Текст книги ""Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Питер Джеймс

Соавторы: Эдогава Рампо,Стив Кавана,Кэрол О'Коннелл,Дональд Уэстлейк,Джой Эллис,Энн Кин,Келли Тейлор,Кит Даффилд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 136 (всего у книги 184 страниц)

Битти опустилась на пол. Она боялась, что, если немедленно не сядет, она упадет из-за слабости в коленях. Только в одном Мэллори ошиблась. Одной только пожилой женщины было недостаточно, чтобы отнять у семьи деньги. Годы и все ее сбережения ушли на то, чтобы отыскать дряхлую старуху, которая бы имела сходство с семейством Зимнер. Как же она удивилась, обнаружив, что лучшая из отобранных кандидаток и есть настоящая Недда.

– Я даже знаю, почему вы выбрали штат Мэн. – Мэллори двинулась к ней через гостиную, и Битти показалось, что детектив пройдет по ней или сквозь нее. Но Мэллори вдруг резко остановилась, как поезд, в сантиметре от столкновения. – Мэн достаточно близко, чтобы вы могли сами выезжать на место, но и достаточно далеко от Нью-Йорка, чтобы не возникло нежелательных ассоциаций имени Смит с семейством Зимнер. Ваш сыщик оказался довольно посредственным специалистом, но именно поэтому вы и выбрали его. Ему все же удалось выйти на след.

Битти всегда смотрела на всех снизу вверх. И вдруг ей надоело такое положение. Она посмотрела куда-то за Мэллори и мимо нее. Голос ее дрожал:

– Я не нарушала закон. Я никогда…

– Ваш план оказался слишком сложным. – Мэллори нагнулась и оказалась на уровне глаз Битти. – Вот поэтому одна за другой стали возникать накладки. Вам пришлось много импровизировать. Но при любом раскладе Недда должна была погибнуть. Вина же падет на вашу мать и дядю. Вы дали им в руки мотив. Дядя Джеймс заронил зерно, но именно вы окончательно убедили их в том, что Недда убила семью.

Только Битти решила, что Мэллори всего лишь строит догадки, как детектив закачала головой:

– Я знаю, как вы настроили их против Недды. Вы придумали мотив мести для Клео и Лайонела. Они ведь все делают вместе, правда? Получишь одного, получишь и другого. Если они окажутся в тюрьме, вы сможете контролировать все деньги. – Мэллори сунула бумагу ей под нос. – Теперь вы не получите ничего.

Подавшись назад, Битти узнала страницу, вырванную из свода законов штата Нью-Йорк. Подчеркнутая строка гласила, что преступники не имеют права извлекать выгоду из преступления. Лист мягко опустился на пол. Одним движением Мэллори выпрямилась и отошла, а Битти продолжала смотреть на упавшую страницу, размытую ярким светом.

– Я не совершала никакого преступления. У вас нет доказательств…

– Начнем с Вилли Роя Бойда, преступника, которого вы наняли для убийства Недды. – Мэллори сорвала со стены газетную вырезку и протянула Битти. В заголовке сообщалось о поимке серийного убийцы. – Именно вам пришло в голову поискать исполнителя убийства на страницах объявлений. Вы потратили кучу денег на освобождение под залог и новое слушание. Бойду же требовалось больше денег, чтобы оплачивать услуги дорогущего адвоката. Для вас он убил бы целый батальон женщин. – Мэллори выпустила из рук газетную вырезку, и она медленно полетела на пол.

Битти отвернулась.

– Вы же не серьезно…

– Я предельно серьезна, – раздался голос Мэллори у нее за спиной. Битти чувствовала, как Мэллори дышит ей в спину. – Я говорила с адвокатом Бойда. – Прямо под ухом у Битти зашуршала еще одна бумага. – У меня есть отправленное вами письмо с деньгами.

Битти подняла голову с новой надеждой:

– Оно написано моим почерком? Сомневаюсь. – Письмо было распечатано на принтере.

– Даже не пытайтесь провести меня. – Мэллори приблизилась к Битти настолько, что та ничего не могла видеть, кроме ее лица. – Только в вашей комнате два тяжелых засова, причем установленных недавно. Вы боялись, что Бойд войдет во вкус и заодно убьет вас. Он не знал, что именно вы его наняли.

