Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 155 (всего у книги 184 страниц)

12

Анна

Алекс не ответил на мое сообщение, и я уже жалею, что сорвалась на него. Он всего лишь хотел узнать, как мои дела, но слово «уснуть» поразило меня как гром среди ясного неба. Я думала, что после переезда смогу оставить прошлое позади. Но от горя нельзя отмахнуться, как от назойливого насекомого. Оно становится частью тебя, словно невидимая пленка на коже. Иногда ощущаешь свое горе сильнее, иногда слабее, но оно никогда не покидает тебя до конца.

– Проходите, проходите.

Мой начальник заводит внутрь пятерых постояльцев: двух мужчин, двух женщин и девочку-подростка. На их плащах и сумках поблескивают капли дождя. Дэвид протискивается мимо гостей к стойке регистрации и встает рядом со мной.

– Добро пожаловать в «Бэй Вью», лучший отель на Раме, – начинает он, широко разводя руки в знак приветствия.

Часть постояльцев отвечает ему улыбкой. Худощавая женщина средних лет в красной куртке и шапке с помпоном выдавливает из себя смешок. «Бэй Вью» – единственный отель на Раме.

Дэвид продолжает:

– Сейчас Анна вас зарегистрирует, а я отнесу чемоданы и сумки в ваши номера.

Он поворачивается к одному из гостей – высокому брюнету среднего телосложения, одетому в серо-голубую флисовую куртку, темные брюки и походные ботинки, – и тянется к лямке его рюкзака. Но мужчина вдруг резко отшатывается, как ужаленный, и налетает на стоящую позади женщину в красном.

– Простите, простите. – За стеклами его очков без оправы видно, как глаза мужчины мечутся в поисках места, куда можно было бы отойти и при этом не встать слишком близко ни к кому из присутствующих. – Просто… просто… там лежат всякие важные вещи, и я… я…

– Все в порядке. – Дэвид поднимает руку в знак извинения. Он обнажает зубы в искусственной, натянутой улыбке. – Если не хотите, чтобы я брал ваши вещи, то ничего страшного.

– Можете взять мои. – Женщина в красной куртке протискивается к Дэвиду и разворачивается так, что чуть не сбивает его с ног своим рюкзаком. – А то у меня уже спина отваливается.

Лысоватый пожилой мужчина, что стоит рядом с ней, протестующе вскидывает левую руку, на которой сверкает золотое обручальное кольцо.

– Мел, я же говорил, что могу понести твой рюкзак, но ты настояла…

Не обращая внимания на мужа, женщина делает знак Дэвиду, чтобы он помог ей с рюкзаком. Дэвид смотрит на мужчину и сдержанно кивает.

– Дамы и господа, мне нужно еще раз съездить на причал, чтобы забрать других гостей. Если вы желаете, чтобы я отнес ваши вещи в номер, просто оставьте их здесь, и я принесу их вам по возвращении. Анна расскажет, где ваши комнаты. Когда обустроитесь, спускайтесь в общую гостиную. Там вас будет ждать комплимент в виде стакана виски. Когда к нам присоединятся остальные гости, я расскажу всем о маршруте прогулок на эту неделю.

Подняв руки вверх, Дэвид, словно краб, пытается боком пройти сквозь людей к входной двери. Когда он все же добирается до нее, я вижу облегчение на его лице.

После ухода Дэвида постояльцы неуверенно оборачиваются в мою сторону. Первой к стойке подходит супружеская пара. Взяв инициативу на себя, женщина протискивается вперед мужа и поудобнее опирается на стойку, широко раскинув руки.

– Мелани и Малкольм Уорд. А еще… Кэти. – Мелани снимает шапку с помпоном, смотрит на невысокую, бледную девушку, которая, судя по выражению лица, с удовольствием оказалась бы где-нибудь подальше отсюда, и добавляет: – Кэти Уорд.

В отличие от девушки, одетой в огромную парку и розовые кеды от «Конверс», Мелани и Малкольм выглядят как настоящие туристы – на них брендовые непромокаемые куртки, изрядно поношенные ботинки и набитые рюкзаки. В руках палки для скандинавской ходьбы, у Малкольма – еще и карта в пластиковом футляре. Мелани носит очки в красной оправе, ее мышиного цвета волосы собраны в конский хвост, а челка доходит прямиком до необычайно густых бровей. Мелани выглядит такой подтянутой и крепкой, что кажется, будто она могла бы взлететь на пик Кулинн и глазом не моргнув. Ее муж старше: ему далеко за пятьдесят. Его поредевшие седые волосы значительно открывают лоб, усыпанный пигментными пятнами. А брови ближе к вискам так сильно полысели, что как будто бы заканчиваются примерно на середине глаз. От этого создается впечатление, что он постоянно хмурится.

