Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 184 страниц)

Глава 15

Некоторое время узенький коридорчик оглашался только звуком наших шагов, пока мы просто расхаживали по нему взад и вперед. Наконец Джерри стукнул в стенку своим манерным перстнем.

– Он всегда такой? – поинтересовался он.

– Почти. Послушайте: он не хочет сам выносить решение, чтобы его потом не обжаловали. Государственный защитник будет совсем не прочь взять дело, а вот это-то решение мы в жизни не оспорим. А другого он и не примет. Почему бы вам просто не предоставить дело мне? Чайлд окажется в хороших руках. Опыта мне не занимать. Лучшего адвоката он вряд ли найдет.

Джерри сложил руки на груди.

– И какими же ресурсами вы располагаете? У меня две сотни адвокатов и целая команда экспертов, которых я могу привлекать двадцать четыре часа в сутки. Ну а у вас сколько помощников?

– Вы прямо сейчас на них смотрите. Вместе с машинисткой и уборщицей.

– Вы делаете большую ошибку, Флинн.

– Не думаю. Я знаю судей и знаю, как с ними управляться. Вы можете привлечь хоть дюжину адвокатов, но прокурор просто пришпилит вас к стенке, потому что вы абсолютно не в курсе, как в таких случаях надо действовать. Хотя спорить не буду – дополнительные люди при уголовном разбирательстве всегда пригодятся…

– Вы просто не представляете, с кем связались. Лучше возьмите деньги.

Я вспомнил, что Синтон был тем самым человеком, которому это дело требовалось не меньше, чем мне. Если Дэвид Чайлд, как надеялся Делл, мог нанести «Харланд и Синтон» серьезный урон, тогда фирме нужно было представлять его в суде любой ценой – чтобы за ним присматривать. И проследить, чтобы он не заключил судебную сделку, сдав собственных адвокатов федералам в обмен на смягчение тюремного срока.

– Деньги мне не нужны. Мне нужно дело. Этот суд явно привлечет повышенное внимание средств массовой информации – отличная реклама. Это мое дело. На попятный я не пойду. И терять мне нечего. Раз уж мы оба не можем его представлять, то давайте просто пойдем сейчас к Ноксу и скажем, чтобы он привлек государственного защитника.

Сделав три шага, я положил было руку на дверную ручку кабинета Нокса, но Синтон быстро потянулся меня остановить.

– Погодите, погодите… Вот это уже интересней. Вы только что сказали, что мы оба не можем его представлять. А почему бы и нет? У меня – ресурсы; у вас – опыт. Можете взять на себя роль специального советника, или консультанта, или еще кого-нибудь в этом роде – обзывайтесь, как хотите. Все будет по-честному.

– Ни в коем случае, – отозвался я, поворачивая ручку.

– Постойте! Можете стать вторым адвокатом по делу. Это…

– Был очень рад познакомиться, – сказал я, приоткрывая дверь судьи Нокса на щелку.

– Да погодите же вы! – буркнул Синтон сквозь стиснутые зубы. – Ладно, первым. Но работаем на пару.

– Как вам будет угодно, – кивнул я, заходя в кабинет.

Нокс играл на своем мобильнике в Angry Birds. На столе перед ним остывала очередная чашка кофе.

– Ваша честь, мы достигли компромисса. Фирма «Харланд и Синтон» готова выступить в качестве второго адвоката по данному делу.

Судья кивнул, не сводя глаз от экрана смартфона.

– Рад это слышать, джентльмены. Слушание дела о выходе под залог начнется через пять минут. Просто подождите снаружи, сейчас подойдет обвинитель.

Синтон заглотил наживку. Кристина вляпалась во всю эту поганку только из-за Джерри Синтона и Бена Харланда. Я хотел подлезть к ним поближе. Может, получится самому отыскать что-нибудь, что удовлетворит Делла, – чего хватит, чтобы снять Кристину с крючка, не склоняя Дэвида Чайлда к тюремному сроку. Теперь у меня появился такой шанс. Я чувствовал, что поступить надо именно так. Нельзя было заталкивать Чайлда в тюрьму, не испробовав для начала что-нибудь другое, не попытавшись очистить Кристину каким-нибудь другим способом.