– Но ведь вам известно, что за неделю до этого в дом тоже хотели ворваться.

– Да, знаю. Я все время гадала, пришло ли вам в голову устроить вторую попытку, вооружившись первой, или обе попытки были спланированы лично вами? Был ли Бойд вашим аварийным вариантом? Тяжелую артиллерию вы пустили в ход, Битти, – серийного убийцу. Но, по крайней мере, средство было надежным. У него на счету были уже три убитые женщины. Должно быть, для вас стало настоящим шоком, что Недда расправилась с ним при помощи ножа для колки льда. Вы ведь такого и представить себе не могли, да? Ну, некоторые планы выполнимы лишь на бумаге. – Мэллори выпрямилась с некоторым нетерпением и подошла к стене. – Вилли Рой Бойд умер при совершении преступления. Вы наняли его, чтобы убить свою тетю. По закону, за его смерть ответственность несете вы.

– Но это же абсурд.

– Правда? Вы что, проспали все лекции по криминальному праву? Следующее обвинение – заговор с целью совершения заказного убийства. Материальная выгода отягощает вину. Посмотрите.

Битти взяла себя в руки и посмотрела вверх. Со спиной детектива она разговаривала смелее.

– У вас нет доказательств моего контакта с этим мужчиной.

– Вы правы. – От улыбки Мэллори холодок пробежал по телу. – Согласно вашему первоначальному плану, Недда должна была умереть, а Бойд выжить. А потому у него не было ничего, что могло бы вывести полицию на вас. Но думаю, вы сообщили ему достаточно подробностей, чтобы впутать в дело тетю и дядю.

– Это только предположение.

– Да, дело довольно шаткое. По счастью, я могу вас обвинить и в других убийствах.

– Нет, – произнесла Битти, покачивая головой. – Что вы такое…

– Всякая смерть, наступившая в результате поджога, считается убийством. Мне достаточно доказать вашу виновность в поджоге, и все остальные обвинения также лягут на вас, включая и убийство Вилли Роя Бойда. – Детектив прошла к лестнице и опустилась на колени перед открытым чемоданом и его просыпавшимся содержимым. Она подняла дневник, пролистала его до искомой страницы. – Вот послушайте. Запись начинается со слов: «Полюбите меня снова». Она имеет в виду Лайонела и Клео. Недда хотела только примирения с братом и сестрой. – Мэллори пролистала еще несколько страниц. – Некоторое время все шло хорошо. Но все изменилось после того, как Недда заколола Бойда. Это ваша работа, Битти. – Мэллори показала Битти дневник. – Все написано здесь. И еще одно – мне известно, что вы сделали с видеопленкой в ту ночь.

– Все правильно. Я сожгла ее, чтобы защитить тетю Недду. Я думала, она убила невооруженного грабителя.

– Тонкая деталь, Битти. Всегда полезно вплести немного правды в ложь. Я верю, что вы сожгли пленку, но я не об этом. Ваш автосервис зарегистрировал поездку в летний дом утром следующего дня – поездка была очень ранней. Вы показали кассету Клео и Лайонелу, так? Вы хотели, чтобы они увидели, как ловко Недда управляется с ножом для колки льда – орудием убийства, которым вырезали их семью. Наверное, им было жутко смотреть эту запись. Жаль, что у вас нет этой кассеты. Она бы очень пригодилась вам на суде. Вас обвинят в уничтожении улик. Бойд был мертв еще до того, как зажегся свет, но, возможно, на пленке было заснято, как вы вытаскиваете из трупа нож для колки льда и втыкаете ножницы.

– Я этого не делала.

– Битти, я и не думала, что вы на такое способны. Но поверят ли вам присяжные? Теперь посмотрим, что было дальше. Аутопсия показала, что было нанесено два удара, двумя разными орудиями и, вероятно, двумя убийцами. Возможно, Бойд еще не был мертв, когда был сделан второй удар. Прокурор может высказать предположение, что вы боялись, что Бойд узнает в вас того, кто нанял его для совершения убийства.

– Это неправда.

