Текст книги ""Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алексей Евтушенко

Соавторы: Мария Двинская,Герман Маркевич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 230 (всего у книги 351 страниц)

Эти двое переглянулись, и де Граф осторожно сообщил неприятную новость.

– Никто. Она была упразднена Сорок первым около тридцати лет назад.

– А что взамен? – мало ли, может, реформировал и слил с армией, или ещё куда в другое ведомство передал.

– Ничего. От ней не видно результата, решил, что только деньги тратит.

– Ох ты ж... слов нет. И что, тридцать лет страна без разведки и контроля?! – я в шоке. Полном. А они ещё непонимающе пожимают плечами.

– Как-то так.

– Если за тридцать лет Империя ещё не развалилась, и её не растащили соседи... Прежний глава СБ согласится вернуться на пост?

Советники опять переглянулись.

– Однозначно! – уверенно ответил де Граф.

– Другие кандидаты или возражения есть?

Тишина была ответом.

– Тогда напишите ему, что служба гос. безопасности возрождена.

– Не стоит писать. Он ещё не уехал из замка после праздника. Вызвать?

Получив разрешение, де Граф ненадолго вышел, отдать распоряжение слугам. Я неловко стояла у стола и бездумно перебирала бумаги. Голова всё ещё болела, раздражение почти улеглось, и мне стало стыдно за устроенный разнос. Они же не дети, в отличии от некоторых, не будем показывать пальцем. Наверняка есть причины их действий и умалчиваний.

– Извините, – произнесла я, когда вернулся де Граф и сел рядом с Крисом. – Я не знаю, что на меня нашло.

– Не извиняйтесь, тено, вы абсолютно правы, – за всех ответил Крис, не поднимая головы. – Сорок первый император сам ничем подобным не интересовался, и мы не ожидали, что вы займётесь делами лично, тем более, в вашем возрасте.

– А о разделении труда он тоже не слышал, и вы продолжаете традицию?

– Как раз наоборот, – возразил блондин. – При нём образовалось слишком много начальников, что никто ничего и не знал. И ответственных найти стало невозможно, все друг на друга перекладывали. Мы с Гвенио с трудом хоть какой-то порядок навели.

Ну вот. Люди старались, работали, как могли. А я, не разобравшись, с шашкой наголо полетела.

– Извините, – и так было стыдно, так теперь стало ещё хуже.

– Тено, – подал голос Эрик. Его мой разнос не коснулся, но и он выглядел слегка пристыженным. – Можно вопрос от тупого солдафона? Зачем вы их посадили, обычно ставят навытяжку.

Три пары глаз с интересом уставились на меня. Я же представила, что эти двое, и без того выше меня на полметра, ещё и вытянутся...

– Неудобно с пряжками ремней разговаривать. А прыгать с табуреткой не серьёзно, – смущённо призналась, вызвав понимающие улыбки. Эрик вполне умело разрядил ситуацию, хотя всё равно повисла неловкая пауза. В этот момент и появился спасительный слуга.

– Ваше Величество, пришёл господин де Граф, – с поклоном доложил он. Я сперва не поняла, о чём он. Вот же де Граф, сидит на диванчике.

– Впусти, – посмотрим, кто это, а там разберёмся.

Слуга с поклоном вышел, и через несколько секунд в кабинет зашёл мой ночной собеседник. Быстро обвёл помещение цепким взглядом, на мгновение задержавшись на сидящих на диване, и с немым вопросом посмотрел на меня. На ум опять пришло сравнение с директорским кабинетом и выволочкой хулиганов. Теперь ещё и родителей вызвали. В том, что лорд-защитник и бывший-будущий глава безопасности родственники, не могло быть сомнений. Когда они оказались рядом, любой сказал бы, что это, минимум отец и сын. Одна порода.

– Добрый день, – поприветствовала мужчину. – Перейдём сразу к делу. Если у вас нет возражений, то можете легализовать и вывести из тени своих людей и приступить к выполнению прежних обязанностей. Финансовые и организационные вопросы можно обсудить с господином де Веном и господином де Графом.

– Благодарю за оказанную честь, – мужчина поклонился. – Позвольте узнать, Ваше величество, как вы догадались, что служба ещё работает? Даже мой сын, – короткий взгляд на де Графа-младшего, – не знал об этом.