Джерри Синтон прислонился спиной к бледной стене коридора и медленно выдохнул. Он заполучил обратно своего клиента.

Я выиграл шанс для Кристины.

И наверняка подписал свой собственный смертный приговор.

Глава 16

Пройдя по коридору, Джулия Лопес с любопытством посмотрела на нас и постучала в дверь Нокса. Вслед за ней мы вошли в кабинет.

– Вернемся к делу «Народ против Чайлда». За последние несколько минут сторона защиты усилила свои ряды, миз Лопес. Надеюсь, у вас нет возражений, – сказал судья Нокс.

– Никаких, – подтвердила Лопес, поглядывая на Джерри Синтона.

– И исключительно для протокола: ваш клиент согласен с тем, что слушание будет проводиться в его отсутствие, мистер Флинн? – спросил судья Нокс.

– Совершенно верно, ваша честь. Не вижу резона тащить его на открытое слушание, на которое допущена пресса. Будем только рады обсудить этот вопрос прямо здесь, в приватной обстановке.

– Итак, каковы согласованные условия залога, господин советник?

– Нам требуется, чтобы подсудимый проживал… – начала было Лопес, но Синтон тут же ее перебил:

– Минуточку, ваша честь. Мы не запрашиваем его выход под залог. Мой клиент не желает в данный момент подавать подобное ходатайство. Это дело привлечет повышенное внимание средств массовой информации, так что…

– Ваша честь, первым адвокатом по делу выступаю я. Слова второго адвоката прошу оставить без внимания. Наше ходатайство на этот счет уже зарегистрировано в суде, и мы действуем в полном соответствии с инструкциями мистера Чайлда, который желает быть освобожденным под залог. С ограничениями по месту проживания мы согласны. Что еще? – спросил я.

– За исключением дней, назначенных для судебных слушаний, он ежедневно отмечается в ближайшем райотделе полиции не позднее тринадцати ноль-ноль. Сдает свой паспорт. Не принимает ни алкоголя, ни каких-либо наркотических веществ, за исключением выписанных врачом медицинских препаратов, и регулярно подвергается тестам на алкоголь и наркотики, которые могут быть проведены в любое незапланированное время, – объявила Лопес.

– Ваша честь, подсудимый…

– Мы согласны, – сказал я, прежде чем Синтон успел еще что-нибудь порушить.

– Залог назначается в сумме десять миллионов долларов. Предварительное слушание – завтра в…

– Ваша честь, мы готовы провести предварительное слушание уже сегодня днем, – сказала Лопес.

– Все бумаги подготовлены? – спросил судья.

Прокурорша вручила мне большой коричневый конверт.

– Все готово.

Почесывая подбородок, Нокс явно подумал о намеченной игре в гольф, которая накрывалась медным тазом.

– А какие у вас вообще мысли насчет предварительного слушания? Если это дело столь привлекательно для прессы, то я думал, вы вообще от «предвариловки» откажетесь, – произнес наконец он.

Большинство уголовных дел вроде убийства обычно обходятся без предварительного слушания, главная задача которого – решить, обладает ли обвинение достаточными доказательствами для привлечения подозреваемого к уголовной ответственности и для передачи дела суду присяжных. Доказывать собственно вину от стороны обвинения при этом не требуется. Ей нужно лишь доказать, что в действиях подсудимого наличествует состав преступления и что дело заслуживает судебного рассмотрения. Обычно, если таких доказательств хватает для ареста, без предварительного слушания можно запросто обойтись.

– Ваши предложения? – обратился ко мне судья Нокс.

У меня уже было довольно хорошее представление о том, что могло содержаться в документах обвинения. Прошлым вечером Делл изложил мне, что уже успели нарыть копы и до поры до времени решили придержать. «Предвариловка» была бы пустой тратой времени. Свидетельств там было достаточно, чтобы осудить Дэвида Чайлда дважды.

– Мы не отказываемся от предварительного слушания, – объявил я тем не менее.

Если б я не обращал внимания на обнаруженные доказательства и улики и просто слушал, что говорит Дэвид, то легко поверил бы ему. Он разваливался на части, но я не был готов позволить ему окончательно развалиться – только не сейчас. Мне нужно было самому взглянуть на улики, поговорить с ним опять. Мне хотелось иметь свободу выбора.

