Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Соавторы: Рустам Панченко,Ирина Смирнова,Евгений Гришаев,Евгений Кривенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 342 (всего у книги 349 страниц)

Остановились для подзарядки в Таллине. Хельга очнулась и сонно сказала:

– Дальше в Брянск, а оттуда на Краснодар.

Потом опять задремала. Похоже, летели на Кавказ.

В Краснодаре Хельга проснулась окончательно. Пока меняли аккумуляторы, все сходили в туалет, а после Хельга сказала:

– Летим в Теберду. Мы якобы туристы, хотим полюбоваться зимними горами.

Действительно, горы впереди уже белели от снега. Эти были пологими, но за ними над полосой тумана выступали остроконечные пики. Будто перенеслись на Алтай, к Катунскому хребту.

Впереди в широкой долине раскинулся поселок. «Необходимо сесть, Лон, – сказала „Сивилла“. – Отметиться в усадьбе заповедника и пройти инструктаж».

Дело привычное. Приземлился где указал местный ИИ, возле нескольких симпатичных зданий, и попросил провести инструктаж. Слушал и смотрел внимательно, потом предстояло пройти тест.

– Схожу поищу кафе, – сказала Хельга. – У них должны быть готовые обеды для туристов.

Когда открыла дверцу, в кабину хлынул свежий воздух с ароматом сосновой хвои. В конце инструктажа Метельский ответил на несложные вопросы, и тут появилась Хельга с пакетами. Перекусили в глайдере, хотя на улице для посетителей были поставлены столики – завтракай и любуйся видом снежных гор. Хельга скармливала кусочки бутерброда ворону. Пока ели, за деревьями несколько раз с шумом проходили поезда – по долине шла магистраль через Кавказский хребет на Ближний Восток и в Африку.

– Как раз до Иерусалима можно доехать, – заметила Хельга, прихлебывая кофе. – Похоже, мы завершаем круг.

Шведы помалкивали.

После завтрака Хельга сказала: – Нам к туннелю под Клухорским перевалом, Лон. Не спеши, мы любуемся пейзажем.

Но когда взлетели, расслабленной не казалась и глядела не вправо, на вереницу заснеженных пиков и ледопады, а влево, на склон долины. Та разветвилась.

– Налево, – приказала Хельга.

Эта долина была уже, внизу поблескивали рельсы, а рядом тянулась неширокая дорога. Если бы не рельсы, опять походило бы на Алтай.

– Ближе к левому склону, – указала Хельга.

Шведы тоже вытягивали головы влево. Впереди показалась снежная седловина перевала, задолго до него железнодорожные пути ныряли в сдвоенную арку туннеля. Метельский запросил у «Сивиллы» информацию.

«Длинна туннеля четырнадцать километров. С южной стороны главного Кавказского хребта трасса проходит по долине Ингури, а затем к Сухуми».

И что они здесь будут делать?

– Еще ближе к левому склону, – сказала Хельга. – Медленнее.

Они уже над границей леса, выше склон покрыт снегом, а еще выше вздымаются мрачные зубцы скал.

– Пожалуй, здесь, – Хельга показала на ложбину слева. – Отсюда подходящая дистанция, судя по карте. Лон, сможешь посадить глайдер так, чтобы был виден туннель.

– Попробую, – сказал Метельский. Тоже дело привычное, не раз сажал глайдер на Алтае во время охоты.

Со второго захода посадил глайдер (вокруг мимолетно закружилась вьюга), и все вышли. Пахнет свежим снегом, привольно. Но Хельга озабочена, а шведы торопливо вытаскивают свой груз из багажника, разматывают мешковину…

Да это же две ракеты, по полтора метра длиной! Шведы сначала закрепляют в земле направляющие, забивая кувалдой, а потом устанавливают на них ракеты. Работают молча, и так же молча, с досадой, на них глядит Хельга. Она предупреждает вопрос Метельского:

– Лон, помалкивай. Я получила абсолютно секретный приказ Гунтера.

Шведы, видимо, закончили и отходят в сторону, зачем-то напяливая темные очки. Один из них подает еще пару Хельге. Та глядит, будто собирается что-то спросить, но молча надевает и подает Метельскому другие. Он пожимает плечами: зачем это, снега немного и снежная слепота им не грозит?

