Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 149 (всего у книги 184 страниц)

В этот момент все тот же сотрудник криминалистического отдела зашевелил губами с таким видом, будто собирался что-то сказать, и Мацусита остановил его взмахом руки.

– Понимаю, что вы намерены возразить, и об этом речь пойдет далее. Только что описанный метод в данном случае неприменим. Дело в том, что стены не просто сложены из кирпича, но и оштукатурены изнутри, а также в нижней части обшиты дощатыми панелями. Очутившемуся снаружи преступнику выполнить отделку такого рода совершенно невозможно. Поэтому в данном случае этот метод следует исключить.

Итак, какие же существуют другие методы? Один из них на самом деле прост. После убийства на месте преступления оставляют одного человека – неважно, каменщика или штукатура, – и поручают ему выполнить работу. Какую именно? Установить на окно решетку. Понятно? Убийство совершается до установки решетки. Затем убийца покидает место преступления через окно. При этом застекленная оконная рама все еще остается незапертой на щеколду.

Что же происходит дальше? Если работник увидит труп, это будет ужасно, поэтому перед тем, как покинуть комнату, преступник накрывает труп чем-нибудь вроде простыни. И привязывает один конец прочной нитки к этой простыне, а другой – там, куда он может дотянуться, просунув руку в окно. Может привязать ее и к щеколде на оконной раме.

Далее, покинув комнату через окно, преступник закрывает застекленную оконную раму и вызывает работника, чтобы тот установил на окно железную решетку. Насколько я слышал, каждый прут решетки глубоко вдавили в раствор, следовательно, понадобилось покрыть раствором оконный проем. Затем, когда решетка установлена и работник ушел, преступник открывает застекленную раму снаружи, тянет за заранее приготовленную нитку и вытаскивает из комнаты простыню. После этого он поднимает на щеколде оконной рамы пластину с прорезью, осторожно закрывает раму, потом с силой бьет по окну снаружи там, где находится щеколда, от удара пластина падает, в итоге окно оказывается запертым. Если взять цемент с добавлением сиккатива, он высохнет уже через день. А через два-три дня после совершения преступления все строение будет еще новым, и определить, что именно в нем закончили в последнюю очередь, станет невозможно. И никто не усмотрит в этом ничего иррационального. Ну, как вам? На этом единственном примере мне хотелось объяснить, что возможно и такое.

А теперь добавлю еще одно. Мы исходили из предположения, что убийство было совершено внутри помещения, после чего убийца покинул его, однако можно представить себе и обратное. Как вариант, убийство заранее могли совершить вне помещения, а потом, на подходящем этапе строительства, когда работник уже ушел, перенести труп внутрь – в данном случае через окно. Тогда все остальные действия производятся в том же порядке, о котором уже говорилось.

Вот и все, о чем я хотел сказать. А теперь прошу всех меня простить.

С этими словами господин Мацусита учтиво поклонился и направился к воротам, пробираясь в толпе ошеломленных слушателей.

Выйдя за ворота, он увидел примерно на расстоянии квартала уходящего прочь быстрыми семенящими шажками старика Танигути в куцем черном костюме. Тот все-таки незаметно улизнул из толпы, собравшейся в саду.

Господин Мацусита кинулся вслед за ним и почти сразу нагнал.

– Так я и знал, что вы сбежите! Я ведь просил подождать.

Услышав за спиной голос, старик испуганно обернулся.

– Ой, это же вы, давешний господин!

– Ни к чему прикидываться! Ведь многострадальная тайна запертой комнаты полностью раскрыта, – с господина вмиг слетела недавняя учтивость.

– Как вы сказали? – с глуповатым видом переспросил старик.

– Ха-ха-ха, вот так комедия! Да ведь в больнице наверняка уже обнаружили, что труп поддельный!

– А? Что?.. Что вы говорите? Труп поддельный? – Старик выглядел по-настоящему ошарашенным.

– Ха-ха-ха, удивились? Эй, старик, может, снимете уже усы и бороду?

– А?.. Усы?..