На столе у судьи Нокса затрезвонил телефон.

– Очень хорошо. Рассмотрение дела откладывается до шестнадцати ноль-ноль, – объявил он, снимая трубку.

Когда мы направились к дверям, судья остановил меня на полпути:

– Задержитесь-ка, мистер Флинн.

Лопес, Синтон и я разом повернулись к судье. Вид у него был потрясенный. Лицо побледнело, и я заметил, что на верхней губе собираются капельки пота. Слушая своего собеседника, он быстро двигал глазами – обрабатывал информацию. Наконец покачал головой.

– Он тут, у меня. Я ему скажу. Нужно провести полное расследование. Это возмутительно… Держите меня в курсе, Уилсон, – сказал в трубку Нокс. – Черт возьми! – взорвался он, швыряя трубку на рычаг. – Джентльмены, лучше вам поскорее спуститься вниз в изолятор. Вашего клиента только что порезали.

Глава 17

Если безостановочно колотить по нижней кнопке кабины, лифт быстрее не поедет. Синтон стоял в углу, приложив руку ко рту и повесив голову – глубоко ушел в какие-то свои мысли. С того момента, как Нокс ошарашил нас неожиданной новостью, адвокат не проронил ни слова.

– Ну давай же! – нетерпеливо повторял я, тыча в кнопку технического этажа.

Прикрыв глаза, уткнулся лбом в прохладную алюминиевую облицовку над кнопками. Стал тихо молиться, чтобы Дэвид был жив. В тот момент я понял, что стал ощущать к нему что-то вроде заботы. Выглядел он совершенно беспомощно, его внешний и внутренний миры рушились буквально у него на глазах. И за какие такие грехи? Он не убийца. Тех людей, которые готовы на трезвую голову разрядить пистолет в любимого человека, достаточно легко обнаружить. Характерные признаки социопатии обычно видны невооруженным глазом: нарциссизм, жестокость, оторванность от общества, предыдущие попытки насилия.

Чайлд не обладал ни жестоким характером, ни недостатком эмпатии, и даже хотя весь мир вокруг него рассыпался в прах, он не был зол – он был напуган.

Ну никак не мог такой паренек убить свою девчонку!

Я крепко зажмурился и попытался представить все, что знал про Дэвида. На такой уровень богатства не заберешься без того, чтобы никого не обидеть. И люди его положения обычно рук сами не пачкают. Если бы он хотел кого-нибудь убить, то всегда мог подрядить на это дело какого-нибудь другого человека.

Жаль, что я видел его только в тюремной камере – интересно, каков он без оранжевой робы, не охваченный леденящей паникой. Тогда бы я был окончательно уверен. На тот момент лишь одна интуиция подсказывала мне, что он невиновен.

А теперь его кто-то порезал…

Лифт замедлил ход, и под мелодичный звон гонга двери разъехались по сторонам. То, что в изоляторе неспокойно, я услышал еще задолго до того, как мы оказались на нижних ступеньках лестницы. Задержанные словно посходили с ума. Кровь буквально витала в воздухе. Охранники орали на заключенных, которые неистово трясли железные прутья, плевались и что-то вопили в ответ. На охранников нацеливались обвиняющие пальцы. Целый хор стал скандировать: «Кил-ла, кил-ла, кил-ла!» Один из охранников уже разматывал шланг, готовый окатить «обезьянник» мощной струей воды, когда со стороны служебных помещений меня поманил медик. Промчавшись вдоль камер, преследуемый по пятам громко топающим Синтоном, я нырнул в узенький коридор, ведущий к медпункту.

Замедляя бег, я вдруг поскользнулся, заплясал на полу и едва восстановил равновесие, ухватившись рукой за стену. В мокрых блестящих пятнах на полу отражались потолочные лампы. То тут, то там, на дверях, на стенах я заметил следы свежей крови. Обернувшись через плечо, увидел, что до самых камер тянется оставленная шваброй розовая дорожка. В медпункте тоже творилось что-то невообразимое. Окровавленные бинты и марля высовывались из переполненной корзины. Даже у медика на плече рубашки до сих пор оставалось кровавое пятно. Медицинская кушетка в углу тоже вся заляпана кровью – ее наспех протерли, но все же не до конца.

