Текст книги ""Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алексей Евтушенко

* * *

Боезапас в бронекаре Мары Хани, включая плазмозаряды к лучевой пушке, полностью истощился к пятнадцати часам. К тому же два бойца из ее экипажа были ранены (одна довольно тяжело) и одна убита. Сама она подозревала, что у нее сломана пара ребер – боевой комбинезон остановил и выдержал короткую очередь из автомата, защитил тело, но большую ударную силу пуль смог погасить лишь отчасти. А из оперативной группы Службы, присланной Йолике Дэм на подмогу, в живых остался и вовсе только один человек, потому что их бронекар «диким» удалось довольно быстро подбить из гранатомета, и вовремя покинуть, вспыхнувшую, словно коробка со спичками, машину (рванули внутри боеприпасы) посчастливилось лишь водителю.

По подсчетам Мары, они вместе с вооруженной охраной атомной станции, положили убитыми и ранеными около полутора сотен «диких». Но оставалось еще, как минимум, три с половиной сотни. И эти три с половиной сотни продолжали настойчиво и непрерывно атаковать. А вот сдерживать эти атаки у Мары было уже, практически, нечем. И не с кем.

Ровно в пятнадцать часов пять минут она связалась с начальницей станции и спросила, могут ли они в случае нужды быстро взорвать атомный реактор.

– Вы с ума сошли? – осведомилась начальница. – Это значит, что придется эвакуировать весь город.

– Его, я думаю, в любом случае придется эвакуировать, – ответила Мара. – Так вы можете это сделать или нет?

– Даже, если бы очень захотела, не могу, – сказала начальница. – Реактор – это не бомба. Просто и быстро заставить его взорваться нельзя. У нас слишком хорошая защита от дураков и различных непредвиденных обстоятельств. И ломать эту защиту нужно долго.

– А если бы у нас было достаточное количество обычной взрывчатки? – спросила Мара. – Тогда как? Заложить ее под котел…

– Но у нас нет взрывчатки, – заметила начальница.

– Верно, – сказала Мара. – Но «дикие» об этом не знают.

И она кратко изложила свой план.

– Что ж, – после недолгого раздумья согласилась начальница станции. – Это может сработать. Но стопроцентной вероятности нет.

– Для меня в сложившейся ситуации и десять процентов большая роскошь, – сказала Мара. – Значит, пошли.

– Как это – «пошли»? – не поняла начальница.

– А так, что мы идем вместе, – пояснила Мара. – Ваше присутствие необходимо для того, чтобы авторитетно подтвердить мой блеф.

* * *

Командир штурмового отряда заметил женщину, размахивающую белым флагом на крыше реакторного зала – там, где стоял чертов бронекар Службы FF, – неуязвимый снизу и уничтоживший не один десяток его бойцов, и приказал прекратить огонь.

Через пять минут из корпуса вышли двое. Одна молодая, с белым флагом в руках, облаченная в боевой комбинезон Службы (явно оперативница), и вторая, постарше, в обычной гражданской одежде. Обе без оружия.

За эти пять минут командир успел объяснить сопровождающим его четверым бойцам предстоящую задачу и, когда сестры-гражданки остановились, не дойдя шагов пятидесяти до позиций, вышел вместе с ними навстречу.

– Я – Мара Хани, – представилась оперативница. – Командую оперативными группами Службы FF, которые держат здесь оборону.

– Группами? – иронично приподнял брови командир «диких». – У вас и было-то их всего две. А сейчас, думаю, и одной не наберется. Впрочем, это неважно. Вы сдаетесь?

– Нет, мы вышли для переговоров.

– Их не будет. Или вы сдаетесь, или мы вас уничтожаем. Иной альтернативы нет.

– Возможно, она появится, когда вы узнаете о том, что реактор заминирован. Великая Матерь свидетельница, что мы его взорвем, если вы не прекратите атаковать. В этом случае при имеющейся розе ветров город станет непригодным для жизни на десятки лет. Рядом со мной начальница станции, которая может это авторитетно подтвердить. Вам это нужно?

– Подтверждение начальницы станции? – ухмыльнулся командир «диких». – Совершенно не нужно.