Внезапно господин налетел на продолжающего прикидываться старика и сорвал с него белую бороду и усы. Как ни странно, из-под них показалась надутая физиономия чуть не плачущего директора компании подрядов на убийства Сухары Тадаси.

– Даже вы с треском провалились, Сухара-кун.

Однако Сухара по-прежнему не мог определить, кто перед ним.

– Да кто же вы такой, кто же? – жалобно спрашивал он.

– До сих пор не узнали? Это же я! Представьте меня без усов и очков и присмотритесь хорошенько. Ну, видите? Ах-ха-ха!

Козни против козней

– Так вы загримировались? М-м… что-то никак не пойму… – недомерок Сухара заморгал, как от слепящего света.

– Ха-ха-ха, до сих пор не узнали? Глядите, это же я! – Юрист стащил с себя очки, сорвал усы и вдруг выставил вперед лицо.

– А-а, это вы, Сагава Сюндэй! Что все это значит?

Сухара уставился на собеседника с таким изумленным видом, будто поддался чарам кицунэ.

– Давайте где-нибудь поговорим без спешки. Мне предстоит получить еще кое-что.

Человек-тень Сагава Сюндэй намеревался получить еще не выплаченный ему остаток за план действий – три миллиона иен.

– Ладно. У меня тоже есть к вам вопросы. Вон храмовая роща. Там и поговорим. Такие разговоры в помещениях лучше не вести.

Поблизости действительно находилась густая роща вокруг синтоистского святилища. Плечом к плечу, словно близкие друзья, они углубились в гущу деревьев.

– Вот здесь, пожалуй, будет в самый раз. Вы тоже садитесь.

Недомерок Сухара уселся на землю под большим дубом, человек-тень устроился напротив.

– Собственно говоря, в чем дело? К сожалению, я все еще не понимаю. Вы же попались на крючок.

Человек-тень, на которого уставился явно озадаченный Сухара, усмехнулся и начал объяснять:

– В лодке у Токийского порта мы показали друг другу свои пистолеты. Я заранее знал, что вы носите при себе кольт двадцать пятого калибра. Потому и обзавелся точно таким же, а в тот раз убедился, что это та самая модель. Когда вы явились ко мне с вечерним визитом несколько дней назад, я незаметно подменил пистолет в вашем кармане.

– Что?! Подменили? Когда же вы успели? Поразительно! Да вы фокусник!

– Да, фокусник. Для того, кто живет как я, нет ничего важнее свойственной фокусникам ловкости рук. Я учился у настоящих мастеров. Вот потому-то первый патрон в пистолете, который я незаметно сунул к вам в карман, был холостым. Все прочие остались боевыми, но поскольку я намеревался умереть после первого же выстрела, это меня устраивало. И даже если бы потом вы проверили пистолет, то убедились бы, что все оставшиеся патроны боевые, и не заподозрили бы, что лишь первый из них был холостым.

На лице Сухары отразилось восхищение.

– Вот это выдержка! Но если бы я выстрелил во второй раз, вы бы и вправду погибли!

– Ха-ха-ха, а вот это уже психология. Если после первого выстрела противник падает и не шевелится, второй раз уже не стреляют. Преступники ужасно боятся нашуметь.

Вы выстрелили в меня из пистолета, который я вам подложил. О том, что вы выстрелите, я прекрасно знал, поэтому заранее запасся запекающейся кровью, какой пользуются актеры, и когда вы выстрелили, я сразу после падения облил свое лицо, чтобы казалось, будто вы попали именно в него.

Даже выслушав это, Сухара все еще сомневался.

– Минуточку! Тут что-то не так. Человеком, упавшим прямо передо мной, точно были вы. Но когда после этого я пощупал ваш пульс – сначала коснувшись груди, потом на запястье – и там, и там его не было, сердце полностью остановилось. Я все тщательно проверил, чтобы не допустить ошибки. Невозможно представить, чтобы вы ожили или пришли в себя.

– Это опять-таки фокус.

– Что?.. Вы с помощью фокуса остановили сердце?

