князь широко улыбнулся в усы. Прошествовал к дивану, с комфортом расположился. Вадим и Илона опустились подле.

Дмитрий обвел отпрысков сияющими глазами:

– Ну что, орлы, рассказывайте, как вам после боя живется? Раны-то быстро зажили, надеюсь?

Вольдемар тут же напыжился:

– Пустяки, герр сюзерен! Царапины, не более того! У меня вон уже все зажило!

Он вскочил, красуясь, но тут же скривился – похоже, перемудрил с резкими движениями. Вадим неодобрительно покачал головой:

– Не скачи! Сядь и не дергайся!

– Сынок, ты чего за плечо держишься? Никак болит еще? – участливо спросила мать, глядя на Олега. Тонкие пальцы ее теребили ожерелье – верный признак волнения.

– Пустое, маменька! – поспешно выпалил Олег. И, спохватившись, убрал ладонь, – Я полностью здоров, клянусь!

Дарья насмешливо фыркнула, наблюдая за представлением. И тут же сама ойкнула, прижимая руки к боку. Княгиня всплеснула руками:

– Ох, деточка, у тебя никак ребра разнылись? Сию секунду за доктором пошлю!

Однако взгляд княгини, обращенный на Дарью, был куда холоднее ее слов…

– Нет-нет, тетушка, все в порядке! – быстро сказала Дарья, – Не нужно никого тревожить, прошу вас!

Князь со вздохом приобнял жену за плечи:

– Полно, Илона. Ребятки молодцом держатся! А ты их все под крылышко норовишь…

– Дмитрий Александрович дело говорит, – кивнул Вадим. Бросил на подопечных острый взгляд – как ножом полоснул, – Не маленькие уже. Справляются потихоньку. А раны – дело заживное, как мы говорили на службе.

Довольный Вольдемар немедля вскочил, демонстрируя идеальное здоровье. Олег тоже поднялся, не желая отставать. А Дарья зло зыркнула на них – мол, нашли время выпендриваться, идиоты!

– Ох, дети, дети… – пробормотала княгиня. В голосе ее звенели слезы, – Сердце кровью обливается, как вспомню о вашем бое… Что ж за мерзкие простолюдины, уму непостижимо! Изувечить вас норовили, ироды!

Она всхлипнула, комкая платочек. Юные бойцы дружно загомонили, принялись успокаивать. Мол, не стоит убиваться, все обошлось ведь! Цветем и пахнем, в полном здравии!

– Не плачь, милая, – ласково проговорил и князь, – Ребятки у нас что надо, крепкие! Всем Одаренным фору дадут!

И он, поднявшись, с чувством похлопал Олега, Вольдемара и Эраста по плечам. А Милену и Дарью даже заключил в объятия – легонько, стараясь не потревожить зарубцевавшиеся раны.

– За победу вашу, за стойкость вашу – низкий поклон! – торжественно произнес Дмитрий, – Порадовали вы меня!

Олег, Дарья, да и прочие родичи буквально лучились от княжеских похвал. Нечасто от князя Кривотолкова услышишь подобное… Обычно он подобен неприступной скале.

Даже Вадим одобрительно хмыкнул – мол, есть еще порох в пороховницах! Не зря старался, поднатаскивал птенцов!

– Особенно Дашенька отличилась, – продолжал меж тем князь, – Воистину по-кривотолковски сражалась, достойная дочь достойного рода! Один финальный трюк с жуком чего стоит! Умница!

Дарья зарделась от удовольствия, опустила глазки долу. Эраст и Милена восхищенно зашептались. А вот Олег, напротив, посмурнел.

Взгляд княгини Илоны, обращенный на Дарью, стал еще холоднее.

– Ладно, ребятки, – ободряюще улыбнулся Вадим, – Вы там все молодцами были. Стратегию в точности исполнили, прям как на тренировке разучивали! Ни на йоту не отступили!

Парни приосанились, девушки стрельнули глазками. Приятно, когда наставник хвалит!

Княгиня Илона окинула команду молодых бойцов тревожным взглядом.

– Дима, – обратилась она к супругу, – Дети, конечно, хорохорятся, но… Тебе не кажется, что им не помешал бы постельный режим?

Князь беззаботно рассмеялся, отмахиваясь:

– Брось, Илона! Чай, не фарфоровые – не рассыплются! Одаренные они или кто?

И подмигнул притихшим юнцам, мол, держитесь, орлы! Однако те не спешили подхватывать веселье. Каждый терзался собственными мыслями и сомнениями.

