Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 106 (всего у книги 184 страниц)

С хрена ли ей нельзя здесь находиться? Может, он вызвал подкрепление? Да откуда взяться какому-то чудесному спецотряду в другой стране? За агентом Армас Роза приставила слежку еще после Ла-Месы – та уже улетела обратно в Америку.

Новые выстрелы прозвучали совсем близко, так что Рик даже дернул головой в том направлении.

– Пожалуйста, – сипел он, почти повиснув на веревках. Чтобы на глазах у своих людей не броситься к нему и не отвязывать дрожащими руками, не оглаживать ладонями разбитое лицо и не заглядывать тревожно в его глаза, Роза глянула на Фернандо. Отвяжи пленника. – Скажи своему пацану, чтобы увозил тебя. – Рик попытался сам что-то объяснить Фернандо, но быстро сдался. – Просто вызови, на хрен, полицию. Роза!

Она прошла мимо, к тому хряку, которого держал теньенте. Один из майоров Касильяса, Хавьер Кампоса. Сегодня Хави не спастись, но, похоже, он еще не оценил угрозу.

– Сиди тихо, детектив, – бросила Роза, – взрослые поговорят.

Если в этом ангаре и остался какой-то товар Касильяса – теньенте распорядится, куда его направить. Оружие сгодится, но прочее они уничтожат. Во все времена главным правилом картеля Вергара было – ни в семье, ни в стране не место для ядовитой дряни.

– Розита теперь лично является, чтобы спасать копов? – все еще комментировал Хави. Стоило бы посильнее надавить, чтобы у хряка кончились воздух и желание острить.

– Надо же, какая честь, – продолжал зубоскалить Хави. – И как он ее заслужил? Старательно лизал…

Пуля воткнулась в бетон в паре дюймов от его носа, крошка разлетелась во все стороны, ударила Хави по глазам и заставила наконец заткнуться. У Розы был отличный учитель по стрельбе.

Она подошла ближе и на расстоянии вытянутой руки присела перед ним.

– Привет, Хави, давно не виделись, – начала она с радушного тона. – Ты мне задолжал десяток, сука, шрамов. А еще вы, ушлепки, покусились на моих людей.

Теньенте надавил, сдвинув каблук длинноносых туфель. Хавьер захрипел, покраснел еще сильнее, но не заткнулся:

– Бабка б тебя услышала…

– Во второй раз пуля попадет точно в цель, – пообещала Роза, легкомысленно помахивая над его головой пушкой. Так они ссутся, стоит ей взять в руки оружие, думают, что она может случайно кого-то задеть. Ага, абсолютно случайно. – Будешь меня еще перебивать? – спросила Роза, но Хави прикусил язык и захрипел под каблуком. – Какого черта вам было надо? – Роза указала дулом на Вулфа. – Чего вы у него выпытывали?

– Пусть твой полицейский пес все сам и рассказывает, – снова оскалился Хави.

Приклад пистолета хорошенько треснул его по макушке. Еще чуть сильнее, и Хавьер бы отрубился, но Розе нужны были ответы – здесь и сейчас.

– Я спрашиваю тебя, потому что ты моему полицейскому псу попортил шкурку. Говори, сука! Чего вам тут надо? – Дуло пистолета уткнулось Хави в щеку. Еще горячее после выстрела, вон как Хави скрючило, как он попытался отстраниться от Розы, но под пудовой ногой теньенте особо не хватит места для маневра. Роза затараторила, продолжая давить пушкой в рожу Хави: – Кто прислал? Пепе? Он в Мексике? Задницу жжет, что я у него на хвосте?

– Не знаю я, где он, – едва не завизжал Хави. – Это ты влезла на нашу территорию, а к Сезару соваться…

Роза убрала от него пистолет, удовлетворенная ответом.

– Ага-а, Сезар. Вы об этом у него выпытывали? – Роза на долю секунды обернулась к Вулфу, который пялился на них почти с испугом, но на испанском не понимал ни слова. Тоже поверил, что она пришьет Хави прямо тут? Еще и на глазах у агента? Он и так уже видел слишком многое, но Касильяса, идиоты, не просчитали вариант, что агент ФБР может выжить.