– Остановить сердце непросто. Поэтому я подложил под рубашку лист пластмассы, отлитый точно по форме груди. Через него сердцебиение не прощупывается. А вот запястье прикрыть пластмассой нельзя. Поэтому я прибег к давнему приему фокусников. Под мышкой я спрятал шарик из твердой резины размером чуть больше мячика для пинг-понга, плотно приложенный к артерии на внутренней поверхности руки, и резким движением зажал его. В итоге пульс пропал по всей длине руки. Таким способом можно безо всякого труда некоторое время изображать остановку сердца.

– М-м, никогда не слышал про такое. А вы и в самом деле человек-тень. Стало быть, после того, как я накрыл ваше тело циновкой и ушел звонить товарищам, вы преспокойно встали и заменили его настоящим трупом?

– О том, что вы задумали, я знал с тех пор, как мы в лодке демонстрировали один другому пистолеты, поэтому распорядился выкрасть из лаборатории медицинского университета труп примерно моего возраста и роста и спрятал его в густых зарослях неподалеку от кирпичного строения с рабочим кабинетом. Лицо этого трупа я действительно обезобразил и облил кровью, труп переодел в свою одежду и ловко обвел вас вокруг пальца.

На лице Сухары отражалось все больше обуревающих его чувств.

– Да разве мне – чтоб мне пропасть – тягаться с таким искусным фокусником, как вы! Я поддался обману с самого начала. Я задумал поручить план идеального убийства самой жертве, сделать так, чтобы вы придумали, как вас убить, но вы заранее разгадали этот дерзкий ход и приготовили свои козни против моих. Да, признаю: я копал мельче вас. Но это еще не значит, что я смирился с поражением. Возможно, на ваши козни против козней найдутся и другие козни. – И Сухара ухмыльнулся так, что по всему его лицу разбежались морщины.

При виде выражения на его лице человек-тень мысленно выругался. Он невольно схватился за карман, но пистолета при нем не было. Попытался подняться, но было уже поздно: мускулистая рука обхватила его сзади за шею. В тени деревьев прятался еще один враг.

Увидев, что происходит, Сухара налетел на человека-тень спереди. Серьезным противником этот недомерок не был, но его напарник, тот, что напал со спины, обладал чудовищной силой. Его руки казались стальными.

Собрав все силы, человек-тень сумел вывернуться из захвата и проворно вскочил. Завязался ожесточенный бой, но продолжался он не более пяти минут.

С двумя противниками – одним бывшим союзником и одним только что пришедшим к нему на помощь невероятно сильным незнакомцем, – не совладал даже человек-тень, вскоре его пригвоздили к земле. Заложенные за спину руки связали, обвив шпагатом. Затем так же связали щиколотки. И наконец рот старательно заткнули кляпом.

– Ха-ха-ха, терять бдительность не пристало даже вам. Кто бы мог подумать, что в этой роще устроена засада! Так что в конечном счете победил я, – язвительно воскликнул запыхавшийся недомерок Сухара.

Его сообщником, которого человек-тень не знал, был водитель Сайки – тот самый, который замуровал Сёкити и Миёко в маленькой комнате, заложив ее дверь кирпичами.

– Ну вот, давай скорее отнесем его к машине.

По команде Сухары они вдвоем подняли человека-тень и понесли его в глубину рощи. Там, где они покинули ее через просвет в живой изгороди вокруг территории святилища, их ждала машина.

Человека-тень втолкнули на заднее сиденье, Сухара сел рядом, чтобы приглядывать за ним, а его сообщник занял место за рулем. Машина плавно тронулась.

Медленно направляя машину по улице, водитель обернулся и обратился к директору компании подрядов на убийства:

– Господин директор, вообще-то есть небольшой повод для беспокойства. Мы грузили его в машину впопыхах, поэтому я и молчал. Но появился серьезный противник.

– А?.. Серьезный противник? – Удивленный Сухара уставился на профиль водителя.

– Наверное, ничего, если и он узнает. Ведь кляп у него во рту, а слышать-то он слышит.