– Что случилось? – спросил Джерри.

– А это еще кто такой? – поинтересовался медик.

– Все нормально. Он со мной. Как наш парень? Выкарабкается? – спросил я.

– Когда «скорая» забирала, был еще жив. Жизненно важные органы выглядят не лучшим образом, плюс большая кровопотеря.

– Господи, да как же это вышло? – воскликнул я.

– Не знаю. Заорала сирена, и я увидел, как двое охранников вытаскивают его из клетки. Паренек был весь в крови. Руки сильно порезаны, и большая колотая рана прямо под ребрами. Так, сука, и хлещет! Тот, кто его ткнул, еще и нож кверху дернул – видать, кишки хотел выпустить, а потом по лицу здорово прошелся.

– А куда его повезли? – спросил Синтон.

– В Центральную, – отозвался медик.

– Никуда пока не уходите, – попросил я, но Синтон уже ломанулся к выходу. Хотел лично заполучить Дэвида – чтобы тот меня поскорей уволил. Я едва сдержался, чтобы не устремиться следом. Но сначала надо было выяснить, что тут случилось. И время на это было. Скорее всего, Дэвида отправили прямиком на операционный стол, так что Синтон доберется до своего клиента далеко не сразу. Господи, взмолился я про себя, только б это случилось не из-за меня! Вдруг тот черный бугай, который отобрал у Дэвида кроссовки, все-таки решил свести счеты?

Шум немного поутих – лишь самые отмороженные из задержанных продолжали лаяться с охраной. Я заглянул в подсобку. Здесь еще не прибрались, и я сразу заметил ведущие к столу кровавые следы. Нейл – охранник, который утром помог мне подобраться к Дэвиду, сидел, обхватив голову руками и глубоко склонившись над дымящейся чашкой кофе; обшлага рубашки все в крови. Рядом с ним пристроился какой-то коп с раскрытым блокнотом и шариковой ручкой наготове.

– Нейл, ты как? – спросил я.

Резко вздернув голову, он попытался выдавить улыбку, но безуспешно – закашлялся, вытер рот и откинулся на стуле.

– Тебе нельзя шастать тут без сопровождения.

– Да какое, на хрен, сопровождение? Я ориентируюсь в этом «обезьяннике» не хуже тебя. Медик сказал, что это ты вытащил парнишку. Мне нужно знать, что тут произошло, – сказал я.

– Он кто – адвокат? – спросил коп, нацеливаясь на меня ручкой.

– Все нормально. Это Эдди Флинн. Адвокат того парня. Присаживайся, Эдди, – отозвался Нейл. – В общем, рассказывать особо нечего. После того как прошел приступ, медик отправил Чайлда обратно в камеру. Тот пробыл там две, от силы три минуты, и вдруг слышу – начинается какой-то базар. Ничего необычного, такое тут сплошь и рядом. А потом замечаю, как тот мексиканец – весь в татухах, без рубахи – подваливает к Чайлду и что-то ему говорит. Еще секунда, и он его достал бы, но твой клиент вдруг вскакивает, загораживает Чайлда и принимает весь удар на себя. У меня ушло десять, может, двадцать секунд, чтобы добраться до них и вырубить того урода, но было уже поздно. У мексиканца была заточка. Не знаю, где он ее спрятал, – может, в заднице, иначе при обыске точно нашли бы. Мы отделили Попо от остальных, очистили пространство и начали им заниматься, но все без толку, так что оттащили его в медпункт. Молодчина – он фактически спас Чайлда.

– Что-то я не пойму…

– Попо! Ты что, ничего не понял? Мексиканец пытался наехать на Чайлда, стал ему что-то предъявлять. А потом вдруг вытащил перо и набросился на него. В последнюю секунду Попо вскочил и принял удар на себя. Храбрый малый. Может, малость туповатый, но храбрый.

– Господи… Попо! Он никогда бы этого не сделал, если б я не попросил его присматривать за Чайлдом!