Шведы поворачиваются в сторону туннеля, и Хельга тоже. Вдруг ударяет гром. Из-под ракет вырывается пламя, они взвиваются в воздух и уже на высоте поворачивают в сторону туннеля. За ними остаются дымные следы, и хорошо видна траектория. Хотя до входа в туннель слишком далеко, чтобы видеть отчетливо, но каждая как будто влетает в свое отверстие. Еще пару секунд ничего не происходит…

Будто молния рассекает склон горы и, несмотря на темные очки, Метельский поспешно зажмуривается. Потом осторожно приоткрывает глаза. Слепящего света уже нет, но серая туча клубится там, где были арки туннеля. Еще через несколько секунд земля качается под ногами, и доносится угрожающий гул.

Взрыв! И похоже, ядерный, судя по яркости вспышки. Метельский подавляет желание броситься на землю: Хельга стоит невозмутимо, и только снимает очки.

– Все в машину! – кричит она.

Метельский бросается к глайдеру, ноги подгибаются – то ли от испуга, то ли еще трясется земля. Следом в глайдер вваливаются оба шведа и Хельга. Ворон хрипло каркает, когда сгребает его в охапку.

– Вверх и через хребет налево! – Грохот тише, но она все равно кричит.

Глайдер рвется вверх, мимо скользит склон с ложбинами, забитыми снегом. Вот и скалистый гребень. Сивилла выводит показания приборов в поле зрения: высота чуть больше трех тысяч метров, не так много. Внизу открывается горный цирк, и Метельский начинает снижаться к нему.

– Да, сядь где-то там, – сипло говорит Хельга.

Метельский опустился на щебень, дно цирка было почти ровным. Вышел и глянул вверх, над зубцами гребня поднимался черный дым. Вышла и Хельга.

– Только сейчас получила информацию, – сказала она, выглядя довольно бледно. – Я думала, ракеты будут с обычной взрывчаткой, а оказалось, это два небольших заряда антивещества. И как его умудрился раздобыть Гунтер? Ну что же, задание мы выполнили.

– В туннелях могли быть поезда, – со злостью сказал Метельский, – и погибли люди. Зачем это было нужно?

Хельга пожала плечами: – Запасной вариант, партизанская война. Собственно, сразу было ясно, что он будет основным. Для открытого противостояния у нас не хватает сил.

– У «нас»? Ты вроде хотела уйти.

Хельга оглянулась. Оба шведа тоже вышли, пиво они все-таки запасли, и сейчас чокались банками.

– Всё думаю, как Гунтер достал антивещество, – тихо сказала она. – Замороженные блоки вращаются вокруг Луны, и к ним так просто не подобраться. Значит, кто-то из окружения Мадоса посодействовал. А может, он сам?

– Какой ему смысл? Ведь наверное, мы не единственные партизаны. Туннели, мосты… похоже Гунтер хочет разрушить транспортную систему. Воцарится хаос, сейчас даже продовольствие доставляют из южных сельскохозяйственных поясов.

– А может, это есть цель? – еще тише сказала Хельга. – Может быть, они давно спелись?.. Вот что, Лон, возьми-ка свою винтовку. Потихоньку, они вроде отвлеклись на пиво.

Метельский пожал плечами, но стало не по себе. Не спеша обошел глайдер, сделал вид, что хочет справить малую нужду, а вместо этого подхватил «маузер» с пола глайдера. Шведы смотрели на дым (он становился гуще), но тут обернулись. К ним подошла Хельга, держа руки в карманах.

– Вот что, ребята, – сказала она по-немецки. – Мы выполнили задание, и я беру заслуженный отпуск. Доставим вас в низовья речки, там есть поселок, а дальше добирайтесь своим ходом. Глайдер все равно полагается бросить. Передавайте от меня привет Гунтеру.

Один из шведов аккуратно поставил банку на щебень:

– Это дезертирство, Хельга. Тебя расстреляют.

– Ну, сначала надо поймать, – усмехнулась Хельга.

Шведы переглянулись, и оба одновременно двинулись к глайдеру.

– Стоять! – приказала Хельга. – Эдмунд, садись вперед. Я сяду назад, с Борном.

– Ладно, – ее собеседник пожал плечами и тоже сунул руку в карман.

Раздался резкий хлопок. Метельский дернул головой вправо и влево, но как будто никого. Повернулся обратно…

Эдмунд оседал на землю, а Хельга держала свой «глок» направленным на второго шведа. Тот нервно облизывался. Эдмунд захрипел и распластался на щебне.