– Не имеет значения, ему уже все равно не сбежать. Скоро он простится с этим миром. И что он перед этим услышит, неважно. – Похоже, на этот раз Сухара был полностью уверен в себе.

– Ну так вот что я вам скажу: про наши дела пронюхал Акэти Когоро.

– Что? Акэти Когоро?

– Перед приездом сюда я был в конторе в Роппонги и уже после того, как вы ушли, принял странный звонок. От кого-то незнакомого. Он предупреждал, что Акэти Когоро что-то пронюхал. Может, это и розыгрыш. Но на всякий случай лучше быть осторожными. И перед заходом в дом в Роппонги стоило бы как следует осмотреться.

– Да? Если так, плохо. Раз уж Акэти берется за дело, значит, за ним стоит столичная полиция. А это уже не шутки. Остальные двое наших уже знают?

– Я уведомил их условным кодом по телефону. К этому времени они уже наверняка в надежном убежище.

Сухара скрестил руки на груди и погрузился в молчание.

Глядя вперед, водитель прибавил скорость.

– Так, останови где-нибудь здесь. Выйди и осмотрись малость возле дома, – распорядился Сухара при въезде в Роппонги. Водитель остановил машину, вышел из нее один и вскоре вернулся с озабоченным видом.

– Туда нельзя. Перед домом и за ним караулят аж пятеро или шестеро. Не знаю, из полиции они или нет, но явно ждут в засаде, когда кто-нибудь вернется в дом.

– Вот как? Тогда давай в контору в Синагаве. В дом на Готэнъяме.

Машина снова тронулась. Похоже, у компании убийств имелась и контора в Готэнъяме. То есть тайное убежище, и таким образом, подобными убежищами компания владела повсюду. Без этой подготовки было бы невозможно заниматься настолько возмутительным ремеслом.

Неподалеку от места назначения в Готэнъяме машина снова остановилась, водитель вышел на разведку и вскоре вернулся бегом, изменившись в лице.

– Напрасно приехали! Засада ждет еще и здесь. Куда же теперь?

– В Огу.

После брошенного краткого ответа Сухара замолчал. Машина понеслась стрелой. Расстояние от Синагавы до Огу было довольно приличным. К тому времени, как они прибыли на место, уже смеркалось.

Как ни удивительно, убежище в Огу тоже было взято под охрану.

В облике недомерка Сухары проступили черты дикого зверя, которого обложили со всех сторон.

Съездили еще к трем убежищам, но везде их поджидали хорошо подготовленные засады. Частному детективу справиться с такой задачей в одиночку было бы не под силу. К работе явно подключилась столичная полиция.

Словно дикий зверь, который, пометавшись из стороны в сторону, в конце концов оказывается загнанным в угол, машина с Сухарой и остальными застряла на каком-то шоссе в Сэтагая.

Сухара надолго задумался. Судя по тому, как развивались события, полицейский кордон, наверное, уже развернули. Пытаться покинуть Токио рискованно. Вместе с тем еще неизвестно, не остановят ли их в какой-нибудь момент для проверки на одной из крупных транспортных артерий внутри города. Требовалось как можно быстрее укрыться где-нибудь.

Сухаре в конце концов пришлось признать себя побежденным – так сказать, снять боевой шлем. В таких ситуациях вся надежда на острый ум, сообразительность и находчивость. Он легонько толкнул в плечо человека-тень, обмякшего в углу на заднем сиденье, и обратился к нему:

– Вы, наверное, слышите, что происходит. Если меня схватят, виновным в равной мере окажетесь и вы. Вы не просто помогали мне в работе. Вы сами совершили множество злодеяний. И если вас схватят, некоторое время вы проведете в четырех стенах, не видя солнечного света. Потому от вас и нужен совет. Подскажите, где спрятаться. Назовите надежное убежище, до которого ни в коем случае не доберутся ни Акэти Когоро, ни столичная полиция. Если вы согласны, я выну кляп. Ну, так что?

