Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 184 страниц)

Глава 46

Гонец, которого куда-то отправлял Зейдер, только что вернулся в судебный зал. Еще двигаясь по центральному проходу между креслами для публики, показал боссу большой палец – типа, все о'кей.

В лицо Зейдера опять вернулась былая сталь. Челюсть решительно выдвинулась, в глазах сверкнул огонь – возвращение запыхавшегося подручного явно знаменовало какой-то ход с его стороны. Прокурор стопудово что-то затевал. На лице у него было просто написано злорадство, которого он даже не пытался скрыть.

– Двадцать лет по внесудебной сделке? – бросил он мне.

– Снимайте все обвинения, и пусть идет своей дорогой.

– Я надеялся, что вы так и ответите! С Портером вы ловко разделались, молодец. Жаль только, что все это было без толку, – сказал Зейдер. И, не успев перевести дух, сразу же обратился к суду: – Ваша честь, возникли непредвиденные обстоятельства, которые нам хотелось бы обсудить с глазу на глаз, у вас в кабинете.

* * *

– Мистер Зейдер, по вашей милости я уже пропустил игру и теперь опаздываю на ужин, так что давайте-ка побыстрей, – объявил Нокс, откидываясь в своем кресле.

Зейдер со своим помощником – тем, который вернулся в суд с каким-то документом, – стояли за правым из кресел перед его письменным столом. Мы с Синтоном пристроились слева. О том, что Зейдер сваляет дурака и сядет, можно было, естественно, даже не мечтать. Он отлично знал, какие у кого из судей тараканы в голове.

Взяв у помощника листок бумаги, прокурор вручил его судье. Когда он обратился к Ноксу, тон его звучал торжественно и уважительно:

– Ваша честь, вынужден поставить вас в известность о нашем намерении подать ходатайство о вашем отводе от рассмотрения данного дела. Мы располагаем свидетельствами о вашей потенциальной предвзятости, не позволяющей вам продолжить слушание.

Губы Нокса гневно дрогнули, и он даже издал короткий рык, прежде чем плотно захлопнуть рот. Дай ему волю, разорвал бы сейчас Зейдера на куски. По мере чтения глаза его раскрывались все шире, а в щеки бросилась кровь, придав им безумный закатный оттенок.

– Откуда у вас эта информация? – вопросил судья Нокс, перевернув листок и шлепнув его на стол текстом вниз.

Бросив взгляд на своего помощника, Зейдер с самым невинным видом воздел вверх руки.

– Это для вашей же пользы, ваша честь! Вам придется просто отойти в сторону и передать слушание какому-нибудь другому судье. Никто не говорит, что вы располагали этими сведениями до начала рассмотрения дела. Вообще-то мы и сами это буквально только что обнаружили. Вот и подумали, что если вы прямо сейчас возьмете отвод по собственной инициативе, то это позволит избежать целого ряда щекотливых моментов.

Судья только качал головой, изумленно разинув рот. Наконец повернулся ко мне и спросил:

– Ну и как это вам, мистер Флинн?

– Я совершенно не представляю, о чем речь. Для меня это такая же полная неожиданность, как и для вас, господин судья. А можно взглянуть на этот доку…

– Нет! – решительно ответил Нокс, еще раз шлепнув по лежащей на столе бумаге. – Нечего вам там смотреть. Но могу в общих чертах посвятить вас в суть дела. Это заявление моего консультанта по инвестициям. Я регулярно вкладываюсь в различные предприятия и фонды, хотя технической стороной дела у нас в семье занимается моя жена – это она в основном общается с этим агентом. Это ее вотчина. Я просто подписываю чеки. И похоже, что у меня не так давно появилась еще и небольшая доля в какой-то дочерней компании «Рилера» – предприятии вашего клиента. Могу вас заверить – до начала дела я и знать не знал об этой инвестиции!

Сукин сын!!!

