Текст книги ""Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алексей Евтушенко

Для начала я связался с дядей Колей и поставил перед ним задачу совместно с механиком «Быстрого» подготовить машину к вылету.

– А что там подготавливать? – удивился дядя Коля. – Готова она, мы ж только что тревогу отыграли. Хоть Франц и заболел, но Юзик свое дело знает туго.

Юзиком дядя Коля называл Иосифа Перпельпихтера, механика Франца Дюрана, сорокалетнего еврея из Хайфы – большого любителя анекдотов и такого же мастера на все руки, как сам дядя Коля.

Я объяснил, что, во-первых, нужно установить на «Быстрый» дополнительные баки, а во-вторых, мне самому будет спокойнее, если я буду знать, что он, Николай Богданович Гордеев, лично примет участие в подготовке разведбота.

– Ясно, – сказал дядя Коля совершенно трезвым голосом. – Значит, работа предстоит – теща не смейся. Все сделаем, господин старший лейтенант, можете не сомневаться.

И по этому «господин старший лейтенант» я понял, что дядя Коля осознал всю серьезность предстоящего дела и беспокоиться мне и впрямь не о чем. Впрочем, я и раньше не беспокоился. Не было еще случая, чтобы дядя Коля допустил малейшую оплошность в работе. Хоть трезвый, хоть выпивший.

Теперь настала пора заглянуть к нашему корабельному врачу Жене Дикому. Вот случай, когда фамилия подходит внешности человека, как пуля нужного калибра – стволу. В отличие от имени. Был Жека двухметрового роста, кисти его толстых, покрытых ковром густых черных волос рук доставали чуть ли не до колен, а низкий, сильно скошенный назад лоб, маленькие болотного цвета глазки и вывернутые губы наводили на мысль, что неандертальский след в геноме доктора покрывает след кроманьонский, как бык овцу. При этом был Дикий общительным, остроумным и добродушным человеком, всегда готовым поддержать здоровье военкосмолета всеми доступными ему средствами.

– Привет, Грей, – буркнул он, когда я вошел к нему в кабинет. Обычно русские члены экипажа, с кем я был на дружеской ноге, звали меня Серый. Те, кто не испытывал ко мне особой симпатии – Красавчиком или Претти-боем, да и то за спиной. Однако Дикий почему-то использовал английское Грей. Я не возражал. – Надеюсь, тебе аппендикс удалять не надо? Хватит с меня одного Франца.

– Бог миловал. Но если хочешь, можешь проверить.

– Опрометчивое заявление. Знаешь ведь – то, что ты здоров, не твоя заслуга, а врачебный недосмотр.

– Ладно, не проверяй. Оно и правильно. В условиях, когда Земле угрожают инопланетные захватчики, от нас требуется железное здоровье, ясность ума и храбрость сердца.

– Ты за этим пришел? За храбростью сердца?

– Храбрости у меня навалом. А вот ясность ума надо бы слегка поправить.

– Понятно, – кивнул Жека. – Самогонку хлестал с дядей Колей. И это в условиях готовности номер один. Орел, чего там.

– Жень, – осведомился я участливо, присаживаясь на стул. – У тебя настроение, что ли, плохое, не пойму?

Врач вздохнул.

– А с чего ему быть радужным? Видел запись? Оружие, между прочим, у них настоящее. А я потом вас латай, героев.

– Если будет, что латать, – заявил я с напускной беспечностью. – Следуя теории, нас, военкосмолетов, обычно сразу убивают. Специфика.

– Спасибо, утешил.

– Брось, Жека. Доживем до боя, увидим. Дай лучше таблеточку, а то мне работать через пару часов.

– Закатывай рукав. Много выпил?

– Грамм сто пятьдесят.

Дикий открыл шкаф с лекарствами, достал самопроникающую таблетку алкокиллера, активировал ее и приложил к моей вене на локтевом сгибе.

Холод, легкое жжение, тепло. Все. Таблетка исчезла, всосавшись под кожу, а затем в вену и кровь без остатка.

– Спасибо, Жень.

– Не за что. Возвращайся живой.

– Даже не сомневайся, – сказал я и вышел, опуская на ходу рукав.

Лянь Вэй ждал меня в нашей каюте. Он уже получил приказ и теперь с невозмутимостью истинного сына Поднебесной собирал личные вещи.