Я потёрла занывшие виски.

– Если за тридцать или сколько там лет Империю не растащили по кускам, значит, что безопасники, пусть и нелегально, но продолжают работать.

– К сожалению, многие агенты ушли, и без поддержки государства работать в разы сложнее, – посетовал ГБшник. Вот время разговора он внимательно рассматривал меня. – Прошу извинить за нескромность, позвольте задать личный вопрос?

– Спросить можете, получить ответ – зависит от вопроса.

– Почему мужская одежда?

Весьма неожиданно. На мгновение даже забыла о головной боли.

– Она удобней. Снизу не поддувает, – не задумываясь ляпнула первое, пришедшее на язык.

На эмоции де Граф-старший оказался так же скуп, как и его сын. Ещё, наверняка, сказывалась профессия. Но удивление на лице всё равно проявилось, хотя все трое из моего близкого окружения почти не отреагировали. Привыкли к подобным высказываниям.

– Да что такое?!.. – рефлекторно схватилась за голову. Виски не просто ныли, теперь они резко и сильно заболели, будто в них заворачивали тупой шуруп.

– Похмелье? – сочувственно спросил Эрик, не слезая с подоконника.

– С розового равейнского его не бывает, – ответила, массируя виски. – С него и захмелеть сложно.

– И всё же, сколько вы выпили? – с явным неодобрением поинтересовался Крис. Наверно, вспомнил тот бокал с конвином.

– Бутылку. И, подозреваю, в одну каску. Так ведь, господин де Граф? – я посмотрела на смутившегося главу гос. безопасности. Может и не отвечать, и так понятно, что мне подливал, а сам, наверно, бокал только выпил.

– Отец! – с возмущённым возгласом вскочил лорд-защитник. Они ещё и одного роста! – Ты что ей подлил?

– Настойку прямослова, – глядя куда-то в сторону, ответил мужчина. – Я не знал, что у её величества иммунитет к магии разума, и она на неё не подействует. Вот и превысил дозировку. Через сутки всё пройдёт.

Я их разговор не слушала. Голова закружилась, пришлось схватиться за край стола, чтобы не упасть. В глазах потемнело, и я почувствовала знакомое ощущение падения в бесконечность. Уже погружаясь в водоворот темноты, почувствовала, что кто-то схватил за руку.

Глава 13.

Переход прошёл намного жёстче и неприятней всех предыдущих. На этот раз не просто затянуло водоворотом, но и поболтало в стиральной машине. Я, не вставая, огляделась. Сижу на обочине просёлочной дороги. Зелёная травка в колеях намекала, что дорогой пользуются редко. Рядом со мной, упёршись руками в землю, с ошарашенным видом сидел Крис. И только какая-то птичка безмятежно чирикала из леса.

– Что это было?

От прозвучавшего вопроса голову снова заломило.

– Перенос. Кто-то провёл ритуал призыва.

– И где мы? – Крис справился с головокружением и, выпрямившись, огляделся.

– Меня больше волнует "когда", – я встала и сорвала с куста пожелтевший листок. – Здесь уже осень.

– Где, я вам скажу. В Арлезорском княжестве. – Рядом с нами появился полупрозрачный Первый в своём миниатюрном виде. – Вот когда, ещё не знаю. Я менял точку выхода, не до контроля времени было. И то, скажи спасибо ему, – Первый указал на Криса. – Если бы он тебя не схватил, вектор движения не удалось бы сместить.

– Это?.. – Крис не мог подобрать подходящих слов.

– Да, именно так, – я поняла, что он хочет спросить. – Познакомьтесь. Крис де Вен, первый советник и мой типа воспитатель. И Первый Император Анремара, прости, опять забыла, полное имя.

– А, забудь, – отмахнулся Первый. – Думаешь, почему императоров по именам не называют? Чтобы не опозориться с именованием.

– Приятно познакомиться, – отмер Крис. Он умудрился отвесить поклон, не вставая с земли. Бедолага. Если он на меня поначалу смотрел, как на святыню, то встретившись с Первым лицом к лицу, совсем потерял голову.