Окружной прокурор прекрасно понимал, что сокрушительное фиаско Портера бросает тень на всю позицию обвинения целиком. Да какую там тень – все просто летело под откос, и Зейдер замыслил решить возникшую проблему одним махом. Если судья Нокс добровольно возьмет отвод, то рассмотрение целиком и полностью начнется по новой. В таком случае либо Портер как следует подготовится к моей линии ведения допроса, либо, что наиболее вероятно, Зейдер вообще не станет вызывать его в качестве свидетеля и построит дело на прочих уликах и свидетельствах. Начнет с чистого листа, на сей раз без подобных промашек.

– Вообще-то, ваша честь, если вы об этом не знали, то лично я не понимаю, о какой предвзятости… – начал было я.

– Зато я понимаю! – перебил меня судья Нокс, бросая на Зейдера уже откровенно взбешенный взгляд. Если б с показаниями Портера все прошло гладко, они бы в жизни не потребовали никакого отвода! У меня было сильное подозрение, что Зейдер знал про эту несчастную инвестицию, когда и дела-то никакого еще не было, и придерживал этот козырь исключительно на случай непредвиденной катастрофы. Выложив его на стол, он мог стереть с доски все написанное и начать с нуля. И не надо было ему гонять взмыленного помощника за списком финансовых вложений Нокса – все это было чисто для шоу. Эта информация наверняка имелась у него еще до начала слушания.

– При всем уважении, ваша честь, защита не видит никаких препятствий к тому, чтобы вы продолжили слушание дела.

– Естественно, не видит! – хмыкнул Зейдер. – Какие уж тут возражения, когда каждую секунду курс акций «Рилера» валится все ниже и ниже, а если дело слушает судья, который имеет финансовый интерес в том, чтобы в результате закрытия дела курс опять подскочил и он смог сохранить хотя бы часть вложенных денег, то кому такой судья вообще нужен? Хочу вас предупредить, ваша честь: если вы продолжите, а пресса обо всем этом прознает, то слушание превратится в фарс, а ваша репутация очень серьезно пострадает.

– Да кто вы такой, чтобы учить меня профессиональной этике и обсуждать мою репутацию?! И не надо грозить мне прессой, мистер Зейдер. Вы сейчас на грани того, чтобы самому оказаться в тюремной камере! Увы, но суть в том, что, несмотря на любезную реакцию мистера Флинна, у меня просто нет иного выбора. Мне ничего не остается, кроме как самому взять отвод. Очень жаль, джентльмены. Утром я свяжусь с верховным судьей и попрошу его передать дело кому-нибудь другому. Боюсь, что предварительное слушание придется проводить с самого начала.

Решение было совершенно правильное, с доводами в его пользу тоже не поспоришь, но оно все равно оставило неприятный привкус у меня во рту. После победы над Портером я ожидал хотя бы более сочувственного отношения к своему клиенту – это был лишь первый из целой серии ударов, которыми предстояло сокрушить позицию обвинения. Однако, кроме Портера с подушками безопасности, крушить мне ее было пока нечем. А теперь и это орудие уплыло у меня из рук. И неважно, что про эту мою победу прознала пресса. Новый судья не станет принимать это во внимание, если только Зейдер опять не вызовет Портера в качестве свидетеля – а об этом надо было просто забыть.

Больше никто не произнес ни слова. Когда я вышел из кабинета Нокса, то увидел, что Зейдер поджидает меня в коридоре.

– Сами видите, Флинн, что вам меня не одолеть. В жизни не одолеть. Кишка тонка. Завтра я вас просто растопчу, и вы ничегошеньки не сможете с этим поделать. Если понадобится, я буду вышибать из кресла каждого судью, которого нам подсунут, – пока не попадется тот, что даст мне нужный результат. Плюс я еще подстраховался – заранее попросил созвать большое жюри на завтрашний вечер. Так что даже если вы каким-то чудом и выиграете предварительное слушание, то я сразу передам дело туда, а уж они-то точно предъявят ему официальное обвинение. А вам – шиш с маслом. Надумаете заключить сделку – подходите, договоримся.