– Ну так, Хави. – Она снова ткнула Кампоса дулом в щеку. – Вы хотели разузнать, как мы сходили к Сезару? Что узнали про твоих хозяев?

– Сезар бы не стал с копом говорить. – Хавьер сплюнул кровь и едва не попал на носки белых кроссовок Розы. Это зря. Пришлось бы слизывать, сучонок.

– А со мной стал, представляешь. – Роза широко улыбнулась с садистским удовольствием. – И с моим полицейским псом. – Она поднялась, успев увидеть, как в глазах Хави недоверие сменяется испугом и злостью. Вулф теперь тоже стоял, правда, опершись на плечо Фернандо.

Роза обернулась к теньенте, у которого, должно быть, уже нога затекла держать Хави. Руки Кампоса, конечно, были связаны за спиной, оружие отобрали, а любимые парные ножички Хави лежали в нескольких футах от него. Хорошо иметь свою фишку. Хреново, что ты перед всеми ее палишь и никаких козырей не остается в рукаве или за поясом.

– Этого уводите и допрашивайте, пока он не выдаст все склады и явки-пароли. И еще пару бойцов его заберите. – Роза огляделась. Углы и дальнюю стену скрывал мрак, а главные ворота заливал свет от фар. Какая-то новая тачка приехала, и если ее люди еще не подняли тревогу, значит, свои. Роза бросила через плечо, но почему-то на английском: – От остальных избавьтесь.

Какого хрена? Чтобы Рик услышал и понял? Судя по голосу теньенте, когда он ответил: «Си, сеньорита», – он тоже зацепился за резкий переход. К черту.

Роза убрала пистолет за пояс и направилась к Вулфу.

– Что ты там предложил? Копов вызвать? – Она говорила негромко, не привлекая внимание остальных солдат.

Снова и снова раздавались приглушенные выстрелы или тихая ругань. В помещении воняло пылью, оружейным маслом и ядреной химией. Надо отправить парней поверить подвал – похоже, здесь еще и лаборатория.

Вулф не ответил, поморщился от боли и сплюнул кровь на бетон. Возможно, и пары зубов лишился. Вот и кулаки разбиты, значит, все-таки успел с кем-то подраться, а не сдался так запросто.

– Мне вызвать копов, чтобы они задержали парней Хави до утра, а потом им позвонили большие начальники и велели всех отпустить? – Роза так разогналась, что теперь должна была спустить на кого-то всех собак, Хави досталось маловато, а Вулф не вовремя раскрыл рот. – Думаешь, твои копы тут что-то решат против Касильяса? Они тебя чуть не пришили, идиот, а ты их выгораживаешь?

Фернандо, не понимая смысла слов, но улавливая взбешенный тон, протянул Розе пистолет. Сначала она решила, будто тот предлагает покончить уже с этим надоедливым Вулфом, но секунду спустя Роза увидела в ладони и айди, и удостоверение ФБР. Роза кивнула, чтобы Фернандо вернул пушку и документы хозяину.

– Я никого не выгораживаю.

– Что-то я не помню, как ты звонил копам, когда эти Охотники гнали нас под Мехико как цыплят! Нет, ты взялся за пушку.

– Ты права, – признал он так тихо, что Роза на секунду решила, что ослышалась. – И если бы это была операция по захвату, я бы так же стрелял на поражение.

– Спасибо!

– Но я просил тебя не подвергать себя опасности. И вот ты тут. В окружении врагов. Притащилась в их расставленную ловушку.

Она может объяснить своим людям, что мертвый федерал на территории ее картеля – верная и очень короткая дорога в тюрьму. Но объяснить им, какого дьявола Роза носится с ним как с любимым щеночком, – это вряд ли.

– В окружении? – Роза развела руками. – По-твоему, я окружена? По-твоему, мне что-то угрожает?

Рывком Рик отдернул ее в сторону, себе за спину, а грохот десятка выстрелов оглушил так, что даже в глазах потемнело. Кто-то покрыл остальных матом, теньенте разразился криком. КАКОГО ХРЕНА?!

– Цела? – прохрипел голос Вулфа рядом. – Роза, эй? Тебя не задело?