– Салют, командир! – он пожал мне руку. – Спасибо, что выбрал меня.

– Нашел, за что благодарить, – я прошел в каюту и сел на койку. – Три недели париться в разведботе – это тебе не утку по-пекински кушать. И хорошо, если три. Что тебе сказал д’ Артаньян?

– Сказал, что я иду с тобой вторым на «Быстром». Цель – Фобос. Задание – разведка. Остальное ты мне сообщишь.

– Для начала давай посмотрим файл с заданием, – я достал личный комм, убедился, что файл получен, и, не глядя, перебросил его Дракону. Вы как хотите, а от Лянь Вэя у меня секретов нет, нам одно дело вместе делать, и все, что знаю я, должен знать и он.

Некоторое время мы изучали задание. В принципе, все то же самое, что я уже слышал, только изложено письменно и соответствующим командирским стилем. И что-то мне по-прежнему не давало покоя. Что-то, о чем не договорил или умолчал Малкович и о чем мне следовало догадаться самому. Я поднял голову и встретился глазами с Драконом.

– Ты думаешь о том же? – спросил он негромко и без своей всегдашней улыбки.

– Вероятно, – ответил я осторожно. – Давай сравним. Ты первый.

– Я думаю, крейсер не пойдет к Марсу, – сказал мой друг. – Это деза. На самом деле «Неустрашимый» зависнет где-то здесь, недалеко от Земли, и будет молча ждать врага. Невидимый и неслышимый. А все будут думать, что он идет к Марсу защищать Лемурию. Возможно, и чужие тоже.

Вот оно! Дракон в три минуты осознал и сформулировал то, что крутилось у меня в мозгу целый час. Что значит пить самогонку в условиях готовности номер один. На фиг, больше не буду, мальчишество кончилось. Начинаются взрослые дела.

Земля, Марс, Лемурия

Мэр Лемурии Хью Дакман

Известие о том, что в Солнечную систему вошел космофлот чужих и начал себя здесь вести, как лиса в курятнике, первым делом уничтожив научно-промышленную базу на Тритоне, произвело эффект капли чернил, плюхнувшейся в кружку с водой. Всплеск, а затем быстрое, хотя и едва заметное изменение цвета. Приглядишься через пару минут – вроде та же вода. Ан нет, появился новый оттенок, который уже не убрать никакими фильтрами. Только вылить и налить новую воду.

Да, человечество неуловимо изменилось в тот самый момент, когда узнало, что очень скоро его ждет полномасштабная встреча с представителями инопланетного разума, о чем оно, человечество, так долго мечтало. Свершилось, ё-моё! Мечта сбылась. При этом народ сразу не сильно испугался того, что чужие вооружены и, судя по происшедшим у Нептуна событиям, прилетели не чай с баранками пить. Во всяком случае, первые пару дней особых волнений и, тем более, паники не наблюдалось.

Этому поспособствовал ряд факторов.

Во-первых, не было точно известно, что именно произошло на «Воскресенье». Видео, на котором файтеры чужих разносят в клочья тритоновскую базу, посмотрели миллиарды и оборвавшийся крик диспетчера: «Земля! Земля! Нас атакуют! Мы не знаем, кто это! Их много, они бьют на поражение! Нам не на чем эвакуироваться! Помогите! О, госпо…» услышали столько же. Но прерванную связь с базой установить не удалось, а посему никто не знал, живы там люди или нет. Это было важно. Поскольку разносить-то базу файтеры вроде бы разносили, но чем дело кончилось? Убили там всех или просто взяли в плен? Ноль информации.

Во-вторых, без малого за полвека, прошедших с окончания Серых Десятилетий, слегка разжиревшее в условиях отсутствия крупных бед человечество подзабыло, что это значит – бояться по-настоящему. До обморока сердца, дрожи в коленках и неодолимого желания спрятаться подальше, поглубже и прямо сейчас. Нет, не все, конечно, забыли. Но люди, которые, получив известие о вторжении в Солнечную инопланетян, сразу же упаковали вещички и рванули из городов подальше, составляли такое ничтожное меньшинство, что об этом не стоит и говорить.