Выслушав это, человек-тень старательно кивнул и тотчас был избавлен от кляпа.

– Опять мир? – саркастически осведомился он, едва снова получил возможность говорить.

– Да, ничего не поделаешь. Это временное перемирие, поскольку наши интересы совпадают. Так или иначе, в настоящий момент и вы, и я вынуждены позаботиться о своей личной безопасности. А в таких случаях наилучшими идеями всегда оказываются ваши. Ради нас обоих будьте добры разок напрячь соображение.

– Значит, это мир от безысходности? Ну и своекорыстный же вы тип. Ладно уж, раз до этого дошло, поделюсь с вами блестящей мыслью. Ведь я человек изворотливый и дипломатичный, знать не знающий, что такое очутиться в безвыходном положении.

– Прошу вас, пожалуйста. Так уж получилось, что только на ваш совет вся надежда.

– В таком случае развяжите меня. А то без физической свободы удачные мысли не приходят в голову.

– Хорошо, развяжу. Но смотрите, без фокусов! Не вздумайте предать меня и сбежать.

– Если сомневаетесь, тогда не надо. Я же не настаиваю.

– Ясно, ясно. Значит, развяжу. Но если вы попытаетесь сбежать, я буду в отчаянии. И открою стрельбу. Вот, видите? На этот раз холостых патронов в нем нет. – Сухара показал все тот же кольт и распутал шпагат.

Человек-тень размял вновь ставшие свободными руки.

– Где мы сейчас?

– Около Симотакайдо, – ответил ему обернувшийся водитель.

– Сколько отсюда езды до Огикубо?

– Минут пятнадцать.

– Хорошо, тогда в Огикубо. Оттуда по Омэкайдо совсем недалеко. Надо предварительно позвонить. Как увидите телефон-автомат, остановитесь.

Машина снова тронулась с места. Багровый закат на западе постепенно тускнел, уличные фонари разгорались все ярче.

Вскоре им попался телефон-автомат. Человек-тень вышел из машины в сопровождении Сухары, держащего пистолет наготове в кармане.

– Повезло! Убежище и впрямь нашлось. Скоро я покажу вам кое-что интересное, – объявил с усмешкой человек-тень, немного погодя выйдя из телефонной будки.

Машина снова помчалась вперед. Они переехали через железнодорожную ветку и на Омэкайдо, где человек-тень велел свернуть сначала направо, потом налево. И наконец машина остановилась перед воротами обнесенного высокой бетонной стеной большого особняка. Вероятно, благодаря предварительному телефонному звонку, железные створки ворот с рисунком из ажурных арабесок сразу же полностью и беззвучно распахнулись. Машина плавно въехала во двор особняка. Ворота бесшумно закрылись.

Лес Эндзю

Поставив машину во дворе у ворот, все трое вышли из нее, и откуда-то взявшийся мужчина в черной бархатной рубашке и таких же брюках, похожий на тень, переговорив шепотом с человеком-тенью, сразу же повел всех в обход особняка.

Деревья здесь росли густо, как в лесу. Большой пруд был до краев полон черной водой. По знаку незнакомца в черном все трое остановились на берегу. В отличие от человека-тени, который прекрасно знал, что будет дальше, Сухара и его подручный, водитель, не могли избавиться от необычного чувства сродни тревоге.

– В какое-то странное место мы приехали, что же будет дальше? – обеспокоенно прошептал Сухара на ухо человеку-тени.

– Да в этом пруду и спрячемся, – вспомнив пережитое им самим и внутренне посмеиваясь, намеренно дал уклончивый и загадочный ответ человек-тень.

– А?.. То есть как это? Прямо в пруду?

– Да, в нем самом. Нырнем в воду, хе-хе! Да нет, успокойтесь, не просто так нырнем. Существует удобный способ. Скоро поймете. Ну, смотрите!

Все умолкли. Вокруг раскинулся малолюдный район больших частных домов, сам по себе сад был обширным, как лес, нигде не слышалось ни звука. Сумерки неуклонно сгущались, не виднелось ни огонька, становилось так темно, что было уже не различить ничего вокруг. Темнота и тишина вместе создавали ощущение иного, необычного мира.

