Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 71 (всего у книги 184 страниц)

Глава 12

Где-то дальше по коридору с лязгом закрылась сдвижная зарешеченная дверь. Металлический лязг этот гулко разнесся по крошечной переговорной. Даже при плотно закрытой двери все эти звуки были здесь отлично слышны – пьяные вопли, пение, молитвы…

Чайлд утер лицо. Шмыгнул носом, выпрямился.

– Я еще до ухода из квартиры знал, что случится что-то плохое. Когда проверил почту на телефоне, там было семнадцать новых сообщений. Нечетное число. Терпеть не могу нечетные числа, так что знал, что случится что-то плохое и в этом будет моя вина. Я знаю, что это полное идиотство, но со мной уже давно так. Доктор диагностировал…

– У нас очень мало времени, Дэвид. Подробности можем обсудить позже. Давайте в общих чертах, что там случилось с вашей подружкой.

– Я оставил Клару у себя в квартире – она только что ко мне переехала. Отправился на работу, остановился на светофоре в паре кварталов от дома. Каждую пятницу в половине девятого вечера у нас в «Рилере» совещание – смотрим результаты за неделю, подправляем маркетинговые планы, обмениваемся свежими идеями. Загорелся зеленый, и я тронулся через стоп-линию. Может, всего футов на двадцать выехал на перекресток, когда этот урод меня стукнул. Проскочил на красный и врезался в мой «Бугатти». Как только он вылез из машины, я сразу почувствовал, что от него несет перегаром. Стал мне угрожать. Подъехала полиция, и… Начали спрашивать, что случилось. Ну я им все рассказал, и тут один из копов говорит мне, что тот, другой водитель видел у меня в машине пистолет – на коврике под ногами. Я говорю ему, что это какая-то ошибка, но он уже идет к моей машине. Клянусь вам, мистер Флинн, этого пистолета я и в глаза не видел! У меня нет пистолета. Я стал уверять, что пистолет не мой, но он меня все равно арестовал. Я думал – ну, штраф там выпишут, или еще чего по мелочи. Продержали в районном отделении несколько часов. Отобрали одежду, взяли мазки с лица и рук, сняли отпечатки пальцев. Я думал, это обычная процедура. Позвонил Джерри Синтону, тот приехал. А потом сказали, что Клара мертва. Что ее застрелили. И что тело лежит у меня в квартире. Я… я…

Паника опять перехватила ему горло, и я увидел, как в глазах у него снова набухают слезы.

– Я оставил ее в квартире около восьми вечера. Поцеловал на прощание. Она была жива, когда я выходил из дому. Клянусь.

– Итак, вас допросили. В присутствии Джерри. Вы рассказали копам то же самое, что и мне?

– Да, я сказал им правду. Мне нечего скрывать.

Если он и лжец, то настоящий мастер своего дела.

– А почему вы сказали мне, что она погибла из-за вас?

– Чертово нечетное число! Я знал это. Кто-то, наверное, вломился ко мне в квартиру, чтобы меня ограбить, и… и наткнулся на нее. У меня нет пистолета. Я этого не делал… Я… это не я… Я бы не смог.

Грудь его начала резко вздыматься, глаза остекленели. Руки заходили ходуном, и прямо перед тем, как он навалился на стол, лицо покрылось мертвенной бледностью. Потом голова его резко упала на грудь. Я подхватил его, прежде чем он успел упасть со стула, положил на бок, пинком распахнул дверь переговорной и позвал на помощь.

Хватая воздух ртом, Дэвид ухитрился кое-как произнести:

– Джерри… Джерри… сказал… Никакого залога… никакого залога… Никаких журналистов… Не выпустят меня под залог… Типа как убегу…

– Успокойтесь. Заткнитесь и просто дышите.

Ворвался кто-то из охранников, присел на корточки рядом с Дэвидом, поднял взгляд на меня. Дэвид уже терял сознание.

Молоденький охранник, в больших глазах которого читалось откровенное сочувствие, выбежал из переговорной и вскоре вернулся с маской и небольшим кислородным баллоном. Мы вдвоем усадили Дэвида спиной к стене. Тот еще успел пару раз в полном отчаянии втянуть в себя пару пшиков из аэрозольного ингалятора, и охранник сразу же нацепил ему на лицо кислородную маску. Посидели так несколько минут, пока Дэвид пытался совладать с собой. Вдохи понемногу становились все глубже и реже.