Я дал Зейдеру уйти. Синтон поспешил вслед за ним. Он явно не хотел даже просто видеть меня рядом с собой. Огромная рука адвоката опустилась на плечо прокурора. Он дал Зейдеру свою визитку, и оба, переговариваясь на ходу, удалились за пределы слышимости. Джерри тоже подстраховывался – наверняка сейчас вызнавал, не подкатывал ли я к прокурору на предмет заключения внесудебной сделки. Небось втирал ему, что в нашей паре на него возложено ведение протокола и что любые договоренности должны обязательно проходить через него. Синтону сделка совершенно не в тему, и он явно прощупывал, успеет ли прикончить юного Дэвида до того, как тот подпишется спалить фирму в обмен на какие-нибудь поблажки по делу об убийстве Клары. Воспользовавшись тем, что Джерри затерялся в толпе, я ухватил Дэвида за рукав и потащил к боковому выходу из зала – тому, что вел к камерам временного содержания.

В голове продолжал назойливо ворочаться один-единственный вопрос: где именно Зейдер ухитрился нарыть компромат на судью Нокса? Даже если эта информация была у него еще до слушания, добыть ее не так-то легко. Кто-то явно ему помогал. Кто-то с очень серьезными связями.

Глава 47

Незаметно выйти из здания оказалось значительно проще, чем войти туда. Сотрудник службы безопасности суда по имени Томми Биггс спустил нас вниз на технический этаж на охраняемом лифте, на котором обычно доставляют задержанных в судебные залы. В свое время я озаботился тем, чтобы поближе познакомиться с как можно большим числом охранников, клерков, секретарей, копов, вертухаев и даже совсем уж мелких сошек вроде сантехников с электриками. Тому было сразу несколько причин – первая в том, что в массе своей это очень приятные в общении люди, и пока бьешь баклуши в ожидании слушания дела своего клиента, всегда есть с кем просто почесать языком. В качестве бонуса к этому приятному общению вы завязываете добрые отношения с людьми, которые в действительности и крутят колеса правосудия, – именно на них приходится львиная доля всей работы. Все, что требуется для отправления законности, – это отобрать из целой кучи всяких дуболомов всего горстку приличных судей и набрать им в помощь грамотный вспомогательный персонал.

Обождали в полутемном коридоре, пока Томми проверял, свободна ли погрузочно-разгрузочная площадка хозяйственного блока здания. Повернувшись боком, он едва протиснулся за стальную дверь. Интересно, часто ему тут приходится пролезать сквозь двери подобным манером? Томми – бодибилдер, бывший участник конкурса «Мистер Вселенная», отец-одиночка и один из самых приличных сотрудников изолятора временного содержания, которых я когда-либо встречал. Познакомил нас Барри – бывший коп и мой давний дружок, который последние несколько лет сопровождал задержанных от «воронка» до зарешеченных камер в старом здании суда на Чеймберс-стрит.

Томми поманил нас к себе, и мы вышли на скрытую от посторонних глаз парковку, на которой обычно выгружали продовольственные припасы, всякую канцелярщину для судебных залов и кабинетов, а также граждан, которые по каким-то известным им только самим причинам умудрились оказаться с обратной стороны закона и в результате были доставлены сюда в кузове полицейского «воронка». Направившись к единственной двери для пешеходов, врезанной в стальные ворота, он убедился, что за ней не ошивается кто-нибудь из репортеров, благо целая батарея мониторов наблюдения висела прямо рядом с дверью.

– Выходите. Все чисто, – объявил Томми.

– Спасибо, друг! Я твой должник, – отозвался я.

Он похлопал меня по плечу, пока я протискивался мимо него, и мы вышли прямиком на улицу, где сразу же сели в другой темный седан, на сей раз густо-синий – использовать предыдущую машину было уже стрёмно. Фрэнки сорвал его с места, не успел я еще закрыть дверь.

Вырвались! И, к счастью, целые и невредимые, считая и Дэвида. Наконец-то появилось время немного подумать. Но вместо того чтобы проигрывать в голове возможные ходы Зейдера и размышлять об уликах против Чайлда, я постоянно сбивался мыслями на Кристину. С каждым клочком территории, которую удастся отвоевать у меня Зейдеру, вариант с физической ликвидацией Кристины и Дэвида будет становиться для фирмы все более и более привлекательным. Это еще сильней загонит их в угол. Чтобы убедиться, что Дэвид не заговорит, они будут готовы пойти на куда больший риск.