– Тем не менее, это факт, – настойчиво продолжила Мара. – И без всякого подтверждения. Повторяю. Мы взорвем станцию, если атаки с вашей стороны не прекратятся. У нас просто нет иного выхода. Я получила приказ оборонять станцию до последнего солдата. И любой ценой не дать ее вам захватить.

– Понимаю вас, – сказал командир «диких». – И очень хорошо. Потому что я тоже получил приказ. Который гласит: захватить атомную станцию. Во что бы то ни стало. Это первая неприятная для вас новость. Вторая же заключается в том, что я вам не верю. По-моему, вы элементарно блефуете. А даже, если и не блефуете, то ваши подчиненные без вас не пойдут на этот безумный шаг. Кишка тонка, как у нас говорят. Да и на то, что вот-вот прибудет подкрепление вы тоже очень надеетесь. Может, кстати, и прибудет, кто его знает…

– Значит, ваш ответ «нет»? – спросила Мара.

– Не совсем, – командир «диких» чуть повернул голову и негромко скомандовал:

– Взять их.

– Мы парламентеры! – возмутилась Мара Хани, когда ей и начальнице станции заломили руки за спину.

– А мне плевать, – честно признался командир «диких». – Говорю же, у меня приказ захватить станцию. Как вы говорите, любой ценой. Даже ценой собственной чести. Вот я и плачу эту цену.

– Стреляйте!! – закричала тогда Мара, вывернув, насколько было возможно, голову в сторону реакторного корпуса. – Огонь, сестры, огонь!!

Но никто не открыл огня.

Ни с крыши, где засели последние, оставшиеся в живых, оперативницы. Ни из окон, за которыми еще пряталось около десятка вооруженных сотрудниц из специальной охраны атомной станции.

И тогда командир штурмового отряда «диких» засмеялся, обернулся к своим позициям, махнул рукой и звонко отдал приказ:

– Вперед! И помните – зря никого не убивать!

Глава XXXI

Когда солнце закатилось и уступило свои права на небе звездам, стало особенно заметно, насколько мертвым выглядит, окружающий их по обеим берегам реки, город – ни проблеска света, ни огонька, куда ни кинь взгляд.

Черное, заполненное старым крошащимся бетоном, битым стеклом, растрескавшимся кирпичом и проржавевшим металлом, неживое пространство.

Но появление у костра мутанта Румта изменило их восприятие окружающего мира, сделало его более острым, насторожило зрение и слух. И когда Румт, предупредив их об опасности, исчез, сначала Барса Карта, а затем и все остальные увидели, что, кажущийся до этого мертвым, город зашевелился.

Это не с чем было сравнить.

Может быть, с шествием призраков и привидений?

Но никто из них, в своей жизни никогда не видел, ни призраков, ни привидений.

Если бы тени могли светиться, вероятно, они выглядели бы именно так. Слабый, холодный, с оттенками синего и зеленого, свет исходил от каких-то странных фигур, постепенно заполняющих улицы и переулки, непосредственно прилегающие к реке.

С помощью приборов ночного видения можно было определить, что фигуры эти весьма напоминают человеческие.

Но лишь напоминают.

Неимоверно вытянутые, с длинными, болтающимися ниже колен руками (некоторые имели по два локтевых сустава!), с головами, похожими на экзотические овощи с неведомой планеты.

Приплюснутые и коротконогие, с неимоверно широкими плечами и крохотными черепами.

Худые, словно стрекозы.

Толстые, будто фаршированные колбасы.

В набедренных повязках, штанах и в чем-то весьма напоминающем длинные юбки, но все без исключения обнаженные по пояс (бледное свечение испускала, казалось, сама их кожа, отчего каждый был окружен синевато-зеленым ореолом). Мужские и женские особи, они появлялись из развалин домов и спускались по улицам к берегам реки.

– Кр-расавцы, – сказал Бес Тьюби. – И красавицы. Прямо, как на подбор. Вопрос в том, куда они пойдут дальше. Если к мостам….

Светящиеся фигуры, которых уже набралось на первый взгляд гораздо больше сотни, двинулись к мостам.