– Да? – Мэллори подняла бровь и посмотрела на дневники, которые держала в руках. – Когда присяжные прочтут эти дневники – маленькая мечта Недды, – они возненавидят вас. Они захотят вашей смерти. Вечером накануне пожара Недда позвонила вам из Сохо. Она планировала предпринять еще одну попытку помириться с братом и сестрой. А это могло свести на нет всю вашу работу по подготовке мотива мести. Поэтому вы инсценировали попытку самоубийства и чуть было действительно не умерли, вы ведь ожидали, что Недда придет раньше, к обеду. Вина Чарльза Батлера. Он пригласил ее поиграть в покер.

Детектив стала собирать дневники и складывать их обратно в чемодан.

– Ах да, еще преступления. Ну, конечно, ночь пожара. Вы вырубили свет в коробке с предохранителями в подвале. На коробке лежал старый фонарик. Следователь по поджогам обнаружил его в вашем шкафу. Вы думали, что успеете перепрятать его в другой спальне, когда умрет ваша тетя?

– Пожар возник случайно.

– Знаю. Что же вы планировали для Недды в тот вечер? Падение с лестницы. Нет, не слишком надежно. Многие выживают при таких падениях. Вы сами указали на этот факт во время званого обеда. – Мэллори снова полезла в чемодан за дневником. – Здесь все описано. Ваша тетя была настоящим мастером по части деталей. Вы собирались сбросить Недду через перила. По вашим словам, именно так умерла Эдвина Зимнер, проверенный способ. – Она открыла дневник и принялась перелистывать страницы. – Вот здесь. Недда описывает, как вы бросились на Чарльза Батлера, который стоял у перил. В какое-то мгновение Недде показалось, что он полетит вниз. Вы провели генеральную репетицию, Битти. Чтобы проделать это по-настоящему, вам необходимо было вывернуть пробки, чтобы в доме не загорелось ни единой лампочки. Только так вы могли совершить убийство: в полной темноте и со спины. Главными подозреваемыми станут Лайонел и Клео. Но они мертвы, и вы наследуете все. Отличный мотив для поджога.

– Но вы же знаете, что это был несчастный случай.

– Из-за пожара все пошло не так. Дым и огонь. Вы запаниковали, побежали не вниз по лестнице, а вверх. Да, думаю, пожар возник случайно. Но, опять же, Битти, вы думаете, присяжные вам поверят?

Мэллори ходила по комнате, щелкая пальцами.

– Давайте посчитаем вместе, Битти. Вилли Рой Бойд составит первое обвинение в убийстве. Когда будет завершено расследование по делу о поджоге, убитых будет уже пять. – Она сорвала со стены очередной лист. – Это отчет по аутопсии вашего отца. В нем говорится, что сердечный приступ, закончившийся смертью, был спровоцирован травмой от пожара. Каждая смерть в результате поджога считается убийством.

– Это был несчастный случай!

Детектив улыбнулась, и Битти ухватила иронию еще до того, как она была озвучена.

– После многих лет планирования и интриг вас поймают за то, чего вы не совершали. Но вы выкрутили пробки и спрятали запасные. Вы зажгли свечи, от которых загорелся дом – и все погибли. Думаете, меня волнует, что вы собирались убить лишь одного человека? – Мэллори говорила спокойно, монотонно, почти скучающе. Она шагала вдоль стены, срывая быстро, один за другим, все новые и новые листы. – Я обвиняю вас в убийстве отца, матери, тети, дяди и Вилли Роя Бойда. К своему несчастью, вы совершили массовое убийство именно в этом округе. Так, например, окружной прокурор округа Квинс не станет никого убивать, даже того, кто убил полицейского, но окружной прокурор Манхэттена обожает смертные приговоры.

Мэллори обвела рукой беспорядок на стене и чемодан с дневниками:

– И из лекции по праву, если вы ее не проспали, вы должны помнить, как это все называется. В устах окружного прокурора это прозвучит как «преимущественное доказательство». Одного этого достаточно, чтобы осудить вас на смерть. Более того, присяжные любят то, что они могут подержать в собственных руках, например, пробки или запасные детали, которые вы спрятали у садовой двери. Их обнаружение и позволило сделать окончательное заключение о поджоге. И еще есть целая кипа дневников.