Мне вдруг так захотелось ее обнять, что даже заныли руки. Да и Эми все это совсем ни к чему. Ей и так уже слишком сильно досталось. Надо срочно отправить их куда-нибудь подальше – туда, где они будут в полной безопасности.

– И как мы ответим на этот ход обвинения? – поинтересовался Дэвид. – Того судью нам явно уже не вернуть.

– Тоже сомневаюсь. По-моему, прокурор все-таки выцыганил шанс начать слушание с чистого листа. Вдобавок в запасе у него большое жюри. Этот парень – серьезный игрок.

– Сможете его одолеть? – серьезно спросил Дэвид.

– Лучше будем надеяться на то, что нам вообще не придется это выяснять, – отозвался я.

Глава 48

Холли, должно быть, оставила отопление в своей квартире включенным, пока нас не было. Когда она открыла дверь, нас сразу обдало жаром, как из промышленной печи, в каких сушат свежепокрашенные автомобили. Я проверил окна и проследил, как Ящер с Фрэнки на улице разделились и на своих двоих отправились наматывать круги по окрестностям – на случай, если нас кто-нибудь все-таки вычислил и прячется поблизости. Дрожащий голос Кристины эхом отдавался в памяти – то, как она со скованным страхом горлом передавала мои команды таксисту. И плач Эми. Не сразу понял, что это не она, что это я сам готов заплакать – и абсолютно ничего не могу с этим поделать.

Холли заперла за нами дверь, отыскала ключ для второго замка и накинула обе цепочки. Дэвид подошел к двери и три раза подергал за ручку, убедившись, что она заперта. Для полной гарантии проверил цепочки. Довольный результатом, снял со спины рюкзачок, вжикнул молнией и разложил на крошечном кухонном столике свой лэптоп.

– Давайте присядем, Дэвид. Мне нужно узнать побольше про эту вашу флэшку. Завтра вы ожидаете от меня чуда, но, к сожалению, я не могу разделить с вами подобной уверенности. Должен быть какой-то другой способ вытащить вас с Кристиной из того, во что вы так крепко влипли. Не исключено, что я смогу договориться, но для любого вида сделки мне нужно иметь что-то осязаемое – какой-то более весомый повод для торга.

– Я вам уже говорил: эта программа внедряется в бухгалтерскую систему фирмы. Находит и отслеживает денежные потоки. Федералам нужно просто воткнуть флэшку в любой компьютер, подключенный к внутренней сети фирмы.

Его гладкое, как персик, юношеское лицо не изменилось ни на йоту. Глаза двигались совершенно естественно – ни на чем намеренно не фиксировались, но и не бегали по сторонам. Он говорил правду. Холли передала ему еще одну банку его любимого энергетического напитка. Чайлд тут же открыл ее, щелкнув алюминиевым язычком крышки, и налил себе полный стакан. Мне она предложила чашку перестоявшего в колбе на подогревателе кофе, который из жидкости превратился в горькую густую бурду. Я и сам такой регулярно употребляю. Я поблагодарил ее; в ответ она лишь слегка улыбнулась, не размыкая губ и не сводя глаз с Дэвида.

– Так вы сегодня эту программу и написали?

– Нет. Она у меня уже была. Перед тем как запустить систему безопасности в рабочем режиме, надо было протестировать алгоритм и убедиться, что он работает. Поскольку эта программа отслеживает денежные потоки, можно вживую посмотреть, как именно она это делает. Учитывая, какие огромные суммы там фигурируют, эта задача требует высшего уровня допуска, так что доступ к алгоритму есть только у меня – поскольку я сам его и написал.

– И разработать его вас попросил Джерри Синтон?