Я ввожу их личные данные в систему, затем снимаю с крючка ключи и вручаю их Мелани.

– Вот, пожалуйста, у вас номера 7 и 8. Они расположены над входом в отель. Вам нужно подняться по лестнице на второй этаж. Номера будут прямо напротив, когда вы…

– Над входом в отель?

Мелани переводит взгляд на Малкольма. Он тяжело вздыхает.

– Все верно, миссис Уорд.

Я заставляю себя улыбнуться, однако на лице Мелани все так же читаются разочарование и недовольство.

– Получается, у нас не будет вида на море?

– Мне очень жаль, но нет. Понимаете, мы распределяем номера в соответствии со списком от туристической компании, и… буква У была в самом конце… – виновато говорю я.

– Вы издеваетесь? – встревает Малкольм. – Это вот так вы заселяете гостей? В наше-то время? Я все свое детство был последним только из-за того, что моя фамилия всегда попадала в конец списка.

Я мельком смотрю на Кэти. Кажется, она бы с большим удовольствием провалилась сквозь землю.

– Мы ехали сюда почти два дня, – продолжает Мелани. – Проделали такой долгий путь из Лондона. Малкольм просто мечтал о виде на море. Правда, Малкольм?

Он утвердительно кивает.

– Глория из агентства «Попутчик» нам обещала.

– Но у вас будет великолепный вид на горы.

Глядя на входную дверь, я думаю лишь об одном: вот бы она распахнулась и в нее вошел Дэвид. Когда я только приехала на остров, он прямо сказал мне, что именно он лицо отеля и что именно к нему надо обращаться в первую очередь. Я выполню любую прихоть гостей, сказал он и быстро добавил: ну, почти.

Мелани опирается на стойку. Ее глаза сощуриваются за стеклами очков.

– Вы не поменяете нам номер?

– Я ничем не могу помочь. Все уже расписано. У нас очень маленький отель, мы можем разместить лишь восемь…

– Я готова поменяться. – Обойдя Мелани, к стойке подходит женщина лет шестидесяти пяти. На висках ее седые волосы коротко подстрижены, а на макушке вьются как у овечки. – Ну если мне вдруг достался номер с видом на море.

Я пристально смотрю на нее, и она тепло улыбается мне. Я улыбаюсь ей в ответ:

– Это очень любезно с вашей стороны. Пожалуйста, назовите ваше имя.

– Кристин Сомс.

– Почти как рыба? – спрашивает Малкольм.

– Да.

Кристин натянуто улыбается. Наверное, она слышала эту шутку уже раз сто.

– Спасибо, миссис Сомс, – говорю я. – Мне нужно проверить…

– Пожалуйста, называйте меня Кристин.

– Хорошо. – Я смотрю в экран ноутбука. – Вам повезло, – говорю я, обращаясь к Мелани. – У Кристин номер 1, с видом на море.

Мелани переглядывается с мужем и визжит от радости. Вдруг она поворачивается к Кэти и замолкает. Улыбка сходит с ее лица:

– Кэти, теперь наши номера будут не рядом.

Кэти пожимает плечами. Кажется, ей от этого стало только легче.

– Ее номер будет как раз напротив вашего, – говорю я. – Поскольку отель очень маленький, все номера располагаются в непосредственной близости друг от друга.

Мелани смягчается.

– Кэти, тебя все устраивает? Ты же тоже приехала на отдых.

Девочка снова пожимает плечами:

– Виды меня не особенно волнуют.

Повернувшись к Кристин, Мелани спрашивает:

– А вы уверены, что готовы поменяться с нами номером? Вы же не обязаны это делать.

Еще как обязаны, говорит выражение лица Мелани и ее сжатые в замок руки. Вы сами это предложили.

– Я и так всем очень довольна, – отвечает Кристин. – Могла бы вечно смотреть на эти пейзажи. Здесь просто чудесно. – Она поворачивается ко мне. – Вам крайне повезло, что вы живете в таком красивом месте.