В-третьих, правительства отдельных стран, союзов, альянсов и конфедераций в кои-то веки сделали все, чтобы не допустить паники. И отнюдь не с помощью сокрытия информации, каковую, впрочем, и скрыть не было никакой возможности. Наоборот. Вся имеющаяся информация выкладывалась в свободный доступ. А вместе с ней аналитика и комментарии известных и уважаемых ученых, военных и политиков. Особенно военных, которые как дважды два доказали, что несчастных семь кораблей чужих при всей их мощи и размерах завоевать Землю не смогут. Кишка тонка. Даже если предположить, что нападение на Тритон не трагическая случайность, а холодно и цинично спланированная акция устрашения, то особо беспокоиться все равно не о чем, ибо объединенные Вооруженные Силы Земли способны отразить любую агрессию. Даже без учета использования ядерного оружия. При этом приводились всем известные исторические примеры, которые призваны были доказать якобы очевидную вещь: любой завоеватель, далеко оторвавшийся от родной земли и лишенный материальной и моральной поддержки отечества, в результате терпит поражение. Чаще всего при этом, разумеется, звучали имена Наполеона Бонапарта и Гитлера, а в качестве страны, успешно и не раз подтвердившей верность данного тезиса, называлась Россия. Так будет и с незваными пришельцами, вещали авторитеты. Мы не знаем пока, из системы какой звезды они явились, но совершенно ясно, что у них ограничены материальные запасы, и вряд ли они способны быстро их пополнить. Следовательно, поражение чужих неизбежно. У нас ресурсов больше по-любому. Включая людские. Они у нас, можно сказать, неисчерпаемые.

Однако немедленно нашлись умники (в том числе и бывшие военные), припомнившие испанца Фернандо Кортеса и того же русского казака Ермака Тимофеевича Аленина, деяния которых опрокидывали красиво выстроенную и твердо обоснованную теорию, словно легкий щелчок ногтя карточный домик. Заодно и Александра Македонского, сумевшего с тридцатью тысячами ветеранов (вспомогательные войска в данном случае не в счет) пройти насквозь тогдашнюю Ойкумену, оставляя за собой трупы врагов и офигевшие от такого задора народы, которые опомниться не успели, как оказались подданными новой империи.

А затем те же умники и присоединившиеся к ним тьмы простых, но въедливых и неравнодушных граждан, почуяв слабину официального словоблудия, принялись задавать вопросы о том, что будет с Марсом, Луной и нашими внешними научно-промышленными базами, вроде «Воскресенья», и как господа военные вкупе с политиками собираются их защищать. Там ведь тоже люди и ресурсы, как ни крути. Причем ресурсы такие, которых на Земле с гулькин нос по бешеным ценам. Иначе с чего бы нам было лезть в Солнечную? Один гелий-3 чего стоит. И что теперь, все это чужим отдавать? Берите, мол, и владейте, только Землю не трогайте?

На что внятных ответов не получили.

Да и не могли получить. Лить псевдомудрые речи можно сколько угодно, но когда дело доходит до фактов, все быстро становится на свои места. Если раньше от силы пять-семь процентов населения Земли что-то слышало о существовании единственного у человечества боевого космического корабля – прототипа файтеронесущего патрульного крейсера «Неустрашимый», то теперь о нем узнали буквально все, кто имел доступ в Сеть и мог воспринимать информацию.

Действительно.

Как-то мгновенно стало ясно, что против 7 (семи!) чужепланетных монстров (диаметр одного был уже известен – тысяча шестьсот двадцать девять метров! И размер этот вгонял воображение в ступор) человечество способно выставить лишь 1 (один!) корабль, несущий на борту всего лишь семь спейсфайтеров В-910 «Бумеранг». Хотя только на печально знаменитом видео с Тритона было замечено десять вражеских файтеров, похожих на приплюснутые капли ртути, и, судя по всему, не уступающих «Бумерангам» ни в скорости, ни в вооружении. А сколько и чего стреляюще-летающего еще находится на бортах исполинских чужаков? Этого не мог знать никто. Ясно было одно: крейсер «Неустрашимый», возможно, чертовски хорош, а его экипаж храбр, беззаветно предан человечеству и обладает исключительной боевой выучкой. Но не выстоять ему против чужих. Никак. В лучшем случае, умело маневрируя и нанося врагу неожиданные и болезненные укусы, он может на какое-то время его задержать. В худшем же «Неустрашимый» ждет участь приснопамятного русского крейсера «Варяг», в начале позапрошлого века, с безумной отвагой вступившего в неравный бой с японской эскадрой, потерпевшего гордое, но сокрушительное поражение, а затем затопленного.

