Текст книги ""Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алексей Евтушенко

   – Чисто!

   – В яблочко!

   Другие охотники оценили выстрел. Хотя, что сложного? Бежал-то равномерно и строго от стрелка.

   – Следующий!

   Слуга подтолкнул другого мужичка на стартовую позицию. Но он бухнулся на колени и пополз к демонам.

   – Господин, я не хочу умирать, господин!

   Он добрался до одного из стрелков и попытался целовать ему сапоги. Его отопнули с презрением, но он всё равно настойчиво вернулся.

   – Прошу! Любая работа, пожалуйста, господин!

   Он ещё раз получил удар сапогом, в этот раз по лицу, но не успокоился и продолжил молить о пощаде.

   – Тьфу ты! – демон потерял терпение. – Веди Линду и Тея! – приказал слуге. Человек ушёл куда-то за кареты и вернулся с двумя крупными волкодавами на крепких поводках. Чуя развлечение собаки нетерпеливо перебирали лапами, поскуливали, но с привязи не рвались.

   – Пошёл, бегом! – скомандовал демон.

   Человек, поняв, что мольбы остались напрасными, при виде собак побледнел, вскочил и с криками побежал прочь. Собаки натянули поводки, едва сдерживаемые слугой. Выждав, пока человек пробежит около трети расстояния до леса, демон азартно скомандовал

   – Пущай!

   Слуга разжал руки, и два чёрно-рыжих пса прыжками нагнали беглеца. Я отвернулась. Но воображение по крикам и рычанию достроило картину убийства. Собак отозвали. Им стало неинтересно рвать мёртвое не сопротивляющееся тело, и они послушно подошли к хозяину.

   – Хорошие пёсики, – демон потрепал их за уши. – Кто ещё не хочет бегать? – спросил он у людей. Все угрюмо молчали.

   – Вот и хорошо. Уведи пока собак и давай следующего.

   Женщина побежала зигзагами, но, всё же довольно предсказуемо, и её тоже догнал арбалетный болт.

   – Не ты один стрелять умеешь! – похвастался стрелок перед первым.

   – Ха! Из арбалета и ребёнок сможет! – воскликнул более старый демон, готовя лук. – Никакого интереса.

   Его жертва словила стрелу плечом, но не упала. Совсем молодой парнишка оказался крепок на рану, и всё же смог добежать до леса и скрыться за деревьями.

   – Что, старый, ушла добыча? – незлобно поддели демона товарищи.

   – Ничего, с такой раной далеко не уйдут, – отмахнулся он. – С подранком даже интересней тропить будет.

   Я, как и остальные люди, всматривалась в пространство между охотниками и лесом. Стрелять они начинали только когда жертва преодолевала половину пути. Мысленно проложила путь. Бегом вон до того цветка, рывком в сторону, сразу в другую, пробежать и нырнуть в те заросли травы. Отсюда выглядят достаточно густыми и высокими. Там немного ползком, и до леса всего ничего.

   Не только я присмотрела густую траву. Очередной бегун, ловко меняя направление движения, домчался до неё и залёг на земле. Трава оказалась не столь густая, и его светлая рубаха виднелась среди зелени. Но, почему-то мужчина не торопился сделать последний рывок к лесу, оставшись на место.

   Демон поднял арбалет, прицелился. С раздражением опустил оружие.

   – Проклятье, там холмик, он за ним залёг!

   – Эх, молодёжь, – на огневой рубеж вышел лучник. – Смотрите, как ваши отцы стреляют!

   Стрела под крутым углом улетела в небо. Демоны успели ухмыльнуться, мол, пень старый, мы не птиц бьём, добыча вся на земле. С нашего места выглядело так, будто стрела сначала летела вверх, потом замерла и рухнула вниз, в траву, где залёг человек. Вскрик оттуда сообщил, что стрела нашла свою цель.

   Демоны после каждого выстрела отмечали его бокалом почти без закуски. Если повезёт быть в конце, может, наклюкаются и начнут мазать.