– Мосты – ладно, – сказала Тирен. – Интересно, пойдут ли они на остров? И вообще, скажите мне, пожалуйста, кто-нибудь понимает, в чем проявляется враждебность их намерений? Лично я пока ничего такого не замечаю. Ну, светятся….

Она заметила это очень скоро. Впрочем, как и все остальные.

Когда через пять минут светящиеся «призраки» медленно и в полном молчании, но все-таки двинулись по обоим мостам в сторону острова, Кася совсем уж, было, собралась отдать приказ укрыться в бронекаре, как неожиданно обнаружила, что не может этого сделать.

Просто потому, что у нее пропал голос.

Она попыталась сдвинуться с места и поняла, что ее собственные ноги тоже отказываются ей подчиняться.

Захотела сдернуть с головы шлем, но руки, словно чужие, остались висеть вдоль тела.

Единственное, что ей было доступно – это стоять, смотреть, обонять и слушать.

Смотреть можно было на жутковатое шествие, которое неотвратимо приближалось к острову с двух сторон. И еще, если скосить глаза вправо, она могла видеть замершего в своей любимой позе (руки уперты в бока, тело чуть наклонено вперед) Беса Тьюби. Судя по тому, как едва заметно подрагивала его голова, командира пластунов тоже сковало, и теперь он судорожно пытался вернуть себе свободу движений.

Что же касается обоняния, то Кася, как и прежде чуяла запах близкой реки, а до ее ушей теперь долетало какое-то едва слышное монотонное полупение-полубормотание, которое, как ей показалось, исходило от мутантов (в том, что это были именно мутанты, о которых им говорил Румт, лично у Каси не оставалось никаких сомнений).

Сосредоточившись и собрав все силы, она сделала еще одну попытку сдвинутся с места и, когда ей это не удалось, испугалась по-настоящему.

А ведь этот мутант, Румт, нас предупреждал, пронеслась в ее голове мысль. Он говорил о том, что плохие мутанты способны каким-то образом воздействовать на человеческий разум и призывал нас к осторожности. И что же? Мы, как последние идиотки, а также идиоты, проигнорировали его слова. И вот расплата. Великая Матерь, что же делать?!

Но панику, которая уже готова была вырваться из ее подсознания и захватить мозг, опередил пронзительный, режущий уши и, казалось, саму душу визг.

Кася сразу его узнала. Так визжать умела во всей Службе FF (а, может быть, и во всем городе) одна Тепси Лау.

Однажды, года два назад, Кася уже слышала этот визг.

Они тогда всей группой хорошенько погуляли в честь получения неожиданных премиальных за поимку троих «диких» в южном пригороде («дикие» оказались из западного леса – большая редкость) и на веселом пути из кабака по ночным улицам города (с песнями и хохотом) их попытался задержать усиленный полицейский патруль.

Вот именно в тот момент, когда до изрядно подвыпившей Тепси дошло, что их на самом деле собираются задержать и отвезти до утра в участок, она и выдала этот визг. После которого полицейские сначала оторопели, а затем, не говоря ни слова, быстро уселись в патрульную машину и уехали. «Это у меня с детства, – объяснила потрясенным и восхищенным сослуживицам и подругам Тепси. – Когда меня сильно достают, – ну так, знаете, до самой невозможности, мне на глаза словно красноватый туман падает и я начинаю визжать. Да так, что сама чуть не глохну. Несколько раз пыталась сделать это в обычном состоянии – хрен там. Не получается. Да и за всю жизнь получалось, кажется, всего три раза. Это четвертый. Только не говорите никому, ладно? А то еще наши психиатры вздумают отстранить меня от службы. Как неспособную до конца себя контролировать».

Кася, Марта, Барса и Тирен тогда же поклялись ей, что никому не скажут ни слова, а затем просто забыли (или почти забыли) об этом случае. И вот – на тебе. Видимо, Тепси Лау опять сильно достали. В пятый раз. До самой невозможности.

Мутанты, первые из которых, уже ступили на землю острова, замерли и даже, вроде бы, немного попятились. И в момент, когда Тепсин визг достиг уже каких-то заоблачных высот и, казалось, вот-вот перейдет в ультразвуковой диапазон, Кася почувствовала, что она может двигаться.