– Тетя Недда была сумасшедшая. У нее есть история…

– Нет, по мнению доктора Батлера, все эти дневники были написаны абсолютно здоровой женщиной. Присяжные вполне могут на них положиться. Есть фонарик и пожарный топор с вашими отпечатками.

– Вы же знаете, откуда на нем мои отпечатки. Я воспользовалась им…

– Ну, конечно. Кости маленькой Салли Зимнер. Еще одна деталь, Битти. Злостная клевета, чтобы представить Клео и Лайонела людьми, которые могут убить ребенка. Почему не Недда? Вам не известно, что ваша мать разговаривала с моим напарником по телефону перед пожаром. Она собиралась передать сундук на судебно-медицинскую экспертизу на следующее утро. Единственное, что хотели знать Клео и Лайонел, как быстро они смогут захоронить останки маленькой девочки. Больше их ничего не волновало. Наконец они смогут по-человечески похоронить Салли Зимнер.

– Вы же знаете, что я воспользовалась топором, чтобы достать из стены сундук Салли.

– Да, именно так вы написали в своем заявлении, но в данном случае единственное доказательство – ваше честное слово. Ваша мать ни словом об вас не обмолвилась. А потому окружной прокурор заявит, что вы, угрожая топором, не давали перепуганным людям спастись из горящего дома.

– Нет, есть свидетель, который видел, как Недда вынесла меня из дома. Я была без сознания. Я никого не могла удерживать…

– Свидетель? Бездомный, который вызвал пожарную бригаду? Пожарные разыскивают его. Похоже, кто-то купил ему билет на поезд в теплые края. Итак, на чем я остановилась? Ах, да. Последние замечания прокурора. Он нарисует картину, как вы, махая топором, угрожали несчастным людям, заставляли их бежать вверх по лестнице, а затем разожгли огонь, чтобы поймать их в ловушку. И вопрос с присяжными будет решен. Они будут готовы подняться со своих мест и растерзать вас собственными руками.

– Именно так вы сами хотели бы поступить?

– Нет, – Мэллори пожала плечами. – Мне все равно. Ничего личного, просто работа. – Она вручила Битти маленькую белую карточку. – Здесь перечислены ваши права. Вы арестованы. Быстро читайте, Битти. Нам нужно идти.

– Я знаю, к чему вы клоните, детектив. Все так очевидно. Вы хотите запугать меня и заставить пойти на «согласованное признание вины» – гарантированное обвинение против риска провалить дело.

– Нет, не встречала в своей жизни ни одного юриста, который бы согласился в чем-либо признаваться. И я рассчитываю на это. Так же, как и окружной прокурор.

– Вы ожидали, что я поверю во все это – в этот спектакль – и что вы сделали с моим попугаем, прибили его гвоздями к стене – для вас это что, просто развлечение?

– Да, – ответила Мэллори, – именно так.

Битти так хотелось, чтобы эта женщина перестала улыбаться. Ее улыбка вызывала в ней чувство беспокойства. И эти глаза. Битти пришло в голову, что детектив серьезно повредилась в уме. Или же она и рассчитывала на такой эффект – еще один акт спектакля?

– Теперь, – произнесла Мэллори, – я расскажу, что произойдет с вами. Еще то развлечение. Суд может разморозить ограниченное количество средств, чтобы оплатить в разумных масштабах защиту. Они вам не дадут миллионов долларов, чтобы купить настоящий талант. Когда ваш посредственный адвокат увидит, что дело плохо, он попытается выторговать менее серьезное обвинение, заказное убийство, одна смерть – Вилли Роя Бойда. Вам будет столько же, сколько было Недде, когда вы выйдете из тюрьмы, зато останетесь живы. Правда, есть одна загвоздка. Когда начнется процесс и будут обнародованы все факты, окружной прокурор просто не сможет принять прошение о более мягком обвинении. Он же политик, а в этом году выборы – избиратели его просто растерзают. Вы понимаете ваше положение дел, Битти? Вы не обратитесь за «согласованным признанием вины», пока ваше положение не станет совсем печальным. Но окружной прокурор не согласится на меньшее, чем массовое убийство и смертный приговор, тем более если будет выигрывать выборы. А он просто не может проиграть!

Детектив перекинула куртку через руку, подняла чемодан с дневниками.