Княгиня недовольно поджала губы, но спорить не стала. Знала – бесполезно. Дмитрий никогда никого не слушал… И решения принимал единолично.

Вадим неожиданно поддержал княгиню:

– Князь, им в финале Верхней сетки против Соколовых выступать. Против самой Светланы!

– Истинно так, – кивнул князь, заложив руки за спину. Прошелся по комнате, а потом внезапно обернулся к присутствующим, – Кстати, об этом! У нас уже собраны образцы духовной силы основных бойцов противника?

Первой отозвалась Илона:

– Да, любимый. Наши люди неплохо поработали, собрали материал по всем ключевым фигурам. Я почти-почти завершила анализ. Ждем из лаборатории результатов с часу на час.

Дмитрий одобрительно цокнул языком:

– Славно-славно! Кроме Соколовой в их команде нет сильных противников… но даже слабаков не стоит недооценивать.

– И не говорите, Дмитрий Александрович, – подал голос Вадим. Тренер смерил учеников строгим взором, словно примериваясь, – Светка-то может и звезда. Только окружение у нее – тьфу, одно название! Мусор, а не боевые товарищи! В схватке с Безумовыми и двух минут не продержались.

Повисло тягостное молчание. Все переваривали услышанное. Наконец, князь веско уронил:

– Что верно, то верно. Не знаю, о чем князь Соколов думал, когда формировал состав. Самой Светке впору волком выть от таких помощничков!

– Недаром она во время боя винцо хлестала, сердешная, – хихикнула Милена, – С тоски, видать, запивала…

Илона невольно поморщилась, припомнив недостойное поведение княжны на Арене. Вот уж воистину, с такими союзничками сам запьешь!

Однако князь не закончил. Хитро прищурясь, он продолжил:

– И все ж, соколята, не будем спешить с выводами. Прошедшая схватка показала – даже у непобедимой Истребительницы есть уязвимые места. Слабые, так сказать, звенья. И кажется мне, что после схватки с Безумовыми этих слабых мест у нее стало только больше…

Он сделал эффектную паузу. Домочадцы затаив дыхание подались вперед. Ждали продолжения.

Но князь лишь загадочно улыбнулся в усы:

– В общем, появились у меня кой-какие соображения на сей счет. Тонкие, деликатные. Изложу попозже, как все обмозгую. А пока – тс-с-с!..

Все дружно загомонили, забрасывая его вопросами. Особенно усердствовала Дарья, то и дело бросая на дядюшку преданные взоры из-под ресниц. Раз он сегодня такой подобревший, надо пользоваться моментом!

Но Дмитрий Александрович был непреклонен. Пресек расспросы легким взмахом руки.

– Не гоните коней, родные, – назидательно произнес он, – Подумаю пока в одиночестве, а там поглядим что к чему. Может быть внесем в изначальный план пару изменений…

И плавно перевел тему:

– Да, кстати, об алхимиках-то! Чуть не запамятовал. Алхимик Кроль-то наш удумал новую систему усиления артефактов внедрять! Обещал выхлоп знатный…

Мужчины оживились. Заспорили, вспоминая последние достижения мастеров алхимии. Предвкушали, как отметелят несчастных соперников новыми примочками от Кривотолковских умельцев.

А княгиня слушала вполуха. Как будто что-то не давало ей покоя… И мысли ее были уже далеко…

Впрочем, додумать Илона не успела. Князь вдруг спохватился, хлопнул себя по лбу:

– Черт, совсем из головы вылетело! Заболтался я с вами… – он бросил взгляд на часы, – Дело у меня важное одно намечено на сегодня…

Вадим и Илона бросили на него удивленные взгляды. Кажется, они тоже были не в курсе Кривотолковских дел. Князь быстро встал, немного размял плечи быстрыми движениями:

– Вынужден откланяться ненадолго… а может быть и надолго, посмотрим! Но вы тут не скучайте, развлекайтесь! Как закончу – вернусь, потолкуем еще!

И не успел никто и глазом моргнуть, как Дмитрий Александрович убежал прочь. Только дверь оглушительно хлопнула следом за ним! Оставив острое ощущение недосказанности…

Вадим и Илона ошарашенно переглянулись. Вот те раз! Князь, конечно, та еще загадка, любил всякие секреты разводить… Но чтобы вот так, в открытую, даже двух самых доверенных людей в свои планы не посвящать?