Да она же выстрелила в него, прямо из кармана!

– Борн, оружие на землю! – хрипло сказала Хельга. – Лон, тоже держи его на прицеле.

Руки не очень слушались, но Метельский направил «stg.45» на Борна. Тот медленно вытащил пистолет (такой же «глок») и бросил на землю. Хельга подошла, наклонилась… и лишь в этот момент Метельский вспомнил снять винтовку с предохранителя. Швед дернулся, но видно заметил движение Метельского и снова замер.

Хельга подняла пистолет и мотнула головой в сторону Метельского. – Я отойду на минуту. Посторожи.

Подошла к большому валуну и прислонилась к нему, плечи вздрагивали. Через минуту вернулась.

– Слушай. Борн, что вы собирались сделать с нами? – Ее лицо дергалось. – Я же не дура, знаю нашего вождя.

Тот молчал и опять облизнулся. Хельга протянула руку с его пистолетом Метельскому.

– Лон, дай винтовку, у нее прицел точнее. А ты подержи пистолет. С предохранителя его снимать не надо.

Метельский машинально взял у нее пистолет и подал «маузер». Все казалось нереальным. Хельга навела винтовку на шведа:

– Шайсэ![127]127
  Шайсэ – говно (нем.)


[Закрыть] Я сейчас прострелю тебе яйца, и будешь орать от боли, только никто не услышит. Подожду, а потом всажу вторую пулю в живот, и мы улетим. Будешь подыхать долго и мучительно. Говори и не вздумай врать, у меня трансид легиона, там предусмотрено выявление лжи.

Лицо у Борна было землисто-серым. – Хорошо, – выдавил он по-немецки. – Пилота ликвидировать в любом случае, он засветился на инструктаже. Тебя, по обстоятельствам. Если отреагируешь спокойно, под присмотром доставить в Асгард.

– Ты слышал, Лон? Это тебе было положено валяться мертвым, а не Эдмунду.

– Не убивай меня, Хельга. Ничего личного, таков приказ.

– Шайскерль![128]128
  Шайскерль – мудак (нем.)


[Закрыть] Пожалуй, не буду. А то муж говорит, что устилаю дорогу трупами. Поворачивайся. А ты, Лон, свяжи ему руки покрепче.

– Вы женаты?.. – пробормотал Борн. Но повернулся и руки подставил.

Метельский заглянул в багажник: шведы аккуратно уложили туда мешковину, которой были обмотаны ракеты. Бросили и веревки от обвязки – то ли берегли природу, то ли чтобы не оставлять следов. Он связал Борну руки, а Хельга зашла сбоку, держа того на мушке.

– Теперь садись вперед. Я сяду сзади и буду держать «глок» у твоего затылка.

Борн послушно сел в глайдер. Хельга с досадой глянула на тело Эдмунда:

– Кажется, мы поспешили. Лон, сможешь один забросить его в багажник?

– Пожалуй.

Пригодился второй кусок мешковины. Метельский накинул его на Эдмунда, чтобы не испачкаться в крови, и с натугой перевалил тело в багажник. Думал ли, беспечно выезжая из своей усадьбы на Телецком озере, что будет запросто ворочать трупы?

Потом сел за штурвал, а Хельга устроилась сзади.

– На север, к выходу из ущелья. Я прикину по карте и скажу, где остановиться.

Ущелье безлюдно, с обеих сторон тянутся горы – ниже главного хребта, но сверху выбелены снегом. Через полчаса Хельга сказала:

– Хватит, спускаемся. Лон, развяжи ему руки. Можешь идти, Борн, только лучше обойди селение стороной, а то нас уже могут искать.

Метельский опустил глайдер, все вышли. Развязал шведу руки, и вдвоем с Хельгой глядели, как он бредет по камням. Хельга провожала его стволом «маузера». Когда Борн скрылся за поворотом русла. Метельский спросил:

– А мы куда?

Хельга глянула на запад, где над хребтами высился белый конус.

– Туда. Хочу похоронить Эдмунда среди снегов.

Метельский спросил у «Сивиллы» – снежный конус оказался Эльбрусом, высшей точкой Кавказа.

Полетели. Метельский старался нырять в долины, гора близилась, а когда внизу потянулось заснеженное плоскогорье, Хельга сказала:

– Поворачивай на север, Лон. И постарайся подняться выше, к снежным склонам.