– Нам пора. – Она достала из кармана часы. – Вам предъявят обвинение сегодня. Хотите сделать заявление?

Представление окончено, по крайней мере, занавес опустился. Мэллори постукивала кончиком ботинка о пол, от чего Битти напрягалась все сильней.

– Время пришло.

Электрический свет погас, остался только солнечный, пробивавшийся через прозрачный купол. Освещенные столпом света пылинки кружились вокруг Мэллори, создавая вокруг нее цилиндрическую ауру. Детектив двигалась на Битти, которая отступала спиной из комнаты по направлению к фойе, где к стене была прибита птица. Но Битти не могла ее видеть, у нее перед глазами была лишь Мэллори, направлявшаяся к ней через гостиную. Мэллори с каждым шагом становилась все ближе, и больше, и сильнее.

Как ни странно, Битти почувствовала, что у нее с груди падает камень. Нервы успокоились, она задышала ровнее. Она крикнула Мэллори, точно бросала вызов:

– Вы солгали мне. Для вас ведь это личное дело, так?

В одном Мэллори была абсолютно права: Битти не собиралась брать на себя никакую вину. Истерика закончилась, теперь она с холодной расчетливостью старалась разрушить дело, которое было выдвинуто против нее и которое состояло сплошь из косвенных улик. И если она не выиграет процесс, она победит на апелляции. Если же она признается, все будет потеряно. Ее последняя мысль была о том, что Мэллори читает ее мысли и видит, как в ней снова растет надежда.

Мэллори уронила чемодан на пол.

Битти знала, что не забудет этот момент до самой смерти. Пройдут годы, но она будет помнить злое лицо молодой мстительницы с огромным мечом в правой руке. Возможно, эта странная фантазия была вызвана металлическим блеском оружия в плечевой кобуре – он так точно соответствовал эффектному образу Мэллори с яркими горящими глазами и растрепанными волосами, словно она только что вышла из вихря.

И только теперь, когда их разделяло всего несколько шагов, Битти поняла, что для Мэллори это дело было глубоко личным, что этой молодой женщине была нанесена тяжелая травма, простирающаяся далеко за пределы сломанной левой руки. И эти глаза – застывший взгляд кошки, зорко следящей за тем, чтобы мышь не сделала ни шагу, даже не пошевелила хвостом. Мэллори медленно подняла правую руку с пистолетом.

БАХ!

Глава 13

Лейтенант Коффи сидел со своим старшим детективом на Грин-стрит, в любимом пабе полицейских, и опрокидывал одну за другой порции виски. Настроение было не из лучших, хотя Райкер верил, что Мэллори не накажут за то, что она сделала.

Лейтенант поднял голову, чтобы задать вопрос, который может задать только пьяный, когда есть надежда похмельным утром не вспомнить ответ.

– Что там произошло на самом деле?

– А что рассказал Бьюкенен?

– Меня интересует, что скажете вы.

– Хорошо, – лейтенант платил, и Райкер заказал еще виски. – В то утро мы представили окружному прокурору столько улик, сколько он не получал ни по одному делу – целую тонну документов. Но Бьюкенен даже смотреть на них не стал и отказался завести дело на Битти Смит. Мелкий трус. Побоялся рискнуть венцом своей карьеры – годом выборов. Можете себе представить? После всего, что мы сделали – заявить такое! Мол, все это лишь косвенные улики.

– Он прав.

Райкер пропустил слова лейтенанта мимо ушей, потому что это была правда.

– И Мэллори тогда говорит, что этих бумаг достаточно, чтобы уничтожить Битти Смит. Бьюкенен твердит «нет». Мол, присяжные не настолько умны, чтобы проследить ее логику. Все силы уйдут на то, чтобы не дать им заснуть прежде, чем зачитают обвинение.

– И снова он прав.

– И тогда Мэллори спрашивает напрямик: «Что вам нужно для возбуждения дела?» И он отвечает: «Полное признание вины». – Райкер с силой хлопнул ладонью по столу. – Именно это она и сделала. В тот же день мы отправились в Зимний Дом, чтобы поставить жучки и записать разговор.

– Не припомню никаких записей, Райкер.

