Текст книги ""Фантастика 2026-148". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Лара Барох

Глава 27

– Мне надо идти, – сказал я, осторожно вставая с кровати. Каждое движение отдавалось теплом в теле, напоминая о проведённой вместе ночи.

Габриэлла приподнялась на локте, её глаза блестели в утреннем свете:

– Может, останешься? Ещё так рано…

Я улыбнулся, провёл рукой по её волосам:

– Если хочешь, можем вместе позавтракать, а потом я займусь Первым.

Она покачала головой, натягивая одеяло до подбородка:

– Нет, я буду спать. А когда проснусь, я хочу, чтобы ты уже вернулся.

В её голосе прозвучала нескрываемая тревога, смешанная с надеждой. Я кивнул, понимая, что она имеет право беспокоиться.

– Обещаю, – тихо произнёс я, наклонился и поцеловал её в лоб. – Я вернусь.

Последние слова повисли в воздухе, когда я направился к двери. Обернувшись на пороге, я увидел, как она улыбается, закрывая глаза, и это придало мне сил перед предстоящей встречей.

Я вышел из номера и направился в ресторан. Коридоры отеля казались непривычно пустынными в этот ранний час. Не успев дойти до кабины лифта, я замер – в моей голове прозвучал голос:

– Приглашаю тебя на завтрак, Хранитель.

Я остановился как вкопанный. Это был Первый. Его присутствие в моём сознании ощущалось остро и неожиданно.

– Не ожидал тебя услышать, Первый, – ответил я мысленно, стараясь сохранить спокойствие.

– Всё бывает в первый раз, – в моей голове зазвучал тихий смех. – Завтрак уже готов. Я почувствовал, что твои мысли направлены в мою сторону, и решил ускорить нашу встречу. Чему быть, того не миновать.

– Это мило с твоей стороны, – ответил я, обдумывая его слова. – Но я предпочитаю позавтракать в спокойствии, а не ожидать от тебя нападения во время трапезы, – мысленно усмехнулся я, передавая свои эмоции Первому.

В ответ снова раздался смех, на этот раз более глубокий и насыщенный.

– Ты не перестаёшь меня удивлять, Хранитель. Что ж, выбор за тобой. Но помни: иногда самые важные разговоры происходят именно за столом переговоров.

Я задумался: а что я, собственно, теряю? Ничего. Возможно, даже сэкономлю время. В конце концов, прямое противостояние с Первым в любом случае состоится – это лишь вопрос времени. А сейчас, возможно, стоит воспользоваться возможностью поговорить с ним в более спокойной обстановке.

– Хорошо, – ответил я, взвешивая каждое слово. – Приму твоё приглашение.

– Договорились, – прозвучал в голове спокойный ответ. – Жду тебя во дворце в малой столовой. Прислуга уже накрыла стол. Можешь сразу перемещаться – ограничения на порталы сняты.

Я на мгновение закрыл глаза, собираясь с мыслями. Предложение было неожиданным, но отказываться от возможности встретиться с Первым лицом к лицу было бы глупо. Быстро сформировав в сознании координаты места назначения, я активировал способность и переместился.

В следующее мгновение пространство вокруг меня исказилось, и я оказался в просторной малой столовой дворца. Первое, что бросилось в глаза – изысканно сервированный стол, ломящийся от разнообразных блюд, и величественная фигура Императора, возвышающегося у окна. Его силуэт вырисовывался на фоне рассветного неба, придавая сцене почти мистический оттенок.

Он обернулся на звук моего появления, и на его лице появилась едва заметная, но искренняя улыбка. В этот момент Первый выглядел не как могущественный правитель, а как радушный хозяин, принимающий дорогого гостя.

– Рад, что ты принял моё приглашение, – произнёс он вслух, делая шаг навстречу и жестом приглашая меня к столу. – Присаживайся. У нас впереди долгий разговор. Но сначала – плотный завтрак.