Наконец, скинув маску себе на грудь, он выпалил:

– Джерри сказал, что залога мне не видать как своих ушей!

Вот он, мой шанс! Я встал, открыл свою папку, вытащил оттуда лежащий прямо сверху четырехстраничный документ и положил его Дэвиду на колени.

– Что это?

– Поручение на ведение дела в суде. Договор. Как только вы это подписываете, я становлюсь вашим адвокатом. Организую вам выход под залог, и ни один газетчик про это не прознает. Все, что вам надо, – это только поставить подпись, – сказал я, вручая ему свою авторучку.

– Но Джерри сказал, что меня никогда не выпустят под залог! У меня четыре личных самолета. Я, типа, могу скрыться. И если кто-то подаст прошение о выходе под залог, то пресса… Она… она просто лопнет от радости, – пропыхтел он. Страх опять грозил полностью сдавить ему грудь.

– Просто подпишите. Вы больше и дня в тюрьме не проведете. Я вас вытащу. Но мне нужны законные основания. Подписывайте, и я займусь всеми вашими проблемами, Дэвид.

Пока тот поспешно ставил свой автограф, ручка так и плясала у него в пальцах. Я взял у него документ и подсунул склоняющемуся над ним охраннику.

– Поскольку его малость потряхивает, засвидетельствуйте, пожалуйста, тоже.

Охранник посмотрел на бумагу, словно на паука, и отвел мою руку.

– Послушайте, это просто для подстраховки, – стал объяснять я.

– Да не парься, подписывай, – послышался голос Нейла, возникшего в дверях. Молодец – заглянул проверить, всё ли у меня в порядке.

Я глянул на бейджик на груди у охранника – «Дэррил Уайт». Убедился, что он поставил подпись, не забыл указать инициалы и дату.

– Тут есть врач? – спросил я.

– Осматривает как раз одного из завсегдатаев, – отозвался Нейл.

– Разрешишь ему взглянуть на этого парня? Может, даст ему чего-нибудь успокаивающее…

– Запросто. Ну давай, сынок. Теперь ты в надежных руках, – сказал Нейл.

Совместными усилиями мы поставили Дэвида на ноги. Дэррил, который на вид был помельче меня, поднял бы его одной левой. Весил сетевой магнат от силы фунтов сто десять[99]99
  Ок. 50 кг.


[Закрыть]. Ручонки с острыми локтями, казалось, были напрочь лишены мускулатуры, словно весь его организм держался на одних сухожилиях, скрепленных канцелярским клеем.

– Спокойно. Сейчас придет врач, – сказал я.

Еще разок с шумом втянув кислорода из баллона, Дэвид стянул маску вбок и проговорил:

– Ничего, если я буду называть вас просто Эдди?

– Валяйте, – ответил я.

– Хорошо. Я все подписал. Это означает, что теперь вы мой адвокат, верно?

Я кивнул.

– Пожалуйста, Эдди, помогите мне! Я не убивал Клару. Помогите, я вас умоляю!

Всё – заявка на оказание юридических услуг окончательно получена. Крик о помощи испуганного ребенка.

Мой телефон выдал короткую вибрацию.

Эсэмэска от Делла.

«Джерри Синтон только что вошел в зал № 12».

Глава 13

В зале номер двенадцать одна из государственных защитниц взяла короткий перерыв, чтобы переговорить с прокуроршей Джулией Лопес. Судья Нокс отстраненно перелистывал страницы дела у себя за столом, пока стороны защиты и обвинения договаривались по-быстрому закрыть дело внесудебной сделкой – что уважаемого любителя гольфа, несомненно, более чем устраивало.