   Охотники, глядя на уменьшившееся количество дичи, и под влиянием горячительных, сменили тактику. Двоих они только попугали, стреляя не на поражение. Полученные людьми раны не смертельные, но в лесу скрыться станет сложнее.

   Меня хлопнули по плечу. Пора бежать. Не самая последняя, ещё трое ожидают своей очереди. Демоны уже напились и стреляли не по одиночке, но почти не целясь. Они пропустили неповреждёнными достаточно человек для продолжения охоты, и, боюсь, оставшиеся люди не добегут до леса.

   Метнулась влево. Там, где я должна была бежать, в землю воткнулась стрела. Ещё раз влево. Возле уха чиркнул болт. Вправо, перекат. Может, что и было, некогда оглядываться. Подскочить, немного пробежать, опять вправо. Вон и та густая трава, но мне туда не надо. Но снова рывок вправо. И сразу налево, к траве. Обманула. В зелени затрепетала пара стрел. А дедок неплох. Быстро стреляет. Краем глаза заметила распластанное тело. Зря он надеялся на низкий холмик. Метров десять по прямой, рывок, перепрыгнуть труп, кажется, один из первых, и вот он, спасительный лес! Укрываясь за стволами деревьев, скрылась с глаз стрелков. Теперь даже светлая рубаха им не должна быть видна.

   Отдышалась. У меня есть минимум четверть часа, а то и вся половина, пока демоны не запустят оставшихся жертв. Плохо, местность незнакомая. Всё, что могу сказать, так то, что эльфийский Лес где-то на востоке, если не ошибаюсь, в полудне неспешной езды. Пешком по чаще минимум около суток. Значит, идём на восток!

   Метров через сто увидела светлое пятно возле дерева. Подошла поближе. Парень, что первый раненым скрылся в лесу, далеко не ушёл. Кровь из раны не текла, и сам он уже начал остывать.

   Стрела вошла ему в спину и застряла где-то в кости. Пришлось её грубо раскачать и с силой вырвать. Покойнику уже всё равно, а мне широкий острый наконечник пригодится. Также, как и пояс – метровая верёвка вещь полезная.

   Сосновый лес с почти отсутствующей травой и кустарником вскоре кончился. Идти по нему было легко и приятно, густо покрывшая землю хвоя пружинила под ногами. По такому лесу даже бежать можно, не опасаясь за ноги. Но и просматривается он тоже слишком хорошо. Я неподвижное тело издалека увидела, что говорить о движущимся?

   Где-то позади залаяла собака. Донёсся крик боли и ужаса. Кажется, последней "дичи" не дали уйти далеко. Надо тоже ускориться.

   Буду считать, что других человеков нет, и охота идёт только за мной. Что я о ней знаю? Четыре демона, три арбалетчика и один лучник. Человек-слуга. Нет, он останется при лошадях. Минимум две собаки, натасканы специально на людей.

   Я перелезла через поваленный ствол. Лес стал густой, местность неровная, погоню, при всём желании, не увидеть, даже если залезть на дерево. К тому же эти берёзы очень быстро, буквально в двух-трёх метрах от земли, начинали ветвиться. Боюсь, что старые деревья, у которых больше половины ветвей мёртвые и без листьев, не выдержат мой скромный вес.

   Я обошла ещё один поваленный ствол. Пень от него щетинился трухлявыми щепками. И не одно дерево такое, недавний ветер эти берёзы поломал, а не вывернул с корнем.

   В траве появился просвет. Тропа слишком узкая для человеческой, должно быть, звериная. Идёт в нужном направлении, прокладывать свою не стану. Точно, звериная. Под нависающими ветвями колючего кустарника даже мне пришлось нагнуться. Охотник, какой бы он не был, обогнул бы эти заросли.

   Тропа вывела к узенькому, в полшага ручейка и пропала. Дальше водопоя местное зверьё не ходит. Я слегка освежилась прохладной водой. Пожалуй, этим ручьём собак со следа не сбить, слишком мал. Вспомнила про собак, они и объявились. Позади снова залаяли, не могу понять, ближе или нет. Впереди лес опять изменился, стал более разреженным и угрюмым. В таком лесу увидят издалека. Надо что-то делать. Сняла рубаху, основательно извозила ей по земляному бережку и, ёжась, натянула грязную тряпку. Потом отстираю. И штаны тоже. Их не стала снимать, поёрзала, сидя в грязи. Теперь светлая ткань не должна бросаться в глаза.