Черная поверхность воды в пруду едва заметно заколыхалась и вдруг из нее высунулось что-то вроде шеста. Конец этого шеста был изогнут, как чашечка курительной трубки. Перископ! Когда его высота достигла примерно трех футов, вода заколыхалась сильнее и над ней показался черный как смоль цилиндрический предмет диаметром фута три, будто живущее в пруду огромное чудовище внезапно высунуло голову.

Железный цилиндр поднялся из воды фута на два и остановился, сверху на нем легко откинулась круглая крышка люка, изнутри цилиндра плавно выдвинулась железная лестница и оперлась концом на берег пруда.

– Ну вот, прошу, – пригласил шепотом человек в черном бархате, первым перебрался по лестнице на цилиндр и скрылся.

– Он вошел внутрь. Там, в цилиндре, вход в другой мир. Как только попадаешь туда, теряешь всякую связь с этим миром. Там абсолютно безопасно. Итак, следуйте за мной, – сказав все это Сухаре и водителю, человек-тень направился по лестнице к цилиндру. Два его спутника двинулись за ним.

Внутри на стенке была укреплена вертикальная лестница, по которой они спустились друг за другом и встали на дно цилиндра. В тесноте им пришлось стоять вплотную один к другому.

Человек-тень уже бывал здесь, а Сухара и водитель оказались впервые и, стоя в темноте на дне цилиндра, все с тем же тревожным чувством невольно пытались понять, что ждет их дальше.

Откуда-то послышался шум двигателя, и как только цилиндр закачался из стороны в сторону, у них слегка потемнело в глазах и возникло ощущение в точности как при спуске в лифте.

Цилиндр тихо погружался на дно пруда. Когда его движение прекратилось, на железной стене возникло слабое серебристое свечение – будто вертикально протянули тонкую нитку, и она прямо на глазах становилась все толще и толще. В стене цилиндра находилась дверь, которая теперь открывалась. Снаружи в расширяющуюся щель вливался электрический свет.

Цилиндр, опускающийся на дно пруда, был двухслойным, как и вход и выход из него, поэтому вода ни в коем случае не могла просочиться внутрь. После того, как люди покинули цилиндр, его двухслойная дверь закрылась сама собой.

– Сюда.

Незнакомец в черном бархате первым прошел вглубь подземного грота и открыл неотличимую от поверхности камня одностворчатую дверь, за которой обнаружилась небольшая комната для посетителей со столом и стульями.

– Милости просим! Мы ждем вас с тех самых пор, как вы нам позвонили, – круглый толстячок с маленькими усиками и светлой кожей поднялся со своего места и приветствовал вошедших, жестикулируя на западный манер.

– Я здесь уже во второй раз, а эти двое – впервые. Мне подумалось, что было бы неплохо показать им здешний рай.

Человек-тень представил своих спутников, все расселись, а поскольку мужчина в черном бархате, сыгравший роль их провожатого, поклонился, собираясь уходить, человек-тень обратился к нему:

– Переставьте в гараж машину, на которой мы приехали, чтобы ее не было видно снаружи через ворота.

Человек в черном бархате кивнул, еще раз поклонился и вышел.

– Кстати, правилами полагается сначала заплатить за вход. Так же, как раньше, верно?

– Да, так, – ответил обладатель усиков, просительным жестом потирая одну ладонь о другую.

Человек-тень достал из кармана чековую книжку и авторучку, выписал чек на полтора миллиона иен и протянул ему.

– Вот мой чек, никаких недоразумений с ним не возникнет. Поскольку мы уже знакомы, могу я рассчитывать на ваше доверие?

– Разумеется. Даже мы хорошо осведомлены о том, насколько велики ваши доходы. – Обладатель усиков с многозначительной усмешкой подмигнул ему.

– В таком случае можно нам отправиться дальше втроем?