Поначалу Джерри Синтона я не углядел. Никогда не встречал его, как говорится, во плоти. Вчера вечером Делл показал мне его фото, но довольно давнее, и оно никоим образом не отображало ту практически зримую ауру могущества, которая окружала его, словно облако пятисотдолларового лосьона после бритья. Синий костюм в тончайшую полоску безупречно облегал высокую и элегантную фигуру своего обладателя. Крупную голову с жесткими и чуть ли не опасными чертами лица увенчивали черные вьющиеся волосы, слегка тронутые сединой. На кончике носа едва держались широкие, хотя и весьма стильные очки. Загорелое лицо выдавало, что он уже не молод, но я бы в жизни не сказал, что ему уже хорошо к шестидесяти. Видимо, деньги каким-то непостижимым образом останавливают процесс старения. Он стоял возле стола секретаря, небрежно опершись коленом о стул, о чем-то ее спрашивал и одновременно изучал список назначенных на сегодня дел – очевидно, хотел убедиться, что не пропустил вызова своего клиента. Наклонился поближе, заметив вписанную возле имени Дэвида Чайлда фамилию адвоката. Секретарша оглядела зал, заметила меня, сказала что-то Джерри и ткнула пальцем в той манере, которая свойственна исключительно секретарям суда – вон, мол, мистер Флинн. Это он защитником записан. Разбирайтесь с ним сами, а меня в свои заморочки не втягивайте.

Большая голова Джерри вздернулась вверх, он сорвал с носа очки и глянул на меня так, словно только что разгрыз кусок стекла. Каких-либо негодующих возгласов и рыков не последовало. От этого человека и так исходило едва ли не видимое чувство угрозы. Опять нацепив очки, он решительным шагом направился ко мне.

Сложив руки на груди и чуть завалившись на стуле вбок, я безмятежно наблюдал за его приближением. Чем ближе он подходил, тем больше краснела у него шея, и к тому моменту, как он встал передо мной, из-под накрахмаленного воротничка успела вылезти придавленная им толстенная вена. Возвышаясь надо мной фута на полтора, Синтон придвинулся почти вплотную – ну прямо баскетбольный защитник, блокирующий кольцо. Извлек из своего кожаного портфеля какой-то объемистый документ, который засунул под мышку. Огромный черный камень на перстне розового золота, в котором отразилась одна из лампочек на потолке, на секунду ослепил меня. Мне подумалось, что этот перстень стоит больше, чем весь мой первый дом.

Он опять сдернул очки. Тогда-то я это и заметил.

Убить кого-нибудь не так-то просто. Чаще всего убийства совершаются по пьяни или под наркотой, а то и под воздействием обоих факторов сразу. Либо в споре иных аргументов не находится, либо у кого-то из его участников изначально не в порядке с головой. Подавляющее большинство людей об убийстве даже и помыслить не может. Но есть и такие, у которых эмоциональные тормоза, не дающие нам кого-то убить, полностью отсутствуют. Эмпатия им неведома. Мне не требовалось знать жизнеописание Джерри Синтона, чтобы увидеть перед собой убийцу. Иногда это видно сразу. Человек, нависавший в тот момент надо мной, не испытывал к другим живым душам ровно никаких чувств. В нем было лишь одно большое «я». И ничего другого.

– Это вы Эдди Флинн? – Изъяснялся он с южнобалтиморским выговором, хотя и едва уловимым, поскольку голоса он не повышал.

– Он самый, – подтвердил я.

– Не будем рассусоливать. Сколько?

– Простите?

Взяв меня за локоть, Синтон увлек меня в угол зала.

Слова он произносил тихо и медленно.

– Выходит, получили наводку от дружка, который в «обезьяннике» знаменитость? И отправились сюда, чтобы зацепить рыбку покрупнее? Могу вас понять. Только это моя рыбка. И вы ее не получите. Недосуг мне с вами объясняться. Сколько вы хотите, чтобы отвалить? Десять? Пятнадцать? Как насчет двадцати тысяч?

– Нет, спасибо.

Выражение его ничуть не переменилось – холодная ненависть, скрытая за мертвой маской. Я сразу представил, как он с точно таким же выражением лица заказывал нападение на Фарука, информатора.

– Вы незаконным образом переманили моего клиента. В моих силах приостановить действие вашей лицензии, а то и вовсе отобрать ее. Прямо сейчас. Лучше забирайте двадцать тысяч и катитесь отсюда.

Я держался твердо.

Синтон немного успокоился – по мере того, как он меня разглядывал, его неприкрытая ярость понемногу испарялась. Наверняка просто узрел перед собой мелкого адвокатишку, который вдруг унюхал шанс поживиться.

– Забирайте деньги и проваливайте. Этот кусок вам не по зубам.