Турбины стонали все громче, становилось труднее дышать.

– Достаточно, – сказала Хельга. – Вон у тех скал.

Метельский посадил глайдер. Снег был плотный, и по нему побежали лишь легкие вихри. Вышел, поежился от морозца и вытащил тело Эдмунда. Пристроил у скал, а Хельга прикрыла его мешковиной. Потом вытащила винтовку и дала короткую очередь в воздух. Звонкое эхо прокатилось между скал.

– Прощай, Эдмунд. Ты пал за дело Асгарда, и не твоя вина, что у нас оказался тухлый вождь.

На заднем сиденье глайдера зашевелился ворон и несколько раз хрипло каркнул.

– Вы были дружны? – спросил Метельский.

– Да, – ответила Хельга, – в юности. Летим.

Склоны уходили вниз, и глайдер опускался вместе с ними. Когда внизу опять раскинулось плоскогорье. Метельский глянул на панель заднего вида. Гора отсюда выглядела двуглавой, на седловине лежало облако.

– Эдмунд увлекался альпинизмом, – тускло сказала Хельга. – Ему бы понравилось, что лежит на склоне высочайшей горы Европы.

Плоскогорье снижалось уступами, в них врезались ущелья. На фоне снегов вдруг появилась темная движущаяся точка. Потом еще одна.

– Мист![129]129
  Мист – дрянь (нем.)


[Закрыть] – сказала Хельга. – Похоже, это ховеры легиона. Глайдер, увеличь масштаб заднего вида.

Действительно, серые машины со знакомым косым крестом. Они быстро приближались.

– Будем отстреливаться? – Метельский протянул руку и коснулся «маузера».

– На ховерах легиона станнеры дальнего боя, – так же тускло сказала Хельга. – Пока не стреляют, потому что внизу скалы. Наш глайдер разобьется при аварийной посадке, а так возьмут живыми. Вот что…

Она вытянула руку назад и, открыв окошко, подтолкнула в него ворона.

– Лети, Мунин! – Она глянула на Метельского:

– Ты скорее всего откупишься, или тебя вызволит Кводрион. Но не меня. Если захочешь, Лон, вернись в эти края. Отыщи ворона, он откликнется на свое имя и приведет ко мне.

Холодный ветер подул в шею Метельского – ворон вылетел наружу. Вместо скалистых ущелий внизу пошли пологие склоны.

– Подожди. Может быть…

Он уплыл во тьму.

Глава 7

Тина. Урал – Алтай

Все вокруг замедлилось.

Медленно вздымаются в небо фестоны дыма и пыли. Медленно плывет по воздуху черный паук с растопыренными конечностями. Медленно поворачивается Никита, его губы движутся, но ничего не слышно… И вдруг прорывается его отчаянный крик:

– Падайте на землю! Закройте глаза!

Все опять ускорилось. От сильного толчка в спину – похоже, это ударил Никита – Тина упала снова. Зачем закрывать глаза? Все же прикрыла их, и тут же зеленовато-белая вспышка почти ослепила ее. Голову охватила волна такого жара, что волосы наверное загорелись, а по ушам ударил звенящий гром. Она опять закричала, и опять не услышала своего крика. Швырнуло так, что снова ударилась головой. Через некоторое время, постанывая, разлепила спекшиеся века, но видны были только огненные круги в темноте. Лишь постепенно чуть прояснилось.

Между ними и дымящейся горой ничего не осталось – ни черного паука, ни деревьев. У подножия склона возникло подобие стеклянного озера, из него торчали изломанные конечности, их то и дело заволакивали клубы пара. Тина пощупала волосы – они скрипели, но, похоже, остались на месте. Ее все еще омывали волны жара.

Рядом привстала, а потом прямо на земле уселась леди Альбит. Тина не сдержала нервный смешок: лицо чумазое, а от прически не осталось и следа.

– Что это было? – хрипловато спросила она.

Никита поднялся и стал отряхиваться. Лицо у него было багровое. – Небольшой заряд антивещества, – сказал он, тоже хрипло. – У меня был один, на крайний случай. Иначе с этой тварью не справились бы. Большой боевой робот хэ-ути.

– А… – протянула леди Альбит. – Мы знаем о них, созданы для борьбы с нашими боргами, но я пока не встречала. Спасибо, Никита.

Тина тоже села, но тут же вскрикнула от острой боли в шее, а в глазах помутилось.