Взглядом она нашла новое мертвое тело на полу и растекающуюся лужу крови под ним. Позади так и остался поднятым люк подвала. Парнишка еще дергался в конвульсиях, похоже, его изрешетили выстрелами, но как Роза ни всматривалась, нигде поблизости от трупа не было оружия. Может, он не Охотник? А может, просто выронил пушку, пока по нему палили? Роза обернулась к Вулфу. Одна его рука держала ее локоть, вторая – пистолет. На ее коже теплела его кровь.

Когда он успел? Тут прошла доля секунды, Роза даже ничего не увидела, не услышала, а у этого молниеносная реакция, и… И он что, пристрелил сейчас Охотника, за сохранность которого сам так переживал? Он пристрелил Охотника, который мог убить Розу?

– Цела-цела, – буркнула она, потерянно озираясь по сторонам, и попыталась высвободить локоть. Рик еще раз чуть сжал ее руку в ладони, провел большим пальцем вверх-вниз с какой-то совсем неуместной нежностью и отпустил.

– Переведи ему, – сказал Рик, глядя на Фернандо, но обращаясь к Розе, – что для телохранителя он охренеть как плохо справляется.

– Он не мой телохранитель, – слабо возразила Роза. Переводить она, конечно, ничего не собиралась.

Отходя от шока, она слышала, как выживших Охотников выводят прочь, как Хави посмеивается над чем-то, но прерывается на глухой кашель; похоже, теньенте врезал ему по почкам. Ей тоже надо отсюда сваливать.

– Он отвечает за тебя, – не затыкался Вулф. Роза уже стояла между ними двумя, и кажется, только поэтому Фернандо все еще не врезал этому чужаку, – и ни хрена не сделал, когда тебя чуть не подстрелили.

– Оружия нет, – сказал Фернандо на английском и указал на затихшего мертвеца. Рик тоже обернулся в том направлении. – Сеньорита не опасно.

– Ладно, хватит. – Роза похлопала Фернандо по плечу, без слов давая понять, что он может идти, она разберется сама. – Здесь и без него полно парней с оружием, которые меня защитят.

Например, ты, человек-загадка. Человек-биполярка. Человек-я-так-тебя-ненавижу-маленькая-избалованная-принцесса-что-костьми-лягу-защищая. Что, черт побери, у тебя в голове, человек-волк?

– Пошли, Вулф. Врач тебя осмотрит.

Ей нужно срочно выйти на свежий воздух, где не пахнет маслом, порохом и кровью.

Его грузные нетвердые шаги звучали позади, пока они не дошли до машин, и как бы хреново ни было признавать, от этого звука Розе стало спокойнее. Тачка доктора Сантьяго и правда уже стояла тут. Оперативно.

От злости на чертового Вулфа, который бульдозером проехался по ее самолюбию, который считает, что может отдавать ей приказы, который то отталкивает, то носится как курица с яйцом! От шока, что теньенте и все прочие так запросто поставили ее под удар, позволили какому-то сопляку прятаться все это время! От бешенства, что Касильяса охренели настолько, что полезли лично к ней, к Вулфу, что все здесь: каждый гражданский, каждый бандит, каждый коп – каждый в этой стране против нее! От всей этой злости и бессилия у Розы полыхало в груди, и так хотелось выпустить целую очередь из автомата, набить чью-то рожу, разнести что-то со всего маха о стену и смотреть, как осколки разлетаются!

Но она не может показать себя слабой и эмоциональной. Это мужику дозволено в пылу гнева крушить все вокруг, это будет брутально. Стоит же девушке хоть закричать от злости – она истеричка. Роза придержит гнев в себе до дома, а там что-нибудь разрушит. Например, повесит на мишень фотку Вулфа и будет стрелять, пока не останутся только дырки.

– Роза? – тихо позвал голос Рика. Оказывается, она остановилась перед открытой дверцей тачки Фернандо и невидящим взглядом смотрела на водительское сиденье. – У тебя руки трясутся.

Его ладонь легла поверх ее, держащейся за дверцу. Роза дернулась как ошпаренная и на пальцах снова осталась его кровь.

– Док уже приехал, пускай тебя отведут. – Она махнула куда-то в сторону. – Ой! Марко!

Кто-то из подручных теньенте забрал Вулфа с собой, и Роза смогла выдохнуть и забраться в тачку. От волос все еще пахло клятым маслом.