– Что это с ним? – почему-то шёпотом спросил Первый, косясь на блондина.

– Шок от тебя красивого. Исчезни пока, – так же шёпотом ответила я, – присутствие первого императора не способствовало просветлению мозгов первого советника.

– Понял. Если что, я рядом. И найди мой шарик. Он, кажется, вон в той луже, – указав на грязную канаву неподалёку, Первый исчез.

Вздохнув, я обошла замершего Криса и принялась копаться в грязной луже.

– Это правда, он? – через какое-то время подошёл Крис.

– Правда. Мы с ним познакомились после нападения на монастырь, – всё равно будет расспрашивать. Расскажу сразу, тайну из этого не делаем, а первый советник должен знать. – Он тогда вернул нас с де Графом назад, в Анремар.

– Я думал, его хранилище души уничтожили тогда, во время нападения.

Крис смотрел на маленький грязный шарик, выловленный в луже.

– Многие так думают. Монахам не стали отдавать, и, вообще, сообщать, что он цел. – Я сполоснула шарик в соседней луже. – Ну что, готовы к встрече?

Крис неуверенно кивнул. Первый, словно подсматривал, сразу же появился.

– Первый, – Крис вежливо поклонился, но было заметно, что с трудом сдерживается от проявления бурного восторга.

– Де Вен, – Первый вернул поклон. Так, вроде диалог налаживается. Я сунула шарик Крису в руки.

– Я отойду ненадолго, – и скрылась в кустах.

Когда через несколько минут вернулась, что оба мужчины вполне мирно беседовали. Конечно, в глазах блондина горел огонь восхищения, но общался он без краснения, блеяния и выражения бесконечной преданности.

– А, Влада, ты как раз вовремя, – заметил Первый. – Я должен признаться, что не смогу перенести нас всех отсюда. Вернее, смогу, но место появления будет случайным и без гарантии того, что нас не раскидает по разным местам.

– Значит, домой топаем своим ходом?

– Не всё так просто. Ты уже заметила, что сейчас осень, а не конец весны, – он указал на ветку с крупными ягодами, что я принесла из леса. – И не знаю, как потактичнее сказать... В общем, сейчас примерно вторая половина первого тысячелетия.

– Ого! Люди столько не живут.

– Поэтому вам надо добраться до столицы. В холме под замком источник энергии, оттуда смогу перенести и во времени. Всё же между мирами перемещать было легче. Но до него надо вам самим идти. А я, пока скроюсь. Мне сложно поддерживать форму, а свою энергию почти всю потратил. Но, если что, вызывайте.

Первый растворился в воздухе.

– И что делать? – я растерянно посмотрела на Криса.

– Идём в столицу, что ещё остаётся, – мужчина осторожно убрал шарик с Первым куда-то вглубь одежды и уверенно пошёл по дороге.

– Отсюда до столицы пешком полгода топать! – я двинулась следом.

– Найдём способ. Жаль, точная дата неизвестна, это бы сильно облегчило передвижение.

– Почему?

– Тено, чем вы занимались на уроках истории? – Крис с укоризной посмотрел на меня. – Примерно в это время шёл очередной передел власти.

– А, точно, – после напоминания нужные сведения всплыли в памяти. – Представителей чужих родов крайне неприветливо встречали на своих землях. В приграничных районах людей, приближенных к Императору, могли и вовсе убить без суда и следствия.

– Вот именно. Особенно отличилось Арлезорское княжество. А мой род всегда был при Императоре, с самого основания Анремара и даже раньше.

Мы прошли какое-то время молча, каждый думая о своём.

– А что за настойка, о которой говорил де Граф-старший?

– Прямослов. Принявший её не может не отвечать на вопросы и не может солгать. Довольно редкое и дорогое средство. Обычно используют при мягких допросах, когда допрашиваемый не подозревает об этом. Сильные эмоции или боль прекращают действие, а потом наступает откат, – Крис рассказывал с явным неодобрением такого метода получения информации. – Его легко спутать с похмельем, поэтому прямослов обычно используют с винами или чем покрепче.

– А почему тогда он сказал, что на меня эта настойка не подействовала? Я же вроде на вопросы отвечала, и даже вполне честно.