Я киваю:

– Да. Это точно.

Закончив разбираться с Кристин, Мелани и Малкольмом, я жестом подзываю к стойке регистрации последнего гостя – мужчину, неподвижно стоящего у двери. Он, не глядя на меня, подходит ближе и останавливается примерно в футе от стойки. Вдруг в тишине раздается оглушительный раскат грома, от которого мы оба подпрыгиваем на месте. Через две секунды свинцовые небеса пронзает молния, а дождь, тихо накрапывавший в течение последнего часа, резко начинает лить как из ведра.

Я смеюсь:

– Добро пожаловать на остров Рам!

Постоялец не отрываясь смотрит на разделяющую нас гладкую поверхность стойки. Этот гость моложе остальных – ему, наверное, где-то под сорок. Он брюнет, его волосы густые и вьющиеся, но при этом видны четко очерченные залысины. Несмотря на стройную фигуру, у него достаточно пухлые щеки и нижняя часть лица. На длинном широком носу поблескивают очки без оправы, за которыми видно, что мужчина часто моргает.

– Тревор Морган.

Он протягивает руку, и я уже собираюсь ее пожать.

– Нет. – Он слегка ударяет ладонью по столу. – Ключ.

– А, да. – Я мельком смотрю на экран ноутбука и поворачиваюсь к ключам. – У вас номер 2, он расположен в задней части отеля. Если пойти…

– Спасибо, я найду.

Он забирает ключ, и наши взгляды пересекаются. Мы смотрим друг на друга считаные мгновения, затем он тихо уходит на второй этаж, но меня еще долго преследует какое-то давящее чувство.

Через пятнадцать минут входная дверь открывается, и на пороге появляется Дэвид с двумя постояльцами: мужчиной и женщиной, оба примерно моего возраста. За их спинами виднеются рюкзаки. Первый гость – высокий мужчина с внушительной хипстерской бородой и длинными темными волосами, зачесанными назад и выбритыми на висках. Второй гость – плотно сбитая женщина среднего роста, блондинка с хмурым выражением лица. В отличие от нее мужчина пребывает в куда лучшем настроении. Проходя через вестибюль и громыхая тяжелыми ботинками по отполированному деревянному полу, он радостно приветствует меня.

– Джо Армстронг. – Он протягивает руку. – А вы, должно быть, Анна? Дэвид нам уже все про вас рассказал.

Улыбаясь, я отвечаю на его рукопожатие:

– Вот как?

– Я рассказывал только хорошее! – кричит Дэвид, вешая пальто на крючок. – Ну… почти.

С трудом обойдя Джо, к стойке приближается блондинка:

– Фиона Гардинер.

– Рада с вами познакомиться.

Я протягиваю ей руку, и она крепко ее пожимает.

– Что ж… э-э-эм… – Я набираю на клавиатуре имена гостей. Система показывает, что у них забронированы отдельные номера. – Мистер Армстронг, судя по нашим данным, у вас номер 6, из которого открывается вид на горы. Мисс Гардинер, у вас номер 3, с видом на море. – Я перевожу взгляд на постояльцев. – Вы можете выбрать, какой из двух вариантов вам нравится больше. Я отменю вторую бронь. Видимо, при бронировании произошла какая-то ошибка, поэтому мы не станем взимать с вас двойную плату.

– Прошу прощения? – Джо Армстронг изумленно смотрит на меня. – Я что-то не понимаю.

В глазах Фионы тоже читается удивление, и я чувствую, как мои щеки краснеют. Дэвид хихикает, открывая дверь в столовую. Он уже догадался о моей ошибке.

– Простите, я подумала, что вы вместе, – оправдываюсь я. – Когда вы вошли, я решила…

– О господи, да нет же! – Джо заливается смехом, но, заметив обиженный взгляд Фионы, быстро добавляет: – Я хотел сказать, что… Фиона прекрасна. Да, быть ее парнем, наверное, очень круто, но… – Он неловко проводит рукой по волосам. – Короче, мы не вместе. Мы даже не знакомы. Просто поболтали на причале, и все.

– Простите меня, это я все перепутала. – Я виновато смотрю на Фиону. – Я новенькая. Раньше никогда не работала администратором.

– Ясно. – Уголки ее рта приподнимаются, но это скорее ухмылка, чем искренняя улыбка. Она протягивает руку. – А можно я просто заберу ключ от своего номера?