Сильный запах от контейнеров должен был отвлекать служебных собак, этот же метод использовали и для товаров похуже. Какой-то подошедший солдат доложил, что все контейнеры и коробки пусты: Хави, похоже, позаботился о товаре до того, как привозить сюда пленника. Самого Хавьера и троих его Охотников уже сажали в разные тачки, связанных и с мешками на головах.

До боли сомкнув челюсть, она наблюдала, как отъезжают машины. У ангара оставалось около половины ее людей, включая теньенте и Фернандо. Остальные увозили тела убитых. Они знают, что делать и как заметать следы, хотя бы в этом вопросе ее контроль не требуется. Зря она, конечно, так с ними носится, ее парни не первый день на службе, не она их первый босс. Но единственный человек, которому Роза доверяла без оглядки, остался в Америке. И это уж точно не Бьянка. Единственный человек, чьему знанию и опыту она доверяла, сейчас как раз следил за Бьянкой и ее сохранностью.

К рассвету Розе точно доложат пару интересных новостей. Если Касильяса подбираются так далеко на север… Роза была бы непроходимой идиоткой, если бы считала, что в Америке их совсем не осталось, что она сумела выжить каждого из Охотников. Наверняка кто-то да сидит у нее под самым носом, ожидая команды.

Роза похлопала себя по карманам шорт, но телефона нигде не было. Ей срочно нужно позвонить домой, плевать, сколько у них там сейчас времени, она должна услышать заспанный голос Тио, должна услышать, как Бьянка перекрикивает музыку в ночном клубе, как чьи-то голоса горланят на заднем фоне и Бьянка заливается смехом. Сейчас! Немедленно! Они добрались до Вулфа, которого не считали важным, что им стоит заявиться за Бьянкой, что им стоит подослать какую-нибудь отбитую маньячку к абуэле в тюрьму?

Роза поняла, что ее всю трясет, что вздрагивают плечи от сухих рыданий, что руки не слушаются и в животе завязался такой узел, что, кажется, ее сейчас стошнит.

– Когда ты в последний раз говорил с Тио? – крикнула она остановившемуся неподалеку Фернандо. Тот опешил от вопроса и взволнованного тона Розы.

– Часа три назад, он спрашивал, как обстановка, – ответил Фернандо. – Все в порядке, сеньорита?

Она почти не слушала, ковырялась на пассажирском сиденье, на заднем, в бардачке, в сумочке. Пустота!

– Где мой телефон?! Набери Тио и дай мне!

– Что-то случилось?

– Живо!

Фернандо торопливо протянул ей трубку с надписью «Полковник» на экране. Роза выхватила телефон, и те несколько долгих гудков, пока Тио не подходил, она уже успела придумать себе худшие из сценариев.

– Что случилось? Что с ней? – раздался голос в трубке, и Роза вздрогнула, хотя очень ждала услышать этот прокуренный рык.

– Это я, все в порядке, – выдохнула Роза, чувствуя, как дрожь унимается от одного только голоса Тио, – просто…

– Ты цела? Почему звонишь так поздно? Где пацан? Почему у тебя его телефон?

– Дыши, все хорошо. Не могу найти свой телефон. Мы тут столкнулись с Касильяса, и… нет, все наши целы, мы застали их врасплох. Я… Просто хотела услышать тебя. У вас все хорошо? Где Бьянка?

– Спит наверху. Розита, девочка, прошу, у меня больное сердце, не делай так больше. Что значит «столкнулись»? На дороге пересеклись? Что это значит?

Роза смотрела на ворота в ангар. Пустой прогал света в черноте.

– Долгая история, – ответила Роза. Часть ее уже жалела, что она решила поднять Тио посреди ночи. Но либо так, либо паническая атака. – Буду дома – расскажу, – пообещала она. – Ты уверен, что Бьянка там? Ее Зипи и Запе на месте? Присматривают?

– Уверен, она чего-то не в настроении, уже пару дней из дома не выходит. У нас тихо, ни Пепе, ни картелей. Видимо, ты там нашумела в Мехико, и они не высовываются.

Точно, он ведь не знает, что Роза уже перебралась на север.