– Мы не успели установить микрофоны. Битти появилась, как только последняя патрульная машина отъехала от дома, – другими словами, отсутствие записи лучше, чем отредактированная запись. Райкер был против фальсификации улик.

Из Зимнего Дома детективы снова направились к окружному прокурору и вручили Бьюкенену заявление Битти вместе с условиями «согласованного признания вины».

– И тогда, – продолжал Райкер, – Бьеюкенен сделал рискованный шаг. Он сказал, что не примет признание, ведь наверняка оно получено под принуждением. Этот напыщенный прохвост никогда в жизни даже не говорил с Битти Смит. Он не знал, с кем имеет дело.

– Он был прав?

Райкер слышал вопросы лейтенанта выборочно. Сегодня вечером каждое слово нужно говорить вовремя.

– Окружной прокурор согласился на сделку. – Детектив придвинулся к шефу. – Но это только между нами, договорились?

Джек Коффи понимающе кивнул, дав молчаливую клятву.

Половина битвы за то, чтобы сохранить Мэллори работу, выиграна.

– Отлично. Мэллори положила на стол окружному прокурору признание вины вместе с ножом для колки льда. – Райкер отвел взгляд от изумленного лица лейтенанта и добавил, словно это было интересно лишь с научной точки зрения: – Тем самым, которым вырезали Зимнеров, – он снова посмотрел на Коффи и улыбнулся. – В качестве подарка.

Окружной прокурор Бьюкенен неожиданно изменил своим убеждениям – из трусости – и принял признание, решив не изменять проверенному временем кредо: никогда не становись врагом полицейского-психопата. Более того, этот мелкий человечишка наделал в штаны, тем самым гарантируя, что все случившееся в этой комнате никогда не выйдет за ее пределы. Райкеру это не понравилось. Мэллори и его запугала до смерти, так что он почти сочувствовал маленькому законнику. Иногда, потеряв бдительность, он забывал, что Мэллори опасна всегда – особенно, когда ранена. Гипс на ее руке причинял боль ему.

Что еще рассказать Джеку Коффи, прежде чем тот отстранит Мэллори от службы? И кто из них заберет ее оружие?

– Погоди, Райкер. Расскажи, как Мэллори получила признание? Ты опустил этот момент.

Райкер хотел выиграть время и подобрать нужные слова, поэтому посмотрел на часы. Полицейская машина как раз направляется в женскую тюрьму. Дело закрыли без процесса, все ограничилось скучным признанием Битти в заказном убийстве и еще четырех убийствах, приговоры по каждому преступлению исполняются один за другим. Единственным условием «согласованного признания вины» было отсутствие в зале суда Мэллори.

– Битти Смит получила меньше, чем заслуживала.

– Может, и так, – ответил Коффи. – Но почему она отказалась от процесса? Нет, постой. Что Мэллори сделала этой женщине?

– Ничего. – Райкер изобразил негодование, но, кажется, у него не слишком получилось: шеф по-прежнему ждал ответа. Как же это представить? Он сделал вид, будто вдруг припомнил какую-то деталь: – Ах, да. Она отстрелила голову мертвой птице. – Райкер быстро поднял правую руку, словно приносил клятву: – Богом клянусь, больше ничего. Малышка даже голоса на мисс Смит не повысила.

– Значит, Мэллори стреляла. Куда вошла пуля?

– В стене ее больше нет. Нельзя даже сказать, где была дырка.

– А обезглавленная птица?

– Отправилась к рыбам в Ист-Ривер. Конечно, все зависит от канализации, потому что Мэллори спустила птицу в унитаз.

Вечером Чарльз Батлер принял душ и переоделся, но бриться не стал. Уборщица спрятала от него бритву.

Миссис Ортега наблюдала, как ее работодатель снимает с полок в библиотеке книгу за книгой. Он называл их «путеводителями».

– И куда же вы собрались?

– Не для всякого путешествия нужно выходить из дома, – ответил Чарльз.

Она пролистала том Германа Гессе, но текст на ее вкус был слишком плотным.

– Лично я люблю легкое и быстрое чтиво и буквы покрупнее.

Чарльз пробежал пальцами по корешкам книг на одной из нижних полок и вытащил три тома.

– Вот, подарок. Первое издание Хемингуэя, думаю, вам понравится.