– Угу. Ему требовалась резервная система безопасности, которая в случае хакерской атаки на базы данных брала бы под контроль клиентские счета. При обнаружении угрозы, заслуживающей внимания, установленная моей компанией система начинает осуществлять серию проверок – тысячи вычислений в секунду. И если решает, что риск взлома действительно есть, запускает защитный алгоритм, который в течение семидесяти двух часов перекидывает деньги туда-сюда и по завершении процесса собирает их на одном секретном счету. По пяти различным манхэттенским банкам раскиданы сотни законсервированных счетов, открытых на имя Бена Харланда. Алгоритм случайным образом выбирает один из них – это и будет конечный пункт, на который в итоге сбрасывается вся сумма.

– И вдобавок как следует отмытая, – сказал я.

– Честно говоря, когда я создавал этот алгоритм, такое просто не приходило мне в голову, – бесстрастно произнес Чайлд.

«Структурирование» – вот как это вроде правильно называется. Альби – бухгалтер моего криминального дружка Джимми Кепарика – использовал примерно такой же метод для того, что именовал «стиркой в тридцати водах». Он тоже дробил вносимые наликом суммы на мелкие порции – менее сакраментальных десяти тысяч долларов, так что от банка не требовалось предоставлять предусмотренный законом о банковской тайне отчет в надзорные органы и сигнализировать о подозрительной деятельности в Отдел финансовой безопасности.

– И доступ к алгоритму есть только у вас – не считая фирмы, я хотел сказать?

– Да, фирма на этом настояла. Вообще-то и я тоже. Я там добавил кое-какие секретки, чтобы никто, кроме меня, в эту программу не влез. На рынке ничего подобного еще не видели – никакая стандартная система безопасности и рядом не лежала, так что для максимальной надежности она может работать только под одним паролем. Вообще-то она рассчитана на то, чтобы работать сама по себе, без постороннего вмешательства. Ей не нужны ни регулярные обновления, ни какие-либо дополнительные настройки. Фирма может ею спокойно пользоваться, однако только я имею возможность, так сказать, открыть капот и подкрутить гайки. Любое вмешательство в коды программы доступно только мне. Но я могу сделать это только из их офиса – естественно, с их ведома.

– Фирме это известно – оттого-то вы и попали под прицел. А как про это могли прознать в ФБР?

– Не знаю, – ответил Чайлд, пожимая плечами.

– Что нужно, чтобы запустить этот алгоритм?

– Угроза хакерской атаки или команда.

– То есть кто-то в фирме может запустить его вручную?

– Естественно. Пришлось предусмотреть и такую возможность, ведь атака может быть не только виртуальной – есть еще и обычные грабители. Видите ли, в угрожающей ситуации абсолютно законно заморозить любые активы, чтобы их не похитили. Если фирма использует это как новый метод отмывания денег, то задействует мою систему. Так что неважно, что сделала ваша жена. Если только она сама не нажала на «пуск», то что ей можно предъявить?

– Она засвидетельствовала документы, на основе которых приобретались акции. И покрывала таким образом операции по отмыванию денег. Пособничество в чистом виде.

Раскаленный кофе немного остыл – как раз как я люблю. Сделав первый глоток, я откинулся на стуле. Дэвид вдруг заметил, что стакан с его любимым «энергетиком» настолько запотел, что капли с него падают прямо на стол – вытащил из кармана бумажную салфетку, тщательно вытер ею стол, а потом подсунул под стакан вместо подставки.

– Значит, вы можете получить доступ к алгоритму и выяснить, куда упадут деньги?

– Нет. Отсюда – никак. Это можно сделать лишь в их корпоративной сети.

Нет, проникнуть в офис «Харланд и Синтон» совершенно нереально. По крайней мере, живыми мы оттуда не выйдем. Слишком рискованно.

Проведя руками по волосам, я сцепил их на затылке. Боль в голове нарастала с каждой минутой – наверное, после выхода из здания суда опять подскочило давление.

– Нет чего-нибудь от головы?

– Должно быть, – отозвалась Холли, принимаясь выдвигать ящики.