– Ладно, я завтра днем уже буду дома. Скучаю по вам. Поцелуй от меня Бьянку.

– Если она не воспламенится, – посмеялся Тио. – Люблю тебя, милая.

Роза проглотила свой ответ и отключилась.

– Сеньорита? – Теньенте дождался, пока она закончит разговор, прежде чем подойти с какими-то мотками скотча в руках. У Розы снова завязался узел на дне желудка. Она знала, для чего используется такой скотч, еще и в таких количествах.

– В ангаре? – переспросила она.

– Мы нашли подвальное помещение. Оттуда и вылез пацан. Безоружный, без наколок, может, помощник или мальчик на побегушках.

– Лаборатория?

– Да, там старые маски, пустые контейнеры. И сгоревшие кости.

Сука.

– Выжившие?

– Никого. Но, судя по количеству веревок и клеток, которые мы нашли, там держали человек двадцать, может, больше.

Еще и клетки. Значит, там были и курьеры, и всякий сброд, и, может, еще какие пленники, все в одном месте. Чертовски неблагоразумно и небезопасно, но когда это Касильяса отличались хоть тем, хоть другим?

Роза кивнула в сторону приближающегося Вулфа и на испанском бросила лейтенанту:

– Перед этим ни слова.

– Конечно, сеньорита. Мы можем увезти его и намекнуть…

– Я сама, – ответила Роза под очередным неодобрительным взглядом.

Такие точки всегда располагают подальше от города, там, где ни шум, ни дым, ни запахи не привлекут лишнего внимания. В лаборатории изготавливали, скорее всего, взрывчатку и здесь же в клетках держали работников. Вот на это бы Вулфу посмотреть и на сгоревшие кости, чтобы попробовал еще что-то предъявлять Розе! Если бы хоть кто-то выжил, она бы о них позаботилась, отправила бы так же к доку, укрыла бы от преследования Касильяса, но что уж теперь.

Когда Вулф поравнялся с ней, Роза уже почти вернула себе спокойный вид.

Они обменялись тяжелыми взглядами, проверяющими, кто первый нарушит тишину. И что, если Охотник дохнет от рук федерала, то это не считается? Скольких он убил из тех парней, что пару ночей назад гнались за ними по пустыне? Из тех, что сами всадили в него пулю? Или плохими могут быть только преступники, а руки законника никогда не бывают в крови?

– Глядя на такую разбитую рожу, твое начальство будет задавать много вопросов, – сказала Роза.

Раны на его лице уже промыли, наклеили пару пластырей, но это так, ерунда, нужно проверить, нет ли сломанных ребер. Доку придется забрать его к себе, и если Вулф начнет упрямиться и сопротивляться, то она сама затолкает его в машину. Не для того примчала спасать, чтобы он сдох где-то в аэропорту от внутреннего кровотечения.

Доктор Сантьяго был частым гостем в доме Вергара, еще когда отца и его коронелей[136]136
  Полковников (исп.).


[Закрыть] требовалось латать. В Америке пришлось искать новых неболтливых и умелых частных врачей, Сантьяго не покинул бы родную Тихуану даже под дулом пистолета.

– Интересный будет отчет, – ответил Вулф. Левой рукой, видимо, меньше пострадавшей, он оперся о капот машины.

– Мое имя будет в нем фигурировать? – спросила Роза с вызовом. Это должно было звучать угрозой – есть только один ответ, который выведет тебя из этого места. И есть второй, который тебя убьет.

Рик оглянулся на солдат, все еще выносящих тела и коробки. Роза в мыслях молилась, чтобы никто не додумался вынести сюда те сгоревшие кости. Это не его дело, а Вулф влезет, обязательно, сука, влезет, он и от Касильяса теперь не отстанет, хотя должен просто развернуться и свалить куда подальше, пока его не добили.

– Спасибо, что пришла, – сказал Вулф невпопад.

– Ты тут ни при чем, – отсекла Роза и снова забралась на водительское сиденье. На языке еще остался привкус текилы, но ни капли опьянения. Выпить бы сейчас… – Это вопрос чести.

Рик медленно кивнул.

– Конечно, Розита. Я так и подумал.