– Да, конечно.

Я даю ей ключ с цифрой 3, а Джо – с цифрой 6.

– Может, вам помочь с вещами? – спрашивает Джо, видя, что Фиона поправляет лямку рюкзака.

– Не надо, спасибо, – холодно отвечает она. – Я и сама справлюсь.

Я снова поворачиваюсь к ноутбуку, пока они не спеша поднимаются по лестнице. Фиона идет впереди, Джо – за ней. Когда их шаги начинают раздаваться на втором этаже, прямо у меня над головой, Дэвид, смеясь, высовывается из дверного проема.

– Извини. Я мог бы тебя предупредить, но ведь получилось забавно, правда? – Он смотрит на лестницу. – Интересная же публика заселилась к нам сегодня. Думаю, за неделю они наведут здесь шороху.

13

Стив

Стив поднимает воротник пальто, про себя ругаясь из-за отсутствия зонта и телефона. В поисках паба под названием «Белый олень» он проходит еще одну улицу южного Лондона. И все же уж лучше идти без гугл-карт и навигатора, чем стать подозреваемым в деле об убийстве. Сейчас, кроме одноразового мобильника, лежащего в ящике его стола, и короткого телефонного разговора, нет никаких улик, связывающих его с Джимом Томпсоном, и он не собирается отказываться от этой тактики.

– Твою мать, да где же… А, вот он!

Стив останавливается у поворота в узкий, ничем не примечательный переулок, торопливо заходит в него и наконец толкает дверь «Белого оленя».

Переступив порог заведения, он удивленно вскидывает брови. Очередная богом забытая пивнушка, из которой сделали модный паб. Потолочные вентиляторы в колониальном стиле, состаренный пол, дубовая барная стойка и большой выбор крафтового эля. «Чертовы хипстеры», – бормочет про себя Стив, направляясь к бармену и заказывая пинту «Хайнекена». Они обожают делать вид, что живут в самодельных домах, едят с крышек от мусорных баков и воротят нос от технологий, но на самом деле они такие же капиталистические сволочи, как и все остальные.

Пригубив пиво, Стив скользит взглядом по посетителям в поисках Джима. С тех пор как они виделись в последний раз, прошло много лет, но он моментально узнает лысоватого мужчину в очках с толстыми линзами. Тот одиноко расположился в уголке, перед ним на столе лежит раскрытая газета. Когда-то давно (очень давно) они были не то чтобы подельниками (ведь Стив сидел за мошенничество, а Джим – за причинение тяжкого вреда здоровью), скорее единомышленниками: их объединяли взгляды на жизнь, схожее прошлое и едкое чувство юмора.

– Все путем?

Стив ставит свою пинту на стол и готовится сесть.

Джим какое-то время молчит. Он аккуратно складывает газету и запихивает ее в сумку, затем откидывается на спинку стула и долго внимательно смотрит на Стива.

Стива ужасно раздражает то, как учащается его пульс при этом взгляде, как бешено начинает колотиться сердце у него в груди. Он не должен бояться его. Ну, возможно, все-таки должен, на послужной список Джима так просто глаза не закроешь, но в конце концов они же… знакомые, если не друзья. Да и Джим сам предложил помочь.

– Все путем, тупица! – внезапно отвечает он.

Стив наклоняется, но не успевает увернуться от руки Джима. От удара его висок начинает ныть.

Мотая головой, Стив весело улыбается, его пульс потихоньку приходит в норму.

– Да мы оба знаем, кто тут тупица.

– Что ж. – Джим тянется к своей кружке пива. – Я спросил бы, как твои дела, но, кажется, это лишнее, правда?

Стив качает головой. Джим продолжает:

– В любом случае мне очень жаль твоего сына. Фредди наверняка был хорошим малым. Видит бог, ты все время только о нем и трепался.

– Да.

Стив пристально всматривается в лицо собеседника, в его маленькие карие глазки, которые из-за больших очков напоминают какие-то стеклянные шарики. Стиву не хочется вспоминать то, как он, сидя в тюрьме, получал от шестилетнего Фредди рисунки и письма с одним и тем же вопросом: папа, когда ты вернешься домой? Больше всего в жизни Стив жалел о том, что почти не видел сына маленьким.

