Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 139 (всего у книги 184 страниц)

«Человечьи бои»

На следующий день в подвале одного особняка в Ёёги собралось около десятка фигур причудливого вида.

Лица и тела этих фигур были полностью скрыты под черными платьями и капюшонами с маской, и хотя оставалось неизвестным, кто они на самом деле, конечности позволяли предположить, что это люди, а их голоса – что все они женщины.

Площадь подвального помещения превышала десять цубо[176]176
  Около 33 м².


[Закрыть]. Пол в нем сплошь устилал серый ковер, бетонную поверхность потолка и стен ничто не скрывало. Светила двухсотваттная оголенная лампочка, свисая с потолка на шнуре.

Загадочные фигуры образовали круг, одна из них заговорила с интонацией опытного оратора. Судя по голосу, это была женщина средних лет.

– Господа присутствующие, за этот год, благодаря периодическим усилиям господ устроителей, мы повидали немало невероятного и необыкновенного, недоступного широким массам, изведали всевозможные удовольствия и предвкушали трепет ужаса и восторга. Мы столкнулись с самыми мистическими из явлений, недоступными мужчинам, как бы ни были они одержимы погоней за экзотикой. Однажды глубокой ночью мы говорили на кладбище с покойником. В другой раз обступили преступника и выслушали рассказ о совершенных им грабежах и изнасилованиях. Наняв целую толпу натурщиков, позирующих обнаженными, мы развлекались, рисуя и фотографируя их. Мы устроили для мужчин и женщин бал-маскарад, где пары составлялись путем розыгрыша в лотерею и им дозволялось проводить ночь как вздумается. Собрали самых разных калек, каких только можно себе представить, и ради забавы пили и танцевали вместе с ними. Однажды мы все оделись жалкими и безобразными нищенками, в другой раз в масках выдавали себя за рекламных зазывал и познали всевозможные виды соблазна и насилия, порожденных этими действиями. С другой стороны, мы не пренебрегали развлечениями, сочетающими мужскую красоту с увлекательностью азартных игр. Ставками на исход боксерских и борцовских поединков совершенно голых мужчин были деньги, драгоценные камни и даже наше целомудрие.

Но мы ни в коем случае не станем преступниками. Не станем проститутками. И не откажемся от общей для нас жизни с положением в обществе и репутацией. Для того чтобы дать выход страстям, свойственным человеку, и по-прежнему вести светскую жизнь, мы и создали в качестве предохранительного клапана этот тайный клуб. От общества мы отделяем себя лишь в тех случаях, когда надеваем эти маски и платья. Мы отметаем все изысканное и показное и становимся теми людьми, какими родились. И действуем так, как хотим. Но сняв маски, мы становимся ничем не примечательными людьми из общества, благородными дамами и преданными женами, которые служат мужьям, наставляют детей и подают пример прислуге.

Тайные собрания для того и необходимы нам, чтобы соответствовать принятой в обществе жизненной этике. Любой благородной даме в ночных сновидениях случалось совершать вульгарные и жестокие поступки, невообразимые в ее дневной жизни. Дело в том, что во снах находят выход подавленные инстинкты. И можно сказать, что наши собрания служат заменой снам. Ночными сновидениями мы развлекаемся до тех пор, пока наши лица скрыты под масками.

Всем вам это уже известно, но поскольку такова традиция, простите мне столь пространное вступление. Перед каждым событием мы укрепляем единство напоминанием о цели нашего сообщества, для нас эти слова – подобие молитвенного текста норито.

Итак, было решено, что сегодня ночью мы наконец станем зрителями одного из самых волнующих состязаний – «человечьих боев». Стараниями господ устроителей были найдены для этой цели два поистине идеальных юноши.