Миссис Ортега положила подарок на тележку и посмотрела на стопку выбранных им книг.

– Не понимаю. Если вы их уже прочли, зачем они вам?

Она готова была ждать целый день, чтобы получить ответ на этот вопрос. Выражение глаз Чарльза вдруг изменилось, он смотрел поверх ее головы. Миссис Ортега обернулась и увидела, что в дверях стоит Мэллори.

Девочка-призрак – ступает бесшумно, как кошка.

Ледяной взгляд Мэллори дал уборщице понять, что ее отстраняют от обязанностей няньки при Чарльзе, а миссис Ортега была только рада уйти. Иногда у нее случалось мистическое настроение, доставшееся ей по наследству от ирландских предков. Она чувствовала, что за последние дни даже воздух в квартире изменился, здесь сгустилась печаль, от которой стало тяжело дышать.

Чарльз Батлер сидел рядом с Мэллори. Они ехали по Западному Центральному парку. Ей пока не удалось убедить его, что он не виноват в смерти Недды Зимнер, но, по крайней мере, получилось вытащить из дома.

Они отправились на поиски старого радиоприемника.

Шоковая терапия.

Чарльз выглядел подавленным, взгляд его был печален, в голосе чувствовался надлом. Ей необходимо собрать его снова, причем без каких-либо полезных инструкций, как починить хрупкого человека. Его мир оказался гораздо уязвимее, чем думала Мэллори.

Чарльзу всегда везло с парковкой, а сегодня его удачливость сопутствовала и ей. Мэллори остановилась на обочине напротив Зимнего Дома. Чарльз все говорил и говорил про это радио, пока они поднимались к парадной двери. Почему он так зациклился на нем?

Мэллори вошла в дом первой. Чарльз стоял рядом с ней в фойе, пока она светила фонариком на серебристые панели управления рядом с дверью.

– Вот эта для сигнализации. А эта – для музыкальной системы. Работает так же, как и твоя, – она коснулась пальцем встроенного микрофона. – Музыка, которую ты слышал, когда вы с Неддой сидели на лестнице, звучала отсюда.

– Да нет, я же говорил, что Недда не могла справиться с этой штукой, и я тоже. Она включила старый радиоприемник в гостиной.

– Хорошо, давай посмотрим. – Мэллори взяла его за руку и потянула через порог фойе, освещая путь фонариком. Она раздвинула испачканные сажей занавески, впуская в комнату свет уличных фонарей, и распахнула окна, чтобы морозный воздух освежил пропахшее плесенью помещение.

Чарльз уставился на радиоприемник.

Мэллори отодвинула его от стены и развернула, показав прогнившую панель с многочисленными дырами. Он подошел ближе и наблюдал, как она вывинчивает шурупы металлической пилкой для ногтей. Мэллори сняла панель, чтобы он мог рассмотреть систему, сделанную в прошлом веке: лопнувшие стеклянные трубки, оборванные провода и погнутые контакты. Все это было опутано паутиной, оставшейся от многих поколений пауков, которые облюбовали старую коробку и свили в ней гнездо. Мышиные кости и череп лишний раз подтверждали, что радио давно не работает.

Мэллори воссоздала для Чарльза маленькое преступление давно минувших дней.

– Двадцать или тридцать лет назад эту мышь ударило током. Оглушенная, она заметалась по коробке и разбила стеклянные трубки. Возможно, мышь истекла кровью, поранившись об осколок. Понимаешь? Радио не работало много лет. Приемник в комнате Недды сохранился еще хуже, у него даже нет провода.

– Нет, это ложь. Это другое радио.

Мэллори покачала головой и решила подождать, когда к Чарльзу вернется ясный ум и, сбросив оковы депрессии, он снова сможет мыслить логически.

– Но ты ведь слышала джаз в ночь пожара, и никто не счел тебя сумасшедшей.

– Я знаю, что слышала не этот приемник. Даже если бы он работал, Битти выкрутила все пробки и электричества не было. Возможно, я слышала портативное радио, которое затем сгорело.

Чарльз вдруг стал таким подозрительным. Догадался, что Мэллори лжет? Нет, его лицо выражало сомнение. В ее лжи он видел здравый смысл. Наверное, поверил в принцип работы электричества.