– Итак. – Джим усиленно чешет нос ногтем. – Рад тебя видеть, Стив, но это непорядок. Клиентов здесь не шибко уважают.

Он косится на бармена, невозмутимо протирающего гейзеры для бутылок.

«Джим хочет казаться спокойным, а сам нервничает, – думает Стив, делая глоток пива. – Не только я боюсь снова угодить за решетку».

Поставив кружку, он кладет локти на стол и подается вперед.

– С момента нашего последнего разговора прошло немало времени, – говорит Стив, – поэтому я хочу убедиться, что все в порядке. Что это в самом деле случится.

Молчание и тишина теперь сводят Стива с ума. Суд состоялся менее полутора месяцев назад, и после бесконечных звонков друзей и близких, после небывалого ажиотажа в СМИ наступило затишье. Будто все вернулось на круги своя. Будто Фредди и не умирал. Все живут себе припеваючи, словно ничего не произошло. Но произошло кое-что очень серьезное, и, кажется, это чувствует только Стив.

– Я говорил тебе… – Джим понижает голос. – …что там, на севере, кое-кто уже прибыл на место.

– И…

У Стива холодеет внутри. Ему просто хочется поскорее покончить с этим, чтобы справедливость наконец восторжествовала, чтобы, придя на могилу сына, он смог сказать ему, что отомстил ей. Чтобы тот покоился с миром.

– Мой человек втирается в доверие, выжидает подходящего момента. Если действовать резко, можно все испортить. Он постарается обставить ее смерть как несчастный случай или самоубийство. Так будет проще.

У Стива перехватывает дыхание, и он с трудом выдавливает из себя:

– А если не выйдет?

Джим пожимает плечами и откидывается на спинку стула.

– А тебя это колышет? Ты хочешь, чтобы она умерла. Так она умрет.

14

Анна

3 июня, воскресенье

Второй день шторма

Этой ночью мне удалось заснуть только после двух. Не успела я закрыть глаза, как в моем сознании возникли лица Фредди, Питера и Мо, все с разинутыми ртами и ввалившимися глазами. Что, Анна, пытаешься уснуть после всего того, что ты натворила? Резко открыв глаза, я увидела их лица у себя над головой, они словно парили во мраке комнаты. Ты сделала это, Анна, ты разрушила наши жизни. Я перевернулась на другой бок и с головой залезла под одеяло, но как будто бы начала задыхаться. Я не могла дышать. И мы не можем, вторили голоса в моей голове. И мы не можем.

Казалось, что я проспала всего пять минуточек, но тут послышался стук в дверь. «Полшестого», – сказал Дэвид. Подъем. С трудом встав с постели, я залезла под душ и закрыла глаза. Теплая вода струилась по волосам и стекала по телу. Затем я укуталась в полотенце и подошла к окну своей спальни, чтобы взглянуть на холмы и темное, бесконечно простирающееся небо. Даже несмотря на барабанящий по стеклу ливень и асфальтово-серые тучи, вид был просто великолепен. В Лондоне я постоянно чувствовала себя маленькой, загнанной в угол, этакой мышью, спешащей по лабиринтам узких, переполненных людьми улиц. Промчавшись под городом на метро, я снова выбегала в бесконечный лабиринт. Каждый день меня ждал один и тот же маршрут, работа – дом, работа – дом, но я не могла найти выхода, потому что даже не пыталась его искать. По крайней мере, до аварии.

– Прошу прощения.

От звука низкого раскатистого голоса, который раздался у входа в отель, я подпрыгиваю на месте.

– Вы, должно быть, Гордон, – говорю я и поднимаюсь со стула.

Оставляя за собой след из капель дождя, к стойке идет высоченный бородач в непромокаемом плаще, доходящем до середины его мощных бедер, и ярко-синей шапке, надвинутой по самые глаза.

– А вы, наверное, Анна. – Пожимая мне руку, он подмигивает. – Да уж, это вам не кислая рожа Дэвида, от которой тянет блевать с утра пораньше.

– О, Гордон, неужели я слышу твой нежный голосок? – Из-за двери в столовую показывается голова Дэвида. На фоне Гордона с его сильным шотландским выговором кажется, что Дэвид разговаривает чуть ли не как аристократ. – Сейчас гости позавтракают и выйдут к тебе. – Он закрывает дверь и почти тут же открывает ее снова. – И вообще-то с лицом у меня полный порядок.