Поскольку об этом известно лишь господам устроителям, кратко поясню, что отправной точкой для сегодняшнего состязания стала мысль: если существуют бои быков, собачьи и петушиные бои, почему бы не быть «человечьим»? Трепет волнения в этом случае роднит их с «охотой на людей». Долг предписывает полицейским окружить со всех сторон разгуливающего по городу преступника и захватить его. Это официально разрешенная «охота на человека», или облава. Вспоминается также волнующий трепет соперничества того рода, как когда тираны древности повелевали отправить преступника на необитаемый остров, и если в течение некоторого времени ему удавалось ловко прятаться в джунглях, избегая поимки преследователями, его оправдывали и отпускали на свободу. Преступник на грани смерти или помилования прятался в течение ограниченного времени, затаив дыхание. Слуги тирана охотились на него. С трепетом волнения, вызванным «охотой на человека», не сравнится никакой бой быков.

Однако сегодняшние «человечьи бои» не так грандиозны, как «охота на человека». Это битва один на один. И не человека с быком, а человека с человеком. Применение приемов бокса без перчаток, равно как и рестлинга, сумо и дзюдо не являются нарушением правил. Это поединок, продолжающийся до тех пор, пока одна из сторон не утратит полностью боевой дух и больше не сможет подняться.

Победитель получит денежный приз – двести тысяч иен. Кроме того, все вы можете делать ставки на любого из бойцов. То есть вы испытаете двойное удовольствие: от поединка молодых горячих тел и в трепетном ожидании, сыграет ли ваша ставка.

Итак, представляю вам участников боя.

Вероятно, это была глава тайного общества, госпожа Харуки. Закончив пояснения, она сделала рукой знак какому-то человеку, стоящему возле входа в подвал, видимо, одному из устроителей, и тот открыл дверь. Из темноты по другую сторону двери в середину круга, образованного чуть смутившимися женщинами в масках, вышли два совершенно голых юных красавца.

Удивительно было не только видеть идеальные лица и тела каждого из этих бойцов, но и то, что они составили пару. Некоторое время группа в масках с безмолвным восхищением разглядывала эти прекрасные фигуры, а потом голос подала та же особа в маске, которая произносила недавнюю речь.

– Имена и профессии этих людей пока останутся тайной. Я лично гарантирую, что они не являются профессиональными участниками состязаний по боксу, рестлингу, дзюдо и так далее. Как вы сами видите, великолепным сложением ни один из них не уступает другому. Видимо, по физической силе они равны. Вот этого мы будем называть Куро, поскольку его кожа смуглее, чем у другого. А этого назовем Сиро, потому что кожа у него белая, как у европейца.

Тот, кого она назвала Куро, был привлекательным, с густыми бровями, крупным носом и пухлыми губами. Очертания его глаз и рта обладали загадочным обаянием. Его рыжевато-коричневая кожа, несмотря на смуглоту, была гладкой, плечи крепкими, руки мускулистыми, поросль на груди плотной, а рельефные мышцы пресса – великолепными, как у греческой статуи.

У Сиро с чудесной розовой кожей, орлиным носом и маленьким красным ртом, глаза с двойными веками были ласковыми, как у женщины, а плотное, но вместе с тем крепко сбитое тело с четкими очертаниями ягодиц и бедер приводило в восхищение красотой.

– Итак, будьте добры, делайте ставки на любого из них. Сейчас устроитель занесет их к себе в блокнот. Называть имена не следует. Как обычно, пользуемся буквами латинского алфавита. Прошу вас называться теми буквами, которые нашиты в углу масок.

Устроитель с блокнотом двинулся в обход кружка, каждая из стоящих в котором называл сумму ставки и на кого она сделана – на Куро или Сиро. Всего на Куро поставили триста сорок тысяч иен, на Сиро – двести девяносто тысяч.

Обоим бойцам заранее сообщили, что в этих «человечьих боях» ничто не считается нарушением правил и от них требуется лишь одержать убедительную и окончательную победу над противником. И теперь они только ждали, когда устроитель подаст знак к началу боя.

Знак был подан.

Юноши разом отскочили один от другого, расставили ноги, сжали кулаки и в такой боевой стойке каждый впился взглядом в противника.