– По-моему, это как раз вы многовато на себя берете, дружище. Здесь вам не заседание совета директоров. Это уголовный суд. Вы на моей территории. Если вы так цените собственное время и настолько всемогущи, то на вашем месте я взмахнул бы своей волшебной палочкой и вновь оказался у себя на Верхнем Ист-Сайде.

И опять никакой видимой реакции. Его раздражение выдавала только небольшая дрожь в голосе.

– У меня действующий договор на оказание юридических услуг по этому делу, Флинн. Сами должны знать, как у таких больших шишек заведено. Он мой клиент.

– У меня договор посвежее. Подписанный Дэвидом Чайлдом прямо сегодня утром.

Он наклонился поближе – явно не привык спорить с мелкими сошками вроде меня.

– Мое предложение относительно двадцати тысяч действительно ровно шестьдесят секунд.

Я пожал плечами.

– Берите-ка лучше деньги. Если не возьмете, ничем хорошим это для вас не кончится.

Я почувствовал, как пальцы сжимаются в кулаки, а голос сам собой повышается.

– Отвалите! И нечего меня запугивать.

– Вы что, еще не поняли, с кем…

Но тут голос судьи заставил Синтона навострить уши.

– Эй, тут вообще-то суд! Если у вас обоих какие-то проблемы, то решайте их за дверями. Читать мешаете! – объявил Нокс.

– Ваша честь, – Синтон повернулся к нему, – со стороны мистера Флинна имеются все признаки должностного преступления, выражающегося в незаконных попытках переманить моего клиента. Мне хотелось бы обсудить этот вопрос в вашем присутствии.

– А вы-то кто такой, сэр? – поинтересовался судья Нокс. – Никогда вас до сих пор в этом суде не видел.

– Меня зовут Джерри Синтон, ваша честь. Я представляю мистера Чайлда. А присутствующий здесь мистер Флинн пытается…

– Джерри Синтон? Из «Харланд и Синтон»?

– Да, ваша честь. Мне хотелось бы…

Но судья не дал ему договорить.

– Знавал я мистера Харланда-старшего – когда сам еще занимался практикой то есть. Он был бы очень горд, доведись ему увидеть фирму в ее нынешнем виде, – продолжал Нокс, впервые за все время улыбнувшись. – Ну вот что: я тут как раз заканчиваю с приговором по текущему делу. Это ненадолго. Вы с мистером Флинном пока что двигайте ко мне, а я минут через пять тоже подойду. Секретарь вас проводит.

Прежде чем последовать за секретарем, Синтон повернулся и одарил меня довольным взглядом. Он был абсолютно убежден, что старый друг фирмы, судья Нокс, целиком и полностью встанет на его сторону. Я никак не мог этого допустить. Если я упущу из рук это дело, Кристине конец.

Направляясь к двери, которая вела в судейские палаты, я несколько раз глубоко вдохнул и медленно выдохнул, надолго задерживая воздух в легких. Если в ближайшие несколько минут в голову не придет ничего ценного, то железобетонный договор «Харланд и Синтон» навсегда выведет меня из игры.

Глава 14

Секретарь суда провела Джерри Синтона все по тому же безликому коридору к судейским палатам, впустила нас внутрь и удалилась. С тяжким утомленным вздохом Джерри погрузился в одно из шикарных кресел, обращенных к письменному столу судьи Нокса. Кроме нас двоих, в кабинете больше никого не было. Он не произнес больше ни слова – просто сидел и демонстративно меня игнорировал. С Ноксом он никогда дела не имел и, естественно, не знал, что при виде наглеца, который осмелился сесть тут без разрешения, судью просто хватит кондрашка.

Увидев свой первый шанс, я тоже решил помалкивать.

Через пять минут услышал, как Нокс, что-то бормоча себе под нос, приближается к нам по коридору. Налив себе стаканчик водички из кулера, я по-быстрому отступил к дверям. Как только открылась дверь, Джерри встал, а потом синхронно с Ноксом опять опустился в кресло. Видели бы вы этот взгляд! Брови судьи взлетели на лоб, зубы прикусили нижнюю губу.