Он посмотрел ей в глаза дольше, чем требовалось для… Для чего угодно. Дольше, чем стоит смотреть в глаза своим врагам.

Глава 13. Рик. Необходимое зло

Благодаря сестрам Вергара Рик знал десяток матерных испанских слов. Охотники Касильяса, похоже, знали только два – чоча и пута. И повторяли они их такое количество раз, что Рик сбился со счета, сколько зубов ему задолжали эти ублюдки. Не приходилось переспрашивать, о ком они говорят.

Рик слабо представлял, что бы он делал, если бы Роза не приехала. Охотников было слишком много, напали быстро, отобрали оружие, вырубили. Поэтому и нельзя оставаться во враждебной среде одному, без напарников и подмоги. И теперь его подмога – Роза.

Доктор Сантьяго неплохо говорил по-английски, но все остальные в тачке сохраняли молчание. Дедок ничуть не казался удивленным или испуганным, когда перед ним выносили тела убитых, а еще живых связанных увозили в неизвестном направлении. Работаешь на картель – часто видишь смерти.

Время от времени водитель, парнишка лет двадцати, поглядывал в зеркало заднего вида на Вулфа. Все они, солдаты Розы, смотрели на него вот так – в ожидании, что он вцепится им в горло или возьмется за оружие. Отвратительной идеей, конечно, было выхватывать пушку в окружении ее солдат. А если бы они решили, что Рик не защищает, а нападает?

Он не видел прежде, чтобы она убивала. Не сомневался в этом, но не видел собственными глазами. Да, Касильяса – преступники, они торгуют оружием, людьми. Они второй по опасности и первый по кровожадности картель в Мексике. Но грязную работу должны выполнять солдаты Розы, а сама она даже близко не должна оказываться рядом с ублюдками, не должна угрожать им пушкой. Пусть, пусть отдает приказы, пусть вершит свой суд, такой, какой заслуживают эти маньяки, сжигающие людей заживо, но…

Стоп. Заслуживают? С хрена ли? Кто так решил? Роза решила, и Вулф рад поддержать любое ее слово, просто потому, что она один раз его поцеловала и построила глазки? Потому что пришла его спасать за секунду до того, как ему бы проломили голову?

Пацан из подвала точно не заслужил ничего похожего. У него в руках не было оружия, он не был угрозой для нее. Может, даже не был одним из Касильяса. И вот одного резкого движения хватило для отточенных рефлексов, чтобы Рик вскинул пушку и выстрелил. Все решило одно только подозрение на опасность для Розы.

Да, он не был единственным стрелявшим, пара ее солдат тоже попали в парня, он был не жилец в ту секунду, как решил, что внезапно вырваться из подвала – это отличная идея. Будь это не Роза, а любой гражданский на месте преступления, порядочный коп или агент поступил бы так же, как Рик, – защищал бы от опасности. Пусть и той, которую сам себе придумал. Нет, он поступил верно.

Она спросила про отчет… И правда, что он напишет? Как объяснит свое попадание в Ла-Месу, разговор с Пальмеро, разбитый нос Пальмеро? Как объяснит собственное лицо с новыми синяками и шрамами? Сказать об участии во всем этом Розы – подставиться самому. После этого любые его слова, любые догадки и расследования будут подвергаться сомнению – он работает вместе с главной подозреваемой, и неважно, как оправдывает это. Она назвала его своим подкупленным копом, и где доказательства, что она врет? Где доказательства, что в этой поездке специальный агент Ричард Вулф не предал все, чему должен был служить?

Нет. На войне хороши все средства, и Рик придумает, что наплести в отчете, а разбитая рожа – он скажет полуправду. Да, напал картель. Нет, зассали, когда поняли, что перед ними агент ФБР, и отпустили, выкинули где-то среди пустыни. Да, представляете, удивительное благородство от бандитов.

Сколько бы ни потребовалось врать и приукрашивать – Рик своего добьется. С Касильяса должны разбираться власти, а не девчонки, размахивающие пушками. Хватит позволять Розе пудрить ему мозги. Хватит вести себя как подросток со спермотоксикозом. Будь на ее месте мужик, Рик бы не сомневался в правильности своих действий, но эта чертовка все переворачивает с ног на голову.