Женщины в масках сохраняли полное молчание и стояли не шелохнувшись. Только из-под одной маски уже слышалось тяжелое дыхание.

Поединок взглядов затянулся. И все это время мускулы обоих юношей чуть не лопались от напряжения. Противники кинулись один на другого с пугающей силой. Два живых снаряда выдержали мощное столкновение.

Поначалу противники обменивались ударами, как в боксерском матче. Четыре их мускулистых руки так и мелькали, подобно поршням, перекрещиваясь и сталкиваясь. По щеке Сиро потекла первая струйка крови. У Куро был подбит глаз.

Стараясь избежать кулаков противника, живые снаряды незаметно для самих себя сблизились. И вцепились один в другого. От проведенного Сиро броска через бедро Куро навзничь рухнул на ковер. Сиро навалился на него сверху. Поединок начал приобретать сходство с матчем рестлеров.

Они наседали один на другого и вырывались, сплетясь, тяжело перекатывались по полу, встав на руки, зажимали голову противника ногами, сцепившись, тут же расцеплялись, оказывались то сверху, то снизу, завертевшись в одну сторону, потом раскручивались в другую, и при всех этих стремительных и энергичных действиях вся их плоть неистово тряслась и напрягалась.

Очутившись сверху на Куро, Сиро довольно долго удерживал его, при этом его огромные розовые ягодицы тряслись, мышцы ляжек и рук рывками перемещались вверх-вниз, все тело мелко дрожало в предельном напряжении. Оба гигантских куска плоти уже лоснились от пота, которым были покрыты сплошь, и выскальзывали из чужих рук. Рыжевато-смуглая и розовая кожа красиво поблескивали при свете двухсотваттной лампочки.

Если поначалу некоторым зрительницам в масках и было страшновато, то они сами не заметили, как это чувство сменилось восторгом. Они взмокли, их щеки пылали, сердца учащенно колотились. По всей видимости, в тайное общество входили не только женщины в возрасте. Из разговора человека-тени с его любовницей нам известно, что состоящей в этом обществе женщине по имени Котохира Сакико не исполнилось тридцати лет, но это еще не значило, что она была здесь самой младшей. Что за лица прятались под необычными черными масками с тремя отверстиями – для глаз и рта? С каким выражением на лицах незнакомки следили за неистовой и ожесточенной борьбой двух обнаженных красавцев?

Бойцы вдруг снова разлетелись в стороны и застыли лицом к лицу. А потом два тела, розовое и смуглое, принялись носиться друг за другом по всему подвалу вдоль и поперек, от стены к стене, в разных направлениях. Каждый раз при этом люди в масках с визгом уклонялась, но иногда некоторые из них падали под натиском двух живых таранов.

Обнаженные тела метались с быстротой ласточки, зрители в масках бежали от них, потеряв голову, подвал, в котором воцарился хаос, стал подобен бурлящему котлу, наполнился хриплым дыханием, звериными воплями бойцов и женским визгом ужаса и восторга.

Вновь и вновь в ход были пущены кулаки. Отброшенный мощным апперкотом к стене боец отлетел от нее ногами вперед, ударил ими противника в живот и отбросил до противоположной стены.

Когда бой вдруг снова стал ближним, кулаки обоих противников замолотили с пулеметной скоростью по голове, по груди, по животу, розовая и рыжевато-смуглая кожа покрылась бесчисленными ранами, а тела – сетчатым рисунком из ручейков крови.

Их тела вновь замелькали в мешанине схватки. Сливались воедино невольно вырывавшиеся у женщин возгласы «Блэк!» и «Уайт!», удушливая атмосфера возбуждения в подвале достигла предела, и некоторые женщины были близки к обмороку.

Бой продолжался час и двадцать минут. Не в силах больше держаться на ногах, противники пошатывались. Залитые кровью глаза стекленели, из широко открытых ртов со свистом вырывалось дыхание, плечи и грудь вздрагивали, словно в агонии, ноги подкашивались, бойцы все чаще спотыкались и падали.