– Тено, я видел людей под действием прямослова. Заторможённые движения, взгляд в одну точку, невозможно сконцентрироваться. Выглядит, будто человек напился и вот-вот уснёт. И о разговоре обычно не помнят. Вернее, о его содержании. На балу и после него у вас таких симптомов не наблюдалось. А у вас явно откат был, но на само зелье вы не отреагировали. Кстати, вы заметили, что голова заболела после заданных вопросов, и перестала, когда вас оставили в покое?

Я прислушалась к себе и неуверенно кивнула. Голова и вправду, перестала болеть.

– И ваш разнос тоже результат отката. Раздражительность и с трудом сдерживаемое желание прямо сказать всё, о чём думаешь. Это было неожиданно, но, признаюсь, полезно. Вы же без этой настойки вряд ли на такое решились.

– Как минимум, было бы другими словами и в более мягкой форме, – согласилась я. – Хорошо, что она редкая, мне до сих пор стыдно, что я на вас так накричала.

– Ничего страшного. Иногда это даже полезно, – неожиданно тихо ответил Крис.

До меня вдруг дошло, что последние несколько минут мы шли всё медленней, а под конец вообще едва плелись. Я обогнала спутника и заглянула ему в лицо. Бледный и измученно-усталый, он ободряюще улыбнулся.

– Всё в порядке, я просто немного устал.

– Крис! Вам же врачи запретили нагрузки! А мы уже сколько времени идём! Вы чем думаете? Свалитесь от переутомления, и что дальше? Такое геройство ещё от де Графа можно ожидать, у него мозги набекрень на тему долга и чести, он помирать будет, но виду не покажет. Но вы то!

Я осеклась под отеческой улыбкой.

– Меня опять откатом понесло? Но, всё равно, отдохнуть надо.

– Дойдём до тех брёвен, там присесть можно, – Крис указал на кучу стволов метрах в двухстах впереди у обочины. Мы медленно побрели к намеченному месту отдыха. Но не прошли и половины пути, как нас догнали три разукрашенных фургона. Хоть их и тащили тощие лошадёнки, запряжённые парами, двигались они вполне бодро. Возница первого фургона поравнялся с нами и затормозил, оглядывая.

– Подвезти?

– Денег нет, – выдала довольно грубый ответ.

– И не надо, – возница широко и открыто улыбнулся. – Садитесь, не бойтесь. Мы не кусаемся, а вам явно надо, – он глядел на бледного Криса. Тот никак не производил впечатление здорового и сильного. Казалось, держится на одном упрямстве, ещё немного и упадёт.

– Ладно, – фургоны и возница не выглядели опасными и подозрительными. А Крис долго не продержится. – Помогите залезть.

– О чём речь! – мужчина одним движением поднял де Вена и усадил в своеобразном тамбуре между козлами и закрытым фургоном. Почти сразу первый советник устало закрыл глаза и задремал, сползя на узкую короткую лавочку. Я сняла камзол и подложила ему под голову. Знаю я, что такое просёлочные дороги и отсутствие амортизаторов. Фургоны между тем продолжили движение.

– Отец? – кивнув на Криса спросил возница.

– Нет, – я отрицательно покачала головой. – Наставник.

– То-то я смотрю, совсем не похожи. Откуда идёте?

– Оттуда, – я махнула рукой назад. Голова снова начала побаливать от вопросов.

– Понятно, – протянул возница так, будто действительно понял не только откуда, но и почему. – А куда?

– В столицу.

– Ого! Что так далеко-то?

– Там домой вернёмся, – врать не хочу и не буду, но и всю правду выкладывать тоже нельзя.

Возница внимательно посмотрел на меня и опустил взгляд на мои руки, задержавшись на перстне. Без моего прямого желания он выглядел обычным массивным гладким кольцом, будто ювелир забыл нанести на него рисунок герба или печати.

– Понятно, – опять многозначительно сказал мужчина и замолчал, задумавшись.

– Меня Саннертон зовут. Можно просто Санни. Это, – он махнул рукой назад, – если ещё не догадались, странствующий цирк или театр, как посмотреть.

Занавеска, отделяющая фургон от тамбура, откинулась и оттуда высунулась молодая девушка.