   Вскоре поняла, почему лес стал редок. Местность незаметно понизилась, и здесь образовалось что-то между заливным лугом и болотцем. Не трясина, почва жёсткая, но ноги постоянно проваливаются то по щиколотку, то почти по колено в воду, прикрытую травой или высоким мхом.

   Наконец, пересекла эту хлябь. С другой стороны круто поднимался холм, и там я присела на корень дерева отдохнуть и отжать мокрые штанины. Из одного ботинка вылила стакан воды, из второго поменьше, там подошва уже начала отходить. Пока только небольшая дырка от порвавшейся нитки, но, раз началось, то надо полностью обновлять швы.

   Над головой звенела густая туча мошки. Эта мелочь не кусает, только лезет постоянно в глаза и нос. Я почти не обращала на неё внимания, привыкнув ещё во время похода с Джуманом. А вот охотничкам придётся туго, если перед выходом не наполировали рога.

   Я поглядела в ту сторону, откуда пришла. Сейчас, находясь на возвышенности перед редким, кривым лесом, можно посмотреть назад чуть ли не на километр, настолько расплылось болотце. Пожалуй, если охота подойдёт к нему сегодня, то пройдут по следу и без собак, так выделялась смятая трава и мох.

   Немного отдохнув и уточнив по солнцу направление, двинулась в путь. Погоня или сильно отстала, или отвлеклась на другую "дичь", но собак я давно не слышала. А та получасовая фора должна была позволить охоте выйти к заболоченной низине как раз тогда, когда я отдыхала. Но я не стала сбавлять темп, на ходу пытаясь решить вторую, не менее важную задачу.

   Утром перед выездом покормили. Дичь должна быть бодрой, чтобы было интересней за ней охотиться. Сейчас время далеко за полдень, почти вечер. Воды достаточно, а с едой проблема. Охотиться я не умею, нечем и пока некогда. Прошлогодние орехи и ягоды к середине лета подъела местная фауна, а новый урожай ещё не поспел. Рыбу тоже ловить нечем и негде – ни одного более-менее приличного ручья, не то, что реки, я не видела.

   О! Ура! На краю поляны я увидела знакомые красно-розовые кудрявые цветы. У саранок должны быть крупные съедобные луковицы. Помогая стрелой выкопала четыре корня. Большие, с мой кулак, они не дадут помереть с голода. Стоит рискнуть и задержаться немного, накопать про запас.

   В густой траве услышала урчание. Из зарослей вышел бурый медведь. Молодой. На четырёх лапах до пояса мне не дотянется. Из пасти свисали стебли саранки. Тоже нашёл себе столовую.

   Несколько секунд мы смотрели друг на друга, удивлённые встречей. Медведь неуверенно привстал на задние лапы. Я тоже вскочила, подняла руки вверх в угрожающем жесте и зарычала. Мишка сел, громко пукнул и, оставляя широкий след примятой травы, убежал прочь.

   Я торопливо схватила добытые корни и тоже покинула поляну в противоположном направлении. Кто знает, что творится в голове у лесного хозяина, вдруг, вернётся?

   На том месте, где стоял медведь, задержалась на половину минуты. Зверь оставил большую свежую коричневую кучу. В ней старательно потопталась. Собаки боятся медведя, надеюсь, не станут идти по запаху его экскрементов.

   Больше в тот день никаких неожиданностей не произошло. Несколько раз останавливалась и вслушивалась в лес позади. Но собаки молчали. Птицы тоже успокоились после моего прохождения и больше встревоженно не взлетали. К ночёвке стала готовиться ещё когда только началось смеркаться. Нашла старую сосну на опушке поляны. От толстого ствола почти горизонтально отходила не менее толстая ветка. На ней и решила переночевать. Звери в это время года сытые, вряд ли кто среди ночи нападёт, но я решила перестраховаться. Костёр тоже не стала разводить, съела сырыми две маслянистые луковицы и пошла спать.