– Что с тобой? – обеспокоенно спросил Никита.

– Шея… – пробормотала Тина.

Леди Альбит тоже посмотрела на нее. – Не двигай головой, Тина. Возможно, ты повредила шейные позвонки. Дай-ка я…

Она встала, наклонилась над Тиной и скинула шарфик. – Отломи кусок ветки, – сказала она Никите. – Мы зафиксируем Тине шею.

Они возились, пока туго не спеленали ей шею.

– Ты молодец, Тина, – сказала леди Альбит, – Теперь срочно в госпиталь, все остальное подождет.

Раздался музыкальный звон, и рядом появился еще человек. В темно-голубой одежде, серебряный позумент на груди, а глаза голубые, как у нее. Рогн?

– Приветствую вас, – сказал он. – Альбит, ты слишком рискуешь. Тебя едва не покромсали на кусочки, как тех бедняг, – он кивнул вниз.

– Я все-таки обрушила гору, – хмуро сказала леди Альбит.

– И уцелела только благодаря ему. – Мужчина протянул руку Никите и представился: – Кайлит, отец этой взбалмошной леди.

Та надулась, а Никита ответил на рукопожатие. – Никита и Тина, – сказал он.

– Благодарю вас, – слегка поклонился Кайлит. – Я наблюдал, пока перемещался. Мог и не успеть. Вы не пострадали, а то вид не очень?

– Наверное, есть ожоги. – Никита поднес было руку к лицу, но тут же отдернул. – Вот Тине наверное нужна помощь.

– Идемте. Вам надо провериться, могли схватить дозу радиации. Скорее всего, придется погостить у нас.

Никита с сомнением посмотрел на Тину: – Можешь идти? Хотя… лучше мы возьмем тебя под руки.

Ее бережно подняли – пожалуй, сама не смогла бы, такая слабость. Снова музыкальный звон, опаловый свет, ее несут, ноги едва касаются земли, постепенно она растворяется в этом опаловом свете…

Когда очнулась, все тело ныло, а голову было не повернуть. Открыла глаза: белые стены, запах лекарств. На ней какой-то ошейник, похоже пластиковый – подпирает подбородок так, что не шевельнуть головой. Видимо, она в больнице.

– Тина? – В поле зрения появилось лицо, а скорее маска: почти все залеплено белым. – Пришла в себя?

Она чуть не прыснула, но подавилась от боли.

– Никита? – Даже одно слово выговорилось с трудом.

– Особо не разговаривай. Тебе сделали операцию на шейном отделе позвоночника, и сутки была в отключке. Но все должно быть хорошо. Поваляешься с неделю, а потом курс реабилитации.

– Где… мы?

– В гостях у Кайлита, это совсем другой мир. Тут система королевских госпиталей, они собаку съели на травмах. Часто бывают при горных работах.

– А?..

– Лучше помолчи, Тина. Потом посмотришь холовидение, а еще позже мы погуляем. Здесь красиво, хотя необычно…

Ухаживала за ней медсестра, заботливо и профессионально. В изножье кровати поставили холораму, и порой ее смотрела. Действительно, совсем другой мир. Жизнь не очень понятная – референдумы по всяким вопросам, горные разработки, много про образование, – но как будто мирная и спокойная. Через несколько дней разрешили «вставать», точнее пересаживаться в кресло-каталку. Самой было очень неудобно, а у медсестры не хватало сил пересадить, и Никита вызывался помочь. Сначала она фыркнула, потом разозлилась: так и будет бояться мужских прикосновений? Так что стерпела, а руки у него оказались сильные. Он вывез ее на террасу.

Как-то хмуро, синие горы на горизонте, а ближе уютные домики среди зелени.

– Здесь нет больших городов, – объяснил Никита, – да и население гораздо меньше, чем у нас. Развитая горнодобывающая промышленность, и вообще всего понемногу. Даже с нашим миром торгуют, только скрытно. Система правления – вроде конституционной монархии с развитым самоуправлением. У власти те, кто обладает даром наподобие твоего, только здесь он позволяет управлять подземными стихиями. Конечно, большинство населения его не имеет, но живут хорошо.

– Тебе нравится узнавать про новые миры, да? – спросила Тина. – А про ту планету не расскажешь? Как ее название?

Никита поскучнел.

