Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 64 (всего у книги 184 страниц)

Глава 31

– Благодарю вас, сэр, что согласились нас принять в столь поздний час, – сказал Дэвид.

Хозяин провел их в заставленную книжными полками библиотеку.

– Желаете что-нибудь выпить?

Было видно, что Генри Коттону идет уже восьмой десяток, однако он держался прямо и неплохо выглядел.

Дэвид, который левую руку отдал бы за стакан скотча, с удивлением услышал, как его собственный рот произносит слова отказа:

– Нам требуется ясная голова, сэр. Дело слишком серьезное.

– Но какое к нему отношение имеет мой внук?

– Мы пытаемся восстановить подробности биографии похищенной сегодня девушки-констебля. И полагаем, что ваш внук Ричард знал ее в детстве.

– Не уверен, что смогу это подтвердить, суперинтендант. Полагаю, вам известно, что Ричард – приемный ребенок. И детство его было очень тяжелым, намного тяжелей, чем этого заслуживают дети.

– У девушки тоже было тяжелое детство, мистер Коттон. Мы полагаем, что в какой-то момент они с Ричардом оказались в одной семье. Сейчас ее зовут Джемма Годдард.

– Да, я слышал это имя в новостях. Оно мне совершенно незнакомо.

– Нельзя ли нам поговорить с Ричардом, сэр? Разумеется, самым дипломатичным образом. Похищены наши коллеги, нам требуется любая возможная помощь.

– Думаю, что можно, суперинтендант, только он ведь больше со мной не живет. Уже два года как съехал. – В голосе старика зазвучали грустные нотки. – На съемной квартире вы его тоже сейчас не найдете. Он нередко куда-нибудь выбирается. Он в общем-то склонен к одиночеству, и даже когда работает над проектами для моей компании, предпочитает действовать независимо – так сказать, в отрыве от коллектива.

– Он работает в вашей компании?

– Когда-то работал, сейчас перешел на фриланс. Ричард очень одаренный. Поскольку он все же мой приемный ребенок, я хотел ввести его в совет директоров, однако он отказался. Ему нравится практическая работа, администрирования он терпеть не может. Понимаете, всякие бюджеты, финансы. Все это совершенно не его.

– А чем занимается ваша компания, сэр?

– У меня небольшая киностудия. – Мистер Коттон негромко рассмеялся. – Только не надо думать, что это нечто вроде Голливуда. Мы снимаем рекламные ролики. Иногда короткие, иногда длинные. К слову, очень высокого качества.

– А Ричард? Чем он занимается как фрилансер?

– О, он в нашем деле умеет все, что угодно, и я им очень горжусь. – Старик одобрительно поднял свой стакан и отпил глоток. – Несмотря на то что случилось с ним в детстве, он закончил университет с отличными оценками. И вообще, когда дело доходит до учебы, он все впитывает словно губка. После университета пришел к нам и настоял на том, чтобы начать с самого низа, чай для сотрудников заваривать. Последнее время в основном занимается компьютерной графикой и дизайном.

– У него есть мобильный телефон? Я очень хотел бы с ним поговорить.

– Телефон есть, суперинтендант, но вряд ли он ответит. Работая над проектом, Ричард полностью отрезает себя от мира. Кроме того, – старик опустил взгляд к дорогому ковру, – к сожалению, несколько месяцев назад между нами случилось определенное непонимание. Я все еще люблю его как самого себя, но боюсь, что в данный момент мы с ним не разговариваем.

Редпат почувствовал острое беспокойство.

– Могу я поинтересоваться, из-за чего вы поссорились?

– Ну а как оно обычно бывает с молодежью? Из-за денег, разумеется. – Гарри вдруг перестал выглядеть моложаво. – Ричард всегда отличался упрямством, а когда два года назад наконец вступил в права наследства, то настоял на том, чтобы обратить все акции, все инвестиции, которые я от его имени делал за эти годы, в наличные. – Он в отчаянии воздел руки вверх. – Насколько я представляю, вполне может оказаться, что юный болван хранит сейчас все наследство в наволочке под кроватью.

– У вас есть его свежие фотографии, мистер Коттон?