– Что, Санни, опять бродяжек подбираешь? – весело спросила она и посмотрела на спящего Криса. – А он ничего, красивый.

– Что тебе, стрекоза? – ласково поинтересовался Санни.

– Клепсидра просила напомнить, чтобы ты не забыл сказать, что наш антрепрентёр сбежал, и что зарплата может серьёзно задерживаться! – девушка ещё раз посмотрела на Криса и скрылась за занавеской.

– Ну, раз Клепсидра так сказала... Предлагаю присоединиться к нам. Много денег не обещаю, сами слышали, но еда и крыша над головой будет. Мы тоже едем в столицу, так что нам по пути. Ну, что?

Я задумалась. Фургон бродячей труппы, это не комфортабельный дилижанс, но у нас здесь нет денег, нет ценностей на продажу, нет связей и знакомых. Чтобы заработать на проезд надо где-то осесть, теряя время. Идти, как есть – посадят за бродяжничество в первом же крупном городе, если раньше под кустом не помрём – есть-то надо. И зима сейчас, кажется, не в пример холоднее.

– Моё принципиальное согласие у вас есть, – сообщила результат размышлений. – Но окончательное решение всё же за ним, – я указала на Криса. Это с Эриком можно было не церемониться. Он вырос хоть и при дворе, но среди простых людей и был простым воином, к тому же без приставки "де" перед фамилией. Крис же из аристократов, ведущих родословную ещё до времён Первого. Решать за него не стану. Хоть и буду уговаривать в случае отказа.

Время до вечера пролетело незаметно. Санни развлекал рассказами из кочевой жизни, но из труппы больше никто не показывался. Встали лагерем на большой поляне и, на предложение чем-нибудь помочь, меня отправили с коротышкой клоуном в лес за хворостом для костра, так что рассмотреть циркачей также не получилось. Лес сухостоем не изобиловал и провозились с Юстафом, так звали коротышку, довольно долго.

Когда вернулась на поляну, ко мне сразу подошёл Крис и отвёл в сторону поговорить.

– Тено, вы это всерьёз?

– Вы о чём?

– О том, что хотите путешествовать с ними. Вы не шутите?

– Не то, чтобы хочу, но это подходящий вариант.

– Чем подходящий?

Голова начала побаливать, и внутри зарождалось раздражение.

– Тем, что можно с ними спокойно добраться до столицы.

– Неужели вы думаете, что нет других способов?

– Я думала! Ничего, до чего додумалась, не подходит! Осесть где-нибудь и накопить денег на проезд, так сколько лет копить придётся? Кто без рекомендаций возьмёт на нормальную оплату? Найти караваны и пойти туда охраной? А кому нужен охранник с довеском, без оружия, и к тому же требующий отдыха после даже небольшой нагрузки? – я начала заводиться. – Какие ещё варианты?

– Но это комедианты!

– И что?! Или вас смущает их происхождение? Так я тоже не из благородных. У нас господ ещё в семнадцатом расстреляли. Хотя, конечно, белая кость, голубая кровь, как может представитель древнего рода иметь какие дела с плебсом? Тем более, с такой позорной профессией. Даже не купцы, – был у моих советников такой грешок, впрочем, свойственный любой элите. Простых людей если не презирали, то, как минимум, смотрели словно на пустое место. Кто-то сильнее, кто-то более лояльно, но такое было у всех. Да что говорить, сама на дворников или сантехников так же чуть свысока смотрю.

– Тено...

– Что? – я перебила мужчину, не дав вставить ни слова. Остапа, как говорится, понесло. – Нет, замечательно. Можно гордо дошагать до города. Только местный князь сначала вешает, потом разбирается, кого, и придумывает, зачем. Можно ещё побираться и воровать, чтобы выжить. От этого ваша гордость не пострадает?

– Тено, а вы сами...

– Сама я, если потребуется, в нужнике нырять буду!

С трудом взяв себя в руки, я с силой ударила по стволу дерева, у которого стояли.

– Да когда же это кончится! – и поспешно отошла на другой край поляны, игнорируя любопытные взгляды труппы. Слова они вряд ли разобрали, а вот интонации точно. Я села на бревно и обхватила колени руками. Поговорили, называется. На ровном месте оскорбила единственного друга.