– Все в бронекар! Уходим отсюда!

Хотя ее крик вряд ли был услышан (Тепси, словно мощная циркулярная пила на высоких оборотах, перекрывала не только любые звуки, но даже, казалось, и запахи), однако поняли Касю все.

Последней в машину на свое водительское место упала Тепси.

– Тепси, взлет! – скомандовала Кася. – Барса, огонь по гадам!

– Есть, командир! – ответила Барса и положила руки на пульт управления огнем.

Тепси же лишь молча кивнула.

Она только что отдала весь свой голос без остатка и говорить пока не могла.

Взвыл двигатель.

Длинными очередями засадили из оружейной башни оба пулемета. Сначала по правому мосту, потом по левому, а на закуску Барса выпустила по набережным – туда, где перед мостами скопилось наибольшее количество уродливых светящихся фигур, две ракеты.

За плотно задвинутые двери и двухслойную броню при выключенных внешних микрофонах звуки снаружи не проникали. Но по тому, как заметались и задергались на мостах и набережных мутанты (многие, вероятно, убитые, рухнули в реку) было ясно, что там сейчас царит сплошной крик ужаса, боли и ненависти.

– Взлетаем! – предупредила Тепси, вновь обретя голос.

Зная ее стиль вождения, Кася машинально вцепилась в подлокотники кресла, но тут же поняла, что отчего-то не испытывает привычной легкости от почти десятикратного уменьшения веса при включенном поле гравигенератора. Да, тело явно стало легче, но никак не в десять раз.

Бронекар, словно нехотя, оторвался от крыши и медленно, раскачиваясь из стороны в сторону, пошел вверх.

Пулеметы смолкли.

– Что за херня… – процедила сквозь зубы Тепси, затем обернулась и сообщила. – Кажется, у нас накрывается гравигенератор. Я не могу выжать из него больше трети мощности! И она продолжает падать.

– То есть… – начала Кася.

– То есть, с тем запасом топлива, что мы имеем, далеко нам не улететь, – закончила Тепси. – И напомню, что колес у нас тоже нет. За что кое-кому отдельное спасибо. Извини, Фат, не удержалась. Ты все правильно сделал.

–Ничего, – сказал Фат. – Можешь и дальше не сдерживаться. Главное – вытащи нас отсюда.

«Так что берегите вашу машину. Она – единственная надежда на спасение», – вспомнила Кася слова Румта.

– Что будем делать, Бес? – спросила она Тьюби. – Ты все еще намерен продолжать здесь разведку?

– Нет, – сказал командир пластунов. – По-моему, того, что мы узнали, увидели и ощутили на собственной шкуре, с лихвой хватит. А гибнуть зря нас никто не уполномочивал. Да и самим не хочется.

– Значит, возвращаемся?

– Да.

– Легко сказать, – хмыкнула Тепси. – Топлива у нас…. Даже говорить не хочу. Все, перехожу на планирование. Насколько хватит высоты и веса.

– И насколько? – спросила Кася.

– А х…й его знает, – откровенно призналась Тепси и щелкнула ногтем по приборной шкале. – Видишь? Гравигенератор сейчас выдает тридцать один процент мощности. А когда взлетали, было тридцать три. Как только останется меньше десяти, придется включать двигатель и садиться.

– А потом что? – поинтересовался Рэй Ровего. – Снова пешком? Хотя нам не привыкать.

– Может, удастся починить? – неуверенно осведомилась Тирен.

– Может, – вздохнула Тепси. – Хотя эти долбанные гравигенераторы, сама знаешь, если уж накрываются, то… Но я попробую.

– Нет! – неожиданно подал голос Фат Нигга. – Но как ты их, Тепси, а?! Господи, да я чуть не обмочился, когда ты завизжала! – и он захохотал глуховатым веселым смехом.

– Что там обмочился, – признался Ровего. – Я, вообще, чуть в штаны не наложил. Хорошо еще вовремя вспомнил, что запасных у меня нет.

– Да уж, – сказал Бес Тьюби. – Это ты, Тепси, всех нас спасла. Просто ультразвуковой шок какой-то, а не визг. Никогда не слышал ничего подобного.