– Самая свежая, думаю, была сделана пару лет назад. – Подойдя к письменному столику, он выдвинул полку и достал небольшой фотоальбом. – Вот. Ричард делал снимки на местном благотворительном фестивале, а я тем временем снимал его самого. – Порывшись среди фотографий, старик отобрал три и передал Дэвиду. – Эти лучше всего получились.

Среди толпы Ричард в глаза бы не бросился. На первом снимке он, в обычной одежде, держал перед собой дорогой фотоаппарат. И улыбался группе женщин в одинаковых шортах, футболках и банданах, явно готовящихся к забегу. Симпатичный, волосы коротко подстрижены, телосложение стройное. Дэвид перевел взгляд на другой снимок, где молодой человек улыбался деду. На третьем снимке он, уже с несколько более серьезным лицом, снова искоса глядел на группу женщин. Дэвид вдруг обнаружил, что логотип на их темно-синих футболках ему прекрасно знаком. Это же полицейские! Причем улыбающийся молодой человек смотрел на одну конкретную девушку. Господи! Это же Джемма!

– Разумеется, вы можете их забрать, только будьте добры потом вернуть. Я запишу для вас его адрес и телефон, хотя, как я уже сказал, не думаю, что это поможет с ним связаться.

Пальцы Дэвида, когда он протянул старику фотографию, чтобы тот взглянул, слегка тряслись.

– Эти девушки на фото – его знакомые?

– Вряд ли. Ричард просто делал снимки для «Стандард». Он очень талантливый фотограф, местная пресса часто его нанимает.

– У вас есть какое-то представление, где он сейчас находится?

– Могу поспрашивать на студии. Может, там кто-нибудь знает.

– Очень важно, чтобы мы могли с ним побеседовать. Вот моя визитка. Если он вдруг объявится, прошу вас немедленно позвонить по этому телефону.

Гарри Коттон принял визитку и кивнул.

– Разумеется. Я уверен, что Ричард с готовностью окажет вам всю возможную помощь. – Он вдруг замолчал. – На всякий случай, суперинтендант, если это как-то поможет вам в поисках… На работе он не пользуется именем Ричард Коттон. Его профессиональный псевдоним, которым он подписывает фото и дизайнерские работы, просто Тед.

* * *

Снаружи, в машине, Дэвид показал фото Брину.

– Это ведь наша Джемма?

– Черт! Сэр, вы совершенно правы, и мне совсем не нравится, как внимательно этот придурок на нее смотрит, а вам?

– Мне тоже. – Дэвид даже сморщился от неудовольствия. – Ричарда Коттона нужно немедленно разыскать. Если он обратил уйму денег в наличные, то не исключено, что собрался свалить куда-то – очень далеко и без возврата.

– Может статься, та теория, что мишенью была Джемма, все-таки верна. Если этот Ричард-Тед ее так сильно ненавидит, он вполне мог задаться целью убить ее саму и всех, кто рядом. Включая шефа и сержанта.

– И похоже, что ему хватает средств, чтобы потом улететь туда, где очень жарко и где соседи будут звать его «амиго».

Вытащив мобильник, Дэвид набрал номер Ричарда; как и ожидалось, телефон был выключен. Выругавшись, он взялся за рацию и приказал патрульной машине подъехать по адресу, который дал им Гарри Коттон, – в какой-то паре кварталов от полицейского участка.

* * *

– Знаю, инспектор Хэммонд, что я вам не нравлюсь, но больше всего меня сейчас заботит Мэтт. – Эди был совсем не рад, что суперинтендант куда-то сорвался для срочного разговора. Ему не хотелось рассказывать подчиненному друга, как старший инспектор развлекался с сержантом. Так что он оставил эту часть истории в стороне и сосредоточился на теории посттравматического синдрома, а потом добавил: дескать, подполковник мог винить Мэтта в том, что его жена уделяет слишком много времени и энергии столь опасной работе.

– Вы полагаете, что он мог организовать похищение собственной жены? – По унылому голосу Джейсона было ясно, что идея его не вдохновила.