Что-то здесь нечисто…

Молодежь тоже приуныла. Эраст насупился, Милена принялась нервно накручивать локон на палец. Вольдемар застыл соляным столпом, всем видом излучая благородное негодование. Даже Дарья, и та сникла, разочарованно надув пухлые губки.

Повезло пообщаться с главой рода в его самом благодушном состоянии… и вот такой облом.

И лишь Олег сохранял какое-то подозрительное спокойствие. Видать, еще не отошел от потрясения. Или просто силы на эмоции уже иссякли?

Как бы там ни было, княжеские покои постепенно опустели. Отпрыски разбрелись кто куда – по своим комнатам, на тренировочные площадки, в библиотеку. Каждый справлялся с гнетущей неизвестностью на свой лад.

В гостиной остались лишь Вадим с Илоной.

Какое-то время они молчали, погруженные в тягостные раздумья. Но вот Илона не выдержала. Всплеснула руками, вскочила:

– Ну вот опять он… – голос ее был напряжен от с трудом сдерживаемой досады, – Что за новости такие? Что за секреты?

Вадим лишь вздохнул, опустив голову. Похлопал княгиню по плечу, пытаясь утешить:

– Полно, Илона Всеволодовна, не убивайтесь так! Знаю-знаю, каково вам сейчас… Но князь-то наш на что? На то он и глава, чтоб мозгами шевелить, планы составлять. Уж поверьте старому вояке, без причины такие финты ушами выкидывать не станет! Наверняка удумал что-то этакое…

Однако Илона не унималась. Металась по комнате, нервно комкая кружевной платочек. Того гляди, в клочья изорвет!

– Да какое там удумал! – всхлипнула надрывно. И резко развернулась к Вадиму, в упор сверля его пылающим взором, – Вот ты мне скажи, старый друг… Как ты к этому относишься, а? К тому, что Дмитрий Дарью наследницей рода назначил? И что я об этом узнала одной из последних!

Вадим споткнулся на полуслове. Замер, хватая ртом воздух. Нехорошая это тема, ой нехорошая!

– Ну… я это… – вздохнул он, отводя взгляд, – Чего уж тут… Князь лучше знает…

Илона в сердцах топнула ножкой. Зашипела по-змеиному:

– Знает? Как же! Олежек-то наш, сыночек родной, выходит, в отстающих? А все потому что не угодил папеньке, не подмазался, как некоторые!

И в голосе ее прорезались до боли знакомые гневные нотки. Те самые, что пробирали аж до печенок любого, имевшего несчастье слышать их хоть раз.

По молодости, еще до брака, княгиня успела сделать себе имя и репутацию. Как женщина, привыкшая добиваться своего…

Вадим болезненно скривился. Вот ведь истеричка, прости господи! И ведь в такие моменты разумные доводы – что об стенку горох… Пропускает мимо ушей, и все тут!

Но что-то подсказывало – на сей раз отмолчаться не выйдет. Придется озвучить свою позицию, как ни крути.

– Олег, конечно, толковый малый, – осторожно начал Вадим, прикидывая слова, – И не чета прочим, прямо скажем. Да только… слишком он горяч, опрометчив. Да и много дров наломал по глупости… Вино это все чертово…

Он скосил глаза на Илону – та вся обратилась в слух, затаилась в ожидании. Ждала, что дальше будет.

– А Дашка-то, – продолжал меж тем Вадим, – Она, конечно, тоже та еще оторва, но хваткая, дьявол! В обиду себя не даст! И голова на плечах варит будь здоров! Любое поручение выполнит, какое князь ей поручит…

Он запнулся, силясь подобрать верные слова. А в памяти уже всплывали нехорошие картинки – как Дарья исподтишка плела интриги против него самого, Вадима. Мутила воду, там на транспортной базе в Диких Землях.

Да что ж там, практически открыто шантажировала, добиваясь, чтобы Вадим подыграл её хотелкам. Хуже себя вел только почивший доктор Менгелев, земля ему удобрением…

Но вслух, разумеется, сказал совсем другое. Взял себя в руки, расправил плечи:

– И все ж, Илона Всеволодовна… Неправильно это – против княжьей воли переть. Ни к чему хорошему не приведет! Одни раздоры получим да склоки. Оно нам надо?

Княгиня некоторое время молчала, кусая губы. Мерила виконта пристальным, испытующим взглядом. А потом удрученно махнула рукой:

– Может, ты и прав, Вадим… Да только сердце все равно болит! Несправедливо как-то вышло… Обидно… Мы же ведь только благодаря моему аналитическому Дару смогли так хорошо изучить силу врагов… и придумать против них стратегию… Разве я не заслужила немного уважения?