И вот когда через пару дней в ходе непрерывных дискуссий все эти весьма печальные обстоятельства осознало достаточное количество народа, по склону общественного благоразумия покатились первые камушки настоящего страха.

Действительно, рассуждали в Сети те, кто хотел думать и анализировать и таки додумался, не нужно быть военным семи пядей во лбу, чтобы понять: то, что летает сверху, всегда и намного сильнее того, что стоит или ползает внизу. При прочих равных условиях. Мощь объединенных Вооруженных Сил Земли, говорите, способна противостоять любому противнику, и в крайнем случае мы достанем ядерную дубину? Очень хорошо. Верим. Но что вы будете делать, если у чужих есть такая же дубина, и они не то чтобы пустят ее в ход, а только пригрозят сделать это? Предварительно уконтрапупив «Неустрашимый».

А потом зависнут над несколькими гигаполисами – к примеру, Москвой, Чикаго, Пекином, Дели, Карачи, Мехико и предъявят ультиматум: «Или вы немедленно разоружаетесь, а потом мы берем у вас все, что хотим, или прямо сейчас шарахнем сверху ядерными боеголовками так, что сотню-другую миллионов человек даже хоронить не придется. Затем добавим».

И каковы будут наши действия при таком раскладе?

Даже если у чужих нет ядерного оружия, рассуждали дальше осознавшие, во что трудно поверить, то откуда нам знать, нет ли у них бомб пострашнее ядерных? То, что человечество за все время своего существования не изобрело оружия более чудовищного по своей разрушительной силе, нежели атомное, еще не значит, что такового не может быть в природе.

И вот тут-то и начинается самое интересное.

Чем и как господа военные предполагают достать с земли корабли чужих, висящие, скажем, на высоте полутора тысяч километров? Или двух-трех тысяч? Межконтинентальными баллистическими? Три раза «ха»! Теоретически, конечно, возможно. Но на практике… Не забудем – наше родное земное тяготение в данном случае будет работать против нас. И наоборот – чужим оно только на руку. Собьют наши ракеты, и к бабке не ходи. Собьют, а потом ответят. У нас тоже найдется, чем сбить? Верим. Только инопланетяне в космосе, а мы с вами здесь, на грешной земле. И на наши головы вся эта ракетно-ядерная беда посыплется – и чужая, и наша, и сбитая, и не сбитая. Лазерами будем сбивать? Хрен редьки не слаще. Да и много ли у нас боевых лазеров, прикрывающих гигаполисы? Раз-два и обчелся.

И, наконец, последний акт трагифарса под названием «Инопланетяне в Солнечной». Мы вроде как сдаемся, и агрессор приземляется, чтобы, наконец, взять, что ему нужно (пес знает, что ему нужно, но, видимо, что-то очень нужно, раз прилетел вооруженный до зубов), и всячески нас поработить. Мы что, начнем гвоздить по нему ядерными боеголовками? А если он сядет все там же – в густонаселенных районах? В общем, куда ни кинь, всюду клин и пора сливать воду. Проще говоря, ховайся, кто может. А кто не может, тому не повезло.

Подобными сценариями развития событий Сеть была заполнена мгновенно, будто гипермаркет людьми в утро рождественской распродажи, и эти сценарии сделали свое черное дело – люди испугались. Не все, но очень и очень многие. И теперь уже старания правительств успокоить души и сердца растревоженных граждан пробуксовывали, как колеса древней полуторки в русской грязи.

Напрасно ученые, военные и политики вещали о том, что по большому счету все эти ужасающие сценарии чистой воды самодеятельность и пригодны в лучшем случае для создания очередного третьеразрядного вирт-боевика. Ибо информации о чужих практически нет, а пытаться запугать себя домыслами – недостойно человека. Да, все, о чем говорится в Сети, давно осмысленно и просчитано специально обученными людьми. И даже гораздо-гораздо больше. Поверьте, все не так страшно, как вам кажется, и адекватные ответы у Земли найдутся. Просто мы не можем сейчас выкладывать в широкие массы все наши козыри из соображений секретности. Враг не дремлет и, возможно, подслушивает и подсматривает. «Не болтай!» Помните такой плакатик? В тех или иных вариантах он выпускался во всех странах – участницах Второй мировой. Да и в Серые Десятилетия был весьма популярен. Пора его вешать на стены снова.