– Он выкарабкается. Парень не слабак. И мы достаточно быстро его вытащили.

Навалившаяся на меня тяжесть словно стала еще тяжелей. Закружилась голова. Затошнило. Черт, это ведь я Попо во все это впаял!

– А где Чайлд?

– У него опять паническая атака[100]100
  Острый приступ тревоги и страха с целым набором физиологических проявлений: учащенным сердцебиением, одышкой, нарушением двигательных функций и т. д., причем обычно эндогенный – случившийся, что называется, «на ровном месте». Непрофессионалы нередко употребляют этот термин и по отношению к приступам паники, вызванным вполне понятной причиной.


[Закрыть]. Сунули его пока в одиночку этажом выше. Поставили охранника у двери, но он не может торчать там весь день. У меня каждый человек на счету.

Мне захотелось воздеть руки и возблагодарить Господа, что билет Кристины к свободе все еще дышит, но я не смог. Попо – наркоман, стукач, вор и вообще персона, меньше всего подходящая на роль героя во всем городе, – только что совершил благородный поступок и спас жизнь миллиардера. Прикрыв внезапно потяжелевшие веки, я с нажимом провел пальцами по глазам и крепко потер макушку. Попо мог пойти на это только ради меня. Заметил налетающий удар и вмешался – из верности ко мне, которой я не слишком-то заслуживал – и предотвратил убийство. Или, может, я просто недооценивал Попо… Да, он наркот и преступник, но наверняка было в нем и что-то еще. Может, он поступил так, поскольку просто счел, что в такой ситуации нельзя поступить иначе.

– Как узнаешь что-нибудь про Попо, сразу сообщи мне.

Я повернулся и направился к выходу. В результате происшествия в рядах охранников возник недокомплект – одного пришлось отправить наверх присматривать за Чайлдом, все были раздражены и взвинчены. Теперь уже никаких незапланированных посещений. Отныне все силы были брошены только на то, чтобы восстановить порушенный было порядок отправки задержанных к судьям и возвращения оттуда за решетку. Все сильно замедлилось. Мне это было только на руку. Интересно, скоро ли Синтон осознает свою ошибку – поймет, что в больницу отправили Попо, а не Чайлда? Пожалуй, у меня не более получаса.

– Спасибо, Нейл. Если б не ты, Попо сегодня не жить.

– Видать, наркота не совсем еще ему мозги проела. При поступлении выглядел он не лучшим образом – в жизни б не подумал, что парень настоящий боец.

Тут в голове у меня возник вопрос, требующий немедленного ответа:

– А тот мексиканец – сколько он пробыл в камере перед тем, как напал на Чайлда?

– Хм… Наверное, где-то с полчаса – может, чуть больше. Его привезли сразу после того, как ты забрал Дэвида в переговорную.

Кивнув, я вышел, оставив Нейла давать показания копу. Вызвал лифт. В ожидании его заметил охранника, который вытирал белую доску за регистрационной стойкой. Табличка над доской гласила: «Дней без серьезных происшествий». Охранник стер цифру «87», снял колпачок маркера и изобразил на доске жирный ноль.

Пора была связаться с Деллом.

Сообщить ему, что я заполучил клиента.

И что наша сделка отменяется.

Глава 18

Направляясь к выходу и переходя улицу напротив здания суда, никакой слежки я не заметил. Черный внедорожник поджидал меня возле круглосуточной химчистки под названием «У Джека». Бросив пару купюр в руку незнакомому продавцу газет, я подхватил по экземпляру «Нью-Йорк таймс» и «Уолл-стрит джорнал». Еще раз оглядел улицу. «Хвоста» не было.

Задняя дверь внедорожника распахнулась.

– Ну как дела? – поинтересовался Делл, когда я устроился рядом с ним, бросил папки с делом на кожаное сиденье, пристроил сверху газеты и захлопнул дверь.

– Была попытка устранить Дэвида. Какой-то мексиканец попробовал заколоть его прямо в «обезьяннике», но вмешался мой клиент, Попо. Не факт, что он выживет. А вот с Чайлдом все вроде ничего. Это может определенным образом помочь нам, и поверьте – сейчас нам за любые такие вот шансы надо хвататься. Джерри Синтон ухитрился пролезть ко мне вторым адвокатом, иначе было никак.