Через какое-то время подошёл Крис, молча сел рядом и протянул миску с кашей.

– Спасибо, – я взяла миску и без аппетита стала размешивать её содержимое. – Мне надо перед вами извиниться, – я собралась с духом. Настоящие, а не формальные извинения никогда не давались легко. – Я всё по себе меряю, но мы люди разных культур, пройдёт ещё много времени, пока привыкну и приму это.

Я замолчала, обдумывая следующую фразу. Де Вен хотел что-то сказать, но я жестом его остановила.

– У каждого есть внутренняя черта, переступив которую перестаёшь уважать самого себя. У нас тоже было время, когда бродячих комедиантов даже за людей не считали. Я не имею права что-то от вас требовать. Ещё раз извините. Я приму любое ваше решение.

Крис ничего не ответил. Молча забрал опустевшую миску и так же молча ушёл. На душе было гадостно, не хотелось не то, что общаться, даже видеть никого не желала. И то, что ко мне никто не подходил, в какой-то степени радовало.

Стемнело. От костра доносились весёлые голоса, добавляя обиды к моему настроению. Кто-то тронул за плечо.

– Санни просил подойти, – сообщил Юстаф и указал на костёр, у которого собралась, кажется, вся труппа.

– Ну вот, все в сборе, – удовлетворённо произнёс Санни, когда мы с клоуном подошли к костру.

– Позвольте представить вам двух новых членов нашего коллектива. Крис, – он указал на вставшего блондина. – Будет заниматься финансово-хозяйственными делами.

Крис вежливо поклонился. По этикету такой поклон делается для уважаемых людей, стоящих ниже по рангу.

– И Влада, пока работник сцены, потом посмотрим.

Я вышла вперёд и повторила поклон. Со всех сторон донеслись доброжелательные и приветственные реплики. Кажется, коллектив тут дружный.

– Санни, а ты уверен, что стоит сейчас брать людей, – неуверенно спросил высокий перекачанный гигант. – Сам знаешь, в какой мы...

– Именно поэтому и стоит, – вместо Санни ответила женщина, больше всего похожая на цыганку в ярких разноцветных юбках и с множеством блестящих побрякушек. – Кто ещё счетоводом может быть? Ты с братом на двоих до десяти еле сосчитаешь. Карлонсо неделю будет итоги подводить, про Юстаса и так всё ясно. А работник сцены давно нужен.

– Ну, если ты так говоришь, – пробормотал гигант, – тогда ладно. Хотя, какой из аристократа работник? Они же в жизнь ничего тяжелей стакана не держат. Будет охать, ахать, да слуг искать. К тому же ещё и девка.

– Кооот..., – кто-то тихо простонал.

– А что? Девка же. Хотя тут и щупать нечего, мелочь ещё.

Я возмущённо вскочила, но ничего не успела сказать, как Крис требовательно-предупреждающе произнёс:

– Тено!

Я всё так же возмущённо посмотрела на него, но получила всё то же

– Тено!

– Да чтоб всё!.. – я сообразила, что сейчас могло бы случиться. Ссориться со всей труппой в первые же минуты знакомства не лучшая идея. А ведь вполне бы перессорились, выскажи я всё то, что на язык пришло.

Раздражённо пнув бревно, я отошла от костра. Успела только услышать удивлённое

– Что это с ней?

И спокойный ответ Криса

– Откат от прямослова. К утру выветрится.

До утра никто не беспокоил, и я неплохо выспалась в выделенном углу фургона. Крис отказался оставлять меня одну, и спали едва ли не в обнимку – места было совсем немного. Наутро караван никуда не поехал. День обещал быть жарким, поляна выглядела удобной, потому решили просушить-проветрить реквизит, заодно и провести ревизию.

Фургоны с виду казались небольшими, но вмещали в себя огромную гору разнообразного хлама. Ближе к выходу лежали целые и используемые вещи. По мере углубления, на свет появлялись старые задники, побитые молью костюмы, тряпки непонятного происхождения и назначения. Выгребли также кучу поломанных шестов и обрывки гнилых верёвок. Казалось, за много лет работы труппы ничего не выбрасывалось, а аккуратно складировалось и забывалось.