– Спасибо, – польщенно улыбнулась Тепси. – Обращайтесь в случае нужды. Но, если серьезно, то и сама не знаю, как это у меня получается. Вон, девочки подтвердят.

– Точно, не знает, – подтвердила Тирен и немедленно рассказала историю о встрече с полицейским патрулем.

– Значит, это был лишь пятый случай в твоей жизни? – уточнил Ровего. – Воистину, человек сам не знает, на что он иногда способен.

– И еще раз спасибо, – поблагодарила Тепси.

– Это за что? – удивился Рэй.

– За то, что назвал меня человеком.

– Извини, само выскочило, – усмехнулся молодой пластун.

– Шутки шутками, – сказала Марта, – но я так и не поняла, что именно произошло. Это что, нечто вроде гипноза на расстоянии? Или какой-то вид телепатии?

– Некое мощное дистанционное воздействие на мозг, – задумчиво произнес Бес. – Кстати, этот самый Румт нас предупреждал. А мы не послушались, – он подумал и добавил. – Мудаки. И я – в первую очередь.

Бронекар, постепенно теряя высоту, бесшумно планировал в ночи, стараясь держаться над той самой дорогой, по которой совсем недавно Бес, Кася, Тепси, Фат и Рэй шли к городу.

Тепси включила двигатель, когда по Касиным расчетам они пролетели около шестидесяти километров назад к востоку.

– Все, – сообщила Тепси. – Или мы садимся, или мы падаем.

– Лучше, конечно, сесть, – сказал Бес. – И по возможности мягко.

– Я постараюсь, – пообещала Тепси.

Но совсем уж мягкой посадки не получилось.

Видимо, сказался изрядный вес, который уже приобрел бронекар и то, что колес у него, можно сказать, не было совсем. Поэтому их сначала изрядно тряхнуло, затем, разворачивая поперек движения, протащило по земле и, наконец, машина, качнувшись на неровностях почвы, словно лодка на волнах, замерла в относительно ровном положении.

– Приехали, – Тепси отстегнула ремень безопасности и сладко потянулась всем телом. – Точнее сказать, прилетели. С чем я всех и поздравляю.

– Спасибо, Тепси, – сказала Кася. – В очередной раз. Между прочим, Барса, тебе спасибо тоже. Надеюсь, ты поубивала довольно этих светящихся уродов чтобы они трижды подумали, прежде чем решились бы нас преследовать.

– Я тоже на это очень надеюсь, – серьезно ответила Барса. – Потому что Румт, опять же, предупреждал, что так просто они от нас не отстанут. А его предупреждения и предостережения, как мы убедились, стоит брать в расчет.

– Увы, – вздохнула Кася.

– Эй! – воскликнул Рэй Ровего, который уже успел откатить в сторону дверь, включить мощный фонарь и наскоро осмотреться. – А местечко-то знакомое!

Они вылезли из бронекара.

Луч фонаря Ровего высвечивал метрах в тридцати от них склон одинокого холма. С несколькими высокими деревьями наверху.

– Да, – сказал Бес. – Мы здесь останавливались для короткого отдыха.

– И мы, – добавила Марта. – Когда искали ваши следы. И нашли.

– Все? – с напускным безразличием поинтересовался Бес.

– Если ты имеешь в виду купол под холмом, то – да, все, – ответила Марта.

– Какой еще купол? – заинтересовалась Кася. – Бес, ты нам не говорил ни о каком куполе.

– Случая не было. Да и зачем? Все равно непонятно, что там такое. И вообще – это старая пластунская привычка – оставлять для себя заначку на будущее. Особенно, когда не получается сразу ее исследовать.

– Это плохо, – сказала Кася.

– Что плохо? – повернулся к ней Бес.

– Плохо, когда в команде друг от друга появляются тайны. Значит, нет полного доверия. А когда нет доверия…

– Ага, Бес, – покосился на командира Фат Нигга. – Это ты что-то явно того… перемудрил. Уж извини за критику.

– Да что вы, в самом деле, – Бес слегка развел руками. – Говорю же, не специально. Да и о чем было говорить-то? Я и сам не понял, что там такое.