Делл покрутил в воздухе указательным пальцем, и внедорожник влился в поток машин. Я заметил, что агент постоянно шарит взглядом по автомобилям и пешеходам вокруг нас – проверяет, нет ли слежки. У водителя впереди была короткая стрижка, а пальцы левой руки, лежащей на руле, стянуты вместе повязкой. Когда мы остановились на светофоре, он демонстративно обернулся и обвел меня хмурым взглядом.

– С агентом Вайнстайном вы уже знакомы, – поспешил просветить меня Делл.

– Ну как палец? – спросил я.

Мой знакомец – из тех двоих, которым я выдал по первое число у себя в офисе, он был похудощавей – с улыбкой показал мне правой рукой «фак» и резко отвернулся. Его босс еще с полквартала продолжал неотрывно смотреть в заднее стекло, высматривая «хвост», после чего нацелился взглядом на меня.

– Вторым адвокатом? Как вы это допустили? – спросил Делл. Я ощутил у него в голосе металлические нотки.

– Ваши люди должны были удерживать его на месте ДТП как можно дольше. Он появился раньше, чем я рассчитывал.

– Синтона прикрывает служба безопасности фирмы. У «Харланд и Синтон» есть команда из шести бывших морпехов. Они якобы приглядывают за адвокатами и документами, но на самом деле, как мы считаем, это обычные «быки», обеспечивающие силовую поддержку всех тамошних махинаций – сами знаете, какие суммы черного нала там крутятся. Возглавляет эту команду некто Джилл – не только бывший вояка, но еще и бывший сотрудник Департамента полиции, мужик умный и жестокий. Вот эта-то служба, скорее всего, и вмешалась. Думаю, что кто-то из них позвонил Джиллу, а у того наверняка какие-то завязки в полиции, потому что копы, которые удерживали Джерри, получили вызов по радио, и сразу же после этого вызова его отпустили. Офицер на месте происшествия сказал мне, что такое распоряжение он получил от своего лейтенанта. Что, мол, если б он задержал Синтона подольше, то кто-нибудь мог заподозрить, будто у копов есть какой-то личный мотив. А где сейчас Синтон?

– Мы оба подумали, что зарезали Чайлда. Сейчас он по пути в Центральную больницу. Пожалуй, у нас где-то с полчаса до того, как он поймет, что Чайлд по-прежнему в здании суда.

– А вы уверены, что этот мексиканец хотел убить именно Чайлда?

– Это то, что я слышал. Похоже, что фирма попыталась от него избавиться.

Из лежащей у него на коленях коричневой картонной папки Делл извлек черно-белую фотографию. Проделал он это, лишь слегка приоткрыв папку, чтобы я не увидел остального ее содержимого, но я все же углядел в ней толстенную кипу бумаг, явно имеющую отношение к «Харланд и Синтон». На фото был крупным планом изображен парень примерно моего возраста – может, разве что чуть ближе к сорока, крепкого телосложения, с песочного цвета светлыми волосами. Челюсть у него была такая, будто разгрызть бейсбольную биту для него – плевое дело. Это был не тот тип в черном пальто и сером свитере, который таращился на меня в холле возле судебного зала номер двенадцать.

– Вот он – Джилл. Остерегайтесь его. Он крайне опасен. Фирма готова убивать, чтобы прикрыть свои делишки, и за всеми подобными операциями у них как раз и стоит Джилл. Я бы сказал, что это он и организовал поножовщину в «обезьяннике». Вам нужно удалить Синтона со сцены. У вас не выйдет оказать давление на Чайлда, если Синтон будет стоять у вас над душой. Как вы собираетесь от него избавиться?

– На данный момент – никак. Мне он нужен. Правда в том, Делл, что я далеко не уверен в виновности Чайлда. Должен быть какой-то другой способ. Какой – я пока не решил.

– С чего это вы решили, что он невиновен?

– Просто знаю. Парнишка не из таких. Могу сказать это с полной определенностью.