– Понятия не имею. Просто думаю, что неплохо бы его проверить, вот и все. Мне доводилось видеть людей, которые слишком долго были на фронте. Да их в любой армейской психушке пруд пруди! – Эди встал. – Просто не забудьте сказать суперинтенданту, ладно? При нынешних обстоятельствах потратить на это минуту-другую, надеюсь, не повредит?

* * *

Имя Тед Мэтту ничего не сказало. Да, перед ним фальшивый констебль Эдвард Деннис, но что их связывает? Может, Тед – преступник, которого он когда-то задержал? Отец или брат убитого ребенка?

– Надо же, как он тщится меня опознать… – В голосе убийцы ему почудилась странная нотка. – Однако в данный момент на твоем месте – и поверь, я знаю, что говорю, – я бы заботился совсем о другом.

– И о чем же? – прорычал Мэтт.

– Для начала – об ответах на кое-какие вопросы.

– Это я хочу услышать ответы на кое-какие вопросы!

– Я, я, я! – оскалился Тед. – Бедный Мэтти! Прямо все тяготы мира на твоих плечах!.. Да что ты знаешь о страданиях? Ничегошеньки!

Глаза собеседника пылали гневом, и Баллард понял, что уговорить этого человека будет очень непросто. Он решил попробовать другой подход.

– Извините…

– Ну да. И все проблемы разом решены, так? – Тед встал и не спеша подошел к Джемме. – А вот эта девушка, – он поднял ничего не выражающее лицо за подбородок, – о страданиях знает все. – Он отпустил голову, которая снова упала на грудь, и двинулся дальше по кругу. – И вот эта шлюха, она тоже знает все о страданиях. Во всяком случае теперь. – Он принялся рассеянно мять ее грудь.

Внутри у Мэтта вспыхнула ярость.

– Не трогай ее!

– Прошу прощения – а иначе что?

Баллард напрягся, пытаясь одолеть кожаные ремни, и закричал от бессилия.

– Хм, а этот? – Тед провел пальцем по грязной щеке мальчика. – По-твоему, он что-нибудь знает о страдании? – Убийца надавил посильней, ноготь впился в щеку. – Подозреваю, что да.

Мэтт ничего не мог сделать, не мог отогнать от них этого зверя. Он мог лишь говорить.

– Помнится, вы обещали «побеседовать».

Тед глубоко вздохнул и направился куда-то внутрь мельницы. Свет прожекторов ослаб, превратился в неяркое сияние. Мэтт стал осматриваться.

– Да, я собирался побеседовать. – Вернувшись, Тед подошел к креслу, уселся поудобней и сложил руки на коленях. – И раз уж мы так хорошо сидим, можно начинать. – Он вполоборота повернулся к Мэтту. – Для начала я задам кое-какие вопросы. Я буду внимательно наблюдать за твоей реакцией, и, если меня все устроит, я предоставлю тебе определенные привилегии. Все ясно?

– Какие еще привилегии?

– Поймешь в процессе разговора. Считай, что участвуешь в телевикторине, просто твои соперники могут выиграть или проиграть нечто более существенное, чем обычно. – Тед усмехнулся. – А результат зависит только от тебя.

По спине у Мэтта пробежал холодок.

– Итак, начали. Вопрос номер один. Готов ли ты нарушить правила ради того, кого любишь?

– Я ведь здесь, разве нет? Один, без «жучков»… Я бежал из участка, словно преступник, и никому не сказал, куда направляюсь. Так что ответ – да, я уже их нарушил.

– И ради кого именно?

– Ради кого, по-вашему? Ради моих коллег и ребенка, само собой!

– То есть, оставляя ребенка за скобками, это не ради твоей дочери и не ради женщины, с которой у тебя не слишком приличные отношения? Просто ради коллег?

Мэтт заколебался.

– Ради Лиз, Джеммы и Райана. Все они – невинные жертвы. Я нарушил правила ради них.

– Хорошо, я тебя понял. – Тед задумчиво погладил бороду. – И ты полагаешь, что они еще живы? А стал бы ты нарушать правила, зная, что они мертвы?