– Ты знаешь, улетавшие на Землю должны были кое о чем позабыть. Часть памяти была стерта, конечно под контролем наших специалистов. Как я понял, это информация о том, что можно использовать для создания оружия, и название планеты почему-то тоже. Но я многое помню, и не рассказываю потому, что лучше заодно показать, а вся доставленная нами информация в памяти «Кводриона». Здесь связи с ним нет.

– Я пробуду тут еще минимум две недели, – сказала Тина. – Ошейник снимут, а после этого процедуры. И куда мы потом?

– Надо поговорить с лордом Кайлитом. Но это успеется.

Да, спешить было некуда. Долгие процедуры, пока разрабатывали одеревенелую шею. Прогулки с Никитой – сначала по веранде, а потом по окружающему парку (с каталки встала). Долгие разговоры: кое-что о своей жизни на чужой планете Никита рассказал, а ей и сказать нечего – монотонная жизнь в приюте. Наконец, когда все уже стало тяготить, за ними приехали.

Машина походила на обычный мувекс, только как будто не автоматический: управлял водитель, да и движения вокруг почти не было. Отвез в центр городка, к красиво облицованному зданию. Водитель провел их до лифта, тот доставил на какой-то верхний этаж. Там встретила девушка (брюки и пиджак малахитового цвета), и провела в кабинет. Навстречу поднялся Кайлит в том же голубом наряде, а из-за стола кивнула леди Альбит.

– Поздравляю с выздоровлением. – учтиво сказал Кайлит. – Присаживайтесь.

Сели – стулья легкие и прямо филигранной работы. Кайлит тоже сел, рядом с леди Альбит.

– Пришло время выбирать, – сказал он. – Можете остаться у нас, а то в земном мире неспокойно и будет все хуже. Леди Альбит сказала, что у вас там никого нет. Вы, Никита, технически образованы и найдете много интересной работы. А вы, Тина, можете начать разбираться в излучениях земных недр.

Приятно, что обращается на «вы», это вам не бесцеремонная леди Альбит. Тина вздохнула:

– Не знаю, понравится ли это госпоже Эсмеральде? Я словно убегаю от чего-то важного.

Кайлит помолчал.

– Извините, Тина, но я поговорил с Никитой наедине. О том, куда вам рекомендовал отправиться его наставник. Возможны два места, и первое ближе, но путь туда возможен только по земной поверхности, там вблизи нет коренных горных пород. Второе дальше, зато я могу доставить вас почти к нему, ближе по некоторым причинам не выйдет. Только вам придется нелегко.

– Ну и что, – передернула плечами Тина. – Я у вас хорошо отдохнула, спасибо.

Кайлит улыбнулся: – Пока можете подумать. А вам, Никита, я выражаю официальную благодарность за то, что спасли мою дочь. Вы всегда желанный гость в нашем мире. Сами обгорели при этом, и вам полагается награда. Примите.

Он достал из ящика стола кольцо и подал Никите. Тина вгляделась: ух ты, как будто серебряное, с большим зеленовато-голубым камнем!

– Платина с бирюзой, – сказал Кайлит. – Это не только украшение, но и ключ к нашему миру. Достаточно слегка постучать им по горной породе, и вам откроется вход в него. Не обязательно это будут покои Хозяйки медной горы, – он с улыбкой глянул на леди Альбит, – но во любом случае место, где можно укрыться. Да и мы тотчас узнаем о вас.

– Похожий у госпожи Эсмеральды, – прошептала Тина.

– Да, только у нее изумруд. И, Никита, вы не должны продавать его. Лишь подарить, кому захотите. И лучше тому, кто уже знает о нашем мире.

Никита повертел кольцо.

– Красивое, – сказал он. – Но больше подходит женщине.

И вдруг протянул ей: – Тина, возьми. Не дело, что у тебя нет украшений.

Она взяла: легкое и изящное, а от бирюзы не оторвать глаз. Неужели это ей?

– Я могу взять? – дрожащим голосом спросила она.

– Конечно, – снова улыбнулся Кайлит. – Кольцо сменило владельца, и мы в курсе. Только снимайте его, когда будете мыть руки, а то камень может поблекнуть.

Тина надела кольцо на палец – надевается легко, а сидит как влитое. Какая красота!

– Секрет наших ювелиров, – сказал Кайлит, – подойдет на любой палец. В общем, подумайте. Несколько дней я буду занят, а потом извещу вас.