Я был удивлён такому радушию со стороны Первого, но не подал виду, сохраняя невозмутимость. Плавно опустившись в предложенное кресло, я окинул взглядом накрытый стол. Хрустальные бокалы, фарфоровая посуда, искусно приготовленные блюда – всё говорило о том, что к встрече готовились тщательно.

Слуги бесшумно появились в комнате, разливая ароматный чай и предлагая различные закуски. Я наблюдал за этой картиной, пытаясь разгадать истинные намерения Первого, но его лицо оставалось непроницаемым, словно маска.

Мы ели не спеша, с достоинством, наслаждаясь каждым кусочком изысканных блюд. Хрустальные бокалы наполнялись золотистым вином, которое идеально дополняло вкус деликатесов. В воздухе витал аромат специй и свежей выпечки, создавая особую атмосферу.

Первый, как истинный знаток кулинарного искусства, делал паузы между блюдами, позволяя в полной мере ощутить все оттенки вкуса. Он рассказывал о происхождении каждого блюда, делился интересными фактами о редких ингредиентах, и постепенно напряжение между нами таяло.

Я внимательно следил за его реакцией, отмечая малейшие изменения в выражении лица. Но Первый держался невозмутимо, словно мы были старыми друзьями, собравшимися за дружеской беседой. Его манеры были безупречны, каждое движение исполнено достоинства и грации.

Слуги бесшумно обновляли тарелки, подавая всё новые и новые блюда. Время текло медленно, словно густая патока, и в этой неторопливости была своя особая магия. Мы говорили о пустяках, но я чувствовал – это лишь прелюдия к главному разговору.

– Мне будет жаль расставаться со всем этим, – Первый замолчал, но через пару секунд продолжил, – но я уже принял решение. Между нами не будет боя. Я знаю, что ты победишь, но я хочу сохранить жизнь этому аватару, – он провёл руками по своему телу.

Его голос звучал спокойно и уверенно, словно он давно принял это решение.

– Он верой и правдой служил мне сотни лет. Я знаю, что ты с трудом смог сохранить жизнь аватарам Пятого и Четвёртого. Но если будет бой между нами, то мой аватар не выживет. Пусть это будет мой подарок ему на прощание. Без моей сущности он проживёт ещё не одну сотню лет. Сила его будет сравнима с десятком богов. Так что, думаю, он не пропадёт, и его никто не свергнет, – Первый по-доброму рассмеялся.

Я внимательно наблюдал за ним, пытаясь понять истинную подоплёку его слов. В его глазах читалась странная смесь печали и решимости, словно он давно готовился к этому моменту. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас выражало искренность и глубину переживаний.

– Ты действительно готов отказаться от всего этого? – спросил я, обводя взглядом роскошную столовую, где каждая деталь кричала о власти и могуществе.

– Да, – просто ответил Первый, и в его голосе прозвучала твёрдость принятого решения. – Иногда нужно уметь отпускать то, что уже отжило своё. Даже если это кажется невозможным.

Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями.

– Ты прав, и Третий был прав. Пора до конца восстановить баланс Вселенной. А контроль на себя возьмёт Игра. Не зря же мы её создали. Она справится с этой задачей лучше, чем кто-либо другой.

В его словах звучала уверенность, но я всё ещё не мог до конца поверить в искренность его намерений. Слишком многое стояло на кону, чтобы принимать его решение на веру. Но в то же время я чувствовал, что Первый действительно готов к переменам, которые грядут.

– Единственное, что прошу у тебя, Хранитель, – дай мне три часа, – Первый посмотрел мне прямо в глаза. – Я не думал, что ты так быстро наберёшь силу и поглотишь сущности Пятого и Четвёртого. На прощание я хочу погулять по своему дворцу и саду. Если хочешь, можешь прогуляться со мной, – добавил он с лёгкой ноткой надежды в голосе.

В его словах звучала такая искренняя просьба, что на мгновение я растерялся. Этот могущественный правитель, привыкший повелевать и получать всё, о чём пожелает, сейчас просил о простой человеческой милости – о времени попрощаться с тем, что было ему дорого.