«Ах, значит, подсматривает и подслушивает! – вскинулась сетевая общественность (несетевую общественность на Земле можно было встретить разве что в джунглях Амазонки да в некоторых труднодоступных районах Африки и Сибири). – Так, может, и настоящие инопланетные шпионы имеются? Только мы об этом ничего не знаем? Может, они вообще давно среди нас живут и сведения собирают? Десять, двадцать или даже пятьдесят лет? Мы-то, дураки, верили, что такое может быть только в книгах, кино и вирте, а оно вон как на самом деле обернулось! Теперь, значит, эти шпионы отправили собранную информацию по какой-нибудь только им ведомой дальней связи на свою планету и оттуда – нате вам! – явился-не запылился вражий космический флот. Или вы скажете, что семь чужих боевых суперлинкоров случайно в Солнечную занесло?»

И началось.

Человечество затрясло не на шутку. Особенно, когда выяснилось, что с чужими нет связи. Никакой. На направленные радиопередачи любой мощности и частоты они не реагируют и прут себе на полной тяге сквозь Солнечную. Прямиком к разнесчастному Марсу.

Однако настроение жителей марсианской столицы Лемурии было совершенно не таким, какого можно было ожидать. Видимо, сказалось, что на всем Марсе едва насчитывалось пять тысяч человек, включая женщин и детей, и абсолютное большинство из них находилось в Лемурии. То есть практически все колонисты знали друг друга хорошо и долго и прочно были спаяны дружбой и товариществом, соседскими отношениями, общими суровыми условиями труда и жизни, а теперь и общей угрозой. Этих людей, добровольно отправившихся за десятки миллионов километров от Земли на другую планету за лучшей долей, просто так было не запугать.

Нет, поначалу, когда марсианские колонисты осознали то же самое, что и земляне, кое-кто серьезно запаниковал. И даже девятью особенно эгоистично настроенными мужчинами была предпринята вооруженная попытка угона одного из двух, имеющихся на космодроме Лемурии планетолетов класса ГПП-3.

Не вышло.

Охрана, выставленная у планетолетов мэром Лемурии, сразу же, как только было получено видео с Тритона, сработала мужественно и хладнокровно. Четверо нападавших были убиты на месте, двое ранены. Остальные трое, отстреливаясь, пытались бежать из Лемурии на вездеходе и добраться до ближайшего поселения, расположенного в двух с половиной сотнях миль к северо-востоку от столицы. Однако их догнали, остановили, разоружили и в наручниках доставили в город. После чего быстро судили и по законам военного времени (в чрезвычайной ситуации колонисты имели полное юридическое право действовать так, как считают нужным) расстреляли.

Сразу же малейшие признаки неуправляемости исчезли, словно файлы с жесткого диска компьютера после команды «Delete».

Было созвано общее чрезвычайное собрание колонистов. На нем мэр Лемурии Хью Дакман, чьи предки, как он сам неоднократно рассказывал, в свое время с помощью плуга, лассо и кольта с успехом осваивали Дикий Запад, огласил повестку дня, состоящую всего из двух вопросов.

1. Отправка детей и кормящих женщин на Землю.

2. Защита родного Марса от инопланетных захватчиков.

Собственно, людей мэр собрал с единственной целью – донести до них мнение Совета Лемурии и свое собственное таким образом, чтобы у колонистов сложилось впечатление, что они и сами так думали и решили с самого начала. Это потомок покорителей Дикого Запада и строителей некогда самой воинственной демократии в мире умел, не зря его избрали мэром.

В точно дозированной рационально и эмоционально речи Хью Дакман обрисовал ситуацию:

– Леди и джентльмены! Граждане Лемурии! В Солнечной системе объявились чужие. Мы давно ждали встречи с иным разумом, но, к сожалению, этот разум явился к нам с недобрыми устремлениями. Видео с атакой на Тритон смотрели все. Теперь вражеская армада в составе семи кораблей движется прямиком к Марсу и, по приблизительным расчетам, на преодоление этого немалого расстояния ей потребуется от двух до трех недель, считая со вчерашнего дня. Да, вот на таких бешеных скоростях они ходят. Мы располагаем всего двумя планетолетами класса ГПП-3 – это «Звезда Флориды» и «Сибиряк», американский и русский соответственно. Каждый из них при максимальной загрузке способен взять на борт по сорок два человека. Если выдохнуть – по сорок пять. Итого – восемьдесят четыре – девяносто. А нас около пяти тысяч. Мы уже посчитали. Для того чтобы эвакуировать всех, при имеющихся сейчас у Земли и нас возможностях потребуется от трех до пяти месяцев. Это если действовать на пределе, и все пройдет относительно нормально. Но так почти никогда не бывает. Значит, еще больше. Поэтому я предлагаю следующее решение, которое, уверен, вы поддержите. В один планетолет – «Звезду Флориды» – мы загружаем всех детей до шестнадцати лет вместе с грудными младенцами и кормящими матерями и спокойно отправляем их на Землю. Таковых у нас пятьдесят два человека. Однако четверо из шести членов экипажа готовы уступить свои места детям, а капитана и борт-инженера достаточно, чтобы безопасно довести корабль до Земли. Места впритык, но хватит, ребенок меньше взрослого человека…

– До Земли две недели полета, если на борту из взрослых только капитан, инженер и кормящие матери, то кто будет ухаживать за самыми маленькими и вообще смотреть за детьми?! – прервала речь мэра какая-то женщина, сумевшая прорваться к хорошо работающему микрофону, который случайно оказался не выключен. В ее голосе угадывались, если пока не истерические, то уже явно протестные визгливые нотки.

– Старшие будут ухаживать за младшими, – жестко ответил мэр. – Не нужно думать, что они не справятся. Ведь мы их воспитывали.

– А…

Но не в меру ретивую гражданку уже аккуратно и даже где-то нежно оттеснили от микрофона и заблокировали его вплоть до окончания речи.

– Второй планетолет, «Сибиряк», предлагается оставить на Марсе, – продолжал Хью Дакман. В качестве резерва. При этом, поскольку корабль делали русские, мы выяснили, что всего за две недели на него можно установить целых два мощных промышленных лазера, которые по своим качествам не уступят тем, которыми вооружены спейсфайтеры В-910 «Бумеранг» на крейсере «Неустрашимый», да и сам крейсер. К слову сказать, есть вероятность, что «Неустрашимый» все-таки придет нам на помощь, но лично я не стал бы на это уповать. По причинам, о которых любой из вас может и сам догадаться, чуть пошевелив мозгами. Таким образом, вооружив «Сибиряк» и усилив его экипаж соответственно обученными людьми, а такая возможность у нас есть, мы получаем в свое распоряжение если не боевой, то способный огрызаться корабль, что, несомненно, лучше, чем ничего. Плюс к этому у нас имеется еще четыре действующих промышленных лазера и два на складах. Итого шесть. По мнению наших специалистов, их за имеющиеся две или даже три недели вполне можно приспособить под боевые и установить вокруг города. И, наконец, на самый крайний случай, если дела пойдут совсем худо, мы сможем укрыться в пещере Фей, которую вы все знаете. Там хранятся наши стратегические запасы материалов, оборудования и продовольствия. И там, об этом вы тоже знаете, имеются естественные залежи водяного льда – то есть кислород, вода и топливо. Правда, жить в пещере Фей можно только в скафандрах, но два, а то и три месяца продержаться можно. С учетом того, что детей мы отправим на Землю, для взрослого человека это вполне реально. А места там хватит всем.

Мэр сделал паузу и оглядел притихшее собрание. Лемурия представляла собой, по сути, систему разноразмерных куполов и полуцилиндрических герметичных ангаров, внутри которых было все, необходимое для жизни, включая даже мини-сады и городскую площадь, расположенную как раз под самым крупным базовым ангаром. Здесь и собралось теперь все население марсианской столицы – пять тысяч человек без малого.

– Мы все здесь – умные, сильные и твердые духом люди, – сказал мэр. – Я горжусь, что Бог судил мне работать и жить рядом с вами. Уверен, что вы примете верное решение, и вместе мы одолеем беду, которая стоит на нашем пороге.

Как и предполагал с самого начала мэр Хью Дакман, жители Лемурии, хоть и без восторга, но приняли его предложение, и на это им и понадобилось всего-то около трех часов ожесточенных прений. Одно слово – колонисты, закалка есть закалка. После чего были сформированы рабочие группы по выполнению первоочередных и вспомогательных задач и назначены ответственные исполнители.

Марс начал готовиться к обороне.