Она всхлипнула, комкая многострадальный платочек. И тихонько побрела прочь, понурив голову.

Вадим проводил ее тяжелым взглядом. М-да… непросто придется Олегу… Против Дарьи-то не попрешь, себе дороже выйдет. А уж коли князь ее в фаворе держит…

Мельком глянув на дверь, за которой скрылась княгиня, тренер тяжело вздохнул. Потер переносицу, чувствуя, как подкатывает мигрень.

Хотел ли он, чтобы главой рода стал кто-то вроде Дарьи? Конечно, князю виднее, он о благе Кривотолковых беспокоится, но…

Ох и непростые времена ожидают род! Как пить дать, грядут большие перемены…

Качая головой, Вадим двинулся на выход. На сегодня, пожалуй, хватит.

Глава 20
Флешбечная

Фома Лисовский, легендарный бывший Истребитель Аномалий, а ныне изменник и государственный преступник, тихонько крался вдоль неприметных закоулков на окраине города. Воровато озираясь по сторонам, он сворачивал то в один проулок, то в другой, путая возможных преследователей. За собой он оставлял незаметные печати, которые должны были запутать его следы…

Наконец, удостоверившись, что «хвоста» нет, Фома нырнул в обшарпанную дверь под ржавой вывеской «ХозТовары». Внутри царил полумрак, пропитанный запахами плесени и сырости. За прилавком восседал здоровенный мужик с бегающими глазками и сизым носом-картошкой.

– О, здорово, Фома! – поприветствовал он посетителя, хищно ухмыляясь, – Чего надобно? Обычный набор?

Фома молча кивнул. Продавец пошарил под прилавком и извлек на свет три крупные бутылки мутного стекла. Судя по этикеткам, это был самый забористый и дешевый алкоголь, какой только водился в местных подпольных лавках.

– Держи, братан, – сипло пробасил мужик, пихая покупку Лисовскому, – Как обычно, со скидкой для постоянного клиента, хе-хе…

Фома сгреб бутылки в охапку и, не говоря ни слова, выложил на засаленную стойку пригоршню серебра. Звякнули монеты, продавец споро смел их в карман необъятных штанов.

– Приятного вечерка, удачи, – бросил мужик вслед, ухмыляясь еще гаже, – Заходи если что! Для тебя завсегда лучшее оставляю, хе-хе…

Фома вышел из лавки, не удостоив того ответом. Поспешно запихал бутылки во внутренние карманы потрепанного плаща и быстрым шагом двинулся прочь, бормоча себе под нос ругательства.

Вечно одно и то же! Сколько можно пялиться, словно на редкую зверушку в зоопарке? Подумаешь, Фома Лисовский собственной персоной за вискарем приперся! Эка невидаль!

Он ускорил шаг, кипя от раздражения. От резких движений бутылки глухо побулькивали, норовя вывалиться из карманов. Чертыхаясь, Фома притормаживал, запихивал их обратно. И снова припускал, мечтая лишь об одном – поскорее убраться подальше от чужих глаз.

Он целенаправленно двигался к единственному месту, где еще мог немного отдохнуть в уединении. К старому парку, раскинувшемуся на задворках города. Когда-то, во времена расцвета Синегорья, это была блистательная жемчужина в короне Империи – дивный оазис, утопающий в буйной зелени и цветах.

Нынешнее Синегорье уже не то… Промышленный потенциал упал раза в два, а за остатки князья грызут друг другу глотки…

Нынче парк выглядел жалко и убого – запущенный, зияющий проплешинами в некогда идеальных газонах. Дорожки потрескались, фонтаны обмелели и затянулись ряской. А уж про скульптуры и говорить нечего – те и вовсе рассыпались трухой, оставив после себя лишь истертые мраморные постаменты.

Горовой все грозился навести тут реновацию, привлечь средства, но по факту все это оставалось лишь на бумаге. Все больше бюджетных средств уходило на борьбу с Аномалиями и проблемами Диких Земель…

Ну и про чиновников, желающих погреть руки на распиле и освоении бюджета, тоже забывать не следовало.

Однако Фому это ничуть не смущало. Напротив, именно запустение и одичание как нельзя кстати подходили его черной меланхолии. Опальный Истребитель любил забиться в самый дальний, заросший бурьяном уголок. И там, вдали от посторонних, предаваться мрачным раздумьям за бутылочкой-другой горячительного.