   На всякий случай привязалась к ветке двумя верёвками – своим поясом, и снятым с покойника. Заснула сразу, но скоро проснулась – затекла рука, к которой привязала верёвку. Исправила узел и снова ненадолго заснула. На этот раз заболела шея от неудобной позы. Потом чуть не свалилась, повернувшись во сне. Промаявшись треть ночи, плюнула, и спустилась на землю. Спала же почти месяц под кустом в эльфийском Лесу, и ничего.

   Утром проснулась с рассветом и туманом. Доела саранки, размяла мышцы зарядкой и снова в путь. Почему-то пришла уверенность, что охота до меня уже не доберётся. Несмотря на буреломы и совсем дикие, нехоженые чащобы, двигалась быстро.

   Открывшаяся прогалина с невысокой травой насторожила. Сколько иду, на открытых местах трава по пояс, а то и с головой скрывает. Здесь же едва дотягивала до колена. Присмотрелась. Вот и причина – куст росянки. То ли ему так легче охотиться, то ли не терпит конкуренции среди простой флоры, но вырасти траве не дали.

   Цветок низко наклонился к земле. Его бутон раздулся и слегка подрагивал, наверно, совсем недавно кого-то схватил. Теперь будет две-три недели переваривать, если судить по размерам. И всё это время росянка почти безопасна, если не считать кислотный плевок, но без причины она его не станет использовать.

   В голове появилась мысль обмануть охотников, если они всё же не бросили погоню. От грязной рубахи стрелой отрезала длинную полу. Была до задницы, теперь до поясницы. Также стрелой осторожно раздвинула реснички бутона и вставила между ними отрезанную тряпку. Росянка возмущённо накачивала в шишку на макушке, но плеваться и быстро двигаться ей мешал тяжёлый бутон.

   Уходя с прогалины, обернулась посмотреть на своё творение. Если не присматриваться, то легко поверить, что росянка схватила некрупного человека, с меня размером. Вон, даже кусок рубахи торчит. Не думаю, что простые демоны знают особенности этого цветка и полезут его вскрывать для проверки.

   Дальше я шла спокойней, но окончательно успокоилась только когда увидела осинки с серебристыми листиками. Эти деревца растут только в Лесу, значит, мне можно больше не бояться охотников, и жить в своё удовольствие. Если с голоду не помру или твари за задерут. Но это – потом.

   Я продолжила путь на восток, теперь присматривая место, где можно поселиться. По пути нашла заросли черемши. Она давно отцвела и толстые стебли потеряли сочность. Потушить бы этого дикого родственника чеснока в масле! Но нет ни масла, ни сковороды. На пустой желудок съела большой пучок и заработала сильную изжогу.

   У ручья долго заливала водой пожар в желудке. Из травы выскочила потревоженная курица коричневой расцветки с белыми пятнами. Часто взмахивая крыльями, пролетела с десяток шагов и села на землю. Да уж, курица – не птица, летает плохо и неохотно. Или это куропатка? Не важно. Обидно только, что вот она, совсем не боится, едва не просит "добудь меня". А у меня из всего оружия только стрела. Не бегать же за ней по всему Лесу в надежде, что устанет и падёт замертво. Или, вдруг, догоню и стрелой затыкаю. Жалко, мяса хочется, а в этой птице с полкило наберётся. Но она точно не станет ждать, пока я сделаю лук и пристреляюсь.

   Стоп! Вот я одарённая! Я же полгода зубрила множество заклинаний. Самое время начать ими пользоваться.

   Медленно, боясь спугнуть птицу, сняла ошейник. Заклинание паралича, как первое, пришедшее на ум, сорвалось с пальцев. Куропатка, где сидела, там и упала, распластав крылья. Я подобрала её и свернула шею. Хоть заклинание считается боевым, но помереть от него, как и от большинства других, очень сложно. Разве что, после того количества энергии, что я в него вбухала, у бедной птицы должно было отказать сердце, лёгкие, и вообще, все органы, а не только мышцы конечностей. О таком возможно результате преподаватель предупреждал, но для смерти разумного надо выложиться почти до истощения. На животных заклинания действуют намного сильнее.