Завтра он вернется в Америку, и все станет как раньше. Преступница и спецагент. Кошки-мышки, пока кто-то не прихлопнет второго.

Только чертов аукцион…

* * *

Без лишних вопросов доктор Сантьяго осмотрел его, наложил несколько швов и перевязал. Оказывается, Роза дала команду везти их в дом доктора, и тут, в двухэтажном ухоженном особняке, у доктора Сантьяго в подвале находился целый врачебный кабинет. Рику сделали УЗИ и рентген, чтобы проверить, нет ли разрывов органов или сломанных костей. Кажется, все уцелело, Касильяса били на удивление аккуратно и точно.

– Розу тоже к вам привезут? – спросил Рик, когда док позволил ему встать с кушетки и одеться. Рубашка была залита кровью, явиться в таком виде в отель – велика вероятность, что хостес вызовет копов, и без пары рапортов не обойтись. Заметив, похоже, его заминку, доктор Сантьяго указал на шкаф:

– Можете взять там сменную одежду. Сами понимаете, с нашей спецификой… – Он как-то виновато улыбнулся. Рик не представился ему со званием, но док вел себя так, будто понимал, кто перед ним. Не называл конкретных имен, обходился размытыми формулировками и не выказывал никакого стыда за свою работу. Не просил помощи. Он не пленник и не должник. Он еще один винтик в машине мести семьи Вергара. – А что, сеньорита Роза пострадала?

– Кажется, нет, но… – Но ее здоровье не касается Рика, и лучше бы ему заткнуться.

В указанном шкафу он нашел ряд одинаковых серых футболок на вешалках. Запас для целого отряда. Окинул еще раз взглядом кабинет с дорогим оборудованием. Не каждая клиника могла себе позволить такие игрушки, которые своему доку дарила Розита.

Рик переспросил, должен ли он как-то отплатить, но док с улыбкой ответил, что всегда рад помочь друзьям сеньориты Вергары.

– Я ей не друг, – буркнул Рик.

– Это вы так считаете, – сказал док, снял перчатки и подошел к металлической раковине. – Но ради кого попало сеньорита не вызывает меня среди ночи. – Зашумела вода. Рик хотел было уже попрощаться и подняться наверх, но почему-то остановился у кушетки. Закончив мыть руки, доктор Сантьяго продолжил говорить: – В последний раз меня так выдергивали, кажется, в прошлом году. Да, сын сеньоры Браги Антонио тогда сильно пострадал, нужна была срочная операция и переливание крови.

– Что с ним случилось? Касильяса?

Антонио Брага… Антонио Брага… Где Рик слышал это имя?

– Си, сеньор. Он задолжал им крупную сумму, долго не мог выплатить, и Охотники его нашли. Роза тогда отдельно ему всыпала, что сразу не пришел за помощью. Ну, уже после того, как мы с девочками его залатали. О чем думал пацан… Все в Тихуане знают, если на пороге беда…

– Что она сделала с теми Охотниками, которые напали на парня? – зачем-то спросил Рик.

– Сеньорита Вергара? – Док остановился перед столиком с инструментами и с грохотом стал бросать их в контейнер для обеззараживания. – Известно что, но вам я этого рассказывать не стану. Захотите – найдете новостные сводки за прошлый август.

– Значит, теперь одна мать радуется, что ее сынок жив и здоров, только в долгах перед другими бандитами, а матери…

– Сеньор. – Скальпель грохнулся на дно с такой силой, что все остальные медицинские предметы подпрыгнули. – Следите за языком. Вы говорите о сеньорите Вергаре. – Седая борода задрожала от сдерживаемого доком гнева, когда он выпалил: – Половина нашего города обязана ее семье. Мой дом стоит на этом месте только благодаря ее отцу. Я сам все еще стою тут только благодаря ее отцу. И нет. Одна мать рада за сына, которого устроили работать клерком в банк в Мехико. Других матерей их собственные сыновья убили, потому что в тот год таков был обряд для вступления в Охотников. Хотите считать ее злом? Тогда она зло, необходимое этому месту. – Док опустил рукава рубашки и стал застегивать манжеты. – Вам нужна еще моя помощь? Если нет, будьте добры уйти и не порочить больше в этих стенах имя семьи Вергара.