Я внимательно посмотрел на него, пытаясь разглядеть в его лице признаки обмана или подвоха. Но нет, сейчас перед мной сидел не властный правитель, а усталый человек, готовый принять неизбежное.

– Хорошо, – ответил я после короткого раздумья. – Три часа.

Первый кивнул, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на благодарность.

– Спасибо, Хранитель. Это всё, о чём я прошу.

Первый оказался неожиданно красноречивым проводником по дворцу. Он с удивительной точностью и детализацией описывал историю каждого помещения, словно был профессиональным гидом.

Мы прошли через величественные залы, украшенные древними фресками и драгоценными камнями. Первый рассказывал о том, как создавался каждый зал, кто был автором проекта, какие мастера трудились над отделкой. Его память хранила мельчайшие подробности, казалось, он помнил каждую деталь, каждое событие, связанное с этими стенами.

В тронном зале он остановился у высокого окна и указал на замысловатую резьбу:

– Эту работу выполнил эльф, мастер Элариус. Его я доставил из другого мира, а потом вернул обратно. Он потратил три года на создание этого узора. Каждый завиток имеет своё значение.

Затем мы спустились в сад, где Первый проявил себя не меньшим знатоком. Он знал название каждого растения, его свойства и происхождение. Рассказывал о редких видах, привезённых из самых отдалённых уголков Вселенной, о том, как они приживались в местном климате, какие условия требовались для их роста.

– Вот это дерево было посажено ещё во времена моего первого воплощения, – говорил он, поглаживая кору древнего древа. – Оно видело столько событий…

Его рассказы были настолько увлекательными, что на какое-то время я забыл о цели своего визита. Казалось, перед мной не могущественный правитель, а страстный любитель искусства и природы, делящийся своими сокровищами с близким другом.

По истечении трёх часов мы вернулись во дворец. Первый провёл меня в свой кабинет – просторное помещение, наполненное атмосферой власти и мудрости. Высокие книжные полки, заполненные древними фолиантами, массивный стол из редкого дерева, на стенах – карты неведомых миров.

Он сел в своё кресло, выпрямившись, словно готовясь к важному ритуалу. Его движения были спокойны и уверенны, в глазах читалась решимость.

– Пора, – произнёс он, глядя мне прямо в глаза. – Я готов, Хранитель.

В этот момент я почувствовал, как напряжение, копившееся всё это время, достигло своего пика. Казалось, само пространство вокруг нас замерло в ожидании предстоящего события. Первый выглядел не как побеждённый, а как человек, принявший единственно верное решение после долгих раздумий.

Его голос звучал твёрдо, без тени сомнения:

– Я готов передать тебе всё, что знаю. Но помни – ответственность за судьбу Вселенной теперь лежит на твоих плечах.

Я молча кивнул, понимая, что этот момент изменит всё.

Я подошёл к Императору и положил руку ему на плечо. Закрыв глаза, я начал погружаться в его энергоструктуру, словно ныряя в бездонный океан. Сущность Первого оказалась невероятно огромной – она пульсировала древними знаниями и силой, накопленной за бесчисленные века.

Я хотел было начать отсоединять его сущность от аватара, но этого не потребовалось. Первый сам начал покидать своё тело, аккуратно отрезая себя от энергетических каналов. Его сущность потянулась ко мне, и я начал постепенно её поглощать.

Огромная река магической мощи хлынула в меня. Моя собственная сущность с трудом справлялась с таким потоком силы, пытаясь усвоить всё, что получала. Энергия Первого вливалась мощными волнами, наполняя меня древними знаниями и могуществом, накопленным за тысячелетия существования.

Всё закончилось неожиданно быстро. Я почувствовал, как меня буквально распирает от переизбытка мощи – настолько огромной была энергия Первого. Моя сущность едва справлялась с таким потоком силы, но постепенно начала адаптироваться.

В этот момент я отчётливо ощутил, как восстанавливается баланс во всей Вселенной. Словно невидимые нити начали сплетаться в единую сеть, соединяя все миры и измерения. Я чувствовал, как сама структура реальности меняется, становясь более устойчивой и гармоничной.