Но исход боя еще не определился.

Зрители тоже выбились из сил. Охрипнув от подбадривающих криков, одни по-детски горько рыдали, другие истошно вопили не пойми что, являя собой картину приближения к пределу безумия.

Прошло еще немного времени, и Сиро безвольно обмяк посреди ковра, упав лицом вверх. Он рухнул, бесстыдно выставив свою наготу на всеобщее обозрение. Похожий на статую изнеможения Куро присел на корточки у его ног.

Казалось, битва кончена. Зрители тоже вмиг примолкли, уставившись на два тела, доведенных до плачевного состояния. В подвале стало тихо.

В этот момент и случилось нечто неожиданное.

Весь окровавленный Сиро поднялся пошатываясь. Он был похож на свирепое чудовище. Нетвердой походкой он направился мимо зрителей к двери и исчез в темноте коридора.

Куро проводил его взглядом угасающих глаз и тоже кое-как поднялся.

Неужели Сиро проиграл бой и сбежал? И значит, победитель – оставшийся в подвале Куро?

Но об этом никто и подумать не успел: казалось, из коридора вдруг налетел порыв ветра. И вынес в дверь что-то вроде красного пушечного ядра. Это был окровавленный Сиро. Но в его фигуре взгляд не усматривал ничего человеческого. Двигался он с такой быстротой, что казался ни чем иным как красной глыбой. И эта глыба неслась прямиком на Куро.

Как одно целое, Куро и Сиро с силой врезались в стену за их спиной. Раздался тошнотворный треск. Лишь когда они застыли после столкновения, стало ясно, что произошло. Собравшись с остатками сил, Сиро предпринял попытку ударить в грудь Куро головой. Казалось, голова Сиро пробила грудь противника и застряла в ней. А в коридор он выходил, чтобы благодаря увеличению расстояния развить большую скорость.

Лицо Куро побледнело в мгновение ока, он сидел у стены, обмякнув и не двигаясь. Кучей лежавший на нем Сиро немного погодя зашевелился. Но время шло, а Куро по-прежнему оставался неподвижным. Все его тело приобрело оттенок ветоши, перепачканной кровью.

Женщины в масках, присев на корточки каждая на своем месте, оторопело разглядывали представшую им сцену. В подвале было тихо как на кладбище.

– В чем дело? Уже кончилось? – пробормотал чей-то будто сонный голос.

– И все же здесь что-то не так. Почему этот человек не двигается? – послышался спустя некоторое время другой, тоже дремотный.

Как и следовало ожидать, первой поднялась та из женщин в масках, которая производила впечатление их главы. Слегка пошатываясь, она приблизилась к сидящему у стены Куро, потрогала его, пощупала пульс, приблизила ладонь к его рту, потом медленно повернулась к остальным, наклонилась, словно собираясь что-то сообщить по секрету, решительно объявила: «Он мертв» – и после этих двух слов на некоторое время застыла неподвижно в той же позе.

Мужчина, переодетый женщиной

Увидев это, женщины в масках, только что забавлявшиеся «человечьими боями», затихли и замерли. Произошло непреднамеренное убийство. Без внимания такое не оставить. Нельзя просто сбежать и бросить все как есть. Но если полиция начнет расследование, о существовании тайного общества и его порочных забав станет известно, это отразится на их мужьях, которые превыше всего ценят свое положение в обществе и доброе имя, в итоге погублены будут они сами, их жены. Поэтому ни в коем случае нельзя, чтобы о них узнала полиция. Но здесь перед ними мертвый юноша. И если ничего не предпринять, можно столкнуться с ужасным обвинением в убийстве.