Шея еще с неделю казалась скованной, но постепенно разработалась. Тщательное обследование показало, что все в норме. Снова отвезли к Кайлиту.

– Ну как? – спросил он (леди Альбит отсутствовала). – Покидаете нас или остаетесь?

– Благодарим вас за гостеприимство, лорд Кайлит, – сказала Тина, слегка вздохнув. – Я должна вернуться.

Еще вопрос, что она выбрала, если бы перед глазами не стояла леди Эсмеральда.

Кайлит как будто не удивился. – А из двух мест назначения? – он глянул на Никиту.

– То, что в горах. По земле полторы тысячи километров, а у нас больше нет своего транспорта.

– Тогда понадобится кое-какое снаряжение. Я не могу доставить вас вплотную, это место хорошо защищено. Над ним покров некой могущественной рогны, не подобраться ни из-под земли, ни с воздуха. Придется идти три-четыре дня, а там холодает и порой выпадает снег.

– Как? – удивилась Тина. – Лето ведь.

– У вас уже нет, – слегка улыбнулся Кайлит. – Наши миры разделены именно разницей временных координат. К сожалению, хэ-ути научились преодолевать эту грань.

Он открыл ящик стола и протянул Никите какую-то карточку.

– Возьмите. Это карточка моего личного гостя, по ней в магазинах бесплатно отпустят все нужное. Рассчитывайте дней на пять, с запасом. Обязательно теплая одежда, палатка, спальные мешки. Если нет опыта в устройстве бивака, потренируйтесь здесь.

– Спасибо, – сказал Никита, беря карточку. – У нас был курс выживания, правда виртуальный. Думаю, справимся.

– Машина для поездок по магазинам будет в вашем распоряжении. Когда приготовитесь, позвоните.

– Но у меня нет телефона, – удивилась Тина.

– А мой тут не работает, – пожал плечами Никита.

Кайлит показал на забавный аппарат с трубкой, стоявший на столе.

– У нас проводная связь, и в госпитале такой же. Просто спросите лорда Кайлита. С вами, Тина, – он улыбнулся ей, – мы могли бы говорить на расстоянии без телефона, но сейчас нет времени учиться.

Тина вздохнула: все от нее чего-то ждут, а она ничего не умеет. Остаток дня провели в разъездах по магазинам. На следующий день уложили рюкзаки, и Никита позвонил Кайлиту.

Тот приехал в госпиталь сам, критически оглядел обоих и подал Никите бумажник с красиво выведенной буквой «К».

– Здесь деньги, которые имеют хождение в вашем мире. Возьмите, пригодятся.

– Но у меня есть, – удивился Никита, – на счету в телефоне.

– Боюсь, с электронными платежами скоро будут проблемы. А это настоящие деньги, мы поставляем драгоценные камни некоторым доверенным фирмам. Кстати, если увидите в названии ювелирной лавки именно такую букву «К», смело обращайтесь к хозяину. Покажите бумажник, и вам помогут – знают, что мы обязательно заплатим.

– Большое спасибо, – неуверенно сказал Никита.

– Как говорится, не за что. Благодаря вам леди Альбит отделалась обожженным носиком, а самоуверенности чуть поубавилось. Ну что же, пойдемте.

Он провел их в помещение со сплошь скальной стеной.

– Так сказать, приемный покой. Сюда доставляют, если нужна экстренная помощь.

Снова музыкальный звон, снова опаловый свет, снова несет куда-то. Сердце несколько раз споткнулось, а затем пол качнулся под ногами, свет потускнел, в лицо пахнуло холодом и полетели снежинки. Они стояли в скальной выемке, и снаружи высились ели. Кайлит протянул Никите какое-то устройство.

– Это навигатор, мы используем такие при выходах в ваш мир. Позиционирование идет относительно центра Земли. Свой телефон не включайте. Идите, куда показывает стрелка. Когда доберетесь, – Кайлит замялся и как бы стеснительно улыбнулся, – передайте привет… той, кто вас встретит.

Он исчез, а овал света потонул в камне, теперь это была обычная скала. Никита вздохнул:

– Вот и познакомились с миром Хозяйки медной горы. Они держатся особняком, и что помогают нам – большая удача.

Тина глянула на его устройство:

– Тут карта, но названий нет. Только извилистые линии и какие-то значки.

– Отображается лишь рельеф, он одинаков для обоих миров. Разница только в ходе времени.