– Джентльмены, мне очень не нравится, когда адвокаты затевают свары в моем зале суда! Это неподобающе. Если хотите спорить – занимайтесь этим после того, как я вызову ваше дело. Итак, в чем проблема? В моем списке дел, назначенных к слушанию, защитником Чайлда зарегистрирован мистер Флинн. В чем ваш вопрос, мистер Синтон?

Из портфеля Джерри опять возник увесистый договор, который тот почтительно положил перед взором судьи. Синтон сел в кресле повыше и застегнул пиджак. С судьей он заговорил совсем другим тоном, подпустив в голос более теплые нотки:

– Ваша честь, вот договор на оказание юридических услуг, подписанный мистером Чайлдом в две тысячи тринадцатом году. Согласно этому документу, представлять его по всем без исключения юридическим вопросам уполномочена моя и только моя фирма. В том случае, если мистер Чайлд пожелает сменить своего законного представителя, он обязан официально известить нас о таковом намерении не менее чем за тридцать дней. Если же он предпочтет не отправлять нам указанного извещения, данное соглашение предоставляет нам право наложить арест на любые материалы и документы, подготовленные в этой связи. По существу, упомянутый пункт дает нам эксклюзивные права на представление интересов мистера Чайлда в судебных и иных инстанциях. Перед подписанием договора данный пункт был специально зачитан клиенту вслух и суть изложенных в нем требований подробно разъяснена. Любое соглашение на оказание юридических услуг, которое могло быть подписано сегодня мистером Чайлдом, является недействительным. Мистер Флинн нарушил уже существующие отношения адвоката и клиента – незаконно навязал услуги моему клиенту, и я намерен сегодня же потребовать чрезвычайного созыва коллегии адвокатов, на котором поставлю вопрос о приостановке действия лицензии мистера Флинна в преддверии дальнейших мер дисциплинарного взыскания.

Синтон откинулся в кресле, скрестил под ним свои длинные толстые ноги и деликатно положил руки на колени. Уж что-что, а речи толкать он оказался мастер. Чувствовалась немалая практика. Низкий голос его лился, словно поток мелкой гальки, если сыпать ее в бархатную шляпу, – насыщенный, чистого тона, и при этом звучал твердо и решительно. И куда только девался хладнокровный палач, которого я только что видел перед собой?

Судья Нокс быстро проглядел наиболее важные параграфы, бросил договор на стол, почесал подбородок и посмотрел на меня. Я скромно стоял, прислонившись к книжному шкафу у входа, и успел выпрямиться в тот самый момент, когда он обратился ко мне:

– Что скажете, мистер Флинн? Вы читали этот документ?

– Нет, – ответил я.

Нокс ожидал, что я продолжу, но я больше ничего не сказал.

– Не желаете ознакомиться? Мистер Синтон предъявляет вам довольно серьезные обвинения.

Я допил воду из пластикового стаканчика, бросил его в корзину.

– Когда объявили слушание дела мистера Чайлда, мистера Синтона здесь не было. А я был. Переговорил с мистером Чайлдом, и тот практически умолил меня ему помочь. Подписал соответствующий договор, и один из сотрудников изолятора временного содержания его засвидетельствовал. Каким образом прошло бы официальное предъявление обвинения мистеру Чайлду в отсутствие мистера Синтона? Лично я трактовал бы это как нарушение права на услуги адвоката. Чтобы действительно представлять клиента, надо для начала при нем присутствовать.

Судья бросил быстрый взгляд на Синтона. В числе прочего, опозданий в суд он тоже терпеть не мог. Опоздал – гуляй лесом. Так вот, попросту.

– Если мистер Синтон так настаивает на решении вопроса в дисциплинарном комитете коллегии адвокатов, то я могу посоветовать своему клиенту подать на него жалобу за опоздание в суд. Заключенный мною договор наиболее актуален, поскольку речь идет о предъявлении обвинения в совершении уголовного преступления, и этот договор сегодня подписан и засвидетельствован. Могу предположить, что мистер Синтон просто не может смириться с фактом, что он уволен, – сказал я, подходя ближе и опираясь руками на соседнее с Синтоном кресло.

– Ваша честь… – Тот подался вперед.

– Ваш зад, мистер Синтон, – перебил его судья Нокс.

– Простите? – отозвался адвокат с несколько большим изумлением и негодованием, чем требовалось в данный момент.

– Я вас не слышу, мистер Синтон! – объявил судья.