   Костёр развела также магией. Удобная вещь! Но огненный шар то не получался, то, наоборот, ещё в руках распухал до огромных размеров, и я его не заканчивала формировать, опасаясь сжечь не только приготовленные дрова, но и лес вокруг. Зато оказалось достаточно просто сосредоточиться и без каких-либо формул и печатей представить пламя. Тонкой ниточкой оно пробежало по воздуху от меня до сухих веток, и костёр разгорелся.

   Птицу наспех ощипала, выпотрошила и зажарила на ветке, как на шампуре. Горячее мясо быстро исчезло в желудке, я еле дождалась, пока оно прожарится. Уже бодрее и веселее двинулась вглубь леса.

   К вечеру решила, что ушла достаточно далеко, и начала высматривать место, где можно надолго обосноваться. Но такие места всё не попадались. То полянка маленькая, то сырая, то деревья слишком старые, могут упасть и пришибить. Когда уже решила заночевать, как и в прошлый раз, под деревом, а идеальное для жилья место продолжить искать с утра, лес расступился.

   Передо мной расстилалась долина. Широкая – от леса до могучей реки километра три или четыре. Ещё столько же до лесной чащи на другой стороне. Примерно посередине над долиной возвышалась крепость. Явно давно заброшенная, но не потерявшая величия. Когда-то она контролировала водный и наземный пути, уж очень удачно вписалась в ландшафт.

   Я приблизилась к строению. Долина когда-то была шире, но Лес потихоньку занимал пустующие поля. Вокруг крепости растительность стала немного иной. Появились одичавшие культурные растения на месте прежних огородов. Деревенька давно сгнила, но, при желании, можно поискать в её заросших остатках что-нибудь, не поддавшееся времени.

   Пока шла к крепости, постоянно смотрела по сторонам. Издалека казалось, что он деревни что-то да осталось, но вблизи поняла – обманулась. Если и было, давно заросло бурьяном и сгинуло. Остались разве что каменные фундаменты да печи. Но и их надо раскапывать от нанесённой временем и ветром земли.

   Крепость сохранилась много лучше. Возведённая из огромных каменных глыб на высоком береговом обрыве, она неплохо продувалась. Деревянные части – полы, перекрытия, двери и даже мебель – хорошо просохли и не поддались гнили, хотя время не пощадило и их. Сто лет без присмотра, тут только камень и выдержит.

   Переночевала под каменной стеной, укрывшись за ней от ветра. Утром, потратив много времени на опустошение одичавших огородов, сейчас мало отличающихся от целины, приступила к осмотру своих владений. Да, я решила, что жить буду здесь, в крепости.

   Несмотря на прошедшие годы, она до сих пор оставалась серьёзным укреплением. Два ряда толстых стен надолго могли удержать противника. Сама крепость состояла из высокого донжона с пристройками. Его огораживало кольцо высоких стен. Второе кольцо отстояло от первой, создавая большой внешний двор. Внутренние ворота располагались в южной стене, ворота внешнего круга – на восточной. Любой посетитель должен был пройти через внешний двор, прежде, чем попасть непосредственно в крепость. Даже малое число защитников могло удержать атаку.

   Сейчас остатки толстых, сколоченных из брёвен и оббитых железом ворот, валялись на земле. Трава покрывала когда-то мощёный двор. Какой-то куст, наверно, из занесённых ветром семян, корнями приподнял булыжники. Деревянные крыши и пристроек, и отдельных строений исчезли, большинство лестниц тоже.

   Я заглянула в одну пристройку справа от донжона. Длинное здание когда-то делилось перегородками на клетушки. То ли бараки, то ли конюшни со стойлами. Пожалуй, всё-таки бараки. Похожее здание располагалось напротив, у стены. Но там окна маленькие и под потолком, больше подходящие для конюшни.