На самом деле, если бы в доме находилось радио на батарейках – пусть даже оно стояло рядом с очагом пожара, – следственная группа должна была обнаружить хотя бы его остатки. Но полиция ничего не нашла. И так как важно было установить личность каждого, кто находился в доме, бригада пожарных искала следы человека, который включал и выключал для Мэллори радио. Они даже провели тесты, чтобы выяснить, можно ли было услышать в доме музыку, игравшую у соседей. Результат был отрицательный. Но все же Мэллори, как и Чарльз, считала, что музыка ей не почудилась. Она никогда в это не поверит. Но он должен.

– Я дважды видел, как Недда включала приемник, – настаивал Чарльз. – В первый раз – в ночь преступления, у меня есть куча свидетелей.

Мэллори кивнула:

– Я слышала музыку той ночью, но встроенная музыкальная система…

– И я слышал джаз после званого обеда, – раздраженно продолжал Чарльз. – Ночь была теплая. Недда открыла окна гостиной. Мы сидели на ступенях, пили вино и несколько часов слушали радио.

– Когда Недда думала, что отключает сигнализацию, то могла случайно включить систему и решить, что музыка звучит из приемника. Но ведь она была не в себе.

– Неправда. Когда мы говорили, я не заметил в ней никаких признаков безумия. – Чарльз повернулся к Мэллори спиной, вышел из дома и сел на ступени. Она немного постояла у входа, глядя на него.

Немного разобрав завалы, Мэллори откопала винный шкаф за барной стойкой, с которого так никто и не сорвал резиновую пломбу. Она выбрала «мерло», единственное вино, которое могло выдержать высокую температуру от пожара на втором этаже. С вином и двумя бокалами Мэллори вернулась к Чарльзу. Бабье лето давно прошло, но он, казалось, не замечал прохлады осенней ночи.

– Ну хорошо, давай восстановим события. – Она протянула Чарльзу бутылку, и он принялся изучать этикетку.

– Это вино подавали за ужином. Я все не мог понять, откуда Шелдон Смит узнал о винах из моего погреба. Знаешь, сколько стоят эти бутылки?

– Это не проблема, Чарльз. Ты получаешь ворованные товары от полицейского. – Мэллори откупорила бутылку и поставила на ступеньку, чтобы вино подышало. Он счел бы преступлением, если бы она просто наполнила бокалы, не дав вину дозреть. Мэллори принесла кое-что почитать, чтобы скоротать время. Она открыла рюкзак и вытащила из него небольшую книгу в кожаной обложке.

– Это последний дневник Недды. С его помощью я перехитрила Битти Смит. Открой.

Чарльз послушался.

Всю страницу заполняла одна фраза: Безумные делают здоровых людей безумными. Не веря своим глазам, Чарльз пролистал дневник и потрясенно посмотрел на Мэллори.

– У меня целый чемодан таких, – сказала она. – Везде одно и то же. Я верю, что Недда была нормальной, когда впервые попала в больницу, но только не тогда, когда вышла из нее. Нельзя требовать от нее слишком много. И знаешь почему, Чарльз? Потому что в этих строках – правда. Это подтвердит любой полицейский. Мы постоянно работаем с сумасшедшими. Безумие уничтожает. Оно проникает в мозг и душу. Сводит с ума. Недда хотела, чтобы я показала дневники Клео и Лайонелу. Возможно, она думала, что написала что-то еще. Я уверена, Недда действительно верила, что слушала радио.

– Настоящее безумие. – Чарльз все еще перелистывал страницы. – А я не увидел этого. Как я мог так подвести эту женщину?

– После нескольких сеансов? Ты же сам сказал, что она разговаривала, как разумный человек. Уверена, что так оно и было. Она была сильной женщиной и очень хорошо умела контролировать себя в ситуациях… в которых ломаются здоровые люди. – Мэллори забрала дневник и посмотрела на страницы, исписанные словами безумия, словами правды. – Ты ни в чем не виноват, Чарльз. Она и мне казалась вполне вменяемой. Возможно, все силы Недды уходили на то, чтобы окончательно не сойти с ума – хоть какое-то время. Ведь она еще не выяснила отношения с братом и сестрой.