Смеясь, Гордон скрещивает руки на своей широкой груди и кивает мне:

– С нами не пойдете? Дождь вроде чуток стих.

Я мотаю головой:

– Я бы с радостью, но мне еще нужно прибрать номера, сменить постельное белье и подготовить все к обеду.

– Сменить постельное белье и подготовить все к обеду! – Гордон ужасно пародирует мой столичный выговор и опять смеется. – Теперь ясно, чего это Дэвид взял вас на работу. С вами это местечко становится как-то попригляднее.

– Неужели? А я думала, он взял меня потому, что других желающих на эту должность просто не нашлось!

– Ну, говорил он о вас лучше некуда.

От этих слов меня переполняет гордость, и я подпираю голову рукой.

– На этой неделе в школу не поедете?

– Не. Сейчас ведь каникулы. Хотя, если погода совсем испортится… – Он бросает взгляд на узкое окно рядом с входной дверью. – …мне, наверное, придется съездить и посмотреть, как там крыша.

Я уже собираюсь задать ему следующий вопрос, но тут дверь столовой распахивается, и на пороге появляется Кэти. При виде Гордона она встает как вкопанная, в спину ей упирается Мелани.

– Кэти, ну нельзя же так просто останавливаться посреди дороги. Я из-за тебя чуть не упала!

Мелани приветливо кивает Гордону и здоровается, подталкивая Кэти локтем в сторону лестницы. Идущий за ними Малкольм подходит к нам.

Он протягивает Гордону руку:

– Я так понимаю, вы наш гид.

– Все правильно понимаете. – Гордон пожимает руку Малкольма своей гигантской лапой. – Меня зовут Гордон Броуди.

– Малкольм Уорд. Я могу задать вам пару вопросов о нашем сегодняшнем маршруте, ведь так? Дело в том, что с нами четырнадцатилетняя девочка, и…

Когда Малкольм отводит неловко улыбающегося Гордона от стойки, из столовой выходят Фиона, Кристин и Джо. Проходя мимо, они дружелюбно кивают мне, а затем поднимаются в свои комнаты. Через пять минут гости, одетые в толстые свитера, уже стоят в общей гостиной, держа в руках рюкзаки. В тот момент, когда они натягивают непромокаемые куртки и походные ботинки, в дверях показывается голова Дэвида.

Он пересчитывает постояльцев, затем, хмурясь, переводит взгляд на меня:

– Кого-то не хватает.

– Да, Тревора Моргана. Он ушел из отеля где-то полчаса назад.

Все еще мучаемый Малкольмом, Гордон удивленно приподнимает брови:

– В одиночку?

Я киваю.

– Ну, надеюсь, он понимает, что делает. Если не знать рельефа местности, прогулка по острову может стать довольно рискованной. Особенно в такую погоду.

Малкольм фыркает:

– А нас не пугают дождь и грязь, правда, девочки?

Мелани улыбается и кивает. Кэти, у которой рукава джемпера торчат из-под парки и полностью закрывают руки, выглядит куда менее уверенно.

Гордон открывает дверь на улицу:

– Тогда идем.

Холодный ветер со свистом врывается внутрь, и я поеживаюсь от холода.

Когда последний постоялец закрывает за собой дверь, Дэвид опирается рукой о косяк и с улыбкой спрашивает меня:

– Ну что, как дела? Еще не хочется убраться отсюда на следующем же пароме?

– Нет, что ты!

Он смеется.

– Что ж, может быть, ты передумаешь, когда увидишь, во что наши гости превратили свои номера! – Он кивает в сторону столовой. – Давай-ка быстро выпьем кофейку, и я покажу тебе, что где лежит.