– Я сказал… – начал было тот, уже громче.

– Я не имел в виду громкость вашей речи! Я упомянул про ваш зад. Данные палаты являются неотъемлемым продолжением моего зала судебных заседаний, мистер Синтон. Любой адвокат может обращаться ко мне только стоя. Вы первый, кто осмелился апеллировать ко мне, развалившись в моем собственном кресле. Кто разрешил вам сесть, кстати? У меня тут не принято садиться без разрешения. Если б у вас был хоть какой-нибудь опыт работы в данном суде, вы бы об этом прекрасно знали.

Кожа на лбу у Синтона натянулась. Он понял, что я специально позволил ему сесть, – понял, что позволил лишь для того, чтобы разозлить судью. И судья Нокс тоже это просек – насколько можно было судить по едва заметной улыбочке, чуть искривившей его сурово сжатые губы.

С застывшей улыбкой Джерри поднялся, машинально пробежался по застегнутым пуговицам пиджака, поправил галстук. Притворной любезности и теплоты как не бывало – в кабинете вновь блеснули акульи зубы.

– Ваша честь, с точки зрения закона подсудимый является моим клиентом! Я присутствовал при его допросе в районном отделе полиции. Я первым взял на себя его дело. Если вы поддерживаете аргументы мистера Флинна, то тем самым потворствуете незаконному навязыванию адвокатских услуг!

Аргумент действительно сильный, но с ним-то Джерри и дал маху по полной. Наверняка надеялся, что до этого не дойдет – что судья и так проявит понимание. А Нокс не из тех, у кого можно искать понимания, и угрожать ему тоже без толку. Потоньше надо было действовать… Судья вопросительно повернулся ко мне.

– Ваша честь, мистер Синтон инициировал правовой спор, – произнес я. – И я думаю, что он прав: это вопрос исключительно правового толкования. Не важно, каким будет ваше решение – оно наверняка будет обжаловано. Я уже сказал достаточно. На вашем месте я бы как следует все взвесил.

Судья Нокс потер руки, оперся локтями в стол и уставился куда-то в пространство. Хотя с обычным здравым смыслом у него вроде всё в порядке, а в качестве судьи по уголовным делам он, как говорится, строг, но справедлив, почти любой чисто юридический вопрос моментально ставит его в тупик. В те редкие случаи, когда у него не оставалось иного выбора, кроме как вынести решение на основании закона, он сразу подвергался резкой критике со стороны судей апелляционного суда. Его презрение к адвокатам защиты, выступающим на судебных заседаниях под его председательством, общеизвестно, и ему всегда было плевать, если его критиковали в суде высшей инстанции за излишнюю жесткость или же за ущемление их прав, но когда судья апелляционного суда распекает его за неверное толкование статей закона – это для него уж слишком. Ноксу очень этого не хотелось. Таких ситуаций он всеми силами избегал. Что угодно, но избавьте его от необходимости подбирать статью или параграф.

И я сразу показал ему выход.

– Прежде чем вы примете решение, ваша честь, я бы хотел извиниться за безобразную сцену, свидетелем которой вы стали в зале суда. Просто позор, что мистер Синтон почувствовал нужду вынести этот вопрос на ваше рассмотрение. Нам следовало бы для начала разобраться между собой.

Я чуть не собственными глазами увидел, как в голове у Нокса потухла тревожная лампочка.

– Мистер Флинн, надо ли говорить, насколько я недоволен тем, что эта ситуация зашла так далеко? Тот факт, что два уважаемых адвоката передрались из-за клиента, отражается на вас обоих далеко не лучшим образом. Так что хочу дать вам обоим шанс решить этот вопрос кулуарным образом. Джентльмены, в моей власти назначить защитником государственного адвоката. По-моему, это будет самый верный выход из положения. Так что ступайте за двери; даю вам ровно две минуты. И либо вы возвращаетесь сюда с приемлемым решением возникшего вопроса, либо я передаю мистера Чайлда офису государственных защитников, а вы оба можете потом подать иски друг на друга в каком-нибудь другом чертовом суде!

– Ваша че… – начал было Джерри.

– Ни слова больше! Выметайтесь за двери и разбирайтесь со своим коллегой.

С этими словами судья Нокс потер руки и улыбнулся каким-то своим мыслям.