– Запутаешься с вами. – Тина пожала плечами и пошла к выходу из выемки.

Они стояли на склоне лесистого холма, внизу виднелась речка, а за ней город. Не очень большой, кварталы тянулись вдоль реки и были разделены лесными массивами. Бледное солнце стояло уже высоко, и Тина удивилась.

– Только что было утро.

– Мы незаметно пересекли два или три часовых пояса, – не очень понятно объяснил Никита, – как раз навстречу солнцу… Идем, нам надо миновать город.

Спуск был каменистый, через некоторое время попалась тропка. Было прохладно, и куда девалось лето? Когда спустились, вышли на дорогу, вскоре она пересекла речку по мосту из бетонных плит. На другой стороне пошли сараи, гаражи. Никита все оглядывался.

– Тут наверное держат глайдеры для выездов на рыбалку, за грибами. Странно, что не слышно собак. У нас в обители на чужих сразу лают. – Он помрачнел, видно вспомнил, что там произошло.

Из-за гаража появилась кошка. Увидела людей – и серой молнией метнулась обратно.

– Странно, и кошки пуганые.

Пошли дальше, уже медленнее. Начались коттеджи – аккуратные, но участки вокруг запущены: бурая высокая трава, неухоженные клумбы. Безлюдно.

Затем вышли к многоквартирным домам, живописно разбросанным среди зелени. Здесь наконец показались люди – что-то вроде хаотичной очереди к дверям с вывеской «Магазин». Кто сидит на ящиках, кто просто на корточках, все сумрачные, разговаривают тихо. Тина подошла к пожилой женщине – лицо бледное, изможденное.

– Здравствуйте, – вежливо сказала она. – За чем очередь?

Женщина тускло глянула на нее, и как будто не поняла вопроса. Затем все-таки ответила, тоже тусклым надтреснутым голосом:

– За хлебом. Сказали, сегодня будут давать по триста граммов. На всех может не хватить.

Тина отошла к Никите. – Ничего не понимаю. Очередь за хлебом?

Никита глянул в голову очереди: – Давай там спросим. Мы отсутствовали три месяца. Похоже, за это время что-то произошло.

Подошли к началу очереди – здесь она сгрудилась в неопрятную кучу, их тут же окликнул мужчина с двустволкой за плечами:

– Эй, куда лезете! Вы как будто нездешние, вам ничего не положено.

– Просто хотели спросить, – миролюбиво сказал Никита. – Какие-то проблемы с продуктами?

– Вы что, с луны свалились? Уже два месяца, как перебои. Изредка немного привозят. Проваливайте отсюда!

Отошли. Никита хмуро сказал:

– Я и в самом деле с Луны свалился, только уже два года назад. Еще летом все было нормально.

Он оглянулся, Тина тоже. Люди в очереди угрюмо смотрели на них. Тина вздохнула:

– По-моему, та женщина недоедает.

– У всех вид, будто голодают. Как такое могло случиться? Я читал о голоде только в исторических книгах. Лучше пойдем, а то всё кажется, что на нас сейчас набросятся. Только не спеши.

Потихоньку пошли дальше. Завернули за угол, и Тина облегченно вздохнула: очередь оставила тягостное впечатление. Миновали несколько домов…

– Эй, кто такие? – раздалось справа.

Тина повернулась: у стены стояла кучка молодежи, двое решительно двинулись в их сторону.

– А ну стоять! Это наша территория.

Говорил долговязый парень в черной кожаной куртке – лицо землистое, в углу рта сигарета. Второй, пониже, помалкивал и немного отстал.

– Не останавливайся, – тихо сказал Никита, смещаясь между Тиной и парнем.

– Стоять! – уже проревел тот и кинулся на Никиту, замахиваясь чем-то в кулаке.

Никита нырнул в его сторону, схватил за руку и рывком бросил по дуге на землю. Парень заорал, видно крепко приложился головой. Но второй уже оказался рядом, а в руке блеснуло – нож! Никита мгновенно развернулся, перехватил руку и ударил противника коленом в пах. Тот дико взвыл и согнулся, нож полетел на землю. Первый, все еще лежа на земле, завозился и сунул руку за пазуху. Никита двинул ему в подбородок носком ботинка, присел и выдернул что-то из-под полы куртки… да это же пистолет! Рывком выпрямился и глянул в сторону тех, кто оставался возле дома – те пока не спешили на помощь приятелям.