– Я обязан верить, что они живы. И потом, вы мне обещали, – добавил Мэтт.

– Однако, легавый, мне свойственно лгать.

– Да что вы говорите? Какая неожиданность!

Тед рассмеялся.

– Ладно. Следующий вопрос. Если – я подчеркиваю, если – окажется, что кто-то из троих все же мертв, то лучше кто?

– Как я, черт возьми, должен ответить? Я хочу, чтобы все трое были живы!

– Чисто гипотетически, кого из троих ты предпочел бы увидеть мертвым? Кто для тебя меньше всего значит?

– Я не стану отвечать! Я не могу!

– Время идет. Мне нужен ответ.

Тед, соскользнув с кресла, направился в центр круга, к подносам со шприцами.

– Тик-так. Тик-так. Отвечай, легавый. – Убийца нагнулся вперед, рука повисла над одним из подносов, потом над другим.

– Прошу вас, это неправильный вопрос. Прошу вас! – Глаза Мэтта метались между неподвижными телами. Совсем еще молодая Джемма? Лиз, его любовь? Или мальчик? Для кого-то из них его ответ будет означать катастрофу. – Умоляю, Тед! Как можно на такое отвечать?

Убийца, казалось, задумался над его словами. Присел на корточки, скорчил гримасу.

– Хорошо. Я сформулирую иначе. Если ты в состоянии спасти кого-то одного, то кого спасешь?

– Еще хуже! Я своим ответом не одного кого-то к смерти приговорю, а двоих! – Мэтт почти срывался на крик и изо всех сил старался сохранить остатки самообладания. – А ответить все равно невозможно. Вы мне постоянно напоминаете, что я полицейский, а значит, я обязан защищать человеческую жизнь. Каждую!

– Какая досада. – Тед переменил позу и уселся, скрестив ноги, перед шприцами – вероятно, содержащими смертельный яд.

– Тед, ну подумайте. – Мэтт попытался добавить своему дрожащему голосу хотя бы толику убедительности. – Вы и сами говорите, что лжете, как же мне выбирать? Я выберу одного из пленников, чтобы спасти, а вы вместо этого его убьете, или же решите, что я блефую, и убьете кого-то еще. При том, что все трое и так могут быть уже мертвы. Я не могу вам верить, а значит, не могу и выбирать.

Тед потер подбородок.

– Разумно. Решил подкинуть мне тему для размышлений? – Выдающим хорошую атлетическую подготовку движением он вскочил на ноги и шагнул к Мэтту. – У меня в любом случае есть одно важное дело. В мое отсутствие у тебя есть возможность принять очень важное решение. На этот раз вопрос будет не гипотетический. Не умозрительный. Ты можешь спасти кого-то одного. Я обещаю. Когда я вернусь, я разбужу всех троих – разумеется, если они еще живы. Тогда ты объявишь свой выбор.

Мэтт не успел вымолвить ни слова, а Тед уже зашагал прочь. Через мгновение свет погас.

Баллард от отчаяния завыл. Эхо отразилось от стен заброшенной мельницы, затем наступила тишина.

* * *

– Мы проверили адрес на Хоули-стрит, суперинтендант. Там пусто и идеальный порядок. Осталось лишь несколько предметов мебели, и похоже, что туда вызывали профессиональных уборщиков. – Констебль пожал плечами. – Криминалистов отправлять?

Дэвид кивнул, понимая, что это, скорее всего, бессмысленно, потом с надеждой посмотрел на худую физиономию Джейсона.

– Что у тебя?

– Прошу прощения, сэр, телефон, номер которого вам дали, выключен. Что будем делать?

– Наверное, проверим его коллег. Гарри Коттон обещал у них поспрашивать, но, полагаю, лучше мы побеседуем с каждым персонально. Я ему позвоню и попрошу список. – Суперинтендант стал листать блокнот в поисках номера. – А ты тем временем отнеси фото Теда Рори Уилкинсону. Раз он полагает, что убийца использует грим, то пускай проверит, не Тед ли скрывается под этой бородкой.