– Может, объясните это вашей жене, когда она получит больше века отсидки за отмывание денег, полученных преступным способом? Пусть этот «парнишка» не сбивает вас с толку. Он – миллиардер, и к миллиардам своим пробился, растоптав по дороге множество безвинного люда; не забывайте это.

– Тормозните на секундочку. Вам ведь просто нужна оперативная информация, так ведь? Счета, банки, контракты – любые свидетельства, позволяющие уличить Бена Харланда и Джерри Синтона? Я прекрасно знаю, что вам требуется для успешного предъявления обвинения, но ничего подобного от Чайлда вы не получите. Этому парню не нужен навар от отмывания грязных денег. Он не при делах. Ничего он не знает, Делл. Обычный терпила. Такая же жертва, как любой из богатеньких простаков, которые вливали бабло в «Харланд и Синтон». Я добуду свидетельства, которые вам требуются, но сделаю это по-своему.

– Хорошо же этот парень запудрил вам мозги, Эдди! Я-то думал, вы знаете, что делаете; думал, мы обо всем договорились… Доказательства, деньги и показания в суде в обмен на свободу вашей жены. Не так-то много и требовалось.

– Это было до того, как я увидел его собственными глазами. Он такой молодой – и уже просто на части разваливается. Я люблю жену, но приносить в жертву чью-то жизнь даже ради нее не стану. Не стану, если есть какой-то другой способ. Я прослежу, чтобы вы получили все, что вам требуется, и оставили Кристину в покое. Но мне нужно знать, что именно связывает Чайлда с фирмой и что у него на них есть. Вы должны мне об этом рассказать.

Я отдал ему фотографию. Делл аккуратно убрал ее обратно в папку, которую бросил на сиденье между нами. Вздохнул, подался вперед. Провел руками по лицу, что-то пробормотав про себя, после чего заговорил четко и ясно:

– У нас был договор. Был план. Я не люблю людей, которые не держат слова, Эдди. И я не люблю, когда мелкие жулики, пусть даже и бывшие, объясняют мне, что надо делать. Терпеть этого не могу.

Он вновь откинул голову на подголовник сиденья. Не снимая очков, протер пальцами глаза – замедленными, тщательно выверенными движениями, словно пытаясь прогнать сон, которого лишился с того самого момента, когда Чайлда ровно сутки назад замели копы. Я видел, что левый глаз у него подергивается от тика, и чуял легкий запах пота у него со лба. Морщинки у него под глазами стали с момента нашей прошлой встречи еще глубже.

– Будем придерживаться первоначального плана. Улик против Чайлда более чем достаточно, чтобы осудить его за убийство подружки. И знаете почему? Потому что он на самом деле ее убил, Эдди. Скажите ему, что можете его выручить. Скажите, что можете спасти ему жизнь. Скажите, что можете предложить ему просто офигительную сделку. Что всего-то нужно, чтобы он чистосердечно выложил всю информацию о фирме. Пять лет – это тьфу. За убийство – просто подарок. Если он откажется, то сядет пожизненно.

– Нет. Либо я ухожу, либо вы рассказываете мне, что у Дэвида есть на фирму.

– Это слишком рискованно. Придется действовать моим способом. У Чайлда возникла проблема. Вы готовы предложить ее решение. С этой информацией он расстанется только так, и не иначе.

– Вы можете получить ее через меня, – сказал я.

Делл некоторое время внимательно меня изучал, прикидывая возможные варианты – решал, насколько мне можно довериться. Я бросил взгляд в зеркало заднего вида. Ближайшая от нашего внедорожника машина катила в добрых тридцати футах позади, и ехали мы со скоростью около двадцати миль в час. Я уже знал, каким будет ответ Делла – равно как и то, каким будет мой следующий ход.

– Нет, – он покачал головой.

– Тогда и говорить не о чем, – сказал я, просовываясь между передними сиденьями и дергая на себя ручной тормоз. Массивный внедорожник резко клюнул носом на заблокированных колесах. Голова водителя стукнулась о грудь – ремень безопасности держал крепко.

Правым плечом я заранее прижался к переднему пассажирскому креслу, изготовился. Делл влетел физиономией прямо в водительское кресло, папки слетели на пол, а автомобиль, который ехал за нами, под негодующий вой гудка успел остановиться чуть ли не впритык к нашему заднему бамперу.