Приподняв брови, Рик медленно кивнул.

Он знал о влиянии Вергара на горожан, но такое… Нельзя было сюда ехать. Нельзя было соваться в чертову Мексику к чертовой Розе и копать то, чего Рик никогда не хотел узнать. Чего Рик никогда не хотел увидеть.

Розу-защитницу. Розу-судью. Розу-карательницу.

* * *

Стоило сойти с самолета в Америке, как Рика уже встречал агент Доустен и приглашал проехать с ним в офис. «Приглашал» – не самое подходящее слово. От приглашения можно отказаться. От приглашения в офис ФБР отказаться невозможно. Особенно если ты два дня не выходил на связь со своим начальством и напарницей, а потом пропал где-то в Тихуане, замеченный с главной подозреваемой.

До позднего вечера Рик проторчал в разных переговорных, кабинетах начальников и допросных. Допрашивали не его, уже спасибо, но те вопросы, которые были обращены к Рику, тот тон, те оценивающие взгляды, те напряженные позы – все четко давало понять: пара неверных слов – и он окажется по ту сторону решетки.

Добравшись до своего рабочего компьютера, Рик все же пробил по базе Антонио Брагу и вспомнил, где видел это имя прежде. Тачка, на которой Роза следила за ним в Мехико, была зарегистрирована на имя сеньора Браги. Надо бы связаться с ним, порасспрашивать о той истории с Охотниками из первых уст.

Половину ночи он провел над клятым отчетом, пытаясь складно изложить свою историю, не сдав ни себя, ни Розу. Нельзя сболтнуть о ней лишнего сейчас, пока Пепе неуловим, пока аукцион недосягаем без ее участия, пока у Рика не хватает улик, чтобы в суде она не отвертелась. Для верности стоило, конечно, и на Бьянку что-то накопать. Один раз Рик уже совершил эту ошибку – подумал, будто отрубил змее голову, отправив Камиллу в тюрьму. Но за змею он принял гидру, и вот на месте отрубленной головы выросло еще две – Розитас. Теперь если и избавляться, так от всей семейки разом.

Уже дома, лежа в постели, он никак не мог уснуть, хотя тело ломило от боли и усталости, раны, зашитые доктором Сантьяго, заныли заново, а в голове прокручивались вчерашние показания.

Оказывается, Армас не теряла времени зря, пока Рик… Пока Рик именно этим и занимался. Она нашла бывшую жену сеньора Хосе Агилары, его бывших юристов и бухгалтера, который занимался счетами в Мексике. Вернее, она нашла труп бухгалтера. Полицейский отчет гласил, что Матео Давилью обнаружили две недели назад на месте бывших собачьих боев. Тело удалось опознать только благодаря татуировкам на плечах. Лицо было изуродовано до неузнаваемости, руки и ноги изгрызены до костей. Согласно полицейскому отчету, на сеньора Давилью напали дикие животные, но все присутствующие в кабинете Вулфа догадывались, какие животные участвовали в этом.

Камилла Вергара получила прозвище Ача, Тесак, потому что любила расправляться с врагами при помощи небольшого топорика. Копам так и не удалось найти тот самый тесак.

Еще пара таких лет, и Роза тоже получит свое жестокое прозвище, которое изобретательные журналисты подвяжут к собакам. Рик слышал о новых приютах, куда она свозила собак после боев. Ему еще ни разу не удалось доказать, что Роза и ее спасенные питомцы причастны к таким найденным трупам, но слишком уж очевидны были совпадения. И что, она обращает животных в собственное оружие? Как ей самой от себя не тошно? Как Рику не тошно от нее?

Это не какое-то случайное нападение, это казнь. Жестокая и кровавая. Не расправа с напавшим, не честный бой с вооруженным.

Какая-то часть его мозга, похоже окончательно потерявшая связь с реальностью, возразила: а если бы это была не собака, а тигр, вырвавшийся из цирка, где с ним жестоко обращались? Если бы он напал на дрессировщика? Стал бы кто-то винить человека, открывшего клетку? Конечно, стал бы, но…

Нет, шесть тридцать утра – самое паршивое время для сложных моральных вопросов, на которые у тебя нет ответа. Сначала Рику нужно проспаться.