Дэвид сказал, что на смену постельного белья и уборку каждой комнаты у меня уйдет не больше двадцати минут, но уже в первом номере – у Джо Армстронга – я провела почти вдвое больше. Хотела, чтобы после меня все выглядело идеально. Однако открывать номер служебным ключом и проникать в чье-то личное пространство было как-то неловко. Глядя на разобранную, смятую постель, брошенный у стены рюкзак, висящую на стуле грязную одежду и вещи, беспорядочно раскиданные повсюду – на прикроватной тумбочке, письменном столе, полочке в ванной, – я чувствовала себя вором, который влез в чужое жилище. Но это ощущение постепенно прошло, и после перемены белья я без каких-либо угрызений совести брала с прикроватного столика книги, беруши, бутылку с водой и протирала пыль. В ванной я неосторожно взяла несессер, даже не проверив, закрыт ли он, и тихо выругалась, когда какой-то предмет глухо упал на пол. Это оказалась маленькая белая коробочка с названием «Акку-Чек мобайл». Тест-кассета только для глюкометра «Акку-Чек мобайл», предупреждала надпись в нижней части упаковки. Я с ужасом запихнула коробочку в несессер, надеясь, что внутри все цело и что у Джо в рюкзаке найдутся тест-кассеты про запас. Да, на другой стороне острова есть штаб службы спасения, куда можно обратиться за первой помощью, но, если у кого-то из постояльцев возникнут проблемы посерьезнее, нам придется по радио вызывать врача с большой земли. После того как с уборкой в номере было покончено, я решила, что обязательно признаюсь Джо в своей оплошности, как только он вернется.

Следующим был номер Кристин Сомс (очень опрятный, на столах и полочках не стояло ничего, кроме большой бутылки виски «Боумор»). Но когда я открыла дверь в номер Мелани и Малкольма, на меня нахлынула такая жуткая усталость, что пришлось присесть и перевести дух. Я спала где-то около двух-трех часов, не больше, и после неистовой уборки пары номеров моя энергия была на нуле. Мне хотелось лишь одного: подняться к себе, лечь и уснуть. Однако я не могла так поступить, ведь мне хочется выглядеть как можно лучше в глазах Дэвида. Вздохнув, я нехотя поднялась с кресла, прошла в ванную, умылась и проглотила таблетку «Про плюс»[221]221
  «Про плюс» – кофеиносодержащая биологически активная добавка для снятия усталости и придания бодрости.


[Закрыть].

Я вышла из комнаты Кристин двадцать минут назад, и мне нужно убрать еще два номера. Пройдя мимо комнаты Тревора Моргана – Дэвид передал мне его просьбу не заходить к нему до завтрашнего дня, – я открываю дверь в номер Кэти. Потом номер Фионы – последний на сегодня. После него у меня ноет спина и сильно болит голова, к тому же моя одежда пропиталась потом. На часах 12:30. Во время моей уборки Дэвид готовит обед, но принять душ я уже не успеваю – скоро вернутся гости. Поэтому мне остается лишь отнести швабру, ведро и чистящие средства в кладовку в конце коридора, поспешить к себе, быстро умыться и переодеть рубашку. В тот момент, когда я бегу вниз по лестнице, чтобы занять свое рабочее место у стойки, входная дверь распахивается, и на пороге появляется очень мокрая и взъерошенная ветром Кристин. Вслед за ней входит раскрасневшаяся Мелани. Холодный воздух врывается в маленькую гостиную, и мое тело покрывается мурашками.

– Как прогулка? – спрашиваю я гостей, пока они раздеваются, вешают куртки на крючки и ставят ботинки на специальную полку.

– Мы очень вымотались, – выдыхает Кристин, развязывая шнурки.

– А еще там скользко, – добавляет Малкольм, с трудом обходя ее.

Его брюки сзади забрызганы грязью. Когда он сдергивает с себя шапку, я вижу, как в свете лампы его лысина блестит от пота. Далее в вестибюль входит Кэти – чистое воплощение страдающего подростка.

– Да знаю я! – огрызается она, когда Мелани говорит ей снять запачканную обувь.

Последними входят Джо и Фиона. Джо весело кричит Гордону:

– До завтра, приятель!

Тот, стоя на пороге, машет ему рукой в ответ и закрывает дверь.

Джо выглядит очень радостным, а вот Фиона – недовольной и взволнованной. Пока все снимают мокрую одежду и расходятся по своим номерам, чтобы принять душ и переодеться, она, все еще в куртке и походной обуви, стоит, облокотившись спиной на дверь, и напряженно смотрит в экран мобильного.

– Ну что, как насчет обеда? – спрашивает Дэвид, внезапно возникая в дверях столовой, словно владелец магазина из «Мистера Бенна»[222]222
  «Мистер Бенн» (англ. Mr Benn) – британский анимационный сериал, где каждая серия начинается с того, что главный герой входит в магазин и его встречает загадочный лавочник. – Прим. ред.