Весь десяток женщин в масках думал об этом и трепетал от страха так, что замирало сердце. Будь ситуация попроще, они бы уже твердили в слезах: «Что делать? Что же нам делать?», но теперь никто даже не подал голоса. Все впали в оцепенение и были на грани обморока. Даже вроде бы благоразумная супруга маркиза, госпожа Харуки, только и могла что нетвердой походкой вышагивать вокруг мертвеца, явно не в силах ничего придумать.

В этот момент женщина с латинской буквой Е на маске подошла к главе общества, некоторое время шепталась с ней, после чего супруга маркиза Харуки решительно кивнула и повернулась к остальным.

– Господа, поскольку было решено сейчас же позвать врача, прошу остаться здесь сегодняшнюю устроительницу, госпожу С, а остальным подняться наверх в гостиную. Да, и этого человека, – она указала на Сиро, – будьте добры взять наверх с собой. Идти в состоянии?

С таким видом, словно он смеялся и плакал одновременно, Сиро кивком выразил согласие.

– В таком случае оденьте его и дайте ему прилечь в спальне. В столовой наверняка есть в буфете какое-то питье, так что прошу дать ему попить. Вы ведь знаете, где спальня?

Одна из женщин в маске отозвалась: «Знаю» – и взяла юношу за руку. Толпа направились в коридор и к лестнице на первый этаж.

В подвале остались только глава общества, госпожа Харуки, устроительница сегодняшнего боя госпожа С и госпожа Е, ранее о чем-то шептавшаяся с главой. Госпоже Харуки было прекрасно известно, что госпожа С – это Ниномия Томоко, жена президента фармацевтической компании, а госпожа Е – еще не достигшая тридцатилетия Котохира Сакико, жена главы новой и быстро развивающейся внешнеторговой фирмы.

Госпожа Е, Котохира Сакико, склонилась над упавшим Куро, тщательно проверила его состояние, но безнадежно развела руками и сказала:

– Он действительно мертв. Голова разбита, дыхания нет, сердце полностью остановилось.

– То есть вы убеждены, что все напрасно? – отозвалась глава общества.

– У меня есть подобный опыт. Этого человека уже не оживит ни один врач, каким бы известным специалистом он ни был.

– Но разве вы не сказали мне только что очистить помещение, чтобы мы вызвали врача?

– И мы его вызовем. А потом объявим всем, что этот человек избежал смерти, и предложим им разойтись по домам. Иначе из такого множества народу, знающего секрет, кто-нибудь может и проболтаться. Разумеется, факт этой смерти мы скроем и от юноши, который был противником умершего. Пусть уходит со спокойным сердцем.

Глава тайного общества невольно склонила голову набок. Ее поразило, каким надежным человеком, сохраняющим присутствие духа, оказалась молодая красавица Котохира Сакико.

– В таком случае как же вы намерены поступить с трупом?

– Спрятать его. Сделать вид, будто сегодня ничего не произошло. В противном случае погибнут все, ведь так? Потому я и хочу спросить у госпожи устроительницы С, откуда она привезла этих людей. Из каких они кругов?

Удивившись живости расспросов госпожи Е, госпожа С, она же Ниномия Томоко, объяснила:

– Этого человека я нашла в Асакусе. Он ходил по барам, исполняя песни энка[177]177
  Популярный жанр японской песни, возникший в послевоенный период; характеризуется меланхоличной, сентиментальной тематикой, часто о любви, разлуке или ностальгии. – Примеч. ред.


[Закрыть]. Разумеется, я с ним не знакома. Встретила его случайно, увидела, что он хорошо сложен и, видимо, силен, и решила рискнуть. Он согласился сразу же, как только понял, что ему предлагают вознаграждение.

– Кто-нибудь из его близких знает, куда он направился?

– Нет, никто. Я разговаривала с ним наедине. И строго запретила ему рассказывать кому-либо, куда он идет. И когда перед самым боем я спросила, чтобы убедиться, не говорил ли он кому-нибудь об этом, он дал определенный ответ, что не говорил никому.

– Как его зовут, где он живет?