   В донжоне тоже царила разруха и запустение. В приличном виде сохранилось два этажа. Хозяйственный и кухонный полуподвал и первый, вряд ли жилого предназначения, сохранились неплохо. Думаю, этому способствовали каменные перекрытия. Этажи выше обвалились, оставив в стенах гнилые деревянные "зубы" балок. Винтовая лестница шла по периметру башни и тоже разрушилась, но она держалась на выступающих каменных блоках. При желании и некоторой осторожности, по ним можно забраться на самую крышу. Её тоже нет, обрушилась вниз.

   В углу кухни нашла колодец. Брошенный камень долго летел вниз, пока не вызвал громкий "бульк". Метров тридцать глубиной, крепость-то на холме. Кусок старой, расползающейся в руках тряпки, подожжённый в кухонной печи, показал отсутствие тяги. Вернее, она была, но очень слабая. Труба, должно быть, замусорилась.

   В целом, ничего так. Немного подработать, серьёзно очистить, и жить можно. Только работать нечем. Даже ножа нет, не то, что топора и пилы. И посуды тоже нет. Зато я знаю, где она есть!

   В том эльфийском городе, что оббирал Джуман, оставили целый мешок. Тогда нам не нужны были лишние котелки, миски и прочая походная утварь, оставшаяся после встреченного искателя. Если я правильно сориентировалась, он должен быть дальше на востоке. Оттуда, как раз, текла река. Может, на ней же город и стоит?

   Из окон замка можно увидеть достаточно далёкие окрестности. Но окна не позволяют смотреть, куда угодно, стены слишком толстые, значительно ограничивают обзор. Немного подумав, рискнула подняться на крышу. Деревянные останки лестницы как-то ещё сохранились, но я предпочла пользоваться каменными выступами.

   С вершины донжона вид открывался великолепный! Вся долина, как на ладони. Вокруг – зелёное море леса. Где-то темнее, где-то светлее. Вон, на западе и проплешина заболоченной низменности угадывается. Далеко на горизонте, едва на пределе видимости, лес уступил место полям. Там уже территория демонов.

   С других сторон Лес, казалось, не кончался. А, нет. Вон там, на северо-востоке, виднеется проплешина. Я проследила за рекой, восстанавливая её русло по другой растительности там, где воду не видно. Кажется, это и есть нужный город. Напрямик до него дня два пути. Но от крепости должна отходить дорога, не по одной реке же сообщение шло?

   Назад спускалась вдвое дольше, постоянно опасаясь сорваться. Вверх лезть легче – ставь себе ногу, куда надо, цепляйся за подходящий выступ, и всё. А вниз постоянно видишь, как далеко земля и как высоко падать.

   Наконец, спустилась. Стоя на дрожащих ногах подняла голову вверх. Чтобы я ещё раз без крайней нужды туда полезла? Только после восстановления какой-никакой лестницы.

   Заброшенная дорога оправдала надежды. Она хоть и заросла травой и кустами, но осталась твёрдой и более-менее ровной. До города дошла к концу дня. Пожарила ещё одну подбитую куропатку, закусила пучком лука, сорванного в пригороде, и заночевала в первом же более-менее прилично сохранившемся доме.

   Нужное здание, где произошла стычка с другим искателем, нашла быстро. Всё же центральная площадь. Там ощутимо пахло тухлятиной. Тела просто бросили у дороги, без похорон, и за месяц они, естественно, испортились. Мелкая живность, наверняка, устроила на них столовую, но проверять не стала. Пока шла сюда, ещё мелькала мысль снять с тел одежду, но сейчас даже подходить не буду.

   Вот и мешок. Его оставили в холле обыскиваемого здания. Для меня сейчас это огромное богатство. Два котелка, миски, кружки, столовые приборы, кухонные ножи. Даже топорик нашёлся. А в один котелок, видимо, для распределения веса и экономии места, положены мешочки соли и крупы. Мне дней на десять только ей питаться хватит.

   Рядом стояла небрежно брошенная шкатулка. Отвлеклись тогда, забыли её забрать. Внутри симпатичный женский гарнитур, золото с каменьями. Мне он без надобности, ни серьги, ни ожерелье бесполезны, красоваться не перед кем. Взяла только заколку, волосы отросли, я их собирала в хвост, но всё равно иногда прядь выбивалась.