[Закрыть]. Вестибюль заполняет аромат теплой выпечки. – Сегодня у нас суп, свежеиспеченный хлеб, картофель в мундире, сыр, ветчина, киш и салат.

Поднимаясь по лестнице, постояльцы дружно кивают в знак одобрения и бормочут слова благодарности. Когда Джо проходит мимо стойки, я делаю жест, чтобы привлечь его внимание. В это же время Фиона зовет Дэвида и, размахивая мобильным, направляется к нему через вестибюль.

– Да?

Джо широко улыбается мне и проводит рукой по мокрой от дождя бороде.

– Сегодня я прибиралась в вашем номере, – начинаю я, – и, кажется…

– Турагент обещал, что на острове будет нормальная мобильная связь, – говорит Фиона Дэвиду.

Тот стоит спиной ко мне, но даже по тому, как он сгорбился, я понимаю, что тон ее голоса ему не по душе.

– Я кое-что уронила в вашей ванной, – продолжаю я, переводя взгляд на Джо, который терпеливо ждет окончания моей фразы.

– Дэвид, я жду, что со мной свяжется…

Фиона ловит на себе мой взгляд. Мы встречаемся глазами всего на долю секунды, но этого достаточно для того, чтобы она понизила голос и я больше не слышала ее слов.

– Простите, отвлеклась, – говорю я Джо.

Он качает головой:

– Фиона почти всю прогулку жаловалась на то, что у нее нет сигнала. Вообще не понимаю, зачем она взяла с собой телефон. Она больше смотрела в экран, чем на виды вокруг.

– Сегодня утром сигнал вроде был. – Я достаю телефон из заднего кармана брюк, однако тут же убираю, когда вижу на экране надпись «Только экстренные вызовы». – Но сейчас связи действительно нет.

– Может быть, это все из-за погоды, – говорит Джо. – Пока мы гуляли, дождь лил как из ведра. Теперь чувствую себя наполовину рыбой.

Я смеюсь в ответ на его шутку:

– Простите, никак не даю вам подняться в номер. Скажу прямо. Убираясь в ванной, я случайно уронила кое-что из ваших вещей. Набор для определения уровня сахара в крови или что-то подобное. Он выпал из несессера. Я переживаю, что могла ненароком сломать его.

– Это было само устройство или кассеты к нему?

– Кажется… – Я силюсь вспомнить надпись на коробочке, но из-за усталости это дается мне с трудом. – Кажется, кассеты.

– Скорее всего, с ними все нормально. – От моих слов ему явно становится легче, и он снова улыбается. – Не переживайте.

– Хорошо, я рада.

Уже направляясь к лестнице, Джо вдруг останавливается и поворачивается в мою сторону. Он пристально смотрит на меня, и в его взгляде есть нечто такое, от чего у меня внутри все сжимается. В последний раз я испытывала подобное чувство, когда впервые увидела Алекса на шумной домашней вечеринке. В гостиной как будто бы резко наступает тишина. Кажется, что голоса Фионы и Дэвида звучат где-то вдали, а ветер за окном стихает. Я не могу отвести взгляд от глаз Джо, да и не смогла бы, даже если бы мне этого захотелось.

– Наверное, скоро увидимся, – говорит он, нарушая тишину.

На секунду я даже не понимаю, где я и что он имеет в виду.

– Ну, на обеде. – Джо кивает в сторону окна. – Хотя, если погода вконец испортится, мы все будем видеться куда чаще, чем предполагали. – Он смеется и неожиданно произносит, словно голос за кадром: – Грянул шторм, и им уже не убежать…

Я надеялась, что усталость, накрывшая постояльцев от дневной прогулки, не пройдет до самого вечера и после ужина каждый пойдет отдыхать в свой номер. Но нет, все, кроме Тревора и Кэти, решили задержаться в гостиной и чего-нибудь выпить. Сегодня Дэвид ушел к себе пораньше, поэтому мне пришлось остаться на рабочем месте. Я подливала гостям алкоголь, отвечала на их вопросы и решала проблемы до поздней ночи. Где-то после двенадцати, приведя в порядок гостиную, заперев входную дверь и проверив, все ли хорошо, я с огромным трудом преодолела два лестничных пролета, чтобы наконец лечь спать. Кое-как стянув рабочую одежду, я нацепила пижаму, умылась и почистила зубы. Затем добрела до кровати, рухнула на нее, зарылась в одеяло и закрыла глаза.