Я подобрал свои папки и газеты, открыл дверь и объявил:

– Ну, я пошел. Управляйтесь без меня.

Водитель, Вайнстайн, уже малость оправился от шока и теперь крыл меня на все корки – слово «псих» было на тот момент в его лексиконе, пожалуй, самым мягким определением.

Вдруг – рука у меня на плече. Я приготовился к тому, что меня решительно и жестко втянут обратно – ан нет. Прикосновение оказалось чуть ли не умоляющим.

– Да ладно вам, – произнес Делл.

Захлопнув дверь, я уставился вперед, придерживая положенные на колено папки и ожидая продолжения. На Делла я не смотрел. Как только наш внедорожник опять потихоньку тронулся с места, негодующие гудки сзади стали понемногу стихать.

– Не вздумайте опять отмочить что-нибудь в этом роде, – пробурчал Вайнстайн.

Делл шумно вздохнул и все выложил:

– В том, чем располагает Дэвид Чайлд, нет ничего незаконного. Вообще-то все более чем законно. Самое слабое место в любой операции по отмыванию денег – это люди в цепочке. Короче говоря, Дэвид Чайлд предоставил фирме техническое решение, как это слабое место исключить. Вместо того чтобы передавать деньги через множество рук, теперь их можно перемещать между счетами простым нажатием кнопки.

– Это вы о чем?

– Он разработал для фирмы электронную систему безопасности. Этой адвокатской конторе часто приходится иметь дело со значительными денежными суммами, которые перемещаются между клиентскими счетами, и это требует абсолютно надежной системы безопасности, недоступной для хакеров. Так что Дэвид разработал соответствующий компьютерный алгоритм. Основанный на тех же принципах, что и «Рилер», – сочетании случайных и целенаправленных последовательностей. То, что Дэвид установил подобную систему компьютерной безопасности в «Харланд и Синтон», само по себе абсолютно законно, но, как выяснилось, с ее помощью можно совершенно безопасно и без всяких хлопот отмывать огромные денежные суммы. По сути, лучшего способа никто пока не придумал.

– Но разработана она была все-таки не для того, чтобы отмывать деньги?

– Вот именно. Скажем, система, установленная Дэвидом, обнаруживает угрозу хакерской атаки. Если та достаточна серьезна, программа начинает перекидывать все деньги со счетов фирмы и клиентов на какие-то другие. Миллионы и миллионы долларов, которые обычно спокойно лежат на сотнях счетов клиентов фирмы, приходят в движение. Программа дробит их на куда более мелкие суммы – не более десяти тысяч долларов – и отправляет их в свободное цифровое плавание по случайному алгоритму через сотни других счетов – чтобы защитить их от хакера. Как только процесс пошел, их уже не отследить, но ровно через семьдесят два часа все разрозненные деньги возвращаются на один секретный счет. Естественно, к тому времени, как попадают туда, они уже абсолютно чисты. Фирма имеет право «протестировать» систему абсолютно в любой момент – чтобы убедиться, что все работает как надо. Поскольку деньги дробятся на суммы менее десяти тысяч, Закон о банковской тайне[101]101
  Закон о банковской тайне (англ. Bank Secrecy Act), несмотря на свое название, в основном определяет, при каких условиях эта самая тайна может быть нарушена.


[Закрыть] в той его части, что касается противодействия отмыванию денег, к ним неприменим – такие переводы разрешается осуществлять с меньшим числом формальностей и без всяких дополнительных проверок участвующих в сделке сторон и ее юридической чистоты. В том-то и вся суть отмывания денег – на каждую долларовую бумажку ты как бы получаешь паспорт. Весь этот процесс включает три стадии: размещение, расслоение и интеграцию. Сначала деньги размещаются в акциях каких-либо несуществующих предприятий, а потом «Харланд и Синтон» запускает свою программу в тестовом режиме, в процессе движения денег от одного законного счета к другому законному счету раздробленные на мелкие доли средства перемешиваются со слоями сомнительного происхождения, и через семьдесят два часа все деньги – и грязные, и законные – оседают на одном счету.