Работали все. Вытаскивали вещи, раскладывали по поляне, сортировали. Крис вооружился тетрадью и карандашом и вёл опись "богатств". От поднятой пыли хотелось чихать. Свой костюм сразу сменила на простые штаны и рубаху, найденные в этих развалах. Не хотела портить единственную приличную вещь. Одежда ещё могла пригодиться. Крис тоже переоделся. На нём, казалось, любая тряпка выглядела бы элегантной.

– Юстас, – я спросила у коротышки, с которым вместе тащили лёгкий, но неудобный свёрток. – А что за проблемы, о которых Кот говорил. Если не секрет.

– Какой тут секрет. Месяца полтора уже маемся. Одно за другим. Сначала Стрекоза покалечилась, – Юстас кивнул на бодро скачущую на двух костылях девушку. – Урод на коляске переехал, выступать, сама видишь, не может. А с одним акробатом какое представление? Хоть Леонардо и старается. Потом ушла Жозефина. Обычное дело – нашла богатого любовника и помахала ручкой. Ну, не большая потеря, прямо скажу, но многие приходили смотреть на её буфера. Недели две назад сбежал Чатойко, наш антре... анпрте.. тьфу ты, импрессарио. Захватил с собой всю кассу и все сценарии, скотина. Клепсидра о нём давно предупреждала, да всё как-то мимо ушей прошло.

– Клепсидра, это? – мы положили свёрток на землю и пошли за следующим.

– Прорицательница. Редко ошибается. Они и встречу с вами предсказала, сказав пойти по этой дороге, а не по основному тракту. Хотя её предсказания часто сложно понять, но тут почти прямо было, удачу, мол, подберём.

– У предсказателей всегда так, – я улыбнулась. – Чем туманней текст, тем лучше. В случае чего можно сказать, что неправильно поняли.

– Клепсидра не такая, – встал на защиту женщины Юстас. – Хочешь, она и тебе погадает?

– Нет, спасибо. Прошлое я и так знаю.

– А будущее узнать страшно? – к нам незаметно подошла вчерашняя цыганка. Я вчера так поспешно ушла от костра, что ни с кем не познакомилась, а утром на это не осталось времени.

– Нет, не страшно. Бессмысленно. Единственное, что можно гарантированно предсказать, это что когда-нибудь да помрём. И то, в случае с некоторыми это под вопросом, – я припомнила Первого. Официально он не умер, хотя в списках живых уже пять тысячелетий не значился.

– А ты мне нравишься, поговорим за обедом? – цыганка зазвенела браслетами и отошла к своему сундуку с разноцветными одеждами и "колдовским" реквизитом.

Мы перетряхнули ещё один куль с пыльными занавесками. Инвентаризация проходила в хорошем темпе. Крис добрался уже до вещей силачей и акробатов, перекладывая иногда что-нибудь в сторону, чтобы лучше рассмотреть. Огромная, тяжеленная на вид гиря стояла на низком продолговатом ящике, перекрывая к нему доступ. Не думаю, что на ящике она оказалась случайно – Кот с другим, похожим на него гигантом, как-то шкодливо поглядывали в сторону завхоза. А, когда он подошёл к ящику, остановились и, казалось, перестали дышать, ожидая чего-то. Проверка на вшивость, что будет делать?

Крис не стал звать силачей на помощь. Он спокойно подошёл к инсталляции и легко, не напрягаясь, будто гиря совсем не из металла, переставил её на землю. Наверно, со стороны я выглядела не намного отлично от вытаращившихся силачей. Разве что челюсть не отвисла. Даже не подозревала, что этот тонкий и полупрозрачный аристократ настолько силён.

Через несколько минут, когда Крис, будто не заметив произведённого эффекта, отошёл в сторону, я подошла к этой гире и попробовала её хотя бы наклонить. Куда там! Она, как и подобает чугунной чушке в едва ли не с мой вес, даже не покачнулась.

– Надорваться хочешь? – прокомментировал мои потуги Юстас. Подошедший силач так же недоверчиво приподнял гирю и снова поставил на землю, убедившись, что она по-прежнему тяжёлая.