– Сэр? – Брин вдруг оторвал взгляд от экрана. – Разрешите побеседовать с соседями Теда по Хоули-стрит. Если это он гримировался под бородача, может статься, кто-то из соседей видел, как он выходит из дома в гриме?

– Молодец! Давай, и если сработает, немедленно звони!

* * *

В доме по адресу Хоули-стрит, 23 имелось три квартиры. В ближайшей к той, которую занимал Ричард-Тед, никого не было. Заглянув в щель для корреспонденции, Брин, к своему разочарованию, увидел только голые доски пола. Квартира этажом ниже выглядела значительно более многообещающе, поскольку к стене рядом с дверью оказался прислонен мокрый зонт.

Когда ее обитатель в конце концов откинул цепочку и чуть-чуть приотворил дверь, Брин не без удивления обнаружил за ней древнего беззубого старца, одетого в ветхий коричневый халат.

– Если хотите знать, молодой человек, в этом доме вообще творятся странные вещи! – заявил старец.

Брин показал удостоверение и все-таки добился, чтобы его пропустили в коридор, хотя о приглашении в гостиную и мечтать не приходилось. Судя по тому, что он успел заметить через полуоткрытую дверь, оно и к лучшему. А Джейсон еще жалуется, что у него в доме вечный беспорядок.

– Что вы имеете в виду, мистер Кулидж?

– Думаю, они обманывают домовладельца. – Старик недовольно поджал губы. – В договоре ясно написано: сдаются квартиры на одного жильца. Одна квартира – один жилец.

– А вы сэр, видели больше одного?

– Да их там вообще трое!

– Трое? – резко выдохнул Брин.

Старик яростно закивал.

– Трое, и шляются туда-обратно в любое время дня и ночи. Если бы блондин, который здесь первым поселился, не собрал на днях все вещички и не выехал, я бы написал на них заявление. Мало того, что жилье дорогое, так надо еще и местный налог платить – а они, выходит, и от него уклоняются. По отношению к честным законопослушным пенсионерам, таким, как я, это вопиющая несправедливость! Я всю жизнь плачу налоги, а молодым наглецам все сходит с рук, даже убей они кого!

– Совершенно с вами согласен, мистер Кулидж. – Брин достал из кармана фотографию Теда. – Первый – это вот этот, Ричард Коттон? Или он вам Тедом представился?

– Никак он мне не представлялся, его особо дружелюбным не назовешь. Но да, это точно он.

– А вот этот? – Брин передал ему фото бородатого.

– Верно, это еще один из них.

– А третий? Как он выглядел, сэр?

На лице старика появилось хитрое выражение.

– А я вам сейчас покажу, констебль. Обождите-ка.

Старик исчез в спальне. Оттуда послышалось щелканье клавиш и жужжание, потом мистер Кулидж снова появился перед ним.

– Я говорил, что собирался сдать их всех домовладельцу? Ну, я еще не выжил из ума и знаю, что нужны доказательства. Вот они. – В морщинистой руке он держал распечатанные на принтере листки. Две страницы, заполненные цифровыми фотографиями. На которых в дом заходили и выходили из него три разных человека. В углу каждой фотографии значились дата и время. Брин присмотрелся к третьему – и негромко выдохнул. Лицо ему было смутно знакомо. Этого человека он сегодня уже видел. И где? В участке! Он посмотрел еще раз, чтобы убедиться. Никаких сомнений!

– Могу я их забрать, сэр? Обещаю вернуть! – Торопливо поблагодарив старика, детектив-констебль кинулся вниз по лестнице, на ходу вытаскивая телефон. – Суперинтендант? У меня крайне важная информация! Могу подтвердить, что Ричард Коттон, также известный под именем Тед, и человек с бородой – одно и то же лицо. И это не все, сэр, у него есть еще одна маска! – Брин говорил и одновременно бежал к участку. Слегка задыхаясь, он добавил: – И я его видел с инспектором Хэммондом, сэр! В допросной!

* * *

Лаборатория находилась рядом с моргом в подвальном помещении фенфлитской больницы, меньше чем в километре от участка. Бросив один лишь взгляд на принесенные Брином фотографии, Дэвид немедленно отправился к Рори Уилкинсону, который обещал на время расследования никуда не отлучаться.