Ведь, как ни крути, а с тех пор, как Фома соприкоснулся с силой Черного Солнца, его жизнь кардинально изменилась. И далеко не в лучшую сторону. Он утратил былые чины и регалии, положение в обществе, уважение коллег… и даже, чего уж там, свой пресловутый боевой настрой.

Да, когда-то его звали не иначе как «Лисовский – молния Короны». Когда-то он наводил ужас на порождения Дикоземья одним своим появлением. С легкостью укрощал тварей, пред которыми пасовали прочие Истребители…

Было, да сплыло. Ныне всё иначе. Он опасен не только для тварей, но и для простых людей, которых должен был защищать… И остается Фоме лишь одно утешение – топить тоску в стакане. Раз за разом, день за днем…

Вот и сейчас он привычно пробирался сквозь пыльные заросли к своему излюбленному месту – древней беседке у пруда. Еще чудом уцелевшей, не до конца рассыпавшейся от времени.

Наконец добравшись, Фома с облегчением плюхнулся на скамейку. Достал одну из бутылок, с наслаждением стянул пробку. Жадно присосался к горлышку, делая добрый глоток…

И тут случилось непредвиденное.

Воздух вдруг задрожал, заискрился. Привычные очертания парка смазались, словно нарисованные неумелой рукой. Фома замер, с трудом проглотив.

– Опять началось… – прохрипел он, – Опять сраный выброс силы… Сколько можно…

Он с усилием сфокусировал взгляд… И обомлел…

…старый императорский парк расцвел прямо на глазах. Мраморные скульптуры и фонтаны, еще секунду назад бывшие грудой мусора, теперь гордо стояли на своих местах – целые, невредимые, сияющие в лучах полуденного солнца. Ровными рядами зеленели кусты, цвели клумбы, вовсю распевали свои трели неведомые птахи.

Фома протер глаза. Видение не сгинуло. Только это место… это было не Синегорье. Это была столица, Императорский парк!

А по аллеям бежала, смеясь, девочка лет семи. Длинные золотистые локоны развевались за спиной, голубые глаза искрились весельем. Пышное платьице цвета топленых сливок так и мелькало меж деревьев. Девчушка весело кружилась на месте, подставляя лицо теплым лучам.

И Фома, оторопев, узнал в ней… младшую дочь Императора! Юную княжну Анюту!

Новый спазм исказил пространство, кадр сменился. Девочка исчезла – чтобы появиться у самого пруда. Теперь она замерла на краю, с любопытством вглядываясь во что-то в мутной воде…

И в этот самый миг из зарослей ивняка прямо за ее спиной вырвалось нечто чудовищное! Хищная тварь, человекоподобная, но изуродованная бесчисленными мутациями! Ее кожа, бугрившаяся язвами и струпьями, отдавала могильной синевой. Ручищи, толщиной с добрый канат, венчались устрашающими когтями. А из разверстой пасти несло тошнотворной мертвечиной.

Юная княжна завизжала от ужаса, шарахнулась в сторону. Но куда там! Отродье с рыком ринулось на нее, занося лапищи для сокрушительного удара!

И тогда Фома не выдержал. Расталкивая оцепеневшее тело, разрывая алкогольный дурман, сознание рванулось вперед… Только вот его тело осталось неподвижным…

Фому словно парализовало…

*ХРЯ-Я-ЯСЬ!!!*

В ту же секунду страшный удар громовым раскатом прокатился над парком. Откуда ни возьмись, появился Фома Лисовский собственной персоной (более молодой, свежий, в красивом мундире Истребителя) и с размаху влепил подлой аномальной мрази прямой в челюсть! От такого удара у твари, кажись, все клыки повылетали…

Взревев не своим голосом, мутант отлетел на добрых десять метров. Грохнулся наземь, загребая когтями песок дорожек. Взвыл от боли, забулькал отбитой пастью…

Но Фома уже рвался в атаку! Сотворив из воздуха черный жгут энергии, опутал тварь по рукам и ногам. Взмахнул рукой, призывая еще больше сил. И тут…

Тварь вдруг застыла, роняя слюну. Задергалась в путах, будто приходя в себя. В ее глазах появилось что-то осмысленное. Она в ужасе оглядела себя, а потом посмотрела на молодого Лисовского. И просипела с нотками мольбы:

– Фома… Фомка… Друг… что со мной… почему… помоги…

Лисовский аж опешил от подобного заявления. Не ослабляя хватки, приблизился к скрюченной аномалии, вгляделся. И точно! Когда-то эти обезображенные черты принадлежали… Анатолю Гришину! Его старому приятелю, одному из немногих алхимиков, работавших над проектом «Черное солнце»!