   Переложив "богатства" для удобной переноски, привязала к мешку верёвку, чтобы получились лямки, и поспешила домой. Город мне не понравился, не хочу в нём жить. То ли дело – крепость!

   Уже в крепости проснулась с полным нежеланием что-либо делать. Кажется, последние месяца два, только и делаю, что шляюсь по лесу. Сейчас нашла себе дом и расслабилась. Полежала, глядя в серый каменный потолок. Нет, надо вставать, привести в порядок хотя бы жилой угол.

   Заклинание уборки работало долго и собрало огромную, в мой рост, кучу мусора посреди кухни. А выносить я его чем буду? В ладошках? Метлу сделать можно, но сейчас требуется тачка. Зато стены, потолок и пол, куда куча не дотянулась, сияли чистотой.

   А эльфы не чурались красоты. Стены украшала разноцветная мозаика, ранее скрытая слоем грязи. Симпатичные растительные узоры. Возле колодца очистилось какое-то геометрическое художество. Да это же печать заклинания! Интересно, что она делает, и зачем её поместили на кухню.

   Немного постояла, разбирая печать. Сложно с непривычки соотнести реальный предмет с её схемой. Да это же простейший двигатель. Крутит какое-нибудь колесо, пока подаётся энергия. А вот тут переключатель. Сейчас включим.

   Рычажок, немного сопротивляясь, сменил положение. Сначала ничего не происходило, я уж решила самой подать на заклинание энергию, наверняка питающий элемент давно истощился. Но что-то скрипнуло. Далеко внизу, в колодце, заскрежетало. Через минуту из пасти каменной львиной головы возле колодца, толчками стала литься вода. Она проходила по короткому жёлобу, проложенному вдоль стены, и исчезала за решёткой слива.

   Продвинутые люди были! Какой-то насос смогли создать, до сих пор работающий. А я голову ломала, где достать длинную верёвку, чтобы набирать воду в колодце, а не бегать до реки.

   Я перегнулась через край колодца и всмотрелась в тёмную сторону, откуда шёл шум. Там двигалась длинная цепь с приделанными к ней ковшиками. Внизу они черпали воду, поднимались наверх и выливали. И так бесконечно, пока не остановить подъёмник. Очень актуально для замка на холме.

   Интересно, куда вода ещё подаётся, и куда девается. С другой стороны стены, насколько я поняла, находилась мойка или прачечная. Хорошо помню, там есть похожая звериная голова на стене.

   Точно, оттуда точно также тонкой струйкой бежала вода и исчезала в решётке стока. Только здесь сток находился в полу и слабо справлялся с тоненькой струйкой. Должно быть, забился мусором. Я запустила уборку в сток и не стала ждать, пока заклинание обработает всё помещение. Уже набравшаяся лужица торопливо исчезла. Теперь бы проследить, куда вода уходит дальше, вдруг. Там тоже затор, а получить лужу под полом приятного мало.

   Если предположить, что крутых поворотов у стока нет, то стоит искать поток в туалете. Была тут и отдельная комната для раздумий. С каменным сидением с вырезанным в нём овалом.

   Да, угадала. Там сейчас весело журчала вода. А азартом первооткрывателя выбежала из донжона и оббежала его. С другой стороны стены построили такое же строение, но для массового пользования. А вода, не задерживаясь, проходила по трубе через двор и вытекала уже во внешнем дворе из дырки в стене в какую-то яму. Кажется, когда-то у неё была крышка. Ладно, посмотрим, что будет дальше, эта яма не сегодня заполнится.

   Наличие постоянного источника воды вдохновило. Конечно, надо сделать ревизию механизма, там просто обязаны появиться слабые места, но раз работает, пусть пока работает.

   На позитивной волне попробовала прочистить трубу печи. Заклинание уборки получалось всё лучше, но и оно не помогло. Сначала из трубы посыпалась грязь. Потом окаменевшие куски сажи. Следом плюхнулся какой-то кирпич и кучка сухих веток вперемешку с перьями. Похоже, в трубе птицы обустроили гнездо, и качественно её заткнули. Придётся пока готовить на костре во дворе.