– Конечно. Но должен предупредить, что с тех пор, как вы побывали у нас в прошлый раз, увиденное вами преобразилось до неузнаваемости. Там, где раньше было море, теперь лес. Он называется Эндзю – Лес чарующих деревьев и выглядит совершенно иначе. Полностью изменилась и вторая панорама. Теперь там суровый край этого света. Дорога туда… ну, не стану вдаваться в объяснения. Блуждая по лесу Эндзю, вы сами попадете в этот иной мир… А теперь будьте добры проследовать дальше по коридору. Как и прежде, проводник встретит вас на полпути.

Выпровоженные обладателем усиков, все трое направились дальше по гроту, похожему на туннель. Источники света были спрятаны где-то внутри, неровные каменные стены едва удавалось разглядеть.

После непродолжительной ходьбы они увидели, как из глубины грота показалось что-то белоснежное. Это была та же самая совершенно обнаженная красавица, которая встретила человека-тень в прошлый раз. Она провела всех троих к пещерным горячим источникам, где после купания им предложили переодеться. Все шло так же, как в первый раз. Из всех троих только водитель Сайки почему-то отказался от купания и ограничился сменой одежды. Он оделся в такие же облегающие тело черные рубашку и брюки, как и все.

Все трое снова вышли все в тот же темный грот. Постепенно проход в нем становился все у́же и у́же, пока наконец не пришлось встать на четвереньки, чтобы пройти по нему. И наконец грот привел их в тупик. Но уже побывавший здесь человек-тень не смутился. После терпеливого ожидания часть каменной стены легко отъехала вбок, в ней открылся зияющий проход.

За открывшейся в каменной стене дверью обнаружилась лестница, круто уводящая вверх. Троим вскарабкавшимся по ней мужчинам открылся удивительный мир.

Из грота они вышли в самую середину огромного леса, простирающегося так далеко, насколько хватало глаз.

Лес этот находился не на поверхности земли. Конечно, он был продолжением подземного мира. Но под землей существовать такого большого леса просто не могло. Само собой, это было не что иное, как хитроумная уловка здешнего управляющего. В первый раз человек-тень увидел под землей бескрайний океан. Его создали с применением принципа панорамы – вероятно, как и этот лес.

Но лес этот был таинственным, какого не найдешь на поверхности земли. В нем росли причудливые и загадочные гигантские деревья, каких не видывал ни один ботаник.

Их толстые, в два обхвата, стволы белого, нежно-розового и рыжеватого оттенков сплошь состояли из замысловатых изгибов, они непрестанно извивались и подрагивали. Над этими шевелящимися стволами пышно раскинулись, загораживая небо, огромные ветки, как у веерной пальмы.

В лесу витал чуть душноватый, теплый и сладкий запах. Такое благоухание исходит от молодой женской плоти.

Все трое гостей подошли к ближайшему дереву и нерешительно осмотрели его. Его ствол состоял из скопления обнаженных женских тел. Видимо, центром ствола служил единственный крепкий шест, сверху над которым расходились во все стороны пальмовые ветки. А в остальном ствол был живым и движущимся. Женщины облепляли центральный шест сверху донизу, сплетались, кишели. И эта шевелящаяся масса белых, розовых и рыжеватых тел образовывала древесный ствол.

Тела прилегали одно к другому плотно, без просветов, отчасти загораживали друг друга и все вместе создавали подобие цельной колонны сплошь в очаровательных изгибах. Подобные изваяния можно увидеть в древних индийских пещерах. Но там это неподвижный камень, а здесь была живая, движущаяся плоть.

Присмотревшись, гости заметили сияющую улыбку на лице одной женщины, зажатом под мышкой другой и обращенном в их сторону. Груди еще одной подрагивали под пышными ягодицами соседки. Путались руки, сплетались ноги, кое-где конечности торчали в стороны, словно ветки из плоти, распущенные черные волосы обвивали ствол, как плети ползучих растений, и поскольку все женщины были живыми и молодыми, несмотря на все старания сохранять неподвижность они непрестанно как-нибудь да шевелились.