Внезапно я осознал, что Игра начала действовать. Она получила полный доступ ко всем мирам, и теперь методично вносила необходимые ограничения на использование магической энергии. Словно невидимый регулятор, она устанавливала новые правила существования, чтобы предотвратить будущие нарушения равновесия.

Каждый мир теперь имел свои пределы силы, свои законы и ограничения. Вселенная становилась более упорядоченной, но при этом сохраняла свою многогранность и разнообразие. Игра работала безупречно, воплощая то, о чём говорил Первый – восстановление истинного баланса.

Я вздрогнул от неожиданности – пока я был полностью погружён в наблюдение за тем, как действует Игра, Император неожиданно пришёл в себя. Его глаза открылись, и в них читалась странная смесь усталости и умиротворения.

– Первый давно решил, что необходимо восстановить баланс во Вселенной, – тихо произнёс он. – Но он боялся уходить, пока не будет достойного Хранителя. Слишком многое стояло на кону, и ответственность была непомерной.

Его голос звучал спокойно, но в нём проскальзывала нотка облегчения. Казалось, теперь, когда решение было принято и исполнено, с его плеч спал огромный груз.

– Теперь я вижу, что он не ошибся в своём выборе, – добавил Император, глядя мне прямо в глаза. – Ты справишься. Я чувствую это.

В его словах звучала не просто уверенность – в них была глубокая вера в то, что всё происходит именно так, как должно быть.

***

Я стоял на Красной площади в Москве, крепко обнимая Габриэллу. Холодные капли дождя стекали по нашим лицам, но мы не замечали непогоды. Мой бывший мир, где я прожил почти сотню лет и где принял судьбоносное решение переродиться, встретил нас серым, дождливым днём.

Высокие стены Кремля возвышались над нами, словно стражи времени, хранящие тайны веков. Массивные башни, купола соборов, брусчатка под ногами – всё это казалось таким родным и близким, несмотря на прошедшие годы.

Габриэлла прижалась ко мне сильнее, и я почувствовал, как тепло её тела прогоняет осеннюю прохладу. В этом объятии было что-то особенное – словно круг замкнулся, и я вернулся туда, где всё началось.

Дождь продолжал идти, но теперь он казался символом очищения и нового начала. Мой старый мир приветствовал меня, готовый стать частью новой главы моей жизни.

– Ты обещал мне поводить меня по местным достопримечательностям, а мы уже тридцать минут мокнем под дождём, – засмеялась Габриэлла.

Я улыбнулся, глядя в её искрящиеся глаза.

– Знаешь, иногда самые важные моменты происходят именно под дождём, – ответил я, слегка наклонившись к ней. – Красная площадь прекрасна в любую погоду.

– Но я хотела увидеть всё в красках, а не в сером цвете, – шутливо надула губы Габриэлла.

– Тогда у нас есть два варианта, – я огляделся по сторонам. – Можем спрятаться в одном из кафе поблизости и переждать дождь, или…

– Или? – её глаза загорелись любопытством.

– Или можем продолжить прогулку, но уже под зонтом, – я огляделся по сторонам и, убедившись, что за нами никто не наблюдает, создал в руке компактный зонт. – У меня есть план.

Габриэлла рассмеялась и взяла меня под руку.

– Веди, мой гид по Москве! Даже если придётся мокнуть, я не против, лишь бы быть с тобой.

Мы двинулись вдоль брусчатки, укрываясь под зонтом, и дождь уже не казался помехой. Напротив, он создавал особую атмосферу, делая нашу прогулку ещё более романтичной и запоминающейся.

Я повёл Габриэллу к собору Василия Блаженного, чьи разноцветные купола даже в пасмурную погоду притягивали взгляд. Мы остановились у его стен, и я начал рассказывать ей удивительные истории о том, как строился этот архитектурный шедевр, какие тайны он хранит в своих стенах.

– Знаешь, – тихо произнесла Габриэлла, – мне нравится этот дождь. Он делает момент более настоящим, более искренним.