Фома частенько забегал в лабораторию к Толику перекинуться словечком-другим. Они вместе бились над загадками проклятого артефакта, делились безумными идеями, мечтали подчинить его силу.

Фома в ужасе отпрянул, разжал магические путы. Тварь рухнула на колени, судорожно заскребла лапами по груди. И вдруг завыла – надсадно, с неизбывной тоской:

– Фомка… прошу тебя… уничтожь Черное Солнце! Иначе… всему конец…

И прежде чем ошеломленный Лисовский успел хоть слово вымолвить, мутант дернулся в последний раз.

Выгнулся дугой, изо рта хлынула черная желчь. А потом обмяк, застыл бездыханный…

– Нет! – взревел Фома, кидаясь к поверженному другу. Упал рядом на колени, затряс того что было силы, – Очнись, слышишь! Не смей подыхать, ирод!

Но куда там. Мутант был мертвее мертвого. Остекленевшие глаза таращились в пустоту, из разинутого рта тянулась на песок густая черная слюна.

Однако и это еще не все. Внезапно труп содрогнулся в последний раз.

И бездыханная лапища стремительным броском вцепилась Фоме в запястье!

Вспышка ослепительной боли! Чудовищный вопль, едва не разодравший Лисовскому глотку! И жуткая, клубящаяся тьма ринулась по его венам, затапливая разум, выжигая последние крохи самообладания!

Фома заорал пуще прежнего. Из последних сил рванулся, пытаясь освободиться от мертвой хватки. Но без толку! Тьма все прибывала, ширилась, грозя вот-вот поглотить бедолагу целиком!

Он падал, падал, падал в беспросветный мрак. Казалось, еще миг – и границы реальности стерты.

Останется лишь пустота – черная, бездонная. Из тех, откуда нет возврата…

Лисовский с коротким вскриком распахнул глаза. И понял, что по-прежнему сидит на скамейке в старом парке. Никуда не падает, ничто его не засасывает…

Сгорбившись на краю, он судорожно стискивал собственное запястье, переливающееся странным сиянием – как раз в том месте, за которое его схватил мутировавший Гришин. Ударил кулаком себя пару раз по груди, силясь отдышаться. И все никак не мог унять колотящееся сердце.

До боли знакомый гул в висках. Предательская дрожь в коленях. И привкус желчи во рту – верный признак того, что очередной виток безумия настиг его прямо посреди белого дня!

Проклятый артефакт! Вновь и вновь стравливает ему мозги, подсовывает адские видения! И так, сволочь, натурально, что не отличишь от реальности!

– Да что ж ты будешь делать… – просипел Фома. Обессиленно уронил голову на грудь. Нет выхода… Нет спасения…

– Я могу вам чем-то помочь? – раздался совсем рядом участливый голос.

Фома поднял голову. Перед ним стоял… сам Князь Кривотолков! В идеально отглаженном костюме, в руках трость, на руке блестят часы…

И смотрел так любезно, участливо, словно реально беспокоился и хотел помочь. Как будто бы случайно мимо проходил…

Лисовский лишь зло ухмыльнулся. О репутации князя, как хитрого лиса, он был хорошо наслышан…

– Я могу вам чем-то помочь? – участливо повторил князь, слегка склонив голову набок.

Фома невесело хмыкнул и одним глотком ополовинил бутылку. Неторопливо утер рот тыльной стороной ладони и процедил:

– Как ты меня нашел, Кривотолков? Впрочем… не отвечай. Для кого-то вроде тебя нет ничего невозможного. Зачем пришел?

Дмитрий Александрович лишь тонко улыбнулся уголками губ. Сделал приглашающий жест тростью в сторону дорожки:

– Не будем грубить, Фома. Я здесь как друг, хочу помочь тебе. Прогуляемся?

– Мне уже ничто не поможет… – Лисовский недоверчиво покосился на него, но все же нехотя поднялся. Спрятал бутылку во внутренний карман плаща и зашагал рядом с князем по аллее, усыпанной желтой листвой.

Некоторое время оба молчали. Лишь шорох их шагов да голос невидимой кукушки нарушали безмолвие старого парка. Но вот Кривотолков, будто невзначай, обронил:

– Не буду тянуть кота за хвост. Птички нашептали мне, ты в последнее время много общаешься с простолюдинами. С командой этой… Госпожи. И даже, страшно сказать, строишь с ними какие-то планы. Против Черного Солнца, ни много ни мало.