Окажись такой ствол единственным, это было бы не так удивительно, но лес из сотни, из тысячи одинаковых деревьев, состоящих из голых женщин, простирался так далеко, насколько можно было видеть. Неужели такое действительно возможно?

Даже если каждое дерево составлял с десяток женщин, то для создания сотен и тысяч деревьев требовалось привлечь таких женщин бесчисленное множество. Неужели этот подземный мир и впрямь располагал настолько внушительными средствами? Судя по тому, что говорил в прошлый раз обладатель усиков, женщин здесь всего около сотни. С таким количеством невозможно создать нескончаемый лес, полный обнаженных тел.

Может, дело все в том же принципе панорамы, и дальние деревья – не более чем роспись на стене. Но если так, тогда почему же даже все те деревья, что находятся далеко и кажутся маленькими, тоже движутся, как живые?

Пораженные загадочным зрелищем гости, словно утратив дар речи, машинально переходили от одного ствола, состоящего из голых красавиц, к другому. И повсюду видели белые, розовые и рыжеватые тела, всевозможные формы и изгибы. Отвернувшиеся от них лица попадались крайне редко, почти все встречали троих гостей порочными улыбками. Пухлые бедра, животы, груди, плечи, ягодицы, ляжки и руки, плотно окружающие лица, еле заметно извивались. У одних женщин кожа была белой и гладкой, у других розовой с румянцем, у третьих – лоснящейся от легкой испарины.

– Э, смотрите-ка, вон там идут еще зрители в черном! – Сухара подал голос впервые с тех пор, как они спустились под землю.

Посмотрев в просветы между деревьями, они увидели мелькающие черные фигуры. Как и следовало ожидать, фигуры направлялись в их сторону.

– О, вон там тоже!

В той стороне была видна такая же компания из трех человек.

– Смотрите! И сзади приближаются!

Обернувшись на голос водителя, они увидели за деревьями позади них три черных тени.

– И с той стороны!

– Э, и отсюда тоже!

Все трое вертелись на месте, глядя повсюду, и убеждались, что со всех сторон за деревьями мелькает столько черных силуэтов, что их невозможно сосчитать. И это было еще не все.

Метрах в двадцати за черными фигурами среди деревьев виднелись еще такие же, а за ними, так далеко, что едва удавалось разглядеть, – еще фигуры поменьше. И поскольку одно и то же было видно со всех сторон, зрителей в черном в этом лесу находилось почти бесчисленное множество.

Это был уже определенно не пустяк. Неужели они повредились рассудком? Или видят страшный сон?

– Ах-ха-ха! – вдруг расхохотался человек-тень. Остальные двое в испуге уставились на него. – Понял! Понял, в чем секрет фокуса! В зеркалах. Зеркала здесь со всех четырех сторон. Нет, не с четырех. Помещение восьмиугольное, и со всех восьми сторон зеркала. Так что настоящих деревьев, составленных из женщин, здесь около десятка, а все остальные – отражения. Благодаря их зеркальному отображению в восьми плоскостях кажется, будто лес из этих деревьев продолжается бесконечно. То же самое и со зрителями в черном бархате: на самом деле это лишь мы трое, однако мы отражаемся в зеркалах с восьми сторон, поэтому выглядим как целая толпа.

Если бы такое зрелище устроили на поверхности земли, его секрет разгадали бы сразу, но в подземном гроте условия для него подходили как нельзя лучше. Вдобавок освещение здесь было на редкость удачным. Как и блестящая мысль собрать древесные стволы из женских тел. У ошеломленных зрителей, внезапно попавших сюда, голова шла кругом.

После того, как секрет фокуса был разгадан, таинственное зрелище в целом, представшее глазам, отчасти утратило свое очарование – в отличие от огромных древесных стволов, которыми служили десятки обнаженных женских тел. Сердце мужчины не пресытится им, пока он не рассмотрит во всех подробностях каждый оттенок кожи, округлость плоти, переплетение изогнутых линий и развратные улыбки сирен на каждом лице.