Я улыбнулся, глядя на то, как капли дождя стекают по окнам сувенирных лавок, как редкие прохожие спешат укрыться от непогоды. В этот момент я понял, что неважно, какая погода за окном – главное, что рядом тот, кто делает каждый миг особенным.

Мы обошли вокруг собора, любуясь его причудливыми формами, затем направились к Историческому музею. Дождь постепенно стихал, словно уступая место нашей прогулке.

– А теперь, – сказал я, – я покажу тебе самое сокровенное место на Красной площади. То, о котором знают немногие…

Лара Барох
Возрождающая земли

Глава 1

– Только не ты, девочка моя! Только не ты!

Тихий шепот и сдавленные старческие рыдания заставили Ольгу открыть глаза.

В свете свечи она смогла различить заросшее щетиной лицо пожилого мужчины. Неопрятные пряди волос спускались на плечи, усы и бороду он жевал беззубым ртом, глубокие морщины изрезали лицо старика.

– Вы кто? – пересилив сухость во рту, спросила Ольга.

– Агата! Слава Пресвятой Деве! – старик упал на грудь Ольге и разразился громкими рыданиями.

– Осторожнее с огнём! – Ольга сильно обеспокоилась, что зажжённая свеча в его трясущихся руках почти опрокинулась на неё. Что с ней происходит? Ольга судорожно возвращалась к последним воспоминаниям. Легла спать как обычно, обдумывая планы на следующий день. Сокрушаясь из-за босса-недотёпы и мечтала о лете, проведённом на любимой даче. А проснулась вот здесь.

Ольга осторожно огляделась – света свечи хватало только чтобы различить очертания бочек, сундуков, какого-то мусора. И среди всего этого сидит она, привалившись к стене, а на груди у неё рыдает старик, со свечой в руке.

– Позвольте, я подержу свечу. – И Ольга осторожно приняла подсвечник из сухих пальцев старика. Стало спокойнее, отчасти, огонь же под контролем. Но дальше то что?

– Извините, мне тяжело дышать, не могли бы вы отодвинуться? – Надо как-то расшевелить старика, и попить бы, и на горшок, не мешало бы… И, может, наконец удастся проснуться?

– Агата! Мы с тобой остались одни, твои братья погибли! – Да ладно, у Ольги один старший брат, счастливо женат и собирается выходить на пенсию. Перед сном она с ним болтала по телефону.

– А вы кто? Я совсем ничего не помню. – Ольга, как заядлая книгоманка, знала, что в любой непонятной ситуации надо ссылаться на потерю памяти.

– Девочка моя, я твой отец! Может и хорошо, что ты ничего не помнишь… Враги, напали враги, Томас с Ральфом укрыли нас с тобой здесь, а сами пошли сражаться… – Старик уронил голову на грудь. – Варин, он успел доползти и открыть нас, а сам… – Старик посмотрел куда-то вбок, Ольга проследила за его взглядом и увидела, что из-за поворота стены пробивается лёгкий свет. Мозг почему-то проворачивался медленно. Налёт врагов, погибшие братья, старик-отец… Всё происходящее она воспринимала как дурной сон, а голове требовались ответы.

– Сейчас враги нас победили? – спросила она. – Или мы – их?

– Варин сказал, что они ушли. Это были его последние слова. – Старик снова посмотрел в сторону полоски света.

– Давайте я осторожно всё проверю, а вы дождётесь меня здесь. Я быстро! – Куда там? Старик вцепился в подол её платья так, что костяшки пальцев побелели:

– Не пущу!

– Тогда пойдёмте вместе.

– Агата! Так ведь я уже пятнадцать лет, как не хожу. – И он перевёл глаза на свои ноги. Ольга их рассмотрела и отметила, что, действительно, положение тела очень неестественное. Как будто старик полз, и тащил за собой тело.

– Как к вам обращаться? – наконец-то она решила познакомиться с «отцом».

– Барон Алан Саймон, ты – моя самая младшая дочь Агата, а сыновья… – Старик закрыл лицо руками и зарыдал.