Коридор подвала был освещен несколькими слабыми низковольтными лампочками. Эхо шагов гулко отдавалось от стен, пока суперинтендант спешил к более яркому вестибюлю в самом конце.

Несмотря на поздний час, патологоанатом и несколько техников были на месте. Рори шагнул навстречу Дэвиду и протянул руку за фотографиями.

– Мне уже позвонили, суперинтендант. Давайте сюда, мы их сразу пустим в обработку.

Он открыл дверь и прошел в помещение, битком забитое компьютерами и сложным оборудованием.

– Готов ручаться, этого красавца вы еще не видели.

Рори указал на компьютер с огромным экраном и положил фото в подключенный к нему сканер.

– Если вы были правы, то потребуется каких-то несколько секунд. Саймон! Давай-ка сюда, показывай свое волшебство!

Техник в белом халате встал из-за стола, за которым работал, подбежал к ним и уселся перед необычно большой клавиатурой.

– На этот раз, дружище, у нас три фото! Найди, что между ними общего.

– Три, профессор? То, что нужно. – Пальцы молодого человека забегали по клавишам, экран ожил.

Изумленный Редпат смотрел, как на нем возникло несколько окон. В одном появились голова и плечи Ричарда Коттона на благотворительном празднике, в другом – бородатая физиономия, ухмыляющаяся в камеру в доме престарелых. В третьем окне оказалось увеличенное фото одного из соседей, сделанное стариком. Длинные черные волосы и очки в массивной оправе принадлежали «убитому горем» молодому человеку Джеммы, Рою Латимеру.

Не успел Дэвид присмотреться, как экран начал мигать, лица на нем – меняться, превращаясь во что-то другое. Кости черепа уменьшались в размере, потом увеличивались. Носы становились шире, глаза меняли цвет. В конце концов два лица, бородача и Роя Латимера, переместились по экрану и наложились на лицо Теда. Вокруг лица появилась цветная рамка, одновременно внизу экрана замигали слова «СООТВЕТСТВИЕ УСТАНОВЛЕНО! СООТВЕТСТВИЕ УСТАНОВЛЕНО!».

– Есть контакт! – с довольным видом объявил Саймон. – Три в одном! И отдельные аплодисменты за качество грима.

– Ну, помогло вам наше чудо? – с гордостью поинтересовался Рори.

– Еще как помогло, вот только не обосраться бы теперь от страха. – Дэвид не мог оторвать глаз от изображения Теда.

– Погодите, не уходите. – Уилкинсон придержал для него дверь. – Пойдемте ко мне, для вас есть еще отчет.

Они поспешили в кабинет.

– Вот. – Рори взял со стола листок с текстом и протянул Дэвиду. – Насчет последнего распятия. Найденного в одежде Гэбриэла. Оно совершенно новое и очень дорогое.

– В таком случае, что же оно делало на дешевенькой дерьмовой цепочке в кармане мертвого беспризорника?

– Полагаю, что Гэбриэлу оно никогда не принадлежало. Судя по тому, что с момента покупки к нему практически не прикасались, его подбросил преступник, чтобы создать видимость связи убийства с прежними. Вынужден вам сообщить, что это всего лишь его очередные штучки.

Дэвид попытался понять, что все это означает.

– А мы еще думали, ни хрена себе совпадение – стоило Мэтту рассказать про крестики, и тут же обнаруживается одежда с распятием.

Рори хмыкнул.

– Получается, информация от вас утекала прямиком к убийце?

– Боюсь, что да. Спасибо за все, что вы сделали. Благодаря вам мы теперь точно знаем, кто убийца. Осталось лишь найти его.

– Всегда рад помочь. – Улыбка тут же пропала с лица Рори. – Думаю, что, по крайней мере, одно обстоятельство все же работает сейчас на вас. Если бы я что-то планировал несколько лет, я бы постарался как следует насладиться результатами. И не торопился бы.

Дэвид повернулся, чтобы идти.

– Понимаю вашу мысль. Однако меня она скорее пугает. Одному богу известно, на что он способен, если дать ему время.