– Вот о чем есть, то и рассказывай, – потребовала Кася. – Может, вместе и поймем.

– Ну, хорошо…

И Тьюби вкратце поведал о том, что он обнаружил в промоине на склоне холма, пока остальные спали.

– И вы то же самое видели? – спросила Кася Марту.

Марта подтвердила, что – да, то же самое.

– Интересно. Надо будет завтра пошире копнуть. Все равно Тепси будет с гравигенератором возиться, и у нас появится несколько часов свободного времени.

– Вижу, – усмехнулся Бес, – что из тебя мог бы получиться неплохой пластун. Азарт есть.

– Кто знает, что будет с нами дальше, – ответила Кася. – Может, и придется менять профессию.

– Ты чего это? – внимательно глянула на нее Марта.

– Ничего. Просто у меня не очень хорошее предчувствие. Кстати, Марта, как вы договаривались с Йолике о связи?

– Радиомолчание. Связь только в самом крайнем случае. Ты же понимаешь…

– Да, понимаю. Войсковая операция и все такое.

– Твою мать! – воскликнул Ровего. – Я и забыл. Может, там, ваши наших уже вовсю убивают!

– Или наоборот, – предположила Тепси. – Успокойся, мы все равно ничего не можем сделать.

– Почему? – спросила Тирен. – Мы можем связаться с Йолике и вызвать на помощь парочку бронекаров. Или армейских коптеров.

– Только в самом крайнем случае, – напомнила Марта.

– По-моему, случай у нас уж такой крайний, что дальше пропасть сплошная, – пробормотала Тирен.

– Не спеши, – сказала Кася. – Мы живы и находимся пока в относительной безопасности. Не исключено также, что Тепси починит завтра гравигенератор. Да, Тепси?

– Всякое в жизни бывает, – согласилась Тепси.

– Черт возьми, – вмешался Бес. – Девочки, но радио-то ваше мы можем здесь поймать? Какую-нибудь волну? Может, хоть новости какие узнаем.

– Поймать-то можем, – сказала Марта. – Только без толку это. Сейчас уже почти час ночи. То есть, новостей не будет до шести утра. Только музыка. Мы хотим послушать музыку?

– Да, – сказал Бес, глянув на часы, – действительно. Я и забыл. Что, в общем-то, немудрено. Мы редко слушаем ваше радио.

– Ну почему же, – возразил Ровего. – Я, например, слушаю довольно часто.

– А зачем? – глянул на него Бес.

– Не знаю… Нравится. Между прочим, я не один такой. А что, наше внутреннее радио, что ли, слушать? Тоска смертная.

– Мальчики, – вмешалась Кася, – о чем мы говорим? Ночь на дворе, а завтра день тяжелый. Предлагаю установить очередность дежурства и спать.

– Потому что утро вечера мудренее, – поддержала командира Барса.

– Что ж, – Бес зачем-то посмотрел на звезды и затем перевел взгляд на Касю. – Но нас теперь восемь человек, а вокруг, напоминаю, по-прежнему враждебная территория.

– И что? – улыбнулась Кася, уже догадываясь, какое предложение сделает Тьюби.

– Нужно дежурить парами, – веско промолвил Бес. – Так гораздо надежнее. И первыми я предлагаю заступить нам с тобой. Как старшим.

– Я не против, – Кася очень надеялась, что голос ее звучит достаточно равнодушно. – А кто потом?

Потом Рэй и Тепси, Фат и Марта, ну и последними пусть заступают Барса и Тирен. Четыре пары по два часа.

– Эх, Тирен, – громко вздохнула Барса. – Не досталось нам с тобой мужчины. Опять.

– Ничего, – утешила ее Тирен. – Мы еще свое наверстаем.

Когда все уснули (в бронекаре как раз хватило места, чтобы улечься шестерым), Кася подошла к Бесу вплотную и заглянула ему в глаза. Серыми в зеленые.

– Ты хорошо придумал, – сказала она, – чтобы нам дежурить первыми. Я соскучилась.

– Я тоже, – сказал Тьюби, наклонился и поцеловал Касю в губы долгим нежным поцелуем.