– Барон Алан… – начала было Ольга, но старик её прервал:

– Отец. Ты всегда меня называла «отец».

– Отец, позвольте, я поищу подмогу. Мы не можем с вами здесь оставаться. – Он мотал головой и никак не отпускал подол платья.

– Отец! Опасность миновала, вы сами сказали. Вытащить вас сама я не смогу, поэтому пойду за подмогой. – Он наконец её услышал и расцепил скрученные пальцы.

– Если ты не вернешься, я умру! – Старик своеобразно пожелал Ольге удачи в дорогу. Она передала ему подсвечник, а сама, пинаясь обо все предметы, пошла на свет.

Подойдя ближе к проёму двери, увидела тело мужчины. Он лежал на животе, голова повёрнута набок, и в открытых глазах застыла вечность. Одет в какую-то широкую тунику, сверху овечий жилет, на ногах штаны, заправленные в сапоги. На спине растекалось чёрное пятно, и такая же лужица рядом с телом.

Обойти его было невозможно – тело загородило проход. Ольга никогда не ругалась, хотя сейчас и жалела об этом. Набрав в грудь побольше воздуха, прицелилась и, вступив на спину мужчины, быстро перепрыгнула наружу. Там она осмотрелась и поняла, что выбралась из какого-то подвала. Наверх вела лестница и, вцепившись в перила, Ольга начала подниматься. Наверху обнаружила снова дверь, толкнула её – и зажмурилась от ударившего в глаза света.

Немного подождав, пока глаза привыкнут, осторожно пошла вдоль стены каменного дома. Пахло костром, повсюду валялся мусор. Обогнув угол дома, Ольга закрыла рот руками. У крыльца лежало два тела. Она осторожно пошла к крыльцу и тут услышала окрик:

– Госпожа Агата! Вы как? – в распахнутые ворота на полном ходу влетел всадник. Одежда частично порвана и в крови. Светлые волосы собраны в хвост на затылке. Тонкие черты лица, светлые глаза, худощавого телосложения.

– Вы кто?

– Барон Стефан Коан. Госпожа Агата! Вы не узнали меня? Я ваш сосед, у меня поместье в получасе езды отсюда. – Он уже спешился и подходил к ней, держа под уздцы коня.

– Господин Стефан, я даже отца не помню, видимо из-за нападения потеряла память.

– Как вы пережили налёт? У меня половина людей убита или угнана в плен. Дома подожгли, скотина или похищена или разбежалась по лесам. – Он оглядел двор. – У вас то же самое. Это Томас и Ральф? – Он развернулся и пошёл в сторону лежащих у крыльца тел.

– Какой ужас! – добавил он, рассмотрев тела.

– Варин тоже убит, отец в подвале, но он не может ходить. – Ольга показала в ту сторону, откуда пришла.

– Сейчас найдём крестьян и поможем его поднять. Пойдёмте, осмотрим дом. – Сосед привязал коня к перилам крыльца и, осторожно обходя тела, зашёл в дом. Ольга старалась от него не отставать.

В доме царил хаос. Мебель порублена, на полу ковёр из мусора – разорванные куски ткани, разбитая глиняная посуда, столовые приборы, подсвечник, какие-то странные вонючие кучки.

– Эй! Есть кто живой? Я барон Стефан, со мной госпожа Агата! – закричал сосед на весь дом, и Ольга невольно вздрогнула от его крика. Но уже вскоре послышались осторожные шаги на лестнице.

– Госпожа Агата! Господин Стефан! Мы прятались на чердаке. – Навстречу спускались три женщины и хромой мужчина.

– Наверху тоже всё разгромлено? – Сосед осмотрел людей и начал задавать вопросы.

– Нет, господин, они не дошли, или им помешали, разгромили только первый этаж.

– Здесь всё убрать! Найдите крестьян, чтобы перенести барона. Это сейчас главное. Затем будем хоронить убитых. – Сосед уверенно раздавал указания, а Ольга впервые облегчённо выдохнула. Его слова придавали ей сил и вселяли надежду.