– Нужно все-таки как-то это сделать, Дэвид. Моя жена в беде. Фирма уже сегодня пыталась ее убить – только чтобы я соскочил с вашего дела. Я не хочу, чтобы она пострадала, и уж тем более не хочу, чтобы она попала в тюрьму лишь за то, что ее босс обманом вынудил ее подписать бумагу, которую она не должна была подписывать.

– Сочувствую вашей жене. Я тоже не хочу, чтобы она пострадала. Но если с меня снимут все подозрения, у фирмы уже не будет оснований предполагать, что я готов на сделку с ФБР. А это отведет угрозу и от вашей жены.

Глаза его возбужденно метались по сторонам, и я чуть ли не воочию видел, как в венах у него на шее часто и назойливо ухает пульс, словно электронные басы на техно-дискотеке.

Дэвид шмыгнул носом, достал еще один бумажный платочек и высморкался.

Он не заслуживал того, чтобы принести его в жертву даже ради Кристины. Черт, да я сам за нее отсидел бы, если б такое было возможно! Надо же было ей так опростоволоситься! Хотя босс есть босс – никогда не ждешь, что он устроит тебе такую масштабную подлянку… Зейдер от обвинений не откажется, тут и думать нечего – но вот, может, Делл сумеет как-то на него надавить, если я выложу ему на тарелочке всю схему прохождения денег? И Кристину заодно выручит? Оставалось надеяться только на это. Никакого другого выхода из сложившейся ситуации я пока не видел.

– Нам нужны данные по деньгам, Дэвид. Тогда я позабочусь о том, чтобы обвинение было полностью снято. Либо при помощи ФБР, либо я сам сделаю это в суде. В любом случае гарантирую, что вы окажетесь на свободе.

О том, как я собираюсь выполнить это обещание, в тот момент оставалось только гадать. На данной стадии у меня не было даже четкого плана атаки на позиции обвинения, укрепленные совершенно железобетонными уликами. Дэвид резко откинулся на спинку стула, бросил взгляд на Холли, затем на экран лэптопа, потом опять на меня.

– Сделка меня тоже устроит, но я уже говорил – отсюда у меня нет доступа к системе. Все это можно проделать только на сервере «Харланд и Синтон», а для этого мне нужно самому находиться у них в здании и иметь пароль от их беспроводной сети. Точка доступа к серверу у них в конференц-зале. Все остальные компьютеры связаны с ним через вай-фай. Если я смогу взломать сервер по беспроводной сети, то смогу отследить деньги. Но нельзя нам туда соваться. Мы в жизни оттуда не выберемся.

«Харланд и Синтон» занимала несколько этажей в одном из самых пафосных небоскребов Манхэттена. Если мы туда как-то и попадем, то наверняка попросту там сгинем. Правда, если придумать, как вывести из игры их печально известную службу безопасности…

– По-моему, я знаю, кто сможет нам в этом помочь, – сказал я.

Набрав записанный в памяти мобильника номер, немного подождал. Женский голос, ответивший мне, лился из трубки медовой рекой:

– Ал-лоу?

– Это я. Есть работенка.

– И тебе большой привет, миленок. Жутко рада тебя слышать, но, по-моему, ты не просто поболтать звонишь. Ну конечно – звезда судебных залов и все такое… Не завязал еще?

– Ни в коем случае, Бу. Ни в коем случае.

Бу – бывшая путана и моя коллега-мошенница, с которой мы в свое время провернули немало всяких противозаконных делишек, да и просто дружили. И у меня возникла идея, как нам войти в «Харланд и Синтон» и выйти оттуда, не подставляя головы под топор.

– Слушай, а ты до сих в хороших отношениях с тем мужиком, который ставит свой фургон прямо у тебя под окнами?

– У меня с такими ребятами всегда отличные отношения.

– Супер. Мне нужен он, его снаряжение и его фургон. И ты тоже.

– Звучит заманчиво. Какую долю отвалишь?

– Считай это просто дружеской услугой, но я позабочусь, чтобы ты получила хорошую компенсацию. Должен предупредить – дело опасное.

Бу ненадолго примолкла, часто и выжидающе дыша.

– А что, когда-то бывало и по-другому? – отозвалась она наконец.