– Нет, проверяю, вдруг, из дерева, – честно призналась.

– Зачем это ещё? – недоумённо спросил силач.

– Ну, как же. Представьте, вы выступаете вот с этим, – я указала на гири чуть поменьше размером, но тоже явно неподъёмные. – И тут выходит какой-нибудь задохлик и повторяет всё то же, но уже с этой, – взгляды проследили за жестом и остановились на самой большой. В глазах силачей появилось понимание, а Юстас обрадованно воскликнул:

– А если взять две, и незаметно их менять, то... Это же здорово!

От радости он подпрыгнул на месте и убежал к пустым фургонам.

– Что случилось? – около нас появились Санни и Крис.

– Кажется, Юстас придумал новый номер, – я ответила немного растерянно от такого яркого выражения эмоций.

– Замечательно! – обрадовался Санни. – У нас давно не было новинок.

За обедом Крис сидел несколько в стороне от остальных, но так, что не чувствовалось противопоставление другим. Понимаю, ему тяжело. Невозможно за одну ночь измениться и поменять отношение к людям другого сословия и положения. Хотя по его лицу ничего нельзя сказать – аристократы хорошо умеют скрывать эмоции. Что бы не произошло, надо держать лицо. Он сам меня этому учил на занятиях по этикету. И у меня тоже началось получаться, хоть и не всегда. Сказывалось то, что и без того всю жизнь скрывала чувства и переживания, живя под девизом – "что бы не случилось, для остальных – всё хорошо".

Наконец, удалось познакомиться со всеми участниками труппы. Но я так и не поняла – цирковая она или театральная. Так, было два силача – братья Кот и Лис. Клоун Юстас, гимнасты-акробаты Леонард и Стрекоза. Предсказательница Клепсидра, три актёра и целый один музыкант. Как я поняла, циркачи при необходимости выходили на сцену, а актёры участвовали в клоунадах и помогали обеспечивать музыкальное сопровождение. Юстас просветил, что раньше людей было раза в два больше, но...

После еды народ разбрёлся кто куда заняться своими делами и дать пище немного перевариться перед продолжения трудового подвига перетряхивания хлама. Крис откинулся на стульчике и, опёршись спиной о колесо фургона, дремал. Широкий рукав слегка задрался, обнажая кольцо свежего шрама на запястье. Такое же, только от ошейника, было и на шее, но его скрывал лёгкий шарф. Шрамы планировал свести чуть позже, когда организм восстановится, но до переноса не успел.

– Вижу, не зря уходили пешком по кружной дороге, – ко мне подсела Клепсидра и кивнула в сторону отдыхающего мужчины. – И прямослов кому попало не дают. Не бойся, своих не выдадим, даже если догонят.

Клепсидра была женщиной бальзаковского возраста. Вблизи стало заметно усталое лицо с морщинками вокруг глаз и губ. Даже вне рабочего времени она носила яркое платье с широкой юбкой. На объёмной груди возлежали шарики бус, а многочисленные тонкие браслеты на руках тихо и мелодично звенели при каждом движении.

– Не нравлюсь я тебе, – она не могла не заметить настороженный взгляд.

– Не люблю цыган, – честно призналась я. Ничего хорошего от них не жду, особенно после того похищения на Островах.

– Понимаю, нас мало кто любит, – женщина ничуть не обиделась. – А гадалок что не жалуешь?

"Вам как сказать, честно или вежливо?" – вслух, конечно, не произнесла. И отвечать тоже не стала. Всё же инстинкт самосохранения требовал не ссориться с человеком, имеющим большое влияние на коллектив. Нам с труппой неизвестно, сколько времени путешествовать, и, как я поняла из некоторых оборонённых фраз, именно Клепсидра настояла на том, чтобы труппа поехала по той дороге, а не по тракту. Мол, удачу подберут. Я даже засомневалась, что именно она начальник этого балагана, а не Санни.

– Можешь не отвечать, – хмыкнула Клепсидра. – Я тоже не всегда действительно предсказываю. Очень многим хочется услышать что-то конкретное, и правда им и не нужна. Ты точно не хочешь узнать своё будущее?