– Его имя Кобаяси Сёдзи. Он родом с Кюсю, его родители умерли, он жил один, и в Токио у него нет никакой родни. По его словам, он жил вместе с товарищем в дешевом рёкане «Асахия» в Санъя, за Асакусой.

– А второй юноша, Сиро, тоже исполнитель энка?

– Нет, эти двое совсем не знают друг друга. Сиро – «сэндвичмен», ходячая реклама из Гиндзы. Он ходил по улицам в маске из папье-маше и с рекламными плакатами, одна из моих подруг зазвала его в киссатэн[178]178
  Традиционное японское кафе, популярное с начала XX в., где подавали кофе и легкие закуски; часто служило местом для встреч, чтения газет и прослушивания музыки. – Примеч. ред.


[Закрыть], чтобы договориться. Он согласился сразу же. Назвался Иноуэ, имени я не запомнила. Подробности его жизни мне неизвестны. Но их наверняка можно узнать у него самого.

– А вы не промах, если вам достались сразу два таких красавца. Наверное, подобные поиски вы ведете постоянно.

Госпожа Е, или Сакико, держалась совершенно невозмутимо даже теперь. Удивление главы общества и госпожи Ниномия нарастало. Оно вызывало подозрения, не вселился ли этим вечером в хорошенькую госпожу Сакико некий дух. Если уж на то пошло, сегодня даже ее голос казался не таким, как обычно.

– Вы ведь Котохира Сакико, верно? – с беспокойством уточнила глава общества.

– Ее замена.

– Э-э… замена?

Ужаснувшись, глава и госпожа Ниномия невольно отшатнулись от госпожи Е.

– Я сниму маску. Ведь вам двоим предстоит принять удар на себя. В такие моменты лучше по возможности вести разговоры с открытым лицом.

Сказав это, госпожа Е сняла необычную маску, полностью закрывающую ее голову. Появившееся из-под маски лицо чем-то напоминало миловидную Котохиру Сакико, но если присмотреться, отличалось от нее.

– Да кто же вы? – в страхе воскликнула глава тайного общества, госпожа Харуки.

– Ну, можете звать меня Силуэтом. Я – человек-тень.

– Так вы мужчина? – вырвалось у обеих потрясенных дам.

– Ха-ха-ха, да, мужчина. Я обвел вокруг пальца Котохиру-сан, переоделся ею и пришел взглянуть на вашу интересную игру. Нет, на этот счет не беспокойтесь. Я вам не враг. Для вас я готов на все, что в моих силах. Если бы я сегодня не пришел сюда вместо Котохиры-сан, сами вы вряд ли смогли бы что-нибудь предпринять с тем, что сейчас случилось. Вот повезло! Ведь мне-то эта задача точно по плечу.

Без лишних слов ясно, что это был человек-тень, переодетый Котохирой-сан.

– Так вот оно что! Значит, наши настоящие имена вам, вероятно, известны. Ну, Ниномия-сан, если так, уже ничего не поделаешь. Снимем маски.

С этими словами обе одновременно сняли маски. Полное лицо дородной госпожи Харуки было всем знакомо по фотографиям в журналах и прочей прессе. Эта развратная женщина, которой уже перевалило за пятьдесят, обладала телосложением главаря банды. О повседневной жизни распутной красавицы лет тридцати пяти Ниномии Томоко можно было судить по ловкости, с которой она отыскала двоих подходящих юношей.

– Итак, каким же образом вы окажете нам помощь?

К госпоже Харуки все же вернулось самообладание. Обе женщины почувствовали, как в них зашевелилось жадное любопытство по отношению к этому загадочному и привлекательному мужчине, переодетому женщиной.

– Первым делом надо обеспечить алиби всем вам. Даже если место вашей встречи никто не знает, факт вашего отсутствия сегодня вечером дома широко известен, поэтому его надо скрыть.

– Но неужели же это возможно?

Обе женщины уставились на переодетого мужчину перед ними, как на волшебника.