   Трудовой запал кончился к вечеру. Когда нагрела кучу котелков, помылась, постиралась, села готовить ужин. Дров ушло изрядно. Если таскать хворост, сухие ветви и не очень большие стволы в крепость можно, то рубить их на полешки единственным топором уже неудобно. Нужна пила. И корыто, где можно нормально мыться и стираться. И сменная одежда, в единственном комплекте скоро дыры появятся.

   Ко всему этому желателен молоток, гвозди, рубанок... Оружие не забыть, надо ведь и охотиться с чем-то начать учиться. Ещё лопату, сделать огород. Сейчас уже поздно, но к весне надо обзавестись. А к огороду нужны семена.

   Ёлки-палки, список набирается приличный. А брать всё это негде. Человеку в местных посёлках без хозяина не продадут. А у меня и денег нет, и выгляжу так, что никто не поверит в доверенного человека, которого послали за покупками.

   Остаётся вариант взять нужное самостоятельно. Нет, не выкрасть, а совершить военную вылазку с захватом трофеев! Не думаю, что садовый инвентарь и рабочий инструмент рьяно охраняют.

   Рано утром, когда начло светлеть, вышла в путь. Идти напрямки по лесу не стала, нашла старую дорогу от крепости. Если начнёт забирать сильно в сторону, тогда сверну.

   Переночевала уже в обычном лесу. Днём планировала выйти к какой-нибудь плантации и за остаток дня изучить, где у них хранится инструмент и продовольствие.

   Вышла на дорогу. Обычную, укатанную телегами. Остановилась, решая, направо идти или налево. Слева показался караван гоблинов. Про них, планируя получение вещей, не вспомнила, а они же торговцы, может, попробовать договориться. Денег нет, зато есть золотая заколка с камнем. Та самая, которую взяла в городе, когда ходила за посудой. Как я помню объяснения Джумана, охочего до разговоров и хвастовства, такая заколка потянет тысяч на пятнадцать. С учётом обстоятельств сторгуемся где-то на десятку.

   Караван поравнялся со мной, передняя повозка чуть притормозила. Гоблин с интересом меня рассматривал. Я подняла руку в приветственном жесте.

   – Торг?

   Гоблин натянул вожжи. Не отвечая потянулся к сумке, лежащей рядом на козлах. Я напряглась, готовая к какой-нибудь гадости. Понимаю, выгляжу ненадёжным покупателем. Человек, в хоть и чистой одежде. Один. За спиной тощий мешок, за поясом топор. Не знаю, водятся ли здесь разбойники, но себя за такого приняла бы. Вот, начнёшь разговор, расслабишься, а из кустов подельники повыпрыгивают.

   Гоблин думал в другом направлении. Из сумки появился боевой артефакт нелетального действия. Или паралич, или слабость, или что-то подобное. По цвету определила. Для тех, кто не разбирается в печатях, и для быстрого распознавания, стандартные артефакты красили в разные цвета по типу действия. Целебные, бытовые, боевые или вот такие, останавливающие.

   Понятно, увидел человека без присмотра, и решил прибрать к рукам. Знаем, проходили. Караваны иной раз провожает охрана. Не от нападений защищает, а чтобы они сами на вверенной гарнизону территории людей не угоняли.

   Выждала секунду-другую, убедиться, что достал артефакт для перестраховки. Нет, гоблин решил атаковать. Но я не простой человек, я знаю эти артефакты, и я умею за себя постоять. Ушла чуть в сторону с линии поражения, одной рукой схватилась за борт телеги, подпрыгнула и перебросила себя наверх. Ударила гоблина. Он выронил артефакт, согнулся от боли. За шиворот скинула лопоухого на землю. Здесь бить удобней и от потенциального оружия коротышка далеко.

   В караване возница был не единственным. С остальных повозок тоже повыскакивали гоблины, заинтересовавшись остановкой. Засуетились, увидев валяющегося на земле товарища. Первый схватил уже готовый к стрельбе арбалет.